58

Сомов и правда привлёк её к беседе с теми же китайцами, но ненадолго. Она всего-то перевела коротенький куртуазный разговор — обычный обмен любезностями и подтверждение уже достигнутой договорённости встретиться в другой день. Однако затем Сомов ей сообщил:

— У нас вообще-то есть штатный переводчик, просто сейчас она на больничном. Но вы, Микаэла, так здорово шпарите. И вообще, вы как бы уже в теме с господами китайцами, а там, чувствую, проект предстоит большой и длительный, так что… Вы что-нибудь заканчивали?

— Да, московский государственный лингвистический университет. Бакалавриат. Хотела поступать в магистратуру, но обстоятельства помешали.

— Хорошо. Я могу вам предложить пока должность внештатного переводчика по договору подряда, будем вести этот проект вместе, — он кивнул в сторону китайцев. — Ну а там, думаю, и в штат получится вас взять, если всё хорошо будет.

Сомов достал из портмоне свою визитку.

— Позвоните мне на следующей неделе. А пока отдыхайте.

Мика спрятала визитку в нагрудный карманчик блузки, с трудом сдерживаясь, чтобы не расплыться от счастья. У неё даже аппетит взыграл на радостях.

Она подошла к столу, сплошь уставленному блюдами со всевозможными закусками. Положила себе на тарелку пару рулетиков из сёмги, тарталетки с красной и чёрной икрой, канапе и микроскопический шашлычок на шпажке.

Отошла в сторонку и, неспешно поедая вкусности, осмотрела зал. Колесникова не было. И Алины тоже. До того момента, когда Сомов подозвал её к китайцам, они точно были в зале. И Колесников прожигал её взглядом.

А теперь — ни его, ни её.

Может, это и хорошо. Да нет, конечно же, хорошо! Без этой парочки только легче. До Алины, собственно, дела нет, но при нём Мика сама не своя. А так — можно расслабиться, поесть вот в своё удовольствие… Но почему-то в душе поселилось чувство, совсем не похожее на облегчение, а, скорее, на досаду и разочарование.

Странно это, но если раньше ей становилось больно, когда видела Колесникова вместе с Алиной, то сегодня всё было по-другому. Почему — она и сама не понимала. Но никакой ревности не испытывала. Может, конечно, потому что он не торчал возле неё у стенда, а где-то бродил со своей камерой. Но ведь и в те моменты, когда он подходил к ним, смотрел не на Алину, а на неё. И не вскользь, не мимоходом, а так, будто нет никого вокруг. Даже неловко становилось.

Да, между ними определённо что-то происходило, что-то неявное, но ощутимое. Мика это чувствовала. И Алина тоже чувствовала. А ведь никто из них ничего такого не говорил, но при этом сомнений никаких не возникало.

Всё это смущало, волновало, заставляло сердце трепыхаться пойманным мотыльком…

Нет, всё же хорошо, что они ушли. Что бы там между ними ни происходило, не стоит забывать, что он несвободен. Это главное.

— Позвольте угостить вас бокалом шампанского? — проворковал кто-то над ухом.

Мика, увлекшись своими мыслями, от неожиданности вздрогнула. Рядом с ней стоял мужчина около сорока лет, очень плотный, даже грузный, в дорогом костюме. Впрочем, тут все были в дорогих костюмах.

Мика вопросительно воззрилась на него, не понимая, что он от неё хочет.

— Смотрю — такая красивая девушка и скучает в одиночестве. Буду рад за вами поухаживать.

Мика хотела ему сказать, что она вовсе не скучает, но тут увидела Алину и замолкла на полуслове. Та буквально влетела в зал, чересчур быстро прошествовала к фуршетному столу, выставленному буквой П, взяла бокал. Выпила практически залпом и потянулась за вторым.

Такой взвинченной и нервной Мика видела её впервые.

— Ну так что, очаровательная леди, позволите вас угостить? — повторил мужчина, не дождавшись её реакции.

Вдруг Мика явственно ощутила уже знакомый дискомфорт. Неосознанно повернулась в сторону дверей и тут же встретилась взглядом с Колесниковым.

Он стоял у самого входа, заложив руки в карманы. И опять смотрел на неё, смотрел неотрывно и горячо. Камера, свисая на ремешке с запястья, болталась без дела у ног.

— Отличное, между прочим, шампанское…

Мужчина подал ей бокал на длинной тонкой ножке. Мика по инерции взяла и даже отпила. Потому что пить действительно хотелось, даже в горле пересохло. В зале просто стало вдруг душно. Или же это её в жар бросило?

— Спасибо, — пробормотала Мика, не глядя на мужчину.

Шампанское и правда оказалось вкусным, лёгким, прохладным. А главное — было весьма кстати. Под прицелом Колесникова Мика нервничала. Как там она думала сегодня? Между ними происходит что-то неявное? Да он сейчас так на неё смотрел, что это "неявное" даже слепец бы увидел.

Мика нашла глазами Алину — та уже находилась в окружении каких-то мужчин. Улыбалась им ослепительно, смеялась, жестикулировала, а те, очевидно, и рады были стараться.

Они поссорились? Может, и так. Но он в сторону Алины даже не поглядывал, словно… словно они вообще не вместе.

— Ещё, может быть? — спросил мужчина, кивнув на опустевший бокал.

Мика удивилась: вот она даёт. Выпила и даже не заметила.

— Нет, пожалуй, мне хватит.

И так уже кровь бурлила, а в голове шумело. И лицо полыхало огнём. Прижать бы что-нибудь холодное к пылающим щекам. А ещё лучше — выйти бы в уборную, освежиться, но… он стоял у дверей, а она же ни за что не сможет пройти мимо него. У неё вон и на расстоянии ноги ослабели.

Мужчина продолжал стоять рядом и что-то рассказывать. Мика почти его не слушала, потонув в собственных переживаниях.

— Так что, если вдруг вам что-то понадобится, только скажите… Меня, кстати, Виталием Сергеевичем зовут, но для вас — просто Виталий, — источал любезность мужчина.

Мика машинально кивнула и вновь посмотрела в сторону входа. И аж растерялась — там никого не было. Оглянулась туда-сюда. Колесников снова исчез! Алина там крутилась с новым знакомыми, а он ушёл! Ушёл…

— Я многое могу… — говорил Виталий, не замечая, что она его и не слушает вовсе.

— Извините, — промолвила Мика и тоже пошла на выход, оставив своего собеседника в полной растерянности.

Она пересекла небольшой холл, спустилась по лестнице вниз чуть ли не бегом. Почему она так разнервничалась? Всё, он ушёл, можно хотя бы сейчас успокоиться и подумать обо всем потом, дома. Но Мику колотило изнутри как от озноба, хотя удушливый жар так её и не отпускал.

Свернув в коридор, ведущий к уборным, она с разлёту буквально врезалась в кого-то. Да так, что каблук подвернулся. Боже… не в кого-то — в Колесникова. Он тоже выворачивал из-за угла. От неожиданности он шумно и рвано выдохнул, но тем не менее успел придержать её рукой за талию. И… не убрал руку. Несколько бесконечных секунд они стояли, поглощая друг друга глазами. И от его жгучего взгляда сердце так и зашлось.

За его спиной показались люди, шумные, веселые. Мика, спохватившись, отпрянула. Он тоже убрал руку и что-то сказал. Кажется, извини? Но она не уверена — в ушах до сих пор громыхало сердцебиение.

В уборной она проторчала минут пять, не меньше, пока наконец не смогла отдышаться. Прикладывала к щекам и лбу смоченный в холодной воде платок. Казалось, что у неё по-настоящему подскочила температура, аж лихорадило. А на спине уж точно остался пылающий след от его руки.

Надо идти домой, решила Мика. Это какое-то безумие. Чистой воды помешательство…

Она вызвала такси и вышла на крыльцо. Хотя уже давно стемнело, двор БайкалБизнесЦентра ярко освещали фонари, так что было светло почти как днём.

— А я вас всюду ищу. Вы так стремительно убежали, моя прекрасная незнакомка… Микаэла, если не ошибаюсь. У вас необыкновенное имя…

Мика повернулась на голос. К ней подходил мужчина, который предлагал ей шампанское. Виталий, кажется?

— Да, мне домой пора.

— Так рано? Мы едва с вами познакомились. — Мужчина остановился напротив. — Предлагаю продолжить знакомство в более приятном месте. Обещаю, не пожалеете.

— Спасибо, мне действительно нужно домой.

— Куда вы так спешите? Кто вас там ждёт? Муж? Дети? Семеро по лавкам? Да брось кобениться… — Он неожиданно перешёл на ты. — Я ж тебе не мальчик. Хорошо, скажу как есть. Ты — красивая, молодая, ты мне сразу понравилась. А у меня деньги, власть…

— Мика? — услышала она за спиной, и сердце дёрнулось. На крыльцо вышел Колесников.

Встал рядом с ней. Виталий тут же замолк.

— Ты домой? — спросил Женя.

— Да, — выдохнула она.

— Пойдём я тебя отвезу.

Он достал из кармана ключи, в стороне пиликнула его машина.

— Мы вообще-то разговаривали, молодой человек, — с недовольством обратился к нему Виталий Сергеевич.

Колесников на это лишь смерил его тяжёлым взглядом, но ответом не удостоил. Потом взял ошарашенную Мику под руку и повёл к спорткару.

До машины они шли молчком.

Это сон, это какой-то сон, повторяла Мика, пытаясь унять внутреннюю дрожь.

Он открыл перед ней дверцу, потом сел сам. Но тронулся не сразу. Повернулся к ней в полумраке салона и вновь посмотрел так, что в неё будто кипятком плеснули. Глаза его блестели и казались сейчас абсолютно чёрными. Она слышала его учащённое дыхание и сама дышала с трудом.

Всё это было настолько остро и нестерпимо, что Мика не выдержала и отвернулась к окну. Прикрыла веки, закусила нижнюю губу. Нет, это не может быть правдой…

И тут он её тронул, просто коснулся пальцами руки. Едва-едва, а её точно током прошило. Она обернулась, посмотрела на их руки, потом подняла глаза на него.

— Я столько всего хочу тебе сказать, что даже не знаю сейчас, что сказать, — усмехнулся он.

А потом сжал её руку крепче, переплёл её пальцы со своими.

Мика тоже не находила слов. Да какие слова? В голове творился хаос, а перед глазами всё плыло.

— А Алина? — наконец вымолвила она.

— Алина? — он как будто удивился: при чём тут Алина?

— Ну да. Вы же вместе.

— Да мы всё уже.

Он замолк, потом сказал серьёзно.

— Я из-за тебя сюда приехал… А Ивлев?

— Лёша? — теперь уже удивилась она. — А что он? Мы просто друзья.

Женя улыбнулся на миг, но тут же опять посерьёзнел, глядя на неё так пристально, словно в самую душу проникал. И совсем было не понятно, что при этом он думал. Мика вновь занервничала.

— Спасибо тебе, кстати, — сказала первое, что пришло на ум, лишь бы разрядить сгустившееся напряжение.

— За что? — взметнул он брови.

— Снова освободил меня от навязчивого внимания, — улыбнулась Мика, вспомнив давний эпизод, когда после соревнований к ней прицепился какой-то подозрительный тип. — Считай, опять спас. История прямо повторяется.

— Мда, повторяется, — криво улыбнулся он. — Надеюсь, это не значит, что завтра ты меня вновь прокатишь, а послезавтра — обложишь.

— Ну, прости, — с улыбкой произнесла она.

— Не обложишь? — тоже улыбнулся он.

Она покачала головой.

— И не прокатишь? — произнёс он последнее слово шёпотом и медленно подался к ней.

Лицо его теперь было так близко, что она ощутила на губах его тёплое дыхание. Затылок тотчас взялся мурашками, а дрожь, уже было затихшая, вновь завибрировала внутри с новой силой.

Нервно сглотнув, Мика выдохнула еле слышно:

— Нет…

Загрузка...