Глава 25

Следующие несколько дней прошли на удивление спокойно. Никто меня не беспокоил. Будто обо мне все вдруг взяли и забыли. Я, естественно, в такое чудо не верил, поэтому времени зря не терял — тренировался, медитировал, купленными в аптеке зельями лечил Бертрана и много читал.

Хозяин книжной лавки, Гаспар Мерсье, наконец, выполнил мой заказ — из столицы пришли книги по истории Вестонии и сопредельных с ней государств, а также карта Мэйнленда.

Развернув последнюю, я слегка подзавис. Тот, кто ее рисовал, подошел к процессу ответственно: не поленился смешать много красок, чтобы получилось большое количество оттенков. Это произведение искусства обошлось мне в десять крон. Еще минус пять крон за книги. Кстати, исторические опусы стоили дешевле, чем посредственные романы, которые я продал Гаспару.

Карта Мэйнленда напоминала большое рваное одеяло, сшитое из множества мелких разноцветных лоскутков, которыми были самостоятельные княжества, графства, герцогства и карликовые королевства. А в центре этого «разноцветного одеяла» красовалась здоровенная угольно-черная клякса — Тень Стрикса.

Имелись на карте и относительно большие страны. Например, такие как Вестония, Аталия, Восточный и Западный халифаты, Астландия и другие. Родина Трикси, Туманные острова, были разделены на множество графств и герцогств, постоянно воюющих между собой. Видимо, именно поэтому в Вестонии обосновалось так много островитян. Они бежали от ужасов войны.

Бергонию, из-за которой Вестония объявила войну Аталии, я нашел на карте не сразу. Это небольшое горное государство, славящееся своими мастерами-артефакторами, было даже меньше, чем некоторые самостоятельные графства. Хотя позднее из книг я узнал, что до появления Тени Бергония была большой страной. Сейчас же этот клочок горной местности являлся всего лишь огрызком былого величия. Но у этого огрызка было то, чего не имели другие карликовые государства — граница с Тенью. И если в первые годы ее появления это было, скорее, проклятьем, то нынче проклятие обернулось огромным преимуществом.

Я пока не знал, из-за чего именно короли Вестонии и Аталии закусили удила, но уж точно не из-за казни какого-то там посла. И тем и другим нужен был повод, чтобы развязать конфликт, и они его нашли.

Уже подробней изучив карту и книги, доставленные мне Гаспаром Мерсье, я пришел к выводу, что между этими двумя странами уже давно назревал конфликт. Оставалось только высечь искру.

Оба государства имели выходы к Срединному морю, где регулярно между их флотами происходили стычки. Затем и те и другие много лет пытались подмять под себя графства и герцогства, которые являлись некой буферной зоной между двумя большими странами. В общем, произошло то, что давно должно было произойти.

Помимо карты и книг хозяин книжной лавки, по моей просьбе, заказал мне из столицы три пузырька магических чернил. Посыльный Гаспара Мерсье, доставивший мне все покупки, смотрел на меня, как на идиота. Видимо, решил, что молодой дворянин бесится с жиру, тратя такие деньжищи.

Три флакона мне обошлись в двадцать пять крон. Дороже, чем обычно, но это объяснимо. Я заказал самые концентрированные чернила. Кстати, Гаспар меня не обманул — содержание магической пыли в этих чернилах было в два раза выше, чем в тех, что были у Макса. Самое то для моей задумки. Хотя бурая пыль без всяких примесей подошла бы больше.

Дело в том, что я решил провести одновременное поглощение энергии сразу трех видов. На данный момент в виду того, что объем моего источника, несмотря на шоковую терапию, которую я ему периодически устраивал, увеличивался очень медленно, мне пришлось сконцентрироваться на укреплении самой энергосистемы.

Когда я был мальчишкой под защитой сильной одаренной, маленький объем источника меня не особо парил. Скажу больше, у меня в те годы, как и у всех детей, были другие интересы и переживания. Занятия с Вадомой, медитация и культивация воспринимались мной, скорее, как обязательная повинность навроде домашнего задания, что давали мне в школе.

Думаю, появление в моей жизни мастера Ямады произошло по воле моей приемной матери. Именно благодаря тренировкам с моим учителем, я осознал всю глубину того Дара, что преподнесло мне Мироздание.

Поглощение, к моей радости, прошло успешно. Бурую ману, процесс впитывания которой для моего организма был самым болезненным, я скармливал моей энергосистеме одновременно с алой и изумрудной.

Алая мана мгновенно подлечивала укрепленные участки и снимала болезненные симптомы, не давая моему мозгу отключаться, а изумрудная тем временем весь этот процесс ускоряла, поставляя источнику двойное количество энергетического топлива.

Благодаря этим процедурам, за несколько дней я укрепил почти все самые важные энергоканалы и узлы. Теперь я мог увеличивать нагрузки, не боясь при этом случайных микрорастяжений или разрывов в энергосистеме. Жаль, что чернила очень быстро закончились.

Надо будет заказать их побольше, но, дабы не плодить лишние подозрения у хозяина книжной лавки, сделать это придется, например, через стряпчего. Уверен господин Моро с удовольствием окажет мне эту услугу.

Да и с добычей новой пыли надо что-то решать: мои запасы таяли прямо на глазах. Несколько раз я ловил себя на мысли, что жалею о подарке, который преподнёс ведьме.

Похоже, все было зря. От Лады не было ни слуху, ни духу. Не удивлюсь, если узнаю, что после моего визита она покинула Абвиль. Уж больно напуганной она выглядела. Меня не обманешь — под ее маской гнева, скрывался страх. Не просто же так она пряталась в этой дыре.

Помимо тренировок и чтения, по ночам я занимался изучением странного кинжала, добытого мной из тайника в доме Поля Лепети. Должен заметить, что чем дольше я его изучал, тем больше меня пугала эта штуковина.

А еще я понял, что мой первичный анализ этого оружия был неверен. Я даже специально посетил оружейный магазин Урсулы Хуг, чтобы снова осмотреть доспехи страйкеров. Так вот, энергоструктура найденного мной кинжала заметно отличалась от той, что была у доспеха из того странного металла. Скажу больше, она была более совершенна и материал был другой. Кроме того, необычный орнамент и узоры на рукояти, а также оголовье в виде змеиной головы говорили о том, что кинжал был выкован не в Вестонии и не в Астландии.

После тщательного изучения я перешел к экспериментам, которые чуть было не разрушили все то, что мне удалось уже создать. Сейчас я понимаю, что решение поделиться с кинжалом энергией было крайне опрометчивым. Хотя сперва ничего не предвещало беды.

Как и в прошлый раз, когда его рукоять легла мне в ладонь, я ощутил аккуратное энергетическое воздействие. Он словно присматривался ко мне. Изучал. Затем он «попросил» немного энергии, и я поделился, при этом внимательно наблюдая за его веретенообразной энергоструктурой.

Все произошло, когда первые сгустки моей маны перебрались на энергоканалы кинжала. Он как будто взбесился и словно пиявка, присосавшись к моей ладони, начал выкачивать мою энергию. При этом лиловый цвет его энерегоструктуры начал постепенно светлеть.

Мне стоило труда перекрыть энергопоток и разорвать связь с опасным артефактом. Отбросив в сторону этого взбесившегося вампира, я ошарашенно взглянул на свой источник и ахнул. За какие-то доли секунды кинжал практически опустошил его. После того случая, с экспериментами было покончено. Но только на время. Я их обязательно возобновлю, когда объем моего источника подрастет. Так просто сдаваться я не собирался.

* * *

После шести суток относительного покоя на седьмой день плотину словно прорвало. С самого утра в дверь нашего флигелька постучался курьер, доставивший мне записку от Винсента де Ламара, в которой тот в довольно ехидном стиле осведомлялся о моем здоровье и напоминал мне, что часы тикают и что пора бы уже закрыть все наши вопросы. И дабы все прошло самым наилучшим образом, я должен был сообщить курьеру точный день и час проведения поединка.

В ответном письме: я поблагодарил де Ламара за оказанную мне любезность в виде отсрочки, сообщил, что я уже здоров и прекрасно себя чувствую, и готов завтра в полдень отправить любезного де Ламара к праотцам.

Спустя час после ухода курьера, Трикси принесла мне еще два письма. Кстати, я сдержал слово и поговорил с мадам Ришар насчет временного трудоустройства ее горничной, пока не поставим Бертрана на ноги.

Хозяйка доходного дома с удовольствием пошла мне навстречу. Мне даже показалось, что она обрадовалась этому больше, чем сама Трикси.

Не знаю, что там надумала себе мадам Ришар о причинах моего предложения, но в момент нашего с ней разговора она многозначительно улыбалась и всячески давала мне понять, что понимает, мол, тело молодое и все такое.

Оба письма были от неожиданно нарисовавшихся в моей жизни упрямых родственниц, которые довольно рьяно взялись за своего непутевого братца и кузена.

Письма здорово отличались друг от друга, как манерой написания, так и содержанием. Если Валери старалась всячески давить и угрожать недовольством графа де Грамона, то Ивелин робко взывала к моему чувству долга роду. В общем, ничего нового они мне не сказали.

Этим двум я благоразумно решил не отвечать. Знаю я, чем все это закончится. Как только вступлю в дискуссию, они меня буквально завалят ответными письмами.

Дабы развеяться немного, я взял оба своих меча и вышел на задний двор. Сперва помахал лопатой, расчищая мою тренировочную площадку после ночного снегопада, а затем приступил к разминочному комплексу.

После разминки перешел на ката с двумя мечами. Темп наращивал постепенно, прогоняя через энергосистему небольшие сгустки маны. Руки, уже привыкшие к балансу мечей, словно удлинились за счет клинков.

Мамору Ямада называл это состояние «Крыльями Дракона». Почему-то именно сегодня у меня, наконец, получилось ощутить эти крылья, и я был счастлив. Мое тело превратилось в вихрь. Мана, пульсируя, струилась по укрепленным каналам, насыщая их силой моего дара. Смертельный танец поглотил меня без остатка. Окружающий мир исчез. Он перестал существовать. Именно сейчас, именно в это мгновение я был тем драконом, расправившим свои крылья-мечи.

Последним шагом было позволить энергии поглотить оба моих клинка, и я чуть было это не совершил, но вовремя остановился — такого издевательства мечи не переживут.

Вихрь распался. Стремительный смертельный танец оборвался. Я, тяжело дыша, опустился на одно колено, опираясь на оба меча. Сердце, казалось, выпрыгнет сейчас из груди. От плеч, спины и рук шел пар. Кайф!

Я втянул носом воздух и ощутил знакомый запах сирени, который тянулся из проулка, ведущего к центральному входу в мой флигель. Интересно, а ей что от меня понадобилось?

Я быстро поднялся и, встав в одну из стоек, что использовали местные фехтовальщики, начал изображать неуклюжие выпады. Спустя мгновение из проулка донеслись звуки шуршащего платья и приближающихся шагов. Затем звуки исчезли, и я буквально затылком ощутил на себе постороннее внимание.

Делая вид, что увлечен тренировкой, я якобы случайно обернулся.

— Мадмуазель Гилберт! — изобразил я удивление и поклонился. — Что вы здесь делаете?

Бетти, а это была именно она, стояла у входа в проулок и презрительно меня рассматривала.

— Шевалье Ренар! — зло проговорила она сквозь стиснутые зубы. — Только не надо делать вид, что удивлены моему визиту!

— Но… — хотел было возразить я, но Бетти меня перебила.

— Ах, оставьте, Ренар! Прекратите этот фарс! Роль невинной простоты вам не к лицу!

Какого хрена?

— И все-таки, — нахмурился я. — Объясните, что, собственно, происходит?

— И вы еще спрашиваете? — на белых щеках Бетти разгорался румянец. — Вы уже обо всем договорились за моей спиной! Но будьте уверены, вы с ним еще пожалеете об этом!

— С кем это — с ним? — успел все-таки вставить я.

— С моим отцом! — возмущенно выдохнула Бетти. — С кем же еще?!

Охренеть…

— С вашим отцом?

— Ренар, вы опять за свое?! — темные зрачки ее голубых глаз, казалось, вот-вот прожгут во мне дыру.

— Мадмуазель Гилберт, я действительно ничего не понимаю. Скажу больше, прежде чем договориться о чем-либо с вашим отцом, мне для начала следовало бы с ним познакомиться.

— Ты снова лжешь, Ренар! — Бетти в порыве гнева перешла на «ты». — Вы уже давно обо всем договорились. Твой дед, Паскаль Легран, тоже в этом участвует. Отец сказал, что все уже решено! Велел мне лично доставить тебе приглашение на завтрашний ужин.

— Ничего не понимаю, — пожал плечами я.

— Только я опередила вас всех! — победно подняв подбородок, зло улыбаясь, произнесла Бетти. — Думаешь, я сразу не разгадала план моего отца, когда он отправил меня из столицы в эту дыру несколько месяцев назад? Присмотрись к этому юноше, сказал он мне! Ха-ха! Вы думали, что я покорно свяжу свою судьбу с таким ничтожеством, как ты?

Девицу явно несло. Я же стоял молча и не перебивал. Очень любопытно.

— А знаешь? — прищурив глаза, продолжила Бетти. — Я ведь присмотрелась к тебе. И даже написала о тебе несколько писем отцу. Бабник, развратник, трус и негодяй! Вот, что я ему написала! А еще — жалкий ублюдок, изгнанный из собственного рода, словно порченный щенок из благородного помета. И он хочет, чтобы я вышла замуж за такого, как ты? И как тебе вообще в голову пришло, претендуя на мою руку, волочиться за этой жалкой актрисулькой Вивьен? Это такой новый вид оскорбления? Да как ты вообще смеешь претендовать на мою руку, жалкий бастард?! Кто — ты, а кто — я! Ну уж н-е-ет! Я уже позаботилась об этом и приняла меры!

Хм… Оказывается, я жених прямо нарасхват.

— Нет человека — нет проблемы? — усмехнулся я, сбрасывая маску. — Так?

Мой тон слегка смутил Бетти.

— А я все думал, почему ты так настоятельно подталкивала меня к дуэли с де Ламаром, — потирая подбородок, произнес я. — Теперь все понятно. Ты решила чужими руками избавиться от меня. Что ж, мое тебе почтение. Отличный план. Один раз он почти сработал.

— В этот раз все обязательно получится! — быстро взяв себя в руки, Бетти перешла в атаку. — Винсент де Ламар — один из лучших мечников в Вестонии! Твои слезы тебе не помогут. Завтра ты умрешь! А после твоей смерти я буду наслаждаться разочарованной физиономией отца, рассказывая ему об этой дуэли.

— Значит, говоришь, твой отец хочет нас с тобой поженить? — игнорируя ее тираду, спокойно спросил я. — И мой дед в этом тоже замешан… Любопытно.

Мой тон снова сбил ее с боевого настроя. Пока она собиралась с мыслями, я продолжил:

— Передай твоему отцу и моему деду, что они опоздали. У меня уже есть невеста. И вообще, с чего ты взяла, что я был готов жениться на тебе?

В следующее мгновение я наблюдал, как Бетти, краснея и разевая рот словно выброшенная на берег рыба, пыталась что-то ответить.

— Думаешь, ко мне не сватаются дворяне? — наконец, зло выплюнула она.

— Что за глупости? — усмехнулся я. — В моих жилах течет древняя кровь тех, кто плечом к плечу с принцем Альбертом Смелым несколько веков назад отправился в поход в Тень. Пока мои великие предки защищали фронтир от набегов потусторонних тварей, твои предки-оборванцы ловили и продавали треску на островах.

За время моей короткой речи Бетти несколько раз покраснела и побледнела. Она уже даже не пыталась ничего сказать, лишь сверлила меня своим яростным взглядом.

— Что б ты знала, за меня сватают виконтессу из древнего рода, с богатейшим приданым и связями при дворе, — продолжал импровизировать я. — Кстати, похоже, именно из-за будущих связей твой отец и пытается организовать нашу с тобой помолвку. Видимо, он уже перерос свой уровень. Пора двигаться вперед. А ты, дурочка, этого не понимаешь. Он заботиться о будущем своих внуков. Так что передай своему отцу, что наш ужин придется перенести на какой-нибудь другой день.

Бетти стояла, вытянувшись словно струна. Ладошки, сжатые в кулачки, были прижаты к животу. В ее голубых глазах пылал огонь. Умей она испепелять взглядом, я бы уже превратился в пепел.

— Завтра ты умрешь! — прошипела она и, резко развернувшись, рванула в проулок.

Я ухмыльнулся и шутливо поклонился ей вдогонку. Затем, собрав оружие и вещи, поспешил внутрь флигеля. Мой нос уже уловил приятные обеденные ароматы.

Когда я хотел было уже толкнуть дверь, за моей спиной раздался знакомый женский голос, обратившийся ко мне на древнем ведьмачьем наречии:

— Гляжу, ты тут развлекаешься?

Загрузка...