Михаил Баковец Джинния

Глава 1


Я длинно выругался, когда, раскопав гору хвороста, обнаружил кровавую лосиную шкуру, потроха и костяк животного. Браконьеры действовали по привычной схеме: забрали только мясо, всё прочее спрятали.

Обычно закапывали неглубоко и сверху заваливали ветками и упавшими тонкими деревьями (лисы всё равно докопаются, но зато никто другой не увидит, что же схоронено под этим завалом), но сегодня решили схалтурить и отделаться только несколькими тонкими берёзками, срубленными под корень.

— Саш, лося они убили… стоп, секунду… — я сунул включенный телефон в карман и крепкой палкой раскидал требуху, увидев то, что меньше всего хотел, злобно вновь выругался, потом снова взялся за телефон. — Саш, это лосиха была, беременная.

— Суки! Да что б их… мать-перемать! — охотовед пару минут слал проклятья на головы браконьеров. Ведь все знают, что на лосей охота запрещена, что в уголовном кодексе предусмотрена суровая статья, но всё равно продолжают их стрелять. А сейчас, когда большинство лосих ходят с раздувшимися животами, и вовсе должно быть совестно их бить. Но нет, всегда и везде находятся уроды, которые считают себя выше всех, умнее и… сволочнее. Просто потому, что они могут, а не как некоторые охотники, которые браконьерят ради мясного приварка к пенсии или крохотной зарплате. Последние не выстрелят никогда лишний раз, чтобы не оставить подранка и не возьмут никого крупнее косули или кабана подсвинка или сеголетка.

— Так, — собеседник перестал сыпать ругательствами, — Вить, следы есть?

— Ага, два квадра тут были. Три человека как минимум, дёрнули в объезд Круглого леса на Осиновку. Буквально всё свежее, часа не прошло, как стронулись от сюда.

— Хм, стреляли три часа назад, на обдирку больше двух часов точно угрохали, всё так и получается… там как с лосихой, кстати?

— Голые косточки и требуха со шкурой, так что, провозились они долго, — ответил я.

— Ага, точно много потратили времени. Ты гони напрямую через лес, дорогу должен знать…

— Знаю, знаю.

— Не перебивай. Значит, гони через лес, тем уродам минут сорок в объезд даже на квадрах. Вряд они ли местные, скорее всего, приезжие из соседнего района или окрестных деревень. А я в Осиновку звякну Нюресу, пусть он навстречу выдвинется.

— Ок.

Отключив телефон, я сунул его в кармашек на плече и вернулся к своему «китайцу». Квадроцикл был не новый, но достался мне в хорошем состоянии и дешево. Как и многое из дешёвых товаров в стране, он был китайским, но весьма хорошего качества, пожалуй, лишь чуть-чуть уступал таким известным и дорогим маркам, как «Авдис» или «Комман».

Грязь полетела во все сторона, снизу привычно ударило сиденье, когда квадроцикл запрыгал по кочкам, рытвинам да муравейникам. Тяжёлая и грязная дорога немного успокоила: сложно пыхать злостью, когда во все глаза следишь, чтобы не перевернуться или не влететь в пенёк, скрытый старой травой или густым слоем моха. Но мысли нет-нет да сворачивали на судьбу браконьеров: если попадутся в наши руки, то сначала прочувствуют своими боками, как стрелять лосей, а потом в отделе полиции услышат лекцию, что им грозит. Помню, зачитывали нам сводку, как в Тульской области один охотничек убил лося без свидетелей, оставил шкуру и покатил домой. А потом к нему нагрянули с обыском полиция с егерями, нашли лосиную тушу и получил этот охотничек несколько лет колонии. А всё потому, что оставил отпечаток номера машины в сугробе, когда разворачивался на месте, где ободрал убитое животное. Это было показательное дело, не помогли попытки взяток и хлопотание за него более-менее влиятельных лиц во власти.

Кланц!

Зубы звонко щёлкнули, чуть не охватив кончик языка, и я быстро свернул посторонние мысли.

«Помоги! Спаси! Умоляю тебя!».

От чужого голоса, который раздавался, как показалось, сразу со всех сторон, я вздрогнул, ослабил контроль над управлением и поплатился за это — транспортное средство вильнуло в сторону и влетело боком в узкую и глубокую канаву, заполненную водой. Мне бы тут же остановиться, но я на рефлексах крутанул газ, надеясь выскочить… мотор затрещал ещё громче, квадр сильно наклонился, целый водопад грязи вылетел из-под колес. Я тут же сбросил газ, но было поздно: колёса глубоко зарылись в грязь, по самую раму с одной стороны.

«Помоги! Спаси! Умоляю тебя! Я тут!».

Вновь вздрогнул и покрылся холодным потом. Стало по-настоящему страшно. Я даже потянулся к крестику, который висел под одеждой, но быстро одумался. Не настолько я и верующий, чтобы искать спасение за подобным символом веры. Да и куплен он в ювелирном магазине вместе с цепочкой, не в церкви. Хотя, какие сейчас в мире священнослужители…

«Помоги! Спаси! Умоляю тебя! Быстрее!».

Чужой голос ввинтился в голову, как сверло, вызвав мучительную боль в висках. Ко мне пришло понимание, что голос звучит прямо в мое голове, потому и показалось, что раздаётся разом отовсюду. А направление, где находится неизвестный, вон там. Ещё и непонятно, кто влез ко мне в череп — мужчина или женщина, уж очень какой-то бесполый голос.

«Помоги! Спаси! Умоляю тебя! Поспеши!».

Неизвестный тоскливо тянул почти одну и ту же фразу.

Застонав от острой боли в голове, я плюнул на, плотно засевший в грязи, квадр, который теперь лебёдкой только и тащить. Приспособа имеется, вот только, сил моих нет тут дальше находиться, голова готова просто взорваться. Поэтому я сдёрнул чехол с ружьём, рюкзак, где лежал патронташ и почти бегом бросился подальше. Но успел сделать не больше десяти шагов, когда в голове взорвалась бомба!

«Помоги! Спаси! Умоляю тебя! Не уходи!!!».

В виски уже не одно сверло ввинчивалось — сотня! От дикой головной боли тошнило, перед глазами всё преставало в чёрно-белом цвете, а картинка обзора превратилась в туннель: видел лишь то, что располагалось прямо передо мною, всё по краям закрылось чёрной каймой.

Как сомнамбула я развернулся и как был на четвереньках, так и двинулся на зов. С каждым шагом боль стихала, зрение восстанавливалось, а вместе с этим возвращалась способность трезво мыслить. Через минуту я встал на ноги, отряхнулся (ну, как мог, от слоя грязи на одежде теперь поможет только стиральная машинка и качественный порошок), расстегнул рюкзачок и достал патронташ. Нацепив на пояс, я пристегнул к «вепрю» пятнадцатипатронный барабанный магазин, снаряжённый хитрыми зарядами — пуля-картечь. На расстоянии до тридцати метров подобная штука остановит даже медведя, ну, небольшого, правда. Магазин нелегальный, делался на заказ, и ещё он был жутко тяжёлым. Но в моей непонятной ситуации, чем больше патронов, тем лучше. Жаль, что второй такой же оставил дома, прихватив вместо него пятипатроный коробчатый, в котором сейчас набиты пластиковые цилиндрики с девятимиллиметровой картечью.

«Помоги! Спаси! Умоляю тебя! Ты уже рядом! Будь осторожен!».

То, что нужно быть осторожным я понял с первых мгновений, как увидел эту картину:

На небольшой полянке, образовавшейся вследствие неаккуратного обращения с огнём (туристы разожгли костёр и при уходе нормально не затушили, а тот прошёл по сухой траве до ближайших деревьев и сжёг проплешину метров двадцать диаметров, ещё на сотню деревья вокруг стояли мёртвые, обугленные и без большей части ветвей) возились шесть самых странных созданий, которых я когда-либо видел в этой жизни наяву.

Пять огромных животных (?) похожих на горилл с очень большими головами и с рыжей шерстью по всему телу, пробивавшейся сквозь розовые чешуйки, двумя небольшими рогами на морде, что росли как у носорога (даром, что морды у тварей были лишь чуть-чуть вытянутыми). От размеров и количества зубов пасть нормально не закрывалась, когти на лапах — что верхних, что нижних — могли заставить ленивца помереть от зависти. Одежды на этих созданиях не было, и все существа были как один самцами, судя по внушительным органам, болтавшимся между их кривых ног. Передвигались на нижних лапах, чуть сгибая туловище вперёд и зыркая исподлобья по сторонам.

Шестым был кто-то человекообразный, ростом свыше двух метров, очень широкий в плечах и с неимоверно гипертрофированной мускулатурой. При таких объёмах мышечного корсета неизвестный должен напоминать робота своими неуклюжими движениями, на мой взгляд. Ан нет — он был похож на каплю ртути. Кожа имела тёмно-красный цвет, лицо — застывшая маска садиста (именно что лицо, почти человеческое, только перекошенное в вечной гримасе безумия и ненависти). На лбу несколько багровых небольших рогов с тёмными кончиками, череп покрыт чёрными толстыми жгутами размером с мою руку… прямо на моих глазах один из них зашевелился и поднялся вверх, конец превратился в змеиную треугольную голову, мелькнул кончик раздвоенного язычка.

«Змеи на голове?! Медуза-горгона в мужском варианте?!».

То, что и этот был, хм, мужиком показывало наличие детородного органа устрашающих размеров — он болтался где-то в районе колен!

Одежды на этом создании было чуть больше, чем на «гориллах», ну, если назвать несколько клочков то ли, кожи, то ли, материи, висевших в разных местах на теле, одеждой. В левой руке гигант держал хрустальный сосуд, похожий на кувшин с тонким высоким горлом. Правой рисовал в воздухе — безо всяких приспособлений, одними пальцами, всеми пятью, сложенными в щепоть, он выводил в воздухе знаки — десятки ломаных линий, чёрточек и точек, светящихся ярко-алым цветом.

Гориллы при этом раскладывали вокруг него что-то… что-то…. Только сейчас я увидел два раскуроченных квадроцикла на краю пожарища, а рядом с существами четыре изуродованных человеческих тела. Живот и грудная клетка каждого несчастного была вскрыта, внутренности вытащены, именно их и раскладывали гориллы по земле, создавая замысловатую фигуру. Но при этом люди ещё дышали, хрипели, булькая кровью.

«Не торопись! Жди! Скоро всё случится!».

«Что случится? Что за чертовщина тут происходит? — мысленно закричал я. — Кто ты?».

«У тебя есть оружие! Примени его по моему слову! Спасёшь и меня, и себя! Я отблагодарю!»

Минут десять монстры возились с подготовкой места для ритуала. Главный за это время оказался наполовину скрыт светящимися знаками, окружив себя ими со всех сторон. Потом замер на месте, окинул взглядом всю фигуру — разложенные человеческие органы и магические рисунки перед своим лицом, после чего повелительно махнул левой рукой, в которой держал сосуд. По этой команде пятёрка слуг расположилась вокруг него, образовав лучи пятиконечной звезды, причём, вершина смотрела на запад, основание на восток.

Великан громко заревел, через несколько секунд рёв превратился в рычащий речитатив непонятных слов. Вновь заломило виски, и появилась тошнота. Краски начали тускнеть.

«Пора! Сейчас! Действуй!»

«Что делать?!».

«Убей слуг старшего демона! Быстрее! Скоро ритуал нельзя будет прервать! Демон станет неуязвим! Он уйдёт в свой мир! Ты умрёшь!».

Верить или нет? Мысль билась в голове, как бабочка в закрытой банке. В демонов не верил никогда, но везде они позиционировались, как те ещё твари. Но привели меня сюда вовсе не они, а этот голос в голове. Может, пусть уходят? К чёрту их всех?

«Посмотри на тех, кто попался демону до твоего прихода! Появись ты раньше, и твоё сердце и глаза с языком заняли бы место в пентаграмме перехода! А когда портал откроется, то всё живое на тысячи шагов вокруг будет убито воздухом проклятого мира! И ты тоже! Спаси меня! Убей демонов! Я клянусь служить тебе, глинорождёный! Спаси!!!»

Речитативсменился отрывистыми словами, словно, главгад через силу шевелил языком. Наверное, тот ранее издаваемый им вой был теми же словами, только не различаемыми мною из-за большой скорости произношения. Потом силы демона стали уходить, и я стал воспринимать их как речитатив, а теперь, на последнем издыхании уже разбираю отдельные слова.

Я решился.

До конца так и не поверил неизвестному, но тела людей я видел своими глазами, так что, ничего хорошего от происходящего не ждал. Да и мысль одна билась в голове: главный демон стоял в круге из знаков, а вот гориллы расположились вовне его, и если перейдёт только их начальник, то эта пятёрка останется здесь, рядом со мною.

Я щёлкнул удобным «вепревским» предохранителем, дёрнул затвор на себя, приложил приклад к плечу и навёл красную точку коллиматора на голову ближайшей гориллы.

Бах!

До тварей было менее сорока метров, поэтому почти половина заряда угодила в цель. Жаль, не убил — пуля и картечины изуродовали шею и лицо, но раны оказались не смертельными. При этом создание даже не пошевелилось. Зато главгад заговорил быстрее, сверля меня тяжёлым убийственным взглядом. Это я не приукрашиваю: у меня в глазах потемнело, и появилась трясучка. Точно навести оружие уже не мог, да что там — я на ногах стоял, как если бы бутылку водки употребил с небольшим количеством закуски.

И я решил рискнуть, пообещав себе спросить с неизвестного по полной программе, если, разумеется, смогу и будет мне это по силам.

Шатаясь, я подошёл к месту ритуала почти вплотную и под ненавидящими взглядами всей шестёрки демонов, разрядил весь магазин «вепря» по гориллам. Два выстрела в голову, чтобы череп буквально разнесло на части, третий в грудь, в левую сторону, где должно быть сердце (но это уже для подстраховки — кто там знает физиологию иномировых жителей, может, сердце у них на месте печени расположено или их два, три… а с другой стороны, ведь половые органы вполне себе на привычном месте).

Кровь у созданий была тёмно-красная, словно, венозная и старая, как на скотобойне.

Едва только последняя горилла замертво упала на землю, знаки, окружающие старшего демона, задрожали и стали сжимать круг. Тот ускорил чтение заклинания, оставив их движение, потом сбился, взял паузу на несколько секунду, вновь почти завыл, настолько быстро срывались слова с его губ. Но итог был страшным: знаки, словно, прилипли к его телу и один за другим впитались. Сейчас ничто не отделяло меня от кошмарного создания, но не успел я испугаться, как противник развалился на части. Просто раз — рука там, нога здесь, рёбра с ошмётками плоти сверху, голова с выпавшими глазами откатилась в сторону, тут же засмердело внутренностями, свежей кровью. У меня почти в это же мгновение перестала болеть голова, прошли все неприятные симптомы.

«Ну и?.. — мысленно поинтересовался я у своего недавнего собеседника. — Что дальше?».

— Эй, ты что молчишь? — уже вслух произнёс я, не дождавшись ответа на первый вопрос.

И тишина. Странная, пугающая, мёртвая. В округе не шевелились ветви, не скрипели деревья, даже птиц не слышал и не видел.

— Я сейчас уйду, понял? — предупредил я. Прошло пять минут, но ничего не изменилось. Может, мне достаточно было прибить демонов, чтобы собеседник получил свободу? И неизвестный тут же убрался в… куда-то, в общем. Что ж, мне проще.

Осмотрел поле бойни (никак иначе и не назовёшь), убедился, что в истерзанных телах людей жизнь не теплится, попинал мёртвые туши горилл, потом обратил внимание на старшего демона, точнее тот суповой набор, в который он превратился. В его лапе до сих пор был зажат хрустальный кувшинчик (или, быть может, графинчик). Стволом ружья попытался разжать пальцы, но ничего не вышло. Тогда я достал охотничий нож с длинным клинком и начал им разжимать мёртвую ладонь, освобождая будущий трофей. Как-то даже и не подумал, что вещи иномирной твари лучше не брать, только чуть позже я смог понять, что в этот момент я вёл себя, словно, пьяным, когда логика исчезает, появляется храбрость, бесшабашная удаль.

«Наконец-то!».

Чужой голос раздался в тот момент, когда я взял в руки трофей. От неожиданности тут же выронил на землю.

— Фу-ты ну-ты, — охнул я, потом чуть подумав, присел на корточках над кувшинчиком и аккуратно коснулся его пальцем.

«Возьми нормально в руки!».

«Зачем?».

«Так нам будет проще общаться! Я не причиню тебе вреда, глинорождёный! Я поклялась тебе в служении!».

Поклялась? Да это, получается, у меня собеседница, а не собеседник? Интересненько, с демонессами я ещё не общался. Или она не из Инферно?

«Ты кто?», — задал я вопрос, аккуратно взяв в руку предмет и готовый в любую секунду отбросить подальше в сторону.

«Я Бармина-ала-Аруфа Седьмая Ладонь Красного Крыла Огня!».

«Мне это ни о чём не говорит, — хмыкнул я, с трудом сдержав смех после представления неизвестной. — Ты демон?».

«Что?! Да как ты смеешь такое говорить! Только моя клятва спасает тебя от наказания за столь неслыханную дерзость!», — меня чуть ли не физически окатила волна злости и возмущения, пришедшая от невидимой собеседницы.

«Послушай, седьмая рука…».

«Седьмая Ладонь Красного Крыла Огня!», — с пафосом поправила меня собеседница.

«Так кто ты?».

«Я джиния, магесса на службе Великого Падишаха славного мира Джанханна!».

«Кто? Джинн? То есть, ты можешь выполнить три желания моих? Или больше?», — заинтересовался я. Кажется, я сорвал джек-пот! Джинн — это не демон, если верить мифологии, чаще всего, эти создания честно исполняли договор.

«Могу, но тебе нужно сначала освободить меня из хрустальной тюрьмы. Пока я в ней, то могу лишь давать советы».

Советы потусторонней сущности меня мало интересовали, вот чем она может мне помочь в этом мире? То-то и оно.

«Как тебя освободить?».

«Разбей хрустальную тюрьму!».

Я заозирался по сторонам, выискивая камень или толстый пень, о который мог бы расколотить хрустальный сосуд. Как назло, ничего подходящего не было. Идти до разбитых квадров почти сто метров было лень. Ничего не придумав, я попытался отбить высокое тонкое горлышко обухом ножа, но не преуспел в этом.

«Джинн, слушай, ничего не получается, слишком крепкий этот, зараза, графин».

«Попробуй своим грохочущим оружием!».

«Ээ, а тебя не зацепит?».

«Нет! Действуй же!».

Ну, если нет, то ладно тогда. Я поставил вместо пустого «бубна» пятипатронный рожокс картечью, положил сосуд на землю, отошел на пару метров во избежание возможных неприятностей. Прицелился и выстрелил. Потом еще раз, и еще. Хрустальная тюрьма сдалась только после четвёртого выстрела, выпустив на свободу свою сиделицу.

Я ожидал клубов дыма, как это происходит в фильмах и на рисунках, но Седьмая Ладонь обошлась без спецэффектов. Или же тюрьма к ним не способствовала, и для дыма нужна обязательно медная бронзовая лампа.

— Ох, как же хорошо оказаться на свободе! — радостно воскликнула джинния, оказавшись на свободе. Девушка обладала шикарной умопомрачительной фигуркой с осиновой талией, в меру пышными бёдрами, крепкой попкой и четвёртым размером груди! При этом из одежды на ней почти что ничего и не было, так, несколько кусочков полупрозрачной белой материи, золотых браслетов, цепочек, сережек и ободка на голове, украшенного крупным красным камнем (рубином?). Чёрные густые слегка вьющиеся волосы опускались чуть ниже пояса. И при этом ей фигура была полупрозрачной с красноватым оттенком кожи.

— Привет, — улыбнулся я. В ответ меня смерили презрительным взглядом и ответили кривоватой улыбкой, больше похожей на гримасу после съеденного спелого лимона.

— Как зовут тебя, глинорождённый? — не очень дружелюбно и без ответного приветствия произнесла та.

— Эй, побольше уважения к своему спасителю! — возмутился я такому обращению. — Я спас тебя от демонов, забыла уже?

— Ты даже не маг и не король, — скривилась джинния, внимательно осмотрев меня со всех сторон. — Только обстоятельства вынудили дать тебе клятву подчинения.

— Ты же вроде бы только пообещала? Я же не слышал никакой клятвы. Или этого вполне хватит по вашим джинским обычаям?

— Следи за словами, глинорождённый! Обычаи джиннов! Традиции джиннов! Мир джиннов — славная Джанхална! Никакого коверкания и игры в слова! Или я вырву тебе язык! — мигом вспыхнула та. — Требую меня освободить от служения тебе, за это я не трону тебя, смертный.

— Ну-ну, требуй дальше, седьмая лапа, — покачал я головой, в свою очередь став заводиться от такой «благодарсности».

— Да я тебя!..

— Не лопни от злости. Не так уж мне и нужна такая строптивая и грубая служанка. Исполнишь три моих желания и можешь быть свободна, — дерзко заявил я, посмотрев в глаза собеседнице. — Обещаю. А пока почаще вспоминай, кто спас тебя от этого вот… — я сделал несколько шагов к останкам демона и пнул его рогатую голову с мёртвыми змеями.

— Стой! Не делай этого! — внезапно завопила девушка, когда я только наметился носком ботинка, но предупреждение запоздало, и удар пришёлся в лоб мертвецу. Как только голова качнулась — зашевелилась одна из змей. Вяло приподнялась немного вверх, выпустила кончик языка из пасти, ощупывая воздух, и повернулаголову в мою сторону. Успев отступить на несколько шагов назад, я посчитал себя в безопасности и не обратил внимания на крик джиннии. И зря.

Через мгновение змея открыла пасть и… плюнула в меня желтоватым сгустком, который растёкся по левой ладони, которой я прикрыл лицо. Сделав своё подлое дело, змея, наконец-то, исдохла, как и её хозяин с прочими товарками. Но мне от этого легче не стало.

Руку, словно, в кислоту опустили. Я попытался вытереть яд о землю, об одежду, о шерсть ближней гориллы, но легче не стало. Становилось всё хуже и хуже, нахлынула резкая слабость, и я упал на землю. Потом увидел, как ладонь покрылась язвами, слезла кожа, оголились мышцы и сосуды.

— Зачем? Зачем ты прикоснулся к демону, смертный? — застонала джинния, схватившись за голову руками. — О, Аллах всемогущий!

Меня уже трясло, силы ушли, даже пошевелиться самостоятельно не мог, а поражённая рука была, как у мертвеца месячной давности.

Джинния подлетела ко мне и неподвижно зависла сверху. В другое время такая ракурс непременно понравился, но сейчас у меня уже стало отказывать зрение, а от жуткой боли был готов отгрызт себе поражённую руку, если бы сохранил способность самостоятельно двигаться. Последнее, что запомнил, это как джинния наклонилась надо мною и коснулась моей раненой руки своей левой ладонью, на которой заплясали огненные язычки.

«Будет прижигать… хоть бы помогло», — с этой мыслью я потерял сознание.

В чувство привёл сильный разряд электротока, который ужалил меня в… мягкое место.

— Блин!

Вскочил я аки кузнечик, схватившись обеими руками за повреждённое место. И тут сразу пришли в голову два факта: я жив и вполне себя неплохо чувствую, и что-то не так с моей левой рукой.

— Что за хрень?!

Вместо родной привычной милой глазу левой ладони красовалась кошмарная когтистая демоническая длань, которая была больше моей в два раза. При этом почти никакого неудобства не испытываю, не больше, чем зимой от толстой меховой перчатке.

— Он ещё и недоволен! — зло прошипел знакомый голос за спиною.

Изменился не только я, но и она. Сейчас я видел лишь человекообразный красноватый силуэт и очень-очень сильно прозрачный.

— Седьмая Рука? — насторожено вглядываясь в призрачную фигуру напротив.

— Седьмая Ладонь Красного Крыла Огня, глинорождённый! — знакомо вспылила та.

— Что с тобою? И со мной тоже, а?

Та фыркнула и отвернулась, вроде как отвернулась. По её нынешнему облику сложно что-то понять, прежним остался её голос и, пожалуй, характер.

— Джини, не время обижаться и дуться. Скажи — что произошло с нами? — вновь задал я новой знакомой вопрос.

— Однажды я тебя убью за все эти оскорбления, смертный! — зарычала собеседница и подлетела вплотную ко мне. — Я джинния! Боевой маг! Бармина-ала-Аруфа Седьмая Ладонь Красного Крыла Огня!

— Извини, — я в примиряющем жесте выставил вперёд обе ладони, — не хотел обидеть, просто сложное у тебя имя, тяжело запомнить. Может, есть сокращенный вариант?

— Это он и есть, — заявила та. — Я знала, что люди недалёкие существа, но ты просто слабоумный среди всего твоего племени!

Я в ответ скрипнул зубами: эта девица, джинния, начинает меня раздражать уже всерьёз.

— Прошу меня простить, магесса, но объясните, что с нами обоими произошло?!

— И не надо на меня кричать. Я спасла тебе жизнь, вот и всё. Если бы не клятва, то… пришлось пойти на это, ясно? Все силы истратила, теперь долго буду восстанавливаться, — экспрессивно, но не очень понятно произнесла девушка.

— Но откуда взялось вот это? — я помахал перед прозрачным лицом собеседницы страшной конечностью. — Это из-за яда? Убрать как-то можно?

— По-другому тебя было не спасти. Пришлось отрезать твою кисть, уже сгнившую от яда, и прирастить часть тела демона, чтобы его сохранившаяся аура нейтрализовали всю отраву в твоей крови. Не волнуйся, уже скоро эта рука станет неотличимой от твоей родной. Но дам совет поменьше злиться: в такие моменты да ещё с изменившийся аурой ты можешь терять контроль, и тогда рука вновь станет, как сейчас, да ещё и опасен будешь для окружающих, — свысока ответила мне джинния.

— Ты пришила мне руку демона? Так просто взяла и пришила? — не поверил я и посмотрел на чужую пятерню, пошевелил пальцами, щёлкнул впечатляющими когтями и обалдел, когда между ними проскочила алая искра.

— Просто?! — внезапно рассвирепела собеседница. — Посмотри на меня — я чуть не развоплотилась, ясно тебе, глинорождёный?!

— Хватит кричать и ругаться, — буркнул я, почувствовав вину за своё хамское поведение перед происшествием. — Я очень благодарен за помощь, честное слово. Если могу как-то исправить, то только скажи? Мм, душу и жизнь отдавать не буду, в рабство тоже не пойду. Могу освободить от клятвы, только скажи как?

— Ну уж нет, теперь я надолго с тобой, — как-то многообещающе произнесла джинния. — Клятва служения поможет мне сохранить себя, не развеяться в Хаосе. Ты мой якорь. Жаль, что магии в тебе лишь жалкая крупинка, так бы восстановление прошло быстрее, — под конец речи вздохнула девушка, потом начала резво уменьшаться в размерах, пока не превратилась в едва заметную оранжево-красную искру. Эта искра уселась на воротнике моей куртки. — Что встал? Пошли в твой дворец… эх… в твою лачугу.

— Нормальная у меня квартира, — даже обиделся я за своё жилище. — Однушка, но зато своя, отдельная.

Загрузка...