Баба Яга ищет наследницу

Глава 1

— Да и катись, дура! — звучал вслед раздраженный голос моего парня. Теперь уже бывшего. Эти слова вызвали взрыв хохота нескольких его дружков и по совместительству наших одногруппников. Послал же бог такую компанию!

Я схватила рюкзак со всем необходимым, что обычно берут с собой в лес, и быстрым шагом миновала небольшую поляну с палатками, где мы расположились на ночлег, чтобы на природе отметить успешную защиту дипломов. Я устремилась в самую чащу не оглядываясь.

— Дим, ну ты чего, темнеет уже, куда она пошла? — услышала голос нашего старосты, он всегда был самый ответственный. — Заблудится еще. Яся! Стой!

— Пусть прогуляется, подумает и обратно прибежит, — небрежно бросил тот тип, которого я имела неосторожность называть своим молодым человеком.

Я никак не отреагировала ни на окрик Саши, ни на замечание Димы. Пусть все катятся к черту. А я сейчас на дорогу выберусь и на попутке в город обратно доеду.

Вот как знала, что соглашаться на этот «отдых» нельзя! Когда Дима один, он еще ничего, хотя и так косяков хватает. Но как только оказывается в неформальной обстановке с друзьями, в его голове будто кто-то щелкает тумблером, отключая мозги и врубая этакого мачо с дурацкими шуточками. После одной из таких, направленных в мой адрес, терпение лопнуло. На-до-е-ло!

Не скажу, что у нас было что-то серьезное, так, встречались последний год университета в перерывах между занятиями. И чем он только привлек мое внимание? Наверное, в его словах есть доля правды. Не будет умная девушка с таким идиотом дело иметь! Что ж, ничего страшного не произошло.

На учебу больше ходить не нужно. У меня начались долгожданные каникулы перед интернатурой. Доберусь домой, посмотрю на ночь сериал и забуду всю эту нелепую ситуацию.

Я уверенно шагала по тропинке, которой мы все пришли сюда от машин. Их пришлось оставить на небольшой парковке перед лесом, так как въезд оказался закрыт шлагбаумом.

Двигалась злая и раздраженная, немного обиженная, но скорее на себя, чем на Диму. Говорят же, что на больных не обижаются. Вот и я весь гнев перенесла внутрь себя, ругая последними словами, что вообще заварила эту кашу. Мысли перескакивали, вытесняя одна другую.

Я заводилась все больше, пока не поняла, что в какой-то момент свернула с широкой дорожки на более узкую. Зачем это я сделала, понять не смогла. Наверняка на автомате, занятая мыслями. Но тут мы точно не шли. Решила повернуть обратно и выйти на протоптанный множеством ног путь.

Стала двигаться назад. Я прошла уже приличное расстояние, но широкая дорожка все не показывалась. Вот тут немного занервничала. Где же она? Туда я шла не так долго, как обратно.

Леший бы побрал мои «чудесные» способности ориентироваться в пространстве! Про таких, как я, говорят, что мы можем заблудиться в трех соснах. Топографический кретинизм у меня, в общем, что уж скрывать. А еще хроническое упрямство. Поэтому я гордо шагала и шагала по направлению к дороге, как думала. Но когда места приняли совсем уж дикий вид, вынужденно остановилась.

— Ладно, Яся, — сказала сама себе. — Пора признать, что лесник из тебя так себе.

Извлекла из рюкзака мобильник, чтобы загрузить карты и попытаться выйти к цивилизации по ним.

— Ну конечно! Нет сигнала! — раздраженно шлепнула себя по щеке, убив надоедливого комара, который так и кружил надо мной, чтобы отведать кровушки.

Но его миссию продолжили собратья, которых здесь летало в изобилии. Или нужно называть их сестрами? Когда-то читала, что пьют кровь лишь женские особи. Так, не отвлекаться! Это я от легкой паники начинала думать обо все на свете, только бы не искать решения проблемы.

Попробовала прислушаться. Может, все это время я ходила кругами, и моя шумная компания еще неподалеку? Конечно, не хотелось, чтобы слова моего бывшего оказались правдой, и я как ни в чем не бывало вернулась обратно к месту стоянки, но что еще оставалось делать? Однако, кроме звонких голосов насекомых, я ничего не услышала.

Небо над высокими кронами сосен оставалось еще светлое, но к ногам уже подкрадывалась сумерки.

Закусила губу. Что же делать? И зачем я ушла на ночь глядя. А вдруг здесь дикие звери водятся? Я лишь надеялась, что они не станут подходить так близко к людям. В том, что я еще не отдалилась как следует от обычных мест для стоянок, не сомневалась. Но в какую сторону идти?

Нужно было в любом случае двигаться, потому что иначе комары зверели. Я уже вся чесалась. Если так пойдет и дальше, к утру от меня ничего не останется!

Резкий крик какой-то птицы заставил меня вздрогнуть. А потом я что-то услышала. Не знаю, что именно, может, несколько веток треснуло. Но богатое воображение сразу в красках услужливо нарисовало огромного матерого волчару, который, капая на землю зловонной слюной, следит за мной красными глазами из-за кустов. Не знаю, почему глаза непременно должны быть красными, об этом я не думала. Просто припустила что было мочи подальше от источника звука.

Бежала минут десять, пока не закололо в боку. Не скажу, что я сильно дружу со спортом. Так, иногда на йогу похаживаю, чтобы успокоить нервишки. Поэтому быстро продираться сквозь низкие кустарники получилось занятием весьма утомительным.

Я скинула с себя довольно увесистый рюкзак и прислушалась. Мозг подсовывал ужасные картинки, как лесное чудище продолжает за мной гнаться, но в действительности, кроме стучавшего в висках сердца, я ничего не слышала, как ни напрягала слух. Тогда облегченно вздохнула. И немного расслабилась. Между тем сумерки сгущались. А вот это мне уже вовсе не нравилось.

Я обреченно подняла ношу, закинула ее на плечи и пошла дальше, потому что комары никуда не изволили деться. То ли преследовали старые, то ли свежую кровушку почуяли новые, то ли вся честная компания объединилась, чтобы попировать всем вместе.

Вдруг я заприметила небольшую дорожку и чуть не вскрикнула от восторга. Значит, я на верном пути! Тут не совсем дикие места. Надеюсь, это не какая-то кабанья тропа.

Шла недолго, ежесекундно проверяя, не появилась ли связь. Но телефон упрямо показывал ее отсутствие. И вдруг выбралась на поляну. А на ней...

Нахмурились, оглядывая старую покосившуюся избушку. Почему-то она напомнила домик из детских сказок.

В единственном маленьком оконце не горел свет, но я, воодушевленная, что не придется всю ночь плутать по опасному темному лесу, даже начала пританцовывать. Может, это какая-то сторожка лесника? Тогда вообще хорошо, он выведет меня отсюда! Однако странное дело. Двери нигде я не видела. Обошла избу кругом, но нашла лишь голые стены, сложенные из потрескавшихся кое-где срубов.

М-да, задачка. Зачем вообще сооружать такое странное жилище? Через окно что ль туда залазить?

На всякий случай я поднялась на цыпочки и заглянула внутрь. Рама явно никогда не открывалась, а занавески не давали увидеть ничего, что творилось внутри. Я несколько раз постучала в стекло. Но ответом послужила тишина.

В расстроенных чувствах села на пень в нескольких метрах от домишки и, разочарованно глядя на него, с тяжелым вздохом пробормотала себе под нос:

— Избушка, избушка, повернись ко мне передом, к лесу задом.

Все же придется провести ночь под открытым небом...

Раздавшийся на всю округу оглушительный треск заставил меня подскочить и отбежать от источника звука. Я с открытым ртом наблюдала, как изба приподнимается от земли на... Мамочки! В изумлении я даже подошла ближе, чтобы разглядеть настоящие куриные лапы! Только гигантского размера.

Хата принялась медленно поворачиваться с непрекращающимся треском, покачиваясь из стороны в сторону. До тех пор, пока не развернулась на сто восемьдесят градусов и «села» обратно на землю, явив мне крыльцо.

Я остолбенела. Так и застыла с открытым ртом, пока маленькая рассохшаяся дверь со скрипом давно не смазанных ржавых петель медленно не распахнулась, как бы приглашая меня внутрь.

***

Помните это чувство, когда смотришь фильм ужасов, где герой направляется в какое-то жуткое место по собственной воле? И ты кричишь ему в экран: «Ну что за идиот! Не сунься туда!» Знакомо, правда? Вот и мой внутренний голос орал, как сумасшедший, пока я медленно, словно во сне, подходила к крыльцу.

Любопытство, толпы комаров и еще какое-то необъяснимое странное чувство подталкивало меня к призывно распахнутой двери. Ну не злая же там ведьма, в самом деле? При этой мысли что-то внутри меня истерически захохотало. Я не смогла сдержать нервный смешок.

Ноги сами пошли внутрь. Пришлось пригнуться, чтобы войти, настолько низкий оказался дверной проем, хотя я девушка весьма невыдающегося роста. Скорее даже наоборот. Про таких, как я, говорят: метр с кепкой. Ладно-ладно, может, чуточку выше. Во мне ровно сто пятьдесят шесть сантиметров. Но даже с ними пришлось постараться, чтобы попасть в дом.

Как только я ступила на порог, внутренне убранство осветилось несколькими свечами. Я вздрогнула. Будто кто-то выключателем щелкнул, так слаженно возникли маленькие огоньки. Подумала бы, что это декоративные пластиковые светильники на батарейках, которые управляются пультом, но огонь выглядел до ужаса натурально. Очевидно, потому что и был настоящим.

— Добрый вечер, — несмело поздоровалась я. — Есть тут кто?

Никто не откликнулся. Я принялась осматриваться. Изба как изба. Русская печь почти на половину помещения, несколько широких лавок, стол, пара больших ларей, на стенах пучки трав сушатся. Кажется, нечто подобное я видела на экскурсии, когда нам рассказывали о деревенском быте прошлых столетий. В далеких от цивилизации деревеньках до сих пор можно встретить нечто подобное, поэтому сильно интерьер меня не удивил.

Но стоило сделать лишь шаг внутрь, как сзади с грохотом захлопнулась входная дверь. Я подпрыгнула и даже вскрикнула, испуганно зажав рукой рот.

На меня никто не кинулся и не напал. Просто дверь. Сквозняк, возможно. Снова нервно рассмеялась.

— Ничего себе избушка, — тихо присвистнула я и еле удержала равновесие, когда все вокруг пришло в движение.

Судя по скрипу, она снова поднялась на лапы и двигалась в обратном направлении. Заходили предметы, со стола чуть не упал глиняный горшочек, я стояла рядом и успела его схватить, чтобы не разбился.

Через пару минут качка прекратилась. Сознание вопило, что здесь может быть опасно и нужно бежать. Я даже, поддавшись паническим мыслям, выглянула за дверь, которая без проблем открылась, и выглянула за порог. Деревья стоят, темно и те же комары звенят. Нет уж, лучше пережидать ночь внутри.

А вот нечто, не поддающееся объяснению, возможно, мое бессознательное, оставалось вполне спокойно. Здесь было даже уютно. Как будто я приехала к любимой бабушке в деревню. Только вот в чем загвоздка: обе мои бабушки всегда жили в городе и о деревенской жизни сами имели весьма слабое представление.

Я сняла рюкзак и без сил упала на лавку. Все-таки стресс давал о себе знать. После переживаний я всегда хочу есть и спать.

Собрав мысли в кучку, все-таки решила остаться здесь и дождаться хозяина сего странного жилища. Еще раз проверила телефон и в расстройстве кинула его вглубь рюкзака. Сейчас это бесполезный кусок пластика и стекла. Ни позвонить, ни написать никому! Попыталась откопать хоть какую-то снедь, но внутри оказалась лишь сменная одежда и кое-что из средств гигиены.

Ну конечно! Всю еду же мы везли отдельно. Я недовольно отпихнула от себя вещи. Взгляд мимо воли упал на горшочек. Когда я его спасала от падения, заметила, что он тяжелый. Руки сами потянулись к крышке. Внутри вкусно пахла гречневая каша. И какая! На молоке да с маслом. От аромата свело желудок, рот тут же наполнился слюной. Я вообще-то не великий любитель гречки, но голод брал свое.

Окинула помещение взглядом в поисках столовых приборов, а когда снова глянула на стол, увидела там деревянную ложку.

— Как?! — мимо воли вырвалось у меня. — Ее здесь только что не было!

Да, я точно это помнила! На столе одиноко стоял лишь горшок. Но глаза меня не подводили. Взяла ложку и принялась за кашу, мыча от удовольствия. Кем бы ни являлся хозяин избушки, готовить он умел. Не хотелось нарушать приличия и без спросу есть, но почему-то складывалось впечатление, будто дом сам предложил мне трапезу.

Ну, Яся, скажешь тоже — дом. Наверняка не заметила сначала эту ложку, вот и напридумывала себе всякое.

Когда половина горшочка была опустошена, а я поняла, что больше не впихну в себя ни ложечки, удовлетворенно оперлась спиной о стену.

— Сейчас бы чайку, — широко зевнула, прикрыв на пару секунд глаза.

А когда с трудом распахнула веки, чуть не подпрыгнула. Передо мной стояла кружка с каким-то отваром, от которого поднимался ароматный пар.

— Эм-м-м… Спасибо, — несмело поблагодарила я неведомо кого и осторожно принюхалась. Напиток пах мятой и мелиссой. Ладно, аромат этих трав я знаю, кажется, можно спокойно пить.

Через минут десять с чаем я покончила и, поняв, что больше не могу сохранять даже подобие вертикального положения, стянула кроссовки и, положив под голову рюкзак, улеглась на широкой лавке. Меня тут же сморил сон. Даже удивительно. Обычно на новых местах я сплю крайне чутко.

Знала бы, какое «распрекрасное» меня ждет утро, вообще обошла бы странный дом сторонкой.

***

Пробуждение получилось не самое приятное. Это если мягко сказать. Очень мягко.

Мне и без того снился кошмар, будто кто-то душит меня, давит на грудь так, что не могу вдохнуть, а когда открыла глаза и вовсе потеряла контроль над собой. Не горжусь этим, но в тот момент подпрыгнула и заверещала, как истеричка. А вы бы на моем месте как поступили? Только представьте: продираете веки, а на вас сверху вниз смотрят черные глаза-бусины, но самое страшное — это огромный клюв, нацеленный прямо вам в глаз! Мамочки, какая-то ворона захотела мной позавтракать!

Вскочила как ошпаренная и попыталась стряхнуть с себя чудовище. Оно почти с куриным кудахтаньем затрепыхало крыльями, удирая от меня. Ха, тоже испугалось! Да, и я не лыком шита!

С бьющимся в горле сердцем оглядела избушку. На меня со странным брезгливым выражением лица пялилась какая-то сморщенная и сгорбленная старуха.

Птица села к ней на плечо и сказала:

— Безобр-р-разие!

— Говорящая ворона, — вырвалось у меня против воли.

— Я вор-р-рон! — обиделся он и быстрым движением склонил голову на бок, разглядывая меня.

— Извините, — вдруг почему-то устыдилась я. — Не сильна в орнитологии.

Старуха ухмыльнулась одной стороной губ и хмыкнула, скрестив руки на груди да нетерпеливо притопывая носком ноги по дощатому полу.

— В дом к одинокой женщине врывается, уважаемую птицу оскорбляет. Ты как тут вообще, болезная, очутилась?

— В лесу заблудилась, — сразу как-то растерялась от такого напора я.

— То, что из лесу пришла, я и сама догадалась, нет тут больше ничего вокруг. Ты мне лучше скажи, как в избу попала?

Хозяйка скривилась, подошла к столу и заглянула в горшок.

— Еще и кашу съела!

Я сразу почувствовала себя какой-то Машенькой из сказки про трех медведей. «Кто спал в моей кровати? Кто сидел на моем стуле?»

— Простите, я не со зла, просто есть очень хотелось, я возмещу ущерб, — полезла в рюкзак за кошельком.

Старуха цыкнула и отмахнулась.

— Так как попала сюда, говоришь? — прищурила она один глаз.

Она мне кого-то очень напоминала, только я не могла понять, кого именно.

— Мы с одногруппниками поехали в лес отдохнуть, я поссорилась со своим молодым человеком и ушла от них, а потом заблудилась, долго ходила и наконец наткнулась на ваш дом, — принялась объяснять я.

— Ну-у-у, а дальше-то? — нетерпеливо посмотрела старуха, ее ручной ворон все так же сверлил меня взглядом, отчего становилось не по себе.

— Ну-у-у, и зашла к вам.

— Так уж пр-р-росто и вошла? — склонило пернатое создание голову уже на другой бок.

На меня потоком нахлынули воспоминания вчерашнего вечера. Я забыла об этом, но стоило подумать, как все вспомнила! Куриные лапы! Дом двигался сам! И старуха, я поняла, кого напоминает! Она будто сошла с картинки к сказке. Еще и птица эта говорящая, точно человек.

Я беспомощно опустилась на скамейку, обхватив голову руками, и тихо прошептала сама себе вчерашние слова:

— Избушка, избушка, повернись ко мне передом, к лесу задом... Ч-ч-черт.

— Все понятно, она пр-р-рочитала заклинание, — как бы фоном услышала голос птицы, а сама при этом не могла поверить в собственную догадку. Но по всему выходило, что...

— Вы Баба Яга? — подняла на старуху растерянный взгляд. Другим в тот момент он быть у меня просто не мог.

Хозяйка цокнула языком и закатила глаза, качая головой.

— Свою бабку так назвать будешь, а я Ядвига, а для всяких там пришлых Ядвига Никитична.

Было видно, что она не слишком-то рада незваной гостье. Но что мне поделать? Я-то уже здесь! И да, попробовала бы я назвать так свою бабушку, без языка враз осталась бы. С ней не забалуешь! Мне всегда она казалась слишком строгой. Когда всем моим друзьям бабушки и дедушки читали сказки, моя только кривилась при любом упоминании о чем-то волшебном. Ну да ладно, зато мама всегда была рада побаловать меня очередной книгой с картинками. Я так ярко в детстве представляла каждого персонажа, что сейчас даже не испытала шок, что могу лицезреть настоящую Бабу Ягу. Удивилась, конечно, но шокирована не оказалась. Наверное, где-то подсознательно всегда верила, что сказки не такие уж и выдуманные.

Так погрузилась в мысли, что не заметила, как ворон слетел с плеча старухи... то есть Ядвиги Никитичны. И гордо прошествовал ко мне. В это время сама она что-то мне говорила, но я не слышала.

— Ой!

Я подскочила, когда ворон слабо клюнул меня в ногу.

— Блаженная какая-то, — проворчал он.

— Простите, что вы сказали? — посмотрела я на женщину.

— Завтракать, говорю, будем, коль пришла.

— Не мной, надеюсь? — спросила и сразу захлопнула рот ладонью, чтобы из него не вырвалась еще какая-нибудь глупость.

Яга хищно на меня глянула и как-то слишком ласково улыбнулась.

Или не глупость?..

***

— Иль баньку тебе растопить сперва? — вдруг встрепенулась она.

— Н-н-не н-н-надо баньку! — для пущей убедительности замахала руками я.

В сказках Яга всегда предлагала попарить доброго молодца перед тем, как съесть его. Хочет молодой кровушки, пускай меня так, грязной отведает. Тьфу ты, черт! О чем я думаю?!

— Ну, не надо, так не надо, — подозрительно спокойно пожала плечами Ядвига Никитична, подошла к крючку на стене, на котором висела какая-то большая салфетка или полотенце.

— Звать-то тебя как?

— Ярослава. Очень приятно, — голос немного подрагивал, но я решила, что нужно быть вежливой, может быть, тогда меня не тронут?

Яга на миг изменилась в лице. Они с вороном как-то странно переглянулись, но очень скоро старуха взяла себя в руки.

— Что ж, Ярослава, накрывай на стол! — она протянула мне тканую салфетку.

Хотела уже отказаться от завтрака и попросить вывести меня на дорогу, но что-то было такое в тоне и взгляде Яги, что ослушаться я не посмела. Взяла у нее из рук лоскут и постелила его на стол.

Повернулась к хозяйке и спросила:

— Может, помочь приготовить что-то?

Она усмехнулась и заглянула мне за плечо.

— Так ты уже.

В смысле?!

Следуя за ее взглядом, обернулась и уставилась на стол. Опять посмотрела на Ягу. И снова на стол. Он был заставлен очень странными для окружающей обстановки блюдами. На красивых винтажных тарелках с золотыми каемками лежали роллы и суши самых различных видов. Но это настолько не вязалось в голове, что я снова беспомощно посмотрела на Ядвигу Никитичну.

Она с интересом изучала ассортимент. В восторг, кажется, не пришла, но опустилась на лавку и мне кивнула. Птица слетела с плеча хозяйки на стол и первая клюнула красную рыбу.

Я ошарашенно села и, автоматом взяв в руки резные палочки для еды с красивыми узорами, которые лежали рядом, выбрала один ролл, обмакнула в соевый соус и положила в рот, принявшись жевать.

Пауза затягивалась. Яга недоверчиво покосилась на меня, палочками решила не пользоваться, а подцепила угощение пальцами с желтоватыми ногтями и тоже отправила в рот.

— Вкуснятина, — подал голос ворон.

— Весьма недурно, — подтвердила старуха, прожевав.

— Откуда у вас суши? — вдруг очнулась я.

Почему-то выбор кухни поверг меня в большее недоумение, чем волшебное появление еды в принципе.

— Это так называется? — уточнила Ядвига Никитична и сцапала еще один кусочек. А потом, видя мое недоумение, сжалилась и объяснила: — Скатерть-самобранка выполнила твое пожелание.

— Но я ничего не желала!

Не бывает такого, просто не бывает. Может, меня насмерть заели комары, и все это — бред умирающего мозга?

— Ну, не обязательно думать об этом, — снова снизошла до пояснений старуха. — Скатерть знает, чем порадовать того, кто взял ее в руки. Любишь эти свои… суши? — немного помедлила она, вспоминая новое слово.

Я растерянно кивнула.

— Ну вот, приятного аппетита!

Некоторое время мы ели молча. Мне как студентке, учившейся в чужом городе, крайне редко удавалось полакомиться японской кухней, но любила я ее всей охочей до вкусностей душонкой.

Не знаю уж, каким боком к этому рыбному блюду подходил вишневый компот, но именно он оказался в пузатом графине на столе. Холодный, сваренный из вишни с косточкой. М-м-м!

Того, что меня собираются съесть, я уже не боялась. Зачем кому-то девица, которую еще и готовить нужно, когда есть такая штука, которая может за секунду подать тебе то, чего ты только пожелаешь? Конечно, весьма странный выбор — суши на завтрак, но подсознание не обманешь.

Когда мы закончили трапезу, Яга свернула скатерть, и та стала плоской, как и до того. Все остатки блюд испарились, как будто старуха была фокусником.

Один вопрос почему-то не давал покоя. Если все так просто, зачем на столе вчера вечером стоял горшочек с гречкой? Зачем оставлять на потом кашу, когда в любой момент можешь поесть свежую. Этот вопрос я как можно тактичнее задала хозяйке.

Она уже привычным для меня движением сощурила один глаз.

— Это изба тебе угощение подсунула. Не обладает она такими способностями, как скатерка, но чем смогла, тем помогла.

На моих глазах творились совершенно невообразимые вещи, а я сидела так, как словно это все абсолютно нормально. Кажется, так психика пыталась защититься, чтобы я не сошла с ума.

— Что ж, Ядвига Никитична, спасибо вам за гостеприимство! Спасибо, изба! — я уже поняла, что здесь все живет своей собственной жизнью, поэтому на всякий случай поклонилась чуть ли не до пола, как в сказках. — А теперь мне домой пора. Друзья, наверное, изволновались.

Яга как-то странно на меня посмотрела, потом переглянулась с вороном и снова глянула на меня. Птица точно тоже пялилась в мою сторону. Готова поклясться, что она ухмылялась!

— Что? — не выдержала таких красноречивых взглядов.

— Ну, иди, попробуй, — как-то скептически произнесла Баба Яга.

От ее тона у меня все опустилось внутри. Неужто все-таки съедят?!