ЯНА
— И это она? — говорит Арина, буравя меня своими хитрыми глазками. — Да уж, ты меня очень разочаровал, Кирилл…
Рука Кирилла крепко обхватывает мою, как будто он боится, что я вот-вот сбегу. Эта сучка хочет поиграть? Мы поиграем.
— Милый, ты не говорил мне, что твоя бывшая такая душка, — улыбаюсь я.
Кирилл поворачивает ко мне голову, и на его лице появляется усмешка, когда он понимает, что я готова играть по её правилам.
Я продолжаю:
— Удивительно, что ты вообще здесь. Тут ты вряд ли найдёшь нового кошелька.
Арина фальшиво смеется.
— О, дорогуша, вот в чём разница между нами. Мне не нужно искать мужчин, они сами выстраиваются в очередь за мной.
Я убираю руку со стола и обвиваю её вокруг шеи Кирилла, а потом немного приподнимаюсь и целую его в щёку.
— Поздравляю, — улыбаюсь я. — Хорошо, что я своего мужчину уже нашла.
Удовлетворение от того, что парень, которого мы обе любим, оставил её ради меня, невозможно скрыть.
— Я бы не назвала его мужчиной. Что, Кирилл, не стыдно тебе тянуть деньги из мамочки с папочкой? — она наклоняет голову вбок, как будто получает какое-то извращённое удовольствие от того, что унижает Кирилла.
— Ну, тогда хорошо, что мы не вместе, — говорит Кирилл в первый раз с тех пор, как она появилась.
— Да. Знаешь, Бог отвел.
Она отворачивается в тот момент, когда официантка приносит наши напитки. Я тут же тянусь за своим, и, мгновенно опустошив половину стакана, ставлю его обратно.
— Арин…? — осторожно спрашивает Кирилл, когда она зачем-то поглаживает свой живот.
— А я тебе не говорила? Ты скоро станешь папой, — наигранно улыбается она. Моё сердце словно пронзает стрелой.
— Ты серьёзно? — спрашивает он её, и я чувствую, как холодеет его рука.
— Нет. Видишь ли, я всегда знала, что ты лузер, поэтому у меня был запасной вариант, — она поднимает руку вверх. — Когда ты отменил свадьбу, ты просто спас меня от необходимости скрывать, что это не твой ребёнок!
Рука Кирилла выскальзывает из моей, и он встаёт из-за стола, нависая над Ариной.
— Твои родители пытались угрожать мне. Твой отец уволил меня с работы. А ты уже залетела от другого! Да ты просто больная!
Я наблюдаю за всем этим, и мне хочется только одного — чтобы хотя бы одна ночь с Кириллом прошла без драмы.
Арина только пожимает плечами.
— Ты оставил меня за два дня до свадьбы. Пошёл на хер, Кирилл.
— Так мы и поступим, Аришка! Я собираюсь отвезти свою прекрасную девушку домой и заняться с ней сексом.
Он так резко тянет меня из-за стола, что я падаю к нему на грудь.
— Ты хочешь знать, кто твоя конкурентка? — он обвивает меня рукой за талию, притягивая ближе — Её просто нет, потому что Яна на таком уровне, до которого ты никогда не дотянешься. Хочешь я вас познакомлю?
— Не хочу, — Арина щурится и разворачивается, чтобы уйти.
— Это Яна, любовь всей моей жизни. Яна, это моя бывшая, у которой только и есть, что силиконовые сиськи и деньги папаши, — продолжает Кирилл.
— Отъебись, Кирилл, — она уходит к танцполу и присоединяется к своим подругам.
Учитывая, что ни одна из её подруг не обернулась, очевидно, она не рассказала им, что видела своего бывшего с другой.
— Пойдём в другое место, а? — Кирилл поворачивается ко мне, и я киваю.
Он берёт свою куртку и ведёт меня через танцпол.
Я чувствую взгляд Арины, надеюсь, она сказала правду и ее ребенок, на самом деле, не от Кирилла. Меня удивляет, что он об этом вообще не беспокоится.
Холодный воздух обжигает моё лицо, когда мы выходим на улицу. По пути к машине Кирилл молчит. Он открывает мне дверь, и я сажусь. Ключи уже в замке зажигания, когда я кладу свою руку на его.
— Кирилл?
— Не переживай, это не мой ребёнок, — отвечает он на мой немой вопрос.
— Почему ты так уверен?
Мысль о том, что у него может быть другой ребёнок, подобна ножу в грудь, но это не повод, чтобы расстаться…
— Я не спал с ней в последние два месяца перед свадьбой.
Он опускает голову, как будто ему стыдно, а я хочу вскочить и отпраздновать эту новость.
Я всё же стараюсь выглядеть обеспокоенной, он же так расстроен из-за этого…
— Почему? — спрашиваю я.
— Я знал, что не должен жениться на ней, но не мог все оборвать.
— Ого… — я пытаюсь быть серьезной, чтобы Кирилл не заметил моей радости.
— Знаешь, есть и другая причина, — он на мгновение замолкает, как будто собираясь с мыслями — Просто на её месте я всегда представлял тебя, один раз даже назвал твоим именем! После этого я и начал избегать близости, мне казалось, что всё это неправильно.
Я уже не могу сдерживать радость — всё это время с ней он думал обо мне! Я перебираюсь через коробку передач на водительское сиденье и сажусь к нему на колени.
Кирилл на секунду замирает, как будто не зная, что делать дальше. Наконец, он откидывается на спинку сиденья, положив руку на ручку двери.
— Расслабься, не думай о ней, — шепчу я, целуя его в лоб. Я вижу, что Кирилл немного отстраняется и хмурится — может, он до сих пор беспокоится из-за неё…
Я глажу его по щеке, надеясь, что ему станет спокойнее.
— Слушай, вспомни ту маленькую девочку, которая сейчас спит и ждёт, пока мама и папа вернутся домой? Она-то знает своего папу, как ты считаешь, что она о тебе думает? — спрашиваю я.
— Ну, ничего особенного, — ворчит Кирилл.
— Да нет же, она думает, что ты самый смелый, самый сильный, а главное — что ты её любишь. Видишь, есть как минимум четыре женщины, которые в тебя верят — дочка, сестра, мама, и, конечно, я.
— Ты правда веришь в меня? — спрашивает он, смотря мне прямо в глаза.
— Конечно, — улыбаюсь я.
Наконец, морщинки на его лбу, разглаживаются, и я впиваюсь в него поцелуем. Он кладёт руку на мой затылок, притягивая меня ближе, и я обнимаю его ещё крепче. Мы целуемся так, будто не можем утолить жажду…
— Чёрт, Ян, я так хочу тебя, — шепчет Кирилл. Я ничего не отвечаю, просто ещё раз целую его.
Его руки скользят по моей талии. Я уже не могу сдержать довольный стон, когда он резко поднимает меня и пересаживает на пассажирское сиденье.
— Подожди, не здесь, не сейчас, — говорит он, пока я пытаюсь отдышаться.
Кирилл нежно гладит меня по щеке.
— Послушай, наш первый раз после такой долгой разлуки точно не случится в машине. Я хочу, чтобы он был особенным… Может, поедем домой? — подмигивает он.
— Да, — улыбаюсь я — Только давай побыстрее?
— Да, я знаю короткую дорогу, — Кирилл заводит машину. Я облизываю губы, когда он смотрит на меня, выезжая с парковки.
— Прекрати, — смеётся он.
По моему телу пробегают мурашки от одной мысли о том, что в соседней комнате могут быть его родители…
Наконец, Кирилл паркуется возле дома. Я рассматриваю этот дом и думаю, сможем ли и мы когда-нибудь жить “долго и счастливо”, как его родители? Его прикосновение к моей щеке вырывает меня из мира грёз и возвращает в реальность.
— Ого, да я доехал, быстрее, чем обычно, — Кирилл смотрит на часы, прежде чем выйти из машины и открыть для меня дверь.
— Да, ты даже не оторвал рук от руля, — говорю я, наклоняясь ближе — И это немного обидно.
— Блин, ненавижу тебя обижать. Ну что, пойдём домой? — он берёт меня за руку, и мы идём к двери — Спасибо тебе, Ян, я отлично провёл время.
— Да, я тоже…
Кирилл поворачивает ключ, и мне кажется, что это продолжается целую вечность. В доме тихо — наверное, и Женя, и его родители уже спят, поэтому мы осторожно заходим в коридор и разуваемся. Мы смотрим друг на друга, и я понимаю, что мы думаем об одном и том же — нужно отложить любые планы и посмотреть, как там дела у дочки.
— Да ладно, она уже спит, — наконец говорю я, а Кирилл качает головой, как будто ему не нравится мой ответ. Я качаю головой, и он, наконец, сдаётся.
Мы как можно тише пробираемся к самой дальней комнате на первом этаже, и Кирилл сразу же прижимает меня к стене. Он гладит меня по щеке, а потом опускает руку ниже.
Его губы медленно двигаются, и я глубоко вдыхаю. Я таю под его прикосновениями и совсем теряю связь с реальным миром…
— Папа! — вдруг слышим мы из коридора.
Кирилл сразу же отстраняется от меня и делает несколько шагов назад.
— Женя, — зовёт он, выходя из комнаты.
Наконец, мы находим её на кухне, и я облегчённо вздыхаю.
— Иди сюда, котенок, — улыбаюсь я, протягивая к ней руки. Я вижу, что у Жени заплаканные глаза… Что случилось?
— Извините, ребят, — вдруг говорит мама Кирилла, неизвестно откуда появившаяся в дверях.
— Да ничего, всё хорошо, — улыбаюсь я.
Я поднимаю Женю, и мама бросает недоуменный взгляд на Кирилла, а он смущённо отворачивается.
— Она не хотела спать? — спрашивает он у мамы. Его рука тянется к дочке, и он нежно гладит ее волосы.
— Она уснула, но проснулась где-то сорок минут назад, и мы как раз пытались её уложить, — отвечает она.
— Извините, я сейчас сама её уложу.
— Ну, как у вас все прошло?
— Просто отлично, спасибо, что посидели с Женей.
Мама Кирилла идёт к двери, и мы следуем за ней. Кирилл протягивает руки к Жене — да, похоже, он тоже успокоился. Дети могут погасить огонь страсти быстрее, чем ведро воды потушит спичку.
— Малышка, пора спать, — говорит он, когда она прислоняет голову к его шее.
— Если что, можете привозить её в любое время, — мама останавливается у подножия лестницы и кладет руку мне на плечо — Мы сегодня тоже повеселились.
— Спасибо, — улыбаюсь я.
Наконец, мама Кирилла идёт к себе, и я слышу, как закрывается дверь в ее спальню. Мы идем дальше по коридору, и Кирилл кладет Женю на кровать. Вместо того чтобы перевернуться и заснуть, она садится и смотрит на телевизор.
— Мультики!
— Нет, пора спать, говорю я, но она упрямо качает головой.
— Мультики!
Я смотрю на уставшего Кирилла, и он смеется.
— Хочешь, я отнесу ее к себе на ночь?
Он такой заботливый, и мне так нравится, что он готов сделать это ради меня…
— Может, останешься с нами ненадолго? — спрашиваю я.
— Ты уверена?
— Ну конечно, это же я предложила.
Кирилл берет пульт от телевизора и переключает каналы.
Женя устраивается на его руке и смеется, когда на экране появляется семья зверюшек.
Я улыбаюсь им — то, как они сблизились — настоящее волшебство. Я встаю и пробираюсь в ванную, чтобы переодеться и умыться.
Между нами все движется так быстро, что я едва могу предположить, что будет дальше. Но самое страшное — я не уверена, хочу ли это останавливать. Я мечтала о такой жизни с тех пор, как ушла от него, и теперь собираюсь бороться, чтобы удержать ее. Я умываюсь, обдумывая, как выскажу Кириллу свои мысли о нашем будущем. О том, что я не вижу своего будущего без него…
Я выхожу из ванной и вижу, как моя мечта становится явью. Кирилл спит в обнимку с дочкой, не успев выключить мультики.
Я подхожу к нему, беру пульт и выключаю телевизор, а потом накрываю их обоих одеялом. Я устраиваюсь на боку и протягиваю руку к Кириллу, и он переплетает свои пальцы с моими.
— Спокойной ночи, — шепчу я.
— Спокойной ночи, Ян, — отвечает он, и я чувствую себя самым счастливым человеком на свете.
— Мама!
Я поднимаю голову с подушки и несколько раз моргаю, прежде чем осознать, что это Женя хлопает меня по лицу.
— Прекрати, — я хватаю ее за ручку, сажусь и вижу, что Кирилл ещё спит.
— Тсс, — я поднимаю палец к губам.
— Тсс, — повторяет Женек за мной.
Я поднимаю ее на руки, и, к счастью, она тихо сидит, прижавшись ко мне, пока мы не захлопнем за собой дверь.
Шесть утра. Даже для Жени это рановато.
Я ставлю ее на пол, и она сразу же бежит к новым игрушкам. Я стараюсь размять шею после сна, когда слышу, как дверь открывается и тихо закрывается.
Я пытаюсь привести волосы в порядок и выглядываю в коридор — я вижу, как в дом заходит папа Кирилла в куртке. Он проходит мимо нас, и Женя сразу замечает его.
— Деда! — говорит она, и я поражаюсь, как быстро она всех запомнила. Он оборачивается, и я вижу, что он тоже удивился.
— Женька, — отвечает он, и улыбка сразу меняет его серьезное выражение лица.
Он наклоняется, и она бежит к нему.
— Доброе утро, — машу я рукой.
Мне кажется. что неловкость заполняет каждый уголок этого дома. Я уже жалею о том, что пришла сюда…
Он разувается и входит в комнату.
Боже.
Ми ладошки начинают потеть при мысли о том, что мне придётся с ним поговорить.
— Все ещё спят?
— Да, — отвечаю я.
— Удивительно, что Света все еще спит. Хотя, с другой стороны, она не привыкла гоняться за двухлеткой.
Я принимаю это как укол, но, когда смотрю на него, понимаю, что он не злится, просто замечает. Наверное, это просто говорит моё чувство вины за то, что я так долго не знакомила их с внучкой.
— Да, с ней непросто, — продолжает он.
— Ну, что есть, то есть, — я пожимаю плечами, не слишком желая продолжать этот разговор, особенно с ним.
— Мне кажется, я должен извиниться, Ян.
— Нет, что вы! За что?!
— Знаешь, — кивает он — Вся эта ситуация меня очень пугает. То, что ты два года, можно сказать, прятала её от нас, меня ужасает. Мысль о том, что ты можешь сделать это снова, пугает ещё больше. Именно поэтому сначала я был… насторожен. Я не хотел слишком сближаться, чтобы потом не потерять внучку.
— Я не собираюсь её прятать, даю слово.
Он кивает, но его нахмуренные брови показывают, что он не совсем уверен.
— Свету это убьет, так что надеюсь, что нет.
— Я клянусь, что не сделаю этого.
— Спасибо, но я все равно буду беспокоиться. Всё-таки, это Кирилл. Он совершил много ошибок в своей жизни и все еще ищет себя, и мне кажется, что рядом с вами, он наконец нашел смысл жизни.
Мое сердце наполняется радостью от того, что кто-то кроме меня видит нашу связь.
— Но если ты навредишь моему сыну, я боюсь, он никогда не сможет оправиться. Он понимает, что, став мужем и отцом, ему придётся поставить потребности семьи выше его собственных. Что все, что он делает — для вас, а не для себя, и для него это пока что тяжело. Я не уверен, что встречал кого-то более эгоистичного, чем Кирилл, — он пожимает плечами, как будто уже ничего не поделаешь.
— Прошу тебя, Ян, — продолжает он — Пожалуйста, помоги моей семье, потому что все уже очень привязались к Жене. Честно, меня напугало твоё появление, я же не очень хорошо тебя знаю. Мне бы хотелось, чтобы мы стали ближе.
Я киваю, понимая, что не стоит ему возражать. Этот человек, который пугал меня все выходные, теперь так откровенен со мной.
— Мне тоже, — улыбаюсь я.
— Вы же не так далеко живёте, — напоминает он — Если вы с Кириллом собираетесь попробовать пожить вместе, вам точно нужно будет немного времени без дочки. Нам не сложно посидеть с ней, просто знай это.
— Спасибо вам огромное, — говорю я.
— Хорошо, — он смотрит на Женю — Я рад, что ты разбудила маму так рано, и я смог с ней поговорить.
В дверях появляется Кирилл.
Лёгкая улыбка расползается по его лицу, и все мои тревоги как будто растворяются.
Кирилл подходит ко мне и целует в висок.
— Как спалось? — спрашиваю я.
— Лучше, чем когда-либо, — улыбается он, и я чувствую, как любовь переполняет моё сердце.