Бессовестно влюбленная 2

Глава 38

В Харрис-Холл наемный экипаж приехал ближе к вечеру. Супруги Харрис, которым лакей сообщил о приезде старших дочерей, со всех ног бросились к девушкам.

Однако и мистер, и миссис Харрис старались сдерживать бурные эмоции, чтобы не напоминать Белле о том кошмаре, который произошел в её жизни. Известие о похищении Беллы накануне свадьбы напугало все семейство, ведь тени королевского рода приезжали и к ним, выискивая хоть какие-то зацепки для поиска девушки.

Миссис Харрис велела накрыть стол, за которым с трудом сдерживала слезы облегчения и радости, а младшие сестры привычно облепили старших. Шарлотта, Джейн и Ванесса хотели узнать все подробности того, что случилось со старшей сестрой. Но Лилиан сразу сообщила им, что ничего подобного рассказывать они не собираются юным девушкам.

Вскоре сестры отправились умываться и переодеваться в свои комнаты, когда в комнату Бель залетел магический вестник.

'Милая моя Бель,

я восхищен твоей смелостью и отвагой. И безумно сожалею, что не смог уберечь тебя от дурного человека. Я понимаю твои чувства, поэтому жду магического вестника о том, что ты хочешь увидеть меня и готова встретиться.

Твой Кеннет Дарлин'.

Через несколько дней мисс Харрис обратила внимание, что родные ведут себя подозрительно. Переглядываются странными хмурыми взглядами и неестественно оживлены. До её появления в помещении. А при её появлении… стараются выглядеть спокойными, но прячут от нее газеты и журналы.

Прятать долго не получилось.

Вскоре в имение Харрисов приехала леди Мэри Треверс со стопкой газет. Возмущенная и злая женщина, пылающая праведным гневом, проехала целых три часа до Харрис-Холла и не подумала, что от старшей мисс Харрис родным пока удавалось скрывать тот скандал, который разразился вокруг её имени и похищения, обсуждаемого во многих газетах империи.

Заголовки в газетах кричали:

«Наглое похищение!»

«Чудесное спасение!»

«Репутация уничтожена!»

«Кто осмелится жениться на самой красивой девушке империи с репутацией „бессовестной леди“?»

Белла пришла в ужас. Она испугалась не за себя и свое честное имя. За своих четырех сестер, ведь ее репутация скажется на их будущем.

«… Внучка "бессовестной леди» повторит судьбу родственницы? Теперь ей остается лишь одно — стать прекрасным и бессовестным цветком «Летучего отряда» ее величества…'

Ее величество не принимала. В том числе родного внука его высочество Эдуарда. Однако наследника престола данное обстоятельство остановить уже не могло.

— Ваше величество, — низко поклонился мужчина, вошедший в покои королевы мимо замерших в испуге лакеев.

— Ваше высочество, — прохладно отозвалась королева, настороженно прищуренными глазами наблюдая за Эдуардом.

— Меня предупредили, что вы никого не принимаете, — холодно проронил мужчина. — Но у меня дело не терпит отлагательств.

— Как и всегда, — жестко усмехнулась Кассия Ветинг. — Что ж, вынуждена выслушать вас.

— Вместе с друзьями я сделал все возможное и даже невозможное, чтобы информация о похищении мисс Беллы Харрис не просочилась в газеты и журналы империи. Однако в тех газетах, которые находятся под вашим личным контролем, появились статьи, порочащие имя достойной и невинной девушки.

— Уже не такой уж достойной и невинной, — равнодушно проронила королева, стойко выдерживая яростный взгляд любимого внука.

— Мисс Харрис также чиста и невинна, как и прежде. Это подтверждается тем, что между ней и Дарлином не разорвалась связь истинных. И вы знаете это.

— После похищения, ещё и многодневного, обычно девушки уже не невинны. И не чисты. А замуж их никто не берет, как бы красивы, умны и добры они не были.

— Зачем ты все это сделала, Касси? — с болью в голосе процедил принц.

— Чтобы ты выкинул из головы все мысли об этой девице, — яростно прошипела королева.

— Бель — моя истинная пара, и я люблю её, — устало вздохнул наследник.

— Найдешь себе другую, — процедила Кассия Ветинг. — Эту испорченную отдай Дарлинам. Им не привыкать жениться на опозоренных девицах.

— Леди Тинария Дарлин — достойнейшая женщина, а не опозоренная девица.

— Благодаря тому, что в свое время твой отец не позволил сплетням распространиться.

— И я не позволю.

— Уже поздно, милый.

После долгого молчания, его высочество медленно проговорил:

— Я наконец-то понял одно. Кое-что очень важное. И принял сложное решение. Я больше не хочу иметь с тобой ничего общего. Забудь, что у тебя есть внук.

Но вместо того, чтобы выйти из покоев королевы, Эдуард решительно повернул в сторону её будуара.

Ее величество молча мрачным взглядом наблюдала за передвижением внука. Королева была не в силах пошевелиться от потрясения после услышанного заявления, сказанного ледяным тоном.

Когда Эдуард вышел из будуара и застыл на пороге, он представлял собой смесь древнего существа и человека, а за его длинной узкой спиной пылал… пожар.

— Что… зачем… — в растерянности пробормотала королева, таращась на языки пламени.

— Я поставил защиту. Дворец не загорится. Но пожар в твоем будуаре не прекратится, пока не сгорят все твои баночки с кремом «Сияние». Твоя красота скоро увянет, Касси, как увяла твоя душа.

Он сжег все. Кроме одной. Одну баночку с магическим кремом его высочество сжимал в длинных крючковатых пальцах. Но из-за потрясения королева не заметила этого.

Мистер Джон Ролден настороженно встретил наследника престола. Полутрансформация Эдуарда Ветинга заставила его стать предельно вежливым и внимательным к просьбе внука своей госпожи.

Королевский аптекарь пообещал немедленно приступить к созданию эликсира, который тот потребовал от него. Тем более, наследник заявил, что Ролден будет находиться под присмотром теней королевского рода днем и ночью.

Эликсир для временного восстановления магии сирены…

Королевский аптекарь считал, что его уже ничем нельзя удивить. Однако вынужден был признать, что ошибся.

Когда драк вышел из его лаборатории, поставив на один из столов баночку «Сияние», с которой и должен работать аптекарь для создания эликсира, Ролден уже хотел было выдохнуть с облегчением, но принц вдруг обернулся. Увидев выражение уродливого лица с красными глазами, в душе аптекаря все похолодело.

— Чуть не забыл, — медленно процедил его высочество.

— Слушаю вас.

— Передайте моим людям все документы о ваших доходах за последние восемь лет.

— Для чего, ваше высочество? — опешил аптекарь, настораживаясь.

— Как для чего? — сверкнули пламенем огненные глаза. — Чтобы определить долю мисс Беллы Харрис, которую вы задолжали ей за несколько лет использования её магии. Боюсь, что, если вы самостоятельно решите посчитать, то обязательно запутаетесь и ошибетесь…

Драк вышел, полностью уверенный в том, что королевский аптекарь и документы передаст в полном объеме, и эликсир тоже создаст. Смог же Ролден восстановить Бель память, значит, и здесь справится. Как глава теней королевского рода, он теперь не мог позволить, чтобы редкая древняя магия сирен снова исчезла до рождения в их империи новой сирены.

Когда Эдуард встретился с лучшим другом Кеннетом Дарлином, он спросил:

— Я хочу узнать, изменились твои планы относительно мисс Беллы Харрис или нет?

— Почему они должны измениться? — нахмурился Дарлин, на самом деле догадываясь, почему наследник спросил его об этом.

— Возможно, из-за грязных сплетен? — сдержанно уточнил Эдуард.

— Нет, не изменились. А сплетников скоро не останется. Как и газетчиков, распространяющих лживые истории о Белле. Я, Джереми, Роберт, Генри и Крис разбираемся с ними в Сент-Эдмундсе. Слышал, что ты занимаешься тем же в столице.

— Верно. Я рад, что не ошибся в тебе, как в благородном человеке. И именно поэтому я должен уведомить тебя об изменении моих планов относительно Беллы. Поскольку Белла все вспомнила о нас, я просто так от нее не отступлюсь. Какое бы решение она сама не приняла, хотя в настоящее время её сердце разрывается от чувства к двоим. Ты её последняя привязанность, я — первая. И знаю, что наша прекрасная Бель до сих пор в полном расстройстве и не знает, что ей делать и как поступить. Ведь шесть нитей её связывают с одним истинным, и одна — с другим. Но эта одна идет от сердца к сердцу.

— Я не собираюсь с тобой драться, Эдуард. И собираюсь дождаться решения Беллы.

— И я не хочу с тобой драться. Ты друг мне. Почти брат. До Бель, пожалуй, ты являлся для меня самым важным человеком в этой жизни. Но с недавнего времени я понял, что не могу ждать её решения. Я не отдам её. Ни тебе, никому другому.

— И что ты предлагаешь? — глухо проронил Кеннет Дарлин.

— К сожалению, у нас все-таки остается один-единственный вариант. Поэтому я вызываю тебя на дуэль.

— Дуэль?

— До того момента, как один из нас будет не в силах самостоятельно подняться на ноги. Убивать тебя я не собираюсь.

— Магия? — холодно уточнил Дарлин.

— Думаю, с магией древних преимущество будет на моей стороне, — сухо заметил наследник. — Я сильнее тебя. Поэтому — без нее. Только с боевой. Так будет честно.

— Честно.

Соперники договорись о дне дуэли и сообщили о нем секундантам.

Спустя несколько недель жители Сент-Эдмундса, наконец, прекратили сплетничать, уничижительные статьи тоже больше не публиковались в газетах. Сестры Фрост сообщили Бель, что в салонах и на светских мероприятиях больше не сплетничают о ней и ее похищении, леди и джентльмены нашли другие темы для общения.

Поэтому сестры Харрис вернулись в Сент-Эдмундс в дом на Гросвер-роуд, где им всегда были рады. Миссис Валери и в этот раз позволила младшей дочери сопровождать старшую, пока Бель окончательно не придет в себя. Женщине казалось, что Белла напоминает сжатую пружину, которая вот-вот должна расправиться.

Работа в главном госпитале графства помогала мисс Харрис полностью отвлечься от тягостных мыслей. Слава Пресветлой в этом месте никому не было дела до грязных сплетен — ни леди Тинарии Дарлин, которая была искренне рада ей, ни целителям. Все занимались своими обычными делами, выполняя обязательства перед пациентами.

Собираясь на очередную вечернюю смену, мисс Харрис проходила мимо малой гостиной леди Мэри и услышала приглушенные голоса. Она узнала голоса сестры и тети и хотела уже пройти мимо, когда беседа показалась ей чересчур напряженной. Невольно Бель замерла, с удивлением прислушиваясь к разговору. В конце концов, дверь в гостиную не была заперта, поэтому угрызений совести у нее не возникло.

— Милая, в последнее время ты стала почему-то холодна со мной и очень сдержанна, больше не делишься своими проблемами и мыслями, — проговорила леди Треверс.

— Лучше вам не знать о причинах моего поведения, тетя, — холодно отозвалась Лилиан Харрис, чем вызвала недоумение у Бель.

— Почему ты так говоришь? — воскликнула леди Мэри и голос её дрогнул. — Изволь объясниться!

— Если я стану откровенной, вы станете переживать ещё сильнее. А так… — Лилиан вздохнула, — просто привыкайте к тому, что теперь я в ваш дом буду приезжать только ради сестры.

— Лилиан, но так нельзя! Я просто требую объяснений! — уже с явным возмущением в голосе воскликнула леди Треверс.

Белла редко слышала такие требовательные нотки в размеренной и спокойной речи леди Треверс, которая всегда являлась эталоном истинной леди. Целительница невольно застыла в конце коридора, хотя уже собиралась было уйти и не подслушивать необычную беседу между тетей и племянницей. Какая же кошка между ними пробежала?

— Я предупреждала вас, — снова холодно отозвалась Лилиан. — Но, если вы настаиваете, что ж, тогда слушайте. Я все знаю о вас и нашей бабушке. У меня давно закрались определенные подозрения, и я стала искать доказательства. Я нашла их.

— О чем ты?

— С раннего детства я замечала в вашем доме, особенно в вашей спальне, много редких вещей, которые родом из Адалии. В Рейдалии нет подобных книг, шкатулок и статуэток. Подобных эфирных масел. И других вещей. Даже среди косметики у вас много предметов из этой империи.

— Я рассказывала тебе, что все эти вещи мистер Треверс привез из Адалии после своего путешествия.

— В Адалию можно попасть, лишь имея специальное разрешение Дипломатической службы нашей империи. Ваш покойный супруг, мой дядя, никогда не получал такое разрешение и, соответственно, не был в Адалии. Я специально узнавала в Дипломатической службе.

В гостиной наступило напряженное молчание, а мисс Харрис почувствовала, как холодеет позвоночник и от плохого предчувствия сдавливает грудь.

— В чем же ты подозреваешь меня, могу я узнать? — спокойным голосом поинтересовалась леди Мэри.

Белла услышала тяжелый вздох младшей сестры, которая после тихим холодным голосом проговорила:

— Я уже давно не подозреваю, тетя. Я знаю, что именно вы — тот человек, который связывался с Энтони Вертом от имени королевы Джослин Варгоа. Вы — та, которая сообщала нашей родственнице из Адалии все сведения о нас. Вы, и никто иной, заставили свою горничную Мелли подсунуть Белле тот флакон, чтобы сорвать ее свадьбу с Кеннетом Дарлином.

— Какой бред ты несешь, Лилиан Харрис. Ты в своем уме, девочка? Ты сделала эти выводы на основании того, что лорд Треверс никогда не был в Адалии?

— Не только. Я не настолько глупа, миледи.

— У тебя богатая фантазия, и только.

— Я нашла в ваших документах черновики писем на имя Джослин Варгоа, в которых вы обращаетесь к ней «мама» или «дорогая миледи» и сообщаете о том, что мой отец заложил все наше имущество, чтобы вложиться в дело мистера Лукаса.

Мисс Харрис вынуждена была опереться плечом о стену, чтобы удержаться на ногах.

— Как ты посмела копаться в моих документах⁈ — прервал тишину яростный шепот тети Мэри. — Наглая девчонка!

— Посмела. И ничуть не сожалею об этом. Я хотела понять, почему в нашей семье вдруг все перевернулось с ног на голову, и кто в этом виновен.

— Ты считаешь, что виновна я⁈ — пораженно воскликнула женщина.

— И вы, в том числе… тетя. Только вы не двоюродная нам тетя, правильно? Родная. Вы — первенец бабушки. Когда мама обо всем узнает, уверена, она не простит вам всего того, в чем вы виновны.

В гостиной наступила тишина. Белле она показалась трагичной и грустной.

Послышались легкие шаги по направлению к двери, и мисс Харрис определила, что они принадлежат Лилиан.

— Миледи Джослин знала о том, что Бель прячет свою внешность и не знает о магии сирены. Сначала она спокойно относилась ко всему этому, а после решила сделать так, чтобы твоя сестра изменила свое решение, — безэмоциональный голос леди Треверс остановил девушку, которая уже подошла к выходу из комнаты.

— Каким образом? Решила утопить корабли мистера Лукаса? — язвительно уточнила Лилиан, останавливаясь и, видимо, оборачиваясь.

— Их не утопили. Захватили. На время. Адалия раньше всегда славилась своими пиратами.

— Два века назад? — холодно усмехнулась Лилиан. — Вы серьезно, тетя?

Теперь наступившая тишина казадась оглушающей. Белла медленно направилась по направлению к гостиной.

— Император Адалии промышляет пиратством? — не успокаивалась Лилиан.

— Адалия — маленькое государство, ей сложно.

— Уж не бабушка ли подсказала этот замечательный выход из бедственной ситуации?

Леди Мэри не ответила на этот провокационный вопрос племянницы.

— Вы незаконнорожденная, тетя Мэри? — вдруг выпалила Лилиан.

— Почему же? Мой отец — лорд Ферфакс, — вздохнула леди Мэри. — Поскольку ты до всего докопалась, я так и быть немного расскажу тебе. Миледи Джослин соблазнила моего отца, когда тот гостил в имении лорда Честера, а потом оказалось, что она забеременела. Уж не знаю, как лорд Честер узнал правду, но узнал. Поэтому через девять месяцев всем сообщили, что у миледи случился выкидыш, но на самом деле родилась я. Леди Патриция Ферфакс приняла меня, так как сама не могла иметь детей, и воспитала, как собственную дочь.

— Значит, королева Варгоа знала, что её первенец живет в любви и заботе?

— Знала. И не переживала.

— А к моей маме была равнодушна?

— Это неправда. Мама любит Валери. Но все же не так сильно, как меня. Но она не виновна в этом. И ты понимаешь это, раз уже все знаешь о сиренах.

Мисс Харрис больше не могла скрываться. Девушка вошла в комнату и встретилась взглядом с той, которой с детства доверяла, как матери.

— Бель! — испуганно выдохнула леди Треверс, бледнея лицом.

Появление старшей племянницы стало для женщины явным шоком. Возможно она собиралась договориться с Лилиан о молчании, а теперь осознала, что ее замысел не осуществится?

Лилиан резко обернулась и по застывшему холодной маской выражению лица старшей сестры поняла, что та слышала весь разговор.

— Почему вы не дали мне стать женой Кеннета Дарлина? — тихо спросила Белла.

Леди Мэри нервно облизнула узкие губы.

— Так велела миледи. Духи подготовил и отдал Мелли Энтони Верт. Не я. Ему было легко воспользоваться лабораторией Джона Ролдена.

— Действительно! — вдруг тихо вскричала Лилиан. — Ведь только у Верта-Дорнага и была возможность воспользоваться флаконами из лаборатории Ролдена! И как я сразу не догадалась об этом! Пресветлая Богиня, зачем ты наградила меня такой скудной мыслительной деятельностью⁈

— Миледи мечтала увидеть тебя, Бель, на троне Рейдалии, — пробормотала леди Мэри.

— Каким образом, если она хотела избавиться от наследника престола? — прошептала целительница.

— Это ложь, — твердо возразила леди Мэри. — Королева Кассия, действительно, виновна во многих несчастьях миледи. В том числе и в том, что заманила её в свой «Летучий отряд». Но убить ее внука Эдуарда Ветинга миледи не планировала. Младший Дорнаг сам пришел к такому решению.

— Он заявил на допросе, что королева Джослин Варгоа подтолкнула его к этому, — гневно процедила Лилиан.

— Солгал. Я много раз встречалась с Энтони. Он двуличен, коварен и сам себе на уме.

— Значит, вы всегда знали о том, что у меня магия сирены? — Бель устремила на тетю пытливый взгляд.

— Знала. У всех сирен всегда прекраснейшая и идеальная внешность. У всех золотые волосы, светлые глаза, изумительная фигура. И целительная магия. Не знаю, почему так, но это так.

— Но вы не мешали мне прятать внешность.

— Ты хотела этого. Совершенная красота моей матери долго мешала ей стать счастливой. Я решила, что, возможно, ты права, желая спрятать от всех свою внешность.

— А потом…

— Миледи узнала от Энтони, что среди адептов академии учится наследник Рейдалии, и решила, что пора тебе заявить о себе. Она не сомневалась, что Ветинг не останется равнодушным к сирене. А сирена… к представителю королевского рода.

Во входную дверь дома неожиданно так резко и нервно забарабанили молоточком, что все три женщины синхронно вздрогнули. И обменялись одинаковыми взглядами, полными тревоги. Уже через минуту в гостиную вбежала горничная и удовлетворила общее женское любопытство:

— Мисс Дора Фрост. К мисс Харрис! По очень срочному делу!