Дыхание огненного дракона

Глава 1 Хозяйка необычного дара Николь

Я просыпаюсь за несколько минут до того, как мелодичная мелодия будильника на телефоне заиграет привычные аккорды. Привычка, отточенная за два последних года моей жизни. Тяжело приподнялась с постели и влетела в меховые тапочки, стоящие у кровати.

Пять часов утра.

Моя смена начнется через час, и у меня ровно пятнадцать минут, чтобы, прыгнув на холодное сидение рейсового автобуса, рассматривать в окно, размытое снежными узорами, ещё спящий город.

Всегда в эти быстротечные пятнадцать минут нахожу пару минут на глоток чая у окна и любование, как из моих рук поочередно вырывается пламя.

Первое время, когда я была совсем маленькой, я страшилась того, что во время неконтролируемых эмоциональных срывов ладони рук сжигает внутренний огонь. А потом руки загорались пламенем, силу которого, повзрослев, я научилась контролировать.

Я уставилась на правую руку, на которой играют языки оранжевого пламени, а затем перевела на левую ладонь, объятую холодным голубым огнем. Залюбовалась своим отражением в окне и, бросив взгляд на настенные часы, погасила пламя, разгорающееся на обеих руках.

Я нашла на просторах интернета, что так красиво играет на моих ладонях. Статьи с лаконичным названием «пирокинез» изучила вдоль и поперек. Но та скучная и скупая информация не передавала те ощущения, что чувствовала я, когда в пальцах рук нарастало жжение. С каждой секундой становилось всё нестерпимее и вырывалось неровными языками пламени.

Я понимала, что окружающие меня люди не имеют таких странных навыков.

Почему они есть у меня?

Хороший вопрос. Но задать его я могу только самой себе. В областной больнице номер пять моя мать умерла, оставив мне красивое имя Николь и металлический кулон на тонкой цепочке.

– Всё, Ники, хватит пялиться на себя в окне, – резко оборвала самолюбование.

Идти пешком до работы в мороз – не самая лучшая перспектива.

Набросив куртку и обмотав красный шарф вокруг шеи, выскакиваю в длинный коридор общежития, который пролетаю также быстро, как серый лестничный проем. Автобусная остановка в пяти минутах от моего общежития, но водитель маршрута пунктуален и отправляется минута в минуту.

Подбегаю к пассажирам, старающимся побыстрее нырнуть в проём раскрытых дверей, и успеваю влететь на последнюю ступеньку, прежде чем створки дверей захлопнулись за моей спиной.

Расплатившись за проезд, прошла внутрь и даже нашла пустое место для себя у окошка. Сняв перчатку, согрела дыханием окно старого автобуса и указательным пальцем провела вокруг открывшегося проема, из которого видны многоэтажки, подсвеченные огнями фонарей.

Красиво… Я мечтательно улыбнулась.

Мне всегда хотелось иметь свой собственный дом, но судьба не балует меня практически с рождения. Детство, проведенное в сиротском приюте. Учеба в профтехучилище на повара-кондитера. В мечтах я рисую себя хозяйкой престижного ресторана.

А пока…

Работаю поваром на сталелитейном заводе. Зато есть комната на пару с такой же молоденькой коллегой в женском корпусе общежития. Старая копилка, в которой сущие гроши. Куча амбиций, потому что без них в моём жизненном болоте можно закиснуть, и странный кулон на шее.

Сегодня я не успела надеть его, и он остался в моей копилке. Моя тонкая и разорванная нить с матерью и моими родственниками. Они же тоже где-то есть? Может быть, просто не знают обо мне?

А может быть, моя мать такая же, как и я, ненужная никому молодая девчонка, которую обманул местный ловелас и оставил беременной? Вопросов в голове рождалась куча, вариантов событий ещё больше, но от этого моя жизнь ни на гран не становилась легче.

Автобус остановился на моей остановке. Я надела меховые перчатки и вышла из общественного транспорта.

Мрачное серое здание встретило меня и группу работников завода. Я прошла через ворота, махнув перед охранником пропуском, и прибавила шаг к корпусу, отведенному под столовую для сотрудников завода. Типовой штат из трех помощников и двух поваров обеспечивал питание для работников завода. Работа была тяжелой, но место было хлебным, а зарплата неплохой. На первое время вполне подойдет.

Влетев в просторный холл через служебный вход, скидываю куртку и просторный свитер под горло. Облачаюсь в белый халат, скручиваю длинные волосы в пучок на макушке и прячу его под поварской колпак. Главный повар Людмила Николаевна не любит, когда из-под колпака выбивается прядь волос.

Не по протоколу…

– Доброе утро! – здороваюсь с коллегами, которые уже колдуют над большими кастрюлями.

– Ника, подключайся к Любовь Сергеевне на заготовку овощей. Через полчаса картошку закидывать, а у нас ничего не готово, – начала с заданий Людмила Николаевна.

– Конечно, такую мелочь закупить, – Любовь Степановна повертела в руках клубень картофеля. – Это не картошка, это б…ь горох!

Я прыснула от смеха. Сергеевна была горяча в своих комментариях, крепка на словечки и, как всегда, с хорошим утренним перегаром.

– Очень будет смешно, когда к завтраку заявленного овощного рагу не будет, – пробурчала Николаевна, вытаскивая из духового шкафа творожную запеканку. По кухне поплыл аромат, от которого я сглатываю слюнки.

– Я бы тоже перекусила, – Любовь Сергеевна смачно зевнула, отчего я сморщила нос, и принялась расправляться с картошкой с удвоенной силой, чтобы поскорее отделаться от такого соседства.

– Людмила Николаевна, отпустите меня сегодня пораньше? – Спросила, бросив взгляд через плечо на начальницу с половником.

Мы давно собирались с девочками встретиться, но найти свободное время у всех четверых разом оказалось сложно. А тут, наконец, всё сложилось. Только ехать мне в модный ресторанчик через весь город. Да ещё нужно выкупаться после смены. Потому что в четыре вечера я просто букет из запахов котлет, борща и печеных пирожков.

– Посмотрим, как справимся с ужином, – неопределенно ответила шеф-повар.

– Да отпустит она! – Подбодрила возрастная коллега, заметив, как барометр настроения стремительно спустился вниз по шкале. – Свидание? – Подмигнула женщина.

– Встреча с подружками, – ответила, прикидывая, во сколько мне обойдется такси.

– Тоже нужно. Только мужичка б тебе надо завести... Такой, чтобы помогал деньгами. Девка ты красивая. Всё начальство завода заглядывается. Может, жилось бы легче.

– Не хочу, – я бросила картошку в большой чан, так, что поднялись брызги. – Моя мать одна осталась. Ни мужичка, ни денег. Так и сгинула в больнице, толком никому не нужная.

– Судьба у всех разная. А ты родню свою никогда не искала?

Я покрутила головой.

– Когда мне её искать? Времени хватает только на работу. Фамилии и имя неизвестны, – я глубоко вздохнула. – Здесь всё так и останется тайной, покрытой мраком.

– А насчёт шефства подумай. Валерий Александрович спрашивал о тебе, Ника. Воронин, мужчина видный, при должности. – Понизив голос, довела до сведения Любовь Сергеевна.

Воронин, высокий седовласый начальник производственного цеха, обнимал заинтересованным взглядом лисьих глаз. С макушечки до пяточка, непременно останавливаясь в пикантных местах. И даже в свободном поварском халате мне казалось, что мужчина меня раздел и рассмотрел под лупой. Но таким же хитрющим взглядом Воронин разделывал и молоденьких бухгалтеров, и начальницу складов, имея при этом жену и двое сыновей от счастливого брака.

– Воронин – женатый мужчина, и все свои интересы пусть в одно место засунет. А я… – Откинувшись на спинку стула, мечтательно застыла с клубнем картофеля в руках. –Встречу его обязательно! Красивый, высокий, в длинном чёрном пальто, стряхивает снег с ворота дорогого одеяния и смотрит своими колдовскими глазами прямиком в душу.

– Ты поглянь, какой романтик! – Любовь Сергеевна оторвалась глазами от картошки и уставилась от меня. – Вот от такой любви самая опасность и идет. От колдовских глаз пухнут животы, а жизнь с ребенком становится совсем тяжелой.

– Любовь Сергеевна! – цокнула в сердцах. – Что я совсем дитё малое! Подлеца видно за километр. У них аура особенная! – усмехнулась от своей реплики.

– Я своего подлеца и на расстоянии сантиметра не распознала, – горько подметила подсобник, бросая последнюю картошину в глубокую кастрюлю. – Понесли, голубушка, труды наши к мойке.

– Угу, – коротко бросила и взялась за ручку кастрюли.

Разговор о неудобной теме порядком надоел. И я давно была там, среди своих вещей.

Что надеть? Гардероб вещами на выход не блистал. Пару интересных платьев имелось, но больше для летнего сезона. Хотя… Если сверху чёрного платья на тонких бретелях накинуть укороченный пиджак, будет очень даже ничего.

Рабочий день за делами пролетел стремительно. Я старалась не злить своего шефа в надежде, что в четыре часа смогу переступить входные ворота завода и даже успеть на рейсовый автобус.

– Миттель, ты, кажется, отпрашивалась пораньше? – Удивила Людмила Николаевна.

– Могу? – спросила с надеждой.

– Отчаливай, – со смешком ответила полная женщина, поправив колпак на голове.

Мне дважды повторять не нужно. Радостно помахав на прощание, я выбежала в холл. Сложила халат и колпак в свой шкаф и натянула свитер, сапоги и коричневую куртку.

Шарф на шее обматывала уже на улице. Всё складывалось отлично.

– Замечательный день, – проговорила, хватая снежинки губами, которые таяли на моём лице.