Глава 7

Мои слишком прямые вопросы Бертрана совершенно не удивили. Я вообще начал замечать, что старик перестал обращать внимание на мои «провалы в памяти». Уже позднее, когда я спросил, в чем же причина такого спокойного отношения к моей «амнезии», он мне честно ответил — ему нравился новый Макс, а то, что хозяин немного подзабыл прошлую жизнь, так это даже к лучшему.

Но это еще не все. Разговорившись, Бертран покаялся в том, что заходил в храм Аделаиды, местной богини равновесия и бросил монетку на чашу Великих Весов. Он попросил у нее не возвращать «плохую» память хозяину, чем заставил меня, в который раз, вспомнить об этом мелком пакостнике Максе. Это ж как надо было довести человека, чтобы он просил о таком?

— Господин, что именно вы помните из того, что вам преподавал Джеральд Ламбер? — уточнил Бертран, перед тем как начать свой рассказ.

Я пожал плечами и, улыбаясь, ответил:

— А кто это?

Бертран сперва непонимающе посмотрел на меня, а потом, потерев затылок, спросил:

— Неужели вы забыли своего учителя? Господин Ламбер, несомненно, был вздорным человеком, но все-таки он много лет посвятил вашему воспитанию и обучению всяким наукам.

— Видимо, ты, старина, очень хорошо помолился той богине, — хмыкнул я. — Вот она и услышала тебя.

Бертран покачал головой, как это всегда делают искренне верующие люди, когда слышат какую-нибудь ересь. А через мгновение он грустно улыбнулся.

— И все-таки Джеральд был, несомненно, умнейшим человеком, которого я когда-либо встречал в своей жизни. Представляете, после занятий с вами он всегда мне говорил, что напрасно тратит свое время и что вы в будущем все равно забудете всю его науку.

Я хохотнул. Бертран немного ожил. Уже начал легонько подшучивать надо мной. Хороший знак.

— Знаешь, — тяжело вздохнул я. — Мне бы сейчас пригодились его уроки. Где он сейчас? Наверняка в столице. Делится своими знаниями с очередным отпрыском богатого аристократа.

Старик удрученно покачал головой и отвел глаза.

— Увы, господин… Но Джеральда Ламбера казнили вместе с вашими братьями и отцом. Он тоже участвовал в заговоре против его величества.

— Хм… — потер подбородок я. Шутливое настроение мигом улетучилось. — Вот оно как…

Некоторое время мы молчали, каждый думая о своем. Не знаю, о чем там размышлял Бертран, но меня занимали мысли об отце Макса. Эта метка сына изменника мне постоянно не давала покоя. Бертран говорил, что королевские дознаватели не тронули Макса, потому что он всего лишь бастард и что никаким боком не был причастен к заговору, но меня это нисколько не успокаивало. Чутье Плута подсказывало мне, что там все не так гладко, как кажется на первый взгляд. Зуб даю, все это дерьмо еще всплывет на поверхность. Как бы потом не замараться.

Первым молчание нарушил Бертран.

— Не знаю, что именно рассказывал вам Джеральд, но раз вы все равно ничего не помните…

— Увы, — пожал плечами я. — Поставь себя на мое место и сразу все поймешь.

Старик задумался на мгновение и потом произнес:

— Тогда правильней будет, если я углублюсь немного в историю…

— Мы никуда не торопимся, — подбодрил я его.

Получив мое одобрение, Бертран начал говорить. И чем больше он говорил, тем задумчивее я становился.

М-да… Та сущность, что забросила меня в этот мир, все-таки решила поразвлечься напоследок.

А я-то, грешным делом, уже начал надеяться, что обошелся малой кровью. Ведь репутацию, хоть и изрядно подмоченную, все-таки можно восстановить — было бы желание. И долги раздать — деньги заработать не проблема. Даже от клейма сына изменника есть возможность избавиться. Это будет невероятно сложно, но все равно решаемо. Все эти проблемы завязаны на человеческий фактор. Но что делать с явлением, которое не подвластно людской воле? Ведь Бертран выдавал мне сейчас такую информацию, от которой по моей спине бегали мурашки.

Нет, не от страха. А от предвкушения! Меня буквально переполняли эмоции. Хотелось прямо сейчас все бросить и рвануть туда, в гущу событий. Этот «благодетель» из тьмы явно знал меня как облупленного. Даже лучше, чем я сам.

— На самом деле, никто доподлинно не знает, как это произошло, — говорил Бертран. — О точной дате тоже ничего не известно. Хотя принято считать, что Небесная Пелена появилась около трех сотен лет назад.

Старик хмыкнул и покачал головой:

— В народе ее прозвали Крылом Сумеречной Неясыти либо Совьим Крылом.

— Небесная пелена? — переспросил я.

— Да, — кивнул Бертран. — Огромная недвижимая туча, что заволокла половину неба и накрыла своей тенью большую часть западных земель. Считай, несколько графств оказались под ней.

— Отсюда и та самая тень?

— Верно, — сказал старик. — Тень Стрикса.

— Стрикс? — встрепенулся я, услышав знакомое название из моего мира. — Кажется, это птица-вестница из древних легенд, которую всегда посылали темные боги перед тем, как обрушить свой гнев на землю?

— Господин! — радостно хлопнув в ладоши, воскликнул Бертран. — Ваша память постепенно возвращается!

Я хитро усмехнулся:

— Видимо, ты мало деньжат отсыпал жрецам своей богини.

— Господин… — жалобно произнес Бертран и хотел было подняться со стула, но я его остановил.

— Да шучу я! Ты лучше скажи мне, чего эту тень так боятся?

Старик тяжело вздохнул. Видимо, уже тысячу раз пожалел, что признался мне о своем походе в храм.

— Как же не бояться-то, если там, в Тени всякая чертовщина происходит? — ответил Бертран.

М-да, похоже, придется повозиться. Я мысленно пожелал самому себе терпения и начал задавать старику наводящие вопросы.

Когда он начал отвечать, у меня сложилось двоякое впечатление об услышанном. С одной стороны, Бертран мне многое рассказал, но с другой — вся информация, которую он на меня вывалил, была довольно поверхностной. Другими словами, у Бертрана, в силу его низкого положения в местном обществе, не было достаточного допуска к знаниям, которые меня интересовали. Но этот пробел с лихвой компенсировался огромным ворохом слухов и сплетен, правда, в массе своей довольно противоречивых.

Когда Бертран закончил свой рассказ, я даже не заметил, как вода в бадье остыла. Момент, когда меня чистого и задумчивого обтирали насухо, укладывали в постель и кормили, я благополучно пропустил. Мой мозг был занят анализом новой информации.

В общем, несмотря на довольно противоречивые сведения, кое-что мне все-таки удалось выяснить.

Тень, или аномальная зона, как я называл ее про себя, накрыла довольно приличный кусок территорий на западе континента. Причем получилось так, что под Пеленой оказались земли, принадлежащие сразу нескольким странам. По сути, это странное облако, вот уже триста с лишним лет нерушимо висевшее на одном месте, создало некое нейтральное пространство в сердце самого густонаселенного материка.

Бертран утверждал, что никто не знает, что происходит в эпицентре этой зоны. Люди, жившие в тех местах, из Тени не выходили, равно как и те, кто отправились, чтобы узнать о судьбе своих родичей.

Власти сложа руки тоже не сидели. Старик рассказал легенду, услышанную им от его деда, о великом походе к центру Тени, который возглавил наследный принц короля Вестонии. Многотысячная армия просто перестала существовать. Аномалия словно ненасытное чудовище поглотила ее.

Дальше — больше. Через некоторое время, когда люди постепенно свыклись с новыми реалиями, на землях, граничащих с Тенью, начали происходить странные дела. В тех местах стали появляться новые виды флоры и фауны, а также новые виды разнообразного сырья. Помимо всего прочего, поселения людей, живших в тех областях, периодически подвергались нападениям всяких монстров. Именно в те времена предки нынешнего короля заложили строительство нескольких крепостей на границе с Тенью.

Первое время там несли службу постоянные гарнизоны, но из-за высокой смертности в боях с разными тварями, а также из-за неосторожного взаимодействия с новой флорой численность личного состава начала быстро таять.

Закономерный итог — служба в приграничных крепостях воспринималась людьми, как наказание. Народ не горел желанием сложить голову на чужбине от клыков какой-нибудь потусторонней твари или от яда внешне безобидного цветка. По всей Вестонии прогремели крестьянские бунты. Ведь главная нагрузка в обеспечении королевских гарнизонов рекрутами легла именно на крестьянские общины.

Должен заметить, тогдашний правитель Вестонии оказался человеком прогрессивных взглядов. Вместо того, чтобы подавить бунты и утопить страну в крови, он пошел на беспрецедентный шаг. Он издал указ о создании так называемого теневого патруля, в который начали призывать не только крестьянских детей, но и отпрысков аристократов. А чтобы предотвратить будущие возмущения уже среди дворян, в первый теневой патруль отправился наследный принц. После такого финта ни один граф или герцог не мог ничего возразить. Хотя, думается мне, что там не обошлось без приличных откатов со стороны короны. Дабы утихомирить самых знатных, и чтобы те встали на сторону правителя в этом вопросе.

Справедливости ради необходимо заметить, что традиция призывать дворян канула в лету сразу же после смерти короля, придумавшего ее. Его сын, пойдя на поводу у своих советников, отменил эту повинность для аристократов.

Для зажиточных подданных, в жилах которых не текла благородная кровь, тоже была придумана лазейка. Новым указом была разрешена замена. Стоит ли говорить, что после выхода нового указа цены на услуги наемников выросли в разы.

Должен заметить, что в бочке дегтя была и своя ложка мёда. И довольно увесистая, на мой взгляд. Дело в том, что спустя некоторое время после появления Небесной Пелены и ее Тени, с некоторыми людьми начали происходить любопытные изменения. Они научились взаимодействовать с инородной энергией, что пришла в их мир. Другими словами, начали рождаться одаренные.

Увы, Бертран по вполне объяснимым причинам не смог мне рассказать ничего конкретного о таких людях. Одаренные или маги, именно так их здесь называли, тщательно оберегали секреты и тайны своего мастерства. И это абсолютно логично.

Мне были перечислены лишь общеизвестные факты. Старик с придыханием рассказывал мне о мастерах целителях, которые могли вылечить своей магией любые болезни и раны. О друидах, которым подчинялась магия природы. Об артефактерах и алхимиках, магическая продукция которых пользовалась бешеным спросом. А также о страйкерах — боевых магах.

Прямо супер-люди, не иначе. Мне еще предстоит узнать, как оно все на самом деле.

Кроме того, я узнал, что важную роль в жизни одаренных играли некие круды, энергетические, или как их здесь еще называли, — магические кристаллы, добыть которые можно было только в той самой Тени Стрикса.

Не забыл я спросить и о пустышах, разноцветная пыль которых содержалась в лечебной настойке и чернилах Макса. Эта информация оказалась общедоступной, поэтому Бертран смог довольно подробно все объяснить.

Собственно, разгадка крылась в самом названии. По сути, пустыш — это тот же кристалл, только растерявший почти всю свою энергию. Старик где-то слышал, что маги, якобы специально, оставляли в кристаллах немного энергии или по-местному — маны, чтобы потом продать их алхимикам и артефакторам.

Кстати, а вот и объяснение такой низкой концентрации энергии в той настойке, что купил для меня Бертран. Да и в чернилах Макса энергии было не больше. По сути, их сделали из отходов. Но даже той маны мне хватило на восстановление разрывов энергоканалов и заживления раны на голове. В общем, меня буквально трясло от предвкушения того, что я смогу сделать с целым кристаллом.

Только вот, боюсь даже представить, сколько может стоить эта штука. Хотя, о чем это я? Зачем тратить деньги на то, что я могу добыть самостоятельно? Вот встану на ноги, как в прямом, так и в переносном смысле. Приведу это тело в порядок и тогда можно начинать подготовку к походу. Наверняка прямо сейчас мой таинственный «благодетель» радостно потирает руки. Если они, конечно, у него есть. Зуб даю, он знал, что я не буду отсиживаться в сторонке.

Лежа в кровати и заложив руки за голову, я смотрел в серый потолок и под звуки возни Бертрана в другой комнате напряженно раздумывал о сложившейся ситуации. Мне, человеку из технологически развитого мира, остро не хватало информации. Прежние времена, когда я в несколько кликов мог добыть горы сведений из всемирной паутины, канули в небытие. Приходилось адаптироваться под новые реалии, размеренные и неспешные.

Эта медлительность местных меня здорово раздражала. Когда расспрашивал Бертрана, я видел, что тот даже взмок от потока моих вопросов, и когда я его отпустил, он облегченно выдохнул. Мозг старика явно не справлялся с такими нагрузками. И это я его еще щадил, чтобы ненароком «не сломать».

Звук открываемой входной двери заставил меня напрячься. Я прикрыл глаза и привычно втянул носом воздух. Знакомый запах полевых цветов сообщил, что это пожаловала Трикси. Быстро она.

На пороге моей комнаты появился Бертран.

— Тут эта вертихвостка… — буркнул он. — Снова прискакала. Раньше носу не казала, а сейчас ей тут словно медом намазали. Просится к вам… Говорит, у нее есть какие-то новости, которые могут вас заинтересовать. Одно разорение от них.

— Зови, — кивнул я. — И приготовь десять оболов из моего кошелька.

Девчонка все правильно сообразила. Смогла сложить два плюс два. Мои ненавязчивые расспросы о ее жизни, затем новости о появлении новых списков, да и я ее тут же отпустил. При этом несколько медяков отсыпал. Одна простая манипуляция — и у меня уже есть добровольный информатор из прислуги мадам Ришар. И самое главное — мне даже не пришлось ни о чем ее просить. Трикси думает, что инициатива исходит от нее.

Когда она, раскрасневшаяся, со светящимися глазами впорхнула в мою комнату, я невольно залюбовался ей, чем тут же смутил ее. Дитя полей — не иначе.

— Ну, рассказывай, — поторопил я, переводя мысли девчонки в другое русло. — Что там за срочность такая?

Я специально выбрал тон человека, которого побеспокоили в момент важной работы.

— Господин, — Трикси быстро сделала книксен. — Ваш слуга прав — в Абвиле переполох из-за новых списков.

— Ну, об этом мне и так уже известно, — изобразил я легкое разочарование.

Бертран, появившийся на пороге дверей, притормозил. Трикси, заметив в его руках знакомый кошель, громко сглотнула и быстро выпалила:

— Но вы не знаете, чьи именно фамилии в этом списке. А я знаю… Дело в том, что Бекс, вернее Ребекка, моя подруга, работает горничной в доме господина Бюжо, заместителя главы канцелярии Абвиля… Вот она мне и рассказала…

— Предположим, твоя подружка смогла как-то добраться до этих документов, — буркнул Бертран. — А что дальше? Ни за что не поверю, что она умеет читать.

— А Бекс и не умеет, — тут же ответила Трикси. — Но у нее очень хорошая память. Когда господин Бюжо зачитывал список своей супруге, Ребекка его хорошо запомнила. Он, кстати, довольно длинный.

Я пока не знал, зачем мне эта информация, но поощрить девушку нужно было обязательно.

— Хорошо, — не унимался Бертран. — Допустим, у твоей Бекс хорошая память и она способна запоминать длинные списки. А как тогда прикажешь быть с тобой? Или у тебя тоже хорошая память?

— Нет, — замотала она головой и хитро усмехнулась. — Память у меня не очень. Особенно на имена. Поэтому я их просто переписала. Вот…

Сказав это, она победно вручила мне небольшой лист бумаги, густо исписанный торопливым женским почерком.

Лицо старика удивленно вытянулось. Я же не удержался и хохотнул.

— Мой батюшка был кузнецом и был обучен грамоте, — объяснила девушка. — Вот он меня и обучил. А я уже передаю эту науку моим младшим братьям и сестрам.

— Старина, — обратился я к Бертрану. — Думаю, десяти оболов будет маловато за такую работу. Добавь еще пять медяков.

Старик недовольно кивнул и начал отсчитывать монеты. При этом он очень смешно насупился и периодически зло посапывал, чем заработал еще одну мою усмешку.

Когда Трикси, получив деньги, довольная собой выпорхнула из нашего жилища, я протянул список Бертрану:

— Мне пока не очень понятно, зачем нам эта информация, но лишней она точно не будет. Взгляни, может тебе кто-то знаком из этого списка.

Старик молча взял лист бумаги и начал читать.

— Как курица лапой, — пробурчал он, качая головой. Ну хоть тут он смог отыграться.

Все это время я внимательно следил за его мимикой. Бертран был спокоен ровно до того момента, пока не перевернул лист и не прочитал верхнюю строчку.

Его глаза расширились. Он повернул голову в мою сторону.

— Что там старина? — подался я вперед.

— Вот уж не ожидал такое увидеть, — озадаченно произнес старик. — Если я не ошибаюсь, а я не ошибаюсь. В теневой патруль призвали старшего сына господина Вебера.

— Напомни-ка мне, кто у нас господин Вебер?

— Торговый дом «Вебер и сыновья», — ответил Бертран. — Леон Вебер — очень богатый человек. Думаю, он самый богатый в Абвиле. Он даже несколько раз вел дела с вашим дедом. Видимо, кому-то там наверху перешел дорожку. Кому-то очень влиятельному…

— Ну, — пожал плечами я. — Наймет какого-нибудь головореза и отправит вместо сына…

Совершенно бесполезная информация.

А спустя мгновение меня словно молнией шарахнуло. Ну, конечно! Леон Вебер! Большая часть долговых расписок, что лежали у меня на столе, были подписаны этим именем. Выходит, он самый главный кредитор Макса, а с некоторых пор — уже и мой.

Мои мысли тут же понеслись вскачь. В голове начала вырисовываться любопытная картинка…

Загрузка...