Чингисхан и рождение современного мира

Введение Пропавший завоеватель

В 1937 году в центральной Монголии из буддистского монастыря, расположенного в долине Лунной реки, у подножия горы Шанх, исчезла святыня, которая почиталась и хранилась там на протяжении столетий, — Душа Чингисхана. В тридцатые годы прислужники сталинизма репрессировали около тридцати тысяч монголов и проводили последовательную политику по уничтожению их культуры и религии. Вооруженные отряды подвергали разграблению один монастырь за другим, расстреливали монахов и насиловали монахинь, оскверняли святыни, опустошали библиотеки, сжигали священные тексты и разрушали храмы. Рассказывают, что кто-то тогда втайне спас вместилище души Чингисхана и спрятал его в Улан-Баторе. Там его след теряется окончательно.

На протяжении веков азиатские воины-кочевники несли по великой степи сульдэ — Духовное Знамя, копье, к древку которого чуть ниже наконечника были привязаны пряди гривы лучших коней. Где бы такой воин ни разбивал лагерь, он утверждал Духовное Знамя при входе в свой шатер, как свой герб и защитный амулет. Духовное Знамя всегда оставляли на открытом воздухе, под Вечно Синим Небом, которому поклонялись монголы. Развевающиеся на степном ветру пряди вбирали в себя силу ветра, неба и солнца, силу, которую затем получал от сульдэ его владелец.

Ветер в конской гриве приносил воину честолюбивые мечты и помогал добиваться их воплощения. Вечно беспокойные пряди конского волоса всегда манили его в путь, на поиски лучшего пастбища, богатой добычи, славных свершений и лучшей доли в этом огромном мире. Союз воина и его Духовного Знамени становился настолько тесным, что после смерти дух воина переселялся в сульдэ. Пока воитель был жив, знамя из конского волоса несло его судьбу, в посмертии оно становилось его душой. Смертное тело быстро сливалось с природой, но душа вечно жила в этом знамени и служила напоминанием грядущим поколениям о великом прошлом.

У Чингисхана было два таких знамени: одно — из белого конского волоса — для мирного времени, другое — черное — для войны. Белое знамя было утрачено, но черное пережило века как посмертная обитель его души. Долгие годы после его смерти монголы чтили знамя с его душой. В XVI веке один из его потомков, лама Дзанабадзар, построил монастырь, предназначением которого было хранить и защищать это знамя. Через бури и потрясения истории, вторжения и гражданские войны пронесли буддийские монахи из тибетской секты Желтых шапок это великое знамя, но и они не смогли ничего противопоставить тоталитарному режиму двадцатого столетия. Монахов перебили, а Духовное Знамя исчезло.

Небо не поднесло Чингисхану высокую судьбу, — он сам выковал ее для себя. Когда он родился, никому бы и в голову не пришло, что у него когда-нибудь будет столько коней, чтобы можно было сделать Духовное Знамя, и уж точно никто бы не поверил, что он пронесет его по всему известному миру. Мальчик, который потом стал Чингисханом, вырос в жестоком мире межплеменных войн, он рано узнал, что такое убийство, предательство и рабство. Сыну в семье изгнанников, брошенных на медленную смерть в степи, за первые годы жизни ему встретилась едва ли сотня-другая человек. Он не получил никакого систематического образования. Суровая жизнь рано обучила его самым сильным человеческим устремлениям в этом мире: страсти, гордыне и жестокости. Еще ребенком он убил своего единокровного брата, был захвачен и отдан в рабство соседним племенем, выжил и сумел бежать из плена. В этих чудовищных условиях мальчик показал недюжинный талант к выживанию и самосохранению, но, тем не менее, ранние события его жизни тоже не позволяли предположить, какие великие свершения ждут его впереди. Ребенком он очень боялся собак и часто плакал. Его младший брат был сильнее его, лучше боролся и стрелял из лука, его сводный брат дразнил и тиранил его. Так, с голода, унижения и рабства, он начал свое долгое восхождение к власти над половиной мира. В подростковом возрасте у него установились отношения с двумя людьми, значение которых для его жизни невозможно переоценить. Он поклялся в вечной дружбе и преданности другому мальчику, чуть старше его, тому, кто стал его самым близким другом в годы юности и самым страшным врагом в зрелом возрасте. Тогда же он встретил девушку, которую полюбил на всю жизнь и сделал матерью императоров. Равная способность Чингисхана к дружбе и вражде, проявившаяся еще в юности, стала определяющей чертой его характера. Мучительные вопросы любви и отцовства, зародившиеся под бедным одеялом или в мерцающем свете семейного очага, были выброшены на арену мировой истории. Его личные и частные цели, желания и страхи поглотили весь мир.

Год за годом он одерживал одну победу за другой над теми, кто был сильнее его. Так он подчинил себе все племена в монгольской степи. К пятидесяти годам, когда все другие великие полководцы уже оставили позади свои войны и триумфы, Чингисхан последовал за своим Духовным Знаменем, позвавшим его покинуть родные земли и вступить в противоборство с войсками оседлых народов, которые столетиями порабощали и угнетали племена кочевников. В оставшиеся годы его жизни оно вело его от победы к победе из пустыни Гоби и долины Желтой реки в древнекитайские царства, а оттуда через населенные турками и персами земли Средней Азии, через Афганистан — к Инду.

Переходя от одного завоевания к другому, сражаясь сразу на нескольких фронтах, растянувшихся на тысячи километров, монгольская армия сделала войну явлением континентального масштаба. Чингисхан принес новую тактику и стратегию войны, которая легко превзошла облаченное в тяжелые доспехи европейское рыцарство, противопоставив ему согласованные действия отрядов легкой кавалерии. Мало полагаясь на защитные сооружения, он сделал своим неотразимым оружием на поле боя быстроту и внезапность. Он усовершенствовал искусство ведения осады до такой степени, что с ним завершилась эпоха городов, окруженных стенами. Чингисхан научил своих людей не только вести войну на необъятных просторах, но и поддерживать военные кампании годами и десятилетиями. За время его непрерывных войн успели смениться три поколения.

За двадцать пять лет армия монголов покорила больше царств и народов, чем Римская империя за четыре столетия. Чингисхан со своими сыновьями и внуками подчинили себе самые густонаселенные страны тринадцатого века. По всем параметрам, будь то общее количество побежденных, площадь завоеванных территорий или число покоренных царств, Чингисхан более чем вдвое превосходит любого другого завоевателя в истории. Кони монгольских воинов пили из каждой реки и озера от побережья Тихого океана до Средиземного моря. В период расцвета его империя достигала около 11–12 миллионов квадратных миль (территория равная по площади всему Африканскому континенту, и значительно больше всей Северной Америки, включая США, Канаду, Центральную Америку и Карибские острова). Она протянулась от заснеженной сибирской тундры до жарких равнин Индии, от рисовых плантаций Вьетнама до пшеничных полей Венгрии, и от Кореи до Балкан. Сейчас большинство людей живут в странах, когда-то покоренных монголами. На современной карте империя Чингисхана покрывает тридцать государств с более чем тремя миллиардами жителей. Но удивительнее всего то, что число всех подчиненных ему монгольских племен не превышало одного миллиона человек, то есть было меньше стандартного штата многих современных корпораций. Из этого миллиона он и набирал свою непобедимую армию, в которую входило не более ста тысяч воинов, — все они вместе легко уместились бы на одном современном стадионе.

В условиях Америки свершения Чингисхана можно было бы описать так: представьте себе, что Соединенные Штаты создали не образованные торговцы и богатые плантаторы, а один из неграмотных рабов, который благодаря исключительно силе своей личной харизмы и решимости, освободил Америку от контроля Англии, объединил народ, изобрел алфавит, написал Конституцию, установил абсолютную свободу вероисповедания, перевел искусство военных действий на принципиально новый исторический уровень, прошел со своей победоносной армией от Канады до Бразилии, и открыл новые торговые пути, проходящие через свободные экономические зоны, протянувшиеся через весь континент. На любом уровне и с любой точки зрения масштаб и величие свершений Чингисхана потрясают воображение и подходят к границам необъяснимого.

Когда конница Чингисхана прокатилась по тринадцатому столетию, она начертала за собой границы нового мира. Он был великим архитектором, но материалом ему служили не камни, а народы. Чингисхан объединял мелкие царства в большие страны.

В Восточной Европе монголы объединили дюжину славянских княжеств и городов в единую Русь. В Восточной Азии за время, пока сменились три поколения, они создали могучее государство Китай, сплетая остатки царств династии Сун на юге с землями джуршедов в Манчжурии, Тибетом на западе, королевством тангутов на границе Гоби, и землями уйгуров в восточном Туркестане. Расширяя границы своих земель, монголы создали такие страны как Корея и Индия, которые и по сей день существуют примерно в границах, созданных монгольскими завоевателями.

Империя Чингисхана соединила и сплавила множество подчиненных им цивилизаций в новый мировой порядок. К моменту его рождения в 1162 году Старый Свет представлял собой множество региональных цивилизаций, каждая из которых буквально ничего не знала про другие, кроме разве что своих ближайших соседей. Никто в Китае не слышал про Европу, и ни единый человек в Европе не слышал про Китай, и, насколько нам известно, никто не совершал путешествий из Европы в Китай. К моменту его смерти в 1227 году он соединил их дипломатическими и торговыми узами, которые остаются действенными и по сей день.

Он уничтожил старую феодальную систему родовых прав и привилегий и создал новую уникальную систему управления, которая основывалась на личных качествах, преданности и достигнутых успехах. Он захватил разрозненные и вялые города по Великому Шелковому Пути и организовал на их основе величайшую в истории зону свободной торговли. Он снизил налоги для всех и полностью отменил их для врачей, учителей, священников и учебных заведений. Он проводил переписи населения и создал первую международную почтовую систему. Его империя не нагромождала богатства и сокровища в подвалах, он широко распространял добычу, захваченную в бою, так чтобы она могла вернуться в товарооборот. Он создал международное законодательство и признавал высший закон Вечно Синего Неба над всеми людьми. Во времена, когда большинство властителей полагали себя стоящими выше закона, Чингисхан создал законы, которые касались равно правителей и бедных пастухов. В своей империи он допускал абсолютную свободу вероисповедания, но требовал полной преданности от подданных любой религии.

Он установил власть закона и отменил применение пыток, но устраивал большие рейды по розыску и уничтожению грабителей и убийц. Он отказался от традиции обмена заложниками и стал предоставлять дипломатическую неприкосновенность всем послам, включая представителей стран, с которыми в то время воевал.

Чингисхан оставил своей империи такую экономическую и социальную базу, что она продолжала разрастаться еще сто пятьдесят лет. Впоследствии, в течение веков после ее разрушения, его потомки продолжали править во множестве меньших империй и больших стран, от Руси, Турции и Индии до Китая и Персии. Им принадлежало множество титулов, таких как хан, шах, эмир, император, султан, король и Далай-лама. Остатки его империи оставались под властью его потомков на протяжении семи столетий. Как Могулы они правили в Индии до 1857 года, когда британцы изгнали Императора Багадур-шаха II и отрубили головы двум его сыновьям и внуку. Последний правящий потомок Чингисхана, Алим-хан, эмир Бухарский, оставался у власти в Узбекистане до 1920 года, когда его смела поднимающаяся волна большевистской революции.

История привела большинство завоевателей к жалкой безвременной кончине. В возрасте тридцати трех лет Александр Македонский умер при невыясненных обстоятельствах в Вавилоне, а его приспешники уничтожили его семью и растащили завоеванные земли. Юлия Цезаря зарезали в Сенате его бывшие союзники и друзья. После того, как все его завоевания и достижения рассыпались прахом, Наполеон встретил одинокую смерть в качестве пленника на одном из наиболее отдаленных и труднодоступных островов на планете.

Почти что семидесятилетний Чингисхан умер в своей походной постели, окруженный любящей семьей, верными друзьями и преданными воинами, готовыми умереть за него. Летом 1227 года во время военной кампании против тангутов, в верхнем течении Желтой реки, Чингисхан умер — или, как говорили монголы, у которых было не принято упоминать смерть или болезни, «поднялся на небо». В годы после его смерти появилось множество легенд о ее причинах, впоследствии выдававшихся за исторические факты. Пьяно ди Карпини, первый европейский посланник у монголов, пишет, что Чингисхан умер от удара молнии. Марко Поло, который много путешествовал по монгольской империи во время правления внука Чингисхана, Хубилая, сообщает, что Чингисхан погиб от вражеской стрелы, которая пронзила его колено. Некоторые источники утверждают, что его отравили тайные враги. Другие говорят, что его погубило злое заклятье тангутского царя, с которым тогда воевали монголы. Одна из историй, которые распространяли его недруги, утверждает, что тангутская царица поместила себе в вагину некое хитроумное устройство, которое оторвало Чингисхану гениталии, когда он пытался заняться с ней сексом, и он умер в страшных мучениях.

Что бы ни говорили о его смерти, то, что он умер в таком же кочевом шатре, в каком появился на свет, показывает, насколько тщательно он стремился сохранить традиции и образ жизни своего народа. И в то же время, сохраняя его, он полностью изменил человеческое общество. Воины Чингисхана проводили тело своего хана назад на родину, в Монголию. После его смерти его соратники похоронили его в безымянной могиле в его родной земле. Они не возвели ни мавзолея, ни пирамиды, ни храма, не поставили даже небольшого надгробия, которое могло бы указать место его последнего успокоения. Согласно монгольским поверьям, мертвое тело не нуждалось в особых памятниках, поскольку душа уже его покинула. Она переселилась в Духовное Знамя. После похорон Чингисхан растворился в необъятных просторах Монголии, из которых когда-то пришел. Истинное место захоронения так и осталось неизвестным, зато в виду отсутствия достоверной информации зародилось множество цветистых и откровенно фантастических историй. Очень часто повторяют легенду о том, что воины его прощального кортежа убивали всякого человека и зверя, которые попадались им во время сорокадневного путешествия. Еще говорят, что после похорон восемьсот всадников тщательно вытоптали окрестности, чтобы скрыть точное место захоронения. Другие добавляют, что эти всадники были в свою очередь убиты другими воинами, а те, в свою очередь, уничтожены другим отрядом, чтобы никто из них не мог открыть тайну могилы Чингисхана.

После тайных похорон войска блокировали весь район в несколько сотен квадратных миль. Никто не мог проникнуть туда, кроме членов семьи Чингисхана и племени специально обученных воинов, которые встали там лагерем, чтобы уничтожать всех нарушителей покоя умершего хана. Почти восемь веков оставался закрытым Их-Хориг, Великий Запрет, священное место в самом сердце Азии. Все тайны империи Чингисхана, казалось, похоронены вместе с ним, на его таинственной родине. Даже после того, как монгольская империя пала, и иностранные завоеватели вторглись в эту часть Монголии, монголы не позволяли никому тревожить прах своего великого предка. Несмотря на обращение монголов в буддизм, его наследники так и не позволили монахам построить гробницу, монастырь или памятник на месте захоронения.

В XX веке при советской власти могила Чингисхана хорошо охранялась, так как руководство беспокоилось, чтобы она не стала символом и местом встреч для националистов. Чтобы не употреблять термин Великий Запрет или другие исторические названия этого места, которые могли бы как-то ассоциироваться с Чингисханом, Советы использовали бюрократическое обозначение «зона особой секретности». Они исключили ее из территориального управления прилежащей провинции и подчинили прямому управлению центрального правительства, которое, в свою очередь, тщательно контролировалось Москвой. Советы еще больше увеличили секретность в районе, окружив миллион гектаров «зоны особой секретности» еще одной секретной зоной такого же размера. В целях воспрепятствования передвижения людей по этой зоне коммунисты не строили там ни дорог, ни мостов. Между «зоной особой секретности» и Улан-Батором Советы построили укрепленную авиабазу для МиГов, и, вероятнее всего, хранилище для ядерного оружия. Въезд на закрытую территорию блокировала большая советская танковая база, а русские военные использовали «зону» для артиллерийских учений и танковых маневров.

Монголы не совершили никаких великих научных открытий, не основали никакой новой религии, не создали выдающейся литературы и не дали миру новой системы сельского хозяйства. Их собственные ремесленники не умели ткать материю, отливать металл, и даже не умели печь хлеб. Они не изготавливали ни глиняной, ни фарфоровой посуды, не имели ни живописи, ни архитектуры. Но, когда их армии покоряли одну культуру за другой, они бережно сохраняли ее умения и передавали от одной цивилизации к другим.

Единственные сооружения, которые строил Чингисхан, были мосты. Хотя он с презрением отвергал строительство замков, фортов или городов, он, наверное, построил больше мостов, чем любой другой исторический правитель. Он возвел мосты через сотни рек, чтобы ускорить передвижение своих армий и товаров. Монголы осознанно открыли миру новую форму торговли, где товаром выступали не вещи, а новые идеи и знания. Монголы привезли немецких горняков в Китай, а китайских врачей — в Персию. Торговля велась на всех уровнях. Всюду, куда бы они ни пришли, они распространяли моду на ковры. Они принесли персидские лимоны и морковь в Китай, а китайские лапшу, чай и игральные карты — в страны Запада. Они привезли мастера из Парижа, чтобы возвести фонтан в засушливых монгольских степях, наняли в свои войска английского дворянина в качестве переводчика, и научили персов китайскому методу дактилоскопии.

Они финансировали строительство христианских церквей в Китае, буддистских храмов и ступ в Персии и мусульманских медресе в России. Монголы прокатились по материку, как завоеватели, но в то же время, как несравненные распространители науки и культуры.

Монголы, которые унаследовали империю Чингисхана, показывали настоящий талант к перемещению товаров и объектов роскоши, но главное — к тому, чтобы создавать из них невиданные и высокоэффективные комбинации.

Когда их искусные инженеры из Китая, Персии и Европы соединили китайский порох и мусульманскую машину «греческого огня» и применили европейскую технику отливки колоколов, они произвели на свет пушку — принципиально новое вооружение, от которого происходят все современные виды оружия, от пистолетов до ракет. Каждое изобретение было ценно само по себе, но монголы достигали невиданных результатов, выбирая и комбинируя их, чтобы получить необычные сочетания.

Монголы последовательно проводили интернационалистическую линию в сфере своих политических, экономических и интеллектуальных преобразований. Они стремились не столько покорить мир, сколько установить мировой порядок, основанный на свободной торговле, едином для всех законодательстве, и всеобщем алфавите, которым можно было бы писать на всех языках. Внук Чингисхана, хан Хубилай, ввел бумажные деньги, предназначенные для повсеместного употребления, и пытался создать систему…