Двенадцать дней лета

Глава 4

Перевожу взгляд на своего парня. Тот, в отличие от подруги, не пытается строить из себя дурака.

Да и я солгу, если скажу, что ни разу за прошедший год в нём не усомнилась. Было.

– Только с ней кувыркался в этой квартире, – выражаюсь его же словами, – или с кем-то ещё?

Молча отводит глаза.

– Не только со мной, – отвечает вместо него Островская.

– Ренат, я с тобой разговариваю! — цежу сквозь зубы.

– Не истери. А как ты хотела? – бросает он недовольно. – Я тебе не сопливый подросток. У меня есть стандартные мужские потребности.

– Потребности, – киваю, усмехнувшись.

– Да.

– Так себе оправдание!

– Остынь. Не грузись и не бери в голову. Это не имеет никакого значения и никак не влияет на наши отношения.

– Ты серьёзно, Алиев? Какие могут быть отношения после того, что я услышала?

– Обыкновенные, – отражает бесяще спокойно. – По-взрослому посмотри на ситуацию и поймёшь, что сама во всём виновата.

Ещё лучше.

Чем дальше, тем интереснее.

– Мда. От мужчины в тебе ровным счётом ничего.

– Фильтруй базар.

– Не то что? – выгибаю бровь.

– Лер, – Ида вновь делает нерешительный, робкий шаг в мою сторону.

Где-то высоко в небе гремит гром.

– Лерка… – часто дыша, поджимает нижнюю губу.

– Ладно он оказался предателем, но ты? Мы же с горшка вместе.

Ощущаю болезненный укол под рёбрами.

Моя Ида. Моя лучшая подруга. Та, которая почти сестра. Та, с которой дружба навеки вечные...

– Это один раз всего было! – начинает оправдываться она. – Случайно, Лер!

– Случайно, – повторяю за ней, ощущая во рту привкус ядовитой горечи.

– Так получилось.

Смешно.

– Когда?

Мне не нужны подробности. Просто хочу знать, как давно вплетена в эту мерзкую паутину лжи.

– Осенние каникулы. Я была не в себе, а он так мне нравился… – неожиданно признаётся вдруг.

Нравился.

– Класс…

– Прости! Пожалуйста, прости меня, я такая дура! – бросается обнимать трясущимися руками, рыдает взахлёб. Плечи ходуном ходят. – Прости, Лер! Прошу тебя, прости. Давай поговорим…

Оттолкнув её от себя, отхожу назад.

Капли дождя касаются моей кожи, но всё происходит как в замедленной съёмке.

– Лерка… – она в отчаянии цепляется своими пальцами за мои: ледяные и онемевшие. – Прости меня… – захлёбываясь, глотает слёзы.

Над нами снова раздаётся раскат грома.

Неотрывно смотрим друг другу в глаза и вот наступает тот самый момент, когда вы чётко осознаёте, что как прежде уже никогда-никогда не будет.

– Лер…

Испытываю острое желание залепить ей тяжёлую пощёчину. Еле сдерживаюсь.

– Пошла ты, – стряхнув с себя её руку, ухожу.

– Лерка!

Ида бежит за мной.

Спотыкается. Ноги, по всей видимости, заплетаются.

Падает.

Что-то кричит мне вслед, но я уже не слушаю.

Каблуки отбивают ритмичную дробь по плитке и несколько минут спустя я покидаю охраняемую территорию ресторанно-гостиничного комплекса «Орлиные скалы».

– Вас ожидают? – нахмурившись, интересуется бугай, стоящий у ворот.

– Да. За мной уже едут.

– А как же всеми известная школьная традиция?

– Какая?

– Встретить рассвет.

– В жопу традиции, – раздражённо отмахиваюсь.

Встречать новый день в кругу предателей я не намерена.

– Всего хорошего.

Усмехнувшись, киваю и выхожу за высокую резную калитку.

Иду вдоль припаркованных у края дороги машин, когда в сумке начинает настырно вибрировать телефон.

Ни с кем разговаривать желания нет, но на автомате нехотя достаю смартфон и проверяю экран.

Отец.

Три пропущенных и два сообщения с командой ему ответить.

Принимаю очередной настойчивый вызов.

– Алло.

– Валерия, у тебя всё в порядке? – раздаётся мне в ухо строгим голосом родителя.

Ага, всё зашибись. Минус парень. Минус подруга. И совсем скоро минус ты.

– Я же просила не долбить меня сегодня.

– Волнуюсь, ты ведь не дома.

Раздражённо выдыхаю.

– Чувствуешь себя нормально, – продолжает допрос.

– Я трезвая, если ты об этом.

Бах. Бах.

До меня доносится довольный ор одноклассников.

– Что там у вас?

Запрокидываю голову.

В небе мерцают разноцветные полосы.

– Грёбаный салют, и ты мешаешь мне его смотреть.

– Ладно, – его черёд вздыхать. Понимает, что разговор не клеится. – Водитель будет через два часа.

– Отмени. Я останусь спать здесь, с девчонками, – нагло лгу.

– Мы так не договаривались, Лер.

– Как ты достал меня! — кричу в динамик. — Можешь просто не портить мне этот чёртов день?

– Алексей заберёт тебя.

– Зай, пусть останется с подружками, – советует будущая мачеха. – Выспится – заберём. Ничего страшного в этом нет.

– Надо же! Твоя курица порой способна выдавать умные мысли.

– Я хочу, чтобы ты вернулась домой, – отец игнорирует мой выпад в сторону Эллочки.

– А я хочу, чтобы вы все от меня отстали! – ору в ответ, после чего сбрасываю вызов.

Чёткого осознания того, куда отправиться, нет, но домой я не планирую возвращаться точно.

Что мне там делать?

Присутствовать на предстоящей свадьбе я не собираюсь. Ни за что не заставит!

Забросив телефон в сумку, шагаю по подъездной дорожке, подсвеченной фонарями.

Над головой грохочет фейерверк. На душе скребут кошки. На глазах проступают слёзы.

Разреветься – самое банальное и предсказуемое из возможных вариантов. Полагаю, героиня какого-нибудь низкосортного сериала именно так и поступила бы. Только какой в этом смысл?

Останавливаюсь. Шмыгаю носом.

Я вышла к трассе.

Дальше то что?

Осматриваюсь и принимаю решение доковылять до виднеющейся заправки. Туда и отправляюсь, по пути стараясь взять обуревающие меня эмоции под контроль.

Стрёмно идти вдоль обочины. Темно. Страшно. Мимо проносятся машины. Некоторые из них зачем-то мне сигналят.

Перебираю ногами настолько быстро, насколько могу. Усилившийся дождь тоже подгоняет в спину. Казалось, что до заправки не так уж далеко, но у меня, похоже, есть проблемы с определением расстояния. Пока добираюсь до неё, успеваю хорошенько промокнуть.

Заправщик, одетый в ярко-оранжевый комбинезон, вставляет пистолет в бак чёрного внедорожника и наблюдает за тем, как я пересекаю площадку.

Странное, наверное, зрелище. Учитывая, что заявилась я сюда на своих двоих...

Тяну на себя тяжёлую дверь. Захожу в помещение и громкий, оживлённый разговор сидящих за столом бородатых мужчин, прекращается.

Они, как один, замолкают. Таращатся на меня.

– Доброй ночи, – здоровается со мной из-за стойки девушка в кепке.

Отжимаю низ платья и направляюсь к сонному оператору АЗС.

– Какая колонка? – спрашивает она, зевая.

– Никакая. Мне кофе, – забираю пару салфеток с прилавка. Промокнув шею и грудь, выбрасываю.

– Эспрессо, американо, капучино, латте, раф?

– Раф Амаретто. Двойной сироп, – лезу в сумку.

– Сироп у нас только миндаль и кокос.

– Всего два вкуса?

– Всего два, – кивает, улыбаясь.

Мда.

– Тогда миндаль.

– Объём? Маленький, средний, большой?

– Средний.

– А перекусить не желаете? Пирожки, сосиска в тесте, круассан.

Именно он в эту секунду попадает в поле зрения.

– Нет. Только кофе.

– Окей.

Она называет цену. Я достаю наличку. Оплачиваю.

Всё это время вышеупомянутая компания мужчин внимательно за нами следит.

Я жду свой напиток, однако вместо того, чтобы заняться его приготовлением, девушка берёт в руки свой телефон.

– Кхм.

Она поднимает на меня глаза.

В них вижу немой вопрос.

– Кофе, – почти любезно напоминаю я ей.

– Проходите вон туда, к кофемашине, у нас самообслуживание, – огорошивает следующей информацией.

– Самообслуживание? – повторяю растерянно.

– Да.

– Офигеть, ну и дыра, – возмущаюсь, поразившись такому откровенному хамству.

– Ир, третья, полный бак, – слышу голос заправщика, когда отхожу.

– О, ты ещё не уехал?

– Переодеваюсь и валю.

– Давно пора. Твоя смена кончилась ещё час назад.

Дёргаю вниз стакан.

Валятся с десяток вместо одного.

Да пофиг.

Разъединяю их, беру себе розовый из середины, ставлю его на решётку. Ловлю тупняк.

– Помочь? – прилетает в спину.

– Сама справлюсь, – каркаю в ответ.

Изучаю дисплей. Выбираю раф. Кнопаю. Дважды.

Аппарат гудит. Перестаёт. Снова издаёт какие-то непонятные звуки.

– Чёрт! Ну и? – нетерпеливо постукиваю ногтями.

Пшшшшш.

Появляется струя.

Всё льётся мимо стакана.

– Зараза! – быстро пододвигаю его вправо и чувствую, как от досады заливает кровью щёки, когда до меня доносится тихий мужской смешок.

Какой идиот спроектировал эту кофемашину? Ну логично ведь, что стакан должен стоять посередине! Почему справа, объясните???

И что это вообще за кофе такой? Ненадлежащее качество можно оценить только по одному его виду.

Приготовление напитка заканчивается.

Забираю стакан. Пытаюсь выдавить себе туда сиропа, но, видимо, не судьба. То ли сироп на мне закончился, то ли дозатор сломался. Одно из двух.

Распсиховавшись, накрываю горе-кофе крышкой. Неподходящего размера.

– Слева крышки поменьше.

Умник хренов!

– Я вижу!

Подобрав нужную и победив в этой неравной борьбе, наконец гордо удаляюсь к угловому столику у окна.

Присаживаюсь.

Пробую на вкус купленный раф и, скривившись, отодвигаю его от себя. Пить это невозможно.

Ладно.

Достаю телефон.

Включаю селфи-камеру. Поправляю причёску, критически осматриваю макияж.

Читаю от отца смс, в котором он великодушно разрешает мне остаться в гостинице с девочками.

Хмыкнув, открываю приложение онлайн-сервиса поиска попутчиков. Мы с Островской скачали его вечером.

Забиваю нужные параметры, нажимаю на поиск и мне высвечивается парочка предложений на тему поездки до Питера.

Один из водителей даже сразу выходит на связь и мы начинаем переписываться.

– Как вам кофе?

Оператор по имени Ира вытирает тряпкой соседний стол.

– Паршивое. В этой конуре есть уборная? – отрываю взгляд от телефона.

– Да. Прямо по курсу.

– Отлично.

Встаю и направляюсь в указанном направлении. Однако дойти до двери туалета мне не дают.

– Эй, красавица, – на пути возникает высокая фигура бородатого мужчины. – Присядешь к нам?