=13

Сергей Александрович открыл шампанское бесшумно, без всяких хлопков и налил полные фужеры. Екатерина, как себя не успокаивала, её сердце стучало, было готово вырваться из груди, а душа была похожа на пузырьки углекислого газа, бурлящие в бокале.

- Катя, я хочу, чтобы ты меня правильно поняла. Раньше я уже не раз думал об этом, но всё откладывал принятия решения на потом, не спешил, хотя в себе был уверен давно, ещё на отдыхе. Когда первый раз в одиночестве лежал в больнице, понял, что хочу, чтобы ты всегда была рядом. Останавливал меня от принятия решения только твой возраст. Новый год, встречая его с тобой, даже в больничной палате я чувствовал себя счастливым. Ещё тогда, смотря на красивое полудетское личико, хрупкую, худенькую фигурку, понимал, что уже не смогу без тебя, знал, что делить тебя с кем-то не хочу. Верность, моё первое и единственное условие. Именно тогда, в больнице, я принял решение, но череда недавних событий подтолкнула к срочному действию. Хочу, чтобы ты поняла правильно, что я делаю это не только ради малышки. Ты выйдешь за меня замуж?

Екатерина не знала, что ответить, она запуталась в его монологе и не до конца его понимала, ожидая другого разговора. Девушка не спешила брать колечко, из раскрытого футлярчика, который он держал. Она посмотрела, как розовая капля стеарина, словно слеза, стекает по свече, оставляя на ней свой след, а затем застывает, комочком, похожим на льдинку.

- Я не поняла тебя. Причём здесь малышка?

- Катенька, я хочу, чтобы мы поженились и удочерили девочку. Мне её не отдадут. Там требуют справку о состоянии здоровья. Помоги мне.

- А Лиза? Как же она? Это её ребенок. Она потом его заберёт.

- Она ей не нужна. Ей кроме альфонса и денег ничего не нужно. Катенька, представь, её вот-вот переведут в дом малютки, а потом детский дом, возможно приёмные родители. Как они к ней будут относиться?

Девушке было жалко девочку, но понимала, что родителями хотят и готовятся стать, даже, когда удочеряют, а от неё сейчас требуется срочное решение.

- Но может мне тоже девочку не отдадут, там ведь много разных справок нужно.

- Отдадут, я всё выяснил. Катенька, бери колечко, выходи за меня замуж.

Он обошёл стол, сам приподнял её руку, подталкивая её к коробочке. Катя дрожащими холодными руками взяла футлярчик, он достал беленькое кольцо с нежным прозрачным камушком, одел на её палец, но оно было сильно велико и соскользнуло, Катя едва успела его подхватить. Он заметил свою первую оплошность, ведь всегда угадывал с размером одежды. Взяв колечко из её рук, он надел его на средний пальчик, оно оказалось впору.

- Спасибо, Птенчик,- произнёс он и поцеловал, то ли кольцо, то ли палец, Екатерина не поняла. Ей нужны были не кольца, ни охапка роз на ковре, а слова о любви, простых три слова, которые никогда сам не произносил Никита, она всегда выпрашивала их у него, теперь ждала их от Сергея Александровича.

Она вдруг вспомнила о ребёнке, и ей стало страшно, она не знала, что делать. Он внимательно смотрел на мимику её лица, понимал, что что-то странное твориться в её душе. «Что сделал не так, вот только что?» Он опять поцеловал средний, окольцованный палец, решив, что всё дело в нём и произнёс: «Завтра куплю другое».

- В шампанском уже нет пузырьков,- произнесла она, находясь в ступоре, не до конца реально воспринимая происходящее.

Он взял оба фужера, вылил содержимое в ведёрко со льдом, заново наполнив, и подал ей один.

- За тебя, Птенчик.

Катя залпом выпила шампанское.

Проснувшись утром задолго до звонка будильника на телефоне, она помнила, прошедший как в тумане, предыдущий вечер, оставивший вместо радости тяжёлые ощущения. Вначале Катя была потрясена его предложением, после нескольких фужеров выпитого натощак шампанского не могла реально воспринимать действительность. Стараясь не разбудить Сергея Александровича, Катя встала и вышла из комнаты. Розы, вчера лежащие на полу, стояли в огромной напольной вазе, стол был убран. Слегка кружилась голова, Екатерина не понимала, то ли от выпитого накануне шампанского или от того, что последние два дня ей совсем не хотелось есть. Лежа в ванне, она вспоминала подробности вечера, будущее её пугало, мысль о том, что она будет матерью чужого ребёнка, родная мать, которого её ненавидит. Это вводило её в ступор.

- Птенчик, как ты себя чувствуешь? Ты очень бледная. Вставай, милая, вода уже остыла.

Он помог ей встать из ванны, сам вытер полотенцем, помог надеть халатик.

- Пойдём, я тебе кофе сварил. Может тебе оставить работу?

- Нет,- ответила девушка, помня слова Веры Павловны.

На работе Диана Андреевна первой заметила кольцо на пальце Катерины.

- Не поняла, Кать, кольцо с брюликом – просто его подарок в знак примирения?

- Мы не ссорились. А кольцо, я выхожу замуж.

- Вот это сенсация. Чего же сидишь и молчишь? Кричать надо, радоваться. Поздравляю от души, молодец, Катька. А, кольцо, дорогое, только чего не на том пальце?

- Велико.

- Ничего страшного, не переживай. Выйдешь замуж, родишь бэбика, поправишься, и кольцо в пору станет.

Вечером, когда она села в машину, Сергей Александрович достал ей ёще один бархатный футлярчик с колечком.

- Ну, зачем тратить деньги. У меня уже ведь есть одно колечко?

-Оно подошло не на тот пальчик. Мне для своего Катенчика-Птенчика ничего не жалко. Нравится?

- Наверно, очень дорогое.

-Ты дороже сокровищ, каких достоин мой Птенчик. Тебе нужно будет подписать кое-какие бумаги, с сегодняшнего дня ты работаешь на меня бухгалтером и расчётчицей с приличной зарплатой. Катюш, с работой в агентстве тебе придётся попрощаться, с тем доходом тебе девочку не отдадут. Завтра я заеду за тобой в перерыве, подадим заявление.

- Я отпросилась до обеда, у меня экзамен.

- Ты у меня умница. Экзамен сдадим, заявление в загс подадим, заявление об увольнении напишем.

- Может подождать с работой, зачем спешить.

-Тебе нужно отдохнуть, сил набраться, ты очень худенькая, почти ничего не ешь.

На следующий день они действительно успели всё, что запланировали днём раньше. Катя отрабатывала в агентстве последние дни, пока Виктория Валерьевна искала ей замену. Все сослуживцы поздравляли и радовались за неё. Екатерину не очень радовало такое замужество, ей хотелось посоветоваться с родным близким человеком, она перебирала всех своих родственников. Бабушек и дедушек сразу вычеркнула из списка по состоянию здоровья. Брат? Его в её замужестве заинтересовать могли только деньги. Отец? Он всегда боялся своей жены, даже в детстве Катя его редко видела, и до последнего её приезда они никогда близко не общались.

Девушка ничего никому не рассказала о предстоящем удочерении, которое её пугало и мешало наслаждаться вниманием, которым окружил её жених. Она понимала, что Сергеем Александровичем руководит не любовь к ней, а забота о ребёнке дочери. Если бы они какое- то время уже были женаты, и он обратился к ней с этой просьбой, она по-другому воспринимала замужество и удочерение, и не рассматривала бы его, как вынужденной мерой со стороны жениха.

Сергей Александрович собирал документы для удочерения, от Кати потребовалась только справка с поликлиники. Из-за занятости по вопросу внучки у него не хватало времени, и он часто просил её заехать в какую-нибудь одну из трёх своих точек для решения какой-нибудь проблемы, что- то проверить, проконтролировать или просмотреть накладные.

Когда Екатерина получила расчёт на прежней работе, кабинет в ресторане и комнатки в кафе стали её частым местом работы. Иногда, чтобы не возиться с документами она занималась ими непосредственно на месте. Её можно было видеть там намного чаще, чем занятого хозяина. Екатерина Сергеевна подружилась с Жанной Алексеевной, несмотря на разницу в двадцать лет. С подачи Сергея Александровича все знали, что Екатерина Сергеевна невеста хозяина, но на тему дочери и внучки он смолчал. Сам Сергей Александрович был занят битвой за внучку, подал документы в суд. Катя подписала генеральную доверенность на представление её интересов.

До дня регистрации брака оставалось три недели, но будущий супруг не заговаривал ни разу на тему свадьбы. Катя не знала, как это будет происходить, можно будет ей пригласить кого из близких людей? А, может они просто, будто шли мимо, зайдут, распишутся, получат свидетельство о браке и всё. Сергей Александрович ничего не говорил, а спрашивать сама Екатерина стеснялась. По хорошему настроению жениха, девушка поняла, что документы на удочерение собраны: «Всё, Птенчик, распишемся, заберём Милу».

- Зою.

- Что ты сказала? Не понял.

- Зою. Я сказала, заберём Зою. Девочку назовём Зоей.

- Зоей? Хорошо, милая. Как скажешь. Зоей, так Зоей. Значит, заберём Зою. Красивое и редкое имя. Может ты права, так будет и лучше для всех. Теперь нужно подумать о бракосочетании. Праздновать будем естественно в ресторане, у меня всё уже схвачено, приказал на этот день не принимать заказы ни в один из залов, он будет полностью закрыт на спецобслуживание. Тебе наряд присмотрим. Платье должно быть белым, самым красивым, для самой красивой и доброй девушки. Милая, тебе в салон нужно записаться, на причёску, ну и на всё остальное, я в этом плохо разбираюсь. Всё должно быть по высшему классу, мне должны все завидовать. Птенчик, в среду займёмся покупками.

- Говорят, жених не должен видеть платье невесты до свадьбы.

- Я в приметы не верю, всё у нас будет хорошо. Купим кольца. Один больше не буду рисковать.

Эти недели были заняты подготовкой к свадьбе. Помимо подарков от жениха, были приобретены белые, кожаные, перламутровые туфли, колье из жемчуга, диадема для причёски, которая была обговорена с парикмахером и белое, очень красивое платье. Екатерина хотела более строгое платье, облегающее фигуру, но перемерив несколько на свой вкус, согласилась с выбором жениха: короткий рукав, приоткрытая спина, пышная юбка с небольшим шлейфом была декорирована большими ажурными цветами. Такие же цветы, только мелкие на белых длинных перчатках.

В комнате Лизы Сергей Александрович сделал перестановку и частичную замену мебели: появилась детская кроватка-качалка и столик-комод для пеленания. Все вещи, хранившиеся в этой комнате в шкафах, на антресолях, в столе или тумбе были сложены им в большие бумажные пакеты и отвезены центр малоимущих. Катя удивилась, когда протирала пустые ящики, полки шкафа, что исчезли даже мягкие красивые игрушки, с которыми впоследствии могла играть девочка. Пропало всё, что принадлежало Лизе и в других комнатах. Екатерина не понимала, почему жених для малышки выбрал именно комнату Лизы, ведь помимо этой комнаты, их спальни, гостиной и кабинета была ещё одна комната, в самом углу квартиры, которая была меблирована, но не использовалась. Большие картонные коробки, наполненные женскими старомодными вещами, стоящие вдоль стены, тоже бесследно исчезли.

- Птенчик, напиши список, что понадобиться малышу, крупными покупками займусь я, а детскую одежду и игрушки подбери ты.

Катя была поражена его словами. Всеми покупками вещей, вплоть до белых колготок под свадебное платье руководил он, и вдруг такой поворот дел. С помощью интернета она написала список необходимых вещей и выполнила просьбу жениха, и с тех пор она часто заходила в магазины для новорожденных, покупала ползунки, распашонки, комбинезоны, чепчики, раскладывая их по полкам пустого шкафа.

Вечерами она показывала ему свои покупки, он внимательно их рассматривал, смеялся, хвалил её и восхищался разнообразием детских вещей, которого раньше не было в таком количестве или было дефицитом.

Каждый день Сергей Александрович привозил для Зои то ванночку для купания, то коробку мелочей из аптеки и обязательно что-нибудь вкусненькое для Кати. Изменилось ежемесячное перечисление Екатерине. Помимо, увеличенной в два раза суммы на прежнюю карточку, Катя ещё получала зарплату на другую карту со своего нового места работы.

Однажды, когда Екатерины после работы занималась дома бухгалтерскими делами, неожиданно услышала стук входной двери. Она была предупреждена, что жених сегодня задержится и будет поздно, а больше она никого не ждала, и была удивлена, увидев Лизу.

Со дня подачи заявления в загс Катя видела, что Сергей Александрович перестал мучить дочь своими претензиями и нравоучениями. Он прекратил по нескольку раз в день звонить Лизе, и Екатерина больше не слышала его крик, при разговоре с дочерью по телефону. Жених больше не только не говорил о ней часами, как прежде, но даже не упоминал её совсем, и девушка решила, что они нашли компромисс в женитьбе отца и в удочерении Катей ребёнка.

Будущая мачеха раскрыла рот, чтобы ответить на приветствие внезапно вошедшей предполагаемой падчерицы, но вместо этого услышала: «Где он? Уйди с дороги. Чего стала, рот раскрыла? Я хочу с ним поговорить. В глаза посмотреть. Тоже мне отец называется. Шлюху завёл, о дочери забыл».

- Сергея Александровича дома нет. Что-то случилось? Позвони ему.

- Не строй из себя дурочку, а то ты не знаешь? Он мой номер, наверно, в чёрный список кинул. Пятый день дозвониться не могу. И, где же он прячется? Что, ты молчишь, овца безмозглая. Совсем онемела, дура нищая? Он, что, козёл блудливый, забыл, что маме обещал?

Лиза бегала по комнатам в поиске отца. Кате захотелось спрятаться от оскорблений, и она ушла в их комнату. Услышав очередную брань и крики из соседней комнаты, Катя ещё сильнее вжалась в кресло. Она понимала, что надо учиться постоять за себя, пересилить детский страх, но не могла. Как трудно это бывает, когда с ранних лет тебя оскорбляют, унижают, только постоянно слышишь, что вечно мешаешь, от тебя пользы никакой, только путаешься под ногами.

Из соседней комнаты раздался грохот и треск, Катя на несколько секунд привстала с кресла, но решительность покинула её, и она опять опустилась в кресло и села, поджав ноги и обняв себя руками. Катя вздрогнула, когда дверь в комнату с силой распахнулась.

- Что, скотина, добилась своего? Залетела, шлюха? А я смотрю, что это он больше о моём ребёнке не беспокоится, не звонит, не надоедает, а тут оказывается свой на горизонте. Где мои вещи, вещи мамы? Что, сволочь, гнёздышко вьёшь, всё к рукам прибираешь, в угол забилась, чувствуешь, что совесть нечиста, не получиться у тебя ничего. Слышишь, овца, я ему скажу, что твой ребёнок от Егора, и он подтвердит.

Екатерина сидела молча и тихо, и не получив сопротивления, нападающая покинула квартиру хлопнув дверью. Сергей Александрович вернувшись, нашёл её уснувшей в кресле.

- Птенчик, ты, что здесь сидишь?- ласково шептал он, гладя по голове и целуя в уголок губ и растирая её затёкшее, от неудобного положения, тело.

- Лиза приходила. Она очень ругалась, злилась, что-то крушила в детской комнате.

Это была детская кроватка. Увидев разломанные боковины, дырку в днище Катя обрадовалась, что не вошла на шум и не попалась под горячую Лизину руку, ведь их весовая категория была разная.

- Она не могла до тебя дозвониться, сильно нервничала. Наверно, переживает за тебя, а ты не отвечаешь, позвони ей.

- Лиза переживает за себя. Я не перевёл ей на карту деньги в начале месяца.

- Забыл или денег нет? У меня есть.

- Успокойся, милая, я ничего не забыл, просто решил, что моя финансовая поддержка ей вредит.

- Она говорила, что ты же обещал её матери. А как же она будет жить, чем платить за квартиру?

- За квартиру не нужно ей платить, оформлен автоплатёж. А её матери я обещал вырастить и выучить её.

Сергей Александрович собрал осколки кроватки, разодранный матрасик вынес всё в мусорный контейнер, а на следующий день купил другую кроватку-качалку и поменял в квартире замки.

Загрузка...