Бюро магической статистики - 2

Глава 15

***

- С ума сойти!

Робин шевельнул ногой. Попробовал встать, пройтись по комнате…

- Алан, ты гениален!

- Да чего я там, - смутился Юрлих.

- Чего ты там? Да меня по кусочкам собирали! Ты себе хоть представляешь, каково это? У меня и в лучшей обуви ноги болели иногда, а твою я вообще не чувствую! Словно в ней и родился!

- Представляю, как бы ты вылезал, - хмыкнул Матео. Он свои сапоги тоже уже примерил, и теперь восхищенно водил пальцами по стежкам.

- Иди в болото.

- Не дождёшься. Тем более, в таких сапогах! Алан, у меня к тебе предложение!

- Какое?

- Давай мы тебе мастерскую купим! Денег дадим в рассрочку на сколько понадобится, отдашь, как сможешь! И работай спокойно!

- Да я и так с мастером договорился.

- И рекламу мы тебе сделаем. Как сможем, конечно, но я думаю, весь свет к тебе потянется. Надо будет в Дейрен съездить, показаться, туда как раз и родители собирались. Поедешь со мной?

Алан мотнул головой так, что черная челка взлетела вверх – и опять упала ему на глаз.

- Не могу. Миранда найдется, тогда подумаю.

Парни еще раз переглянулись.

- Найдем мы твою девушку. Ты мне поверь, найдем!

- Его высочество уже скоро будет здесь, так что не переживай, дружище. Мы еще на вашей свадьбе погуляем!

Алан кивнул.

Тоска все равно пряталась в уголках глаз. Сквозила в движениях ловких нервных пальцев.

- А насчет помощи, ты подумай, - Матео легко сдаваться не собирался. – Тебе ж не только мастерская, тебе и дом понадобится, чтобы молодую жену привести, и обеспечение какое-никакое на первое время, и дети пойти могут. Ты отработаешь, ты талантливый, но, если что – мы поможем. Понимаешь?

Алан кивнул.

Он понимал. Только вот думать ни о чем сейчас не мог, кроме Миранды. Где-то его любимая?

Что с ней?

Миранда, лишь бы ты жива была, а я тебя обязательно найду! Понадобится – королю в ноги кинусь! Дождись меня, любимая, только дождись!

***

Никогда парни не оказывались еще в таком нелепом и унизительном состоянии. Выяснив, что нужно, работорговцы просто стреножили их, как коней. Отлично разбираясь в содержании и перевозке живого товара, они и все необходимое легко нашли.

Парни были связаны, уложены в рядок, рты им завязали – чего их еще слушать? Кормить?

Зачем?

Пару-тройку дней их как раз лучше НЕ покормить. И гадить меньше будут, и ослабевшим человеком управлять легче. И не сбегут, шатаясь от голода-то.

Четверка уже успела пару раз обгадиться, пытались привлечь к себе внимание, но куда там! Работорговцы не собирались их развязывать даже для справления нужды, так что пришлось в штаны гадить.

Может, они и были против, но кто ж их слушал?

И… и лучше бы и дальше не обращали на них внимания. Поздно вечером Фабиана перетащили так, чтобы он был виден во всей пещере.

И девушкам, которые робко перешептывались, но боялись повысить голос и заговорить. Да и о чем тут говорить? И как?

Парни-то ответить не могут! А работорговцы сейчас как заинтересуются, да как… лучше не рисковать. Нет, не надо…

Вот и молчали. Хотя тот же Никлас узнал и Лизу, и Марию, уж очень они были на Магду похожи. Но тоже молчал. С кляпом не поговоришь.

Веньят поудобнее расположил Фабиана, и примерился ножом.

- А теперь поиграем, птенчик! Ну,попробуй сбежать! Или мы тебя просто прирежем, как барана!

Фабиан огляделся по сторонам, словно затравленный зверь, и кинулся вперед.

То, что началось дальше, можно было назвать лишь одним словом – издевательство.

Фабиан пытался кричать, вырываться, кидаться на своих мучителей, но работорговцы просто играли с ним. Жестоко и расчетливо, как кошка с мышью, наглядно демонстрируя, чем профессионал отличается от любителя.

У каждого был нож и короткий хлыст, и они прекрасно умели ими пользоваться.

Одежда Фабиана расползалась на глазах, тело покрывалось кровавыми ранами от ножей и хлыстов,пока еще неглубокими, но царапины кровоточили, он терял силы, пробовал прорваться, но острая боль откидывала его назад, и наконец, работорговцам это надоело.

Веньят переглянулся с напарником.

Р-раз!

И засвистели хлысты, вышибая дух из «золотого мальчика». Если кто умеет обращаться с таким оружием – оно способно причинить очень много боли. Так, что человек даже двинуться не сразу сумеет.

Два – и в живот Фабиана по самую рукоять вошел нож Веньята.

Тоже жестоко и расчетливо, чтобы сразу не сдох, чтобы помучился подольше, дня два или три, чтобы гнил заживо, без помощи!

Фабиан молча осел на пол.

Боль была такая, что даже кричать бедолага не мог, куда там сопротивляться?

Жамиль ловко зашел сзади – и опять стянул петлей руки бедолаги. Кляп не вставлял – пусть скулит, пусть стонет,а вот руки-ноги стянуть надо.

И нож вытащить.

Не просто так работорговцы устраивали это представление. Для них было слишком много народа, это первое,с Фабианом у них были и свои счеты – он же предложил всю эту инсценировку, так что заслужил, ну и третье. Пусть смотрят.

Пусть представляют себя на месте этого поганца, пусть боятся… не смерть страшна. А вот ожидание пыток, мучений… надо как следует запугать будущих рабов, тогда они будут послушными.

Веньят снова цапнул умирающего парня за шкирку, и потащил поближе к пленным.

- Первая попытка, первое же мое неудовольствие – и вот это, - Фабиан был для наглядности продемонстрирован с голым животом, на котором был крупный разрез, и виднелись в нем петли кишок. – Вот это будет с вами. Поняли?

Марию стошнило в углу.

На работорговцев это впечатления не произвело, Фабиан был небрежно брошен в угол, к остальным связанным, а из клетки извлекли Норму. И удалились в соседнюю пещеру, откуда вскоре и стали доноситься стоны девушки.

Миранду всю трясло. Она прижалась к Лизе, они вместе обняли Марию, Руби и Анна сцепились друг с другом.

Боги, как вы терпите ТАКОЕ?! Помогите, пожалуйста!!! Ну, хоть что-то сделайте!!!

Так же НЕЛЬЗЯ!!!

***

Симон Слифт на службу явился с утра пораньше.

Нет, мог бы и вчера, но… а с чего это он так должен делать? Лучше он из гор, сразу поедет домой, к маме и вкусному ужину, а на работу можно и завтра. Скажет, поздно приехал.

Против обыкновения, коллеги были на редкость мрачными.

- Слифт, езжай вот сюда. Здесь неподалеку есть деревня… подождет статистика.

- А что случилось?

- Пропали четверо парней. Может, слышал о таких? Лернер, Менгер, два Вебера?

- А…. к-как пропали?

- Вот и мы это пытаемся узнать, - вздохнул рент Тимус. – Уехали куда-то… в больницах нет, в морге нет, вроде как рамбиль тоже пока не нашли, дороги осматриваем, людей расспрашиваем… так что включайся.

Симон едва успел отвернуться и прикусить язык.

Пропали?!

Ну… вот так он и знал! Теперь сами полезли следить за этим Тьянху, и он, конечно, что-то с ними сделал!

Вот хуже нет, чем гражданским лезть в полицейские дела! Расследования надо оставлять профессионалам, таким, как Великий Сыщик Слифт, а не пытаться самим за кем-то проследить, или еще что-то в том же духе.

Он бы все сделал правильно, и никого не надо бы искать, а тут… поди ж ты! Точно – сами решили все сделать, и себе всю славу загрести, и поделом им!

- Сейчас поеду!

Конечно, никуда он не поедет.

То есть не туда, куда его начальник посылает, вот еще не хватало время зря тратить! Сейчас Симон попробует найти этого Тьянху, а потом отправится в горы. Пол ему примерно рассказывал, где находится эта пещера контрабандистов… Симон в горах не слишком хорошо ориентируется, ну да компас возьмет – сумеет выйти.

Главное сейчас найти этих четверых болванов… вот тогда он точно будет героем! Тогда все оценят!

Так что Симон выслушал инструкции и, едва ли не перебирая на месте копытами от нетерпения, и помчался – куда?

Правильно, туда, где мог находиться Аарен Тьянху.

***

К жене Карл Менгер зашел без стука.

Эльзу он любил, даже спустя столько лет, и готов ради жены был на все. А потому…

- Милая, помоги мне одеться так, чтобы хоть к его величеству – не стыдно было?

Эльза подняла брови.

- Да, дорогой, конечно. А что случилось?

- Мне тут знакомый сообщил, скоро его высочество будет в наших краях. Он на новую шахту едет, ну и к нам тоже… я хочу ему в ноги кинуться.

- Милый, - растаяла Эльза.

Она Карла прекрасно понимала. Никласа до сих пор не нашли, и… дурой-то она тоже не была. Если не находят в первые двое-трое суток, то…

О плохом думать не хотелось, сердце болело.

- Вот. Уверен, рядом с принцем есть сильные маги, а нам бы хоть одного – двух, чтобы мы знали… - Тут уж и Карл замялся, но потом выговорил четко. – Сначала знать бы, жив сынок или нет, а уж потом и искать. Может, и точнее как-то…

Эльза прикрыла лицо руками, и тут же почувствовала, как муж ее обнял.

- Не надо, Эли. Я рядом, я справлюсь, только не переживай сейчас… пока еще рано.

Эльза слабо улыбнулась.

Рано, поздно… материнское сердце болит всегда. За родного-то ребенка!

- Я тебе верю, Карл.

- Помоги мне одеться. Я поеду на станцию, кинусь в ноги, буду умолять…

- А… а Вебер? Или Лернер?

- Некогда.

Эльза кивнула и засуетилась. Мужу действительно следовало помочь. А то ведь наденет старый галстук, или немодный пиджак… и рубашку ему нужно ту, с жемчужными пуговицами…

***

Самым страшным для девушек, да и для парней, наверное, оказалось то, что никому не позволили помочь Фабиану.

Его просто бросили в угол, вот, как он был, растерзанного и измученного, с кровотечением и скулящего сквозь кляп от боли…

Веньят его еще и ногой пнул в бок, вроде бы лениво, но сильно.

- Ишь ты, твареныш, планы он строит!

Фабиан даже скулить не мог от боли. Несколько минут – точно, потом кое-как дыхание восстановилось, и боль вернулась с новой силой.

Да, от боли можно потерять сознание. Но не всегда так получается, и Фабиан подвывал всю ночь. Сначала стоны были отчетливыми, потом горло у него село, и получались какие-то невнятные хриплые звуки… Миранда не выдержала первой, и кинулась к решетке.

- Да напоите же его! Умоляю!!!

Веньят сверкнул глазами.

- Напоить? А что дашь взамен, а?

Миранду от решетки отнесло, словно ветром.

- Сделаешь мне …, - Веньят выражался очень грубо, но смысл Миранда поняла, уже поняла, и выдохнула.

Вот так.

С одной стороны вот эта грязь и мерзость. И помощь человеку.

С другой стороны… гордо отвернуться, остаться чистенькой, что ты выберешь, Мира?

Руки девушки сжались в кулаки.

Гордость? Человечность? Умение переступить через себя?

Может, кто-то и рискнул бы вымолвить слово, но Жамиль очень выразительно показывал всем присутствующим кнут. Миранда его не видела.

Она медленно опустила голову.

- Я… сделаю. Пожалуйста.

- Тогда иди сюда.

Веньят был доволен.

Так или иначе, но самую гордую они сломали, дальше дело пойдет еще легче. Да, и так тоже ломают. На сострадании к другому. Пусть она видит этого человека первый раз в жизни, она его просто пожалела. И просто…

Просто ломает себя, чтобы помочь. Так тоже можно, однажды сломанное распрямить уже не получится, всегда в человеке будет эта щербинка может, крохотная, но будет, и пусть он молится всем Богам, чтобы не попасть еще раз. Чтобы не пришлось выбирать – сломаться или остаться человеком.

Это очень жестокий выбор.

Миранда терпела, слезы катились из ее глаз, Веньят довольно ухмылялся. И когда все закончилось, резко, за волосы швырнул ее обратно в клетку.

Миранда ахнула, она не упала на спину только потому, что ее подхватили девочки. Лиза шагнула вперед.

- Можно нам его напоить?

- Нет, - ухмыльнулся Веньят.

- Вы обещали! – Миранда почти кричала, в синих глазах стояли слезы.

- Запомни, рабыня. Данные тебе обещания не стоят плевка! Надо бы тебя еще и выпороть, чтобы не торговалась, но это потом.

Веньят с довольной ухмылкой подтянул штаны и вышел. Жамиль оскалился еще гаже.

- Никто другой попросить ничего не хочет? Не стесняйтесь, если что, цена одинаковая, для всех.

Все молчали, даже Норма, так что Жамиль тоже вышел из пещеры. Подглядывал, правда, но незаметно.

Лиза прижала к себе Миранду.

- Ты… никто не мог знать, что они такие подонки!

Это оказалось последней каплей. Девушка рванулась в угол, и ее начало жестоко рвать, до желчи, до сухих беспомощных спазмов, буквально скручивать вдвое.

Парни смотрели на это с сочувствием.

Они тоже оценили.

Если бы кто-то сделал что-то подобное ради денег, или ради милости Лернеров, или чтобы подлизаться… это бывает, такого они навидались. Но Миранда даже не знала, кто они. Она просто хотела помочь, и за это с ней вот так…

Хорошо еще, Фабиан от боли и жажды потерял сознание, а то его стоны просто душу на части рвали. Да, хорошо… единственное, что могли пожелать ему парни – чтобы он так и умер,не приходя в себя, не испытывая еще большей боли. Но вряд ли на это можно рассчитывать. Убивали работорговцы тоже профессионально.

Кошмарный день продолжался.

***

Спустя четыре часа Симон уже не был так уверен в своей удачливости. Гостиницу, в которой жил Аарен, он нашел. Но… но – и только!

Самого Аарена там просто не было! Вообще!

Вчера уехал.

Куда? Не сказал! Деньги выплатил честно, и хватит с него, а ты тут кто такой, ходишь, интересуешься?

После весьма подозрительного взгляда вышибалы, Симон ретировался с постоялого двора и задумался. Может, и стоило бы натыкать всем в нос свой значок полицейского, но…

Не в этом районе. Тут за него могли еще и морду набить. Крепко и больно.

А что тогда делать? Бегать и искать его по городу? Этого Тьянху?

Так это можно долго и печально, и день проискать, и два, а если он в пригороде, то и того больше получится. А результат нужен уже сейчас.

Может, тогда взять велосипед – и поехать, посмотреть в горы?

Туда… вот, примерно в тот район, о котором ему рассказывал Пол?

Можно попробовать, благо, он и сюда ехал на велосипеде, удачно получилось. Не ногами ж топать, а рамбиль ему не дадут. Да, сейчас поедет, до ужина точно вернется.

С этим Симон и принялся крутить педали.

Да, до заката он должен управиться!

***

Кто бы сомневался, ТАКОЕ СОБЫТИЕ, да-да, именно так, заглавными буквами, мгновенно стало известно в городе.

Арисса Слифт и прибежала к подруге на работу, новость разнесла.

Элисон даже не удивилась сильно.

Она отлично помнила, как эти четверо ее пугали, как пытались наехать лошадью, как у нее потом бок болел…

И что?

Она добрая, а сейчас они нарвались на кого-то позлее. Почему нет?

По статистике, если тебе повезло девяносто девять раз, это не значит, что повезет и в сотый. Просто ты станешь наглее, и нарвешься быстрее, все логично и обосновано.

Жалко ли ей парней?

Вообще не жалко. Никак. Чего их жалеть?

Надменные самодовольные сволочи, по которым розги плакали. Если родители этого не поняли, и воспитали чадушек с серебряной ложкой во рту и в бархатных пеленках, то их вразумлением занялась сама жизнь. Она это любит и умеет.

Отлично проделывает! Так что Элисон немного позлорадствовала, и вернулась к своей работе. А что, расчеты сами себя не сделают.

Почтенные рены попробовали поинтересоваться у нее, что думает Элисон обо всем этом кошмаре, услышали, что ей наплевать, и даже замолчали, примерно минуты на три. Для Ариссы – достижение.

Потом все равно расшипелись на тему безнравственности и жестокости современных девок, и персонально Элисон, но той и на их мнение было наплевать. Примерно равнозначно.

За собой бы следили, между прочим, Боги заповедали не злословить, так это мы побоку! Поди, пропавшим парням сейчас икается без перерыва! А других осуждают, лицемерки паршивые.

После обеда пришел рент Якоб, и сразу же подошел к Элисон.

- Рента Баррет, у меня к вам большая просьба.

- Слушаю?

- Вы не могли бы взять рамбиль, и съездить в горы? Вот, в этот квадрат?

Элисон сощурилась.

- Ну… могу. Сколько точек надо обойти?

- Семнадцать.

- СКОЛЬКО!? – взвыла Элисон.

С ее силой, она после такого день будет в лежку лежать! Вы себе как это представляете? Она маг с медным кольцом, не с золотым!

- Рента Баррет, ну хотя бы пятнадцать, - тон Видрича стал просительным. Элисон почему-то сразу вспомнила одного преподавателя.

Магистр, сколько вам нужно материала обработать к понедельнику?

Конечно, весь!

Да с этим и за месяц не управиться.

Ладно, сделайте, сколько сможете… процентов на десять меньше. И я вами очень, ОЧЕНЬ недоволен.

Тут особо и ума не потребовалось, Элисон взяла карту.

- Рент Видрич, а у вас магический летун есть?

- Рента Баррет?

- Берем карту, смотрим… масштаб и расстояния мы все отлично видим. Вот сюда, при средней скорости рамбиля, пятьдесят километров в час, я буду ехать примерно два часа. Потом сюда, сюда… рент Видрич, вы вообще расстояния считали?

Якоб скривился.

Ну, считал.

И отлично понимал, что просит практически невозможного. Но… тут еще и другие соображения возникали. Элисон работала без нареканий, а после недавнего взрыва хотелось ее чем-то придержать. К примеру, приказали, а не выполнила. Или опять скандал устроила…

Ан нет!

Спокойное холодное перечисление расстояний и времени. И не поспоришь.

- Это еще хорошо, если нигде не будет оползня, если можно подъехать вплотную к датчикам, если у меня будет нормальное самочувствие. Рамбиль-то мне водить не нравится, у меня голова от него болеть начинает, а тут еще и силы трать…

- И что вы предлагаете, рента Баррет?

- Поделить на два дня. Вот эти точки я объеду сегодня, вот эти – завтра, - Элисон преспокойно обвела две области карандашами, – так я смогу уложиться, и даже вернусь чуть пораньше, и смогу что-то посчитать.

Крыть было нечем.

- Делайте, рента.

Элисон посмотрела в окно.

- Да, пожалуй, до вечера я еще успею. Рамбиль оставлю тогда у своего дома, и завтра с утра поеду оттуда же. Хорошо?

- Конечно, рента.

- Я сейчас тебе деньги выпишу на бензин и прочее, - рена Глент не собиралась пускать все на самотек. Вот еще не хватало! Кругом одни сволочи, дай волю – совсем загнобят девочку!

- Спасибо, рена Ирэна, - Элисон послала ей благодарную улыбку.

- Мы же договорились, тетя Рени, - сверкнула глазами Ирэна.

После заявления о ее первом внуке, после советов Элисон… чужая девочка?

Да вот еще! Своя она, и никому ее Ирэна в обиду не даст! Перебьются!

Якоб скривился, но язык прикусил. Дураком он не был, и невысказанное отлично понял. Если Ирэна считает эту девушку своей родней… если что-то такое у них случилось – дешевле не нарываться. Ссориться с бухгалтером?

Проще пойти и прыгнуть со скалы. Быстрее и приятнее.

Ласковая улыбка рены Глент подтверждала все его самые худшие предположения.

***

- Сегодня ночью?

- Да, как стемнеет.

Жамиль и Веньят переговаривались спокойно, лениво даже. Все уже было отработано, и не раз, и не два. Аарен уже пригнал ишачков, потому, кстати, его Слифт и не нашел, он решил на всякий случай перебраться в другое место. А может, пока и вовсе пожить в другом городе, не беда. С Левенсберга он свой урожай собрал, теперь можно и Дейрен попробовать, а потом и еще куда… тут главное что?

Правильно, не примелькаться.

Так что сегодня, как стемнеет, живой груз будет навьючен на ишаков. Бабы, конечно. Мужики и своим ходом пойдут, их достаточно к ишакам привязать и подгонять. Да и сами ноги переставлять будут, поди, провезет их пару раз мордой по камням, мигом халтурить отучатся.

- С этим что делать?

Аарен, у которого к Фабиану были свои счеты, надо же, не понравилось человеку, что его хотели убить ради красивой картинки, мстительно сверкнул глазами.

- Что с ним? Бросить его тут. Ишаков у нас всего пять, так что перебьется.

Мужчины задумались, а потом согласно кивнули.

- Не, я не о том. Добивать не будем? – уточнил Жамиль.

- Обойдется. Ему сутки остались, не больше,потом все равно сдохнет, - огрызнулся Веньят.

Фабиана они особо не жалели, а потому… да какая разница?

Подохнет? Так и надо… И ведь не жалко даже! Чего его жалеть?

Этой ночью они потащат остальной груз через горы. Дорога тоже отработана, ночь в пути, день провести в тайном месте, потом ночь через перевал, еще одна дневка в присмотренной пещере – и спуск в долину. Договор со знакомыми таможенниками есть, и считай, они уже в Доверне. А там – дело привычное.

Мужчины переглянулись, потом Аарен подвел итог.

- Не,добивать не будем. Про нас он особо ничего не знает, ни кто,ни где. Даже имена – фальшивые, оно и понятно. – А так время выиграем, сразу не подохнет, может,дня через два или три, как раз и некромант не поможет. А как сдохнет, мы уже в Доверне будем.

Это было логично.

- С рамбилем что делать будем?

- Ничего мы с ним сделать не сможем, - понурился Аарен. Денег – и больших – было откровенно жаль. – Снять с него все ценное, а остаток столкнуть куда в пропасть. Или в пещеру, да и завалить. Ехать на нем по дорогам придется, а этих четырех уже ищут. Мигом определят, чья машинка.

Мужчины переглянулись. Терять прибыль не хотелось, но потом Веньят согласно вздохнул.

- Даже если продавать, потом на нас выйти смогут. Нет уж, исчезла – так исчезла. Сталкивать никуда не будем, взорвется еще, дым будет, вонь, ни к чему такое. Загоним в пещеру, заложим, чтобы никто не пробрался, кристалл с двигателя снимем, спрячем, ну и там еще чего посмотрим. И до следующего года постоит.

С этим все были согласны.

Денег хотелось, конечно, но ставить под угрозу свое дело? Нет уж, так они рисковать не станут.

На каменном козырьке, метрах в пятнадцати выше, на неприступной с виду скале, лежал горный кот. Лежал, любовался людьми, слушал их разговоры.

В горах можно спрятать что угодно и от кого угодно. От людей, от магов, даже прочесывай ты здесь все с войском, и тогда может не помочь.

Но коты!

Это те животные, от которых никогда и ни за что не получится скрыться. Они пройдут везде, достанут всех, откопают все, просочатся в любое, даже самое крохотное пространство, застрянут там и будут противно орать. Это все в кошачьей натуре.

И конечно, люди на его охотничьей территории горного кота тревожили.

Не так, чтобы сильно, он рассуждал обо всем со своей, кошачьей точки зрения.

Есть кот, он ловит дичь.

Есть люди. Есть те, кто долбит горы противными железяками, коты таких не любят. Стараются или напакостить, или уйти подальше, или все сразу. Есть те, кто приходит ради охоты – с этими лучше посмотреть. Если их интересуют не коты, то и пусть иногда. Кабан или медведь даже коту серьезный противник, а уж волчья стая и вовсе неприятна. Да и у котов бывают разные дни. Так что охотникам – как повезет. Те, кто приходит для ловли рыбы?

О, у этих можно потаскать улов, главное, чтобы не видели. Но можно.

Водятся в горах и разные-странные. Влюбленные, там, или творческие люди… от этих даже коты подальше держатся. Кто их знает, может, оно заразное?

Кот отлично помнил, как какой-то странный тип приехал в горы, поставил деревяшку с тряпкой – и ну давай ее пачкать! Чем-то зеленым, синим, розовым… высокое искусство коту было решительно недоступно, и выразил он это в своей манере. Пометил рамбиль художника.

Что уж там с творчеством, неясно, но от машины даже мухи в полете шарахались.

Эти люди кота не раздражали.

Живут они себе – и живут. А что ловят других людей в клетки… ну и что? Коты любят играть с мышами, а эти люди любят играть с другими людьми. С точки зрения кота, ничего такого тут не было. Все обыденно.

Жалеть кого-то?

А такое коту и вообще в голову не приходило. Пожалуй, из всех людей он согласен был выделить только одного человека. Одну человечку.

Особенно, если она еще и рыбки принесет. Вкусной, копченой…

А эти?

Да пусть делают, что захотят у умного кота и свои дела есть. Хотя сюда он еще наведается. Нет, не просто так, кот почуял от железной повозки знакомые запахи.

Те самые люди, которых они уже пометили. Да-да, коты памятливые и мстительные, и не стоит надеяться на их забывчивость или прощение. Милые котики вам и через десять лет припомнят что не надо, и через пятнадцать не забудут. Отличная у них память.

И вот, теперь эти люди снова здесь, и их поймали и посадили в клетку.

Будут играть, как с мышками?

Кота и это устраивало. Чего самому-то стараться, лапки бить, если за него все сделают? Вот, этой ночью мышака хорошо мучили, кот это отлично понял. Может, и следующей помучают? Только уже другого?

Надо обязательно наведаться сюда, посмотреть.

Кот зевнул и отправился по своим кошачьим делам.

***

Прежде, чем отправляться в горы, Элисон заехала в коптильню, за рыбой. И не сильно удивилась, когда она в очередной раз остановила рамбиль, а к ней из-за скалы направились два весьма решительных хищника. Кошка и ее котенок.

Элисон расплылась в улыбке, и рыбу из машины потащила.

Коты соизволили обнюхать ее, мурлыкнуть, и принялись потреблять свои подарки. Кошка выбрала рыбину побольше, котенок поменьше.

Наевшись, кошка подошла к Элисон и потерлась об ее руку. Пришлось честно чесать. Ну и заодно новостями делиться. А чего бы девушке и кошке не пообщаться?

Если выбирать между кошкой и Ариссой Слифт, так кошка всяко приятнее, умнее, а уж насколько добродушнее! Это ж ни в сказке сказать, ни пером описать!

Тут-то до Элисон и дошло.

Пришлось снять ключик и снова обратиться к кошке, уже с помощью своего дара. И объяснить, что вот те самые охотники, которых пометили коты, они пропали.

Их будут искать.

Если коты причастны, то пусть тушки получше прячут, что ли?

Сами парни Элисон не волновали, а вот что может начаться облава, что семейки станут мстить за чадушек, хотя те сами во всем и виноваты… нет уж!

Лучше она предупредит котиков!

Кошка слушала внимательно, смотрела Элисон в глаза, явно понимала, о ком идет речь. И Элисон тоже понимала.

Кошка не в курсе. Но она предупредит своих.

Коты не прощают, но и проблемы им не нужны. Они еще поквитаются так, чтобы им не было ущерба. А сейчас… да, сейчас ей надо будет уйти, пока горы обежишь – время пройдет.

Элисон погладила на прощание котенка, и ощутила шершавый язычок, который лизнул ее ладонь.

Этот котик вырастет, не доверяя людям. Но будет знать, что среди них тоже есть хорошие и плохие. Может, так и правильно?

Элисон не знала, да и не сильно интересовалась. Ей надо было показания с кристаллов снимать. Работа сама себя не сделает.

***

Миранда скорчилась в углу клетки. Девушки наперебой успокаивали ее. Гладили, ревели рядом, пожалуй, лучше всех справилась Норма. Девица отпихнула в сторону Марию, и нагло поинтересовалась:

- И чего ты ревешь? Вот дура-то!

Миранда зло воззрилась на нее, а Норма махнула рукой.

- Ты думаешь, потом с тобой этого не сделают? Да и это, и многое другое, и еще просить будешь, и умолять, чтобы не издевались. А сейчас ты не за себя делала, а за то, чтобы другому помочь. Так что не морочься, все правильно, а что не помогло, так и это бывает.

- Я теперь мерзкая, грязная…

- Дура, - приговорила Норма. – Дура, и все тут. Ты думаешь, кто-то здесь тебя осудит?

Миранда обвела взглядом всех вокруг.

Взгляды были разными. Девочки сочувствовали, парни… они тоже не осуждали. Они понимали, и уважали. И ей стало чуточку легче.

Она действительно хотела помочь, а что ее обманули…

Это – не ее вина.

Что она могла бы изменить в этой ситуации? Ни-че-го!

Здесь и сейчас от нее ничего не зависит, даже ее собственная жизнь. Что могла – она сделала, и пусть кто-то другой сделает больше и лучше.

Легче ей особо не стало. Но Миранда знала, если повторять это раз за разом, она поверит. Рано или поздно.

Она обязательно поверит…

А сейчас ей просто было мерзко и тошно.

***

Чего не ждал его высочество Дамиан, так это подобного явления. Личный его высочества поезд остановился на знакомой станции. Дамиан решил, что сегодня он отправится на шахту, посмотрит, что там и как, а уж завтра с утра можно и к магам наведаться. Им как раз сегодня письмо написать, чтобы готовы были.

Можно и как снег на голову, но зачем? Тут не такой случай, он не ревизор, и даже не сомневался, что парни работали. Пусть лучше все приготовят, чтобы лишнего времени не тратить.

Каролина сидела у себя в купе.

В шахту она лезть не собиралась, честно сознавшись Дамиану, что ей под землей неуютно. Вот на фабрике нормально, а под землю… нет! Страшно ей там, давит, мучает… можно не ходить?

Она и не пойдет.

Они тут дня на два-три, а потом в Кловер и в столицу. Это Карла потерпит.

Дамиан заранее написал письмо, отдал гонцу, отправил его, только хотел в шахту отправиться…

- Ваше высочество! Умоляю о помощи!

Не успел Дамиан на перрон сойти, как ему в ноги упал мужчина лет пятидесяти, высокий, осанистый, дорого одетый… нет, понятно, у всех проблем хватает, но у таких людей обычно есть и возможности их решения. Одна сорочка чего стоит!

Дамиан одеждой не увлекался, но знал. Одежда может многое рассказать о своем владельце, что человек носит, как носит, этим пренебрегать нельзя. Этот человек явно из состоятельных и с хорошим вкусом, неглупый, ну так что случилось?

- Ваше высочество, мой сын!!!

- Что с ним?

- Он пропал, ваше высочество. Магов у нас нет, найти его не получается…

Дамиан нахмурился. Максимум, что он мог, как некромант…

- Есть у вас какая-то его вещь?

- Да, ваше высочество.

- Давайте сюда.

Дамиану было протянуто самое ценное для Никласа – небольшая гантель. Его высочество перехватил железяку, не дрогнув от веса, зашел обратно в купе.

Прислушался.

Афишировать, что он некромант, не хотелось, поэтому все делалось в одиночестве, в тишине...

Жив хозяин вещи?

Жив и вполне здоров, это некроманты отлично могут почуять. Даже не так, жив, и смерть с ним рядом не ходит. А вот что дальше?

Дамиан вернулся на перрон.

- Он жив. Точнее маг сказать не может.

Карл резко выдохнул.

- Хотя бы это, ваше высочество! Благодарю вас!

- Что с ним случилось? Подробности? – резко спросил Дамиан, не давая мужчине сорваться в лирику. Только дело, только факты, так проще.

Факты Карл изложил быстро. Дамиан задумался.

- Пожалуй, что, я немного здесь задержусь.

- Ваше высочество?

Дамиан подумал немного.

- Подозреваю, что с вашими сыновьями что-то случилось в горах, их надо искать. Я отдам распоряжение. Примерно сутки пути отсюда, есть город – Лаваль.

- Казарма, ваше высочество?

Дамиан усмехнулся.

- Так нам того и надо. Человек пятьсот, которые будут прочесывать горы во всех направлениях. Там и егеря, там и собаки, там и прочее…

- Благодарю, ваше высочество!

Карл упал на колени, пытаясь поцеловать руку принца.

Да, Лаваль.

То, что в будущем получит название «военный городок». Военные, егеря, таможня, пограничники, ну и члены их семей, понятно. Городок закрытый, то есть абы кто там поселиться не может. А мужчины уходят на службу, на заставы, возвращаются в свои дома… не идеально, конечно. Но это намного лучше, чем альтернатива. Муж на границе, а жена к нему раз в год – и то приехать сможет ли? Детей же надо или с собой, или оставить на кого…

Мэр Левенсберга, конечно, военным приказать не мог. Власти у него такой не было. А вот Дамиан мог распорядиться начать поиски, и их начнут, и… Боги милосердные, только бы нашли мальчиков!

Только бы нашли вовремя!!!

Карл и сам не замечал, что плачет.

- Ну-ка, вставайте, - поднял его Дамиан.

Подумал, и позвал громко.

- Каролина!

Девушка себя долго ждать не заставила.

- Ваше высочество?

- Каролина, ты не могла бы, как мой друг, позаботиться о моем госте?

- Конечно, ваше высочество, - даже и не стала сомневаться девушка. Надо?

Делаем! Просто так Дамиан не попросит, и… ах, ну понятно же! Он некромант, его аура будет действовать на человека в любом случае, а если мужчина расстроен, вот, как этот…

- Карл Менгер, - подсказал Дамиан.

Вот, как Карл Менгер, то успокоиться у него и не получится. Никак.

А рядом с Каролиной он быстрее придет в себя.

- Пойдемте, - улыбнулась Каролина. – рент Менгер, вы будете горячий чай? Или лучше кофе?

- А я пока займусь телеграммами, - согласился Дамиан. – Рент Менгер, вы здесь останетесь? У меня есть еще одно купе, и даже не одно, а вашим домашним вы можете написать?

Конечно же, Карл согласился.

- Благодарю, ваше высочество!

Дамиан улыбнулся, чуточку сочувственно, ровно так, как надо.

- Держитесь, Карл. Когда наши близкие попадают в беду, мы должны быть сильными для них. Просто держитесь, а я помогу, чем смогу.

И скользнул дальше по перрону.

Кто сказал, что некроманты не могут быть обаятельными? Смешные люди…

Хотя, положа руку на сердце, Дамиан не совсем некромант. Его дар направлен немного на другое.

Где тут телеграфный узел?

Дамиан уже и не слышал, как за его спиной Каролина помогала подняться Менгеру, как вела его в свое купе, поить чаем, и на его вопрос:

- Его высочество так… всегда?! – Карл не мог, просто сил у него не было сейчас выразить это лучше, но Каролина поняла и тихонько ответила.

- Всегда. Он и мне тоже помог, поверьте, он замечательный друг.

Впрочем, Дамиану это было и не нужно. У него хватало своих забот.

***

Все учел великий сыщик Слифт.

И куда поехать, и как вернуться, и сколько времени он потратит на дорогу.

Вот вообще все, кроме одной крохотной мелочи.

Он заблудился.

Это горы, а в горах бывает всякое. Сбился с тропинки, свернул не на третью развилку налево, а на четвертую, потому что третью закрыл противный куст, а потом уж и разворачиваться было поздно.

Симон обнаружил себя неизвестно где, а сумерки-то уже сгущаются.

И холодает.

И вообще…

Полицейская форма, конечно, красивая, но вот беда! В ней нет ничего пригодного для разведения огня. А Симон с собой ничего не брал. Так, водички прихватил и пирожок скушал с лотка.

И что теперь делать?

А голодно.

А холодно.

А шляться по горам ночью – первое дело, чтобы переломать себе и руки, и ноги… и как быть? До утра ждать? А если дикие звери какие? Огня у него нет, отогнать их не получится, а сожрать великого сыщика они могут преотлично. Им как-то все равно, кого жрать, их значок полицейского не остановит, даже на зубочистку не сгодится.

И что делать-то?

Даже не так. Что ОН может сделать?

Кушать хочется, и мамы нет рядом… она бы точно горы по камешку разметала ради своего Симочки. Но это будет теперь завтра.

Допустим, Симон не придет домой. Что сделает мама?

Эммм… сначала будет искать, потому что ночь, полиция закрыта. С утра помчится в полицию. Напишет заявление, его будут искать – где?

А вот там, куда отправили. А в горах уже вряд ли…

Симон вздохнул, и принял волевое решение. Сейчас он попробует тут переночевать, а с утра по солнцу определится, где горы, где город, и двинется туда. Условно, Левенсберг на север, а горы на юг. Железная дорога на восток.

Солнце встает на востоке, заходит на западе, это великий сыщик знал. А вот где север – где юг?

Север слева от востока или справа?

Да как же в этом разбираются-то!!!*

*- просьба к уважаемым читателям не смеяться, лично знаю людей, которые путают. До сих пор. Прим. авт.

Симон вздохнул.

Ладно, где восток, он не перепутает, туда и пойдет. Рано или поздно он выйдет к железной дороге, а дальше дело техники. Может, кого-то встретит… было бы дело днем, можно идти, регулярно останавливаться и кричать, звать людей. Только вот сейчас этого делать не стоит, еще хищники решат, что это звонок такой – к ужину. Но как же переночевать в горах?

Пока еще не сильно стемнело… Симон огляделся и сообразил.

Он знал, можно добыть искру, ударив камнем по железяке. Несколько железок у него есть, велосипед металлический. И это хороший металл. *

*- первые велосипеды делали из стали, т.к. алюминий в то время был очень дорог. Потом уже, с 1886 года его стали получать электролизом и применили в велосипедах. А до той поры – сталь. Прим. авт.

Что еще нужно?

Такой же хороший камень. Чтобы твердый, чтобы не известняк, с его помощью огонь не получишь. И трут.

А еще – топливо.

Итак, ищем место для ночлега, лучше с кустами или деревьями, даже мелкорослыми, ищем по дороге камень, а если получится еще и воду найти – идеально! И надо попробовать разжечь огонь, не то карьера великого сыщика тут и закончится. Воспалением легких. С ним-то он точно никуда не дойдет.

Вот ведь засада…

***

Когда стемнело, работорговцы зашли в пещеру.

- Бабы, выходим по одной, - скомандовал Жамиль.

Первой вышла Норма. Работорговец ловко связал ей руки спереди, завязал рот, и подтолкнул к Веньяту.

- Устраивай ее на ишаке. Вторая!

Анна, Руби, Миранда, Лиза, Мария… постепенно всех так же связали и переправили на ишаков.

Так проще. В темноте они не видят, дороги не знают, оступятся – или с дороги куда слетят, может, и в какую пропасть, или яму, или чего сломают – убыток. А на ишаке проще. Усадить, привязать руки и ноги к седлу, ишаков тоже связать между собой. Все отработано.

К последнему ищаку привязана веревка, к ней привязали парней. Их и не жалко, это считай, случайно достались. Если кто ногу сломает – просто прирежут. И сорваться не сорвутся, стащить с дороги еще двух людей и пятерых ишаков – это и Менгеру не под силу. Не в таком состоянии.

Парням только сейчас дали напиться.

Их пошатывало, пили они долго, жадно, а потом Марко кивнул на Фабиана, который так и лежал, скорчившись в углу.

- Можно его напоить?

Веньят качнул головой.

- Нет. Не стоит тратить воду на мертвеца.

- Он еще жив! – сверкнул глазами Пол.

- Убить сейчас? – Веньят достал из-за пояса нож, задумчиво огладил его кончиком пальца.

- Нет! – вскрикнул Марко.

- Вот и я думаю, пусть лежит здесь и подыхает сам.

- Вы… вы…

- Могу и тебя оставить, - пообещал Веньят Полу. – таким же. Хочешь?

Пол аж шарахнулся. Веньят потрепал его за подбородок.

- А ты ничего, симпатичный… почти как девочка. Мы с тобой об этом еще поговорим.

Пол и сказать ничего не успел, в рот ему вернулся кляп.

- Идете медленно, кто будет дергаться – пеняйте на себя.

Маленькая процессия покинула пещеру, направляясь в горы. Фабиан так и остался лежать в углу… мужчины отлично понимали, может, еще день он и проживет, но это не точно. Без воды, вот такой, горячка уже началась…

Нет, не точно.

Чего не знали работорговцы… когда они ушли, когда в пещере остался только Фабиан, в пещеру проскользнул горный кот. Прошелся по каменным хоромам, осмотрел забытого в углу мышака, перевернул его лапой… понюхал.

Да, это тот самый.

Кошка предупредила сородичей, и кот понимал, если мышака будут искать, это будет сложно, противно, это горы наполнятся людьми… нет, котам такое не по нраву.

А если…

Не сдохнет?

Кот принюхался, кошачье чутье иногда не хуже некромантского, и оно говорило, что еще немного времени у кота есть.

А выживет этот мышак – или нет?

Какая, в сущности, котику разница? Это же не кот его подрал вот так, это другие люди, вот, пусть их и ищут. И не в охотничьих угодьях кота, а там, куда они ушли.

Вот!

***

Как Симон разводил огонь – это целая песня. Согрелся он задолго до того, как добыл первую искорку, сильно поуродовал раму велосипеда, теперь на нее смотреть было страшно, пожертвовал даже предметом нижнего белья, но костер разжег. И сейчас мрачно сидел, смотрел на пламя.

Грелся.

Деревья были рядом, роща каких-то кривулек, не слишком высоких и жутко колючих, он уже наломал охапку веток, но горят они плохо. Сырые все,дымят, воняют… Хворост лучше, но его мало, так мало… Надолго ли хватит?

И как он будет завтра ночью? Если не успеет выйти к железной дороге?

А дома, наверное, мама печенье печет, с изюмом… сейчас бы весь противень слопал. Только вот…

На деревьях какие-то плоды были, Симон один взял, пожевал и сплюнул, желудок так свело от страшной кислоты… от такой пищи он раньше сдохнет!

В следующий раз он с собой будет мешок с едой брать!

Два!

И три – с топливом! И теплый плащ, зимний…

Брррр… как же холодно на камнях. Как же ужасно холодно!

***

Если бы Миранду спросить о той ночи, она бы ее почти не запомнила. Тряслась на спине ишачка, видя только затылок Нормы. А животное мерно переступало копытцами, и явно видело побольше, чем сама Миранда. А может, и понимало больше.

Было холодно, так жутко холодно, что до костей протягивало, и дышать было сложно, горы же, а тут еще и кляп. И голова кружилась.

Еще и состояние было такое… чуточку странноватое – откуда ж Миранде было знать, что работорговцы дали им хоть и слабенькую, но все же настойку опиума, и она слегка спутала сознание. Под настойкой пленники среагируют позже, и у работорговцев будет время. А остальное…

Их это не волновало.

Им важно было просто доставить товар. Вот и все.

Кажется, в небе качалась большая золотистая луна. Кажется, дул ветер.

Больше Миранда ничего вспомнить так и не смогла. И наверное, это тоже было благом.

***

Арисса честно ждала деточку до полуночи.

Волноваться-то она начала с пять часов вечера, с половины шестого была уже на взводе, к восьми от нее искры летели. А к полуночи у нее и карты сложились.

Где может быть Симочка?

Так наверняка же, опять в борделе!

Почему?

А почему он в тот раз там оказался? Неважно!

Логика напрочь отказала встревоженной матери, Арисса решила, что выбора нет, и направилась сначала к соседке. Подняла бедолагу с кровати и умолила отправиться к себе в дом. Если вдруг Симочка придет… его же встретить надо, накормить, уложить, сам-то мальчик точно не справится. А Арисса сбегает в одно место…

Бордель был ярко освещен. Жизнь кипела за плотно задернутыми алыми бархатными шторами, Арисса видела, как движутся какие-то силуэты… где тут вход?

Вышибалу любящая мамочка в расчет не приняла, подумаешь, поставили тут. А вот он даже не удивился. Чему тут удивляться, в бордель регулярно наведываются вот такие… кто за мужем, кто за сыном. Понятно, дело житейское, но его-то затем и поставили, чтобы такие рены порядок не нарушали и приличным рентам отдыхать не мешали!

- Рена, вам куда?

- Туда, - указала Арисса.

- Простите. Нет.

- Что – нет?! – уперла руки в бока Арисса.

- Вот то и нет. Иди отсюда, - вышибала понял, что сейчас состоится скандал, и решил не церемониться. – Бабкам сюда нельзя, а решишь уборщицей устроиться, придешь завтра. С черного хода.

- Да ты… ах ты хам помоечный!!! – взвилась Арисса.

Голос у нее был пронзительный, сил и вдохновения хватало, так что в следующие десять минут вышибала узнал о себе много нового. И о своих родных тоже. Так бы и треснул, но далеко стоит, не дотянуться.

В борделе зато ее отлично слышали.

Могла ли Арисса перебить своим голосом музыку и прочий шум?

О, если бы ей было нужно, она бы и до столицы дооралась из Левенсберга. Не особо напрягаясь. А уж ради Симочки!

По всей улице уже лаяли собаки. Из окон высовывались любопытные головы, а Арисса продолжала свое выступление.

Первой сдалась рента Лулу.

Нет, она бы выдержала и не такое, но мужчины, это такой сложный народ… вот как тут получишь удовольствие, когда под окном орет вот такое? А?

Ни расслабиться, ни отдохнуть спокойно, мужчины своих баб вспоминают, дергаются… девочки, опять же, никак сосредоточиться не могут, хихикают почем зря, куда уж тут мужчин обольщать?

Так что рента вышла на крыльцо, уперев руки в бока.

- Тебе чего тут нужно? Ты…?

Арисса и не подумала отступать. Наконец-то, достойная противница!

- ТЫ!!! Где мой сын?!

- Да виверна его знает! Как его хоть зовут!?

- Симоч… то есть рент Симон Слифт!

Кого другого Лулу бы и не вспомнила, а этого поди, забудь.

- А, это тот дурачок!

Арисса аж поперхнулась.

- Ду… чок?!

- Этого у нас точно нет! Да у него и денег столько не найдется, к нашим девочкам сходить!

Арисса оценивающе посмотрела на Лулу.

Рента ответила ей насмешливым взглядом. Но вот ведь… при всем том, Арисса понимала – ей не лгут. Симочка может быть где угодно, но не здесь. Местные девки бесплатно не обслуживают.

Потребовать пройтись по борделю?

Это было бы уж и вовсе глупо, так что Арисса ограничилась полумерами.

- Если ты мне соврала…

- Я поняла. Ты вернешься.

Арисса кивнула.

Вернется. И борделя тут точно не будет. Она его лично в монастырь переделает. Два раза!

Рента Лулу так и стояла на крыльце, пока вредная тетка не убралась от дома. Симон ее! Да на кой и кому такое надо?! Понятно, рано или поздно и он кому-то сгодится, и женится, и никуда не денется. Вот его будущей жене-то паршиво будет! И муж третьего сорта дрянь, и свекровь – первого сорта стерва. Ну да ладно, ей к клиентам надо. И к девочкам, а то расслабились, ржут, как лошади, скоро краска потечет от смеха!

А ну, работать!

Глава 10

Элисон выехала рано утром. Рано-рано, еще даже не рассвело. Она любила эти минуты, и рассвет ей хотелось встретить в горах. Вот так, остановить рамбиль, постоять, посмотреть.

Как медленно окрашиваются в розовый цвет белые шапки на вершинах гор, как сам свет, особенный, прозрачный, заливает все вокруг, словно серебристая волна идет, пронизывает воздух, и ты открываешь рот – и дышишь этим жидким светом.

И тоже светишься…

И тишина.

Ты, и свет, и горы…

Так и вышло.

Элисон стояла, и смотрела, а потом и вовсе опустилась на дорогу, и сидела, и просто дышала. И чувствовала себя такой живой, и спокойной, и сильной… даже можно и ключик снять, сейчас ей ничего не страшно.

Ой…

Что-то мощное налетело сзади, прижалось крупной меховой тушкой и мягко сказало в ухо:

- Муррррр!

Элисон шлепнулась в пыль. И сказала то, что думала.

Кот и ухом не повел. А что он – виноват, что эти люди такие неустойчивые?

- Мяв.

- Да понятно, что мяв, - отряхнула рубашку Элисон. Кожаные полуштаны-полуюбка и так ничего не боялись, а вот на рубашку кое-что нацеплялось. – Как твои дела, кот? Рыбку будешь?

Кот еще выразительнее мявкнул.

Спрашиваешь, человек!

Конечно, буду! Давай сюда рыбку!

Элисон послушно полезла в машину. Достала здоровущую копченую форель и протянула коту. Тот вежливо протянул лапу. Когти там были такие… здоровущие! И такие интеллигентные! На такие посмотришь – и ни один нашатырь не поможет!

Кот в два укуса расправился с рыбиной, облизнулся, и выразительно умыл усы. Понятно, для него это не так, чтобы пропитание, девушка уважение высказала. Вот, и он уважение выскажет, мышака ей подарит. Почему нет?

Кот ловко запрыгнул в рамбиль, и уселся на переднее сиденье.

- Мяв.

Тут уж, хочешь, не хочешь, пришлось снять ключ, и вслушаться в то, что пытался объяснить кот.

- Мышак? С тобой? Ладно… Поедем…

Кот знал дорогу, а Элисон послушно ехала, куда сказано. Вплотную к нужной пещере подобраться было нельзя, правда, но кот выбрал самый удобный путь. Это люди не разбираются, а коты – они умные, они себе дорогу найдут!

И другим тоже.

Площадка, машина, которую пришлось оставить, удобная дорога, хижина, пещера… и вот в этой-то пещере чувствуется такое…

Тут Элисон и пробрало.

- Ой, мама…

Фабиан уже почти помирал. А она же без защиты, она все это чувствует, и как же неприятно! А надеть… тоже не выход, тогда кошака перестаешь как следует понимать! Так что Элисон волевым усилием задавила лишнее, присела на корточки перед Фабианом, кое-как перевернула его на спину…

- С…и!

Вытащить кляп, сбегать к рамбилю, вернуться с водой и попробовать хотя бы напоить мужчину – на все это ушло минут десять. Фабиан даже пить почти не мог. Горло пересохло так… но какое-то количество воды внутрь попало.

- Весь горит, - поделилась Элисон с котом.

Кот мявкнул.

С его точки зрения, это уже почти дохлый мыш. Но для подарка сгодится, вполне-вполне. *

*- никому котики дохлых мышек не дарили? Я целой крысы удостоилась, вот! Прим. авт.

Элисон вытащила из рамбиля брезент, который там был припасен на случай дождя, и кое-как перевалила на него Фабиана. Даже не развязывая, пусть пока так. Еще вздумает дергаться, она с ним точно не справится… мужчина же, и достаточно сильный!

Магией она его приложит, но она ж будет по горам, и за рулем, и рамбиль вести… тут одного неудачного поворота хватит, чтобы костей не собрать.

Тащим…

Тяжелый, гад!

Мог бы и похудеть, вообще-то! Но кое-как Элисон его и дотащила, и в рамбиль перевалила, не особо стараясь уберечь. Рука там, нога, травмированный живот… да плевать! Если его тут оставить – точно помрет, а так, может, и довезет она его?

Кот мявкнул.

Элисон коснулась рукой пушистой шкуры, ладонь утонула полностью.

- Спасибо тебе. Я расскажу, что ты помог?

Кот фыркнул.

Не верил он в человеческую благодарность, ну да ладно! Пусть рассказывает!

Фабиан очнулся от сильной боли, застонал, и Элисон тут же развернулась к нему.

- Пить можешь? Сделай усилие! НУ!!!

***

Фабиан с трудом открыл глаза.

Над ним парило сосредоточенное женское лицо, и эту женщину он знал.

Но ее не могло тут быть!

Или…?

- Ты… тоже?

Элисон молча запихнула ему в рот горлышко фляги. Может,и нельзя пить при ранениях в живот,но тут уж все равно, все паршиво, куда еще-то?

- Пей, скотина! Не смей подыхать у меня на руках, не то сама прибью!

Фабиан так опешил, что стал молча глотать воду, а Элисон полезла в багажник. Там хранилась аптечка – на всякий случай. Это ж рамбиль, и горы, так что в багажнике хранились безразмерные штаны и рубаха, одеяло, пара сапог, аптечка, канистра с водой, галеты, которые можно было размочить, набор инструментов…

Элисон половина не пригодилась бы, но аптечку она вытащила. Можно ругать рента Видрича, можно хвалить, но укомплектовал он ее на совесть. Сам рамбилем пользовался, сам мог оказаться в горах, а потому лекарства были свежими и с активным магическим компонентом. Это радовало. Элисон такие знала со времен учебы, сама принимала пару раз… только надо дозу поменьше, чтобы не до отката.

- Так… глотай!

После обезболивающего и стимулятора, Фабиан даже языком шевелить смог. Элисон его даже развязала – веревки разрезала, с узлами она б точно не справилась.

- Ты мне не снишься?

- Попинать?

Кот разумно удрал, чтобы не показываться на глаза противному мышаку. Пришлось Элисон отдуваться и за себя, и за тех хвостатых.

- Нет. Откуда ты здесь?

Элисон вздохнула.

- Фабиан, пока таблетки сняли часть проблем, объясни, как ты здесь оказался, и кто тебя так покалечил. Вас уже второй день ищут, поэтому расскажи мне сейчас, что случилось, и где остальные. Я сегодня поехала снимать показания датчиков в этот район, заметила горного кота, который был рядом с пещерой, мне стало любопытно. Они существа очень умные, а кот вел себя странно.

Фабиана, который как раз устраивался поудобнее в рамбиле,чтобы не трясло, и скрипел зубами от боли, передернуло.

- Он меня сожрать хотел?

- Н-нет. Скорее закапывал, - дрогнули губы Элисон.

- ЧТО?!

- Как то самое… что коты закапывают. Определенно, ты ему не понравился. Он закапывал, выл, - прости, киса, - ну и получилось, что спас тебе жизнь. Так что с тебя причитается в пользу котов. Я пошла посмотреть в пещеру, нашла тебя, и сейчас мы едем в город. У тебя явная горячка, воспаление, что еще – не знаю…

Фабиан коснулся живота.

Внутри все ныло. Было больно даже от воспоминаний, но…

- Они сказали, я не выживу.

- Справедливо. Не знаю, кто – они, но, если бы я сегодня не оказалась здесь, ты бы умер ночью. Может, к утру. Сейчас лекарства тебя поддерживают, но это ненадолго, потому устройся как можно удобнее и держись.

- Спасибо, - слово далось Фабиану с трудом. – Я не забуду.

- Надеюсь, ты продержишься до города. Если что – поговоришь с лекарями сам, ну, или я поговорю с твоим отцом. Я же правильно понимаю, тебя ранили в живот?

- Д-да, - с запинкой согласился Фабиан.

- Еще где раны есть?

- Нет.

- Отлично. То есть паршиво, но я хоть знаю, что врачам сказать. Остальное – порезы, не глубокие раны?

- Вроде да. Уййййй…

- Держись. Где остальные?

- У работорговцев. Движутся в сторону Доверна.

- Твою виверну! Эта зараза тут откуда?

- Не знаю…

Фабиан принялся рассказывать все, что узнал или запомнил. Правда, врал он тоже немало. Сказал, что хотели разыграть тупого полицейского, придумали историю, поехали в горы и попались работорговцам. Их он описал достаточно подробно, имена назвал, они же не скрывались, беседовали при всех…

Элисон внимательно слушала.

Вранье она улавливала, но решила, что ей наплевать. Ее это не касается, пусть с Фабианом полиция разбирается. А как по ее мнению, он уже наказан. Фабиану становилось все хуже, лекарства переставали действовать на глазах, а давать добавку Элисон опасалась.

Лекарства на магической компоненте опасны тем, что высвобождают скрытые резервы человеческого тела. А если их уже нет? Или слишком мало осталось?

Нет, она не рискнет.

Элисон все сильнее выжимала педаль газа, почти летела по горным дорогам… каким чудом она не угробилась, она и сама сказать бы не могла. Боги помогли!

Вот и Левенсберг!

Элисон на той же скорости пролетела к первой попавшейся больнице. Попалась ей больница для бедных, так что же? Здесь условия хуже, а лекари лучше, это рена Астрид сказала, она точно знает. Денег тут не так много, а практики у местных лекарей – вагон!

Элисон лихорадочно нажала на клаксон.

- ПОМОГИТЕ!!!

Долго ждать не пришлось. Вылетел один из лекарей, правда, он ругаться выбежал, но увидев испуганную девушку за рулем, сменил гнев на милость.

- Что случилось?!

- Вот!!! – выдохнула Элисон. – помогите, ему реально плохо, его пытали!

Фабиан уже и правда съезжал в беспамятство. Лекарь сощурился, оценил – и принялся звать медбрата. Элисон вылезла из рамбиля.

Ноги дрожали, руки тоже… лекарь посмотрел внимательно.

- Тебе помощь нужна?

- Н-нет, - выдохнула девушка. – Посижу десять минут, легче станет. Можно послать записку в полицию?

- Иди в комнату отдыха для лекарей, я скоро туда приду. Это что за зверушка?

- Скоро не получится. Это Фабиан Лернер, так что лучше это надолго, - вздохнула Элисон. – Вы пошлите кого с записочкой и в полицию, и к Лернерам. Его родители оценят.

Лекарь намек понял.

- Сделаем. А с ним это?

- Ранение в живот глубокое, он сказал,уже больше суток. Ну и порезы, там кровопотеря большая.

- Ох ты ж… виверну твою любить-колотить!

- Да… что насчет записочки?

- Рена Адиль! Помогите девушке, очень важно! Я в операционную!

Лекарь сорвался к больному, а Элисон повернулась к женщине лет шестидесяти на вид.

- Здравствуйте, рена Адиль.

- Добрый день, рента. Чем я могу вам помочь?

- Мне надо бы отправить записочку в полицию. А остальное потом разберем потихоньку. Ну и посидеть хоть минут десять где-нибудь, а то мне просто плохо.

Рена Адиль подхватила ее под локоть.

- Пойдем, детка. Ты мне пока расскажи, что случилось?

Оно и понятно. Рамбиль, молодой человек, девушка, у которой руки дрожат… явно, это что-то интересное.

Элисон и не отказала.

- Я работаю в магстате. Ездила сегодня, снимала показания с датчиков, и…