Глава 17

Тело Поля Лепети била крупная дрожь. На его мертвенно-бледном лице застыла маска смятения и паники. Весь этот аристократический лоск и уверенность слетели с него в одно мгновение. Мокрые волосы, облепившие его лоб, дрожащая челюсть и клацающие зубы, разбитый нос и опухшие губы — хозяин букмекерской конторы сломался довольно быстро. А ведь я еще даже толком и не начал.

— Итак, я весь внимание, — разведя руки в стороны, произнес я и сделал вид, что приготовился внимательно слушать.

Поль от звука моего голоса вздрогнул еще сильнее и непонимающе, с мольбой во взгляде уставился на меня.

Я перевел озадаченный взгляд на Жука, который снова вжался в свой угол.

— Господин Лепети, — обратился я к Полю. — Почему вы молчите? Вот же он я. Перед вами. Насколько я понимаю, вы ведь именно этого добивались, когда приказали ограбить и избить моего верного слугу? Вы хотели таким странным способом передать мне какое-то сообщение? Что ж, послание достигло адресата — и вот я здесь. Внимательно вас слушаю.

Лицо Поля побледнело еще больше. Кажется, он собрался снова отключиться. Перегнувшись через стол, я похлопал его по щекам и произнес:

— Господин Лепети, у меня очень мало времени. Возьмите себя…к-хм… в руки.

При этом ножи из его ладоней выдергивать я пока не собирался.

— Вы должны крупную сумму моему хозяину, — стуча зубами, решился выдавить из себя Поль.

— Ну и что? — удивился я. — Это ведь мои с ним дела. Вы-то тут причем? Кроме того, формально деньги на мою победу поставил Бертран. Он человек свободный и имеет на это полное право. А вы взяли и ограбили его посреди бела дня. Или вам плевать на вашу репутацию? Вы же не слугу простого лавочника ограбили, а камердинера дворянина. Очень скоро об этой истории узнает весь Абвиль. Любопытно будет посмотреть на лицо вашего хозяина, когда он поймет, что репутации его бизнеса пришел конец. Вы ведь не думали, что после вашей выходки я буду молчать? Кто теперь захочет иметь с вами дело?

Мои слова, как и ожидалось, на Поля особого впечатления не произвели. Это свидетельствовало только об одном — Треболь полностью одобрил бы действия своих подчиненных. А это, в свою очередь, говорило о том, что кредитор Макса, а теперь уже и мой привык вести дела именно таким способом. И на какую-то там репутацию ему, по сути, плевать.

Что ж, как по мне, то так даже проще.

— Я совершил ошибку, — с мольбой в голосе залепетал Лепети. — И приношу искренние извинения вам и вашему камердинеру. Такого больше не повторится.

— Конечно, не повторится, — хмыкнул я.

Не знаю, что там себе надумал Поль, но после моих слов он вздрогнул и попытался отшатнуться, чем сделал себе только хуже. Потревожив прибитые к столу ладони, он громко вскрикнул и снова потерял сознание. Мне пришлось придержать его голову, чтобы он окончательно не расшибся.

— Слушай, Жук, — обратился я к коротышке, который за все это время даже боялся вздохнуть лишний раз. — Придется тебе еще разок поработать реаниматологом.

— Чего? — недоуменно уставившись на меня, спросил он.

— Говорю, в чувство приведи его. Какой-то он совсем нежный у вас.

Жук метнулся к дальнему столику и притащил еще один кувшин. Последний. Опрокинув его содержимое на хозяина кабинета, он начал хлопать того по щекам. Судя по новому запаху — в этот раз на голову Поля вылили вино подороже.

Главный букмекер Абвиля, наконец, пришел в себя. Когда взгляд его мутных глаз остановился на мне, я произнес, кивая на Жука с кувшином в руке:

— Господин Лепети, такими темпами ваши частые обмороки очень быстро опустошат ваш винный погреб. Предлагаю вам быстренько отсчитать положенную сумму выигрыша моему слуге, и я более не буду докучать вам своим присутствием. Кроме того, не забудьте выделить бедняге компенсацию за нанесенный ему физический и моральный ущерб. Уверен, сотни крон будет более чем достаточно.

Поль часто закивал и залепетал. В его глазах появилась надежда.

— Конечно, шевалье Ренар! Конечно!

— Далее, — продолжил я. — Так как наше с вами короткое кхм… противостояние закончилось моей победой, то согласно древнему обычаю — мне положены трофеи.

Поль продолжал кивать как заведенный. Кажется, он сейчас был готов мать родную продать, лишь бы остаться в живых.

Я фыркнул и закатил глаза:

— Согласен, традиция варварская, но кто мы с вами, чтобы идти против завета предков? Хочу сразу предупредить, я не претендую на все ценности в этом доме, так как понимаю, что они вам не принадлежат. Мы поступим согласно канону. Жук, помоги господину Лепети избавиться от его перстней и остальных ценностей на его теле. И кстати, выдерни ты уже наконец эти ножи из его рук. Только аккуратно.

— Прошу вас, не надо, — дрожащим голосом попросил Поль и Жук на мгновение замер. — Я готов заплатить вам выкуп за мои личные вещи и украшения. Вы ведь все равно их продадите, а для меня важна память.

Я прищурился и перешел на истинное зрение. Не обнаружив на его теле ничего необычного, я спросил:

— Вы ведь не пытаетесь меня надуть?

Поль громко сглотнул и активно замотал головой.

— Что вы, шевалье!

Я понял — не врет.

— Хорошо, — кивнул я. — Давайте так и поступим. Меня устроит сумма, хм… скажем в три сотни серебряных крон.

Челюсть Поля, на мгновение забывшего о своих ранах, поползла вниз, а Жук приглушенно икнул.

— Побойтесь богов, шевалье! — взмолился Лепети. — Все мои вещи не стоят и двадцати крон!

— Двух сотен, — уступил немного я.

— Максимум тридцать крон! — выпалил он. — Либо просто забирайте вещи…

— Давайте округлим до пятидесяти, — предложил я. — И ни талером меньше.

Обреченно вздохнув, Поль Лепети кивнул:

— Я согласен.

— Отлично! — улыбнулся я, потирая ладони. — Тогда приступим.

Спустя несколько минут мне были переданы три пухлых мешочка, в которых приятно позвякивали четыре сотни серебряных крон. К слову, Макс был выдворен своим дядей из своего дома с суммой в три сотни.

Но радоваться я не спешил. Пока Жук под присмотром Поля считал деньги, я, как бы между прочим, поинтересовался у них о размере моего долга Треболю. Точной цифры они не знали, но заверили меня, что сумма превышает мою сегодняшнюю добычу. После услышанного я уже в который раз пожелал Максу переродиться в новом мире в теле таракана или какой-нибудь слизи.

Больше четырех сотен! Этот идиот умудрился задолжать местному криминальному боссу больше четырех сотен серебряных крон! А я-то уж, грешным делом, подумал, что сегодняшним выигрышем закрою все финансовые дыры, что остались мне в наследство от Макса.

Подхватив мешочки со стола, я, не прощаясь, развернулся и двинулся на выход из кабинета. На ходу я внимательно разглядывал и запоминал планировку и расположение окон — очень скоро эти знания мне пригодятся при следующем посещении этого дома.

Дело в том, что пока Поль и Жук возились с деньгами, я успел просканировать помещение и обнаружить в двух местах тайники, в которых, судя по характерному разноцветному сиянию, находились магические предметы. Мозг Плута, как это часто бывало, уже начал делать наброски будущего плана.

— Жук! — крикнул я, не оборачиваясь. — За мной!

За спиной послышались торопливые шаги и обреченный вздох.

У дверей меня уже ждали. Это был Жак и тот мальчишка, который указал мне местонахождение Бертрана. В отличие от Жака, который относительно спокойно взирал на происходящее, он испуганно таращился на меня, словно перед ним предстало какое-то чудовище.

— Ты почему еще здесь? — хмурясь, обратился я к Жаку. — И где Бертран?

— Старик отказался уезжать без вас, господин, — как всегда меланхолично пожал плечами Жак и добавил: — Он сейчас в коляске. Упросил меня отправиться за вами следом, чтобы я вам помог.

— Ну-ну, помощничек, — фыркнул я, переступая порог.

— Дык, за вами не успеть, — оскалился Жак, кивая на остывающий труп Краба.

Я лишь покачал головой и, не сбавляя шага, подозвал Жука.

— Да, господин, — с готовностью произнес тот, быстро шагая рядом.

— Пробегись по этажам и собери мои трофеи с тел всех своих дружков, — сказал я, не останавливаясь. — Давай, начинай. И чтоб одна нога здесь, другая там.

— Я вас понял, господин, — поклонился Жук и хотел было броситься выполнять приказ, но я остановился и положил руку на его плечо.

— Что-то ты какой-то шелковый сегодня. Не угрожаешь мне расправой, не пугаешь своим боссом. Странно все это…

— Это было бы очень опрометчиво с моей стороны, господин, — вздрогнул всем телом Жук.

— Сделаю вид, что поверил, — буркнул я и кивнул. — Начинай. У тебя есть несколько минут.

Пока мы спускались, я продолжал сканировать дом. Но, увы, ничего интересного больше не обнаружил. Может быть, здесь и были еще какие-то тайники, но наверняка они находились в другой части дома. Либо я их просто не смог разглядеть. Более тщательная ревизия только навредит моему плану, который уже практически оформился в голове.

Здоровенная входная дверь в особняк, которую охранял Бык, была прикрыта. Это уже Жак постарался. Привратник, которого я вырубил первым, лежал у порога. Я мельком осмотрел его энергосистему. Жить будет. Равно как и остальные головорезы Треболя, что не справились с защитой букмекерской конторы. У меня были сомнения насчет второго верзилы, которого я выключил энергоударом в застарелую травму, но и он тоже скоро очухается. Все-таки я бил не в полную силу, экономя свой скудный энергозапас.

Кстати, единственный из всей этой шайки, кто пришел в себя, был тот рыжий детина, узнавший меня на лестнице. Когда мы проходили мимо, он сидел, прислонившись спиной к стене, и провожал меня мутным взглядом.

— Ренар! — прохрипел он, при этом морщась от боли. — Так и не объяснишь, почему ты напал на меня?!

— Ты стоял у меня на пути, — на ходу ответил я. — В следующий раз, если тебе вздумается повторить нечто подобное в этом роде, так легко уже не отделаешься.

Когда мы шли по коридору, я спросил у Жака:

— Случайно не знаешь, кто это был?

Тот снова оскалился, а в его глазах блеснула искорка веселья.

— Конечно, знаю. Он частенько бывал у вас с визитами. Это же ваш приятель — шевалье де Невер. Правда, последнее время вы, кажется, были с ним в ссоре…

— Вот оно что, — хмыкнул я. — Как тесен мир.

Именно с этим рыжим у меня должна состояться дуэль из-за дочки лавочника. Интересно, что он делал здесь? Тоже пришел за выигрышем?

На улице в коляске закутанный в мою шубу нас ждал Бертран. Судя по его румянцу и осмысленному взгляду, старик неплохо себя чувствовал. Это подтвердил и мой беглый осмотр его энергосистемы.

— Старина, — покачал головой я, запрыгивая в коляску. — Ты постепенно становишься неуправляемым. Похоже, я тебя распустил.

Старик с того момента, как я вышел из конторы, счастливо улыбался.

— Господин! Как я мог бросить вас на произвол судьбы?!

Он было попытался привстать и вернуть мне тулуп, но я его остановил.

— Сиди и не шевелись, герой ты наш, — приказал я ему, делая вид, что мне не холодно. Хотя сюртук из тоненького сукна, что был на мне, от вечернего мороза не спасал.

Через несколько минут следом за нами на улицу выскочил Жук и протянул мне небольшой холщовый мешок.

— Здесь все, — сообщил он и, немного замявшись, добавил: — У шевалье де Невера я не решился забирать его кошелек…

Я отмахнулся.

— С этим господином позднее я сам разберусь. Лучше подскажи мне, где у вас тут ближайшая аптека.

— Аптека только в центре Абвиля. А вот через два квартала живет травница…

— Я могу показать дорогу! — тут же подал голос пацаненок, который все это время молча следовал за нами и ошарашенно вертел своей любопытной головой.

— Травница, говоришь? — задумчиво произнес я. — Что ж, так даже лучше. Запрыгивай!

Когда наша коляска почти уже скрылась за поворотом, я бросил последний взгляд на стоявшего у дверей конторы Жука. В глазах подручного Треболя я не увидел ненависти или гнева. Он о чем-то очень напряженно размышлял. Мне было знакомо это выражение лица — словно человек готовиться броситься с головою в омут.

Жук не соврал, домик травницы действительно обнаружился через два квартала. Кстати, на фоне остальных домов, находившихся в довольно плачевном состоянии, жилище травницы выглядело неожиданно ухоженным.

В окнах приветливо горел довольно яркий свет. Значит, хозяйка не экономит на ламповом масле или свечах. Небольшой садик перед домом тщательно вычищен от снега, у стены под навесом много аккуратно сложенных дров — все говорит о том, что травница не бедует. Кстати, многие думают, что зима — это плохое время для представителей этой профессии. Как раз наоборот. Именно зимой люди чаще всего болеют и нуждаются в травяных сборах. Любопытно, почему она поселилась именно в этом квартале?

— Как ее имя? — обратился я к нашему провожатому.

— Ладой все кличут, господин, — с готовностью ответил тот.

— Лада, — задумчиво повторил я. — Интересное имя.

— Говорят, что она много лет назад переехала к нам из вольных княжеств, — поделился местными слухами парень.

Я лишь молча кивнул. Показывать свое невежество в местной географии не хотелось. Приближаясь к калитке, я думал о том, что поскорей бы уже доставили карту и книги, заказанные мной у хозяина книжного магазина. Надоело узнавать об этом мире из обрывков разговоров. Мозг требовал больше цельной информации.

Все произошло в тот момент, когда я замер возле калитки и уже был готов громко позвать хозяйку дома. Мой взгляд остановился на входной двери, и я почувствовал, как по моей спине пробежал табун мурашей. В верхней части дверного полотна был вырезан небольшой рисунок, в котором я без труда узнал одну из ведьмачьих охранных рун.

Похожими рунами Вадома расписывала внешние стены и входные двери нашего с ней жилища. Это знак-предупреждение. Здесь живет ведьма! Оказывается, наши миры похожи больше, чем я предполагал.

Я мгновенно перешел на истинное зрение. Руна светилась темно-синим светом. Простая травница, говорите? Ну-ну… Пора валить, пока она не почуяла метку, что вплела в мою энергосистему Вадома, когда я был еще маленьким.

Я медленно сделал шаг назад и, быстро развернувшись, хотел было рвануть в сторону коляски, но меня остановил веселый женский голос:

— А я-то думала, что мне показалось, будто вокруг моего дома зверь дикий бродит. Но нет, мое чутье еще никогда меня не подводило. Эй, характерник! Может, все-таки обернешься? А то как-то невежливо стоять спиной к даме, когда она к тебе обращается.

Я тяжело вздохнул и закатил глаза. Все-таки почуяла, зараза. Быстро она. И неудивительно — это ее земля. По сути, весь этот квартал и есть ее земля. Теперь многое встало на свои места. Но еще не все потеряно. Она почуяла лишь одну из моих сутей. Характерника. Воина-колдуна.

Я медленно повернулся и изобразил приветливую улыбку. Передо мной, в шаге от входной двери стояла невысокая женщина, на вид лет сорока. Ее угольно-черные волосы были заплетены в толстую косу. На пухлых розовых губах играла усмешка, а в больших темно-зеленых глазах горел веселый огонек. Я невольно залюбовался ее хищной красотой.

— Приветствую, мадам! — изобразил я поклон. — Простите, что побеспокоил. Я уже ухожу. Больше вы меня на своей земле не увидите.

Я снова попытался покинуть угодья ведьмы, но меня снова остановили.

— Не так быстро, — проворковала она и по-звериному втянула носом воздух. — Дай-ка я тебя получше изучу.

Я тоже перешел на истинное зрение. М-да, я ей не соперник. Объем ее источника раз в десять превышал мой. А вот если бы мы столкнулись с этой дамой в моей прошлой жизни — ей бы пришлось спасться от меня, поджав хвост. Но, увы, я сейчас здесь, в этом мире и в этом слабом теле. А в нескольких шагах от меня стоит довольно сильная ведьма.

— Лис, значит, — утвердительно произнесла она. — Впервые вижу такого!

Она снова втянула воздух и неожиданно вздрогнула. Все ее веселье как рукой сняло. Ее глаза сузились и ноздри затрепетали. Я же про себя чертыхнулся… Почуяла метку Вадомы. Вот же зараза…

— На тебе метка ведьмы! — воскликнула она на гортанном языке.

Настала моя очередь удивляться. Я прекрасно знал этот язык. И это не были знания Макса, а мои собственные. Ко мне сейчас обращались на древнем ведьмачьем наречии.

Загрузка...