А. Толин БИБЛИОТЕКА

Как только Андрей осторожно, с ювелирной точностью пришвартовал «Торнадо» к темному борту чужого корабля, он вдруг услышал нежный, мелодичный звонок. Это было странно, потому что подобной сигнализацией не оснащался ни один из приборов космокатера. Но звонок, негромкий, мягкий, как будто очень далекий, продолжал звенеть, и Андрей недоуменно, взглянул на второго пилота, как будто ожидал объяснений. На широком лице Спенсера можно было прочитать все, что угодно, кроме удивления, и, видимо, звонок не был для него неожиданностью. Тогда Андрей сказал:

— Такого сигнала вроде бы раньше не было. Ты что-нибудь перенастраивал?

— Что я должен был перенастраивать? — спросил второй пилот.

— Звонок зазвенел, — сказал Андрей.

Спенсер искренне удивился:

— Какой звонок? Не было никакого звонка.

— Значит, в ушах звенит, — засмеялся Андрей.

— Бывает, — улыбнулся в ответ Спенсер.

Минуту они посидели в своих креслах молча. Собственно, теперь они были вправе рассчитывать на ответный ход тех, что находились внутри корабля… если они были. Андрей и Спенсер свое дело сделали. Когда приборы зарегистрировали неподалеку от курса «Торнадо» чужой корабль, земляне, как предписывалось инструкцией, передали в эфир информационную программу, какой вот уже сколько лет снабжался на подобный случай каждый земной корабль: краткий видеофильм о человечестве, его истории, местоположении освоенного человечеством района в галактическом пространстве. Далее составители инструкции полагали, видимо, что после этого в ответ должна прийти аналогичная передача и после этого естественным образом устанавливался контакт. Но, как выяснилось, они ошиблись. Во всяком случае, когда «Торнадо» повстречался во Вселенной с чужим кораблем, его экипаж никак не прореагировал на присутствие землян. Черной, безмолвной массой корабль застыл в неподвижности, скорость у него была нулевой. Могло даже показаться, что он пуст, брошен своим экипажем или экипаж погиб. Вот таких случаев составители инструкций не предусмотрели, так что Андрей и Спенсер все должны были решить сами. И они решили…

Сначала некоторое время «Торнадо» кружил рядом с незнакомцем, и Андрей со Спенсером затаив дыхание осматривали его со всех сторон. Чужой корабль был относительно коротким, но широким цилиндром, словом, отдаленно напоминал громадную бочку; его поверхность была глухой — никаких признаков иллюминаторов и люков. Наконец, наскоро посовещавшись, Андрей и Спенсер решили подойти к незнакомцу вплотную. «Торнадо» застыл возле его борта.

И вот тогда-то Андрей услышал далекий звонок, который все никак не умолкал.

Прошла еще минута.

— Что дальше делать будем? — спросил Спенсер.

— Еще немного подождем, — отозвался Андрей, слушая звонок. — И если нам не откроют люк, вскроем стенку сами. Конечно, сначала устроим шлюз, вдруг там кто-то все-таки есть, и им нужна помощь.

Спенсер помолчал.

— Я вот о чем сейчас думаю, — сказал он негромко. — Почему это выпало именно нам? Обычный рейс: доставляем геологические образцы из системы ТВ70 на главную базу экспедиции…

— Чистая случайность, — сказал Андрей. — И еще дело в том, что мы очень далеко забрались от Солнечной системы. Практически в этих местах еще никто…

Он не договорил, и оба впились в экран наружного обзора. На нем было видно, что в черном борту чужого корабля вдруг возник проем.

— Ну что же, — сказал Андрей, и голос его дрогнул. — Похоже, нас все-таки приглашают войти. Поехали…

Очень медленно, осторожно он провел «Торнадо» вдоль борта черного корабля и поставил космокатер так, чтобы его входной люк совпал с открывшимся проемом. Не говоря друг другу ни слова, земляне надели скафандры. И еще немного помедлили. Маленький мирок космокатера был привычным, обжитым, знакомым до мелочей; он был частицей планеты Земля, а теперь предстояло шагнуть из него в мир, в каком еще никто не бывал, потому что черный корабль тоже был частицей чьего-то обжитого мира, кусочком чьей-то жизни, которая может оказаться непонятной, даже враждебной.

Андрей и Спенсер вышли в шлюз, закрыли за собой внутренний люк, отворили наружный. И шагнули сквозь открытый проем внутрь неизвестного корабля.

Полчаса спустя они вернулись к тому месту, откуда начали свою необыкновенную экскурсию. Они прошли анфиладу помещений, уставленных предметами непонятного назначения и самой причудливой конфигурации, они видели циферблаты приборов и мерцающие сигнальные огоньки, слышали гул работы неизвестных устройств. Чужой корабль, несомненно, жил, он был в полной исправности, и вместе с тем он был совершенно пуст.

Теперь Андрей и Спенсер, озадаченные, почти подавленные, снова стояли в маленьком квадратном помещении, в стене которого был открыт проем, соприкасающийся с люком «Торнадо». Полчаса назад, попав из космокатера в это помещение, они ушли в маленькую овальную дверцу справа, а вернулись через точно такую же дверцу с левой стороны. Круг замкнулся, они обошли весь корабль, не найдя никого. И все же обоих не покидало чувство, что на них постоянно лежит чей-то внимательный, оценивающий взгляд.

В ушах Андрея продолжал звенеть мягкий, далекий звонок, и он даже встряхнул головой. Поймав на себе недоуменный взгляд Спенсера, он бодро сказал:

— Давай подводить итоги! Этот корабль или брошен экипажем, или же это корабль-автомат. Скорее корабль-автомат, потому что люк нам открывать было некому, и, значит, он открылся автоматически. Остается понять, каково назначение этого корабля-автомата и почему он лежит в дрейфе?

— Командир! — сказал Спенсер. — По-моему, мы свое дело сделали. Нам сейчас надо вернуться на «Торнадо» и лететь своим курсом. А здесь должна работать специальная экспедиция. Мы с тобой не ученые, мы пилоты. Его возьмут на буксир, отведут…

Андрей не ответил. Он слушал звонок, который смутно напоминал о чем-то, куда-то звал. И уж во всяком случае, мешал прямо сейчас вернуться на «Торнадо», забыть об этом корабле, понадеяться, что его загадку разрешит кто-то другой. Странный был какой-то у этой звуковой галлюцинации смысл. Да и было ли это галлюцинацией? Чуть-чуть было Андрей не спросил Спенсера, не слышит ли он звонка теперь, и снова сдержался.

— Постой! — сказал Андрей. — Мы должны хотя бы заснять все на видеоленту. Просто удивительно, как это мы сразу не взяли камеру!

С камерой на плече Андрей снова вошел в правую дверцу, и Спенсер, кажется, не очень довольный, двинулся следом. Негромко зажужжала кинокамера, запечатлевая переплетение проводов, трубочек, циферблатов по обеим сторонам узкого прохода, ведущего к следующей овальной дверце. Дальше было точно такое же помещение, потом еще одно… А потом, как помнил Андрей, должен быть большой круглый зал, который в первый раз удивил его тем, что был в отличие от других помещений совершенно пуст. Они прошли еще одну овальную дверцу, и Андрей снова поднял камеру, чтобы запечатлеть на диске видеопамяти пустоту зала…

Стоп! Он резко остановился, и за ним остановился Спенсер. Зал изменился, теперь он не был пуст. В самом центре, рядышком, стояли два кресла — точно такие же, как в кабине «Торнадо».

— Звонок, — сказал вдруг тихо Спенсер, — ты не слышишь? Звенит звонок…

— Звонок? — машинально переспросил Андрей, но осознать значения слов Спенсера он уже не успел, потому что в этот момент все, что было вокруг и рядом с ним — зал, кресла, второй пилот, — все исчезло…

Где-то далеко-далеко звенел звонок. Вернее, он только должен был зазвенеть. Чтобы дойти до него, нужно было спуститься вниз, к тихо журчащему ручью, перейти на тот берег, подняться по тропинке, круто карабкавшейся вверх сквозь кустарник, и еще некоторое время идти по пыльной дороге, по бокам которой стеной стояли колосья-богатыри. Листья уже тронула желтизна, но солнце, весело поднимавшееся по небосводу, было таким же летним, как вчера, и лето, судя по всему, еще не скоро должно было уйти. Он медленно спустился к мелкому ручью. На его воду падала по-утреннему длинная тень кривого мостика, но не идти же через ручей по его неровным доскам в такой солнечный день. Осторожно — колко было ступать по мелким подводным камешкам — он перешел на другой берег, обулся, снова подхватил в правую руку портфель…

Где-то далеко-далеко скоро должен был зазвенеть звонок. И теперь он будет звенеть каждый день, и каждый день нужно будет идти на него — вниз, через ручей, по тропинке сквозь кусты и по дороге в поле, — к низкому домику на его краю, где ждут чистая доска, книги и множество удивительных вещей, каких нет ни в каком другом месте…

Отчетливо звенел звонок. Андрей встряхнул головой и вновь оказался в круглом зале с двумя креслами, рядом со Спенсером. Он облизал губы. Так!.. К слуховой галлюцинации добавилась и зрительная. Это было уже слишком, надо было немедленно возвращаться на «Торнадо», по возможности быстрее добраться до главной базы их совместной экспедиции и попроситься в отпуск. Экспедиция двух самых больших стран Земли около трех лет обследовала большой район Вселенной, Андрей и Спенсер постоянно совершали челночные рейсы на космокатере между экспедиционными отрядами и главной базой, усталость накопилась, и вот она дала себя знать…

На лице Спенсера за стеклом шлема было написано прежнее настороженное недоумение.

— Это, бесспорно, какой-то сигнал, — пробормотал он. — Но к чему? Командир…

Андрей пытливо взглянул на него. Похоже, Спенсер ничего не заметил. Возможно, наваждение, вдруг напавшее на него, картинка из далекого детства, длилось только долю секунды.

Что все это значит? Что происходит на этом корабле?

Он посмотрел на стоящие рядом кресла, которых совсем недавно еще не было, на Спенсера, снова перевел взгляд на кресла…

Звонил звонок не переставая. Теперь его слышал и Спенсер. Значит, звуковой галлюцинации нет, он звенит на самом деле…

Андрей снова облизал пересохшие губы.

— Ладно, пошли дальше. Надо заснять все до конца!..

Несколько минут спустя они снова вернулись туда, откуда начинали первый и второй круги по кораблю.

— Сняли! — сказал Спенсер. — Местоположение корабля мы знаем, скорость у него нулевая. Никуда он не денется. Не нравится мне все это. Вдруг этот корабль просто ловушка, мышеловка, вдруг и стоит только для того, чтобы захватить образцы космической живности, вот вроде нас…

Не переставая звенел звонок. И вместе с ним лихорадочно билась мысль Андрея. Догадка, вернее, пока только тень ее, была где-то близко, рядом. И, возможно, с ней как-то связывались и последние слова Спенсера.

— Если б они хотели захватить нас как образцы космической живности, медленно произнес Андрей, — они бы давно это сделали. Я пройду по кораблю еще раз. Ты можешь ждать меня в «Торнадо».

Спенсер улыбнулся.

— Нет! Если тебе суждено сидеть в клетке на какой-нибудь неизвестной планете, то, наверное, будет лучше, чтобы рядом со мной…

Не переставая звенел звонок. Под его трели Андрей и Спенсер вновь прошли сквозь анфиладу помещений с предметами непонятного назначения, с циферблатами приборов и мерцанием сигнальных лампочек, с гулом работы неизвестных устройств. И оба застыли на пороге круглого зала, потому что в нем вновь произошла перемена. Теперь его стены были установлены стеллажами книг. Книги были как будто обычными, земными; только корешки без надписей.

Спенсер на мгновение вдруг прикрыл глаза. Потом провел ладонями по лицу, словно стряхивая наваждение.

— Андрей, — слабо позвал он. — Со мной что-то случилось. На меня словно что-то налетело… Я увидел…

И Андрей вдруг отчетливо понял, что уже знает, что именно увидел Спенсер.

— Ну! — сказал Андрей.

— Дом в штате Мичиган, школу, первый класс, услышал…

— Школьный звонок! — договорил за него Андрей.

Ему вдруг стало легко и просто. Догадка, кружившаяся где-то рядом, пришла легко и естественно.

— Спенсер, — сказал он медленно, — ты понял, куда мы попали?

Он снова скользнул взглядом по креслам, таким же, как на «Торнадо», и по книгам, таким же, как на Земле. Если бы на их месте были другие разумные существа, отличные от них, все в этом зале приняло бы другие формы, привычные для тех, других…

— Спенсер, — повторил он, — мы пришли учиться. И звонок зовет нас к первому уроку.

Он засмеялся, глядя на Спенсера. Спенсер отличный парень, но, что поделаешь, реакция у него чуть помедленнее. Вот и звонок услышал позже, чем он, Андрей, и себя первоклассником тоже увидел позже. Но сейчас и Спенсер поймет, что они попали в библиотеку какой-то цивилизации, попали в библиотеку, специально открытую для всех, кто хочет чему-то научиться. Эти неведомые хозяева библиотеки позаботились о том, чтобы передавать свои знания всем желающим именно в той форме, что им понятна и доступна.

Правда книги в чем-то архаичная форма хранения информации. Но кто сказал, что учить их сейчас будут именно по книгам? Возможно, книги послужили только символом, который они должны были понять, таким же символом, как школьный звонок, как пробужденные у них неведомым образом воспоминания детства, связанные со школой. И, наверное, не каждый из попавших сюда понял бы, что его приглашают учиться тому, чего он еще не знает. Что ж, на это тоже, должно быть, рассчитывали неведомые хозяева. Не каждый достоин новых знаний, не каждый может воспользовался библиотекой. А землянам, вероятно, пришла пора знать больше, чем раньше. И им, пилотам «Торнадо», повезло, что они стали первыми из землян, попавшими сюда.

Что они узнают сейчас? Ну, об этом пока, конечно, трудно даже догадываться. Что узнает человек, переходя из одного возраста в другой, и что открывается всему человечеству с течением веков?

На лице Спенсера за стеклом шлема видна была напряженная работа мысли. Наверное, в другой момент его лицо могло бы вызвать у Андрея улыбку. Но теперь Андрей был очень серьезен. Он взял Спенсера за руку, и они пошли к центру зала, к креслам, вокруг которых стояли книги.

Загрузка...