Безумно нужен

Глава 1

Намазавшись маслом для загара, я отставила тюбик на столик и, поправив шляпу, спиной улеглась на шезлонг. Сегодня было не жарко и безопасно для загара под прямыми лучами солнца.

Даже купальник надела раздельный, чтобы оставить на теле поменьше белых полосок.

Выдохнула и только начала расслабляться, как услышала задорный голос подруги.

Верóника. Двадцать пять лет. Познакомились, когда я приехала на Ибицу и стала искать работу. Эта девчонка мне и помогла устроиться в ресторан на причале, где теперь я пою по вечерам практически каждый день.

— Holá-holá, mi diosa. («Привет-привет, моя богиня», на исп.)

— Привет, подружка, — вяло ответила ей, приподняв полы шляпы и приоткрыв один глаз.

— О, Господи, сгинь нечистая, куда мою подружку-красавицу дела?

Она присела на соседний шезлонг и протянула мне алкогольный коктейль оранжевого цвета. Ммм… холодненький.

— Хочешь споить меня прямо с самого утра? — хмыкнула я и потянула через трубочку освежающий напиток.

— Ничего себе утро! Малышка, уже одиннадцать. И, между прочим, тебе сегодня понадобится смелость.

Она улеглась на свое место и принялась пить коктейль, когда я уже переключила внимание на сказанное.

— Маслом помажься, — кинула в нее тюбиком, — почему мне сегодня понадобится смелость? Что случилось?

— Босс всея Ибица приехал, — наигранно скривилась она, взмахнув свободной рукой.

Сердце пропустило удар. Я улеглась обратно и снова сделала глоток коктейля, только не для того, чтобы охладиться. Мне просто нужно было смочить горло.

Девочки рассказывали о его строгости, и мне пока с ним посчастливилось не пересекаться. Но кажется, сегодня все изменится.

— Он правда такой жесткий, как все говорят?

— Дарин, я у него в ресторане работаю уже три года и ни разу не видела на его лице улыбку. Но прямо, чтобы поджилки тряслись, бояться не надо. Он жесткий, но не жестокий. Да и с головой у него вроде все нормально.

— Хотелось бы верить, — скривилась я, потянув из трубочки сладко-горькую жидкость уже для смелости. Точно напиться надо.

— По крайней мере, прецедентов не было. Без дела не орет.

— Он, в принципе, не имеет право ни на кого орать.

— Согласна, — хмыкнула ВерОника и, отставив бокал, схватила тюбик с маслом. — Водостойкий?

— Да.

— Сейчас намажусь и в водичку побегу, а то сгораю быстро.

Я резко захохотала, едва не подавившись коктейлем. Оставила бокал, смеясь и вытирая мокрый подбородок.

— Ты чего?

— Прости, прости, mi amiga (моя подруга*).

— Эй! Не ржи!

Я понимала, что это некрасиво, но вспомнила, как месяц назад Верóника сгорела, уснув прямо на пляже. У нее такие дивные щечки тогда были.

— Будешь смеяться надо мной — не расскажу тебе про босса ничего, — она в ответ швырнула меня бутылочкой с маслом, а я едва смогла сдержать смех.

— Ну прости, бейба. Я просто вспомнила, как ты спала под солнцем.

— Эх… ну а что, мозгов у меня не было. Потому сейчас быстренько искупнусь, и ты меня полчасика развлечешь. Чтобы я не уснула.

— Давай уже, беги!

Подруга мне подмигнула, вальяжно отбросила шляпу на столик и, плавно покачивая бедрами, пошла к воде. Вот же зараза, нашла перед кем попой крутить. Я оглянулась и сдулась. Это она не передо мной выпендривается. Справа от нас сидят два симпатичных мужчины, которые, к слову, и залипли на ее заднице.

Я вздохнула и, натянув шляпу на глаза, медленно потягивала коктейль, ожидая подругу под теплым солнышком. Так и самой в пору уснуть.

На пляже мы провели не полчаса, а два.

Верóника все же познакомилась с мужчинами и с одним из них договорилась о встрече. Второй подкатывал ко мне, но я ответила категоричным нет. Только мужчины в моей жизни не хватало. Не после того, что мне пришлось пережить. Вряд ли я когда-либо вообще смогу довериться, открыться и впустить в свою жизнь человека. Женский пол не в счет.

Вечером перед выходом из дома меня охватило волнение. Мне не давали покоя слова Верóники о моем главном боссе. Мало того, что теперь вообще ни один мужчина не вызывал у меня доверия, так еще и начальник. Да щелкнет пальцами, и меня вышвырнут из ресторана, а зарплату они мне платят очень хорошую! И что тогда? На родину? Нет, в Украину я буду рада поехать, только вот… дома своего у меня там нет. А к родителям неудобно. Да и не знают они всего.

Надеюсь, я понравлюсь боссу, и он не пошлет меня прямо сегодня покупать билет на самолет.

Поставив дом на сигнализацию, я медленно спустилась по порогу на пляж и вдохнула чистый морской воздух. Небо было усыпано звездами, а на воде отражалась ровная лунная дорожка, иногда нарушаемая тихими волнами. Кажется, сегодня прекрасный вечер.

Закрыв калитку, я медленно побрела в сторону ресторана. По пляжу добираться было около двадцати минут. Я любила совершать вечерние прогулки, особенно в такое теплое время. И даже платье сразу надела, в котором на сцену выйду.

Сегодня у меня легкий воздушный образ: нежно-розовое платье из фатина. Тонкие бретели, небольшой вырез на груди, ткань, облегающая талию, и слегка развивающаяся на ветру длинная юбка. Пока шла по песку, подобрала ее рукой, чтобы на сцене не выглядеть оборванкой. Единственное, на ноги сандалии обула, решив в гримерной переобуться в босоножки на каблуках. По крайней мере, они мне придадут немного роста.

— Дарина, где ты ходишь? Давай скорее! — услышала взволнованный голос Верóники, стоило мне войти в гримерку.

— Что произошло? — я положила пакет с обувью в кресло и опустила подол платья, прикрывая свои ноги.

— Ну, ты что забыла, там главный тебя ждет?!

— Меня? — удивилась я, потому что думала на ковер нас позовут всех, и то, после работы.

— Вас! — услышала позади себя и замерла. Страх сковал мое тело. Голос мужчины оказался слишком строгим. — Или Вы думали, что к Вам здесь особое отношение?

Я сделала глубокий вдох и медленно развернулась, едва не рухнув на пол. Меня пронзил стальной взгляд серых холодных глаз. Грубый голос и строгость на лице мужчины гармонировали между собой, и я до боли в руках сжала кулаки, чтобы в первую минуту не свалиться в обморок.

— За мной! В кабинет!

И он размашистым шагом вышел из гримерной, а я, словно привязанная, побежала за ним. Хорошо хоть, в сандалиях была и не переживала о том, что ноги сломаю. У меня сейчас о другом волнение — хоть бы не уволили за опоздание. Нет, на самом деле я пришла вовремя, даже оставалось время на макияж и чашку кофе. Только вот мой босс явно думал иначе.

Все коллеги устремили на меня свои взгляды, что еще больше заставляло волноваться. Неужели этот… Господи… я даже имени его не знаю! Вот это попала. Главное, не подать виду… Мамочки, как же страшно!

Я бежала за ним, ощущая себя полной дурочкой. Словно провинившаяся, гналась за любимым мужчиной в надежде, что он меня выслушает. Стыдоба. Но на самом же деле, я боялась увольнения, потому бежала, подобрав платье, чтобы не запутаться в легкой ткани.

Мужчина остановился у двери в самом углу зала. Здесь было практически темно, а еще от света ограждала огромная раскинувшаяся пальма в кадке. Даже лампочки горели приглушенные, словно специально нагнетали и без того напряженную обстановку.

— Не летайте в облаках, мы на земле, — услышала грубый голос и посмотрела в глаза цвета стали.

Сердце пропустило удар, а тело бросило в жар от страха.

Я кивнула и, тяжело сглотнув, опустила глаза в пол. Мужчина открыл двери и, отойдя в сторону, пропустил меня вперед. Я на ватных ногах прошла внутрь, ощущая, как спину прожигает его взгляд.

Вздрогнула от негромкого удара двери. Сейчас каждый шорох отражался на моих нервах, и я крепко сжала руки в кулаки, ногтями впиваясь в нежную кожу. Тело охватил озноб, и волнение в моей душе только нарастало с каждой секундой его молчания.

Босс на некоторое время просто застыл позади меня, и мне хотелось лишь одного — сбежать отсюда и закрыться в своем доме. Но я стояла, пыталась совладать с эмоциями и ждала приговора, который объявит мне мой начальник.

— Вас не уведомили о моем приезде? — услышала все тот же тон и, совсем немного повернув голову, сделала глубокий вдох.

— Уведомили.

— Вы всегда опаздываете? — он наконец-то прошел вперед и, повернувшись, задницей оперся на стол.

— Я не опоздала, у меня еще было время на…

— Я, по-вашему, слеп? — перебил меня грубым голосом.

— Нет. Но я действительно…

— Вы еще десять минут назад должны были быть в моем кабинете! — рыкнул он и демонстративно обвел меня взглядом.

Сердце забилось чаще.

— Простите, я не знала об этом.

— Вы работаете у меня уже три месяца. Странно, что Вам не сказали, что я не люблю, когда сотрудники опаздывают на совещание.

— Я думала, что Вы нас соберет после работы, — бросила на него мимолетный взгляд и прикусила губу.

— Я сам решаю, кого и когда собирать, — грубо бросил он и добавил: — Говорят, у Вас красивый голос, — мне снова захотелось спрятаться от его пристального взгляда.

— Гостям ресторана нравится.

— На пианино играть умеете?

Я замерла, а потом нервно качнула головой:

— Нет.

Конечно, я соврала. Но и достойной игрой это уже не назовешь. А он бы явно попросил меня что-то ему сыграть, только вот я… точно бы не смогла.

— Странно… Кто же Вас на работу принимал?! Мы искали певицу, которая умеет играть на пианино.

Как же мне в этот момент стало страшно. Я поняла, что он меня уволит, ведь я не подхожу под те параметры, по которым он приказал искать работницу. Господи, почему все так происходит?

— Я послушаю сегодня Ваш голос, и если убедите меня, то продолжите здесь работать.

— Вам понравится, — уверенно произнесла я, потому что именно в своем голосе я не сомневалась.

— Надеюсь. Что с нарядом?

Он снова посмотрел на меня так, словно сканировал, и мне стало не по себе. Надеюсь, мое платье не просвечивается, и все пикантные места скрыты от глаз мужчины.

— А что с ним не так?

— Было бы неплохо, если бы Вы сидели на берегу моря в ожидании своего кавалера и…

— Знаете, что?!

— Что, девочка? — он перебил меня и, оттолкнувшись от стола, медленно двинулся ко мне. — Хочешь поспорить со мной? — остановился и очень близко приблизил сове лицо к моему.

В нос ударил ошеломительный аромат его парфюма. Я слегка приоткрыла рот, тяжело дыша и слыша собственное биение сердца.

Он взял меня за подбородок, слегка поднимая его, и большим пальцем коснулся нижней губы. Навис надо мной, явно ощущая свое преимущество, свою власть. Взглядом обвел губы, которые мне тут же захотелось облизнуть, и посмотрел снова в глаза.

— Будешь выходить на сцену, в чем я тебе скажу. Ты должна быть загадочной и сексуальной, а не девочкой, гуляющей по рынку Хиппи.

— Может, я еще должна ублажать мужиков, чтобы наверняка понравиться Вашим клиентам?

Мне не понравились его слова. Я была одета хорошо, не развратно, и с долей сексуальности. Ну и что, что платье светлое?

— Не волнуйся, шлюх здесь и без тебя хватает.

Я громко выдохнула. Он видел, как тяжело я дышала. Моя грудь высоко вздымалась от дыхания, и я еще сильнее сжала кулаки. Мне хотелось ему вмазать. Что он себе позволяет? Он действительно сравнивает меня с шлюхой, или мне это только кажется?

— Переодевайся! И каблуки надень! Ходишь, как мышка, мелкая и серая.

Он резко отпустил меня. И словно меня здесь и не было, уселся за свой стол, уткнувшись взглядом в ноутбук.

Внутри меня бушевал ураган. Я, значит, мышка?

Это мы еще посмотрим, хренов босс!

Я вышла из кабинета и отправилась в гримерную приводить себя в порядок. Пусть не думает, что спугнул меня этими словами. Нет, наоборот, разозлил. И я сделаю так, что он ни на секунду не оторвет от меня взгляд во время выступления. Ожидай реванша… изверг!

Глава 2

Я, злая, ворвалась в гримерную, где на меня во все глаза смотрели ВерОника и одна из официанток Инес. Они поняли, что я не в духе, и не стали меня ни о чем спрашивать.

Подойдя к вешалкам, стала перебирать наряды, и мой взгляд замер на черном блестящем платье на тонких бретелях и глубоким вырезом на груди. Ну что же, это то, что мне нужно.

— Ты переодеваешься? — поинтересовалась подруга, заметив, что я с тремпеля сняла платье.

— Да, мой наряд не подходит.

— Так, ладно, девчонки, не буду мешать, а то босс увидит меня здесь, по шее получу.

Инес выскочила из комнаты, а я посмотрела на ВерОнику.

— Что он тебе сказал? — уже тише поинтересовалась она и подошла ко мне, рассматривая платье.

— Ничего особенного, просто сказал, что образ у меня должен быть вечерний, а не девчонки, гуляющей по пляжу.

— Фух, ну хорошо. А то я так переживала, он был очень злой.

— Мне кажется, это его амплуа.

— Да уж, вечно хмурый. Но зараза, какой он красивый.

Я, хмыкнув, бросила на Нику неоднозначный взгляд и принялась снимать с себя свое платье.

— Ему бы тактичности поучиться, глядишь, и девушку себе найдет.

— Ой, поговаривают за ним бабы толпами ходят.

— Это какие? Те, что по вип-комнатам шарахаются с толстыми дядьками?

— Ну да, а ему-то какая разница, куда совать…

— ВерОника!

— А что? Вряд ли такой богач когда-нибудь женится. А ребенка если захочет, то через суррогатную мать все сделает.

Я отчего-то хихикнула и, повесив свое платье на тремпель, произнесла:

— Ты расписала всю его жизнь от и до.

— Да не, это я так, просто ляпаю, потому что нервничаю. Не верю, что он так просто тебя отпустил.

— Да ладно, не тиран же он. Просто пальчиком пригрозил, не понравится голос — уволит.

— Тогда нечего переживать, голос у тебя очень крутой.

— Угу… За пианино спрашивал…

— Да ладно? А ты чего?

Я пожала плечами и, отвернувшись, стянула лиф и надела платье, слегка поежившись от прохладной ткани.

— Ничего. Почти сказала правду.

— Это как? Почти…

— Не умею я играть на пианино, больше не умею. Ник, мне нужно поторопиться, иначе меня точно уволят. Поможешь с макияжем?

— Конечно.

Пока подруга красила меня, я думала о боссе, и о том, как бы мне не облажаться на сцене. Главное — не начать нервничать там, иначе это может плохо кончиться.

Обычно я не нервничала, выходя на сцену, потому что была уверена в себе и своем голосе. Но сейчас, зная, что он будет ловить каждый звук, каждое мое движение, мне становилось не по себе.

— ВерОника, как его зовут? Или мне не говорили, или я забыла?

— Самир Барханов.

— А отчество?

— Ой, там как-то непонятно, он просит называть его просто Самиром.

— Странно, что не его величеством, — улыбнулась я, как раз, когда Ника подкрашивала мне губы.

Надеюсь, этот нахал не захочет мне насолить, и не скажет, что я плохо спела. Потому что я не собиралась пока что покидать этот остров, и тем более не хотелось бы терять работу в ресторане.

Но черт, какие же красивые у него глаза, хоть и наполненные злостью… Будь он чуточку добрее, в такого бы можно было влюбиться. Но его суровый взгляд и хамское поведение все портили.

Ника нанесла мне легкий макияж, распустила прямые волосы, слегка растрепав их пальцами, и повернула кресло к зеркалу.

Я открыла глаза.

— Отлично, очень романтично, и при этом не вульгарно.

— Благодарностей не надо, малышка. Ну все, ты у меня мега-красотка, а я побежала. Не хватало, чтобы изверг увидел меня здесь. Я же должна уже бокалы натирать.

— Давай беги. Спасибо тебе!

Она подмигнула и выбежала, на ходу поправляя свою юбку. ВерОника работала администратором, и потому могла себе иногда позволить расслабиться, но… тоже знала подходящее время. Работу свою ценила и подставляться не собиралась. Трудилась на славу. Но и всегда помогала всем, если это было необходимо. Хорошая она, и мне с работой помогла, и в душу не лезет, но всегда поддержит.

Я выдохнула. Поднялась из кресла и осмотрела себя в зеркале.

Красивая. Пожалуй, даже лучше, чем в белом платье.

Интересно, Самир оценит? Хотя, почему это должно меня волновать? В первую очередь, я делаю это ради своего рабочего места.

Подойдя к барной стойке, спрятанной за ширмой, я налила в стакан грамм пятьдесят виски, и опрокинув в себя, закусила конфетой. Часто так делала перед выходом на сцену. Может, отсюда и была моя уверенность?

Медлить больше нельзя было.

Я надела черные босоножки на высоченных каблуках и осторожно вышла из гримерной. В зале уже было немало людей. Я посмотрела на ребят из своей команды и, кивнув гитаристу, поднялась на сцену. А дальше все было как обычно. Красивая музыка, мелодичный голос и ни одной мысли в голове. В такие моменты я жила лишь музыкой.

Я даже за была о том, что в зале находится мой босс, и о том, что он слушает меня сейчас и решает дальнейшую мою судьбу. Я забыла обо всем и была очень этому рада.

Благодаря своей работе я забывала прошлое…

В зале раздались овации, я нежно улыбнулась и, слегка склонившись, ушла за кулисы.

Так всегда, три-пять песен, все довольные, и мне приятно.

Оказавшись в гримерной, я выдохнула. Почему-то уверена, что он ни разу не отвел от меня взгляда, хотя бы потому что на мне красивое платье, едва прикрывающее мои ноги. Пусть я и не высокого роста, но благодаря каблукам всегда становилась эффектнее.

Запустила руку за спину и осторожно потянула «собачку» вниз, как вдруг услышала шорох позади себя. Замерла, сделав глубокий вдох, и медленно повернула голову. У входа стояла Самир. Хмурый, губы сжаты в одну линию, а на скулах играют желваки. Я полностью расстегнула молнию, не совсем понимая, зачем это делаю, и опустила руку. Его взгляд замер на оголившемся участке спины.

По коже прошел озноб.

Самир двинулся ко мне. Сердце бешено забилось в груди, и я вытянулась, как струна, словно ожидая прыжок тигра.

Мужчина остановился за спиной. Его дыхание обожгло мою шею, в сосках вызывая напряжение. Какого черта со мной происходит? Это же страх?

Пальцы коснулись кожи как раз в вырезе платья.

Я вздрогнула.

— Забавно, девочка…

Он замолчал на секунду, продолжая ласкать кожу на спине. Я боялась пошевелиться.

— А в постели ты так же звонко стонешь, как и поешь на сцене? Или предпочитаешь кляп во рту?

— Что?

Он резко и очень грубо развернул меня к себе лицом, хватая за затылок и причиняя мне легкую боль. В его глазах читалась похоть, перемешенная со злостью. Губы были слишком близко с моими губами, и я ощутила на них его горячее дыхание.

— Решила меня позлить?

— Иди к черту, извращенец!

Кажется, в его глазах еще больше заполыхала ярость, и он натянул мои волосы на кулак, заставляя тем самым запрокинуть голову назад.

— Всегда знал, что в Украине такие красивые женщины, но, чтобы еще и смелые…

— А ты не сомневайся! И не думай, что каждая по первому зову заскочит на твой член. У некоторых есть еще и гордость.

Он крепче сжал пальцы, намерено причиняя мне боль. Его губы скривились, и приблизившись ко мне, Самир грозно прорычал, обжигая лицо своим дыханием:

— Мне очень интересно, насколько хватит твоей гордости.

— Не переживай, я выносливая! — прорычала в ответ, и он резко отпустил меня.

Почувствовала облегчение, но дыхание так просто привести в порядок не удалось. Я не понимала, что со мной происходит, и чувствовала себя идиоткой. Ну красивый, а толку? В голове один трах и бабки. Все!

— Завтра перед выступлением я буду ждать тебя в своем кабинете. И только попробуй не прийти…

— Уволишь?

— Накажу. Уволить было бы слишком просто. А тебе ведь очень нужна эта работа, не правда ли?

Я в ответ ничего не сказала, бросила на него злой взгляд и, развернувшись, сделал шаг к ширме. Ох, и зря я повернулась. Совсем забыла, что у меня расстегнуто платье.

Только услышала злой рык, как он мгновенно потянул меня руками на себя, и я спиной прижалась к его твердой груди.

Одна рука легла мне на груди, а вторая — чуть ниже пупка. Я дернулась, пытаясь вырваться, но у меня ничего не получилось. Самир был куда сильнее меня.

— Если бы ты знала, как мне хочется передумать и взять тебя прямо сейчас. Такая ты красивая стерва.

— Я стерва? — удивилась. — Кажется, по-хамски ведешь себя ты.

— И рот тебе заткнуть чем-нибудь более существенным нужно, — он говорил мне на ухо, обжигая своим дыхание.

Становилось жарко и в то же время опасно. Я не знала, что у него в голове, а чувствовать руки чужого для меня человека на своем теле было очень странным и необычным. Потому я решила действовать иначе.

— Самир… можно же я буду тебя так называть?

— Называй…

Я слегка обернулась и почувствовала около своих губ его губы. Специально, чтобы он подумал, словно я с ним заигрываю.

— Не будь букой, позволь мне тебя узнать лучше. А там глядишь, я растаю и сама к тебе приду.

Медленно погладила его руку и охнула, когда он неожиданно сжал мне грудь.

Мерзавец.

— Я подожду, но очень недолго.

Правой рукой прижал меня ближе, и я попкой ощутила его твердый член. Офигеть, какой большой он, однако.

— Завтра у меня в кабинете.

И Самир отпустил меня, а через несколько секунд оставил одну.

Я обернулась, посмотрев на двери, куда только что вышел мой босс извращенец, и устало выдохнула. Думается мне, что теперь начнется веселая жизнь. Лучше бы он в окно вышел, козел!

Присела в кресло, поправляя соскользнувшую с плеча бретельку, и откинула голову на спинку. Казалось, только зажила спокойно, и на тебе, новая проблема на голову. И вот зачем я ему нужна? Ему баб мало, что решил меня в постель затащить? Уверена, у него были и покрасивее меня дамочки.

Я тоже хороша, он орет, требует, а я возбуждаюсь… ну и что что красивый, это же не повод течь от него?

Что со мной происходит?

Да я после бывшего мужа ни на кого смотреть не могу, а тут…

Снова выдохнула и, поднявшись, пошла переодеваться.

Хотела домой и выпить. А еще надеялась сегодня больше не увидеть яростного взгляда Самира. И так слишком много его было.

Переодевшись в свои вещи, я снова завязала волосы в высокий хвост и покинула гримерную, собираясь домой пойти по пляжу. Нравились мне такие прогулки, особенно после напряженного вечера.

В зале по-прежнему было достаточно людно. Я взглядом отыскала подругу, которая как раз принимала заказ за одним из столиков. Увидев меня, она кивнула и продолжила свою работу. А я вышла на улицу, попадая прямо на террасу. Как же здесь красиво! Ночные огни, пальмы, песок под ногами и тихий шум волн.

Бросив взгляд на барную стойку, заметила там Самира. Он словно почувствовал, что я стою позади него, и резко повернул голову, посмотрев на меня. Как всегда суровый и непоколебимый. Обвел меня пристальным взглядом, замерев на груди. Скотина такая, все о сексе думает.

Я приподняла подбородок и, выдохнув, пошла на пирс. Я сегодня свое отработала и теперь задерживаться в ресторане не собиралась. Хотя обычно оставалась на некоторое время, выпивая пару коктейлей и наслаждаясь хорошей музыкой других певцов.

Но не сегодня…

Медленно побрела по песку, завороженная лунной дорожкой в воде. Теплый вечер, и чем больше я отдалялась от ресторана, тем становилось тише и спокойнее. Только шум прибоя и легкие отголоски музыки. Никогда не могла подумать, что мне так будет нравиться жить на острове.

Подошла к воде и ступила на пирс. Здесь вода немного ударялась о деревянные балки, но ее всплеск придавал лишь покой и умиротворение. Я двинулась вперед, желая дойти до конца пирса, свесить ноги и немного помочить их в воде.

Услышала какой-то шорох, но, обернувшись, никого не обнаружила.

Прошла дальше и, остановившись у края, присела на деревянный настил. Здесь было чуточку прохладнее, но вполне нормально, чтобы посидеть минут двадцать.

В памяти всплыли серые глаза, наполненные похотью и яростью. Не знаю, ко всем женщинам он так относится, или это только я заслужила подобное отношение. А ведь мог быть и повежливее, ведь мы только познакомились. Да и я работала не проституткой, а певицей, и ничем не заслужила подобное к себе отношение.

Когда я устраивалась на работу, меня предупреждали, что у них слегка шизанутый шеф, но чтобы настолько, я и предположить не могла. Первая встреча, и столько событий!

За спиной снова услышала шорох, и стало немного не по себе. Кажется, тень?

— Кто здесь? — выкрикнула я и поднялась на ноги, отчего-то испугавшись шороха.

Но в ответ так никто и не отозвался.

Я просто стала трусихой. Вот и все.

Глава 3

Выйдя на улицу, глубоко вдохнул морской воздух и прошел к барной стойке, решив немного выпить. День выдался не из легких. Мало того, что перелет был тяжелый, так еще нужно было решить несколько вопросов по новому отелю. Меня не было на острове больше трех месяцев, улетал домой разобраться с непутевым братом, а бизнес оставлял на своего зама. Который них*я хорошего не сделал. Да он тупо не мог уследить за самыми мелкими делами. Баран! Еще и свалил куда-то на два дня. Приедет — морду набью.

Я был зол. Наверное, потому и сорвался на новенькой. Я, конечно, никогда и не был добрым боссом, но и такого отношения себе не позволял. Но отчего-то ее дерзкий язычок и красивое личико слишком меня задели. Вот и сейчас вспомнил о ней, в паху тало жарко. Черт, что за хрень? Надо девочку снять, расслабиться.

— Диего, налей мне виски, — попросил бармена на испанском и, уперевшись локтями в столешницу, устало потер лицо.

Ну хорошо ведь поет, я бы даже сказал шикарно! А оделась… словно специально меня подразнить. Хотя именно такую девочку я и хотел видеть на сцене, чтобы гости снова и снова возвращались в ресторан. Ради ее голоса, ради ее красоты. Я бы лично вернулся.

Хороша чертовка! Сексуальная, с острым язычком, да такая должна быть очень горяча в постели. Вот это я со временем и проверю. Обязательно.

— Tu whisky.

— Gracias, — взял стакан и сделал пару глотков.

Не думал, что одна телка может меня настолько возбудить, при этом нихрена не сделав. Шлюхи из кожи лезут, чтобы завоевать мое доверие и попасть ко мне в койку, а эта… одним взглядом все решила. Стерва!

Обернулся и замер. У дверей стояла она… Дарина, я читал ее резюме, которое мне оставили с утра на столе. Собралась уходить. Стоит злая, слегка взволнованная, но даже это не портит ее красоту. Я демонстративно обвел ее взглядом и замер на груди. Бл*дь, красивая же! И платье ей это шло, но я хотел видеть ноги и увидел. Да она мелкая, сантиметров на двадцать пять ниже меня, но от этого ее ноги не стали хуже. Они у нее очень красивые, особенно на каблуках. Но грудь… точно троечка.

Заметил, как она выдохнула, ее грудь приподнялась в этот момент, и Дарина пошла к выходу. Она ходит домой ночью по пляжу? Не глупо ли с ее стороны? Да мало ли придурков развелось, шатающихся на пляже в надежде полакомиться наживой. Это я, придурок, на нервах поиграю да отпущу, если, конечно, не замечу, что девушка готова отдаться мне сама. А силой… таких доба*бов хватает, и от них надо держаться подальше.

Залпом допил виски и, оставив стакан, пошел на выход. Сегодня был теплый вечер, и прогуляться просвежить мозги будет как раз кстати. Глядишь, в штанах поутихнет пожар, и передумаю шлюху звать. Мне бы так отдохнуть, выспаться, а уж завтра… завтра можно подумать и о сексе.

Неспеша шел следом за Дариной, стараясь держаться поодаль. Собирался провести ее домой, чтобы ничего не произошло, а завтра рассказать, как у нас происходит развозка людей после работы. Не то, чтобы я волновался за нее, просто человеческий инстинкт напомнил о себе. Девушек нужно защищать, а эта надумала шляться по пляжу в гордом одиночестве.

Надеюсь, она меня не заметит, а я заодно узнаю, где она живет. Очень интересно, что сподвигло ее к нам прилететь, и не просто на отдых, а на работу. Как я понял, для нее очень важно это место работы, ну что же… Это будет мой козырь. Главное — не подобреть и суметь вовремя им воспользоваться. Но оставлю это на крайний случай. Уверен, эта девочка скоро сама не выдержит и запрыгнет на меня.

Дарина остановилась на берегу моря, а я замер метрах в ста от нее. Свое присутствие я обозначать не собирался и просто следил за тем, что она будет делать дальше. А она ступила на пирс и пошла к мосту. Ее взгляд был прикован к лунной дорожке. Остановилась у края и присела.

И тут мое внимание привлек какой-то мужик, идущий со стороны бунгало. Он знатно пошатывался и, по всей видимости, направлялся как раз к моей подчиненной. Я не торопился, решив не клеймить мужика раньше времени и выждать хотя бы минуту. Но когда этот мудак достал член из штанов и, продолжая идти, принялся дрочить, я кинулся к нему. Резко перехватил руки, заломив их за спину, и, держа их одной рукой, второй попытался закрыть ему рот, но эта падла решила меня укусить. Сука, надо будет от яда чего-то выпить. Так же быстро развернул его и, согнув пополам коленом, двинул под дых.

Схватил за футболку на затылке и потянул так, чтобы видеть его лицо, прошипел:

— Еще раз, гнида, увижу тебя на своей территории, ты ни то, что об Ибице забудешь, я тебе член оторву и заставлю его сожрать. Понял?

— Угу… угу…

— Не слышу? — снова рыкнул на него, понимая, что мудак оболблен наркотой.

— Понял, понял.

Отшвырнул его, скривившись. Терпеть не мог нариков, а уж онанистов тем более!

Перевел взгляд на Дарину. Мне показалось, она была взволнованной. Явно услышала шорох. Надеюсь, ничего не видела, а то в панику подастся, а истеричек я терпеть не мог, как и наркоманов.

Мудак, едва поднявшись с песка, пошел в обратную сторону, а девушка резко качнула головой и, поежившись, быстрым шагом побрела по пирсу. Все-таки испугалась девочка. И это хорошо, что я пошел за ней, а то ясное дело, чем бы все закончилось.

Завтра ее ожидает серьезный разговор.

Оставшуюся дорогу до ее дома мы дошли без происшествий.

Я обратил внимание на то, насколько был ухожен двор, прилегающий к пляжу. Сразу было понятно, что девушка здесь следит за порядком. Но также я понимал, что такой дом стоит немалых денег, даже если его просто арендовать.

Интересно, откуда у обычной певички такие деньги?

А, может, она не одна здесь?

Последняя мысль мне не понравилась, и я собирался завтра разведать все подробности ее личной жизни.

Прошлое мне нахер не надо. Главное, чтобы сейчас мне никто не мешал.

Я сделаю так, чтобы эта крепость рухнула к моим ногам. Думаю, мне не составит труда это сделать.

Утром я сразу же поехал в главный офис в надежде застать там своего заместителя Николаса. Он мне задолжал как минимум несколько отчетов, и меня не волновало, где этот идиот таскался последние несколько дней. Если только узнаю, что он не выполнил свою работу, полетит к херам. Я и так многое ему прощал, и не люблю, когда люди пользуются моей добротой.

На заправке купил себе кофе, в надежде немного взбодриться. Не спал почти всю ночь. После того, как провел Дарину домой и убедился, что она закрылась на ключ, я вернулся в ресторан, порешал кое-какие дела, а потом, взяв бутылку виски, пошел на тот самый пирс. И просидел там до рассвета.

Из головы никак не уходила моя новая певица и ее шикарная фигура. Бл*дь, как же она мне понравилась. Даже в этом обычном летнем сарафане. Ее грудь… манила сжать руками и насладиться губами, целуя и посасывая соски. Интересно, какого они цвета? Пальцы зудели в надежде скорее содрать с нее платье.

Вот сука, снова подумал о девчонке, и стояк в штанах нарисовался.

И так полночи угомониться не мог, только и думаю об этой красотке. А как вспомню ее в вечернем платье… бл*дь!

Захотелось курить! Да только бросил я, уже полгода как не курю. В спорт подался.

Сделав глоток кофе, поставил стаканчик на подставку между сидениями и рванул с заправки в сторону офиса. Сегодня моя стерва приедет, — довольно ухмыльнулся я. С самого утра уже распорядился, чтобы ей передали мою просьбу.

На телефон поступил звонок:

Тимур.

— Привет, брат. Ты как? Уже добрался? Жив, здоров? — прозвучал довольный голос из динамиков магнитолы. Я подключил блютуз, чтобы удобно было вести авто.

— Что-то ты поздновато, не находишь? Я прилетел еще вчера в обед.

— Ну прости, брат, занят был.

— А то я не знаю, чем ты был занят. Как всегда, шлюх драл под…

— А можно подумать, ты шлюх не трахаешь! — проорал он, отчего я скривился и поубавил звук.

— Ты не заговаривайся, ладно? Не забывай, за чей счет ты таскаешься. Но и помни, что на карте у тебя последние деньги. Больше я не собираюсь оплачивать тебе наркоту! Хочешь сдохнуть молодым, меня в это не втягивай.

— Ты что серьезно, Самир? Там же даже на девку не хватит, не говоря о дозе.

Я скривился и посмотрел в зеркало заднего вида на обгоняющую меня машину.

— Иди работай! И еще раз мне позвонит мама и пожалуется на тебя, я прилечу и сам лично сдам тебя в клинику. Понял?

Не дожидаясь ответа, я сбросил вызов и прибавил газу.

Задолбал меня мой братец идиот. Ни хрена в этой жизни не сделал, только деньги умеет транжирить, причем не свои! Придурок!

Через десять минут я припарковался около небольшого здания на правом берегу и, покинув прохладный салон авто, быстрым шагом направился в помещение. Сегодня стояла невыносимая жара. К вечеру дождь обещают. Нужно будет обязательно поплавать под ливнем.

— Доброе утро, Самир, — поприветствовала меня секретарша на рецепции.

— Доброе, Ребека. Николас на месте?

— Да, ждет в приемной.

— Отлично!

Я развернулся и пошел в приемную.

Поприветствовал своего секретаря и, не глядя на Николаса, прошел в кабинет.

Пока я включал оставленный вчера ноутбук, настраивал на нужную температуру кондиционер и открывал жалюзи, мужчина стоял у двери словно нашкодивший школьник. Ничего, пусть понервничает, ему полезно.

Я всегда так делал, когда кто-то не выполнял свою работу: хмурился и занимался своими делам.

— Самир, я тут принес отчет, — наконец-то отозвался он.

— Я думал, ты язык проглотил.

— Ты просто занят и…

— Что «и»? Николас, какого хера происходит? Разве я давал тебе выходные? Особенно сейчас, когда я прилетел?

— Нет, не давал. Просто так совпало… — замялся он, а я одарил его разъяренным взглядом.

— Совпало! Проходи давай! Отчет положи на стол, я потом просмотрю. Что у нас с поставками?

— Урегулировал. Лицензия на алкоголь есть.

— С мебелью как? Для нового отеля?

— Заказал, но там нужна будет доплата. Я все в отчете прописал.

— Я проверю, что там за доплата такая. Я кучу бабла выделил, и все мало? Дальше. Что с певицей нашей? Почему не умеет играть на пианино?

— Как не умеет? Говорила же, что умеет! Правда, не мне говорила, — он задумчиво почесал висок, а мне так хотелось вмазать ему.

— Интересно, как ты принимаешь на работу людей? Может через постель? А?

— Иногда бывает… но с этой сучкой не вышло.

— Николас, мне кажется, ты заигрался! — рыкнул я, злясь, что он посмел так отзываться о Дарине. И пусть я сам был не лучше, но это я!

— Самир, если телочка сама норовит запрыгнуть ко мне в постель, почему я должен отказываться?

— Тогда с чего ты так отзываешься о новенькой? Домогался ее что ли?

Черт! Сказал, а сам подумал на себя. Ведь я не лучше, но… Никому не позволю к ней подойти. Сам хочу. Сильно.

— Нет, я же силой ни-ни.

— В общем запомни: еще раз ты будешь принимать на работу через постель… полетишь к чертям. На этот раз я не шучу. Мне нужны люди, которые знают толк в своей работе.

— Ну разве Дарина плохо поет?

— Поет отлично! Но я тебя предупредил! Надеюсь, ты меня услышал.

— Услышал, — разочарованно вздохнул он, зная, что я шутить не буду.

— Свободен.

Николас прошел к двери, а я плюхнулся в кресло и, открыв папку, собрался изучать принесенные документы. Но меня тут же отвлек голос секретарши по громкой связи.

— Самир, к Вам Дарина, говорит, работает певицей в ресторане.

— Да, пусть проходит.

Тело бросило в жар, стоило услышать о том, что девочка уже здесь.

— Птичка прилетела, — хмыкнул мой зам, а я бросил на него недовольный взгляд.

— Исчезни.

Николас с Дариной столкнулись в дверях, и она как-то напряглась и отодвинулась подальше, когда тот нахально ей улыбнулся. А стоило ей оказаться в кабинете, как девушка сразу же закрыла дверь прямо перед носом Николаса.

Я хмыкнул.

— Ты всех мужчин шарахаешься? Или только тех, что работают у нас в компании?

— Доброе утро, Самир. Мне сказали, чтобы я приехала к Вам в офис. Вы хотите меня уволить? — она снова перешла на Вы.

— Нет, малышка. Я просто хочу тебя. И желательно сегодня.

Глава 4

Какой самоуверенный.

— Сегодня я еще не готова. Что-то Вы торопитесь.

— Отчего же? Кажется, самое время, — он нагло ухмыльнулся и рукой показал на кресло. — Присаживайся. У меня к тебе разговор.

— Интересно.

Я прошла в глубь кабинета и, не став игнорировать предложение босса, присела в кресло.

— О чем Вы хотели со мной поговорить? Что-то срочное, раз Вы вызвали меня в такую рань?

— Ты не привыкла просыпаться с рассветом?

— У меня работа ночью, так что нет, не привыкла. Я предпочитаю поспать часов до девяти, а потом на пляж.

— Угу… отлично, буду знать.

Черт! Зачем я это ляпнула?

— Кофе?

— Не откажусь.

Пока Самир давал указания секретарю, я внимательно рассматривала его фигуру и с каждой секундой все больше понимала, что он мне нравится. Красивый мужчина. Да, несносный характер, слишком грубый, но это не уменьшает его харизмы. Сексуальные губы, щетина… как же это красиво. Отдельного внимания заслуживает стиль Самира. Вчера он был в белой рубашке и черных брюках, сегодня в брюках с красным ремнем и белой футболке. Это очень круто. В принципе, в нем все кричало о его крутости.

— Нравится? Смотришь таким взглядом… я бы сказал голодным, — отвлек меня от мыслей, а я, моргнув, ухмыльнулась.

— Да нет, — соврала, — просто задумалась, не о Вас.

— Надо же, как я мог подумать такое.

— Даже не знаю. В Вас слишком много самоуверенности.

В двери постучали, и после разрешения босса, секретарь вошла в кабинет и оставила на столе две чашки ароматного кофе.

— Что у тебя с Николасом произошло? — поинтересовался он, когда мы снова остались одни.

— Ничего. Неприятен он мне, — пожала плечами и сделала глоток вкусного кофе. — Никогда такой не пила.

— Были стычки?

— Да нет, просто взгляд его мне не нравится. Слишком голодный. Подобен Вашему.

— Что-то меня ты так не шарахаешься, — хмыкнул он и отпил из своей чашки.

— А стоит?

— Тебе все равно от меня никуда не деться.

— А может быть, Ваш зам думает так же?

— Может… — Самир прищурился и, положив подбородок на скрещенные пальцы, добавил: — Только если что, я ему ручонки укорочу.

— Вы изверг?

— Нет, что ты, — хмыкнул он, не отводя взгляда. — Просто не позволю трогать мое.

Его уверенность и нравилась мне, и слегка раздражала. Кто он такой, чтобы говорить это? И зачем?

— У меня складывается ощущение, что у Вас давно не было секса. Вы точно пользуетесь успехом у женщин?

Я заметила в его глазах замешательство, и едва не прыснула со смеху. Получил по носу?

— Не сомневайся. Утром только от бабы.

— Ох, спасибо, успокоили, — выдохнула я и снова отпила вкуснейший кофе. — И все же, Вы меня позвали не для того, чтобы спросить про Николаса. В чем же дело?

— Ты права, — он откинулся на спинку кресла и снова внимательно обвел меня взглядом. — Я хочу знать причину твоего переезда сюда.

По телу прошел холодок.

— Зачем? По-моему, это мое личное дело.

Руками обняла себя, почувствовав некий дискомфорт.

— И все же, мне интересно. К тому же, ты снимаешь не из дешевых домов.

— Откуда Вы знаете? — резко спросила, не понимая, с чего он это взял.

— Я видел, Дарин, собственными глазами.

— Ты что, следил за мной? — сразу же перешла на ты, разозлившись на мужчину.

— Не следил, а провожал домой.

— Да ты с ума сошел! Я испугалась вчера, подумав, что в темноте маньяк прячется. Хотя, — махнула рукой, — ты и есть маньяк.

— На секундочку, от него я тебя и спас. Ты что, совсем бесстрашная? Зачем ходишь ночью по пляжу? Вчера один идиот собирался воспользоваться тобой. Член из штанов уже доставал, да я вовремя под дых ему врезал.

— Ты серьезно? — слегка озадачено поинтересовалась я.

— Конечно! Дарина, вообще-то у нас есть две машины, которые развозят сотрудников по домам. Какого хера ты не пользуешься этой услугой? Жить надоело? — он был зол, о чем говорил его взгляд, и мне это не очень нравилось.

— А тебе какое дело до моей жизни?

— Хотя бы такое, что я отвечаю за безопасность своих сотрудников! Поняла? И будь добра сегодня после работы воспользоваться машиной.

Я выдохнула и все же согласно кивнула.

— Ладно, так и сделаю. Быть жертвой маньяка мне совсем не хочется. Я могу быть свободна?

— Нет. Ты не ответила на мой вопрос, — Барханов сложил руки на груди и, сжав плотно губы, снова одарил меня хмурым взглядом.

— Я развелась с мужем. Это все, что тебе нужно знать.

Я допила свой кофе и, поднявшись из кресла, собралась уйти, но Самир схватил меня за руку.

— По какой причине?

— Не устраивала в постели. Бревно я, понял?

Рассказывать ему правду я не собиралась. Моя личная жизнь не касалась ни одного постороннего человека. А Самир для меня всего лишь босс, которого я знаю без году неделю.

— Врешь ты хорошо, красиво. Только вот я не поверил. Знаешь почему?

— Удиви!

— Черти у тебя в глазах. Тебя заводит то, что я хочу тебя трахнуть. И вряд ли такая девушка была бы скучной в постели.

— Думай, как знаешь.

Еще несколько долгих секунд он прожигал меня разъяренным взглядом, а затем, отпустив руку, выдвинул ящик стола. Признаться честно, мне было плевать, что он собирается достать, но я даже развернуться не успела, когда на стол он положил черный бархатный мешочек.

— Возьми… — подвинул его ко мне, а я не шевельнулась, только в глаза его смотрела.

— Что это? — сглотнула, ожидая ответ.

— Это вагинальные шарики. И вечером ты придешь с ними… вставишь в свою киску.

— Что? — возмутилась я, смотря на него как на ненормального. — С ума сошел?

— Чем тебе не нравится моя идея?

— Ты серьезно? Ты мне прямым текстом говоришь, чтобы я ввела себе в вагину вот ту хрень! Да засунь их себе, знаешь куда?

Самир резко сорвался с места, схватил меня за талию и рывком усадил на стол.

— Ты даже не понимаешь, насколько тебе понравится, когда шарики окажутся глубоко в тебе. Ты будешь сама просить меня оттрахать тебя, — произнес он у моих губ, ожигая своим дыханием.

— И ты серьезно думаешь, что после этого я побегу выполнять твою просьбу? — да я чуть в лицо ему не рассмеялась от такой глупости.

— Будь уверена, ты сама этого захочешь. Будешь дрожать всем телом и умолять меня, чтобы я вытащил их из тебя и занялся с тобой сексом.

— Ты точно ненормальный. Отпусти меня, — я хотела вырваться, но Самир мне не позволил, лишь крепче сжав мою талию.

— Думаешь, я не знаю, что ты уже потекла от моих слов?

— Не будь настолько уверенным в себе. Ты вызываешь лишь отвращение, — выплюнула ему в лицо, скривившись.

Самир одарил меня стальным взглядом и, опустив голову, замер на моей груди.

— А так и не скажешь… твои соски торчат от возбуждения.

— Я сегодня же напишу заявление об увольнении.

— Ты не сделаешь этого, можешь обманывать кого угодно. И хочешь, я тебе скажу, почему?

Он пальцами коснулся моего лица, а я неосознанно приоткрыла рот, неотрывно глядя в его глаза.

— Тебе нечем будет платить за дом, за который ты еще должна половину суммы.

— Пошел к черту! — рыкнула я и снова попыталась вырваться из захвата, но мужчина крепко перехватил меня за плечи.

— Думала, я ничего не знаю?

— И ты решил таким способом меня привязать к себе?

— Зачем мне это? У меня работы по горло. Ты сама не отлипнешь от меня.

Самир вдруг переместил руку мне на бедра и двинулся вверх, вызывая в теле толпы мурашек. В горле пересохло, и я поняла, что не могу сказать ему нет, по крайней мере сейчас.

Он продолжал двигаться рукой вверх, и я вздрогнула, когда его пальцы накрыли мой клитор сквозь трусики. Мне самой было жарко, а его прикосновение тем более обжигало. Хотелось двинуться к нему навстречу, чтобы ощутить какой-то облегчение. Черт! Неужели он прав?

— Что? Удивлена? Я же говорил, что ты уже течешь. Горяченькая девочка.

— Ты просто озабоченный мужик, который трахает все, что движется.

— Не совсем так, но ты мне слишком нравишься, чтобы я тебя так просто отпустил.

Он принялся нежно гладить меня между ног, а я от удовольствия прикусила нижнюю губу, но глаз так и не прикрыла. Смотрела в его карие омуты и сгорала, не понимала, какого хрена со мной происходит и почему я возбуждаюсь от этого хама.

— Ну все, — он резко отнял руку, оставляя меня сидеть на столе в ступоре. — Остальное получишь, когда попросишь сама.

— Хрен тебе, а не просьба, понял? — я тут же соскочила со стола и, поправив платье, прошла к выходу. — Не опухни от перевозбуждения!

Я выскочила из кабинета и, не глядя на секретаршу, побежала к лифту. Хотелось поскорее уйти отсюда, чтобы снова не видеть похотливого взгляда босса. Нравился он мне, паршивец такой. Но и подпускать его к себе так быстро я не собиралась. Пусть почувствует, каково это — заслужить доверие девушки, а если нет… я не расстроюсь.

Этот наглец возомнил себя пупом земли? Только прогадал со мной. Не каждая готова запрыгнуть в его койку по первому зову. Обломался мужчинка!

Оказавшись на улице, я осмотрелась по сторонам и, заприметив неподалеку кафе с летней террасой, решила немного подышать воздухом. Неплохо было бы охладиться!

Пройдя на территорию, выбрала комфортное для себя место и, присев за столик, кивнула официанту. Тот принес для меня меню, и выбрав себе коктейль, сделала заказ.

Ну и что, что с утра алкоголь? Могу себе позволить, потому что на работу мне как всегда ближе к ночи. А тут еще и выспаться не дали, вызвали в раннюю рань «на ковер».

Стоило подумать о работе, как перед глазами снова появился Самир.

Если бы несколько месяцев назад мне сказали, что он настолько наглый и жесткий, я бы не устроилась на работу в его ресторан. Хотя меня предупреждали о его характере, но все просто врали, говоря о его строгости. Да больной он на голову! Извращуга!

— Спасибо, — поблагодарила парня за коктейль и тут же отпила вкусный охлаждающий напиток.

Муррр… то, что надо!

Коктейли в этом чудном райском месте я обожала. Куда лучше выпить вкусняшку, нежели напиться водки. Хотя с таким боссом и до водки не далеко.

— Приветствую. Не помешал?

За мой столик присел Николас. От его хамства я обалдела и слега отодвинула бокал.

— Помешали, — ответила, одарив его хмурым взглядом. — Сначала спрашивают, а потом, в случае разрешения, присаживаются.

— Не кипятись, девочка, тебе не идет.

— Я Вам не девочка. Оставьте меня одну.

— Нет, сначала ты меня выслушаешь, и надеюсь, примешь мое предложение. Ты же наверняка уже легла под Барханова…

— Что Вы себя позволяете?

Я, разозленная, поднялась со стула, но этот придурок крепко схватил меня за руку.

— Успокойся и сядь.

— Вам никто не разрешал разговаривать со мной в таком тоне! Отпустите немедленно! — прошипела сквозь зубы, начиная откровенно злиться.

Но Николас не собирался меня отпускать, а наоборот, сильнее сжала руку, при этом сверля меня своим мерзким взглядом.

Я, недолго думая, схватила свой бокал и содержимое перевернула ему на голову. Его рука мгновенно расслабилась, и я, воспользовавшись моментом, побежала к выходу.

— За меня заплатит тот мужчина, — крикнула официанту, торопясь к выходу.

— Ты об этом пожалеешь, тварь! — услышала в спину, но оборачиваться не стала.

Смотри, чтобы ты не пожалел, ублюдок.

Глава 5

Вернулась домой с испорченным настроением и на взводе. Мало мне было моего босса, так еще и его зам прицепился. И ладно Самир мне был приятен внешне, и сексом от него за километр веяло, так от Николаса одно отвращение. Жутко неприятный тип, не понравившийся мне с первой встречи. Вот кого нужно бояться, так это его. Мерзкий дяденька!

Закрыв двери, я скинула сандалии, бросила сумочку на рояль и плюхнулась на рядом стоящий диванчик.

Скотина! С самого утра все испоганил. Даже дурацкое предложение Самира было не настолько неприятным, как предположения ублюдка, что я легла под босса.

Тьфу, мерзавец!

В сумочке раздался звонок мобильного. Надеюсь, это не Барханов.

Достала телефон и выдохнула, заметив на экране имя подруги.

— Привет, ВерОника, ты очень вовремя.

— Привет, подруга. Соскучилась?

— Нет, просто хотела сказать, что возможно уже сегодня вечером меня уволят!

— За что? — ошарашено поинтересовалась Ника, а я хмыкнула в ответ.

— Придурка Николаса облила холодным коктейлем. Жаль только, что он был не горящий.

— Ого, а с этого места поподробнее, — тут же она включила все свое внимание.

— Может быть, яйца бы его подгорели, — фыркнула я и улеглась на диване.

— Какая у меня жестокая подруга! Слушай, ну даже я поддержу твои слова. Николас мне никогда не нравился.

— Да свинья он настоящая. Мало того, что с утра по раньше босс на ковер позвал, так еще и этот придурок меня выследил.

— Вот это да, столько новостей и все мимо меня. Рассказывай все поподробнее.

— Ох, да что рассказывать… вызывали меня к боссу. А он же у нас что, тот еще пошляк.

— В смысле? — удивленно протянула подруга и тут же добавила: — Ты хочешь сказать, что наш биг бос тебя домогался?

— А чего ты радуешься? Словно он к тебе в трусики залез.

— Нууу… я была бы не против! — хихикнула ВерОника, а мне захотелось на нее рыкнуть.

— И тем не менее…

— Значит, запал на тебя Самир.

— Ну, запал — это громко сказано! Думаю, ему просто не хватает секса.

На мои слова Ника громко расхохоталась, едва не оглушая меня звонким смехом. Мне даже пришлось трубку от уха отодвинуть и дождаться, когда ее веселье прекратиться.

— Все? — спросила, когда наконец-то послышалось молчание.

— Почти. Не обижайся, Дарин, просто ты такое сказала. Он же бабник! Ты даже не представляешь, сколько баб он уже поменял.

— Хм, я, конечно, не рассчитывала на серьезные отношения с ним, но раз он баб меняет каждый день, тогда пусть свои вагинальные шарики засунет себе в задницу! — выплюнула я, разозлившись на такую новость.

Я знала, что он не собирается меня в жены брать, но и девочкой на одну ночь быть я не собираюсь. Хочешь получить меня — заслужи, да так, чтобы я видела твой интерес.

— Вагинальные шарики? Вы уже дошли и до этого? Дарин, ну, он реально пошляк. Хи-хи. Это он тебя за этим позвал? Чтобы того… шарики ввести куда надо?

— Ага, поговори мне! Ну не чаи же гонять он меня позвал.

— А ты что?

— А я ему так и сказала…

— В смысле? Про задницу?

— Ага, намекнула.

— Знаешь, странно, что ты еще жива. А вообще я раньше за ним не наблюдала, чтобы он тащился от своих подчиненных. Зацепила ты его.

— Не знаешь, как отцепить? Клеща этого!

— Ничего не знаю. Развлекайся!

Я удивленно расширила глаза, но в ответ ничего не сказала. Раз подруга так реагирует, то хрен ее переубедишь. Я, конечно, и сама не особо против, но и немного волнительно от происходящего. Шарики… может он БДСМщик? И нахрена мне такое счастье? Я не ханжа, но и эти страсти не приветствую.

— Развлекайся! — фыркнула я. — Легко сказать.

— А что там этот индюк, Николас? Тоже пристает? Так скажи Барханову, он его быстро прихлопнет, как муху назойливую.

— ВерОника, не все так просто, как кажется. С чего вдруг Самиру меня защищать? Ну пришел это козел, оскорбил, сказав, что я легла под Барханова. И что?

— И то! По ушам бы схлопотал. Ладно, — отмахнулась она, — разберемся. В обиду тебя не дам. Никому!

— Угу, а ты чем занимаешься?

— Ну, у меня не так интересно, как у тебя. Я проснулась, приняла душ, теперь вот завтракать собираюсь. У меня же сегодня дневная смена.

— Ладно, тогда вечером увидимся. Хорошего дня.

— Взаимно! Чао, подружка.

Отложив телефон, я вздохнула.

И что мне делать? Действительно позволить Самиру, этому наглому сексуальному красавчику ухаживать за мной? А точнее, делать такие похабные предложения? Но, а с другой стороны, почему бы мне не встречаться с мужчиной хотя бы для здоровья? Я молодая девушка и имею право хотя бы на капельку счастья.

Я хмыкнула и, поднявшись с дивана, прошла к роялю.

Счастье.

В мыслях появились грустные воспоминания… А ведь когда-то я с огромным удовольствием играла на пианино. Ни дня не проходило, чтобы я не уделяла внимания музыке. Теперь же в моем доме музыка звучала только из колонок музыкального центра, а крышка на рояле таила под собой некогда любимые белые клавиши. За все время пребывания здесь я ни разу их не видела… И вряд ли когда-то открою.

Когда я выбирала дом, не знала, что здесь есть этот инструмент.

Куплю ткань и закрою его, а еще лучше отдам в школу, туда, где он нужнее.

По назначению использовать его я не буду. Наверное, уже никогда.

Тяжело вздохнула и, решив не думать о прошлом, пошла надевать купальник. Лучше у бассейна побалдею или займусь розами в саду. Мне хотелось просто расслабиться и попробовать начать свой день заново. Обычно я просыпалась с утра с улыбкой на губах, и так проходил весь мой день. Но сегодня все было иначе. Проснулась я рано и только потому, что меня вызвал к себе шеф, а уже из-за этого улыбки быть не могло. Потому и день такой. Но я хочу это исправить.

Надев поверх купальника легкое домашнее платьице, я отыскала в кладовке секатор и, достав прохладную бутылочку с водой, вышла на улицу. Небо затянуло тучами. Дождь скорее всего будет. Значит нужно поторопиться с обрезанием отцветших бутонов, чтобы потом успеть поплавать в бассейне. Желательно под дождем.

Но не успела я пересмотреть и половины кустов, как из дома послышался звонок в двери. Я удивилась, потому что никого не ждала. Обычно ко мне приходила ВерОника, но она уже должна быть на работе, а потому увидеть ее сейчас я точно не ожидаю. Так и держа в руках секатор, я прошла к воротам и щелкнула замок.

Незнакомый парень.

— Добрый день. Вы Дарина Светлова?

— Добрый. Да, — кивнула я и посмотрела на букет в его руках.

— Это Вам, — он протянул цветы мне, и я приняла, правда, не до конца понимала, от кого они.

— Здесь есть записка?

— Нет, отправитель пожелал остаться анонимным.

— Понятно. Спасибо, — кивнула я, подумав о Самире. — Всего доброго.

— И Вам.

Закрыв калитку, я медленно прошла к крыльцу и, остановившись, вдохнула приятный аромат пионов. Он словно угадал мои любимые цветы. Или тоже от кого-то узнал?

Вспомнила его слова про дом и поняла, что за цветы он мог узнать в два счета.

Положив букет на лежак, я прошла в дом за телефоном, решив все-таки позвонить Барханову. Как бы там ни было, а поблагодарить все же стоит. Да и скучно без его словечек пошлых, чего уж греха таить?

Набрав его номер, да… отныне он у меня имелся, спасибо моей подруге, я снова вышла на улицу, где уже начинал накрапывать дождик.

— Слушаю! — услышала суровый голос и едва не хмыкнула. Великий босс!

— Еще раз здравствуйте, Самир!

— Дарина? — удивленно произнес он, уже более мягким голосом.

— Удивили, что у Вас нет моего номера.

— Ты меня тоже удивила своим звонком.

— Я хотела поблагодарить вас за цветы. Они прекрасны. И вдвойне приятно, что Вы знаете, какие я люблю.

— Какие еще цветы? — снова рыкнул Самир в своем духе.

— Пионы, — ответила растеряно и замерла.

Неужели это не он прислал букет?

— Какой-то хрен тебе прислал цветы, а ты решила поблагодарить меня?

— Я думала, что это ты… — снова перешла на ты.

— Нет, малышка, это был не я. Но обязательно узнаю, кто такой смелый!

— Самир…

Но в динамике послышались короткие гудки.

— Вот же хам!

Подняв взгляд, только сейчас поняла, что дождь усилился, а мои пионы продолжали лежать на лежаке. Не знаю, кто их прислал, но сами цветы мне жаль. А потому я быстро подбежала к лежаку, забрала букет и снова вернулась под навес. Цветы не виноваты в отправителе, если что.

Грустно вздохнув, я посмотрела на бутоны, усыпанные крупными каплями дождя. Склонилась и вдохнула невероятный аромат, от нежности прикрыв глаза. Всегда любила пионы. Они казались мне безумно нежными и необыкновенными. В них была особая роскошь, которую я не видела ни в одном другом цветке. Это мой личный сорт, который никогда мне не надоест.

Где-то вдали загромыхало, и дождь полил еще сильнее.

Я обернулась к плетенному креслу и, убедившись, что оно не намокло, присела в него, продолжая вдыхать любимый аромат. Плавать уже не хотелось. Тело одолела усталость, и я начала засыпать. То ли погода сыграла свою роль, то ли ранний подъем. Я задремала.

Не знаю, сколько я проспала, но проснулась от громкого удара. Гроза разыгралась не на шутку, и я решила, что пора заходить в дом. Но только поднялась из кресла, как снова прозвучал удар и тут же звонок в двери. Я даже вздрогнула, не сразу поняв, что произошло.

— Это еще что такое?

Положив цветы в кресло, я выдохнула и побежала под дождем к воротам. Удары продолжались до тех пор, пока я не оказалась у калитки.

— Кто там?

— Открой, Дарина! — суровый голос, вызывающий в теле сотни приятных мурашек.

— Самир? — тут же щелкнул замок, и отошла.

Мужчина ворвался во двор и, закрыв за собой калитку, неожиданно подхватил меня на руки и понес в сторону дома.

— Ты что творишь?

— Сейчас ты мне все расскажешь.

— Ты ведешь себя, как варвар! Пусти меня!

— Надо было быстрее открывать калитку! Ты одна?

— Конечно, нет, у меня семь гномов живет! Пусти тебе говорю!

Он резко остановился и так же резко поставил меня на землю, как раз у порога. Я вздрогнула и облизнула мокрые от дождя губы. Я насквозь промокла, так же, как и мой незваный гость. Вода капала с его волос на лоб и дальше катилась по щекам, а я, как завороженная, смотрела на это зрелище, не в силах оторвать взгляд. В его глазах читалась злость и возбуждение. И, казалось бы, меня это должно напугать, но отчего-то мне вовсе не было страшно. Наоборот, несмотря на то, что дождь хлыстал по моим щекам, я в предвкушении затаила дыхание.

— Не испытывай мое терпение, Дарина. Никогда не шути со мной, особенно на такие темы, — строго отчеканил он, крепко сжав мои предплечья.

— А то что? — мгновенно разозлившись прошипела я, тут же позабыв о каком-либо предвкушении. — Может, силу применишь? Что? Руку поднимешь, или чего хуже?

— Ты идиотка, — рыкнул он и, подхватив меня под попу, швырнул в бассейн.

Глава 6

Я полностью ушла под воду и тут же вынырнула, отплевываясь и протирая лицо. Но из-за дождя эти действия толку не дали, а вот поведение Самира меня очень разозлило.

— Ты чертов придурок! Убирайся из моего дома, ненормальный!

Но Самир меня не послушался, он тоже прыгнул в бассейн и поплыл ко мне, а я принялась руками брызгать воду в его лицо. Не помогло.

— Ай! — он схватил меня и крепко прижал к своему тело. — Пусти!

— Не отпущу! И больше не смей себя так вести, поняла меня?

Он схватил меня за подбородок и губами приблизился к губам, оставляя на них свое жаркое дыхание. Дождь усилился и бил своими тяжелыми каплями по нашим лицам. Дыхание участилось, а сердце колотилось настолько, что готово было вот-вот вырваться из груди.

— А если не поняла, что будет?

Самир неожиданно подхватил меня под попку и двинулся к бортику, крепко прижав меня к нему.

— Как думаешь, Дарина, что тебе будет за непослушание?!

— Только посмей! — прошипела ему в губы, как он резко прижался к моим губам, даря мне жаркий поцелуй.

Ворвался в рот языком, захватив мой язык в плен, а я прогнулась в спине, грудью прижимаясь к его груди. Дикий контраст горячих тел и прохладного дождя. Самир целовал, словно пил последнюю воду на земле, а я не хотела, чтобы он отстранялся. Только не сейчас.

Я горела в его объятиях, сходила с ума и наслаждалась так, будто никогда не целовалась. С ним поцелуй был особенным, горячим и страстным. Да что говорить, если от одного его взгляда между ног становилось влажно.

Барханов переместил руку с поясницы мне на грудь и крепко сжал ее, вырывая из моего рта глубокий стон. От его ласк мое тело плавилось, и я сама не сразу поняла, как полезла к краям его рубашки. Куда-то просто хотелось деть руки, и я тянула полы, намотав на запястья свободные края. Теперь простонал Самир и, отстранившись, слегка потянул за нижнюю губу.

Прямо над головой раздался раскат грома, я вздрогнула и отстранилась от мужчины. Спасибо природе, она вернула меня с небес на землю. А дождь спустился еще сильнее, и перед собой практически ничего не было видно. Стена.

— Пойдем скорее, а то нас точно затопит, — прокричал сквозь шум воды, и мы быстро выбрались из бассейна и побежали под навес.

Я слегка продрогла и сразу же обняла себя руками. Самир, заметив мой жест, утащил меня в объятия, и я выдохнула, почувствовав себя на минутку в родных руках.

Улицу озарила молния и снова раздался грохот грома. Хорошо, что я дома. Боюсь грозы.

— Пойдем в дом, — предложила Самиру и выскользнула из его рук, дабы не тешить себя иллюзиями.

Мужчина послушал и прошел за мной, а я, оказавшись в гостиной, сразу же выключила кондиционер. С дождя в холод — не очень приятные ощущения.

— Ты можешь принять душ вот там, — указала на дверь неподалеку от кухни.

— А ты со мной?

Я посмотрела в его глаза и, молча развернувшись, ушла в свою комнату. Не нужны мне лишние волнения.

За окном снова раздался раскат грома, и я исчезла в ванной комнате, скорее забравшись под теплый душ.

Рука коснулась слегка припухших губ, до сих пор хранивших на себе вкус мужских поцелуев. Я зажмурилась и, тряхнув головой, выдавила на руку немного геля. Даже мочалку не взяла, просто для аромата нанесла на тело гель и сразу же смыла его.

С ума сойти, я принимаю душ в тот момент, пока по моему дому бродит красивый мужчина! И не просто знакомый, а мужчина, который хочет меня трахнуть. Ну разве после этого меня можно назвать адекватной?

Быстро сполоснувшись, я переоделась в новое платье и слегка подсушила волосы.

А может, он уже ушел?

Да уж, кого я обманываю? Этого теперь и поганой метлой не прогнать. Пустила, называется, на порог. Слишком рано позволила ему войти в дом… Если бы не старые раны…

Осмотрев себя в зеркале, оставила волосы распущенными и пошла развлекать гостя. Точнее, его выпроваживать.

Из окна комнаты увидела, что на улице до сих пор лил дождь, что и могло мне помешать.

Нанесла каплю духов за ушко и вышла из комнаты.

Самир сидел на диване.

— Я думала, ты уже ушел.

— Я еще не выяснил, откуда цветы. Кстати, извини, пришлось воспользоваться твоим халатом, он не совсем по размеру, конечно. А еще я включил сушилку, чтобы просушить одежду.

— Ничего страшного.

Мой халат на нем смотрелся действительно очень забавно, но я не подала вида. Прошла по комнате и присела в соседнее дивану кресло.

— Не заболеешь?

— Я приняла теплый душ.

— Нужно было меня позвать, я бы согрел.

— Самир, я бы хотела немного отдохнуть. Ты не собираешься домой?

— Увы, нет. У меня сегодня еще полно дел. Ты лучше расскажи, от кого цветы?

— О, Господи! — я вздохнула и поняла, что он от меня так просто не отделается.

Я прошла к бару и, отыскав бутылку с вином, прихватила с собой два бокала и штопор.

— Помоги, — протянула Самиру, и тот сразу же принялся открывать бутылку.

— Самир, ты думаешь, если бы я знала, от кого цветы, то звонила бы тебе сказать спасибо?

— Кто мог подарить? Тебе домой их прислали, значит, знают где ты живешь.

— Понятия не имею, — пожала плечами и протянула бокалы, наблюдая, как красное вино плавно стекает по стеклянной стенке.

— Так не бывает, Дарина. Этот хер должен быть из твоего окружения. Откуда-то же он знает твой адрес, — прошипел Самир, а я забрала из его рук свой бокал и сделала несколько глотков вина.

В голове проскочила мысль о Николасе.

Барханов отставил бутылку на столик и, посмотрев на меня пристальным взглядом, тоже отпил вина. Я тут же опустила взгляд, не желая соблазняться и поддаваться его чарам. А у него хорошо получалось меня искушать. Чертов красавчик!

— У тебя рояль, — неожиданно заметил он, а я резко подняла голову и поняла, что едва не спалилась. Хотя…

— Да, я переехала в укомплектованный дом, и рояль здесь стоял. Я его даже не открывала.

В этом я не врала.

— Жаль, я уж было подумал…

— Самир, я кажется знаю, кто мог прислать цветы.

— Поделись, — он напрягся, и крепче сжал бокал в руке.

— Николас. Мне кажется, это он…

— Жду подробностей от тебя.

Я сделала глотов вина и, отставив бокал на столик, посмотрела на Самира серьезным взглядом.

— Хочешь верь, хочешь не верь… Сегодня утром я пошла в кафе на террасе, и Николас подсел ко мне за столик. Он начал нести глупости, вроде того, что я должна его послушать и сделать, как он говорит. Он считает, что я с тобой сплю. И по всей видимости, решил таким образом шантажировать.

Самир отставил свой бокал и, поднявшись с дивана, опустился возле меня на колени. Руками коснулся моей руки, тем самым заставляя посмотреть ему в глаза.

— Я урою его, будь уверена.

— Что ты имеешь ввиду?

— Он больше тебя не побеспокоит.

— Самир, ты только не трогай его. Не бери грех на душу. Ой, — я вздрогнула, когда за окном раздался очередной раскат грома.

Я чувствовала, как у меня начали ломить пальцы из-за погоды, и сжав руки в кулаки, убрала их подальше от мужчины.

— Не бойся, я рядом.

— Но думаю, тебе пора.

Я поднялась с дивана и, схватив бокал, прошла к окну. На улице все еще лил дождь.

— Гонишь под ливень?

— Могу дать зонт, до машины добежишь.

Сделала глоток вина, наблюдая, как крупные капли с высоты резко падают в лужи, наполняя собой весь двор.

Ко мне подошел Самир. Ощутила его дыхание у своего уха и замерла. Мне не нравилось, как я реагирую на него. Внутри рождались непонятные чувства, которые я давно уже позабыла. Еще до развода.

— Могла бы и пригреть меня у своего тела, — прошептал он, вызывая по моему телу мурашки.

Рука дрогнула, и я случайно выронила бокал, который разбился, и вино красными брызгами разлетелось по полу и одежде. На миг перестала чувствовать пальцы, но старалась не подавать виду. Самиру это знать ни к чему.

Он развернул меня лицом к себе и, посмотрев в мои глаза, пальцами коснулся щеки.

— Уверен, с тобой бы я точно не замерз. Ты вызываешь жар в моем теле одним своим взглядом.

— Самир, давай я заплачу тебе за испорченную одежду, и ты поедешь. Я хочу отдохнуть.

Руку до сих пор выкручивало от боли, и мне хотелось намазать ее мазью и прилечь. А еще лучше отправиться к доктору на анализы. Возможно, он бы прописал мне куда эффективнее препараты.

— Денег я могу тебе сам заплатить. Не надо делать из меня какого-то ублюдка. Я буду ждать тебя сегодня вечером в своем кабинете.

— Я не работаю по кабинетам. Мое дело на сцене. Ты можешь заказать песню, я с удовольствием ее спою для тебя. Но опять же… за отдельную цену.

— Ты стерва, — он неожиданно схватил меня за подбородок и, склонившись, добавил: — Но мне нравится твоя игра. Нравится, что ты такая… неприступная. Вкуснее будешь.

От его слов между ножек стало влажно. Я возбудилась, и мне дико захотелось ласки, но признаваться в этом я не собиралась. Пака что нет. Пусть побесится.

— Такой вкусной у тебя точно еще не было.

— Не спорю. До вечера, малышка.

Самир оставил легкий поцелуй на моих губах и, отстранившись, вышел из дома. Я выдохнула и резко развернулась к окну, наблюдая, как он быстро побежал к машине.

А через пару минут на телефон пришло сообщение. Хм, когда я успела его занести?

«Не вздумай снова идти по пляжу. Я пришлю машину.»

— Не вздумаю…

Отложив телефон, принялась разминать правую руку, и как только стало немного легче, пошла за шваброй и совком. Навела в гостиной порядок и выдохнула. Вот что значит, день не задался с утра. Еще этот дождь. Как бы я ни любила такую погода, радость она мне предоставляла не всегда. Случались моменты, когда от боли в руках хотелось лезть на крышу. Например, как сейчас. Но я намазала мазью и помассажировав руку, улеглась отдыхать. Складывалось впечатление, словно я весь день под солнцем в огороде капалась. Накатила слабость и усталость, и я погрузилась в сон.

Разбудил меня звонок мобильного. Медленно открыла глаза, отметив, что на улице почти стемнело. Осторожно пошевелила пальцами, радуясь, что боль почти прошла. Довольно потянулась и поняла, что телефон перестал звонить. Улыбнулась. Сейчас сделаю кофе, накину кофточку и посижу на террасе пока время есть.

Именно так и сделав, я разместилась на улице в кресле, раздумывая о том, что сегодня надеть. Да желательно такое, чтобы позлить Самира.

Отпила кофе и едва не опрокинула на себя горячий напиток, потому как на столе зазвонил телефон. Вспомнила нелегкого…

— Слушаю.

— Почему трубку не берешь?

— И Вам, господин Барханов, добрый вечер.

— Не ерничай! Я звоню не первый раз.

— Простите, я не знала, что обязана отвечать шефу с первой же секунды и сообщать, чем я занимаюсь.

— Шефу, может, и не обязана, а мне точно. И только попробуй еще раз так поступить!

— Я вообще-то отдыхала, а теперь настраиваюсь на работу. А ты какого-то хрена разговариваешь со мной в таком тоне, словно я тебе что-то должна. Знаешь, что, Барханов? Пошел к черту!

Я просто в бешенстве от того, что он смеет со мной так разговаривать. Нет, раньше все было прекрасно, пока он не явился на остров. Даже Николас меня не злил, в принципе, не трогал. А теперь словно все с катушек слетели. Тьфу, зла не хватает!

Сделав глоток кофе, со стуком поставила чашку на стол, немного пролив напиток, и, забрав телефон, пошла собираться. Ну жди, гавнюк, теперь твоя очередь злиться. Хотя ты и так вечно в бешенстве. Может, ему хорошего психолога посоветовать, или кого там нужно в его случае? Невропатолога?

Распахнула шкаф и отыскала самое развратное платье. Поиграем, милый?!

Глава 7

— Ты что, совсем спятила, дура!

Я резко прижал ее к стене, злясь на то, что она посмела выйти на сцену практически голой. Да я чуть с ума не сошел, когда свет софит упал на нее, и в зале ресторана послышались довольные звуки и свисты.

— Думаешь, что творишь, ненормальная? Ты бы еще без трусов вышла.

Эта гадина коварно улыбнулась, языком облизнув верхнюю губу.

— Тебе не понравился мой наряд?

— Ты вышла в купальнике! — прошипел ей в губы, неотрывно смотря в глаза, наполненные радостью. Стерва!

— Между прочим, это концертный наряд. Лиф и прозрачная юбка с закрытыми трусиками! Нужно же как-то привлекать новых гостей в ваш ресторан, господин Барханов.

— Не своим телом! Гостей у меня и так хватает!

— А вообще, чего вы беситесь? Какая вам разница в чем я вышла? Красиво и это главное.

— Красиво? Ничего что ты всем демонстрируешь свои прелести?

— Во-первых, все было прикрыто, а во-вторых, вас это не касается! Я свободная девушка, и…

— К каким херам ты свободная девушка? Ты еще не поняла, что принадлежишь мне?

Она улыбнулась во весь рот, словно была счастлива моему заявлению, и приблизившись, произнесла:

— Я принадлежу сама себе, и надевать буду то, что захочу. Без твоего разрешения! Пусти меня!

— Ты мстишь мне. За что?

— Рада, что ты такой догадливый. Просто никогда не смей разговаривать со мной в таком тоне. Я тебе подчиненная только на работе.

— Тогда вовремя бери трубку, чтобы я не нервничал лишний раз.

— Если ты лишний раз нервничаешь, то прикупи таблетки, а еще лучше — сходи к врачу.

Она резко оттолкнула меня от себя, и отошла к зеркалу, снова дразня меня своей полуголой задницей.

— Браво! Браво, девочка, это было феерично! Думаю, все присутствующие мужчины в зале хотели тебя отодрать.

Я скривился, услышав слова Николоса, и еще больше взбесился, заметив с каким гонором он вошел в гримерную к моей женщине.

— Развлечешь меня?

— Развлеку тебя я, Николас! — прорычал, выйдя из-за ширмы.

— Эм, Самир. Я не знал, что ты здесь.

— А тебе кто позволял суда входить?

— Я постучал, — задумчиво произнес он, большим пальцем показывая назад.

— Головой ты стукнулся, а не в дверь постучал. Ты вообще, как разговариваешь с Дариной? Совсем оборзел?

— Ну, мы как бы вместе, и я могу…

— Что? — выпалила Дарина, округлив глаза. — Кто вместе? Самир, не слушайте его! Он врет!

— Николас, ты совсем ненормальный?

— А я ведь предлагал, а ты что… хоть бы на нормальном члене поскакала, — выплюнул он, и двинулся на девушку.

Я сделал шаг к нему, как раз в этот момент Дарина влепила моему помощнику смачную пощечину.

— Подонок! — она выскочила из комнаты, а я резко схватил его за шею и одарил ненавистным взглядом.

— Ты твою мать, совсем страх потерял? Ты что творишь, идиот?

— Да нехрен вы*бываться. Строит из себя целку, а вон как одевается, словно продавала себя весь вечер.

— Николас, — я крепче сжал его горло, давая понять, что я не шучу, — мне кажется, ты заигрался. Кто тебе давал право так разговаривать с девушкой? То, что она попала на работу не через постель не дает тебе право так себя вести. Она в первую очередь женщина, которая работает у нас певицей, и ты даже смотреть на нее не должен. Тебе мало шлюх?

— А что, эта шлюха уже твоя?

Я резко двинул ему по морде, смотря озверевшим взглядом.

— Ааа… сука!

— Выражения подбирай! Если баба тебе не дела, это не означает, что она шлюха! Езжай в клуб, и ищи там себе подстилку на ночь, идиот!

— Значит, я прав. Она уже с тобой трахается. Быстро же она нашла к тебе подход.

— Убирайся из ресторана! — выплюнул я, разминая руки.

— Что?

— Завтра придешь сдашь все дела и проваливай. Мне такой подонок не нужен в компании. К тому же я так и не понял куда делись несколько тысяч долларов за время моего отсутствия.

— Ты о чем?

— Придумай до завтра что-нибудь убедительное. Только не факт, что я прощу тебе эти деньги. Убирайся! — закричал я, и Николас пошатнувшись пошел к выходу.

Идиот, да он еще и не трезв.

— Ничего, я это так просто не оставлю. Однажды я трахну твою суку.

— Только посмей, и отправишься туда, где вы*бут тебя, только мужики.

— Это мы еще посмотрим.

Николас убрался из комнаты, а я злой пошел на поиски Дарины. Но ее нигде не оказалось, а официантка сообщила, что девушка уже поехала домой.

Я выдохнул и устало потер глаза.

— Самир! — услышал со стороны, и обернувшись заметил красивую блондинку за столиком у окна.

— Здравствуй, Эмми, — кивнул ей, а сам посмотрел в сторону выхода.

— Как твои дела? Не хочешь составить мне компанию?

С Эмми мы были знакомы около года. Иногда пересекались для секса, и ничего друг от друга не требовали. Такие отношения были для меня выгодны.

— Прости, крошка, сегодня не до секса. Нужно бежать.

Улыбнулся ей, и заметил расстроенное выражение лица.

Мне действительно было не до нее. Я вышел на парковку, и сев в свой автомобиль, рванул к дому Дарины. Дико хотелось быть сейчас рядом с ней, а еще объяснить, как не стоит себя вести хотя бы на людях. Потому что таких, как Николас может быть гораздо больше, чем мы можем себе представить.

Залез в бардачок, и убедившись, что бархатный мешочек на месте, улыбнулся.

— Ну что, малышка, поиграем?

Подъехав к дому Дарины, я забрал игрушки в карман, и поставив тачку на сигнализацию, позвонил в звонок. В динамик домофона мне ответили не сразу, чего и следовало ожидать.

Я позвонил еще пару раз.

— И чего тебе? — услышал грустный голос.

— Ты что меня видишь?

— Нет, нюх хороший.

— Открывай! — рыкнул я, не собираясь разговаривать с ней через динамик.

В ответ последовала тишина. Я подождал еще несколько секунд, и начиная злиться позвонил в звонок снова.

— Ты еще здесь?

— Ты хочешь, чтобы я перелез через забор?

— Я все равно закрылась в доме, и ты ко мне никак не попадешь.

— Я разобью окно! Считаю до трех. Раз, два…

Калитка наконец щелкнула, и я прошел во двор. Заметил, как у окна скользнула тень, и хотел ухмыльнуться, да настроение не то было.

Девочка решила поиграть со мной в прятки?

Прошел к двери и нажал на ручку, благо здесь Дарина не стала испытывать мои нервы.

Я вошел в дом и заметил девушку, стоявшую у подлокотника дивана. Она была напряжена.

— Наигралась?

— Тебе не следовало приходить! Теперь и так все будут считать, что я шлюха.

— С какой стати? — зло рыкнул я, и только хотел сделать шаг к Дарине, как она резко выставила руку ладонью вперед.

— Даже не думай ходить по моему дому в обуви!

Тфу бл*ть. Я сбросил туфли и не обращая внимание на недовольные бурчания, двинулся на девушку.

— Ты бы не могла не бурчать? Тебе не идет.

— Самир, зачем ты пришел?

— Ты сбежала от меня, — подошел к ней и заглянул в красивые глаза, наполненные болью.

— Мне невыносимо было там находиться. Все что сказал Николас, это неправда.

— Я знаю, и ты можешь не оправдываться.

— Я не оправдываюсь, просто это все мерзко.

— Я его уволил, — коснулся пальцами ее щеки, наслаждаясь нежность кожи, — тебе больше не о чем переживать.

Моя красивая нежная девочка.

— За что он так со мной?

Дарина на миг поддалась эмоция и прикрыла глаза. Но всего лишь на секунду, и снова подняла веки.

— Больной ублюдок он. Все просто, ты попала на работу не через постель… а он привык принимать всех именно так.

— Я бы не стала с ним спать. Он точно идиот.

— Это его и разозлило, что ты ни на одну из его предыдущих не похожа.

— То, что женщины раздают себя направо и налево, не дает ему права думать, что все такие.

— Прости, что тебе пришлось слушать его оскорбления.

— Ты действительно считаешь, что, уволив его, он только станет добрее? Как по мне, Самир, так он, наоборот, может разозлиться.

Как же мне нравились черты ее лица — красивая и строгая, нежная и в то же время сильная. Она пробуждала во мне не только желание, но и зависимость.

— Я уничтожу его, если он посмеет тебе хоть как-то навредить.

— Все началось с твоего появления, — фыркнула она, и рукой отбившись от моей руки прошла к окну, вид из которого открывался на бассейн.

— Возможно, это к лучшему? Тогда бы никто тебя не смог защитить.

— Да уж, куда уж лучше! — она взмахнула руками и тут же себя обняла.

— Нальешь вина?

— Обойдешься. Я не звала в гости, а ты уже и так задержался.

Я хмыкнул, и не обращая внимание на то, что она пытается от меня избавиться, присел на диван. Она резко обернулась ко мне.

— Почему ты наглеешь в моем доме.

— Я пытаюсь до тебя донести, что ты теперь только моя. А я… буду находиться рядом с тобой столько, сколько пожелаю.

— Может ты еще ко мне и переедешь?

Дарина была напряжена, и пройдя к круглому высокому столику, налила бокал вина. Я улыбнулся, и тут же стал серьезным. Она сама отпила алкоголь, а я все же думал, подаст бокал мне. Стерва.

— Нет, переедешь ко мне ты.

— Пфф, знаешь, это уже слишком. Я точно не собираюсь переезжать из своего дома мечты, и уж тем более к тебе.

— Давно никто тебя не трахал, Дарина, от того ты такая и дерзкая.

— Зато ты спишь и видишь, как бы скорее затащить меня в постель!

Я резко поднялся с дивана, и в два шага оказавшись возле девушки, одной рукой обнял ее за талию, прижимая к себе, второй, схватился за подбородок. Сейчас в ее глаза был не страх, нет, теперь она дразнила меня, и ждала ответной реакции.

— Тебе же нравится, когда я злюсь, правда?

— Очень нравится. Я жду, когда наступит придел, и ты наконец-то исчезнешь из моей жизни.

На ее слова я резко расхохотался, запрокинув голову назад, и на руки почувствовал давление ее пальцев.

— Я не исчезну из твоей жизни, девочка. Просто запомни, и прими как само собой разумеющееся, ты только моя. Точка.

Склонившись, коснулся ее губ в нежном поцелуе и отпустил. Практически сразу отстранился, хотя желал далеко не этого.

Полез в карман и протянул Дарине уже знакомый ей бархатный мешочек.

— Ты не расстаешься с ними?

— Завтра перед выступление ты введешь их себе во влагалище. И поверь, я буду знать даже сидя в зале, послушалась ты меня, или нет…

Положил мешочек на столике около бутылки с вином, и одарив ее жадным взглядом, прошел к выходу.

— Когда ты трахнешь меня, исчезнешь из моей жизни?

Я обернулся, и прищурившись, медленно покачал головой.

— Тогда точно нет.

Обувшись, я вышел из дома.

Я дам ей еще немного времени, а потом сделаю своей. И тогда Дарина сама не захочет, чтобы я исчезал из ее жизни. Будем умолять брать ее каждый день, а я не посмею отказать ей.

Она приручила меня, я сделаю то же самое.

Глава 8

Прикрыв глаза, я наслаждалась приятной музыкой, звучащей из больших колонок в зале. Слегка улыбалась, зная, как сейчас чарующе выгляжу в черном струящемся по ногам платье. В минуту проигрыша этой песни в зале всегда выключался свет и наступала кромешная темнота. Только один прожектор был направлен на меня, и даже ленивый в это мгновение рассматривал мою фигуру. Я не стеснялась, потому что знала, как выгляжу в данный момент, и наслаждалась этим вниманием. Но моя уверенность в себе на выступлениях посещала меня не всегда. Практически через день меня одолевал страх, своими стальными оковами сжимая мою душу.

Так случилось и сегодня.

Он был здесь.

Смотрел на меня из зала и пожирал глазами. Мне даже свет не нужно включать, я знала, где именно он сидит, в какой позе и с каким желанием наслаждается моим присутствием на сцене.

Он приходил сюда ради меня, либо же просто поужинать. И не любил слушать исполнение других певиц.

По телу прошла необъяснимая дрожь. Такое случалось всегда, когда он задерживал на мне долгий и пронзительный взгляд. Это немного напрягало, и в то же время вызывало приятные ощущения. Между ножек начинало пульсировать, стоило мне только представить карие глаза, наполненные страстью и желанием. Он хотел меня. И говорил это буквально при каждой встрече. Которые я старалась избегать.

Почувствовала, как напряглись соски, и выдохнула, когда свет начал медленно скользить по небольшому залу. Еще несколько секунд и я снова запою, и увижу мужчину, на которого упадет свет прожектора.

Ровно несколько нот и сердце делает резкий скачек, и я не нахожу выхода, кроме как начать петь…

— Дарин, там тебя твой воздыхатель ждет. Просил, чтобы ты вышла, — игриво пропела ВерОника, моя подруга, и официантка данного заведения.

Я резко развернулась сидя в кресле в гримерной, и посмотрела на нее слегка испуганным взглядом. Что еще ему от меня нужно? Это повторяется из раза в раз, ему не надоело?

— Скажи, что я уже ушла.

— Малышка, ты забыла кто он? Он знает, что ты здесь… А я знаю тебя, и потому будет лучше, если ты выйдешь в зал, чем вы останетесь в комнате наедине.

Я опустила взгляд, мысленно соглашаясь со словами ВерОники, и тяжело сглотнув, кивнула. В гримерной оставаться с ним я точно не собиралась.

Да, меня одолевал страх, но… я не боялась мужчину, я боялась в него влюбиться. Только, кажется, он этого и ждет, а потому я максимально старалась показать себя той, кем не являлась. Ведь говорят, он любит покорных девушек.

Подруга вышла из комнаты, оставив меня одну. Я перевела взгляд в зеркало, и заметила в своих глаза легкую игривость. Во мне взыграл азарт, чего я не ожидала сама от себя.

Поднявшись из кресла, я слегка распахнула юбку платья как раз в том месте, где находился разрез. Подцепила пальцами тонкие трусики и надорвала их так, чтобы могла дойти до места встречи, а там уж, пусть сами вершат судьбу.

Я знала, ему понравится.

Улыбнувшись своему отражению в зеркале, я тут же смерила себя строгим взглядом и отправилась в зал.

Он ждал меня у фонтана около стены. В более укромном месте, где практически никогда не было людей.

— Рад, что ты послушная девочка. Даже долго ждать не заставила…

— Самир…

— Да, моя нежная? — он посмотрел так, чтобы я поверила его словам, и я верила.

Он всегда говорил комплименты, и доказывал свои слова. То ли жестом, то ли взглядом, но рядом с ним я ощущала себя красивой и желанной.

— Не обольщайся, я ненадолго, — и облизнув губу, тем самым отвлекая мужчину, я пальцами нащупала надрыв на тонкой резинке, и полностью ее разорвала. Трусики упали к моим ногам.

— Нет? — удивился, как в первый раз. — Когда ты удостоишь меня своим…

— Телом? — не дала ему договорить, потому как знала, чего он ждет.

Сексуально улыбнулась, и подцепив подол платья, переступила через испорченные трусики. Самир бросил на них взгляд, я видела, как в его глазах затанцевали черти.

— Упали, — сообщила я, и подняв их с пола, демонстративно двумя мальцами поднесла к фонтану.

Мужчина крепко сжал челюсти, ноздри раздувались от тяжелого дыхания, а глаза… он всем видом показывал, что готов прямо здесь прижать меня лицом к стене и отыметь. Но он этого не сделает. А я…

Я отпустила трусики и те тихонько упали в воду фонтана.

— Я без тебя справилась. Спать лягу тоже сама.

— А как же колыбельная стонов, и вагинальные шарики?

Я промолчала, ощутив дикое желание прикосновений к моей груди, и развернувшись, медленно пошла в гримерную. Ноги дрожали от возбуждения.

— Завтра после концерта, сама лично достанешь их при мне. Хочу видеть, как ты течешь от моего взгляда. И не пытайся сбежать. Совсем скоро ты станешь моей.

— Нет! — резко бросила в его сторону, одарив злым взглядом.

— И расскажешь, что побудило тебя сбежать от мужа в саму Испанию.

Последние слова меня задели, но я не подала вида. Гордо скрылась за дверью, и только в комнате оставшись наедине сама с собой, я смогла выдохнуть. Кому-кому, а вот Самиру точно не нужно знать почему я сбежала от бывшего мужа. Да я в принципе не хотела об этом думать, не то что говорить…

Переодевшись в свое платье, я собрала волосы в высокий хвост, и нанеся на губы немного прозрачного блеска, схватила сумку, и покинула ресторан. Сегодня ехать с водителем от фирмы я не хотела, потому вышла через служебную дверь и запрыгнула в пустое такси.

Назвала адрес, и лбом уткнулась в стекло.

К горлу подступила горечь. Вот зачем он напомнил мне о бывшем муже? Господи, я так долго пытаюсь забыть прошлое, а вольно невольно кто-то да напоминает. Зачем? Знать его не хочу, и надеюсь, больше никогда не увижу.

По щеке скатилась одинокая слеза, и я тут же ее смахнула, не желая расстраиваться из-за прошлого.

Теперь еще Самир со своими заскоками.

Мерзавец! Похотливый гад! Все время хочет уложить меня в кровать, еще и со своими шариками пристал!

К слову, о последнем…

Я сегодня-таки воспользовалась ими, что не укрылось от Самира. Как он и обещал. Но как же это оказалось непросто, выйти с ними на сцену! Нет, в целом неплохо, но! Мне дико хотелось секса, или хотя бы просто получить оргазм! Мышцы влагалища постоянно были напряжены, и мне казалось, что я вот-вот кончу. Думаю, именно этого и добивался Барханов.

Сидеть было куда проще. Я не боялась, что они выпадут, а вот стоять на сцене…

Обязательно отомщу этому гаду! Не знаю, как, но отомщу!

Добравшись до дома, я приготовила себе ванную, и сбросив вещи, с удовольствием погрузилась в теплую воду, до краев наполненную пеной.

Положила голову на бортик, свесив за ванную волосы, и ощутив в теле усталость, прикрыла глаза.

Истинное наслаждение. Так хорошо расслабляться в ванной. Было бы куда круче включить джакузи, только вот забыла я вызвать мастера. Завтра же об этом позабочусь.

— Ты кое-что забыла, — неожиданно раздалось в ванной комнате, отчего я вздрогнула и едва не подскочила, но вовремя опомнилась, что я раздета.

— Какого черта? Ты что здесь сделаешь? Убирайся! — прокричала я, глядя как Николас вальяжной походкой идет в мою сторону, держа в руке бокал с красным вином.

В душе начала нарастать паника.

— Я просто решил, что здесь нам уж точно никто не помешает. Ты же не позвала на ночь своего верного пса?

— Ты больной ублюдок! Пошел вон!

— Нет, милая, сначала я тебя трахну.

У меня внутри все оборвалось. Я понимала, что не смогу спастись, понимала, что в доме кроме меня никого нет, и… здесь меня точно никто не услышит. Я резко поднялась из ванной, не теряя мизерной надежды на то, что мне удастся сбежать. Я даже не думала об одежде, хотя ощущала себя ужасно мерзкой находясь обнаженной перед этим ублюдком.

— Как ты вообще сюда вошел?! Убирайся!

Я резко рванул к выходу, но меня перехватили его мерзки руки и повалили на пол.

— Не трогай меня! Ты идиот! Отпусти! Отпусти!

Но он своими грязными липкими пуками принялся шарить по моему телу, а по щекам уже покатились слезы. Я отпиралась как могла, но Николас крепко держал мои руки у меня над головой. Я боролась с ним, а он резко ударил меня по лицу. В голове закружились звездочки, перед глазами потемнело и мне стало дурно. Но я не сдавалась, всеми силами пыталась отбросить его от себя. И меня едва не вывернуло, когда я почувствовала его противный рот на своей груди.

«Господи, помоги, прошу! Помоги, как тогда, пару лет назад.»

— ОТПУСТИ МЕНЯ! — заорала я, понимая, что еще чуть-чуть и у меня больше не останется сил бороться.

Я не смогу выбраться из-под тяжелого тела, не смогу избежать этого унижения.

Слезы во всю заполонили взгляд, и я практически ничего не видела перед собой. Он ударил меня еще раз, и кажется, второй удар был куда сильнее первого. Мне становилось трудно дышать, и силы покидали мое тело. Я лишь кричала надрывисто и уже почти не шевелилась. Только ощущала на себе его мерзкие прикосновения.

Меня накрыло отчаяние, и я поняла, что это конец. Его руки шарили по всему моему телу не оставляя шансы на спасение.

Это был конец моей жизни, конец всего, что я так и не успела начать.

— Ах ты ж падла! — услышала сквозь шум в ушах, и поняла, что меня наконец-то отпустили.

Послышался какой-то шорох, удары, стуки, маты. Я едва смогла вытереть слезы, и рукой схватилась за халат, лежащий на пуфике. С трудом разглядела Самира, злобно наносящего удары Николасу.

Дрожащими пальцами дотянула до себя халат и кое-как прикрылась. Носом уткнулась в теплую ткань и разревелась, не желая видеть всего то, что происходит. А еще лучше было все это забыть.

Не знаю, сколько времени я просидела на полу, но очнулась лишь когда мужски руки подняли меня и прижали к горячей груди. В нос ударил знакомый запах, и мое было начавшееся нарастать волнение, в миг исчезло.

Самир…

Я перестала дрожать и крепче прижавшись щекой к груди, слегка повернулась и носом вдохнула его аромат.

Бог меня услышал.

Я не видела что происходит. Мои глаза были закрыты. Только понимала, что мужчина меня куда-то несет. А когда мы остановились, почувствовала, что он присел вместе со мной. Его рука поглаживала меня по спине, и на душе становилось немного легче.

Все обошлось… случилось лучше, чем могло произойти не прейди Самир. Пожалуй, он впервые так вовремя появился.

— Спасибо тебе, — первая нарушила тишина, и поняла, что мой голос охрип.

Я практически не узнавала себя.

— Прости, что раньше не пришел…

Он укачивал меня на руках, а затем положил на кровать, прикрывая одеялом мое тело.

— Не отпускай, пожалуйста, не уходи, не хочу.

Я резко схватилась пальцами за его футболку, наконец-то открыв глаза. Самир был зол, но не на меня…

— Я здесь, Дарина. Я здесь.

— Мне страшно… страшно и холодно.

— Сейчас приедет врач, женщина. Она осмотрит тебя. Тебе нужно принять успокоительное и выспаться.

— Где он?

— Его забрали в полицию. Если выживет, сядет надолго. Петух гребанный.

Я вздрогнула, и снова крепко прижалась к Самиру.

— Мне так страшно, Самир.

— Не бойся, теперь я рядом. Никто тебя больше не тронет.

— Спасибо, что ты так вовремя, — произнесла дрожащим голосом, и приподняв голову, посмотрела в его глаза. — Впервые…

— Тихо, малышка. Главное я успел.

А я не сдержалась и расплакалась. Меня только-только начало отпускать, и я начала понимать суть происходящего.

— Если бы ты не успел, я бы… я бы просто умерла.

— Я успел, успел, Дарина. Я успел.

Он снова принялся меня раскачивать, и спустя какое-то время я успокоилась. В душе была пустота, а тело наконец-то согрелось от его объятий. В руках Самира становилось спокойно.

— Не хочешь принять душ? — услышала сквозь дрему.

— Душ? Хочу, — кивнула, понимая, что хочется смыть с себя отпечатки этого ублюдка. — Только страшно.

— Я буду ждать тебя за дверью. Никто не посмеет войти. Ты мне веришь?

— Верю, — едва заметно кивнула, и собралась подняться с кровати, но Барханов мне не позволил.

Он сам отнес меня на руках в ванную комнату, которая находилась у меня в спальне, и усадив на пуф, вышел за дверь. Я была ему благодарна за это. Особенно учитывая тот факт, что я все еще раздета.

Найдя в себе силы, поднялась на ноги и застыла у зеркала. И тут же прикрыло лицо ладонями, испытав шок от увиденного. Немудрено, что Самир злой. Все мое тело в ссадинах, и царапинах, а на скуле образовывался кровоподтек. Я была сама себе противна.

Не выдержав, я медленно прошла в душевую кабинку, и не заботясь о теплой воде, просто повернула вентиль, и вздрогнула. Конечно, холодная.

Сглотнула, и крепко сжав руки в кулаки, выдержала, дождавшись пока пойдет теплая.

Даже горячая. Упругие капли воды приятно ударялись о мое тело. Я хотела содрать с себя кожу, чтобы на мне не осталось и следа от рук Николаса.

Схватив мочалку, я с жадностью выдавила на нее геля, наверное, ушло половина банки, но мне было плевать. Главное стереть всю эту гадость с себя. Обильно вспенив, я принялась натирать тело.

Было больно. Все горело огнем, а я продолжала тереть. По щекам покатились слезы, тут же смываемые водой. Я плакала не от физической боли. К ней я давно привыкла. Я плакала от того, что произошло.

А что если бы Самир не пришел, что со мной было бы тогда?

Кажется, я просто бы умерла прямо там, на полу ванной комнаты. Я бы не перенесла унижения, и если бы не Николас, то сама бы себя убила после такого.

Глава 9

Не знаю сколько прошло времени прежде, чем я вышла из душа, замотавшись в большой махровый халат. Мне хотелось просто спрятаться от всего мира, и забыться хотя бы на несколько дней.

Самир до сих пор сидел на кровати, согнув одну ногу и локтями уперевшись в колено.

Стоило мне зайти, он тут же посмотрел на меня, прищурившись, и выпрямился.

— Как ты? — в его голосе слышалось волнение.

Я сделала шаг вперед, и пошатнулась. Закружилась голова.

Барханов резко подскочив с кровати, подхватил меня за талию, и поднял на руки. У меня перед глазами летали мошки.

— Плохо?

— Просто все тело болит.

Самир нахмурился и положил меня на кровать.

— Укрыть?

— Да, пожалуйста.

В двери позвонили, и я напряглась. Так было страшно, что это снова мог быть Николас. Самир, поцеловал меня в висок, и натянув одеяло повыше, прошептал:

— Это доктор. Я сейчас вернусь.

Я только глаза на миг прикрыла, соглашаясь.

Самир вышел, оставив меня одну, и отчего-то мое тело сковал страх. Не хотелось мне быть одной, не сейчас. Я до сих пор испытывала шок, и боялась, что все может повториться. Неужели этот подлец будет меня теперь все время преследовать? Даже мысленно?

В двери постучали, и через секунду она открылась, впуская Самира и незнакомую женщину. У меня даже не было сил приподняться, но она сама показала жестом, чтобы я лежала.

— Здравствуй, милая. Как самочувствие? — женщина присела на стул около кровати.

Барханов же расположился на кровати с другой стороны. Заботливо взял в руку мои пальцы, нежно поглаживая их и разминая.

— Все болит.

— Позволишь? — она указала на одеяло, и после моего легкого кивка, убрала край подальше. — Мне нужно тебя осмотреть. Снимешь халат?

— Что? Я…

Видимо немного отойдя от шока, я поняла, что не могу снять халат при Самире. Да, он видел меня голой, но в ту минуту мне был плевать.

— Я оставлю вас. Буду за дверью.

Он понял без слов, за что я была ему благодарна.

— Понятливый у тебя жених, — хмыкнула женщина, помогая мне развязать пояс.

— Он мне не жених.

— Ну, значит спаситель. А там глядишь, и до жениха не далеко. Меня Альба зовут.

— А меня Дарина.

— Ох, Дарина…

Она увидела сколько кровоподтеков на моем теле, и в ужасе округлила глаза. Я же не хотела повторно смотреть на себя. Хватало того, что я все чувствовала.

— Ничего, все пройдет, детка. Главное, что он не успел.

— Вы пропишите мне какую-нибудь мазь. Мне завтра на работу надо.

— Пропишу. Но на работу ты не пойдешь. Тебе нужен отдых. Закрывайся.

Она сама накрыла меня халатом, а затем вернула одеяло. Я выдохнула, почувствовав себя комфортнее.

Поднявшись со стула, Альба на секунду выглянула за дверь, позвав к нам Самира.

— Смотрите, Самир. Кровоподтеки у нее сильные, но не смертельные, я прописала мазь. Будете мазать два раза в день. Царапины просто обрабатывать антисептиком. На счет трещин в ребрах лучше обратиться в клинику, на глаз увы, я не определю.

— Конечно, Альба, мы так и сделаем.

— И еще, никакой работы. Девочке нужен отдых.

— Безусловно, — кивнул Самир, а я тяжело вздохнула. Намечается нянька?

— Выздоравливай, Дарина. Будет что-то тревожить, вызовите меня.

— Спасибо. Всего доброго.

Дождавшись, когда останусь в комнате одна, я выдохнула и попыталась повернуться на бок. Но было слишком больно. Черт! Это же одни мучения теперь меня ждут.

Почему-то вспомнился момент прошлых лет, когда я лежала в больнице практически беспомощная.

Душу окатило ледяной лавиной, и я попыталась не думать о том случае.

Не сейчас.

Точно не сейчас.

Где-то в доме ходит Самир, и ему не нужно знать лишнего. Кажется, он и так уже узнал многое. Но я не могла его упрекать в этом. Он спас меня, и теперь я ему очень благодарна.

Кажется, я начала засыпать, когда услышала, как тихонько щелкнула ручка на двери.

Я резко открыла глаза.

Самир.

Он держал в руках стакан апельсинового сока.

— Выпьешь?

— Угу, — промычала я, а он, забравшись на кровать, поддержал меня за затылок, и подставил стакан к губам. — Ай!

— Что?

— Печет… сок на ранку попал, — улыбнулась я, облизнув губы.

— Давай что-то поешь? Я могу приготовить, или из ресторана заказать.

— Правда можешь?

— Естественно. Что ты хочешь?

То ли я все еще отхожу от происходящего, то ли другими глазами смотрю на Самира, но теперь мне была очень приятна его забота.

— Вареники хочу, — прошептала я, и спрятав нос в одеяло, добавила: — с вишнями.

— С вишнями? У нас в ресторане готовят вареники с вишнями?

Честно, мне даже рассмеяться захотелось. Он действительно не знает, или шутит?

— Конечно, нет, Самир. В твоем ресторане вообще нет вареников.

— Вот черт! — он почесал макушку, а его взгляд выражал задумчивость. — Надо будет ввести в меню вареники, с разной начинкой.

— Задала я тебе хлопот?

— Нет, нисколько. Я сейчас же пойду искать у кого можно заказать вареники с вишней.

— А если не найдешь?

— Не найду, придется самому готовить. Что поделать то?

Я улыбнулась ему, и когда Самир собрался уйти, я перехватила его за руку.

— Подожди…

— Что? Болит? Я уже послал своего водителя в аптеку. Он скоро привезет лекарство.

— Нет, я… хотела попросить тебя помочь.

— Говори.

— Я не хочу оставаться здесь одна. Возьмешь меня с собой на кухню? Я буду молча лежать на диванчике и наблюдать, как ты трудишься.

— Признайся, ты просто хочешь поугорать надо мной? — хмыкнул он, раскрывая мою тайну.

— Нет, что ты! — соврала я, но лишь наполовину. — Мне просто не хочется оставаться одной, — это было правдой. — С тобой рядом спокойнее.

— Тогда, конечно. Пойдем.

Самир, подняв меня на руки отнес на кухню. Удобно усадил на диван, и снова ушел в спальню. А через несколько секунд вернулся с пледом в руках.

— Чтобы не замерзла, — пояснил он, укрывая мои ноги.

Я уставшая положила голову на спинку дивана, и просто наблюдала за действиями Барханова. Он некоторое время пытался отыскать, где можно заказать вареники, а потом плюнул на это дело.

— Хрен я что-то найду. Поможешь с рецептом для теста?

— Помогу. В морозилке в верхнем ящике пакет с замороженными варениками.

Самир резко развернулся, и посмотрел на меня как на умалишенную.

— Издеваешься, да?

— Прости. Просто так хотелось попробовать вареники в твоем исполнении.

— Ну, радует, что ты не отравишься.

Мужчина достал из морозилки пакет с варениками. Отыскал кастрюлю, и набрав воды, поставил на плиту.

— Сама лепила?

— Да. Времени свободного предостаточно. После работы я высыпаюсь часов до девяти, а потом что делать?

— Понятно. Пойдешь со мной на пляж?

Я резко посмотрела на Самира, думая, что он пошутил.

— Ты серьезно?

— Я имею в виду, когда все пройдет.

— Я подумаю, — произнесла, облизнув губу.

В двери позвонили, и я тут же напряглась. Черт! Теперь буду дрожать от каждого шороха?

— Не волнуйся, это мой человек с лекарствами.

Самир вышел из дома, а я устало положила голову на спинку дивана. Такая слабость была, и боль… все тело ныло от боли. Думать ни о чем хотелось. Надоело все. Устала.

Пистолет бы мне, чтобы Николаса лично застрелить.

— Дарина, давай намажу тебя. Должно стать легче. По крайней мере печь так не будет.

— С охлаждающим эффектом? — хмыкнула я, отодвигая в сторону плед.

— Именно.

— Можно, я сама? — протянула руку, из-за чего рука халата задрался, и взору предстали синяки от пальцев ублюдка.

Я тут же опустила руку, но заметила злой взгляд Самира, но его злость была направлена не на меня.

— Нельзя, Дарина. Тебе нужен полный покой.

Я сглотнула, и неуверенно кивнул.

Барханов обошел диван, и убрав плед, помог мне развязать пояс. Я слегка покраснела. Но, наверное, не из-за того, что он видел меня голой. Мое тело было в синяках, и это меня очень стесняло в действиях. Не каждому мужчине понравится возиться с больной женщиной.

— Ложись, — он подал мне подушку с дивана в гостиной комнате, и я прилегла, — и веди себя, пожалуйста, нормально сейчас. Я не собираюсь покушаться на твое тело.

Я ничего не сказала в ответ. Можно подумать это так просто лежать голой перед мужчиной, с которым тебя практически ничего не связывает.

Он распахнул на мне халат и принялся медленными осторожными движениями втирать мазь на местах ушибов. А их было много, и каждому он уделял особое внимание. И был очень внимателен на груди и на внутренней стороне бедер.

— Ненавижу тебя, Самир.

На мои слова он немного улыбнулся, и взглядом скользнул по груди.

— Зато ты в надежных руках.

— Только это тебя и спасает. Не вздумай никому сказать, что видел меня голой.

— И все же, стоит отметить, что у тебя шикарная грудь.

— Да уж, особенно с синяками.

— Это поправимо, — он поднялся, закручивая тюбик с мазью, — как бы я не хотел обратного, но придется тебе запахнуть халат.

И сам принялся закрывать мое тело.

Снова укрывшись пледом, я наблюдала, как Самир варит вареники. В принципе видеть его на кухне за приготовлением, было очень интересно. Он выглядел безмятежным, домашним, но чуть-чуть суровым. Я понимала это по его нахмуренным бровям. Уверена, он думает о мерзавце Николасе.

— Самир, ты… все еще думаешь о нем?

— Главное, чтобы ты не переживала. Я его засажу так, что его будут драть день и ночь по все дыры. Петухом выйдет, если выживет.

— Спасибо тебе. Ты спас мне жизнь и… подарил право на…

— Дарина, вот прекрати ладно?!

Рыкнул он, развернувшись ко мне, и одарив злым взглядом.

— За такое не благодарят! Всю жизнь так было, что мужчина должен защищать женщину. А такие как Николас полное говно. Только он виноват в случившемся. Он слабак. Не дала тебе женщина, уйди с миром. Я тебе хоть раз сделал что-то плохое?

Он прошел ко мне, и присев на корточки, взял за руку.

— Если бы я видел в твоих глазах отвращение, я бы давно свалил в закат. Но я знаю, что ты возбуждаешься, когда я тебя трогаю, и хрен я свалю. А на моем месте защитил бы тебя любой адекватный мужик. Поняла? Так что не надо меня благодарить за это. А если и хочешь, то лучше отправься завтра писать заявление на этого ублюдка.

Он поднялся и вернулся к плите. Я ничего не ответила, находясь в шоке от его слов. Могла ли я подумать, что Самир именно такой? Определенно нет. И черт возьми, мне была приятна его забота, как и его позиция. Он мыслил, как настоящий мужчина.

А еще он не постеснялся меня накормить.

Выловив вареники, он присыпал их сахаром, вызывая на моем лице улыбку.

Он даже знает такие мелочи.

— Самир, ты же не моей нации, а знаешь такие мелочи, — хмыкнула я, наблюдая за его действиями.

— Да, я родился в Абу-Даби, но отец у меня украинец, а мама из Омана. Мы переехали в Киев, когда папе надо было возвращаться домой. Он в Абу-Даби был по работе.

— Он забрал вас.

— Да.

— А где сейчас твоя семья? В Киеве?

— Да, родители в Киеве, и у них на шее висит мой брат идиот, который нихрена не хочет работать. При этом тратит мои деньги на бухло, телок и наркоту.

— Какой ужас.

— Ладно, давай не будем сейчас об этом. Тебе стоит немного перекусить.

— Спасибо.

Я перехватила тарелку, но руку пронзила тупая боль, пальцы ослабли, и все повалилось на пол, задевая край дивана. Я застонала от боли, крепко зажмурив глаза.

Слышала тяжелый вздох Самира, и неуверенным взглядом посмотрела на него из-подо лба.

— Прости, я не специально…

— Значит так, Дарина, ты сейчас же рассказываешь мне, что у тебя с руками! И не желаю слышать отговорки. Поняла меня?

— Д-да.

Глава 10

Самир выкинул в мусорку все, что упало, а я крепко прижала к груди колени, наблюдая за ним из-под ресниц. Я понимала, что сейчас мне не отвертеться, не сбежать, и не скрыть правду. Барханов очень зол, а я…

По щеке покатилась слеза.

Самир чертыхнулся, и отбросив веник с совком, подошел ко мне. Присел на корточки, и стер влажную дорожку с щеки.

— Ты с кем-нибудь об этом говорила?

Я резко покачала головой и прикусила губу, мысленно возвращаясь в прошлое.

— После того, как вышла из больницы ни разу.

— Из больницы? Что с тобой было?

Вздохнув, я бросила взгляд на барный холодильник.

— Нальешь вина?

— Да, конечно.

Он тут же поднялся, и достав из холодильника бутылку красного вина, откупорил ее и налил в один бокал.

— Держи.

— А ты? — посмотрела в его глаза, принимая бокал.

Он лишь качнул головой и присел возле меня на пол.

— Ты знаешь, что мужчинам не нужны женщины, у которых есть проблемы?

— Не неси херню, ладно? Мне кажется, или я уже говорил, что ты моя? Тебе нравится, когда я это повторяю каждый день? Я буду это делать! А теперь рассказывай!

Глядя в его глаза, наполненные яростью, я понимала, что мне не было страшно рядом с ним. Хотя он выглядит куда угрожающе моего мужа. А на деле…

— Я мечтала стать композитором. Всегда очень любила играть на пианино. Музыка меня вдохновляла.

— Подожди, то есть, ты обманула Николаса, когда говорила, что не умеешь играть на пианино?

— Да, — я кивнула и сделала глоток вина, — вернее, наполовину обманула.

Снова отпила вина. На этот раз больше, чтобы алкоголь хоть немного тронул разум.

— Я тогда была глупой маленькой девочкой, считающей, что муж должен поддерживать меня во всем, и только спустя время поняла, как сильно я ошибалась. Я писала музыку, продавала ее, часть на семью оставляла, а часть откладывала, о чем позже не пожалела. Муж ненавидел, когда я играла, и часто ругался. А однажды, когда я готовилась на международный фестиваль он оторвал меня от пианино и разрушил мою мечту.

— Что ты имеешь ввиду?

Самир напрягся, нахмурил брови и посмотрел так, словно хотел прочитать мои мысли.

— Он переломал мне пальцы. Все. Я орала от боли, — от воспоминаний закрыла глаза, словно снова переживая те эмоции. Было невероятно сложно все это говорить, — а он закрыл меня в квартире и ушел. Господи, как мне тогда повезло, что это был всего лишь второй этаже. Я тогда помню ногами табуретку передвигала, чтобы ею разбить стекло на двери, которая вела на балкон. Сил практически не было, и я сделала это, едва доплелась до балкона. Мне еще повезло что тот был не застеклен, и я стала звать на помощь. Второй этаж сыграл огромную роль, несколько человек забрались, вызвали скорую, открыли квартиру.

Я сделала глубокий вдох, и с жадностью отпила вина.

— Налей, пожалуйста еще.

Самир не стал спорить, наполнил мой бокал до верха и протянул. Руку отпустил, только когда убедился, что я держу его крепко.

Он молчал, и я была ему за это благодарна. Все что нужно я и сама скажу.

— Потом все закрутилось, завертелось, меня подруга и мои родители выхаживали. Я ведь не только с переломанными пальцами была. Он меня избил. Я себя не узнавала, глядя в зеркало. А Танюшка, подруга, она к себе меня забрала, родителей жалела. Я долго восстанавливалась.

Отпив еще вина, я поняла, что алкоголь ударил в голову, но была этому рада. Так отчего-то проще все вспоминалось.

— Когда сняли гипсы, я занялась документами, переделала паспорт, полностью сменила имя, имидж, наняла репетитора по классу пианино и стала писать музыку, такую, которая бы поразила всех, а Любовь Степановна наигрывала ее мне. Сама я уже не могла играть, пальцам очень больно. Но мне нужны были деньги, а тех, что я накопила, было слишком мало. Но спустя несколько месяцев, я удачно продала музыку, в которой чувствовала вся моя боль. Продала за безумные деньги знаменитому певцу, он тогда еще попросил меня написать на нее слова. И я написала. А муж Танюшки засадил Сергея, и помог мне продать мою квартиру.