Бессовестно влюбленная 2

Глава 18

Мисс Лилиан Харрис медленно обошла старшую сестру по кругу, потом развернулась и пошла в обратную сторону. При этом девушка с восхищением бормотала под нос:

— Бель, как же ты хороша в этом светлом платье, несмотря на его простоту! Ты такая милая и очаровательная! Как настоящая невеста!

— Я и есть настоящая невеста, Лиля. — Мисс Харрис добродушно усмехнулась и покачала головой.

Целительница огладила подрагивающими от волнения ладошками ткань юбки платья, которое они в четыре руки, в том числе с помощью горничной, подготовили, не зная усталости, всего за два часа.

— Конечно, ты невеста! — широко улыбнулась её младшая сестра и тихо захлопала в ладоши. — Я просто волнуюсь и говорю глупости. А для такой красавицы и настоящее свадебное платье не нужно, ведь ты невероятно хороша в любом!

— Мы закончили с твоим образом, дорогая. Наклони голову, я надену обруч, — мягко проговорила леди Треверс и выдохнула с явным облегчением. — Можешь посмотреть на себя в зеркало. По-моему, вышло, действительно, мило и очаровательно, как говорит наша Лилиан.

Младшая мисс Харрис, леди Треверс и горничная отступили в стороны, давая Белле возможность увидеть себя в напольном зеркале в полный рост и вынести вердикт — получилось ли у них совместными усилиями соблюсти вековую традицию Рейдальского королевства, касающуюся подвенечного наряда невесты.

Последний же должен быть обязательно белым, скромным и элегантным. Поэтому даже самые родовитые и титулованные девушки Рейдалии выходили замуж в платье простого покроя. Все наряды всегда отличались изяществом и отсутствием излишнего декора, чтобы невесты выглядели в них женственно и нежно.

Вот и мисс Харрис сейчас была очень милой и романтичной невестой. Правда, для этого всем четверым женщинам пришлось поработать над светлым роскошным бальным платьем, созданным для целительницы самой Мадам Перье, безжалостно удаляя с него лишние на свадебном платье элементы изящного и модного для бальных платьев декора.

И теперь Белла смогла полюбоваться на результат совместного труда. Скромный лиф, к которому сверху пришлось дополнительно пришить ткань, отрезанную от нижней юбки, чтобы сделать его более закрытым, слегка облегал стройную девичью фигуру, а юбка, с которой безжалостно удалили все кружевные вставки, без пышных нижних юбок мягко струилась вниз.

Лёгкая вуаль из тончайшей шёлковой сетки, которую позаимствовали у леди Треверс, покрывала голову с распущенными белокурыми волосами. В длинные светлые пряди около часа две пары рук — Лилиан и горничной — вплетали мелкие белые живые цветы.

Мэри Треверс, немного растерянная от неожиданной новости, довольно быстро пришла в себя и организовала доставку этих цветов, ведь ни одна невеста Рейдалии, будь то дочь пастуха или принцесса, не могла выйти замуж без цветов в волосах.

Вуаль леди Треверс лично закрепила тонким белым обручем, который мягко обнял голову невесты. Это был свадебный обруч леди, который та бережно хранила уже много лет.

После слов тети Белла подошла к зеркалу, осторожно прижимая к себе нежный букет из своих любимых цветов — лаванды, несколько минут назад принесенную для невесты брата Джереми Дарлином.

Молодая девушка в зеркале смотрела на мисс Харрис широко распахнутыми удивленными глазами и без всяких сомнений была восхитительна.

— Мистер Кеннет Дарлин потеряет дар речи, когда увидит тебя, — довольно фыркнула Лилиан, не скрывая своего удовлетворения и восхищения.

— В этом нет никаких сомнений, — улыбнулась леди Треверс.

— Никаких, — прошептала горничная, восторженно рассматривая молодую госпожу.

Лилиан Харрис подошла к окну, отодвинула тяжелую портьеру в сторону и выглянула:

— Жаль, что мы не можем украсить экипаж цветами и вуалью, как положено, — с сожалением буркнула девушка, рассматривая элегантный экипаж с гербом лорда Стена. Именно на нем Джереми Дарлин и Роберт Стен должны привезти Бель в Восточный храм Сент-Эдмундса. — Мастерицы создали бы для тебя такие невероятные конструкции! А я так мечтала увидеть твой свадебный экипаж! Но придется ехать в обычном. Черном. Мрачном. И это так несправедливо, что самая прекрасная девушка королевства поедет в храм на свою свадьбу в обычном экипаже!

— Лиля, ну перестань, пожалуйста! — тихо хмыкнула Бель, с интересом рассматривая себя в зеркале, поворачиваясь в разные стороны, испытывая удовольствие от увиденного образа. — Я объяснила, что происходит. Поверь, черный экипаж — это сущая мелочь по сравнению с тем, что может со мной случиться. А экипаж Стенов совсем не мрачный, он изящный и элегантный и считается одним из красивейших экипажей в нашем графстве. Поэтому не нагнетай, пожалуйста.

— Дорогая моя, не расстраивайся! — Леди Мэри подошла к младшей племяннице, обняла ее за плечи и мягко прижала к себе. — Зато мы нашли для нашей Бель все остальное: платье, вуаль, обруч и цветы. Эти вещи намного важнее для невесты на свадьбе, чем украшенный милыми конструкциями экипаж.

— Я понимаю, — тихо вздохнула Лилиан и тут же всплеснула руками. — Но… как же бал? А танец невесты и жениха? А подарки, наконец⁈ Эта мегера всего этого лишила тебя! Самую добрую и милую девушку королевства! Это так несправедливо!

— Лилиан Харрис, иди переодевайся, — строго проговорила мисс Харрис. — Нам пора выезжать. И вы, тетя Мэри, тоже, пожалуйста, поторопитесь. Времени осталось совсем мало. Скоро восемь часов.

Лилиан резко обернулась к возмутительно спокойной старшей сестре и гневно сверкнула глазами.

— Вот как у тебя получается в такие моменты оставаться такой сдержанной⁈ Это просто невероятно и…

Младшая мисс Харрис осеклась и не договорила до конца, потому что чуть не задохнулась от охватившего её возмущения.

— Как? Я понимаю, что раздражение или гнев ни к чему не приведут. Что ничего не изменить. И что времени на гнев у меня нет, — сухо отозвалась целительница и добавила с долей язвительности: — Ты поедешь в храм в этом платье или все же сменишь его на более подходящий событию наряд? Или решила остаться дома?

— Дома? — Лилиан хмуро уставилась на сестру. — Нет, конечно! Я сейчас надену свое самое красивое платье и поеду с тобой. В конце концов я единственный представитель от нашей семьи и обязана присутствовать на этом событии. А с тобой… все равно бесполезно разговаривать.

Белла проводила взглядом рассерженную сестру, похожую на взъерошенного воробья; сконфуженную случившейся сценой тетю и смущенную горничную; опустила глаза на лаванду в руках и вдруг вспомнила о том, что во всей этой суматохе забыла сделать.

Девушка подошла к туалетному столику, задумчивый взгляд скользнул по изящным баночкам и флаконам с духами и вдруг остановился на настоящем произведении искусства — на прозрачном флаконе из горного розового хрусталя, когда-то созданным аптекарем Джоном Ролденом специально для нее. Как и эксклюзивный аромат, который тот хранил.

— «Фея Бель», видимо, наконец пришло твое время, — пробормотала мисс Харрис и положила букет невесты на поверхность туалетного столика.

Девушка с осторожностью взяла в руки чудесный флакон, несколько секунд полюбовалась им и вынула маленькую хрустальную пробку, после чего осторожно принюхалась к аромату с волшебными нотками лаванды, которые преобладали.

Она так ни разу и не воспользовалась этими духами, почему-то всегда предпочитая другие. Возможно, из-за возникшего чувства предубеждения к бывшему другу?

— Но для самого важного события в моей жизни нужны лучшие духи из самого прекрасного флакона, — прошептала мисс Харрис.

Несмотря на принятое решение, она все же ещё раз настороженно принюхалась к нежному аромату, но ничего необычного не почувствовала. Кроме главной лавандовой ноты различила и другие, которые покорили её ещё в тот первый раз: полевые цветы, мускус, ваниль и разнотравье.

Больше не колеблясь, Белла уверенно нанесла аромат по правилам, которые знала каждая леди, — на места, где чувствовала пульс. Точечно — на запястья и за ушами. И слегка — на зону декольте и распущенные волосы.

Через некоторое время, благодаря тому, что близко расположенные сосуды стали «подогревать» аромат и делать его звучание более ярким, Бель вдруг с удивлением различила совершенно новую нотку.

Еле заметная, она вдруг защекотала тонкие ноздри озадаченной девушки. Ни в первый раз — несколько недель назад, когда ей подарили флакон, ни сейчас — когда она принюхивалась и различила все ноты аромата, знакомые и безопасные, её точно не было.

Вещество же, которое мисс Харрис только что распознала, не относилось к парфюмерии…

Мистер Кеннет Дарлин нервничал. Пошел девятый час вечера, а брата с другом в Восточном храме Сент-Эдмундса пока не было. Соответственно, Бель Харрис — тоже.

В распашные двери храма заглянул Крис Менфес, и Кен мгновенно натянулся, как тетива лука. Но друг лишь качнул головой, мол, пока никого не заметно, и снова скрылся.

Наверное, он уже мчался бы навстречу Бель, если бы по магическому артефакту совсем недавно Джереми не успокоил его, что у них все хорошо, хотя пара подозрительных личностей кружилась вокруг, а причина задержки банальная — медлительность женщин на Гросвер-роуд.

— Мистер Дарлин, ваша невеста задерживается? — помощник жреца неожиданно оказался рядом и заглянул в его напряженное лицо.

— Да, по всей видимости.

— Святой отец просил передать, что у нас все готово.

— Хорошая новость. Думаю, мисс Харрис приедет с минуты на минуту.

Помощник жреца слегка поклонился, отступил и тут же растворился в сумраке, который вечером царил в храме.

— Подъезжают. — Донесся до него голос Криса.

Сердце мгновенно забилось резкими, рваными толчками, он медленно обернулся к алтарю. Длинноволосый седой жрец уже занял за ним место. Мужское лицо было отстраненным и спокойным, глаза прикрыты.

— Святой отец, невеста приехала.

— Слышал. Рад за вас.

Кеннет понимал, что нарушает традиции Дарлинов и по этому поводу испытывал чувство вины, ведь бракосочетание всех представителей рода должно проходить в семейной часовне дворца. И если бы не существовало определенных роковых обстоятельств, то через некоторое время он и Бель поженились бы согласно традициям. Тогда его невеста, опираясь на руку своего отца, прошла по аллее до семейной часовни, мимо прислуги и многочисленных гостей, которые не поместились бы в помещении. Он встретил бы Бель у алтаря и, получив благословение родителей…

Кен тряхнул головой, отгоняя грустные мысли. Благословением матери он давно заручился, ещё когда решил жениться на Бель, не сходя с ума от любви к ней, а отец…

Лорд Эдвард Дарлин граф Вуффолк явно примет Беллу в семью. Целительница всегда ему нравилась скромностью и искренностью. Причину, по которой Кен вынужден совершить скорый и тайный брак, он назовет истинную — дружба отца с человеком, который не желает, чтобы сирена вошла в семью Дарлинов, и по этой причине совершает все возможное и невозможное, пользуясь служебным положением…

Когда Бель вошла в храм, опираясь на крепкую руку Джереми, его брат — близнец выглядел немного бледным, но серьезным и собранным.

За ними в храм вошли ещё несколько человек. Судя по светлым кружевным тканям, среди них были и женщины. И наверное, сопровождал их Роберт Стен, который вместе с Джереми отправился за Бель. Но взгляд Кеннета уже намертво приклеился к тонкой и стройной фигуре той, кого уверенно поддерживал старший брат.

Хотя светловолосую голову Беллы Харрис покрывала тонкая вуаль, из-за которой прекрасное лицо будто пряталось за легкой полупрозрачной дымкой, девушка казалась восхитительным неземным созданием.

На миг у молодого человека захватило дух, в висках застучало. Краем сознания Кен поразился способности Бель за столь короткий период времени найти для себя такой достойный наряд невесты.

Нежная, скромная, очаровательная…

Самая достойная и прекрасная девушка королевства…

И через несколько минут она станет его женой. Его леди Дарлин.

А ведь Бель ещё не подозревала, что он никуда её не отпустит. После того, как они выйдут из храма, он увезет ее в поместье к деду, и никакая королева не дотянется до нее. Он защитит её от всех. От Кассии Ветинг, лорда Рида, аптекаря, менталиста. И от самой себя. Бель станет Дарлин, а Дарлинам спасением жизни обязан сам король Георг.

Заиграла тихая традиционная музыка, и Бель с Джереми шагнули ему навстречу. Кен замер и заметил, как его невеста вдруг оступилась и пошатнулась, но Джер не дал ей упасть. Поддержал, подождал, пока спутница вновь выпрямит спину и мягко увлек за собой.

Кен впился в девушку взволнованным взглядом. Почему ему показалось, что Бель еле передвигает ноги и будто колеблется? Или она выглядела потерянной?

— Мой брат, вы удостоили меня большой чести сопроводить вашу невесту до алтаря этого древнего храма. Благодарю за оказанное доверие, — негромким, но твердым и спокойным голосом, проговорил Джереми Дарлин, остановившись в полушаге от Кеннета. Тонкая рука Беллы лежала на его сильной руке и… дрожала.

Тонкие пальцы казались невероятно белыми и резко выделялись на фоне черного рукава праздничного сюртука брата. Во рту Кеннета пересохло.

— Брат, — сдавленно начал говорить мужчина, — это вы удостоили меня чести, когда согласились сопроводить мою невесту…

— Вашу невесту, сэр Дарлин? — перебил его резкий холодный голос. — Позвольте вас поправить. Чужую. Невесту.

Кеннет вздрогнул. Одинаковые серые взгляды столкнулись, в них застыло похожее мрачное потрясенное выражение — братья узнали голос, который до бешенства давно раздражал обоих мужчин.

Колин Мэрит.

«Какого демона⁈» — сказали друг другу взгляды Дарлинов.

— Какие громкие заявления о чести, джентльмены, — насмешливо усмехнулся Мэрит. — На мой взгляд, в этом храме собрались самые бесчестные люди в Рейдалии.

Джереми нехотя и медленно отступил в сторону, рука Бель все ещё лежала на его руке. Девушка послушно отступила вместе с ним, снова оступилась и будто стала оседать, но мужчина успел подхватить её и слегка приобнял за талию, помогая держаться на ногах.

Картина, представшая перед молодыми людьми, поразила до глубины души каждого.