Деревенская Принцесса

Глава 1. Известие за ужином

Ужин проходил молча. Мама и папа изредка переглядывались, но не говорили ни слова. Единственное, что нарушало тишину — редкое звяканье столовых приборов.

Я, зная, что ни к чему хорошему такое молчание в итоге не приведёт и мне выдадут какую-нибудь «потрясающую» сногсшибательную новость, в конце концов, не выдержала.

— Вы так и будете переглядываться? — раздражённо выпалила я. — Может, мне хотя бы скажете, что случилось? Я хоть тоже поволнуюсь вместе с вами. Скучать не буду!

— Что-то мне маловато вина, пойду, налью ещё, — произнёс папа и, взяв бокал, ушёл из столовой, а заодно и от разговора.

Мама проводила его неодобрительным взглядом.

— Кирочка, — начала она.

— Так, понятно, — бросила я салфетку, лежащую на коленях, рядом с тарелкой. – Говорим «Кирочка» и Кирочка сразу понимает, что новость будет зашибись!

— Кира! — возмутилась мама. — Сколько раз я тебе говорила, оставляй эти уличные словечки за порогом дома! А лучше вообще следи за своей речью! О чём ты вообще думаешь? Тебе что, нужно когда-нибудь в интервью сказать нечто подобное и опозориться?

— Не опозорюсь! Так все говорят, все парни и девчонки. Это даже не ругательство, а просто крутецкое слово.

— Час от часу не легче, — тяжело вздохнула мама. — Крутецкое слово…

— Мам, ну перестань. Что ты мне хотела сказать? — вернулась к изначальной теме я. — Что произошло?

Мама снова вздохнула, на этот раз ещё глубже, и произнесла:

— Только ты не паникуй, и не очень расстраивайся. Ну, подумаешь, не получится в этот раз, получится в другой.

— Та-а-ак… — недовольно протянула я.

— Да и масса других возможностей будет в будущем. Просто сейчас такой момент, когда мы не можем себе этого позволить и…

— Ма-а-ам! Ну говори уже! — чуть было не кричала я. Вступление было таким, что я всё поняла — сейчас мне скажут что-то, что повергнет меня в шок. Как минимум. — Ненавижу такие вот паузы и оттягивания до самого последнего момента. Можно подумать, что если сообщить мне плохую новость через полторы минуты, я всё буду воспринимать мягко и спокойно.

— В общем, твою поездку на каникулы на Мальдивы, мы вынуждены отменить, — наконец сообщила мама.

Новость ошарашила настолько, что я так и замерла.

Дыхание спёрлось.

— Ты только не переживай, — забеспокоилась мама и поспешно налила из графина минералку в мой стакан. — Попей водички, успокойся. И не думай, что нам далось легко это решение. Мы тысячу раз всё обдумали и пересмотрели все возможные варианты, но выход остаётся только такой.

— Но почему? Как? Я так мечтала, я же так хотела! — к горлу тут же ком подступил. — Я всем подружкам уже успела рассказать, что я еду на Мальдивы. Я во всех интервью похвасталась об этом ещё месяц назад!

— Ну, в этом нет ничего страшного. Это шоу-бизнес, тут и не такое бывает… Некоторые свадьбы отменяют, уже не говоря о других незначительных вещах. И ты всегда можешь сказать, что планы изменились. Сплетни, сама знаешь, пойдут всегда только на пользу. Придумаешь что-нибудь.

— Да, придумаю, но я так хотела! Я уже выбрала купальники, решила, какую одежду с собой возьму, какие платья, — на последних словах из глаз хлынули слёзы. — Па-а-ап!

Молчание в ответ.

— Па-а-па-а!

— Извини, Кира, я что-то не могу открыть бутылку, — донеслось с кухни.

— Неправда, ты просто не любишь, когда я плачу, — вскочила из-за стола я. — И что теперь? Я должна всё лето провести здесь, в четырёх стенах? Как вампир ходить бледной?

— Ну ты можешь сходить в солярий, — предложила мама. — Посещать спа.

— Мы что теперь, бедные?

— Кира, после того, как сериал закрыли, мы не можем тебе найти ни одну роль. Ты думаешь, мы не пытаемся?

— Плохо ищете, — топнула я ногой.

— Ты и сама понимаешь, что не всё так просто, — сделала мне упрёк мама. — Ты стала заложницей своего образа и ни одна кинокомпания не верит, что ты справишься с другими, более серьёзными ролями.

Перед глазами возник образ лазурного океана, чистого песка и стало просто невыносимо. Я ведь так мечтала оказаться на островах! Позагорать, поваляться на пляже. У меня так давно не было отпуска — я работала в сериале и целыми днями находилась на съёмочной площадке.

Из-за того, что мне досталась главная роль, ни о каких отпусках и речи быть не могло. Пока народу нравилась мыльная опера и рейтинги били все рекорды, телеканал, занимающийся съёмками, выпускал на экраны один сезон за другим. Никого не интересовало, что я дико устаю, как и другие герои проекта — ведь мы сами подписали кабальные контракты и теперь были полностью зависимы от них. Мы получали хорошие деньги, но их бы не хватило для оплаты неустойки, если бы однажды мы решили уйти из сериала.

История четырнадцатилетней певицы из провинции, покоряющей огромный город, пришлась по вкусу многим подросткам. А я, как героиня, стала украшать все школьные принадлежности, плакаты с моим изображением висели в комнатах поклонников, а на официальном сайте постоянно появлялись восторженные отзывы фанатов.

— Кира, в конце концов, ты можешь поехать к бабушке, — вышел из кухни папа с открытой бутылкой белого вина. Он пытался произнести это с таким воодушевлением…

Я просто взвыла от этого предложения. Как ни крути — колхоз и Мальдивы, всё-таки, вещи кардинально разные.

— Ну уж нет, я лучше в солярий схожу! — заявила я, убежала к себе в комнату и захлопнув дверь, плюхнулась на кровать.

Глава 2. Персональный водитель

Как же я всё-таки отвыкла от жизни вне большого города.

Когда я и ещё пара человек вышли из вагонов на небольшую станцию, мне показалось, что время здесь попросту остановилось.

Электричка стремительно исчезла, а вместе с ней и растворился громкий стук колёс.

Я сделала ладонью козырёк и, закрыв глаза от яркого солнца, огляделась. Хиленький деревянный вокзал с покосившейся крышей настолько, что казалось, будто она вот-вот рухнет, а стены падут как карточный домик… Поле и одиноко стоящая яблоня с назревающими плодами.

Довольно неприглядный пейзаж, навевающий скуку.

Где-то вдали паслись коровы, мычащие из раза в раз, стрекотали кузнечики.

Было тепло, пахло сеном и яблоками…

— Для полноты картины не хватает только одинокого перекати-поля, гонимого ветром, — еле слышно произнесла я.

— Ну, я бы не сказал, что здесь так уж всё и плохо! — раздался обиженный голос сзади.

Я быстро повернулась, да так резко, что споткнулась о собственный чемодан и рухнула прямо на него, разодрав ладони.

Со стороны вокзала, с задней части, ко мне подбежал парень. Как только он приблизился, до меня донёсся стойкий запах солярки и лошадины.

«Какой колхоз! — подумала я».

— Эй-эй-эй! — запереживал парень и помог мне встать. — Мне велено тебя доставить целой и невредимой. Так что, окажи милость, хоть немного проявляй свой инстинкт самосохранения.

— Велено?

— Ну да, велено. Твоей бабушкой.

— Это что, реалити-шоу? — разозлилась я встав, быстро отряхнувшись и поставив чемодан.

— Что, прости? — не понял парень.

— Почему ты разговариваешь так, будто мы с тобой в каком-нибудь историческом фильме? Где ты этой байды нахватался?

— Не понимаю, о чём ты, — развёл руками он.

— Ну да, конечно… Ясно, значит, каникулы я проведу там, где время остановилось лет двести назад минимум.

Парень покачал головой.

У него были густые кучерявые волосы чёрного цвета, широкие брови, толщиной с палец и пронзительные серые глаза.

Белая футболка, на удивление чистая, как и остальные вещи на нём, обтягивала мощную фигуру. Такие бывают только у тех, кто с детства занимается тяжёлым физическим трудом, а не пьёт протеиновые коктейли.

Расстегнутая клетчатая рубашка, накинутая сверху, развевалась на ветру. Рукава парень небрежно закатал, а джинсы внизу собрались в огромные складки.

Не могла не броситься в глаза и пряжка на ремне из жёлтого металла, отполированная до блеска временем.

— Ну что, поехали? — спросил парень.

— На чём, ковбой? Ты спрятал в кустах двух прекрасных лошадей? — с издёвкой произнесла я.

— Вообще-то всё куда более прозаично. Пойдём со мной, — махнул рукой кучерявый и, не дождавшись от меня какого-либо ответа, направился за вокзал.

Схватив чемодан, я тут же поспешила следом.

— Ах, да… Извини! — мгновенно развернулся парень, бесцеремонно выхватил у меня ручку чемодана и пошёл дальше.

Ну и манеры… Конечно, нельзя сказать, что я прям вся такая интеллигентная и ем только с ножом и вилкой. Но элементарные правила поведения должны же быть. Да и к тому же я ведь девушка! Ко мне должны проявлять внимание, заботу. А тут что? Никакой романтики или лёгкого флирта, о котором можно было бы помечтать.

Отлично — мало того, что я не на Мальдивах, к тому же, первому встретившему меня здесь парню на всё попросту по барабану! А ведь я звезда, между прочим!

Обойдя старое здание и спустившись со станции, я увидела небольшой синий фургон, дышащий на ладан.

— Ну теперь-то понятно, откуда этот мерзкий запах, — недовольно произнесла я.

— Что, прости? — не расслышал парень и посмотрел на меня, сузив глаза.

— Я говорю: ты меня убить решил, что ли?

— Почему это?

— Да ты только взгляни на эту таратайку! — возмутилась я.

Вид у машины был такой, что казалось, будто она на глазах развалится. Чихнуть только стоит и на месте фургона будет груда железа и раскатывающихся деталей.

— Да всё нормально, ты не бойся, — заверил парень, открыл скрипящий багажник и с лёгкостью закинул в него чемодан.

— Аккуратно, там мои… — воскликнула я.

— Что? — перепугано на меня посмотрел парень, затем на чемодан и снова на меня.

— Платья.

— Фух… А реакция такая, будто там фамильный сервиз.

— Не ёрничай! На эту развалюху без слёз не взглянешь! Это что, будет экспресс-поездка в последний путь?

— Ты преувеличиваешь. Фургончик хоть и старенький, но весьма надёжный. — Кучерявый дружески похлопал машину по боку. — На нём ещё мой дед катался.

— Потрясающе! Вот лучше бы ты мне этого не говорил сейчас, честное слово. Теперь я точно на ней не поеду. Лучше пешочком дойду.

Я показательно скрестила руки и встала в позу обиженной принцессы.

— Слушай, другой машины у меня нет, — твёрдо сказал парень и запрыгнул на сиденье водителя. — К тому же, тебя ждёт бабушка. Твоя, между прочим. Прояви хоть каплю уважения, не заставляй её тебя ждать. Она вот даже персонального водителя для тебя отправила.

— Да? Тогда почему вместо него ты? — удивлённо вскинула руки я.

— Нет, ты не поняла. Я и есть твой персональный водитель.

— Очень смешно!

— Не переживай, всё будет как в лучших домах Лондона и Парижа.

Я оглядела машину… Потом парня. Что-то в нём необъяснимо притягивало. На внешность он был совсем обычным, ничего выдающегося, но почему-то так и хотелось на него в лишний раз посмотреть, или услышать какую-нибудь заковыристую фразу.

Глава 3. Родной колхоз

Машина ехала по неровной дороге, невероятно трясясь и издавая рёв.

— Так говоришь, ты к нам на каникулы? — спросил парень и взглянул на меня.

— Да, — ответила я, и машина подпрыгнула на очередном ухабе. — Ты лучше вперёд смотри, а то вообще сейчас застрянем посреди поля и придётся тебе мой чемодан тащить до самого дома.

— Ничего, дотащу. Не такой уж он и тяжёлый. А ты расслабься, а то какая-то слишком напряжённая. Там у вас все такие?

— Где там? — не поняла я.

— Ну как… В большом городе, конечно. Я слышал, что там люди не ходят, а несутся, вечно уставшие, злые.

— А ты что, ни разу не был в городе?

— Ну-у-у… — протянул парень смущённо. — Пару раз проездом приходилось бывать. Но зрелище не из приятных.

— Это почему же?

— Слишком шумно, слишком людно… И слишком всё большое. Нет, мне по душе деревня, всё-таки. Чистый воздух, свежее молоко... Кстати говоря, многие городские жители никогда не пробовали настоящего молока. Ты представляешь? Как много они потеряли… Эх! В общем, здесь мой дом. Тут спокойно, уютно. Да и веселья у нас хватает.

— Веселья? Прокатиться на лошадях и сходить на речку? — подколола я. — Тебе сколько лет хоть?

— Шестнадцать, — ответил парень.

— А выглядишь намного старше.

— Ну так! Деревенская работа закаляет.

С обеих сторон дороги, по которой мы ехали, расстилались кукурузные поля. Солнце то пряталось, то выглядывало из-за туч. Но всё равно было довольно жарко.

— У нас на самом деле не так уж и скучно. Нам многого и не надо. Бывают ярмарки всякие, праздники. Их вполне хватает. Всё-таки, в городе и деревне всё по-разному, — говорил парень.

Я посмотрела на своего спутника. Машиной он управлял так ловко, будто с самого рождения научился водить.

— А что, у вас тут можно несовершеннолетним на тачках гонять? — не поверила я.

— А ты что, можешь назвать это тачкой? — вопросом на вопрос ответил парень и улыбнулся. — Трактор и то быстрее едет. Но вообще, да, подобные фургончики почти у всех парней есть. У нас же тут ни автострады, ни светофоров нет. А если что-нибудь отвезти надо, не всегда мопед да велосипед пригодны будут. Городские правила на деревню иногда не распространяются. Уровень жизни слишком разный.

— Ясно, — понимающе кивнула я. — Ты, я смотрю, простой? Рубаха-парень?

— Ну-у-у, нет. Это я с тобой такой разговорчивый только. А вообще из меня тяжело вытянуть что-то. Себе на уме, что называется.

— Не льсти себе, — засмеялась я. — Ты болтун, каких ещё поискать надо.

— Хорошо, как скажешь, — весело согласился кучерявый.

Мы резко подпрыгнули и, машину сильно тряхнуло, после чего она остановилась.

Парень несколько раз нажал на газ, но ничего не получилось. Как стояли мы на месте, так и оставались, нисколько не отъехав.

— Что такое? — спросила я. — Всё-таки, мой совет смотреть на дорогу, был уместным?

Кучерявый ничего не ответил. Он вышел из автомобиля, обошёл его и, посмотрев на переднее колесо с моей стороны, сказал:

— Всё. Дальше пешком пойдём. Понесу теперь твой чемодан. Я же говорил, что всё будет как в лучших домах Лондона и Парижа.

— И далеко? — поинтересовалась я. — Что, никак нельзя позвать на подмогу?

— Ну, можно…

— Так за чем же дело стало? Позвони.

Парень, услышав последнюю фразу, расхохотался так, будто я ему только что рассказала очень смешной анекдот.

— В чём дело? Я же просто…

— Позвонить… Как? У нас тут мобильных нет, — выговорил кучерявый, еле успокоившись. — Да и зачем они?

Я достала свой телефон и уже было хотела позвонить бабушке, но мой энтузиазм мигом улетучился: в этой зоне мобильный не работал.

— Отлично, — выговорила недовольно я. — Я теперь ещё и без связи с внешним миром осталась! И правда, зачем вам мобильные, когда тут ничего не ловит? Как вы тут вообще живёте? Голубиной почтой пользуетесь?

Кучерявый развёл руками, затем пошёл к багажнику и достал мой чемодан.

А я тем временем вышла из машины и посмотрела, что же привело к поломке.

Оказалось, что правое переднее колесо угодило в яму и без помощи тут обойтись нельзя было никак.

— И часто у тебя такое случается? — спросила я, разглядывая нанесённый урон.

— Нет, — признался мой спутник. — Очень редко. Я же по этой дороге раз в сто лет езжу…

Я почувствовала себя виноватой. Лучше бы пешком дошла, как много лет назад. Но я почти не помнила дорогу и вообще казалось, что здесь всё так сильно изменилось. Будто бы дежавю, когда тебе сдаётся что где-то уже ты всё это видел и бывал тут прежде…

— Ты что, задумалась? — спросил меня парень, подойдя сзади.

— Немного, — призналась я.

— Ну, тогда пойдём.

— Постой! А ты не хочешь поставить на сигнализацию машину? — удивилась я.

— Не-а. Её никто и не заберёт, уверяю, — усмехнулся кучерявый. — Воровать там нечего, да и некому. Мы народ простой и бедный, особо не обберёшь.

И мы пошли по проходу, с обеих сторон которого возвышались огромные початки кукурузы.

Я шла и думала — вот сейчас я приду и встречу Эрика. А хотела ли я его встретить, или нет? Внутри все чувства перемешались и определиться было очень нелегко.

С одной стороны, я была обижена и огорчена, что он так ничего и не понял. А с другой было интересно — как сейчас поживает парень. Всё-таки, как ни крути, у меня остались приятные воспоминания и я хоть немного, хоть самую малость, но скучала по нему.

Глава 4. Ночное приглашение

Вдоволь наевшись любимых пирогов и напившись чаю, я поговорила с бабушкой.

Рассказала ей о новостях, о том, что я теперь не востребована. И конечно, получила поддержку. Бабушка сказала, что у меня обязательно всё получится и я приглянусь ещё не одному режиссёру. Главное только — уметь ждать и истинно верить в свою мечту.

Но мысли у меня были совсем о другом.

Об Эрике.

Когда я смогла попрощаться и уйти в свою комнату, я села у окна, закутавшись в вязаную шаль и вгляделась в даль.

Стрекотали сверчки, дул прохладный ветер, шуршала листва.

Небо было усыпано невероятно большими звёздами. Они были так низко, что казалось, будто стоит руку протянуть и я смогу их достать.

В моей комнате всё было по-прежнему… Старые выцветшие обои с цветочными узорами, кровать с пыльной периной, кресло, укрытое пледом. В общем, обычный такой деревенский быт, где главное простота и удобство, а не показушный шик.

Я была здесь, в родном доме, где когда-то проводила много времени. Но почему-то всё казалось таким чужим. Словно не моим.

Как же сильно поменялась моя жизнь после того, как я стала сниматься в сериале. Я получила хорошую роль, большие гонорары… И изменилась. Но в лучшую ли сторону?

Теперь я была не такой простой девчонкой, как раньше. Почувствовала вкус красивой жизни и стала считать, будто я лучше других. Какой бред. И выглядела наверняка, как капризная городская кокетка, когда разговаривала с Эриком. Зачем-то ляпнула про голубиную почту и развлечения, будто у них тут и заняться нечем. Можно подумать, что Интернет, кинотеатры и ночные клубы — единственные способы весело провести время. Наверняка же обидела парня, да и показала свою избалованность.

Все мысли сводились к Эрику. Я видела его! Общалась! Спустя много лет… Но так, будто это происходило впервые. От стыда, что всё произошло именно так, готова была просто сквозь землю провалиться.

Он мне нравился и теперь. Но я не могла даже самой себе объяснить, что именно меня в нём привлекает. Да, симпатичный, интересный, но не более… Но есть в нём что-то, что влекло, что-то, за что я его полюбила! Не просто же так! А, может, всё дело было не во внешности, не она меня подкупила? Может, всё намного серьёзнее и глубже?

От обиды захотелось расплакаться, слёзы мигом навернулись на глаза. Люблю ли я его сейчас, или нет? Да, но не так сильно, как раньше. Я спрятала эти чувства глубоко внутри, чтобы они не приносили мне боль. А он меня? И вообще, зачем я приехала сюда… Чтобы душу себе на части рвать от былой безответной любви?

Как же сложно было разобраться. Но если я не могу сама понять свои чувства, о чём тогда вообще можно говорить? Или всему нужно время, чтобы посмотреть на наши отношения под новым углом и, наконец, определиться, что делать и как быть дальше?

— Кира, — послышался знакомый голос снизу.

Я решила, что мне показалось. Замечталась настолько, что мысли стали проникать в реальность.

— Кира, — раздалось снова, но чуть громче.

Я посмотрела вниз и увидела его…

Эрик стоял внизу под окном, возле дерева, одетый в чёрную ветровку.

— Эрик? — удивлённо произнесла я и быстро вытерла с щёк слёзы, стараясь это сделать как можно незаметнее.

— Да, как видишь. Я завтра собирался в центр, купить нужно всякой мелочи, — объяснил парень. — Хочешь со мной поехать?

— Конечно! — выпалила я так, будто от ответа решалась как минимум дальнейшая судьба всей моей жизни.

От собственного голоса, я даже дёрнулась и прижала ладонь к губам. Не хватало ещё бабушку перепугать ненароком.

— Хорошо, — усмехнулся Эрик. — Ну я тогда пойду. Завтра утром заеду и отправимся.

Кучерявый юноша развернулся и собрался уже уходить, как я его окликнула:

— Постой.

Парень повернулся.

— Эрик, извини меня, пожалуйста. Я тебя не узнала совсем, — призналась я. — Ты так изменился.

— Надеюсь, что в лучшую сторону, — усмехнулся Эрик. — Да ладно, всё нормально. Я сразу понял, что не узнала.

— Как?

— Да ясно дело-то… Если бы ты узнала, вела бы себя совсем по-другому, — грустно объяснил парень.

Его волосы взъерошил ветер, а куртка раздувалась, делая и без того мощную фигуру в два раза больше.

 — Пару раз замечал, что я тебе знакомым показался, — вспомнил Эрик. — Но ты видимо этому значение не придала.

Я поразилась. Насколько же он проницателен!

Вдвойне стало стыдно и неудобно, но, по крайней мере, я была честна с парнем и, самое главное, перед самой собой. Ломать комедию и дальше мне совсем не хотелось.

— Ну ладно, теперь точно пойду. Заеду утром, — пообещал Эрик напоследок и, развернувшись, зашагал прочь.

Я смотрела, как он медленно исчезает в темноте. Несмотря ни на что, он был мне близок. Нас связывало общее прошлое, наша общая история. И сколько бы мы ни пытались его зачеркнуть, забыть или не замечать, прошлое всегда остаётся лишь принять таким, какое оно есть.

Эрик уходил всё дальше и дальше, а резкие порывы ветра доносили до меня стойкий запах солярки…

Глава 5. Варенье и прикосновение

Я проснулась от стука в дверь и бабушкиного голоса:

— Кирочка, просыпайся. Пора вставать, Эрик уже приехал.

— Уже, уже встаю, — сонно сообщила я.

Солнце светило сквозь шторы, слышалось кудахтанье кур и отдалённое мычание коров.

Не совсем привычный звуковой фон… Уж слишком отличается от шума машин и разговоров вечно спешащих куда-то людей. Прав был Эрик — в больших городах люди живут в безумном ритме, поэтому и жизнь пролетает у них очень быстро. Всё надо успеть, быстро сделать…

Я умылась, надела джинсы и топ, затянула волосы в тугой конский хвост и вышла из комнаты.

По всему дому разносился приятный аромат оладий, горячих и вкусных даже по одному запаху.

Спустившись по лестнице и глубоко вдохнув и выдохнув так, будто мне предстояло пройти какой-то важный кастинг, я зашла на кухню.

— С добрым утром, — поздоровалась я.

— С добрым, — отозвался Эрик, завтракая и особо не обращая на меня внимания. Он сидел за большим деревянным столом, накрытым красно-белой клетчатой скатертью и расправлялся с приличной горой оладий, политых сверху клубничным вареньем.

Его аккуратно расчёсанные волосы волнами уложились на голове. А чёрная спортивная майка с глубоким вырезом и узкими бретельками позволяла разглядеть округлые формы мышц на руках и чёткую линию груди.

— Ну наконец-то, наша принцесса соизволила почтить нас своим присутствием, — заулыбалась бабушка и поставив напротив Эрика ещё одну тарелку, выложила на неё порцию оладий для меня.

— Ну бабушка, — показательно надулась я. — Никакая я не принцесса.

— Плоха та девушка, которая не стремится ею быть. Давай, нужно плотно позавтракать.

Я села за стол и из стопки горячих оладий отложила на край все, кроме двух штук. Эрик удивлённо посмотрел сначала на меня, потом на тарелку, и в итоге снова на меня.

— Мне много есть нельзя, — сразу всё пояснила я. — Иначе карьеры мне не видать.

— И что, я зря, что ли, готовила? — расстроилась бабушка, всплеснув руками.

— Ну почему же? — быстро попыталась я исправить всю ситуацию. — Эрик поможет. Такому сильному парню нужно много сил.

Брюнет никак не стал реагировать на мою реплику, переключив всё своё внимание на завтрак. Но красный румянец, проявившийся тут же на его щеках, был заметен невооружённым взглядом.

Я попыталась сделать вид, что ничего не увидела. И с каких это пор я начала так откровенно заигрывать с Эриком, тем более при бабушке?

— Ты что это удумала? Осиную талию себе сделать? — выпекая новую порцию мучного лакомства, спросила бабушка. — Пока молода, можно есть всё что хочешь. А придёт время, когда захочешь, а нельзя будет уже. С возрастом следить за фигурой всё труднее. Уж я-то знаю, поверь моему жизненному опыту.

Бабушка вздохнула после этих слов, а я приготовилась завтракать.

По центру стола, между мной и Эриком стояла открытая банка с клубничным вареньем.  Я протянула руку, чтобы её взять, но именно в этот момент за ней потянулся и парень. Всё это произошло так быстро и одновременно, что наши пальцы на мгновение соприкоснулись, мы встретились взглядами… и, почувствовав друг друга, как ударившиеся током, тут же одёрнули руки и потупили взор.

Всё, как в дешёвом романтическом фильме: прикосновение, взгляд, отвод глаз.

От наших движений банка слегка подпрыгнув, цокнула и пошатнулась, но осталась на месте. К счастью, варенье не пролилось.

Бабушка на эти звуки никак не отреагировала и даже не повернулась. Наоборот, она словно вообще отсутствовала, стараясь быть как можно более незаметной.

Но мне всё равно стало как-то не по себе. Сердце учащённо забилось, лицо обдало жаром, а потом холодом и казалось, будто мы только что сделали что-то неприличное. Но ведь это такой бред! Времена, когда даже лишний взгляд в сторону порицался, давно прошли.

Но отчего же мы так странно поступили? Ведь могли же сделать вид, что ничего не произошло. В крайнем случае, улыбнуться и уступить друг другу, чтобы это выглядело вежливо.

Но нет, мы повели себя гораздо хуже — как влюблённая парочка, внезапно застуканная за страстным и неумелым поцелуем и отпрянувшая сразу, как только зашёл «третий лишний».

Искра любви. Ну вот, только её мне и не хватало для полного счастья.

Глаза… Какие же красивые у него глаза! Такие, каких я никогда в жизни не видела. Светло-светло серые, с толстой тёмной радужкой по краю. И хоть я взглянула в их бездну всего лишь на миг, они продолжали чётко изображаться в моей памяти так, будто я продолжала смотреть в них до сих пор, не отрываясь.

На руке запечатлелись ощущения от прикосновения Эрика и некоторое мгновение они продолжали держаться. Такие тёплые пальцы, большие, мягкие…

Брюнет немного замялся, но вскоре молча продолжил есть. Правда, намного быстрее, чем прежде. А я как ненормальная стала пялиться на него, забыв про то, что мне минуту назад нужно было варенье…

Да какое теперь варенье? Не до сладкого сейчас, есть кое-что поважнее! Точнее, кое-кто…

Эрик не пользовался вилкой, а ел руками. Но как же это было привлекательно! Грубо, по-мужски… В одной руке — оладьи, в другой — большая чашка с чаем, из которой витиевато поднимался едва заметный ароматный пар. Никаких мягких и плавных движений. Только резкость и суровость, отображающие все типично-мужские повадки.

Да уж, мои знакомые и подруги с ума бы сошли от этой картины, влюбившись по уши, за одну только манеру есть. А уж если добавить такие рельефы тела — точно бы отбоя не было. Ничто так сильно нас не манит, как полная противоположность. Хрупкой девушке — крепкого парня. И пусть некоторые из них скажут что-то вроде «Фу-у-у! Да он выглядит как колхозник, не пользуется парфюмом и не бреется», уж я-то точно знаю, что это будет только показательный выпендрёж. А на деле они с ума сходят по таким парням, хранят под подушкой их с трудом найденные и распечатанные фотографии, а три четверти всех своих мыслей посвящают совместным фантазиям.