Глава 4

Олеся Ушакова

— Мне надо будет ещё раз сходить, проораться, — мы продолжаем делиться впечатлениями и на следующий день после того, как Алинка обнаруживает на сайте команды фото с собой.

— А я тебе говорила, что это затягивает, — объявила она. Не могу не согласиться, но и тему почему-то не получается перевести. К тому же мне с утра прислали сообщение, что в шесть за мной заедут. Не собиралась я прямо с работы ехать на это сомнительное свидание, но я же сама отдала бразды правления в его руки. Пусть рулит, а мы прикинемся беспомощным пассажиром. Единственное попросила не тормозить рядом с салоном. Не хочу, чтобы завтра девчонки судачили. Алинка и так уже что-то подозревает после этого сюрприза, остальные, кстати, тоже. Даже всевидящее око Таши меня накрыло, мол, тёрлась рядом с этим красавчиком. Ну, не одной мне оценивать уровень его красоты. Хотя, Вершинин был лишь чуть красивее обезьяны… Да-да, сама себе противоречу. Но так ведь легче себя убедить, что это не мой человек.

К свиданию уже готовилась на работе. Благо косметику нашли у той же Таши, а укладка легла на мои хрупкие плечи. Хотя что там укладывать мои рыжульки? Придать форму, чтобы не торчали, да и все! К тому же сегодня стиль был спортивно-романтичный: юбка из темной джинсы выше колен, но не мини, на пуговках, водолазка, бомпер. Самое оно, чтобы хоккеист снова открыл рот, когда я подплывала уже к знакомому автомобилю. Гуглила. Это была «Audi Rs7». Серая, матовая, красивая. Если честно, кроме последнего, все мои парни были без машин. Поэтому меня можно было смело отнести к тем «тёлкам», которых тачки не интересуют. Но прокатиться на такой мне уже хотелось. Ох, алчная сучка, морочащая ТАКОМУ парню мозги. Не хорошо, госпожа Ушакова. За такое сажать надо. Но вместо заслуженного наказания мне предложили сесть на переднее пассажирское. Альтернатива, конечно, намного лучше, учитывая, что Вершинин, несмотря на то, что я себя убеждала днём в его отвратительной внешности, выглядел как с картинки. Пальто, белые кроссы, узкие брюки, и даже рубашка. На голове волосы аккуратно в резинку поместились. Никогда не думала, что мне понравится парень с длиной шевелюрой. Но, видимо, современная мода, диктует свои правила. А, может, ещё какие-то убеждения. Кстати, виски и затылок коротко стрижены. Когда же мне перестанет в нем все нравится и начнет снова раздражать? Даже то, что левая рука у него была подвешена, выглядело очень эффектно. Ох, не к добру это все, Лесенька.

— Извини, не знал какие ты цветы любишь. Даже в Инстаграме разведку провел, а там их много.

— Все верно, — ответила я, принимая большой букет крупных ромашек в крафтовой бумаге под газету, — я в принципе люблю цветы, а какие не важно. Они прекрасны, — уткнулась носом в жёлтые сердцевинки.

— Ты желательно прикрой ими свои ножки, — перевел он взгляд ниже, даже кадык дёрнулся. — Я пока однорукий водитель, поэтому отвлекаться опасно.

Батюшки! У меня, кажется, щеки покраснели от такого сомнительного комплимента. Но черт, как приятно! И все же совету последовала. Наверное только поэтому мы доехали в целости и невредимости. Куда? Я думала, что заморачиваться он не станет, отвезет меня либо в ресторан, либо в кино, в крайнем случае на каток. Мол, удивлю разнообразием меню, либо фильмом. Но не тут-то было. Простым этого чувака точно не назовешь.

— Говоришь, снова в инсте моей шарился? Я ведь не говорила напрямую.

— Ты интересовалась в крайнем посте куда можно сходить на выходных, чтобы обогатиться культурно. Я решил не дожидаться уик-энда.

Стояли мы на пороге галереи, где уже неделю шла фотовыставка малоизвестного, но очень интересного фотографа. Я же упоминала, что люблю подобные мероприятия. К тому же, я все тянула, потому что дел было много, а этот триумфатор закруглялся. Поэтому я даже в последний вагон не попадала.

— Ах, ты жук хитрожопый! Знала бы, юбку подлиннее одела, — инстинктивно я ее попыталась натянуть вниз, но, конечно, это не увенчалось успехом.

— Брось это дело! Не мешай мне наслаждаться вечером, — снова его довольный оценивающий взгляд, я в ответ закатываю глаза и шагаю в мир искусства.

Выставку, которую можно было обойти за час, задерживаясь на некоторых работах, мы смотрели все два с половиной. Хотелось мне напитаться этим спокойствием, что веяло от всех работ. Я безмерно благодарна была своему спутнику, потому что он стойко ждал, пока я проведу сеанс психосвязи с фотографиями, стоя у некоторых по десять, а то и больше, минут. Для меня это был показатель. Меня не тянули, не торопили, не ныли под ухом. Даже тоном не показывал. Только дыханием выдавало. Слышала его негромкие вздохи, но при этом улыбалась.

Когда мы вышли на улицу, уже заметно стемнело. Воздух насыщенный апрельский, шум города и свет фонарей…Я обожала это все, и как завороженная задрала лицо вверх, прикрыла глаза и прислушалась е своим ощущениям. ХОРОШО! Спокойно. В душе что-то клокочет, сердце стучит надрывно. То ли гормоны снова шалят, то ли этот молодой человек, что стоит рядом, вызывает такие эмоции. А скорее всего, все сразу.

— Голодная?

— Мг! — соглашаюсь, не открывая глаз, пребывая в состоянии безмятежности.

— Устрицы, фуа-гра?

— Стейк, картошка-фри и кола, — отвечаю, прислушиваясь к своему организму. Он однозначно очень голоден.

— Я тоже не откажусь от холестерина и сахара, — улыбается он во все свои тридцать два. Вижу это, переводя на него взгляд. В его серых глазах пляшут огоньки. Или это отражение фонарей? Красиво! Мы стоим близко, плечом к плечу, и я могу разглядеть какие длинные у него ресницы. Всегда задавалась вопросом, нафига они парням. И брови, темные, густые, красивой формы…У меня же они крашенные. Например, если я совсем без макияжа, то становлюсь абсолютно рыжей. Поэтому приходится ресницы и брови раз в две недели красить, ибо тогда жопонька случается, если меня кто встретит с утра. Там можно получить заикание, даже несмотря на милую мордаху.

— Тогда чего же мы ждём? — интересуюсь.

— Пока ты закончишь релаксировать. Тебе понравилось?

— В отличие от тебя, очень.

— Мне тоже понравилось, только я не любитель часами рассматривать одну и ту же работу.

— А как же генетика?

— Потому и не люблю, — усмехается он. — Но на тебя готов смотреть вечно.

— Льстец! — морщу носик. — Но все равно приятно. Ладно, я так и быть, сегодня не буду обламывать себе кайф, поэтому готова принимать твои сомнительные комплименты.

— Тогда поехали! Буду их сочинять.

— А это хамство! — хмыкаю, но следую за ним к парковке. Один вечер — это же не преступление?

Назар Вершинин

А я правда не могу отвести от нее взгляда. Не знаю, от Леси исходит какое-то внутренне сияние, когда она так вдохновлена. Мы сидим в небольшом ресторанчике, где подают просто восхитительные отбивные. Я иногда здесь заказываю еду, когда нужны калории. А так, в обычные дни, особенно перед играми стараюсь питаться правильно. Но скорее всего, моя задница первые две игры полуфинала будет приклеена к скамье. И хорошо, если эта скамья запасных. Но не в моем случае. Трибуны! Я буду обычным болельщиком. Надеюсь на лучший исход своей травмы.

— Так ты теперь не можешь тренироваться? — спрашивает моя собеседница.

— Пока не могу. Но вместо тренировок у меня теперь процедуры физиотерапии, а потом массаж.

— О, массаж! — мечтательно закатывает свои зелёные глазки, а у меня в этот момент обостряется фантазия.

Едва я увидел ее сегодня в этой короткой юбке, чуть там же на набросился на неё. По крайней мере, мое тело отреагировало подобающе. Эта нимфа мне сегодня точно будет сниться. А тут массаж…Образ моих рук на ее спине с гладкой кожей, покрытой тысячами веснушек…Они скользят к пояснице…

— Эй, даже не смей думать об этом, — отвлекает меня от фантазии её звонкий голос.

— О чем? — искренне удивляюсь я.

— В твоём взгляде явственно читается похоть.

— Есть немного, — признаюсь. Но с ней это делать как-то легко. Признания сами собой срываются с губ. И в этот раз девчонка не краснеет, на мое удивление, а покойно продолжает есть.

— У нас предлагают не тот массаж, который в салонах. Тебя мнут так, что потом мышцы все воют. Но после приходит облегчение.

— Наверное, от того, что остался жив. У меня так со спортом. Выхожу на беговую дорожку, чувствую, что подохну. А потом такой кайф, что ты закончила.

Я смеюсь. В ведь она в чем-то права. Но это правда смешно. Тем более с какой беспечностью она это говорит.

— Но я могу предложить тебе услуги массажиста. Эта рука многое умеет, — демонстрирую свою здоровую конечность.

— Не сомневаюсь, что навыки рукоблудия у тебя отточены хорошо.

Эта девчонка просто соткана из противоположностей. От комплиментов краснеет, а сама пошлит без стеснения. И я задаю вполне логичный вопрос:

— И где ты раньше была?

— В жилом комплексе «Альбатрос».

— Не хило так! У нас там пол команды семейных живёт.

— Вот и я была семейная.

— Замужем? — с сомнением уточняю.

— Нет, с родителями.

— И почему переехала?

— Если бы я знала, что у меня будет такой сосед то подумала бы десять раз.

— И при этом ты с ним сходила на свидание, и так и не ответила на вопрос.

— Ну, на свидание меня затащили хитростью, а переехала я из-за деда.

— Он у тебя своеобразный человек, — еле подобрал необидное определение. Меня, конечно, бабушка троллит, но до откровенного хамства никогда не доходило.

— Да, нет! Он хороший. Просто…Понимаешь, меня, как и тебя растили бабушка с дедушкой. Родителям было некогда, у них бизнес. Они буквально жили на работе. До тринадцати лет было все отлично, а потом мама родила. Ещё и двоих. И тут она вспомнила, что у нее есть дочь, которая просто обязана ей помогать. Так у меня, считай, украли детство. Нет, я не жалуюсь, я очень люблю мальчишек! Просто, когда другие девочки ходили на кружки, общались друг с другом, влюблялись в мальчиков и ходили на свидания, я была в декретном отпуске, так сказать. Когда поступила, решила, что хочу работать. Хотела свои карманные деньги, и хоть чуть-чуть получить независимость от родителей. Мама заерепенилась, мол, зачем я буду работать на чужого дяденьку, если у них есть фирма. И я пошла вторым секретарем. В мои обязанности входили не только бумаги, но и забрать мальчиков, отвезти мальчиков, сделать с ними уроки. По сути то же самое, только с оплатой. Мне надоело, я ушла. Переехала к деду, не зная даже, что всё это время он скандалил с мамой по поводу моей эксплуатации в качестве няни. Он хотел для меня свободы. А теперь думает, что таким же грузом лег на мои плечи, вот и вредничает. Все пытается меня спровадить. Но, видимо, это у меня за годы выработанный рефлекс — заботиться о ком-то.

— Могу свою персону предложить.

— Если только женишься. Это работает только с родственниками.

— Уделала!

— О! А у нас тут кто-то брака боится, — прищуривается Леся, опирая свой прелестный подбородок на кулачок. И глаза эти лисьи хитрые-хитрые, с таким прищуром, что им невозможно сопротивляться.

— Ну, как бы не тороплюсь я туда. Сначала цель, потом брак.

— Типа дерево посадить и дом построить?

— Ну, в каком-то роде, да!

— Это глупо. Мне кажется, когда рядом поддержка, легче чего-то добиваться. Может, потому что мне ее обычно не доставало.

— Так ты отвечаешь за себя. А в браке тебе придется отвечать как минимум за трёх человек сразу.

— Детей не обязательно заводить сразу после свадьбы, а если рядом хорошая жена, то и отвечать за себя можно просто вдвоем.

— Ты меня сейчас уговариваешь жениться? — разряжаю этот серьезный разговор, потому что чувствую, что через полчаса таких вот доводов, я уже завтра поеду в ЗАГС.

— Боже упаси, — закатывает глаза Лисичка. — Хотя меня удивляет, что ты так уперто добивался со мной свидания, со своими принципами. Ты же прекрасно осознаешь, что я не из тех, с кем можно переспать и выбросить из списка контактов.

— Почему-то это меня и цепляет. Все девушки, с которыми я встречался обычно велись на мою статусность. Мол, хоккеист, медийная личность, не беден, симпатичный. Хотя первый и последний пункты, как приложение.

— А ты не задумывался, что я просто хитроделаная?

— Первые несколько минут нашего знакомства.

— Выходит, раз ты так хорошо разбираешься в людях, ты сам позволял всем своим бывшим потребительское отношение к себе.

— Уделала во второй раз! Вот поэтому мне и интересно с тобой. В двадцать один ты должна снимать дурацкий тик-ток, а ты сидишь сейчас и сеанс психотерапии проводишь.

— Ммм! Я тебя цепляю, тебе со мной интересно…А не влюбляешься ли ты, дружочек? — бровки вздернула, и снова с прищуром. — Ты это дело гиблое брось.

— И что в этом плохого?

— Не привлекают меня отношения со спортсменом.

— Опять этот презрительный тон. Значит, если бы я был простым работягой с завода, то шансы имел куда больше?

— Вот когда я сама решу, что мне надо, тогда я тебе и отвечу!

Просто невыносимо сложный человек. У меня такое ощущение, будто я просто бьюсь об стену. Но это куда интереснее, всего того, что меня окружает. Оборону Лисичка держит покруче любого нашего защитника.

— Кого я вижу! Я думал он тихо умирает дома, а он таскается по ресторанам ещё и с такой красоткой.

Бортич! Куда же я без своего дорогого товарища? Не удивлюсь, если он притащился сюда специально. Я из его машины утром писал Лисичке, а этот идиот везде свой нос засунет.

— Как видишь, не дают мне погибнуть от одиночества, — здороваюсь с Марком, потом с Эндрю, который по-русски знает только «Водка, хоккей, матрёшка и пошел на х…».

— Стоит всю команду ждать? — интересуется Леся, оглядывая парней.

— Не, тут только мы в качестве группы поддержки, — салютует Марк.

— Не переживайте, думаю я в силах сама все что у него имеется подержать. Так что благодарю за помощь.

А где-то внутри разгорается ревность от того, как Бортич пялится на Лесю. И ещё свою фирменную улыбку применил, чтобы уж наверняка. Обычно девчонки велись. Растекались лужицей, забывали как дышать. Ну, там было от чего. Когда в тебе больше ста восьмидесяти роста, у тебя милая мордаха и тело древнегреческого бога, то шанса нет ни у одной.

— Будет тяжело, но у меня больше. Держать придется двумя руками.

— Я о характере, а ты пиписьками меряешься. Тебе сколько годиков, малыш? — тон у неё как у воспитательницы ясельной группы. Меня пробирает смех от того, как меняется лицо друга.

— Не обращай внимания, Лесь, это мой недалёкий друг Марк, а это ещё один товарищ Эндрю, — представляю парней.

— Алинка бы тут описалась от восторга, — замечает она.

— А ты не поклонница хоккея? — догадался Марк.

— Приятно, когда мужчина включает мозг. Даже не поклонница Назара, а тебе так тем более бесполезно стараться. Хотя я оценила попытку.

— Давно не встречал адекватных девушек, — хмыкает Бортич, выключая озабоченного клоуна.

— Сочувствую!

Дальше постарались обойтись без компании, но ужин уже и так шел к завершению. Домой добрались без происшествий, хотя плечо уже начинало ныть.

Прощались в подъезде. Я как воспитанный мужчина проводил ее до двери, потому что по-другому выходило, что это она меня провожает.

— Ладно, так и быть, признаюсь, — вздохнула Леся, переминаясь с ноги на ногу. — Я не пожалела о нашем свидании.

— Повторим? — я зажмурил один глаз, приготовившись услышать отказ, но меня приятно удивили.

— Думаю, стоит дать тебе шанс.

— Ого! Неожиданно.

— И заметь, я не прошу ничего для этого сделать.

— И чем я заслужила такую честь?

— Комплиментами рассыпаться не буду, чтобы ты не зазнался. Поэтому прими это, как факт.

— Тогда, может, поцелуй на прощание?

— Не наглей, господин спортсмен. Я не на столько очарована тобой.

— Ну, я думал прокатит, раз ты так расщедрилась.

— Черт с тобой, Вершинин, — выдыхает она тяжело. А затем прикасается к моей щеке. Ого! Вот это прогресс!

Её губы мягкие, горячие, а ещё от Лисички просто потрясающе пахнет. Что-то цветочное, нежное, притягательное. Но нет, нельзя пугать пташку! Пусть пока думает, что контролирует все. Это только первый шаг. А дальше больше, я в этом уверен.

Загрузка...