Халифат 2. Возвращение

Я попала в плен чудовища. Все твердят, что возлюбленный погиб и к власти больше не вернётся. А мне, беременной его сыном, остаётся лишь ожидать спасения…

ГЛАВА 1

Время тянулось медленно и буквально пожирало мою душу. Мне хотелось узнать, как там Асад и бабушка Фатима. Да даже вести от Айше я была бы рада. Но Али дома не появлялся, а больше никого не было рядом. Я ждала бабушку Фатиму второй день. В городе было тихо, но люди ходили осторожно и вполголоса перешёптывались, будто к чему-то готовясь.

Скоро придут мятежники. Кого они убьют, а кого пощадят? Али сказал мне сказать тем, кто может прийти, что я его жена. Так мне ничего не будет угрожать. Но как же Айше и другие? Они остались во дворце или же их схватили мятежники? Я боялась за бабушку Фатиму, она единственная обо мне заботилась.

Но больше всего я боялась за Асада. Единственное, что я знала о нём – это то, что его взяли в плен и он ранен. Тяжело ранен…

Надев чадру, которую мне оставил Али, Я вышла из дома, прикрыла за собой дверь и калитку. Рядом располагался рынок, а рынок – это кладезь сплетен и слухов.

Я медленно пошла между рядов с овощами и фруктами, остановилась напротив орехов.

– Что ты хотела, сестра? Может что-то подсказать? – обратился ко мне мужчина за прилавком.

– Я хотела бы узнать цену орехов, – проговорила осторожно и тихо, чтобы не выдать себя.

– Какие именно орехи тебя интересуют?

– Мятежники! Мятежники уже здесь! Говорят, они захватили дворец халифа Асада! – раздалось издалека. К нам бежал какой-то мужчина в рванье.

– Что ты несёшь, Ахмед?! – грозно зыркнул на него мой собеседник. – Ты опять напился? Это адово зелье погубит не только тебя, но и твою несчастную душонку! Прекращай распугивать мне покупателей! Когда придут мятежники к власти, тогда и подумаем, что делать. А сейчас исчезни!

Мужчина в рванье махнул рукой и, опустив голову, пристыженный, пошёл прочь. Люди на рынке заволновались, нахмурился и мой продавец.

– А что будет, если мятежники придут к власти? – спросила я так же тихо, но мужчина меня расслышал.

– Ничего хорошего от этого не будет. Убьют всю семью халифа Асада, а его заставят на это смотреть. Если он ещё жив, в чём уже никто не уверен.

На глаза навернулись слёзы и я поспешила спрятать лицо.

– Спасибо, – поблагодарила мужчину, а тот растерялся.

– А как же орехи, сестра?

– Я чуть позже приду, – пообещала я и скрылась в мимо проходящей толпе. Нужно возвращаться домой к Али. Может он уже вернулся и привёз хоть какие-то известия.

Али действительно был дома, но ни Фатимы, ни Айше с ним не было. Моё сердце рухнуло куда-то вниз и, кажется, застыло в ожидании.

– Что там? – спросила обескровленными губами, на что Али опустил взгляд.

– Я не успел. Мятежники захватили дворец. Их главный взял в плен всех, кто там находился, включая госпожу Фатиму и мою мать.

– Главный? Кто он?

– О нём мало кто знает. Мне известно лишь имя – Амир эль Ахмад. Говорят, он очень жесток. Хорошо, что я тебя успел спасти, госпожа. Он не пощадил бы тебя, узнав, что ты понесла от повелителя. Айше, скорее всего, уже убили.

Под ложечкой неприятно засосало и стало жаль Айше. Да, она ненормальная, но такого не заслужила!

– Как нам спасти Фатиму и Зулейху? – спросила я у Али, а тот вздохнул и покачал головой.

– Пока что это невозможно. Я сам переживаю за свою мать, но полезть туда сейчас – значит, лишиться головы.

Тем временем во дворце

– Так значит, ты была женой Асада и носишь его ребёнка? – высокий мужчина с чёрными, как уголь глазами, посмотрел в лицо Айше и та кивнула.

– Именно так. Но я жду девочку, так что для тебя опасности не представляю. В отличие от его второй жены – иностранки. Она беременна мальчиком.

– Хмм… – он задумался. – И где же иностранка?

– Прячется где-то. Её спрятала Фатима, старая ведьма. Но я могу помочь найти её. Если, конечно, тебе нужна моя помощь.

– И чем же ты мне пригодишься? – Амир недобро сощурился.

– Я знаю здесь всех и каждого. К примеру, просто допросить старуху Фатиму у тебя не получится. Её нужно пытать и то вряд ли она скажет, где эта девка. А я могла бы выудить у неё эту информацию. Только запри меня в одной комнате с ней.

– И что, ты так легко предашь своего господина? Того, чьё дитя носишь под сердцем?

– Он со мной развелся. Не пожалел даже дитя. Вышвырнул меня из своей жизни из-за этой дряни и растоптал. Все здесь ненавидят меня. Мне не за что их любить. И уж точно не за что быть им верной. Я помогу тебе, а ты возьмёшь меня в жёны. Мне нужна защита такого сильного мужчины, как ты, господин Амир. Что скажешь?

Амир хищно усмехнулся, бесстыдно оглядел Айше с ног до головы.

– Что ж… Узнай, где прячется иностранка. И я возьму тебя в жёны. Даже приму твоего ребёнка. Но не вздумай лгать мне. За это я тебя убью.

ГЛАВА 2

– Госпожа Фатима, выпей воды, – Зулейха протянула ей стакан с водой, но Фатима отмахнулась, тяжело вздохнула.

– Мне вода не поможет, Зулейха. Моя семья в опасности.

Зулейха вытащила из аптечки капли, принялась отсчитывать их в стакан с водой.

– Выпей, госпожа моя. Это поможет успокоиться.

В комнату тихо постучали, и, не дожидаясь ответа, зашли. Это Айше.

– Айше? – Фатима схватилась за сердце, прижала руку к груди. – Ты жива?

Айше молча приблизилась к Фатиме и, замахнувшись, влепила женщине пощёчину. Зулейха вскрикнула, заслонила собой Фатиму.

– Как ты смеешь?! Совсем с ума сошла?!

– Отойди, слуга, – приказала Айше Зулейхе, только та не послушалась.

– Я не твоя слуга. Если ты ещё раз тронешь госпожу, я сама тебя убью!

– Я больше вас не боюсь. Теперь ваши жизни зависят от меня. Теперь я хозяйка этого дома. Вы же здесь доживаете последние дни.

– Асад вернётся и уничтожит тебя, проклятая девка, – прошипела Фатима, держась за щеку.

– Вашему Асаду пришёл конец. Теперь халифом станет Амир. А я стану его женой. Вам же одна дорога. Как и этой девке, которую ты спрятала от Амира. Где она, отвечай?

Фатима выровняла спину, расправила худые плечи.

– Тебе никогда не добраться до неё. Я отправила девушку в Россию, там же она и родит законного наследника Асада. А ты со своим Амиром всего лишь шайка преступников, которых ожидает тюремная камера. Ты знаешь, какое наказание грозит тем, кто попытается силой захватить власть? Уверена, ты даже этого не знаешь. Куда уж тебе до истинной жены Асада. Аня его жена, а ты лишь досадная ошибка.

Айше пошла красными пятнами. Ринулась к Фатиме, но её за плечи схватила Зулейха.

– Не смей, Айше. Ты уже и так натворила дел. Ты предала халифат и своего халифа.

– Отойди, Зулейха. Пусть эта змея пустит свой яд. Ей всё равно не жить, – бросила Фатима.

– Ты, мерзкая, проклятая старуха! Думаешь, я испугаюсь твоих угроз? Я и так слишком долго боялась. Зато теперь я свободна. От тебя и твоей семьи. А вашу Аню найдут и в России. Амир не позволит ей родить наследника. Конец вам всем! – Айше усмехнулась, медленно развернулась и пошла к двери.

– Смотри же, Айше. Не проиграй, поставив не на того, – бросила ей в след Фатима и плюнула змее под ноги.

Дверь за ней закрылась, кто-то провернул ключ в замке.

– Как ты, госпожа моя? – Зулейха приложила мокрое полотенце к ушибленной скуле Фатимы, но женщина, казалось, не чувствует боли. По крайней мере физической.

– Эта дрянь предала нашу семью. Они не оставят Аню в покое. Будут искать её. Хоть бы девочка послушалась и хорошо спряталась, – выдохнула Фатима, поднимая лицо и руки к небу.

– С ней всё будет хорошо, – прошептала Зулейха, прикладывая к губам Фатимы стакан с водой. – Выпей, госпожа. Тебе это сейчас нужно.

– Я не могу ни пить, ни есть, не зная, как там мой внук. Жив ли он? – с застывшими в глазах слезами, она уставилась в окно.

Тем временем в жарких песках пустыни

– Что ты делаешь, старая ведьма? – захрипел мужчина, когда та засунула пальцы в его рану.

– Смазываю твои раны, халиф. Мы нашли тебя под палящим солнцем, раненного и выброшенного в пески. Хорошо, что я тебя узнала. Не дёргайся и позволь мне помочь тебе, – женщина снова зачерпнула пальцами какую-то вонючую мазь и прошлась ею по ранам на груди.

Он выжил. Аллах сохранил ему жизнь.

Первой болезненной мыслью была Аня. Где она сейчас? Успела ли спрятать её Фатима? Живы ли они?

– Мне нужно домой. Во дворец, – он попытался сесть, но руки настолько ослабли, что так и не смог подняться.

– Ты сейчас не воин, халиф Асад. У тебя серьёзные раны, которые нужно залечить. И лишь потом ты сможешь вернуться домой. Позволь мне позаботиться о тебе.

– Зачем тебе это?

Немолодая женщина усмехнулась.

– Может я хочу на старости лет в золоте походить?

– Я дам тебе золота, сколько захочешь. Только поставь меня на ноги как можно скорее.

– А на дочери моей женишься? – прищурилась женщина.

– Я выполню любое твоё желание, – прошипел он от боли и зарычал, как загнанный зверь.

– Тогда Бушра тебе поможет. Валия! – крикнула она и в шатёр заглянула молодая девушка, она встретилась взглядом с Асадом, стыдливо опустила глаза.

– Принеси ещё мази и смажь ею раны. Хорошенько смажь, чтобы не возникла инфекция.

Девушка бросилась исполнять приказ Бушры, а Асад прикрыл глаза, чтобы немного отдохнуть и собраться с мыслями, но ослабевшее тело не выдержало и он отключился.

ГЛАВА 3

Открыв глаза, Асад попытался встать и тут же зашипел от боли. Рядом кто-то заворочался, и он заметил сидящую на полу девушку. Оглядевшись, он нахмурился: значит, всё это не было сном. Его действительно подобрали кочевники.

– Почему ты здесь? И где твоя мать? – грубо спросил он.

Девушка вскочила, поправляя хиджаб.

– У тебя был сильный жар, господин… Я меняла компрессы и случайно задремала у твоего изголовья. Мама скоро придет, она ушла за водой.

Асад чувствовал себя разбитым. В лихорадочном бреду ему виделась Аня, её нежный голос и тепло, но реальность была холодной и чужой. Он вспомнил туманные обещания, которые давал матери этой девушки, пока метался в беспамятстве.

– Что ты здесь делала всё это время? – прямо спросил он, чувствуя неладное.

– Я заботилась о тебе, как о своем муже, – прошептала девчонка, робко коснувшись его щеки.

Только этого ему не хватало. Значит, его слова в бреду теперь стали для них законом. Асад поморщился, отстраняясь.

– Оставь меня и уходи.

Было нетрудно догадаться: женщина намеренно оставила дочь одну в его шатре, чтобы создать видимость близости и не дать ему забрать свои слова обратно.

– Я сделала что-то не так? – проговорила девушка, всё еще пытаясь поймать его взгляд.

– Ты нарушила правила, оставшись наедине с незнакомцем. Вот что ты сделала не так. Это мать приказала тебе?

Девчонка опустила глаза и густо покраснела.

– Я думала, тебе это важно…

В бреду он звал Аню. Он дарил нежность образу своей жены, а не этой незнакомке.

– Позови свою мать. Я хочу её видеть.

– Хорошо…

Девчонка шмыгнула из шатра. Асад снова попытался подняться, но резкая боль пронзила грудную клетку, а голова пошла кругом. Он бессильно рухнул обратно на подушки.

– Рано тебе еще вставать. Ранение тяжелое, чудо, что сердце не задето, – в шатер вошла та самая женщина и поднесла к его губам флягу. – Пей, тебе нужно много жидкости. Я приготовлю отвар.

– Это всё? Тебе не важно, как это выглядит со стороны? – строго спросил он, глядя на женщину.

Она лишь равнодушно пожала плечами.

– Меня это не заботит. Главное, что теперь никто из наших не посмеет претендовать на мою дочь. Раз ты дал слово в присутствии свидетелей, мне больше нечего бояться. Никто не тронет невесту халифа.

Асад вздохнул, скривился от боли.

– Как я оказался здесь?

– Тебя выкинули двое людей из машины. Ты истекал кровью и они оставили тебя на пропитание шакалам. Их здесь по ночам много бродит.

Значит, Амир считает, что победил. Что ж, рано он обрадовался.

– Ты слышала, что происходит в городе?

– Слышала. Все надеются, что ты вернёшься живым и здоровым. Нового правителя принимать пока не торопятся. Хотя много из твоих советников уже перебежали на другой берег, – женщина улыбнулась. – Знали бы они, что их ждёт.

– А тебе откуда знать, что их ждёт?

– Всё просто. Ты излечишься и вернёшься в свой дворец. Разумеется, со мной и моей дочерью. И накажешь всех предателей.

– Так и будет, – согласился он, хотя кое с чем не был согласен. – Я хочу, чтобы ты знала. Я не сделаю твою дочь счастливой. Я никогда её не полюблю и не поставлю на один уровень с моей первой женой.

Бушра хмыкнула, улыбнулась пожелтевшими зубами.

– А мне это и не нужно. Ее могут испортить наши кочевники и мне придется выдать её замуж за кого-нибудь из этих дикарей. Я не хочу такой судьбы для единственной дочери. Заберешь нас в столицу и делай, что хочешь. Меня интересует лишь богатство. Устала я метаться в жарких песках. Хочется мне иметь свой дворец.

– Что ж, это, пожалуй, я могу тебе дать. Но жениться на твоей дочери я не стану. Ты найдёшь за кого выдать её замуж. Всё остальное получишь. Даю слово халифа.

– Ты отказываешься жениться на Валии?

– Мне не нужна вторая жена.

Бушра нахмурила густые брови, в её взгляде промелькнуло недовольство.

– Но теперь её репутация в твоих руках. Для всех здесь она твоя невеста.

– И кто в этом виноват? Кто подстроил всё так, чтобы девчонка оказалась рядом со мной, пока я был в бреду? – Асад прищурился, не скрывая своего раздражения.

Бушра на мгновение отвела глаза, признавая его правоту, и коротко кивнула.

– Хорошо. Мне хватит и золота. Но как ты собираешься вернуть былое величие? В халифате повсюду твердят, что тебя больше нет в живых.

– Пусть пока верят в это. Мне это только на руку, – Асад перевёл дыхание, борясь с накатывающей слабостью. – У меня будет для тебя задание. Ты должна разузнать всё о моей жене и бабушке. Сможешь сделать это для меня?

Женщина хмыкнула, и в её глазах блеснул алчный интерес.

– Ради золота я способна на многое. Считай, что твои близкие уже под моим присмотром.

ГЛАВА 4

Он касался моей кожи прохладными пальцами, и это мимолётное ощущение дарило забытое тепло. Его присутствие волновало, заставляя сердце биться чаще в предвкушении. Я невольно вздохнула, чувствуя, как сладостная истома разливается по телу.

– Моя маленькая госпожа… – услышала я его тихий, знакомый до боли голос и улыбнулась.

Он пришёл за мной. Не оставил. Не забыл. Не погиб…

– Любимая госпожа…

– Любимая…

Я резко открыла глаза, села на кровати и инстинктивно обняла свой живот. Это был сон. Всего лишь сон. Асада не было рядом, тишина комнаты подтверждала – мне всё пригрезилось.

В дверь маленькой спальни постучали, и я разрешила войти. На пороге появился Али. Он молча прошёл к столу и поставил на него поднос с едой.

– К такой трапезе ты, наверное, не привыкла, но это всё, что я могу предложить. Чуть позже схожу на рынок, а сейчас поешь суп из баранины. Это придаст сил.

– Спасибо… А можно и мне с тобой? Я хотела бы услышать хоть какие-то новости.

– Не думаю, что это хорошая идея, – покачал он головой. – Тебя ищут, и узнать тебя будет слишком просто: акцент, цвет кожи, глаза… Ты совсем не похожа на местных женщин, госпожа. Соседям я сказал, что ко мне приехала родственница, но на глаза им лучше не попадаться. Верить сейчас нельзя никому. А новости я узнаю и всё тебе расскажу.

Я задумчиво кивнула и взяла ложку. Аппетита не было, но я понимала: теперь я отвечаю не только за себя, но и за маленького наследника. Он не просто продолжение империи Асада, он частичка меня. Если с ним что-то случится, я себе этого не прощу.

Суп оказался сытным. Я заставила себя всё проглотить и поблагодарила Али. Он старался не поднимать на меня глаз, хотя я была одета максимально скромно.

Забрав посуду, он ушёл, а я подошла к окну. Район был бедным: простые дома, шумная детвора на пыльных улицах. Издалека виднелся рынок, тот самый, на который я так стремилась, надеясь поймать хоть крупицу вестей из дворца.

По щекам потекли слёзы. Неужели Асада больше нет? Но как такое возможно? Чтобы он и погиб? Он не мог. Я бы почувствовала. Я бы сразу поняла. Но сейчас я чувствовала, что он жив. Он наберётся сил и вернётся ко мне. Обязательно вернётся и свергнет всех врагов.

В окно увидела уходящего Али. Заперев меня дома, он ушёл на разведку. Я поджала губы, села на кровать. Как не сойти с ума? Как это всё выдержать?

Перед взором стояла бабушка Фатима. Её добрые глаза, которые были полны слёз. Только сейчас я поняла, что она не просто провожала меня, а прощалась. Она не собиралась бежать и прятаться. Гордая госпожа Фатима не будет скрываться и дрожать. Она слишком величественна для этого.

Слёзы на щеках высохли и я погладила свой живот. Сколько я уже здесь? Неделю? Да, где-то так… А из дворца никаких вестей. Может Али что-нибудь узнает? Это и в его интересах тоже. Там осталась его мать, верная Зулейха. Она тоже не стремилась убежать. Осталась со своей госпожой.

Али вернулся ближе к вечеру. Уставший и угрюмый, он занёс поднос с едой, снова поставил его на стол.

– Тебе не обязательно готовить мне еду. Я сама могу… И тебе тоже приготовлю.

– Ешь, госпожа, – коротко бросил Али, отошёл к окну, чтобы не смотреть на меня. Я уже знала, что у них не принято смотреть на чужих женщин. Тем более на женщину халифа. – Во дворце тихо. Говорят, всех взял в плен шейх Амир. Он ждёт доказательств, что халифа Асада больше нет, а его потомство… не родится. Только после этого он сможет объявить себя новым халифом. До того народ его не примет. Тебя ищут. Говорят, не только в столице, а по всему халифату и даже за границей. Ищут, чтобы убить.

Я вздрогнула, отложила вилку, которой бесцельно ковыряла кусок мяса. Неужели это происходит со мной? Как такое возможно?

– Уехать домой я могу? – спросила с сомнением и тут же получила ответ:

– Нет. Тебя поймают раньше, чем ты купишь билет. Шейх Амир опасен. Очень.

– А как там госпожа Фатима и Зулейха? – спросила осторожно, боясь услышать что-то страшное.

– Я о них ничего не знаю. Говорят, они в плену во дворце, но так только говорят. Доказательств, что они живы у меня нет.

Я закрыла глаза, отложила вилку. Аппетит исчез окончательно.

– А Асад? О нём говорят? Его ищут?

– Ищут. Все. Не только шейх Амир. Люди хотят знать, где их халиф. Поэтому работает и полиция, и другие службы. Всё очень серьёзно.

– Можно мне маленькую чашечку кофе? Я сама сварю… Привыкла к нему и теперь только кофе меня успокаивает.

Я часто его пила с Фатимой. А теперь… Где она теперь?

Али отвёл меня на кухню, всё показал. Достал банку с молотыми зёрнами кофе, включил плиту. Я насыпала кофе в турку, поставила её на огонь.

Усмехнулась, вспомнив, как Зулейха варила кофе для нас с бабушкой Фатимой. Не думала, что буду скучать по таким моментам.

Когда густая пенка поднялась, я выключила плиту и разлила кофе по чашкам. Одну протянула Али.

– Спасибо, – поблагодарил он, а я вдохнула запах свежесваренного кофе.

Беременным кофе не рекомендуется, но для меня это единственный способ успокоиться. Макнув губы в пенку, облизнула их, закрыла глаза.

– Я на ночь уйду. Попробую пробраться во дворец и узнать как там мать и госпожа Фатима. Тебя я запру снаружи. Не выходи никуда. Это опасно.

– Да, я помню, – кивнула, вздыхая. – Не выйду. Буду ждать тебя. А ты будь осторожен. И спасибо… за всё.

ГЛАВА 5

Они пришли ночью. Разбили окно и открыли дверь. Услышав звон бьющегося стекла, я вскочила с кровати и бросилась к шкафу. Залезла в него, спряталась за одеждой.

– Ищите! Она должна быть здесь! – послышался чей-то властный голос. Я зажала рот руками, чтобы не заорать от накатившего волной ужаса. Жаль, что у меня не было времени как следует спрятаться.

Жаль. Меня отыскали довольно быстро и, вытащив из шкафа, швырнули на пол в ноги говорившему. Я была уверена, что это шейх Амир. Только ему нужна моя погибель. А где же Али? Его поймали? Или… Нет. Пусть у него всё будет хорошо. Хорошо, если ему удалось сбежать. А может это он меня сдал? Он сам говорил, что верить я не могу никому.

– Здравствуй, Аня. Так тебя зовут? – заговорил по-русски мужчина, возвышающийся надо мной.

Я подняла взгляд на его ботинки, выше на колени в военных штанах. Сглотнула, потому что лёжа на животе, я не могла выгнуться и посмотреть ему в лицо.

Легла щекой на ковер и закрыла глаза. Плевать как он выглядит. Мне всё равно, кто меня убьёт. Я заплакала. Нет, не из-за того, что мне сейчас ботинком размозжат голову. А потому, что я больше не увижу Асада. И наш ребёночек не родится.

– Гордая? – мужчина понял меня по-своему. И пусть. Мне плевать. На колени перед ним я не встану. – Поднимите её! – отдал он приказ, и я заскулила, когда меня, схватив за плечи, дёрнули вверх.

Теперь я его видела. Он был на голову выше меня и в тусклом освещении спальни видела я плохо, но его лицо вдруг оказалось совсем близко. Он бессовестно и нагло меня рассматривал.

Я тоже взглянула в его холодные, почему-то светлые глаза. Он не был кареглазым, как большинство арабов. Глаза скорее тёмно-зелёные. И красивое лицо. Я мысленно удивилась. Как это у врага красивое и молодое лицо? Разве он не должен быть старым уродом?

– Испугалась? – спросил он меня, и я шумно выдохнула.

– Делай то, зачем пришёл, я не буду просить о помиловании, – я знала, что для Ани с Асадом всё закончено. И больше не собиралась сопротивляться. Я сдалась.

– Убить тебя я всегда успею, – он ещё какое-то время смотрел на меня, а затем кивнул своим головорезам. – Отвезите её во дворец.

– Где Али? Что вы с ним сделали? – я вырвала своё запястье из руки его человека, когда тот схватил меня.

– Кто такой Али? – усмехнулся шейх Амир. – Ааа… Да. Хозяин этого дома. Он в тюрьме. Его судьбу я буду решать позже.

– Он ни в чём не виноват!

– Он виноват, потому что скрывал тебя от меня.

– А кто ты такой? – усмехнулась я. – Ты всего лишь какой-то там шейх. Ты не халиф, чтобы тебя слушаться.

Я думала он меня ударит за такую дерзость, но этого не произошло. Как ни странно.

– Уведи, – кивнул на меня одному из своих людей и тот потащил меня к выходу. На улице собрались люди. Они шептались и смотрели на меня испуганными глазами. Но никто не вышел заступиться. Шейха Амира боялись.

– Это она? Русская жена халифа Асада?

– Да, она. Пряталась тут…

Шепотки заставили меня горько усмехнуться. Не вышло у меня спрятаться. Быстро отыскали. И теперь… А что, кстати, теперь? Меня бросят в тюрьму, как Али? Пока шейх Амир не решит, как нас убить?

– Отпустите, я пойду сама! – крикнула на арабском, чтобы услышали все трусы. Меня, что удивительно, отпустили и я пошла под конвоем к большим чёрным внедорожникам. Мне открыли дверь и захлопнули её, когда я села на заднее сидение. Рядом находился один из охранников шейха Амира. Никого из окружения Асада я пока не увидела. Это же хорошо, правда? Значит не предали его? А может ждут… Как я ждала. Я ждала и думала, что Асад вернётся, но уже прошла неделя, а его всё нет. Даже шейху Амиру не удалось его найти. Хорошо это или плохо?

Меня привезли во дворец и я удивилась. Разве меня не посадят в клетку, как всех тех, кого пленил шейх Амир? Почему нет?

Вопросов вслух я не задавала. Едва ли мне кто-нибудь ответит. Меня выпустили из машины, повели к порогу дворца. Я зашла внутрь и едва не обомлела. Здесь столько людей… И все в военной форме.

Это не просто мятеж. Это война. Асад сам не знал, что она назревает. Противник умён и хитёр.

– Дальше я сам, – услышала позади голос шейха Амира и вздрогнула, когда он взял меня за локоть. – Разрешишь мне проводить тебя в комнату?

– А у меня есть выбор? – спросила, глядя себе под ноги.

– Нет.

– Тогда к чему эти вопросы?

– А ты с характером. Не дрожишь, не боишься. Сильная женщина, да?

Знал бы он, как на самом деле мне страшно. Но внешне, да, я была спокойна. Истерика мне всё равно не поможет.

Он повёл меня наверх, к таким знакомым спальням. Я с жалостью и тоской взглянула на дверь спальни Асада, но мы прошли мимо. Открылась дверь в комнату госпожи Фатимы и меня завели во внутрь. Дверь позади хлопнула, а я подняла глаза на Фатиму и Зулейху.

– Бабушка Фатима… – больше слёз я не сдерживала. Они потекли по щекам, а я бросилась в объятия Фатимы.

ГЛАВА 6

Открыв глаза, я нашла взглядом Фатиму и про себя отметила, что даже сейчас она не сгорбилась и не сутулилась. Она стояла у окна с гордо расправленными плечами. Настоящая королева.

Зулейха сидела рядом и по её лицу было сложно понять, о чём она думает.

Я же бессовестно разлеглась на кровати Фатимы. Стало как-то неудобно.

– Сколько я проспала? – спросила тихо у Зулейхи, садясь на кровати, но ответила госпожа Фатима.

– Всего пару часов. Поспи ещё. Пока можешь.

Это её «пока можешь» заставило вздрогнуть и вспомнить, что мы в плену.

– Мне не хочется спать… Как только закрываю глаза, вижу Асада.

Во сне он звал меня за собой и я бежала изо всех сил, но догнать его так и не смогла. А потом была тьма. Страшная, ужасающая даже во сне. Я искала выход из неё, но у меня не получалось.

– С моим внуком всё хорошо. Он скоро вернётся. Я это знаю. Шакалу не победить льва.

– Он обязательно вернётся. Я верю в это, – прошептала я и позорно заревела.

– В тебе сейчас играют гормоны. Постарайся успокоиться. Тебе нельзя нервничать.

– Какая разница, если меня всё равно убьют? – спросила я, а Фатима резко повернулась.

– Ты всё ещё жива. И будешь жить дальше. Главное не нервничай и ничего не бойся, дитя. Асад придёт за нами. Не может не прийти, – последнюю фразу она проговорила, уже глядя в окно.

*****

Шейх Амир устроился в том самом кресле, в котором восседал прежде халиф Асад. Усмехнулся, откинувшись на спинку и закрыл глаза. Осталось найти труп Асада, и это кресло станет его.

Она ворвалась без стука, как фурия. В его лицо даже её духами пахнуло.

– Нам нужно поговорить! – захлопнула за собой дверь Айше.

Шейх Амир поморщился от её громкого, слегка визгливого голоса.

– Если ты так говорила и с Асадом, то я не удивлён, что он решил развестись с тобой. Чего ты хочешь?

– Я? – она растерялась, покраснела. – Я всего лишь хочу, чтобы ты закончил начатое.

– И что же, по твоему мнению, я должен закончить?

– Как что? Ты должен убить её. Эту змею! Зачем ты вообще привёз её сюда?

– А я должен был спросить разрешения у тебя?

– Это я помогла тебе найти её. Именно я написала тебе список мест, где она может находиться. Именно по моей наводке ты поймал эту кобру.

– Кобру мне больше ты напоминаешь, – усмехнулся шейх Амир.

– Почему ты её не убил? Она ведь беременна наследником! Она опасна для тебя!

– Не опаснее, чем ты, Айше. К тому же я не воюю с женщинами. Она пригодится мне живой.

– Что? – Айше сделала к нему шаг, остановилась. – Что ты задумал?

– Я женюсь на ней. И тогда наследник родится уже у меня.

– Но…

– А вот тебя я брать замуж не хочу. Можешь проваливать из дворца. У тебя ведь есть родители? Возвращайся к ним, скажи, я тебя отпустил из плена. Они примут тебя.

– Но ты обещал, что женишься на мне, – она совершенно растерялась, потупилась, бледнея.

– Я ничего тебе не обещал. Я лишь допустил такую возможность. Но, пообщавшись с тобой, я подумал, что такая жена мне не нужна. Собирай свои вещи, забирай драгоценности и можешь уезжать. Тебя отвезут куда скажешь.

Айше горько усмехнулась, опустилась на диван.

– Ты такой же, как и он. Такой же… Ублюдок.

Зря она это сказала. Зря так назвала его. Это Айше поняла, когда он вскочил с кресла и бросился к ней, хватая её за горло. Сильно сжав её шею, он приблизил своё лицо к её и прошипел:

– Повтори, что ты сказала. Кто я?

– Ппппрости… Я не должна была…

– Не должна была. Убирайся сейчас же! У тебя час, чтобы собрать свои вещи. Я изгоняю тебя из резиденции. Пошла вон! – толкнув её, вернулся в кресло.

*****

– Открой, мне нужно туда войти! – послышался требовательный голос Айше и дверь отворилась.

Айше переступила порог, обошла вмиг насторожившуюся Зулейху.

– Снимайте свои драгоценности! Всё, что есть!

Фатима не отреагировала, продолжая стоять у окна. Я встала с кровати, сделала шаг к Айше.

– Ты с ними заодно?

– Да, – ответила за неё Фатима. – Она с предателями.

– Я с победителями, – усмехнулась Айше и протянула небольшой мешочек. – Складывайте сюда все свои драгоценности. И побыстрее, я тороплюсь. Разумеется, если вы не хотите, чтобы за драгоценностями пришёл сам Амир.

– Ему понадобились наши драгоценности? Серьёзно? – Фатима отвернулась от окна, приблизилась к Айше, снимая с руки блестящие перстни. Бросила их в мешок, усмехнулась. – Какая же ты жалкая, Айше.

– Поторопитесь, а то с вас насильно всё снимут! – прикрикнула на Фатиму Айше, за что тут же получила по лицу. Впервые Фатима подняла на кого-то руку. По крайней мере, мне её в таком состоянии видеть ещё не приходилось. Я молча сняла с себя подарки Асада, бросила в мешок. Лишь заглянула в лицо предательнице.

– Скоро наступит моё время. Ты мне всё вернёшь, так что, не спеши продавать драгоценности. Они вернутся к нам. А тебя больше никто не пожалеет.

– Вы только посмотрите, змея заговорила. Радуйся, что тебя пока не убили. Будь моя воля…

– Но воля не твоя, – оборвала её Фатима и Зулейха подошла впритык. – Ты здесь по-прежнему никто. Пустое место. Твоё спасение – девочка, которую ты носишь под сердцем. Когда вернётся Асад, а он вернётся, ты отдашь ему дочь и навсегда исчезнешь из нашей истории. А теперь забирай золото и проваливай! Глаза бы мои тебя не видели.

Фатима вновь отвернулась, потеряв весь интерес к происходящему. Я села на кровать, а гадюка Айше поспешила к двери.

– Хорошо вам отдохнуть в плену!

Дверь за ней закрылась, а я потёрла запястье, на котором был любимый браслет, подаренный мне Асадом. Нет, мне вовсе не жаль драгоценностей. Это всего лишь металл, пусть и дорогой. Но в груди стало так пусто и холодно, что я не удержалась и заплакала.

ГЛАВА 7

Нам принесли еду. Тележку с блюдами завезла знакомая служанка. Глянув на госпожу Фатиму, она стыдливо опустила глаза и поклонилась.

– Простите, моя госпожа. У меня не было выхода. Мне предложили работать дальше или уйти. Я не захотела вас покидать.

– Иди отсюда! – рыкнула на неё строгая Зулейха.

Служанка опустила голову, вышла из комнаты. Дверь тут же заперли на ключ.

– Поешь, Аня. Тебе нужно правильно питаться, – отдала мне приказ Фатима, а я вздохнула. Кусок в горло не лезет, как затолкать в себя эту еду?

– А вы? – спросила я, на что Фатима передёрнула плечами.

– Я не голодна.

Я налила кофе в маленькую чашечку, отнесла его Фатиме. Та благодарно улыбнулась, приняла чашку.

– Спасибо, дитя. Иди, поешь, – уже по-доброму откликнулась она.

– А что если еда отравлена, госпожа? – спросила Зулейха с подозрением глядя на тарелки с ароматными блюдами.

– Не думаю, что это метод шейха Амира. Мы уже ели эту еду.

– Да, но тогда здесь не было Ани.

– Если бы он хотел убить Аню, она бы здесь не сидела. Ешьте. Вам ещё понадобятся силы, – Фатима пригубила кофе.

Дверь внезапно открылась, на пороге появился чужой охранник.

– Госпожа Аня? – он беспардонно пробежался взглядом по нашим лицам, остановился на мне. – Тебя хочет видеть шейх Амир. Выходи.

Я обеспокоенно обернулась к Фатиме и та кивнула.

– Иди, не бойся. Он тебя не тронет. Хотел бы, уже навредил бы.

Я отодвинула свою тарелку, поднялась на ноги. Мужчина отошёл в сторону, выпуская меня наружу.

– Куда идти? – спросила я, а мужчина сделал мне знак рукой и пошёл первым.

Шейх Амир сидел в кабинете Асада. Я вспомнила, как мы с Асадом обнимались и целовались здесь, горло сжало тисками. Неужели этого больше не случится? Всё закончится вот так?

– Здравствуй, Аня, – обратился ко мне шейх Амир, кивнул на стул напротив. – Присядь. Поговорим.

Я опустилась на стул, придерживая уже заметный живот и Амир это увидел.

– О чём ты хочешь говорить со мной? – мой голос звучал ровно и спокойно, лишь мандраж в конечностях показывал насколько мне страшно. Зачем он меня позвал? Может нашёлся Асад? Или с ним что-то случилось…

По телу прошёл неприятный разряд.

– Я хотел поговорить о тебе. О том, что ждёт тебя в будущем. Тебе ещё интересно? – его голос тихий и бархатный, обезоруживает и меня начинает клонить в сон. Очень невовремя, но я ничего не могу с собой поделать.

– Я не очень хорошо себя чувствую. Говори, зачем позвал, – отвечаю ему, и шейх кивает.

– Я не заберу у тебя много времени. Просто хотел сделать тебе предложение. Деловое предложение.

– Что? Какое ещё предложение? – с одной стороны стало легче. Асада он не нашёл. Иначе не говорил бы со мной. Но в таком случае что ему нужно?

– Предложение выйти за меня замуж. Разумеется, уже после того, как найдут тело твоего нынешнего мужа Асада.

По моим венам заструилась горячая лава и я вскочила со стула.

– Он жив! Ясно тебе, шейх? Мой муж жив! И он вернётся за тем, что принадлежит ему. А принадлежит ему здесь всё и все.

Амир не шелохнулся. Лишь следил за моими передвижениями глазами.

– Сядь, Аня. Мы не договорили. Имей терпение и прояви ко мне уважение. Я ведь проявляю его к тебе.

Я опустилась обратно на стул, сильно прикусила щеку изнутри. Снова веду себя, как какая-то истеричка. Я должна быть сильной и непоколебимой, как бабушка Фатима. Она учила меня этому. Женщина должна быть мудрой.

– Хорошо, – я выдохнула, быстро вытерла так невовремя набежавшие слёзы. – Я слушаю тебя.

– Рано или поздно Асада найдут. Он не мог выжить раненный в пустыне, куда скрылся из моего лагеря. Он давно уже стал пищей для шакалов. Его тело могут и не найти, но мы подождём, как полагается. Потом я объявлю себя халифом и стану главой халифата. Я знаю, что ты носишь в себе наследника Асада. И я не могу позволить ему родиться. Если только ты не выйдешь за меня замуж. Тогда твой ребёнок станет моим наследником. Разумеется, если у меня будет мой родной сын, халифом станет он. Но твой по крайней мере останется живым.

– Зачем тебе это? – спросила я, еле держа спину, что так и норовила согнуться пополам. – Почему ты просто не убьёшь меня?

– Скажем так, я не мараю свои руки кровью ни в чём неповинных женщин.

– Это просто отговорка. Зачем я тебе да ещё и с чужим ребёнком?

– Ну что ж, раз ты такая догадливая… Когда-то халиф Асад отобрал у меня всё, что я имел. И тогда я поклялся, что заберу всё, что имеет он. Я придерживаюсь своего обещания. Убивать тебя я не собираюсь. Ты просто станешь одной из моих жен. Разумеется, если ты выберешь жизнь. Потому что угроза в виде наследника Асада мне не нужна.

– Ты говорил о предложении, – проглотила комок в горле, подняла на него взгляд. – Но это не предложение. Это ультиматум. Ты не оставляешь мне выбора.

– Разве Асад был другим? – шейх Амир усмехнулся. – Я ведь знаю, что ты попала к нему, как невольница. Он тебя заставил? Сломал? Или ты выбрала стать его женой?

Я проглотила свою длинную речь о том, что никогда не предам Асада, опустив глаза, вздохнула.

– Я могу подумать?

– Разумеется. У тебя есть время.

Я встала на негнущиеся ноги, поковыляла к двери, как побитая собака. Нет, я хуже собаки. Собаки не предают своих хозяев. А я… Я уже знала, что меня ждёт.

ГЛАВА 8

– О чём вы говорили? – спросила меня Фатима, когда я вошла в комнату и дверь за мной захлопнулась. В её взгляде я уловила волнение и даже страх.

– Он предложил мне стать его женой.

Фатима села на кровать, задумалась.

– Ну, конечно. Он жаждет опозорить моего внука даже после его гибели… Что может быть отвратительней?

– Я хочу, чтобы вы знали. Я против. Но он сказал, что у меня нет другого выхода. Мой малыш… Он для него серьёзная угроза.

– Так и есть, – кивнула Фатима, глядя на мой живот. – Аборт делать поздно, а убивать женщину с ребёнком под сердцем – недостойно мужчины. Даже такого подлого, как шейх Амир. Вот он и решил забрать тебя себе. Ох, только бы мой внук выжил и вернулся…

– Вы в это верите? – спросила я её, на что Фатима метнула в меня гневный взгляд.

– Разумеется я верю. И тебе не мешало бы. Или ты уже согласилась стать женой шейха Амира?

– Нет… Я не согласилась. Он дал мне время подумать.

– Время – это хорошо, – задумчиво протянула она.

Дверь неожиданно открылась, на пороге появилась та самая служанка. Она склонила голову перед Фатимой.

– Госпожа, я здесь, чтобы увести госпожу Аню в её комнату. Зулейха тоже может отправляться в свою комнату. Вам теперь можно выходить из своих комнат и передвигаться по территории резиденции. Так распорядился шейх Амир.

В комнате повисла тишина, и я взглянула на Фатиму. Как она скажет, так и будет. Но она не торопилась с решением.

– Госпожа? – Зулейха подошла к Фатиме. – Если ты не против, я бы осталась с тобой.

– В этом нет необходимости. Ты и Аня вернётесь в свои комнаты. Аня, ты займёшь апартаменты Асада. Разумеется, если их ещё не занял шейх Амир, – она взглянула на служанку и та замотала головой.

– Он спит в самой дальней комнате. А всё своё время проводит в кабинете халифа Асада.

– Вот и отлично. Аня, ты можешь идти. Не забудь поесть, чтобы не навредить нашему малышу.

– Хорошо, – я поднялась с кресла, пошла за служанкой. Оглянулась на Фатиму, та кивнула мне и улыбнулась.

– Всё будет хорошо, – заверила она меня, а я вот совсем не уверена, что всё так и будет… Но кто я такая, чтобы спорить с самой госпожой.

– Принеси мне поесть, – я обратилась к служанке и та, понятливо кивнув, скрылась за углом. Я зашла в комнату Асада и, закрыв глаза, вдохнула запах его спальни. Спальни, где он жил… Где мы ели и смеялись. Где не было опасности и страха. Сколько ласк он мне здесь подарил, сколько приятных моментов.

Сев на кровать, я поджала под себя ноги, погладила выпирающий живот.

– Всё будет хорошо, малыш. Мы с тобой будем счастливы. Обязательно. Кто бы нам не угрожал. Мы всех победим. Твой папа вернётся и свергнет всех врагов.

– Думаешь? – я вздрогнула, услышав за спиной голос шейха Амира. По телу пробежали неприятные импульсы.

Я опустила ноги на пол, поднялась с кровати и повернулась в нему лицом.

– Ты распустил нас по комнатам, чтобы врываться ко мне без стука? – я хотела выглядеть надменно, чтобы он даже не думал о никахе со мной. В моём сердце есть место только для одного мужчины, и это не шейх Амир.

– Госпожа в ярости? – хмыкнул он.

Я отвела свой взгляд, стараясь не рассматривать чужого мужчину. Но я не могла не заметить, что он высокий и приятной наружности. Всю картину портила трость. Он хромой. Что ж, видимо, есть за что.

– Госпожа не хочет оставаться с тобой в одной комнате. Я всё ещё жена халифа Асада. И останусь ею надолго.

– Так вот в чём дело. Ты верна своему мужу?

– Да. Верна.

– Я бы мог изменить это.

– Не думаю, что у тебя получится, – ответила резковато, оскорбившись его словами.

Он похромал ко мне, остановился в одном шаге и я, желая отстраниться, едва не упала назад. Он выбросил свою руку и схватил меня ею за предплечье, на котором теперь точно останется синяк. У меня слишком нежная кожа.

– Ты меня боишься или играешь со мной? – моё желание отшатнуться от него он воспринял по-своему.

– Играю? Как тебе это в голову пришло? А ещё говорят, что ты умный стратег, – я попыталась оскорбить его в ответ, но шейх лишь усмехнулся.

– Жаль. Я бы поиграл с тобой.

– А мой живот от другого мужчины тебя не смущает?

– Нет. Я долго жил в Европе. Я вполне современный человек.

– Здесь это не работает. Здесь иная жизнь и люди другие.

– Тебе, наверное, было трудно привыкнуть к этому миру? Он сломал тебя? Заставил?

– Это тебя не касается.

– Ошибаешься, Аня. Меня касается всё, что касается и тебя тоже. Привыкай к новому господину. И больше не смей мне хамить. Мне не хотелось бы тебя наказывать. Воевать с беременными женщинами – это не моё. Но если придётся… Я тебя сломаю по-настоящему. Так, что ты больше не поднимешь головы.

ГЛАВА 9

Фатиму я нашла в её саду. Она потягивала кофе из маленькой чашечки, задумчиво смотрела на цветы.

– Помнишь, как Асад воровал у меня розы для тебя?

– Помню, – невесело улыбнулась я и присела рядом.

– Почему ты в чёрном платье? Уже соблюдаешь траур?

– Нет. Просто не вижу смысла одевать яркую одежду. У меня нет повода для веселья.

Фатима посмотрела на меня своими уставшими глазами.

– Ты и без макияжа, – она так же грустно улыбнулась. – Боишься, что он обратит на тебя внимание?

– Боюсь, – призналась честно.

– Он уже обратил, Аня. Иначе тебя бы здесь не было. Ему осталось найти тело моего внука и… Всё.

С её длинных ресниц капнула слеза. Я сглотнула.

– Этого не случится. Асад жив. Я знаю это.

– Мне бы твою уверенность, – прошептала Фатима, а мне стало её жаль. У неё ничего и никого нет, кроме Асада. Как и у меня. Хотя нет. У меня есть сын. А она осталась совершенно одна. И никакие богатства и власть не залечат раны. Уверена, она всё бы отдала в обмен на жизнь Асада. Как и я.

– Я собираюсь бежать, – прошептала так тихо, чтобы услышала меня одна Фатима. Она дёрнулась, как от удара, уставилась на меня.

– Ты с ума сошла?

– Скорее всего, – согласилась я, оценив все возможные риски. – Я думала об этом всю ночь. Я могла бы попытаться найти Асада. Возможно ему нужна моя помощь.

– Твоя помощь – ему? Ты точно рехнулась. Сиди во дворце и даже думать не смей о побеге. Я не хочу, чтобы тебя убили.

– Но…

– Я ничего не хочу слышать. Ты останешься здесь. Здесь твой дом. О побеге даже думать тебе я запрещаю. Поняла меня?

Я упрямо молчала, смотрела на сломанный кем-то цветок. Его лепестки засохли, потерялся цвет. Всё, как и у меня без Асада.

– Аня? – мне в лицо заглянула Фатима. – Пообещай, что не станешь убегать.

– Вчера он вошёл в нашу с Асадом спальню, – произнесла я, а Фатима замолчала. – Он вошёл без стука, подобрался ко мне сзади. Хорошо, что я была одета.

– Зачем он приходил?

Я пожала плечами.

– Может, чтобы показать свою власть. А может просто испугать меня. У меня такое ощущение, что шейх Амир очень жестокий человек. Как Асад… И если он захочет, то легко превратит меня в свою рабыню. Именно поэтому я хочу бежать.

– Нет. Ты не будешь бежать. Ты останешься дома. А те кто убежал… Аллах их судья. Ты не станешь одной из крыс, бегущих с тонущего корабля. Слышишь меня? Даже если нас закуют в колодки и потащат на потеху через весь халифат. А теперь обещай мне. Клянись, что никуда не побежишь.

– Но тогда…

– Обещай, Аня!

– Хорошо. Я обещаю, что останусь здесь, – безжизненным голосом произнесла я. Фатима кивнула, выровнялась. Как она умудряется держать голову так высоко? Как выдерживает это всё?

Мне хотелось бы быть, как Фатима. Такой же сильной, со стальным стержнем. Но я не она… Мне никогда не стать железной леди.

Его мы увидели издалека. Он шёл к нам в белоснежном костюме, от белизны которого слезились глаза. Он прошёлся по дорожке, ведущей в беседку, осмотрелся вокруг. Похоже, шейх Амир в нашем саду впервые.

– Дамы, – он склонил голову перед Фатимой, мазнул заинтересованным взглядом по мне. Наглый и несоблюдающий правила и порядки своей страны. – Я хотел пригласить вас на обед со мной. Что скажете?

– Зачем нам это? – враждебно зыркнула на него Фатима.

– Лучше просто пригласить, чем заставить. Ведь так? – нахальный и беспардонный. – Мне не хотелось бы делать что-то против вашей воли. Пока я предлагаю вам дружбу, госпожа Фатима. Как предлагал её халифу Асаду в своё время. Он, кстати, отказался. И очень зря.

Фатима побледнела, но внешне осталась такой же спокойной. Я ей завидовала. Меня трясло, как в лихорадке.

– Хорошо. Мы придём на обед, – ответила ему Фатима, и шейх усмехнулся.

– Ну вот и отлично. Буду ждать. Особенно тебя, Аня.

Я шумно сглотнула и закашлялась. Фатима, казалось, ничего не слышала. Может, это у меня слуховые галлюцинации? Едва ли.

Глядя в спину уходящему шейху, я спросила Фатиму слышала ли она его слова.

– Слышала. Глаз на тебя положил. Проклятый вор.

На обед мы пошли. Я укуталась в хиджаб, так, чтобы видно было лишь одно лицо. Фатима же не придала этому значения. Её чёрные волосы были собраны в высокую причёску и никакого хиджаба. Я снова ей позавидовала.

Шейх смотрел на меня прямо, не отрывая глаз.

– Так значит, он развелся с Айше, чтобы ты стала его единственной женой? – спросил, глядя мне в лицо, которое тут же запылало.

– Айше сама виновата в том, что Асад с ней развёлся, – проговорила я и опустила голову. Смотреть на него я не могла. Как и чувствовать этот прожигающий насквозь взгляд шейха.

– Ты станешь моей первой женой. Но я не могу обещать, что единственной. Впрочем всё зависит от тебя самой. Ты ведь знаешь, как и чем удержать мужчину? Тебя этому уже научили, я уверен.

Лицо горело от его слов, но я продолжала бездумно пялиться себе в тарелку. О еде речи не шло вовсе.

– Зачем она тебе? Разве мало юных красавиц, мечтающих стать женой шейха Амира? – заговорила с ним Фатима и я, благодарно на неё посмотрев, выдохнула.

– Когда-то я поклялся, что заберу у халифа Асада всё, что он имеет. А я привык сдерживать своё слово.

– А если я не захочу стать твоей женой? Ты меня убьёшь? – набравшись смелости, спросила его я.

– Не думаю, что стал бы тебя убивать. Я просто заберу у тебя ребёнка и больше ты его не увидишь.

Я вскочила, перевернув свой бокал с водой, и он разбился. Я же бросилась прочь, набегу вытирая слёзы.

ГЛАВА 10

В жарких песках пустыни…

– Из-за жары твои раны заживают не так быстро, как нам хотелось бы. Ты всё ещё слаб и не сможешь стоять на ногах. Я бы на твоём месте не торопилась бы.

– Ты не на моём месте, Бушра. Просто поставь меня на ноги. Ты можешь это, я знаю.

Женщина посмотрела на него ничего не выражающим взглядом.

– Я делаю всё, что могу.

– Ты делаешь недостаточно!

– А ты отказываешься взять мою дочь в жёны.

– Так вот в чём дело? Хочешь, чтобы слово дал?

– Ты уже его дал в бреду, но потом отказался. Так халиф не должен поступать.

– Ты сама сказала, что я был в бреду. У меня уже есть жена и её мне достаточно. Свои деньги ты получишь. Сможешь устроить жизнь своей дочери.

Бушра вздохнула и принялась толочь в ступке какие-то травы.

– Я обещала, что вылечу тебя. Раз Бушра пообещала, значит, сдержит своё слово.

– Сделай что-нибудь с этими ранами. Я не могу даже сидеть, – прохрипел, откашливаясь со стоном боли.

– Не торопись, халиф. Я всё сделаю. Наберись терпения.

Женщина отставила ступку, прошлась по шатру, в который с интересом заглянула Валия.

– Мама, ты звала меня?

Бушра шагнула к ней, вытолкала девчонку из шатра и нахмурила чёрные брови.

– Что это ты тут ходишь среди белого дня? Я сказала ночью прийти, а не сейчас. Не хватало ещё, чтобы слухи пошли. У нас там не пастух лежит!

– Я просто хотела помочь тебе, – Валия опустила глаза в пол, устыдившись.

– Знаю я, как ты помочь хотела! Ладно, не реви! Придёшь, как стемнеет. А сейчас отправляйся в город за травами, заодно послушай, что там говорят. И будь осторожна.

Валия кивнула, быстро шмыгнула за шатёр. Бушра с ухмылкой посмотрела той вслед.

– Ничего, доченька. Мама Бушра всё устроит.

Из шатра послышался стон, Бушра шагнула обратно.

– Кто там? – он смог приподняться на локтях, лицо халифа перекосило от боли.

– Это моя дочь. Я за травами её отправила. В песках они не растут. Заодно узнает, как там в твоём дворце дела. Может и нет уже твоей жены, – сказав это, Бушра уставилась на него своими чёрными глазами. Халиф скрипнул зубами.

– Следи за своим языком. Моя жена жива. Я это знаю.

– Прости меня, халиф за такие слова, но откуда ты знаешь, что её ещё не убили? Шейх Амир славится не добрыми делами.

– В таком случае я убью мятежника своими руками. Он это знает. И не посмеет тронуть мою семью. Я чувствую, они живы, – лишившись последних сил, халиф упал на постель.

Бушра снова взялась за мази.

– Время перевязать твои раны.

Халиф кивнул, по вискам его заструился пот. Бушра впервые видела такого раненного, а в песках ей довелось видеть много. Обычно с такими ранениями не живут больше суток. А халиф медленно, но уверенно идёт на поправку. Словно кто-то его держит…

Его крики заглушила подушка, в которую он вцепился зубами. Тяжкие стоны говорили о том, как ему, должно быть, больно. Бушра усмехнулась. Совсем скоро они с дочерью будут жить в богатом доме, а не в шатре. Будут есть дорогие блюда и сидеть на мягких подушках. Что ещё там делают богатые люди?

Валия вернулась в лагерь, когда уже стемнело. Ворвалась в шатёр, но, увидев спящего халифа, захлопнула рот и поманила мать на улицу.

– Ну что там? Что говорят?

– Говорят, что шейх Амир взял всех в заложники и затаился во дворце, как змей. А халифа все ищут! Говорят, что он погиб, а его тело шейх Амир выбросил псам на растерзание! – горячо шептала Валия матери на ухо.

Бушра отстранилась.

– Это хорошо… значит в песках его искать не станут. У нас есть время поставить его на ноги, а тебе забеременеть. Ты травы принесла?

– Да. Вот, – девушка вытащила мешочек, передала его Бушре.

– Хорошо. Это очень хорошо… Пошли к костру, нужно заварить тебе чай из этой травы.

Валия внимательно наблюдала за уверенными движениями матери. А та, что-то шепча себе под нос, заварила чай и подала его дочери.

– Выпей. Пей, пока горячий.

Валия поморщилась от резкого запаха, но сделала глоток. Она на всё пойдёт, лишь быть с халифом. А раз мать пообещала, значит, так оно и будет. Валия станет женой халифа Асада и будет самой счастливой женщиной на свете. Она это знала, потому что уже побывала в его сильных объятиях.

Допив чай, Валия отдала Бушре посуду и улыбнулась.

– Ну что, уже пора?

– Подожди. Сейчас я заварю чай и для него. Сначала напоишь его, а потом уже ложись рядом. И хорошо постарайся, Валия. Иди и утешь его. Чтобы не думал о той Ане, которую зовёт по ночам. Чтобы о тебе думал. Ну или хотя бы понеси от него. Халиф не бросит брюхатую.

ГЛАВА 11

– Что ты здесь делаешь? – я запахнула получше халат, поправила тюрбан на голове. Шейх Амир сидел за столом в моей комнате, курил тонкую сигарету, а пепел сбивал в мою чашку с кофе, которую, должно быть, принесла Зулейха. Остальным слугам я запретила заходить ко мне.

Запах табачного дыма тут же забился в ноздри и я поморщилась. Я не привыкла к табачному дыму. Асад любит курить кальян.

– Пришёл навестить свою прекрасную пленницу, – он мягко улыбнулся, но взгляд остался холодным и таким… Страшным. Как у змеи.

– Ты не можешь так запросто врываться в мою комнату. Это против правил халифата, халифом которого ты стремишься стать. Я чужая жена, а значит, табу для тебя! – я говорила по-русски и он меня понимал. Улыбка его не исчезла, только взгляд стал прохладнее.

– Я могу делать, что угодно. Кто мне запретит, мм? Кто запретит мне смотреть на тебя, женщина? Ты всего лишь женщина. Не более.

Я громко сглотнула отступилась, признавая своё поражение. За меня, и правда, некому заступиться. Ну, кроме госпожи Фатимы. Но она сейчас такая же пленница, как и я.

– Ты не посмеешь тронуть меня, – голос предательски дрогнул, но я расправила плечи, посмотрела прямо в змеиные глаза. – Я чужая женщина. Не твоя. И твоей добровольно никогда не стану. Шейх Амир любит брать силой беременных женщин?

Его улыбка стала хищной, издевательской.

– Мне не придётся этого делать. Однажды ты придёшь ко мне сама.

– Этого не будет.

– Посмотрим, – он бросил в чашечку с кофе свой окурок, а я поморщилась, представив вкус сигареты. – Я пришёл сказать тебе, что тело твоего Асада нашли. Я бы показал его тебе, но там почти не на что смотреть. Его обглодали шакалы, остались лишь кости и кожа на лице. Халиф Асад сейчас не в лучшем состоянии. Я бы сказал – хуже просто некуда. Я принёс это известие тебе первой. Не вели меня казнить, – он поднялся во весь свой рост. Приблизился ко мне и взял за подбородок. – Асада больше нет. Завтра я объявлю себя новым халифом. А сегодня ты можешь попрощаться с возлюбленным мужем. Сейчас пойду, поделюсь этой замечательной новостью с прислугой. Так она быстрее разлетится.

Он говорил что-то ещё, но я не слушала. Лишь шарахнулась от него назад, чтобы не смел трогать меня своими ледяными руками. Или это мне холодно?

Как? Как я не почувствовала? Как я могла не знать, что его больше нет?

Нет. Он жив. Мой Асад не мог погибнуть вот так. Он умный и сильный. Он настоящий правитель. Не какой-то там шейх. Он халиф!

– Он жив! – произнесла громко я, а шейх Амир остановился у двери.

– Тебе нужны доказательства?

– Да. Мне нужны доказательства.

Хромой шейх медленно развернулся ко мне.

– Что ж. Предлагаю тебе одеться и самой посмотреть на его останки. Видит Аллах, я этого не хотел. Но раз ты настаиваешь…

На опознание пришла и Фатима. Она была непривычно бледной и держалась за руку Зулейхи. За ними подошла и вся прислуга. Никто не верил. Все хотели сами увидеть.

– Покажите! – выкрикнул шейх своим людям, и те тяжело подняли крышку ящика.

Фатима охнула и, кажется, лишилась чувств, а я закричала, закрывая лицо ладонями. То, что лежало там… это не мог быть мой муж. Кто угодно, только не Асад. Ужасающее зрелище, изуродованное хищниками и стихией – следы того, что осталось от человека…

Я перевела затуманенный слезами взгляд на шейха Амира.

– Я тебе не верю. Это не он!

– Уберите и возвращайтесь к своим делам! – громко велел он, пока прислуга пыталась привести в чувство Фатиму.

Сейчас, как никогда, стало ясно, кто остался на нашей стороне, а кто предал Асада. Большинство слуг просто расходились, понуро глядя в пол. Они увидели доказательство гибели и смирились.

Я невидящим взглядом смотрела на Фатиму, и по моим щекам непрерывно текли слёзы. Когда её наконец привели в чувство, тот взгляд, которым она на меня посмотрела, полный боли и осознания утраты, заставил меня зарыдать в голос.

В жарких песках пустыни

Валия открыла глаза и довольно потянулась. Халиф всё еще был погружен в глубокий сон. После маминого травяного чая он спал беспробудно.

Девушка коснулась губами его щеки, а затем поднялась, чтобы привести себя в порядок. В теле ощущалась приятная истома, напоминающая о недавней близости. Валия на мгновение зажмурилась, представляя себя матерью его ребенка, но мечты прервал резкий рывок, кто-то больно потянул её за ухо.

Мать. Бушра не раз воспитывала дочь силой, так что для Валии это не стало неожиданностью.

– Больно, мама!

– Что ты здесь делаешь в такой час?! Живо одевайся и уходи, пока лишние глаза не увидели!

Валия поспешно закончила с одеждой и тяжело вздохнула.

– Ну когда уже, мама? Я так хочу во дворец… Говорят, там всё из чистого золота.

– Ишь ты! Размечталась! – громко хохотнула Бушра. – Золотые палаты ей подавай! Иди коз доить, мечтательница!

Валия поникла, перестав улыбаться.

– Ну-ну, – Бушра сжалилась и покровительственно похлопала дочь по щеке. – Не реви. Всё у тебя будет, если продолжишь быть послушной. А сейчас убирайся, тебе здесь не место. Приходи вечером, когда лагерь затихнет.

ГЛАВА 12

Я сидела в своей комнате несколько суток. Я не выходила и потеряла счёт времени. Всё вокруг застыло, притихло. Зулейха, которая приносила мне еду, рассказала, что шейх Амир провозгласил себя новым халифом. Многие с ним были не согласны и не приняли его, как нового халифа. Амира это злило и он велел своим людям и предателям выискивать недовольных и казнить их.

Столько жестокости… Откуда? Почему?

Я молчала. Не было желания говорить. Даже Зулейха не смогла вытянуть из меня хотя бы слово. Я лишилась сил и дара речи. Желания есть и пить…

– Ты должна поесть, – вечером примерно пятого дня меня навестила Фатима. Она была во всём чёрном. Как и я. Казалось, гордая госпожа Фатима лишилась своей силы и постарела на несколько лет.

Я вздохнула, взяла в руки ложку, но прикоснуться к еде так и не смогла. Ложка выпала из руки, а я заплакала.

– Не могу я есть… Не заставляйте.

Фатима вздохнула, обняла меня. Крепко стиснула.

– Ты должна. Ради него. Ради его сына. Ради своего будущего, – отстранилась, посмотрела мне в глаза. – Ради нашей мести…

Она отпустила меня, а я застыла взглядом на её лице.

– Мести?

– Да. Мести. Разумеется, если ты захочешь.

– Я хочу! – бросила уверенно. – Что я должна делать?

– Для начала поесть. Иначе всё остальное не будет иметь никакого значения. Ты должна поддерживать в себе жизнь. Ты должна родить здорового малыша. И только потом отомстить подонку, убившему Асада.

Меня будто под дых ударили.

– Ты в это веришь, госпожа? – мой голос дрогнул.

– А ты нет?

– Я ничего не чувствую… Ни боли утраты, ни желания оплакать его… Ничего. Словно он жив.

– Он жив. Для нас он будет жить всегда, – начала Фатима, поглаживая моё плечо.

– Нет. Не так. Я чувствую, что он жив. Его не убили и то тело, которое нам показали – не его. Да, его похоронили со всеми почестями, как халифа. Но я не чувствую, что его больше нет.

Фатима склонила голову, будто её стержень не сломали, но согнули.

– Хорошо, что ты в это веришь. Наверное, это правильно. А я вот не уверена в своих ощущениях. И единственное, о чём я думаю – это месть.

Я молча взяла ложку, зачерпнула супа и отправила его в рот. Вкуса почти не чувствовала, лишь горечь непролитых слёз.

– Молодец, – похвалила меня Фатима, мягко улыбнулась. – Тебе идёт беременность. Асаду бы понравилось…

Она резко встала, чтобы я не заметила её слёз, зашагала к двери. Там остановилась на несколько секунд, не поворачиваясь ко мне.

– Я рада, что ты веришь в него, – и покинула мою комнату, закрыв за собой дверь.

Нас больше не запирали и не лишали возможности передвигаться по территории резиденции. А моё желание сбежать, когда даже у Фатимы не осталось сил бороться, стало нестерпимым.

В тот же день пришёл и он.

Хромой Амир – так я называла его про себя. Для меня он не шейх и точно не халиф. Самозванец и подонок.

Он, как обычно, не постучал в дверь, вошёл тихо, как крадущийся хищник. У меня по коже побежали мурашки и я нырнула под одеяло, натянув его до самых ушей.

– Моя госпожа, – он криво усмехнулся, зашагал с тростью ко мне. – Не хотел тебя пугать.

«Так уйди!» – хотелось мне закричать, но я сдержалась.

– Как твои дела, Аня? Всё ещё страдаешь?

Я не ответила, лишь опустила взгляд на его больную ногу.

– Что, хочешь спросить откуда у меня это? Это сделал когда-то Асад. Да, тот самый Асад, по которому ты льёшь слёзы. Он убил мою семью и чуть не убил и меня. Но я, как видишь, здесь. В его дворце. С его женщиной, которую я сделаю своей, – ещё одна гадкая ухмылка, и я готова заорать от ярости. Мой Асад не мог убить его семью. Просто потому, что он не такой. В нём нет столько жестокости.

– Так и будешь молчать? Не скажешь мне ни слова? И ничего не спросишь?

Я отвернулась к приоткрытому окну, вдохнула как можно больше кислорода.

– Ты мне не веришь, – заключил он и прошёлся ко мне. Встал у окна, прижавшись спиной к стене. – Хорошо, что мне плевать. Я всегда мечтал о немой жене, – послышался смешок, но я не подняла на него взгляд. – Я пришёл сказать тебе, что как только закончится твой траур, ты выйдешь замуж за меня. Мне нужна семья и ты ею станешь.

Я с трудом сохранила невозмутимый вид. Тихо выдохнула, так же тихо схватила воздух приоткрытым ртом.

ГЛАВА 13

– Я не выйду за него замуж! Ни за что!

– Тогда он тебе навредит. Тебе и ребёнку Асада. В этом человеке не осталось ничего человеческого. Лишь внешность. И то испорченная хромотой. Он жесток и беспринципен.

– И что вы предлагаете? Выйти за него замуж? Серьёзно? – я схватилась за горло, потому что мне стало трудно дышать.

– Только так мы сможем остаться во дворце и отомстить. Придёт время и ты сможешь отомстить за свою семью.

– Но… Как же верность? Я не предательница. Я не хочу становиться женой другого. Я жена Асада. И только его. Все эти люди, смирившиеся с новым халифом – предатели. Я не одна из них.

– Тебя никто не заставляет любить его, как любила Асада, – Фатима с прямой спиной стояла у входа в беседку, осматривалась вокруг. Только здесь мы могли спокойно поговорить, не опасаясь быть услышанными.

– Я не любила. Я до сих пор люблю. И я верю в то, что однажды он вернётся.

Фатима грустно улыбнулась, сжала тонкие, длинные пальцы в кулаки.

– Ты ещё так молода, Аня… У тебя всё ещё впереди. Но Асад… Не возлагай пустых надежд на его возвращение. Амир не оставил бы его живым.

– А я буду верить. И если понадобится, сбегу. Но за Амира я замуж не пойду. Ни за что.

Фатима невесело хмыкнула.

– В тебе ещё говорит максимализм. Ты ещё не сломлена…

– А ты, госпожа? Ты сломлена? Поэтому советуешь мне стать женой Амира?

Фатима резко развернулась ко мне, зашелестела одежда.

– Я лишь помогаю тебе найти свой путь. Не моё желание выдать тебя за Амира. Это он так пожелал. И он не отступится.

– Вот поэтому я и хочу сбежать. Чтобы не стать его насильно. А ты должна мне помочь.

– И как же я это сделаю? – Фатима изогнула чёрную бровь.

– Я не знаю как. Но мы должны избежать этого брака.

– Ты меня не слышишь, Аня. Никто не даст тебе сбежать! Никто тебя не отпустит! Он уже принял решение. И нам придётся смириться, чтобы набраться сил перед боем.

Я отвела взгляд в сторону. Мне ли говорить ей, как мне страшно. Если я приму неверное решение, то могу лишиться головы и своего ребёнка. И прежде всего доверия Асада. Потому что, когда он вернётся, а он вернётся, предателей он не простит. Я знаю Асада. Он собственник. Он меня не пощадит даже ради ребёнка. Я отправлюсь в изгнание вслед за Айше.

– А если я не хочу мстить? – спросила малодушно и спрятала свой взгляд за ресницами, уставившись на собственные колени.

– Тогда прими новые порядки и живи себе спокойно, – голос Фатимы стал холоднее айсберга. – Если ты не хочешь отомстить за Асада, то и говорить не о чем. Выйдешь замуж за Амира, станешь женой нового халифа. И будешь улыбаться в камеры, играя в счастье. Ты хорошо подумай, чего именно ты желаешь. И тогда решение придёт само собой, – Фатима развернулась и зашагала прочь, а я осталась сидеть в беседке с чашкой чая в руке.

*****

В жарких песках пустыни

Асад открыл глаза, резко вдохнул. Обвёл взглядом помещение в котором находился и про себя отметил, что это не здание, а небольшой шатёр. Такие используют кочевники.

Но что он здесь делает?

Они.

Рядом, в его объятиях спала девушка. И это не Аня.

Боль в грудине напомнила ему о Бушре, которая подобрала его в песках. Он поморщился, закрыл глаза. А открыв их снова, столкнулся со взглядом больших карих глаз.

– Кто ты такая и что здесь делаешь? – его голос, осипший и грубый, прорезал тишину шатра.

– Мой господин… Меня зовут Валия… – она поспешно отстранилась, судорожно поправляя на себе одежду. – Ты звал меня ночью, и я пришла на твой зов.

Асад нахмурился, пытаясь собрать воедино осколки памяти. Еще совсем недавно он чувствовал рядом Аню. Это она была в его объятиях… Или же всё это было лишь лихорадочным бредом?

– Уходи! – приказал он жестко. – И позови Бушру!

Девчонка соскочила с постели и, низко склонив голову, попятилась к выходу, на ходу запахивая платье. Асад смотрел ей вслед, чувствуя, как внутри закипает ярость. Кто посмел его ранить? Почему он всё еще здесь? Почему его не ищут преданные люди?

Бушра появилась мгновенно, стоило дочери скрыться. Она склонилась перед ним, и на её лице промелькнула едва уловимая усмешка.

– Как хорошо, что ты пришёл в себя, господин! Я так ждала этого дня. Сейчас приготовлю тебе целебный отвар, – она бросилась в угол, перебирая сушеные травы.

– Погоди. Ответь мне, почему я до сих пор здесь? Я ведь в пустыне?

– Да, мой господин. Пустыня стала твоим спасением, – Бушра обернулась. – Я смогла спрятать тебя от лишних глаз. Никто не знает, кто ты на самом деле. Мои соплеменники думают, что я выхаживаю простого путника, поэтому тобой никто не интересуется. А домой тебе сейчас нельзя… Там творятся страшные вещи.

– Что происходит? – в голове запульсировала единственная мучительная мысль: «Аня. Что с ней?»

– Шейх Амир предъявил всем доказательства твоей гибели и провозгласил себя новым халифом. Тебя больше не ищут, господин. Тебя уже похоронили.

ГЛАВА 14

Он вошёл в мою спальню, как обычно, без стука. Точно так же, как ворвался в мою жизнь.

Я шумно выдохнула, поднялась с кресла в котором читала книгу. Свои занятия я не забросила. Однажды Асад вернётся и поймёт, что я его ждала. А до тех пор я буду совершенствоваться. Я стану лучше и сильнее.

– Доброе утро, моя невеста. Как твои дела? Что ты читаешь? – хромой Амир бесцеремонно вырвал из моих рук книгу, удивился тому, что я читаю на арабском языке.

– А ты не так проста, как кажешься. Ты далеко пойдёшь. Разумеется, если станешь моей женой.

– А если не стану?

– У тебя нет другого выхода. Либо ты становишься моей женой, либо отправляешься в пески к шакалам.

– Я выбираю второй вариант, – отвечаю презрительно, не глядя на него.

Неожиданно он ловит меня за подбородок, приподнимает лицо кверху. Глядит так пронзительно, что я начинаю дрожать.

– Тебе никуда не деться от меня. Даже не мечтай об этом.

– Не прикасайся ко мне! – отталкиваю его руку. – Верни мою книгу!

– Решила поиграть в неприступную? Что ж, это будет даже забавно, – подаёт мне книгу, отпускает подбородок. – Я сломлю тебя, женщина. Жаль, что ты беременна. Пока в тебе ребёнок моего врага, я не притронусь к тебе. Но потом, когда ты родишь…

– Я не намерена это слушать.

– Что ж, я тоже не любитель болтать. Предпочитаю действовать. Встань.

Я со вздохом откладываю книгу, понимая, что он не даст мне дочитать. Встаю, смотрю ему в глаза.

– Асад не научил тебя нашим законам и традициям? Ты не должна смотреть мне в глаза. По крайней мере до брака.

– А мне плевать, что я должна или не должна! – отвечаю по-русски.

Амир кривит губы в усмешке.

– Строптивая. Ты с ним была такой же? Тогда я понимаю, почему ты стала его единственной женой.

– Ты не имеешь никакого права говорить о нём, – я стою на своём, желая всеми фибрами души, чтобы враг пошёл прочь. Разговор с ним меня выматывает.

– Мужчины любят строптивых. Я люблю строптивых, – продолжает он и вдруг хватает меня за лицо. Приближает свои губы к моим и прижимается ими.

Я мычу, пытаюсь освободиться, но всё зря. Он сильнее. Что есть сил кусаю его за нижнюю губу, он с шипением отстраняется. Прикладывает пальцы к ране, смотрит на свою кровь. Усмешка до сих пор на его лице. Ничем не стереть её.

– Ты всё больше меня интригуешь.

– Уходи! – вытираю губы тыльной стороной ладони, кривлюсь, будто проглотила мерзкую жабу.

– Ну-ну. Это было не так отвратительно, как ты хочешь показать.

– Для кого как! – шиплю на него змеёй, хватаю свою книгу, как щит. Меня до ужаса страшит близость с ним. Что угодно, только не это. Я не предам Асада. Добровольно – ни за что. Но меня, похоже, не особо-то и спрашивают. Даже Фатима уверена, что я должна выйти замуж за предателя. Все в один день сошли с ума.

– До встречи за ужином, Аня. Я буду рад видеть тебя за своим столом.

– Это не твой стол! – кричу ему в спину, опасаясь нарваться на что-нибудь неприятное, вроде его поцелуя.

Но Амир покидает мою комнату, а я спешу подставить стул к ручке двери, чтобы никто не смел заходить ко мне без спроса.

За ужином собрались все. Пришла даже Фатима. Она смотрит куда-то вдаль, будто находится не здесь, не во дворце. Интересно, она по-прежнему считает, что я должна выйти замуж за врага?

– Зачем ты позвал нас? – спрашивает она, как только Амир занимает своё место. Хотя нет. Не своё. Это место Асада, его и останется.

– Я собрал вас, чтобы объявить о свадьбе. Нашей свадьбе, – он смотрит на меня, опускает взгляд ниже, на мое черное платье. – Хватит носить траурную одежду. Твоё время закончилось, Аня.

Фатима перетекает взглядом на меня. Я это чувствую, но не вижу, потому что всё почернело перед взором.

– А если я против?

– Никах всё равно состоится. Мне не впервые захватывать что-либо силой.

– Ты подлый вор! – рычу на врага, и смотрю на него так, что будь у меня возможность испепелять взглядом, от него уже осталась бы кучка пепла.

– Я сделаю вид, что не слышал этого. Вор – это Асад. Изначально он украл у меня семью. Теперь я завладел его семьёй. Всё по-честному, Аня. Хотя на госпожу Фатиму я не претендую. Она может покинуть дворец в любое время.

– Я тебя ненавижу! – вскакиваю со стула и собираюсь уйти, но меня хватает за руку Фатима.

– Присядь, Аня. Пожалуйста, присядь. Посмотри на это с другой стороны. Тебе и малышу будет нужна защита. Он может тебе её дать. И я буду рядом, – в её взгляде столько мольбы, что у меня отнимаются ноги, и я падаю обратно на стул.

ГЛАВА 15

В жарких песках пустыни

Она касалась его лица тонкими пальцами, ласково перебирая бороду. В полузабытьи Асаду это приносило покой. Образ Ани стоял перед глазами, хотя её присутствие ощущалось иначе, чем прежде. Он потянулся к ней, желая ощутить привычное тепло, и в тишине шатра раздался чей-то прерывистый вдох.

Асад резко открыл глаза. Осознание того, что рядом не Аня, ударило наотмашь. Он инстинктивно оттолкнул ту, что склонилась над ним. Девушка не удержалась, упала на пол и вскрикнула.

Халиф с трудом сфокусировал взгляд, пытаясь понять, где находится. В памяти всплывали обрывки бреда, но реальность была иной.

– Ты кто такая?! – взревел он, и девушка испуганно вскочила на ноги. Она была в одной лишь нижней рубашке, растрепанная и дрожащая.

– Мой господин, я сделала что-то не так?

– Я спросил: кто ты?!

– Это моя дочь, повелитель, – раздался знакомый голос. Асад тряхнул головой, окончательно прогоняя призрачный образ жены. Сейчас было не время для грез.

Бушра бросила дочери верхнюю одежду и властным жестом отогнала её в угол шатра.

– Бушра, – он вспомнил имя женщины.

– Да, мой повелитель. Это я. На девчонку не гневайся. Ты ей очень приглянулся, и она хотела проявить заботу, как умела. Глупая еще.

– А наказать её за такую вольность не хочешь?

– Ты уже проучил её. Надолго запомнит, – Бушра кивнула на выход, и девушка поспешно скрылась.

– Значит, Ани здесь не было. Мне всё пригрезилось, – глухо произнес Асад, глядя на свою руку. Силы постепенно возвращались к нему. – Помоги мне сесть, – велел он Бушре, которая тут же расплылась в заискивающей улыбке.

– Повелитель, тебе пока рано вставать. Раны еще слишком свежи.

– Я сказал: помоги мне! – его голос окреп, наполняясь привычной властью.

Бушра ловко подложила подушку ему под спину. Лицо Асада исказилось от боли, на лбу выступила испарина, но халиф не привык отступать перед слабостью.

– Дай что-нибудь, чтобы унять эту боль.

– Отвар почти готов. Потерпи немного.

– Сколько времени я провел здесь?

Бушра отвела взгляд, и в её молчании Асад почуял неладное.

– Около трех недель, халиф.

– Три недели в беспамятстве?

– Ты был слишком слаб. Чудо, что раны заживают. Я сделала всё, что могла.

– Ты только что сказала, что они свежие, – Асад прищурился, глядя на неё в упор. – А теперь говоришь о трех неделях?

Бушра смиренно опустила голову, пряча глаза под платком.

– У меня нет лекарств из аптеки. Одни травы. Ими и лечу. А от них эффект не такой скорый. Прости меня, повелитель. Но я сдержу своё обещание и вылечу тебя.

– Если твоя дочь ещё раз окажется рядом со мной, одной затрещиной не отделается.

– Прости, мой повелитель. Она глупая ещё. Не знает, что творит. Ты ей очень понравился, как мужчина… Вот она и полезла к тебе. У нас таких мужчин нету. А ты и красивый, и богатый. Настоящий халиф. Вот она и не сдержалась.

– Это не отговорка.

Бушра вздохнула, опустила голову ещё ниже.

– Я буду следить за ней лучше.

– Что во дворце происходит, слышала? – Асад перевёл неприятный разговор в ещё более неприятный. Единственные, кто волновал его сейчас – Аня и бабушка Фатима. О них и хотел узнать. Подонок Амир уже мог не раз убить их.

– Говорят, что новый… Тот, кто объявил себя халифом, решил жениться. Видимо, решил обзавестись наследником. А ещё, он отлавливает всех недовольных переменами и убивает их. Так что, жизнь в пустыне не так уж и плоха, как все думают. Здесь всё по-честному.

– Ты можешь вылечить меня и остаться в своей пустыне. Я хорошо заплачу, госпожой станешь, – проговорил он, особо не задумываясь о судьбе Бушры и её дочери. Он сейчас мог думать только об Ане. Неужели её убил Амир? Беззащитную и беременную. Не хотелось в это верить.

– Нужно собрать людей. И пустить слух о том, что я жив. Пусть люди очнутся. А мне нужно попасть во дворец. Когда ты поставишь меня на ноги?

– Бушра своё дело знает. Скоро начнёшь передвигаться сам. Только не забудь, что обещал. Мы с дочерью больше не хотим жить в песках.

– Я подарю вам жильё в городе. Разумеется, после того, как прикончу мятежника. Так что, поставить меня на ноги в твоих же интересах.

Бушра о чём-то задумалась и кивнула.

– Договорились.

Долго Асад просидеть не смог. Упал на подушку, закрывая глаза. Из головы не выходила Аня. Нет, Амир не убьёт её. Хотя бы, чтобы иметь того, с помощью кого сможет давить на Асада. Ведь он знает, что Асад жив.

Скоро халиф вернётся домой. И накажет всех предателей. Они будут просить о пощаде, но её не будет.

ГЛАВА 16

– Сегодня будет проведён никах, – объявил Амир всем собравшимся, в том числе и Фатиме, и мне. Я скользнула взглядом по её лицу, она тяжело вздохнула и, развернувшись, пошла в свою комнату, из которой практически не выходила. Амир не прогнал её почему-то. Впрочем, это не единственный его странный поступок.

Вопреки всем законам и традициям родного халифата он не должен был брать меня в жёны. Кого угодно, только не жену своего врага. Беременную жену своего врага.

Дико странно, но я не почувствовала ничего. Его объявление не вызвало у меня ни злости, ни грусти. Ничего. Только пустота, холодная и неуютная.

Я начинала верить, что Асада больше нет. Ведь если бы он был жив, то уже давно вернулся бы. Может тот истерзанный шакалами мужчина и был Асадом, а я просто отказалась это принять? Как знать…

Амир расхаживал, хромая. Раздавал указания прислуге. Последних осталось не так много. Многие ушли, не приняв нового халифа, считая его преступником. Так думала и я. Только мне некуда идти. И бежать уже поздно. Я не одна. У меня под сердцем растёт ребёнок, которому понадобится защита от врагов. И главный его враг – Амир. Я должна оберегать его. Показать Амиру, что мой сын ему не угроза. Сделать всё, чтобы Амир не убил моего малыша.

– Входи, дитя, – улыбнулась мне Фатима, когда я постучала в её дверь и заглянула. Вся в чёрном, она сильно осунулась, похудела. Стала похожей на тень.

– Ты слышала, госпожа? Он хочет жениться на мне уже сегодня. А ведь я ещё не перестала носить траур.