Unknown

Светлана Суббота

Хищный инстинкт

Глава 1. Драгоценности должны украшать девушек, а не пылиться в шкафах

Издалека доносились звуки шумного бала-маскарада. Зато здесь, в прохладной большой комнате, царили тишина и спокойствие.

Окон не было, лишь тускло работающие артефактные светильники спрятались под самым потолком. Вдоль стен тянулись ряды застекленных стеллажей. Рядом с одним из них, перед открытой дверцей я и стояла, восхищенно разглядывая медальон с крупным аметистом.

Я и раньше видела его изображение в одном из семейных справочников, но сейчас, вблизи, на моей ладони, он выглядел еще более волшебно. Коробчатый способ закрепки камня с тонкими ножками фиксирующего серебра, идеальная багетная огранка, а самое главное - уникальная вязь редких заклинаний, окутывающая камень. Все в этом медальоне вызывало профессиональный восторг.

Я бережно повесила его на шею и закрыла дверцу стеллажа. Защитный контур восстановлен. Все, дело сделано. Украденная вещь вернется законному владельцу. Папенька будет мной доволен.

- Вы кто такая? - раздалось изумленное от двери.

Небеса! Еще бы пару минут и я успела уйти.

Сердце застучало сорванным ритмом, но выдержка мне не изменила. Всплеснув руками в шелковых перчатках, я торопливо двинулась к возникшему на пороге молодому человеку.

- Какое счастье вас увидеть, уважаемый, - защебетала я, - мне показалось, на лестнице увидела дядюшку. Поднялась сюда и в итоге заблудилась. Совсем бы перепугалась, право слово, если бы не вы.

Охранник, а темный дешевый служебный смокинг выдавал парня с головой, подозрительно осмотрел комнату и уставился на меня немигающим взглядом.

- Умоляю, сопроводите меня в зал, - проникновенно сказала я, скроив одну из самых жалобных своих гримас. Жаль, маска немного мешала. «Дева в беде» у меня всегда удачно получалась, матушка как-то заметила: «Не смотри на меня с таким выражением лица, дорогая. А то я забываю, что ты моя дочь и тянусь за кошельком с мелочью».

- Леди, а что у вас на шее?

Да что ж такое, в поместье маскарад, между прочем. Почему бы прелестной деве в костюме пастушки не украсить свою шейку драгоценным камнем? Размером с кулак.

- Это мое украшение, сущая безделушка. Не обращайте внимания. Мне, кстати, очень импонирует ваш стиль. Такая мужественность.

Широкий лоб парня прорезала задумчивая морщина, мощные челюсти дернулись словно пережевывая мои слова. К сожалению, бугай перекрыл весь проход, не протиснуться. И с места не двигался, буквально камнем врос, как я не тянула его за локоть.

- Вспомнил я эту цацку, - вдруг сказал он, - в шкафу лежала.

Дальше время понеслось вскачь. Хлопком ладони я задействовала поясную брошь с активацией силы и оттолкнула чересчур сообразительного парня. Вылетев в коридор, сминая ковровые дорожки, он пронесся метра четыре по полу и шмякнулся о балконный парапет.

- Извиняюсь, - пропыхтела я, топая мимо. Артефакт увеличивал силу на несколько секунд, но побочным эффектом утяжелял носителя. И теперь я тащила себя, с усилием переставляя ноги.

- Стой, воровка! - прохрипел парень.

Вот это уже ничем не подкрепленное оскорбление. Да я сама ненавижу воров! Никчемные, позорящие общество особи. Моя семья веками наказывала таких отщепенцев, разыскивая и возвращая украденные артефакты их настоящим владельцам.

В конце балюстрады магическая тяжесть отступила, я подхватила подол, готовая припустить вниз по лестнице словно ветер. Но меня грубо дернули назад за ворот платья.

- От меня не уйдешь!

Здоровенная ручища неожиданно крепко зажала шею, не давая кричать. Мою руку больно заломили назад. В нос смрадно дохнуло животиной. Ах, скотина блохастая, он же готов к обороту.

Только мне может так не повезти - в доме мага наткнуться на оборотня-охранника. Обычно они к людям не любят устраиваться. Готовясь к первому своему делу, я планировала провернуть его тихо, старательно обвешалась анти-магическими артефактами, и мало что припасла для прямого физического противостояния.

Сейчас меня отволокут к хозяину и заберут медальон. Потом он его спрячет подальше, и уже ничем не докажешь, что украденный артефакт хранится в коллекции достопочтенного герцога Розенкранца. А меня просто вышвырнут на улицу.

Глава 2. На некоторых у меня аллергия

Шаг за шагом охранник тащил меня назад, возвращая на второй этаж. Пара молодых леди, сплетничающих у основания лестницы, подняли головы, закачав яркими розовыми и фиолетовыми перьями над масками. Увидели, как девушку волокут вглубь дома и даже шума не подняли. Только защебетали активнее.

Молодой человек в расшитом стеклярусом черном плаще сделал шаг, но потом передумал и отвернулся, поправляя маску, украшенную длинным крючковатым носом. Никому нет до меня дела. Это было очень, очень обидно. Неужели я так бесславно сдамся и подведу славную фамилию Риверстаров.

Схватив свободной рукой медальон, я прижала его к коже под левой ключичной косточкой. Магия, усиленная отчаянным нервным напряжением, вскипела волной от плеча к ладони и засияла на кончиках пальцев. Медленно, под вспышки боли, выбившие слезу из глаз, камень погрузился основанием под кожу и теперь сиял украшением словно приклеенный. Только оборванная цепочка упала под ноги.

Я упрямо прикусила губу до крови и дернула за лиф, пытаясь хоть немного прикрыть артефакт. Вот теперь, неуважаемый герцог, мы побеседуем. Или камень у меня не найдут, или, хочется-не хочется, а придется артефакт отдать, чтобы правда не выплыла наружу и общество не узнало, что вы держите в коллекции краденые вещи.

- Не реви, сука, я тебе уже не верю, - рявкнул оборотень, втаскивая меня в боковой коридор, ведущий во внутренние покои. Моих криков тут уже никто не услышит, поэтому охранник отпустил мое горло, зато схватил и вывернул назад уже обе руки.

- Своих девиц так называй. А я - чистокровный человек и с вами, блохастыми, никаких дел не имею, - я постаралась, чтобы голос звучал уверенно и спокойно, но вышло какое-то неубедительное шипение.

Удерживая захваченные руки, он втолкнул меня в роскошный кабинет, открытая дверь которого была щедро инкрустирована золотом. Бездарная обработка металла, к слову.

- Ваша Светлость, у нас происшествие. Воровку поймал! Чуть с балкона меня не выкинула, стерва.

Высокий, стоящий у окна, мужчина, облаченный в шелковый алый плащ с капюшоном, медленно повернулся. Черный смокинг как влитой сидел на крепкой фигуре. Суровое, властное лицо с жестко очерченным подбородком не могла смягчить даже блестящая маскарадная маска. Руки в белых перчатках неожиданно бережно удерживали тяжелый старинный фолиант.

Как же не любит герцог естественное освещение. Окон не было и тут, лампы неприятно мигали.

- Аккуратно с леди, ты ей так руки оторвешь.

- Ваша Светлость, так сбежит же. Она знаете какая ловкая, фокусы умеет, по ней, болезной, и не скажешь. Еле догнал на центральной лестнице.

- Тогда отведи ее в гостевую. Я подойду позже.

Старинная книга была важнее для герцога, чем проникнувшая к нему в дом незнакомка. Во всяком случае, ко мне он интерес уже потерял, продолжив сосредоточенно листать страницу за страницей, тщательно изучая текст.

Что значит фанатик-коллекционер, позвал всех на бал-маскарад, сделал вид, что танцует среди гостей, поди найди его среди костюмированных персонажей, а сам ушел в кабинет работать.

Мы не были представлены, хотя изредка встречались на мероприятиях. Риверстары - не светские львы, а вот герцог, совсем недавно принявший наследный титул, слыл весьма общительным модником и увлеченным коллекционером- любителем украшений. Странно, что сейчас его костюм почти не украшен, лишь простенькая медная фибула на плече.

Охранник развернул меня в дверях, грубо подпихивая и бурча, но увести не успел. Где-то недалеко захлопали двери, что-то шумно упало, послышались возмущенные крики. И во внутренний коридор выскочил... молодой мужчина в одних белых панталонах.

Признаться, от удивления я даже не сообразила закрыть глаза. Теперь я могу смело считать себя видевшей многое, вполне умудренной в этом вопросе особой. Раздетый был мужчиной видным, с незагорелым, спортивно-поджарым телом. На груди у него клочками, словно посаженная неумелым садовником, росла темная поросль.

Правая бровь у меня сама собой поползла вверх. Есть, конечно, любители посещать маскарады в обычных сюртуках и брюках, убежденные отрицатели театральных костюмов. Но чтобы так категорически, без костюма вовсе. Самое забавное, что лицо «панталонщика» было лицом герцога Розенкранца. Весьма помятое, но вполне узнаваемое. И без маски.

- А это кто? - рявкнул он, завидев меня в проеме. Из-за его спины выскочили два амбала и тоже уставились на скромную пастушку.

- Мы не представлены, - заметила я. Пусть сначала сами разберутся кто есть кто, не помню, чтобы у Розенкранца был брат-близнец.

- Это воровка, Ваша Светлость. Схватил ее, когда она амулетик у вас крала, - забубнил охранник. И вдруг опомнился. - Стоять! А вы кто?

- Я кто? - оскорбился голый двойник, быстро подходя к кабинету, и зверея лицом так, что мой пленитель ошарашенно отскочил назад, утягивая рывком и меня. - Я твой хозяин, болван, но после твоего вопроса, это уже ненадолго.

- Извиняюсь, но вот же Розенкранц, - резонно заявил мой пленитель, открывая пришедшим обзор на двойника-герцога с книгой.

Несмотря на скандальную ситуацию, бурлящую рядом, тот невозмутимо продолжил читать книгу, даже не поднимая головы.

- Так это ты на меня напал, подлый самозванец! Попался, - влетев в кабинет, довольно заявил обнаженный и картинно выставил ногу. Без брюк и ботинок смотрелось не очень. Он перевел взгляд на меня и обвинительно произнес, - Да вас здесь целая банда, подельники!

- Как вы смеете, - лениво процедил "читатель”, захлопывая фолиант. - Если бы я действительно на вас напал, руками бы вы уже не мельтешили. И как вам вообще в голову могла прийти такая отвратительная, безумная мысль - стоять неглиже перед приличной девушкой! Да еще притворяясь мной, какое бесчестье. Я, герцог Розенкранц, приказываю: схватите его!

Охранники растерянно закрутили головами, но с места не двигались. Мало ли, кто их, одинаковых, разберет. Ошибка могла им стоить должности, а то и карьеры.

- И как же мы выясним, кто из вас наш хозяин? - осторожно спросил оборотень, отпуская мои руки.

Я знала ответ, но стоило ли его говорить? Хотя. Если лже-герцог, как и я, прибыл по уважаемой причине, он скажет ее, и я постараюсь помочь. А если же он вор и мошенник, я останусь честна в любом случае.

- Ставлю на голого, - высказалась я, встряхнув ладонями в перчатках и разминая пальцы, - вопит много, больше на вашего герцога похож. В прошлом месяце на скачках, помните, Подменыш Динго обошел каурого Слепыша как стоячего. И ваш хозяин так же с трибуны истерил.

Под мрачными взглядами окружавших меня мужчин, а мое замечание почему-то никому не понравилось, я поправила локон, выскользнувший из прически, и добавила, глядя на мужчину в плаще.

- Видите плечевую фибулу? На медь лучше всего иллюзии ставить, самые надежные артефакты получаются. Старинная дорогая работа, сейчас уже так не умеют. Возможно, второй кандидат выглядит не кардинально по-другому, но все же иначе, чем мы его воспринимаем.

- Что ж ты помолчать-то не можешь, женщина, - в сердцах сказал первый вариант герцога. Глаза в прорезях маски мазнули по мне с легким укором.

- Видите, я - герцог. Схватить всю шайку! - гаркнул кандидат в панталонах. - И в пыточную обоих. Я лично допрашивать буду.

- Это что за самоуправство? - возмутилась я.

Где справедливость? Меня опять схватили и вывернули руки. А я, между прочим, руками работаю.

- Я же вам помогла, я не воровка и с этим обманщиком ничего общего не имею!

- Провести меня думала, сообщника сдать, а сама убежать решила? Знаю я вас, преступников, только своей шкурой дорожите.

И откуда же он так хорошо преступников знает. Не оттуда ли, где артефакты ворованные достает. Мысли заметались, если совсем плохо будет, придется семейные секреты включать, а папа за это по головке не погладит. Как же все не вовремя.

В это время два амбала попытались скрутить лже-герцога. К общему удивлению, они оказались так неловки, что никак не могли ухватить злодея за руки. Он изящно, как палец сквозь воду, скользнул мимо них к двери.

Обернувшись, посмотрел на меня, вздохнул и сказал:

- Отпустите девушку, она действительно не со мной.

Причем говорил, недовольно кривя губы, порицая то ли меня, то ли себя.

Я вскрикнула от боли. Незнающий как ему поступить, оборотень так прижал мои вывернутые локти, что искры из глаз посыпались. И, не придумав ничего лучшего, ударил меня сзади головой в затылок. На дорогой аринский ковер посыпались шпильки, элегантно собранная прическа не выдержала такого вандализма. Но еще больше пострадала моя голова, я вскрикнула и прикусила нижнюю губу, чтобы совсем не потерять лицо, издав постыдные вопли.

- Проклятые Небеса, вот зачем, - сказал кто-то.

Кто именно - было не разобрать. Во-первых, от боли я плохо видела. Во-вторых, все как-то быстро задвигались. Странный незнакомец вместо того, чтобы выйти, шагнул назад в кабинет, отшвырнув в стену одного из охранников. В отличие от меня, лже-Розенкранц приготовился к силовым действиям и сейчас вовсю активировал боевые амулеты, что-то бормоча себе под нос.

Мимо моей головы пролетел кулак, оборотень за спиной охнул, и я оказалась на свободе. Вот только руки висели плетьми.

- Беги!

Глава 3. Побег и гнусное похищение

Я девочка практичная. Признаем, спаситель подозрительный, воспитания никакого, но зато зла на меня, честнейшую из девушек, не таил. А даже заботился. В таких случаях я всегда плачу по счетам, чего бы мне это ни стоило. Поэтому я не стала мешкать, кивнула и побежала на выход.

Настоящий герцог кинулся к письменному столу, это плохо. Кольца на его руках скорее всего несли защитные или лечащие функции, а может быть и улучшающие внешность. Если так, то сейчас он ищет что-нибудь атакующее, и нам нужно как можно быстрее убираться из радиуса поражения.

Я хотела побежать к лестнице, но мужчина развернул меня по коридору направо, дернув за плечо и вызвав невольный стон боли.

- И какой идиот тебя послал, девчонка.

Сзади истошно закричали. Я в любом состоянии узнаю слова активации боевого артефакта. Если у него площадной эффект, может накрыть всю зону коридора.

- Держись за меня, на мне анти-маг! - закричала я.

Поддерживать юбку больными руками не получалось, я путалась в подоле, понимая

- незнакомец может воспользоваться моими защитными возможностями, а потом просто бросить под удар. Но, если спас без всяких условий в кабинете, есть шанс, что и сейчас поступит как джентльмен.

Бегущий рядом мужчина неожиданно наклонился приседая, на долю секунды я удивилась, не думает же он так избежать магии. Но мои ноги отделились от земли, а сама я пушинкой взлетела на плечо лже-герцогу.

Серьга-артефакт уже начала лечить руки, но до полного восстановления было далеко. Слабые пальцы скользили по плащу, зацепиться не получалось. Хорошо хоть меня крепко держали под колени.

Шаррарааах! Ударило по нам разветвленной на белые веточки молнией. Изломанные кинжалы разрядов били по полу и стенам. Но нас аккуратно обтекали, не касаясь. Пугливо замигали и зашипели светильники по стенам.

Где-то внизу, на первом этаже, взвизгнула на щемящей ноте и резко замолчала музыка.

Лже-герцог ногой выбил дверь одной из комнат и влетел в чью-то весьма занятую сейчас спальню.

- Извините, - сказала я, когда меня проносили мимо обнимающейся пары. Юбка дамы была совершенно неподобающе скручена до талии, а молодой человек в костюме палача весьма недвусмысленно прижимал свою спутницу к комоду. Оба были в полных масках, в них для эффекта инкогнито даже искажение голоса ставят.

- Занято! - закричал кавалер.

- Подите вон! - присоединилась к нему дама, даже не пытаясь привести в порядок свой туалет.

Я уже хотела пуститься в объяснения, но несущий меня мужчина схватил стул и бросил его в окно. После этого он крепко схватил меня за... будем считать бедра и, перелетев через подоконник, прыгнул вниз. Со второго этажа. Со мной на плече.

И я, наконец, перестала сдерживаться, ахнув в голос.

Нас ощутимо тряхнуло, когда незнакомец приземлился на крышу пристройки первого этажа. Он пробежал пару шагов, грохоча по черепичной кладке, нисколько не заботясь о моей трясущейся голове и катящемся в пропасть от ужаса сердце.

Надеюсь, маг высчитает секунды работы своих артефактов, и не поскользнется, лишившись энергии, в самый ответственный момент. То, что мужчина был магом или уверенно использующим магические приспособления человеком, сейчас стало понятно. Во время активных телодвижений вампиры и оборотни начинают пованивать, некоторые сильно, другие почти неуловимо. Чистокровные люди, как я, почувствовать эти запахи почти не могут. Почти. Потому что я - аллергик.

Второй прыжок, уже на газон под окнами.

- Если вы не замолчите, любезная, мне придется вас бросить, не доходя до ворот. Иначе нас найдут в любом конце города по следу вашего визга.

Можно было, конечно, потребовать немедленно поставить меня на ноги и дальше гордо убегать самостоятельно, хлопая подолом и эффектно развевая волосы по ветру. Но. Я уже говорила, что я практичная девочка?

На крики и шум площадных заклинаний уже точно среагировала внешняя охрана. Какой смысл метаться по саду белкой, пытаясь улизнуть от профессиональных бойцов, если можно с гарантией прокатиться за ворота, пусть и не в комфорте.

- Молчу. Можете двигаться. Вперед, уважаемый, - разумно согласилась я, поощрительно потрепав его по предплечью. И прикусила ребро ладони на всякий случай, чтобы не вскрикнуть в неподходящий момент.

Реакцию мага увидеть не было возможности. Но я ее почувствовала. Этот бастард чумной крысы в ответ хлопнул, а потом и огладил меня... по бедру. Небеса! Я не салонная леди, а циничный, и уже почти опытный оперативник семьи. Да ни по какому не бедру! По заднице.

Унижения я терпеть не намерена. Решительно задергав ногами, я уже приготовилась отбиться и надавать наглецу по щекам, как он рванул через сад в сторону ограждения. Быстро замелькали деревья.

- Вот они! Сюда! Я их вижу! - закричал какой-то франт с набриолиненным чубом, вылезая по пояс из окна первого этажа.

Ах, как же все не вовремя. Чтобы не трястись как раньше, я оперлась руками о твердую как камень спину и решила чуть-чуть попридержать скандал.

Границы поместья мы достигли за считанные минуты, осталось только попасть на городскую улицу, а там нас уже не найти.

Одним небрежным движением скинув меня на ноги, маг подошел к ограждению, осмотрел снизу доверху, не прикасаясь. Я тоже прищурилась, оценивая препятствие.

Увитые плющом кованые прутья не представляли бы никакой сложности, если бы я была в дорожном костюме или хотя бы коротком платье.

- Как бы не зацепиться юбкой, - напряглась я, - надеюсь, вы, уважаемый, поможете мне, не оставите висеть здесь после всего, что мы прошли вместе?

Мужчина окинул взглядом декольтированный нежно-сиреневый шелковый верх и излишне пышный, с кружевными лиловыми оборками нижний ярус вечернего наряда и неопределенно хмыкнул.

- Эй, - сказала я, настороженно отшатываясь от появившегося в его руке ножа, - я передумала, совершенно не буду против задержаться тут одна. Ай!

Но меня не слушали - пару коротких взмахов, треск ткани и юбка приобрела весьма пикантные очертания. Такую длину позволяли себе студентки последних курсов столичных академий, когда количество потенциальных женихов тает, оставшиеся претенденты матереют и начинают капризничать. В этих условиях девушкам приходится впечатлять наотмашь, без лишних прелюдий.

Сама я благополучно этот период избежала, слава небесам - с детства обручена с лучшим в мире молодым человеком!

Посмотрев на обнажившиеся коленки и заметный край чулочных резинок, я только поджала губы. Стало ясно - спорить с этим типом вообще смысла нет, он явно неприлично воспитанный джентльмен, зато захотелось немного утереть нос напоследок, поэтому я быстро сгребла отрезанное и, привязав узлом к поясу, чтобы не оставлять преследователям материал для магической привязки, взлетела по ограде. Без всяких артефактов, на личной тренированной ловкости.

- А ты кое на что пригодна, странная девочка, - сказал он, легко перемахивая рядом со мной через заостренные верхушки.

- Экая у вас память скудная, разве мой анти-маг в коридоре не оказался полезен?

- В доме Розенкранца я не появился бы без защиты от магии. Так что вас нес исключительно из жалости, мисс.

Даже для преследователей, скручивающих мне руки, я - леди. А для этого выскочки - просто мисс и странная девочка. Мой анти-маг ему, оказывается, не нужен! Нес и щупал меня из жалости!

Я спрыгнула на мостовую, повернулась, приготовившись произнести самую короткую и гневную отповедь, которую можно придумать за несколько секунд, а затем эффектно удалиться за горизонт улицы, естественно, запомнившись ему ярко и надолго.

Отрыла рот. Замерла.

Из-за широкого шелкового пояса лже-герцога торчал угол фолианта, того самого, что он крутил в кабинете. Вот что так больно впивалось мне в колено.

- Это ваше? - осторожно спросила я, памятуя о истории украденного амулета.

- Книга? А. Герцог никому не дает читать коллекционные экземпляры из своего кабинета. Вы ворвались так неожиданно, что я не успел ознакомиться с несколькими главами. Так что иду читать. А вы - прощайте!

Мужчина кивнул, слова его звучали равнодушно, он не пытался произвести впечатление, а всего лишь вежливо отвечал на поставленный вопрос. И сейчас повернулся спиной, не выслушав приготовленную леди речь.

- Да вы вор, - покачала я головой, - но любое преступление наказуемо, вас найдут и осудят!

- Если мне не изменяет память, - резко развернулся уже сделавший несколько шагов от меня по улице мужчина, - вас тоже охранник поймал на краже. Поэтому прежде всего искать будут вас, посчитав меня простым бойцом прикрытия.

- Эта псина ошибалась, - холодно процедила, - я лишь возвращаю ранее украденное. Герцог поймет, что я у него изъяла и сделает вид будто не видел меня сегодня. А на следующем балу пригласит на танец и будет изливаться в комплиментах, зная, что предмет уже у настоящего владельца. Мы с вами не ровня, мистер вор. Не знаю, как вы там готовились к сегодняшнему визиту, но после перелезания через ограждение, вы сияете следилками, как юная жена нашего мэра.

- А это поможет... - начал маг.

- Мэру? Нисколько. Миссис Люсинда... э... прошу прощения, кто я такая чтобы выдавать чужие тайны.

- Да плевать на нее. Эта шлюха пригласила меня на свидание на следующий день после своей свадьбы. Пусть мэр вешает на нее что угодно. Я спрашивал про следилки на мне. Они смогут меня найти, если я, например, переоденусь?

- Вас все равно найдут, - мстительно хмыкнула я. - когда начнете снимать, перенесете поисковую магию на кожу. Живет она недолго, часов пять-шесть, но люди Розенкранца придут за вами намного быстрее. Поэтому ограду не слишком внимательно охраняли.

- Стоп, девочка.

Да он издевается, какая я ему девочка. Я встряхнула белокурыми локонами и провела ладонью вниз по юбочке, теперь короткой, как его совесть. Перед тобой хорошенькая девушка, о, слепец.

- Это я уже видел, - нетерпеливо заметил хам, хватая меня под локоток и увлекая по улице подальше от дома герцога, - если вы запамятовали, ограду мне пришлось преодолевать следом за вами. Но не об этом речь. Лучше поделитесь - почему Вы не беспокоитесь о следящих устройствах? Ведь пока опасный предмет с вами его легко могут найти и отобрать?

Я молча вскинула подбородок, мысленно показывая язык незадачливому вору. Тебя посадят, любитель чтения.

Ему "пришлось преодолевать" видите ли. И не покраснел мне это сообщить!

- Анти-маг! - вдруг догадался преступник, за первым же поворотом улицы, он стащил с себя плащ, сдернув его вместе с фибулой и сразу после этого снял маску,

- Вокруг анти-магического артефакта не работает аура блокировки действия всех направленных против вас артефактов. Поэтому вы, мое юное странное сокровище, так уверены в безопасности. Вас не отследят. Точнее - нас не отследят. Потому что следующие шесть часов вы проведете со мной. И да, на улице не носят маски, если не хотят выглядеть подозрительно.

И он сдернул маску уже с меня.

Лицом к лицу я стояла с крепким молодым мужчиной, чей подбородок на моих глазах из сильно выдающегося с глубокой ямочкой превратился в сильно выдающийся и щетинистый. Ранее мягкие капризные губы приобрели изящный, уже не порочный, а жесткий и еще более пренебрежительный изгиб. Сей тип, в результате преображения, надменности не растерял нисколько, но у меня закололо под ложечкой. Потому что теперь, когда искажающая магия исчезла, от него дохнуло, да что там - от него разило опасностью.

- Ваше предложение не приемлемо, меня ждут родные и, если я не появлюсь вовремя, они очень расстроятся. В сравнение в ними герцог Розенкранц вам покажется душкой, поверьте, - железным тоном сообщила я и шагнула ближе к проезжей части. В голове пульсировало: «Беги!».

К моему удивлению, мужчина спокойно кивнул, даже не пытаясь уговаривать и задерживать. Все же зачатки джентльмена в нем были, не даром в поместье помогал.

- Желаю вам удачного разрешения ситуации, - не выдержала я, что-то внутри меня пожалело этого сильного, но аморального типа. Ладно, нечего политесы разводить.

- Прощайте!

И махнула подъезжающему кэбу.

Продолжающий молчать незнакомец даже помог заскочить на подножку. Когда я сделала шаг внутрь кареты, по голове что-то мягко ударило. Скорее всего я недостаточно пригнула голову, заходя под низкий бортик. Но почему так сильно кружится голова и плывет перед глазами.

- Гони в порт, братец, - услышала я все такой же спокойный мужской голос, - моя шлюха перепила, надеюсь, придет в себя до гостиницы и отработает по полной программе.

Глава 4. Этого не было, потому что не могло быть

Ребенком я росла любознательным и упрямым. В таком сочетании эти свойства скорее подходили мальчику, но я не унывала, считая разбитые коленки и порванные платья не самой дорогой платой за удовольствие бегать с соседскими ребятишками. Однажды я появилась дома с разбитыми костяшками и подбитым глазом, гордо поведав родным как после «классного мочилова» забрала лидерство у сына булочника и возглавила стайку от нашей улицы. После этого, на срочном семейном совете, было решено серьезно учить меня не только как мага-артефактора, в классических традициях семьи, но и как девочку, которая со временем будет представлена в приличном обществе.

Нет, мне не запретили общаться со своими уличными товарищами, мне вообще мало что запрещали. Но загрузили так, что я уроки завершались поздно вечером, и сил оставалось - просто упасть и уснуть. Как свет выключали.

Скажу сразу, именно «девичье образование» получилось в несколько скомканном виде, учителя хороших манер сбегали от меня быстро, а не находились долго. Но годы скучных занятий и упрямый материнский контроль смогли создать чудо. Я выглядела, говорила и даже действовала вполне сносно для воспитанной леди. До первых сложностей.

Если у меня что-то не получалось, как-то само собой я переставала быть леди и превращалась в настоящего Риверстара, представителя не самого идеального семейства этого мира.

Лео, мой жених, подтрунивал, что обручился с самым непредсказуемым сокровищем и собирается разгадывать меня всю жизнь. Долгую, замечу, жизнь. Потому что выводы я делать умела.

И в следующий раз я потрачу месяцы, но сделаю лучшие из тех, что смогу, защитные артефакты от физического воздействия. Мне очень не понравилась частота, с которой за последний час меня били по голове.

Из кареты меня вынесли на руках. Перед глазами по-прежнему все плыло, я открывала рот, пытаясь позвать на помощь, но издавала только нечленораздельные звуки.

Над головой разговаривали.

- Хорошенькая какая. Беленькая. А где вы ее сняли? Может вечером и я кошелек растрясу ради такой свеженькой.

- Из заведения мадам Муссон.

- О, это слишком дорого для меня. Хорошего развлечения, мистер.

- Непременно, братец, непременно.

Потом меня несли, несли и снова несли.

Зрение понемногу прояснялось, это включились регенерационные артефакты. Боюсь, сегодня эти кольца и серьги отправятся в лом, вычерпанные до дна.

Хлопнула дверь, мы зашли в какой-то дом. С моим похитителем никто не разговаривал, обычного шума посетителей тоже не было слышно. Это не гостиница, наконец, сообразил мой пострадавший разум. И точно не порт.

- Вот мы и пришли. Проведем вместе несколько часов и отправитесь восвояси, мисс.

- Вы - грязный ублюдок.

- Уже пришла в себя? Быстро. Не стоит меня злить, девочка. Иначе я сниму с тебя все цацки и свяжу голой.

Я представила эту ужасающую картину. Я, беспомощная, обнаженная перед мужчиной, без артефактов.

- Вы будете меня насиловать? - с ужасом предположила я.

- Зачем? - искренне изумился похититель.

Вот на некоторые вопросы необычайно трудно ответить. Не буду же я описывать всю пользу и удовольствие от насилия себя.

Мир перевернулся. Меня грубовато кинули на жесткий диван, затем подтянули к спинке.

- Действительно, хорошенькая. Хм. Будешь умницей, спокойно выйдешь отсюда через пять часов. И еще - не советую пытаться убежать, что бы ты не сделала, я буду сильнее и быстрее, поняла?

От него еле заметно пахло хвоей, как в дорогом визийском одеколоне, приятный запах, который я теперь буду ненавидеть. Вернувшееся зрение позволило рассмотреть стены со старыми синими обоями, тяжелую недешевую мебель, запыленные окна. Похоже было на гостиную приличного, но давно не посещаемого дома. Даже для того, чтобы посадить меня на диван, мужчина стянул с него защитный чехол и кинул на пол. Матушка использует такие в нашем летнем поместье, когда семья надолго уезжает.

Быстро проанализировав свое состояние, я решила отдохнуть еще минут десять, попутно запугивая противника, а если это не сработает - начать действовать.

- Эфа Риверстар, - представилась я. Любой маг нашего города знает семью или хотя бы наслышан о ней. Должность моего отца в полиции вразумляет самые безумные головы.

- Эфа? - удивился похититель. Он сел за стол у окна и опять вытащил книгу. Если бы не ужасающе оскорбительная ситуация, я бы даже оценила столь серьезную тягу к чтению. - Насколько помню, одна из самых ядовитых песчаных змей. А родители тебя сразу полюбили, девочка. Меня можешь звать мистер Корнуэлл.

И он погрузился в книгу. Человек, посмевший меня украсть, представивший своей шлюхой, вообще не среагировал на фамилию. Я осторожно повертела головой, разминая шею. У меня было два варианта действий. Рискнуть и отомстить сразу или гарантированно сбежать и отомстить чуть позже. Пожалуй, лимит глупостей я на сегодня исчерпала, поэтому буду действовать хладнокровно.

Прежде всего нужно очистить тело от вживленной драгоценности. Я подняла еще подрагивающие руки и оттянула ворот. Вот он, редчайший артефакт. Умиротворенно сияет под левой ключицей.

Закрыв глаза, я настроилась и пустила тоненький щуп магии, выталкивая предмет. Еще. И еще.

Открыла глаза и ахнула от неожиданности. Сияя мастерски обработанными гранями камень продолжать оставаться вживленным в мое тело. Но это же невозможно!

- Что там у тебя? - недовольно поинтересовался мистер Корнуэлл.

- Драгоценность не вытаскивается, - от растерянности я даже ответила.

Он преодолел полкомнаты меньше чем за пару секунд, склонился изучая мое декольте. Смокинг сидел без единой морщинки на высокой фигуре, а ведь должен был и помяться и запылиться еще на ограде или во время драки.

- Что ты называешь драгоценностью?

Кружева маскарадного костюма опять прикрыли амулет, и я решила уйти от ответа.

- Прошу прощения, это мои девичьи...

Договорить мне не дали.

- Не заговаривай мне зубы. Ты не просто так шарилась, что там у тебя не вытаскивается? Оружие?

И он положил... руку... мне... на грудь. И замер. Я не успела даже вздохнуть, так быстро это произошло.

Вскинула шокированный взгляд и вопль костью замер в горле. На меня в упор смотрела бездна.

Звериная пугающая темнота плескалась в глазах мужчины. Словно я в логове дикого зверя, где нет мыслей и рассуждений, только постоянный, ничем не утоляемый голод. Мужчина медленно разорвал контакт глаз, медленно скользя пальцем по ставшей чувствительной коже декольте.

- Да вы, мистер, подлец! - я отбила его руку и подскочила с дивана.

- Вот так... Провокациями ты ничего не добьешься, - холодно сказал он и повернулся спиной, отходя как ни в чем ни бывало,- думала, что флиртуя и демонстрируя свои прелести, расслабишь меня и сможешь убежать? Ты ошибаешься. Я не в настроении любоваться твоими драгоценностями, ты вообще не в моем вкусе.

Как же, не в вашем вкусе, то-то глаза у вас так горели, мистер Лишние Руки. Небеса, да куда это годится? Эфа, ты таким хочешь запомнить свое первое дело? Немедленно возьми себя в руки.

Не знаю, что в этом мужчине раздражает меня больше. Снисходительное отношение к девушкам, по мнению этого негодяя, способным расплачиваться собой по любому поводу. И еще. Грудь-то моя чем не устроила? Я, конечно, не настаиваю, и повторной оценки с объяснениями не требую, но вот так, за пару секунд уйти в отбраковку - крайне оскорбительно.

- Хватит фыркать, ты мне мешаешь.

Маг раздраженно перелистнул страницу, чуть не вырвав захрустевший от грубого обращения желтый лист.

- Я себя не очень хорошо чувствую, - тут же пожаловалась я. В ответ на подозрительно оценивающее молчание пришлось быстро фантазировать. - Голова кружится и очень хочется пить. Не знаете, что со мной?

Давай, негодяй, сходи за водой. Ты меня оскорбил, нежная барышня почти готова упасть в обморок. Спасай немедленно.

- Сейчас воды принесу, - наконец процедил он сквозь зубы и поднялся со стула, - не советую вставать или совершать другие глупости, девочка. Просто сиди и не двигайся. Я скоро приду.

И он вышел из комнаты, уверенный то ли в собственном физическом превосходстве, то ли в моем нежелании от него теперь убегать.

Естественно, я сразу соскочила с дивана. Встряхнула руками, активируя магические потоки. Из-за вживленного в тело амулета, энергия подчинялась неохотно, с незримым скрежетом мешающего в механизме песка. Медленно, как же все медленно происходит.

Стиснув зубы, я торопила, гнала волны магии через препятствие в моей груди. Еще. Я смогу. И, наконец, почувствовала, как прорвалась плотина, энергетический поток прорвался через камень и быстро выровнялся, оказавшись непривычно холодноватым. Я поежилась. Первое, что сделаю дома - срочно вытащу мешающий камень. А теперь пора уходить.

Моя месть за похищение и издевательства - все потом. Прежде всего я должна спасти себя и выполнить задание, вернувшись домой с амулетом.

Говорят, что когда-то в нашем мире было предостаточно волшебства, и маги могли формировать заклинания без вспомогательных инструментов или ритуалов. Те времена давно прошли, но некоторые артефакты, созданные по старым схемам, по-прежнему требовали подпитки силой, и лишь некоторые магические семьи могли похвастаться представителями, способными с ними управляться.

Именно такую активацию, все мои силы, требовал эльпорт, портальный артефакт, который я бережно хранила в кармашке на поясе. Пластинка из лиственницы, испещренная рунами, унесет меня на двести-триста метров в ближайшее безопасное место. Я сосредоточилась, готовясь разломить ее. И перед глазами засияли невесть откуда возникшие картинки. Вот мой батюшка протягивает эльпорт, его губы беззвучно шевелятся. А вот я - благодарно улыбаюсь, киваю, тоже что-то говорю...

Происходило нечто странное. Почему-то я видела события прошлого, связанные с телепортационным артефатом, совершенно не ко времени, надо сказать. В ужасе замотав головой, я торопливо надломила деревяшку и с облегчением обнаружила как туманные образы исчезли, оставляя вместо себя настоящую реальность. Я опять стою в комнате заброшенного дома, куда принес меня похититель. Диван. Стол с креслами. Книга.

Эльпорт успешно активирован. Четыре секунды до моего переноса. Три секунды.

Стоп. Какая книга?

Я практически взлетела в броске, чтобы в последнее мгновение вцепиться пальцами в фолиант, оставленный магом на столе. За спиной раздался стеклянный звон упавшей чашки, шум разлетающейся мебели. Кто-то уничтожал преграды на своем пути, бежал, торопился, но уже не успевал.

И, когда я упала на грязную мостовую под ноги завизжавшей от испуга престарелой даме, на моем лице расцвела сумасшедшая довольная улыбка.

"Похищенное да вернется владельцу" - завет предка, Рупперта Риверстара, должен исполняться членами нашей семьи неукоснительно.

Глава 5. Следует ли волноваться по пустякам?

День, который должен был стать моим триумфом, прошел в непредсказуемом беге, затем похищении и завершился сложным разговором с отцом. По его мнению, обнаружив в закрытой коллекции Розенкранца давно объявленный в розыск артефакт, я обязана была сначала сообщить о нем батюшке, а не действовать на свой страх и риск. Отец отчитал меня, хотя мы оба знали - герцог слыл известным коллекционером, не брезгующим скупать краденое и преступать закон. Обнаружив следы моего поиска, он скорее всего перепрятал бы "Аместистовое око" еще лет на двести.

А вот поспешное вживление незнакомого артефакта в тело, даже в сложных условиях - слишком большой риск и хороший опыт никогда так больше никогда не делать. Старый камень оказался капризным и категорически отказался меня покидать. В итоге отцу пришлось пригласить на помощь коллег. И три опытных мага до глубокого вечера совместными усилиями пытались разделить меня и артефакт.

- Бесполезно. Все равно, что пытаться безболезненно отрезать ногу, - в сердцах сказал седовласый мистер Паддоке после того, как его отшвырнуло очередным энергетическим выбросом. - В нашем случае "нога" еще и кусается. Придется оставить амулет дочери, Гарольд.

- Не могу, - расстроенно сказал отец, помогая коллеге подняться с пола, - Артефакт ценный и дочерью могут заинтересоваться. А она у меня домашняя, зачем лишнее внимание к ребенку?

- Не мне тебя учить, - пробурчал тот, намекая, что учить ох как надо, - но она у тебя давно не ребенок. Ее пора к оперативной работе пристроить, она же весь Департамент своими заявлениями завалила.

Отец кинул на меня осуждающий взгляд, но я только упрямо выпятила подбородок. Хватит держать меня дома. Все Риверстары традиционно работали в органах правопорядка или держали собственные частные агентства. Мой отец ухитрился совместить обе работы. И только я, единственная наследница фамилии, сижу тепличным цветочком, потому что у матушки чувствительное сердце и папа не хочет ее расстраивать.

- Еще одну попытку? - предложил мой целеустремленный папа и выставил на стол бутылку с визийским амонтильядо пятилетней выдержки.

- Извини, друг, но мы сделали, что могли.

С трудом встав с кресла на котором сидела все время работы магов, я, поломанной марионеткой, двинулась за отцом, чтобы проводить гостей. Меня сильно подкруживало, болела каждая косточка в теле, но я высоко держала голову и приветливо улыбалась под одобрительными взглядами отцовских коллег.

- Хорошая у тебя дочка, Гарольд, - сказал при прощании мистер Паддоке, нисколько не смущаясь моим присутствием, - подумай на счет Департамента. Я ее хоть сейчас в свой отдел практикантом возьму. Молодых чем раньше учить начнешь, тем надежнее результат.

- Спасибо, я подумаю, - прохладно ответил папа. Что означало: «Ничего ей не светит».

Упрямства ему было не занимать. Как и мне собственно. Пока коллеги отца, поднимая шляпы и раскланиваясь, выходили из дома, папа вздохнул и развел руками.

- Видишь, Липочка, оперативная работа - большой риск. А ты единственная у нас. Если что-то случится, как я посмотрю в глаза маме?

Увы, родители меня продолжали называть домашним именем, сокращая от Филиппа, хотя я чуть не умоляла обращаться ко мне «Эфа», по первой букве своего имени. В моем понимании, Липочка - домашняя девушка. Зато Эфа... Эфа! Вот настоящее имя успешной магички-оперативницы - в нем звучали ноты опасности, мелодия стиля, фанфары будущих побед.

- Папа, просто верь в меня побольше, не защищай от мира, дай мне хоть немного проявиться. Ты разрешил мне поискать в закрытых коллекциях Розенкранца, и, посмотри, я нашла пропавший артефакт. И еще одну вещь подозрительную изъяла, я тебе положила отчет на стол, посмотри обязательно.

- Еще что-то?!

Я уже готовилась рассказать о странной книге, как с крыльца, из-за открытой входной двери, раздалось веселое:

- Что там тебя возмутило, Гарольд? А кто эта милая леди рядом с тобой? Неужели маленькая Липа так выросла? Как быстро идут годы, дружище.

По дорожке к нашему дому приближались двое. Первым шел широко улыбающийся бородатый мужчина, обвешанный артефактами как дворняга блохами. Потертый цилиндр кренился на бок, но не падал. В углу рта качалась трубка, из которой прибывший при каждом слове выбивал тонкий дымок. Смешливое лицо меняло гримасы с одной на другую, пока господин цепко оглядывал холл.

Второй гость снял шляпу и лениво улыбнулся мне в лицо, пугая до дрожи. Потому что этого высокого мощного мужчину я узнала сразу. Именно от него я с трудом сбежала.

Глава 6. Что делать девушке в отчаянной ситуации

Веселый гость, зашедший первым, оказался государственным следователем мистером Дудлем. В должностной иерархии он был намного выше отца, занимался какими-то большими делами в высших сферах, изредка приезжал с проверками из столицы и был из тех серьезных деятелей, что спасают страну за завтраком, меняют судьбы граждан после обеда и совершают пару подвигов к ужину.

Я слышала о нем, но никогда раньше не видела, и уж точно представляла его совсем другим внешне. Ростом что ли повыше, и взглядом пафоснее. Он прошел по коридору, время от времени оглядываясь на своего молчаливого спутника, отсыпал комплименты декору и вкусу хозяйки, совершенно не пугал, что... настораживало. Кто как ни я знала цену внешним маскам.

Следователь широкими шагами прошелся по гостиной, покрутил в руках бутылку и со вздохом поставил ее обратно на стол.

- Не буду долго расшаркиваться, время позднее, да и дело у нас с Джастином срочное. После маскарада у Розенкранца, присутствующая здесь мисс Риверстар стала временной владелицей вещи - книги, которая интересует моего друга.

- Вот как. Я еще не успел изучить отчет, - спокойно сообщил отец, - но абсолютно доверяю дочери и с интересом выслушаю вашу версию произошедшего.

- По имеющейся у меня информации Липа показала себя как отличный профессионал. Несколько импульсивный, но мы такими же были в ее годы - с удовольствием сообщил следователь.

Несмотря на комплимент, меня он в расчет не брал, обращаясь только к отцу. Зато мистер Корнуэлл смотрел внимательно, медленно прогуливаясь от кончиков моих шелковых туфелек до пушистых золотистых локонов с предательской медной ноткой, непозволительно легкомысленно рассыпанных по плечам. Особенно тщательно маг изучал скромное декольте домашнего платья. От усмешки на его губах меня заколотило. Красивый и надменный негодяй. Надеюсь, мое лицо сейчас бесстрастно и равнодушно.

- Они оба были на маскараде, - продолжил Дудль, - познакомились и представились друг другу. Насколько понимаю, ваша дочь была на оперативном поиске или задании?

- Моя дочь представилась на задании?! Назвала себя?

Мягкостью голоса моего папы можно было резать листовое железо.

Мистер Корнуэлл, наконец, отвел от меня пристальный взгляд и соизволил высказаться:

- Девушки часто представляются мне первыми.

Я чуть не оторвала кружево от рукава платья. Меня выставили легкомысленной кокеткой, не устоявшей перед привлекательным мужчиной и всеми силами пытавшейся продолжить знакомство при весьма неуместных обстоятельствах!

- Мистер Корнуэлл упустил некоторые нюансы, - ласково улыбнулась я. Дудль подпрыгнул на пятках. А у Корнуэлла мгновенно сощурились глаза в ответ. - Из поместья данный господин меня попытался похитить, ударив по голове. Мне пришлось решать ситуацию на месте, а в процессе представиться, чтобы преступник знал с кем имеет дело и какие ему грозят последствия.

Насчет того, что подлец выдавал меня за даму легкого поведения, я благоразумно промолчала. То, что я физически подготовлена, да и снаряжена артефактами для непредвиденных случаев отец знал, а вот оскорбления дочери мог не перенести. Скандал нам сейчас точно был не нужен.

- Эм, - хмыкнул мистер Дудль, - мой друг Джастин... весьма целеустремленная личность. Насколько я знаю, для жестких решений у него были весомые доводы. И к чести мисс Риверстар, надо сказать, она весьма изящно решила ситуацию.

- Сбежала, - процедил Корнуэлл, угрожающе поведя широкими плечами в дорогом, отлично сшитом, но неброском на вид синем сюртуке.

- Скорее, отказалась продолжить общение с вами, - опровергла я.

- Странно, мне показалось, мисс, вы горели желанием продолжать.

- Вам показалось. Слишком много о себе возомнили.

- Наглая девчонка.

- Не джентльмен.

- Оу, - сказал мистер Дудль, с интересом воззрившись на своего знакомого, - да у вас искры летят.

Глава 7. Личная или государственная собственность - вот в чем вопрос

Я обнаружила, что мы с подлецом весь разговор двигались шаг за шагом навстречу и теперь стоим в непозволительной близости, буравя друг друга взглядами и сжимая кулаки. Глаза Корнуэлла посветлели, превратившись из карих в пронзительно желтые. Он раздул ноздри, словно принюхиваясь, недоуменно выдохнул и дернул головой.

- Прошу прощения, мисс.

- И я погорячилась, - пробормотала я, расстроенно прикусив губу.

Всегда, когда сильно нервничала, я начинала покусывать нижнюю губу. Надо же так опозориться перед отцом, потерять контроль. Корнуэлл медленно выдохнул, отвел взгляд и отошел широкими шагами к столу.

- Я проведу расследование происшедшего, - медленно сказал отец, - и, если вещь должна принадлежать вам, мистер Корнуэлл, мы ее обязательно передадим.

- Вот и ладненько, - хлопнул в ладоши следователь. Он был еще в более веселом настроении, нежели пришел. Посмотрел на нахмуренного Корнуэлла и ухмыльнулся, покачав головой. - На этом и порешим. Бумаги на Джастина как на настоящего владельца книги я пришлю завтра. Надеюсь, моей репутации будет достаточно для поручительства. Оформим все срочно, он расследует архи-важное, тревожащее меня дело, касающееся вампиров. И должен немедленно отправляться на место событий. Кстати, а что за операцию Филиппа проводила у Розенкранца?

- Поступили сведения о высокородном скупщике краденого, - ответил отец. От государственного следователя он не смог утаить детали, - Филиппа провела обычный поиск, в результате которого нашла и изъяла у незаконного владельца ранее похищенный артефакт. Двести лет "Аместистовое Око" числилось в розыске. И, наконец, мы его получили.

Уже направлявшиеся к выходу, нежданные гости замерли и переглянулись. Пару секунд в гостиной было удивительно тихо.

- Гарольд, поправь меня, возможно я ослышался, - медленно проговорил Дудль, разворачиваясь на каблуках, - наша чудесная, восхитительная, удачливая Филиппа вчера обнаружила и добыла настоящее "Аметистовое Око"?

- Не ослышался, - ответил отец, - артефакт совсем старый, считался утерянным. Я уже сообщил о нем семье последних законных владельцев и выставил счет за возврат.

- Забудь об этом, - рявкнул Дудль, в его руках, из ниоткуда, появился короткий государственный приказной жезл, тут же засиявший мягким тусклым светом, - с прежними владельцами я улажу сам. Какая чудесная новость, и так случайно полученная. Филиппа, да вы счастливица. Око - единственный артефакт, способный отматывать назад время и показывать картины когда-то произошедшего. Внимание! Я принимаю решение бронировать артефакт путем временного изъятия по делу государственной важности. Семья законных владельцев получит компенсацию за амортизацию. Транжирю государственные деньги, мот я эдакий!

Жезл засиял ярче, разбрызгивая в стороны огоньки. Следователь скороговоркой бормотал пункты законов, в воздухе вспыхивали и замирали строки официального приказа временного изъятия артефакта и его использования государством.

Шокированный отец упал на стул, его подвели ослабевшие ноги. Неожиданно. Неужели у меня появился шанс? Я облизала пересохшие губы и осторожно произнесла:

- Должность оперативника.

- Вы о чем? - не понял следователь.

- С вас, уважаемый Дудль, должность оперативника. С недавних пор Око стало неотъемлемой частью моего магического контура. Если государство изымает Око, прежде всего придется договориться со мной. Скажу сразу. Я согласна на использование амулета вместе с телесной комплектацией в целях государственной важности, но - только на своих условиях.

И я расстегнула воротник, открывая искрящийся под ключицей и отлично себя чувствующий аметист.

- Ни за что, - отрезал Корнуэлл. Вот, казалось бы, какое ему дело!

- Филиппа, а как же мама, она будет волноваться, - жалобно выдохнул отец. А вот здесь придется договариваться.

Зато Дудль начал смеяться. Буквально хохотать.

- Конечно, мисс Риверстар, вы совершеннолетний сертифицированный маг и можете выдвигать свои условия. А я, пожалуй, соглашусь. На испытательный срок вы поступаете на должность полицейского оперативника и выполняете все, что вам прикажут как ответственному сотруднику. Готовы?

- Да, - решительно кивнула я. И счастливо выдохнула, когда жезл засиял, подтверждая соглашение. Да! Небеса! Как же я счастлива!

- Джастин, - профыркал продолжающий издавать булькающие звуки Дудль, - поздравляю с напарницей, которую Государственный Департамент выделяет по твоему эээ... партнерскому запросу о поддержке. Хотел отказать за недостатком улик, но цени мою доброту, передумал. Получай оперативника-мага с необходимым артефактом в полное распоряжение. Знакомьтесь, а я пока амонтильядо открою, совсем в горле пересохло. Ха-ха.

И он по-хозяйски уселся за стол пока мы с папой и Корнуэллом пытались переварить новость.

Меня что, вместе с артефактом только что отдали практически как собственность этому негодяю?

Участвовать в деле о вампирах? Двуликих, которых я на дух из-за своей аллергии не переношу.

Я растерянно посмотрела на своего то ли начальника, то ли владельца и обнаружила довольную улыбку, расцветающую на его лице.

- Тебе понравится, бегунья. Мне лично - уже нравится.

Глава 8. Отъезд с хлопотами

Чемоданы я паковала в спешке. По всему дому носились и перекликались слуги. Два раза за день матушке вызывали лекаря. Когда и второй доктор отказался поставить ей диагноз "находится при смерти, нуждается в присмотре дочери", разъяренная ма выгнала его лично, погнавшись следом с тапком наперевес.

Батюшка заперся в кабинете и попросил сообщить, когда мы начнем наконец отъезжать. Перед этим он напомнил мне о скрытности и строго-настрого запретил прямое использование магии. "Ты очень плохо владеешь силой, Липа, не рискуй, просто выполни что там надо, применяй артефакты и возвращайся. По приезду мы еще поговорим, уверен, ты передумаешь заниматься глупостями".

Невыносимый мистер Корнуэлл явился к самому отъезду и в своей высокомерной манере высказался о размере «дамского сундука», который вынесли вместе с чемоданами для одежды.

Горничная вдруг льстиво хихикнула, поддакнув мужчине. Хотя прекрасно знала - в сундуке хранятся инструменты ювелирного дела и упаковки с заготовками, проволокой, камнями, элементами покрытий. Вела она себя несколько странно, по делу и без пробегая рядом с магом и томно вздыхая.

А ведь я впервые вижу рядом с Корнуэллом другую женщину. Где бы мы ни встречались до этого, я удостаивалась сомнительной чести быть единственной девушкой в его окружении.

У меня все больше вопросов к вам, мистер Самодовольство. Предположим, вы не специалист в следилках последнего поколения, поэтому просто не заметили их на ограждении поместья Розенкранца. Но ваши руки сейчас открыты, без перчаток, и я не вижу ни единого даже плохонького кольца, что для мага - в высшей степени странно. Да и какой специалист не узнает новомодный сейчас инструментальный сундучок? А если к этому добавить вкус к дорогой одежде, ненормальную реакцию моей служанки и уверенность мистера Корнуэлла в своей неотразимости... Нестыковки, нестыковки.

Государственный следователь Дудль не мог поручиться за неподобающую персону, значит, я чего-то не улавливаю.

Пока грузили и закрепляли на карете вещи, я продолжала присматриваться. Даже эмоциональное прощание с родными не выбило меня из концентрации, а лишь добавило информации. Матушка, которая должна была облить негодованием забиравшего ее дочь незнакомого мужчину, неожиданно смягчилась, благосклонно ему кивнув. В итоге просто обняла меня и пожелала удачи. Хм.

В тесном пространстве кареты мой вынужденный напарник непринужденно снял пиджак и заявил:

- Теперь о неприятном, но необходимом. Вам и мне с этой минуты придется путешествовать вместе и под логичным прикрытием. Документы у нас на Уоллисов. Предлагаю сразу решить - мы муж с женой или брат с сестрой?

- Какие еще "муж с женой"? Я же обручена!

- Рад за вас. Значит будешь сестрой и на "ты".

Отец говорит, что я кинжал в мягких ножнах. На людях стараюсь казаться сдержанной и обходительной, но решения я принимаю быстро и жестко. Мистер Корнуэлл ухитрялся все время игнорировать ножны и добираться до острия. Но одно дело, когда я высказываю свое недовольство незнакомцу, до которого мне дела нет, и совсем другое - партнер, с которым я обязана найти общий язык.

Медленно выдохнув, я сцепила руки и проговорила:

- Я согласна быть твоей сестрой по имени Эфа, старший нудный братец.

Корнуэлл кивнул:

- Дорогая сестра, ехать нам примерно четыре часа. За это время я введу тебя в курс дела и отвечу на вопросы.

- У меня, действительно, есть к тебе вопросы, уважаемый напарник, - кивнула я, расправляя подол укороченного дорожного платья. В моем чемодане хранился брючный костюм, о котором не догадывалась мама, и я заранее предвкушала как его, наконец, надену и почувствую себя свободнее. - Например, ты точно маг и человек? Не вампир?

Недавно ставшие вампирами люди практически не вызывали у меня аллергии в человеческой ипостаси, а вампирская природа могла объяснить особую ловкость новоявленного напарника.

Корнуэлл откинулся на сидении и довольно сощурился.

- Конечно, я не маг. И не человек. И, не приведи Небеса, вампир. Я оборотень, Эфа.

О! О! Если бы не моя аллергия, я определила бы оборотня практически сразу. По великолепной физической форме и некоторой избыточности мышц, становящейся заметной, когда он снимал сюртук. Но я раньше никогда, ни разу не ошибалась, поэтому разум никак не принимал очевидное.

Ведь рядом с двуликим, особенно когда он быстро двигался или трансформировался в другую ипостась, я неминуемо начинала сначала чувствовать слабый запах, а потом зуд или дурноту. Болезнь, на первый взгляд такая неприятная, очень радовала моих родителей и веселила подружек.

Молодые оборотни обладали потрясающей телесной харизмой, с учетом их полной бездетности до принятия зверем официальной пары, любовные связи между ними и людьми становились не просто модными, а уже привычными.

Темпераментные оборотни, учитывая, что клановых девушек рождалось до обидного мало, вовсю пользовались любознательными партнершами. Иногда такие легкомысленные встречи приводили к внезапно вспыхнувшей любви. И тогда в семье, при условии принятия супруга или супруги зверем, рождались дети. Чаще всего они оказывались оборотнями, слишком сильна была животная кровь.

Поэтому родители пребывали в постоянном восторге от врождённой аллергии, всерьез обсуждая будущее воспитание многочисленных магов-внуков. В любом случае постоянная домашняя учеба и тренировки сделали меня не самой модной девушкой континента, признаю это. Но чтобы так ошибиться?!

- У меня врожденная аллергия на оборотней, я их чую при первом же касании.

- Почти как настоящий двуликий, - хмыкнул Корнуэлл, - мы тоже быстро узнаем друг друга. Но в данном случае перед тобой исключение, я не пахну. И двуликие, так же как ты, не смогут определить мою истинную природу, что важно для миссии.

- Мы отправляемся к оборотням? Или к вампирам?

- Мы едем в горнило, где вдоволь будет и тех, и других, Эфа.

Оборотень потер пальцем темную бровь. Я заметила, когда он разговаривал, предпочитал смотреть прямо. Было это немного непривычно. В обществе предпочитали во время разговора смотреть мягко, отвлекаясь, отводя глаза, лишь время от времени возвращаясь к собеседнику и снова уплывая. Прямо смотрели на слуг, вызывая на дуэль или когда злились.

А Корнуэлл предпочитал взгляды как сабельные удары. Вот и сейчас он смотрел резко, испытывающе.

- Ты можешь определить по запаху только оборотней или всех двуликих?

- Если оборот был недавно, определю и вампира. Но с меньшей вероятностью. И насчет твоего запаха... он есть, только не животный. Когда мы спасались от охранников, аромат был вполне различим.

- И чем я пах?

- Я тогда нервничала, уже не вспомнить.

- Девочка. То есть Эфа, - Корнуэлл прищурился, - это даже интересно и такие вещи я обязан знать. Мне всегда говорили, что запаха нет. Давай проверим, я частично обернусь, а ты попробуешь почувствовать запах.

Он моргнул, и вместо теплого карего цвета, на меня уставились два желтых фонаря. Оглянуться не успела, как оборотень уже сидел на моей стороне. Двигался он быстро, каждый раз оказываясь чуть быстрее, чем мог предположить мой разум.

Волосы мистера Корнуэлла из темных, чуть вьющихся превратились в серые и прямые пряди, густой гривой обрамляющие лицо. Смуглое властное лицо приобрело еще более резкие линии, утяжелив и так мощный подбородок. Больше никаких изменений я не заметила, но и эти вблизи выглядели пугающими.

- Давай, - рыкнул он и повернул голову, подставляя шею.

"Брат", напомнила я себе. И коллега по заданию, которому я дала слово помогать. Решившись, я потянулась, закрывая глаза и вдыхая. Он действительно слабо, едва уловимо, но пах. Молодой хвоей, утренним лесом после весенней грозы, еще чем- то неуловимо прохладно-терпким.

Широкая ладонь охватила мою голову, прижимая все ближе, теплая кожа оказалась совсем рядом. Чуть темнее, чем я привыкла, загорелая. Очень мужская. Соображалось плохо. Я пыталась определить ингредиенты, прижавшись носом к горячей коже. Рука мужчины, прижимавшая мою голову, вдруг передвинулась через щеку на подбородок, уверено, жестко его обхватила и приподняла.

Сама не знаю как, но я уже сидела с поднятым для поцелуя, приоткрытым ртом, а мистер Корнуэлл молча смотрел на меня разбивающими на осколки желтыми глазами.

- Не надо, - слабо прошептала я. Сердце пело: "Надо-надо, хочу-хочу". Хотелось покориться и сопротивляться одновременно.

- Сам знаю, что не надо, - несколько зло ответил оборотень, резко убрав руку и оставив меня, словно лишившейся чего-то важного, - это мой зверь дурит, чем-то ты его привлекаешь, но не обращай внимание. Я постараюсь тебя не касаться - и все пройдет.

- На меня не действуют феромоны. Вообще. Я много раз проверяла.

Он скептически приподнял бровь, подумал пару мгновений и вдруг расслабился.

- Может ты и права, иначе бы сейчас уже ластилась как кошка. Значит мы оба просто изголодались. Бывает. Так чем я пахну?

- Лесом, - растерянно пробормотала я.

- Лесом... Буду знать.

Было ощущение, что все мои привычки, правила, весь мой мир летит в пропасть, и неизвестно, где верх, а где низ. Я просто хотела сидеть вот так рядом, было жаль, что меня больше не держат жесткие пальцы, а глаза-солнца смотрят уже не на меня. Что-то нужно было делать немедленно, чтобы не превратиться в восторженную особу, как и предсказывал мистер Корнуэлл.

Я выпрямилась, собирая остатки благоразумия, стараясь не смотреть на оборотня. Он тоже был задумчив и, если бы я уже не знала о самодовольном характере, решила бы, что смущен.

Вернувшись на свою сторону, оборотень продолжил рассказ:

- Там, куда мы едем, будет лес. Маленький городок прямо посреди леса. В нем произошло убийство вампирского сира, главы большого Белого Гнезда. И в этом убийстве вампиры обвиняют нас, оборотней.

- Ты считаешь, они не правы? Или что-то в деталях показалось тебе ненормальным? - Я слушала, отодвинув шторку и приоткрыв каретное окно, искоса глядя в сторону оборотня.

Неловкость понемногу проходила, а информация озадачивала. Я понимала, почему делом заинтересовались. Убить вампирского сира - все равно что заклинанием разрушить город. В теории можно, но на практике абсолютно невыполнимо. Главы Гнезд отличались не только редкой живучестью, практически до бессмертия, но и были опасливы, внимательны на всю мощь многовекового опыта внутригнездовых интриг. Они в грош не ставили чужие жизни и без капли сомнения положили бы всех и вся ради собственного спасения.

- Я считаю ненормальным само событие, а оно происходит уже второй раз. Неделю назад в похожих обстоятельствах погиб другой сир, Красный вампир. Двуликие заговаривают о старом предсказании...

- Эфа!

Кто-то звал меня с улицы. Громко и возмущенно. Повернув голову, я с растерянностью обнаружила, что проезжаем мы мимо компании студентов, один из которых, а именно мой жених Лео, машет руками и зовет меня по имени.

Из-за всей этой кутерьмы и череды событий я не смогла встретиться с ним лично, и просто послала летуна, магическое письмо, в котором сообщала, что отъезжаю по делам, поэтому не смогу сегодня появиться на вечеринке, как мы договаривались.

Похоже, Лео был в ярости.

Глава 9. Короткая остановка или разница в восприятии

Л. Дж. Корнуэлл

Она с самого начала стала занозой. Как крохотная щепка, попавшая под кожу, такая мелочь, что и не видно, но постоянно напоминает о себе. Началось все в поместье Розенкранца, когда вместо простого выхода через ворота путем их кардинального выноса вместе с охраной, я понесся через незащищенное ограждение, чтобы в драке не повредили мою ношу.

По-щенячьи храбрую странную человеческую девчонку.

Обычно мой зверь падок на крепких, физически сильных самок, сдержанных и надежных, такие отлично прикроют спину в бою, легко вырвут трахею из теплого горла врага, да и в постельных играх не устанут, когда понадобится разрядка. Любопытство или заинтересованность зверя в самке я всегда чувствовал, как ленивое, покровительственное пожелание. Как в магазине, когда показывают на интересующий товар: "Берем это. Вроде ничего".

Человеческих девиц же он снисходительно игнорировал, вполне при этом позволяя мне отдыхать в дороге и расслабляться в периоды длительного отсутствия временной пары.

А сейчас этот шерстяной ублюдок словно сошел с ума. Он хотел повалить занозу прямо в карете и вылизывать ее испуганную мордашку, покусывать плечи и мягкие бока, пока не услышим ее смех. Смех! Да она только злиться умеет! И заноза - не щенок для вылизывания, что бы не думал этот клыкастый идиот в моей голове. Она человечка, и я могу сломать ей хребет, если резко опрокину.

Сейчас она отворачивалась и косилась в окно, слушая задачу. Покусывала розовую припухшую губу маленькими белыми зубами - они погружались в плоть, но не надрывали ее, только угрожали острой заточкой на самой грани. Полупрозрачное ушко торчало хрящиком из аккуратно, без всякого заигрывания стянутых и плотно заколотых золотистых волос. Хрупкая, случайно подвернувшаяся заноза.

Когда ее окликнули с улицы, глаза, до этого цепко сощуренные и задумчивые, широко и наивно распахнулись. Вот что меня еще забавит в занозе - быстрые переключения. Словно в ней сидели и спорили за контроль несколько личностей, некоторые меня бесили, другие - заинтересовывали. Кто покажется в следующую секунду - неизвестно и какая из них окончательно победит в будущем характере - еще не решено.

Заноза вопросительно взглянула на меня и просветлела в ответ на разрешительный кивок. Минутная остановка ничего не изменит, а ей явно хотелось поговорить со своими приятелями, скорее всего сообщить о внезапном отъезде. Пусть поболтает.

Я позвонил в колокольчик, карета остановилась, а девушка уже нетерпеливо дергала за дверцу.

- Эфа!

Тон говорившего не понравился волку, сразу тихо зарычавшему. Приятель мисс Риверстар был зол и не скрывал своих чувств.

- Лео, я так рада тебя видеть.

Группа из трех молодых мужчин и двух девушек подошла вплотную к карете. На меня, сидевшего в полутьме, никто не обратил внимание, все смотрели на выпорхнувшую Эфу.

- Джентльмены и леди, это мисс Филиппа Риверстар, мы были обручены еще подростками.

Говорить начал блондин, весь покруженный в белые кружева как дама-купальщица в пену. Из вороха воздушных оборок торчала голова с тщательно набриолиненной прической, взмахнула в указующем мягком жесте тонкая кисть правой руки. Вот только мозоль на весь указательный палец почти до основания большого противоречила легкомысленному образу этого Лео. Специфическая примета фехтовальщика, тренирующегося на нескольких видах холодного оружия, включая тяжелый двуручный меч.

Все представлялись, расшаркивались, молодые люди мягко пожимали руку Эфы через дорожную перчатку, склоняясь излишне близко.

Я заметил, как одна из девушек, изящная мисс в ярко-зеленом, на пределе соблюдения приличий укороченном платье, вскинула бровь и недобро посмотрела на занозу. А мистер "хлыщ в кружевах" не так-то прост, успевает на разных фронтах.

- Куда ты едешь в дорожной карете, Эфа, мы же планировали сегодня встретиться?!

- Некоторые девушки непостоянны в обещаниях, Лео, - прощебетала девица в зеленом и мило улыбнулась занозе, - просто надо смириться и принять, как есть.

- Я не обязан ни с чем смиряться, - вскипел блондин.

- Милый, - Эфа примирительно погладила его по предплечью, - я все объяснила в письме, непредвиденные обстоятельства по работе.

Ей было неприятно зарождение скандала на публике, что удивительно, со мной она так не церемонилась. Это вызывало странные эмоции, раздражало и волновало. Незаметно, вне осознания и плана, что для меня крайне нехарактерно, я оказался сидящим у самой дверцы.

- Мы еще поговорим с леди насчет работы и внезапных отъездов, - сообщил красавчик Лео, захватывая руку занозы и с силой сжимая ее. - Я не против женских развлечений до свадьбы, но не когда они мешают совместным планам. Просто запомни это, Эфа.

- Лео, что ты такое говоришь? - обычно спокойная и прямолинейная, заноза выглядела растерянной и возмущенной, она мягко пыталась выдернуть ладонь, но у нее ничего не получалось. Рука Лео удерживала как капкан.

- А-ха-ха, - визгливо рассмеялась девица в зеленом, оборотень из грызунов. Ее заслонил другой студент, запах долетал плохо, да и не было желания определять точно. Меня заинтересовало иное.

Девушка оживилась:

- Леочка, посмотри с каким она красавчиком уезжает! А ты все говорил, что невеста - девушка наивная. Поэтому тебе можно.

Вся компания повернулась и в упор воззрилась на меня, уже отлично заметного в распахнутую дверцу. Парни изучали с любопытством, девушки - с явной заинтересованностью. Только Филиппа с изумлением рассматривала жениха, а тот мазнул по мне лишь быстрым взглядом, косясь куда-то верх.

- Лео, - голос занозы звучал сорвано, с треснувшей ноткой, - наверное, мне стоило сегодня так внезапно сорваться, чтобы все это услышать. Ты не доволен моим интересом к работе? Обсуждаешь меня с незнакомыми мне девушками?

- Эй, - разъярилась прелестница из грызунов, - то, что твои родители заставляют Вайна...

- Заткнись, это моя невеста, я имею право ей выговаривать и ее корить, но не ты, - прервал ее блондин и продолжил, обращаясь к занозе. - Я даже ревновать имею право. В общем, милая Филиппа, я принял решение: весь в переживаниях устраиваю тебе скандал, ты в шоке, печали и никуда не едешь.

Я бы давно уже вмешался и вывалял блондина в пыли, как требовал мой волк, но человек во мне отслеживал быстрые взгляды жениха и то, как ловко двинулась к поясу его левая рука.

Кружевной щеголь оказался обоеруким, судя по тому, как уверенным обратным хватом левой он выхватил из своей одежды узкий трехгранный кинжал, а правой, стремительно дергая невесту за схваченную ладонь, отбросил девушку себе за спину.

Взметнулись мы одновременно, я на подножку и вверх на крышу кареты, цепляясь мгновенно выращенными когтями.

Он - в броске в сторону кучерского сиденья.

Все это время блондинчик нес чушь и медленно разворачивал Эфу подальше от дороги. Ему сильно повезло, что я отследил оба направления его взглядов и понял, куда он решится броситься прежде всего.

Потому что с другой стороны кареты я обнаружил зацепившихся на подножке и грузовом отсеке сразу двоих подозрительных типов, в одинаковых серых коротких плащах с капюшонами. Как бы ни был ловок щеголь, с двумя опытными бойцами он бы мог и не справиться. А эти оборотни-пумы были именно опытными - секунды им хватило, чтобы оценить ситуацию и с двух сторон, забирая в клещи, броситься на меня.

Выдавать себя при свете дня в центре провинциального городка смысла не было, поэтому пришлось немного повозиться, выбивая дурь и пыль из этих безмозглых клочков шерсти.

Когда оба, схваченные за горло, висели у меня в руках, я обернулся и обнаружил Лео, придавившего коленом валяющегося на облучке возницу. Блондин упирался кинжалом точно под кадык трясущемуся бородачу.

- Прекрасный день, не правда ли, - весело сказал мне жених Филиппы, сияя безупречным белоснежным оскалом зубов. - Вы коллега Эфы, насколько я понимаю? Тогда познакомимся. К вашим услугам Лео Вайн, жених этой прекрасной девушки, мы парочка с детства.

- Джастин Корнуэлл, рад знакомству. Насколько понимаю, это уже не наш возница?

- Ваш - лежит вон там, под колесами. Когда Липа, в смысле Эфа выглядывала, я увидел падение вашего кучера прямо во время движения. Он подозрительно дергался и съезжал со своего сидения. Это профессионалы, из кареты вы подмену не заметили бы. Вам очень повезло, что я решил поймать Эфу по дороге и попрощаться перед отъездом.

Положим, эти паяцы максимум бы затянули нашу поездку, но помощь все-равно оказалась полезной.

Вайн опасно улыбнулся и отвел острие кинжала от горла подмененного кучера, чтобы сделать пару молниеносных устрашающих пасов перед его лицом. Клинок замер точнехонько в полусантиметре от судорожно моргающего глаза.

- Кто тебя нанял? Клянусь честью Вайнов, если не ответишь, я испугаюсь твоего резкого движения и нечаянно сделаю из тебя слепца, уж больно неловок я бываю от переживаний. Но кроме тебя останутся еще двое других, которые все нам расскажут.

Я с некоторым сомнением посмотрел на двух хрипящих и болтающих ногами оборотней, по шеям которых обильно лилась кровь, но решил не спорить о их возможности немедленно с нами разговаривать. Само утверждение пришлось мне по душе. Как и необычный мистер Вайн.

- Герцог Розенкранц приказал привести мисс к нему любой ценой, - торопливо проговорил возница, безуспешно пытаясь не моргать. От желания высказаться он пускал слюну в кудлатую бороду и возил ногами. Аристократы не часто разбрасывались словами о чести семьи, юный Вайн был решительно настроен, и подменный кучер это прекрасно понял.

- Розенкранц? - с другой стороны кареты подошла Филиппа и деловито осмотрела поле боя, покручивая многочисленными колечками на пальцах.

- Мы не можем задерживаться, - веско сказал я, - Розенкранц не наша цель, Эфа. С этой мелочью разберется полиция.

- Розенкранц - для вас мелочь? - брови блондинчика ошарашенно взлетели. - Опасаюсь тогда предположить, за какой птицей идет охота. Я, пожалуй, сдам этих неудачников в ближайший участок и прослежу, чтобы герцог пошел под следствие. Но... Милая, ты ничего не хочешь мне рассказать? Ты поняла, что я насчет ревности и запретов несерьезно?

Заноза обвела глазами молчаливо и восторженно внимающих своему кумиру приятелей жениха, вытянула из пальцев возницы медную коробочку с дергающейся на ней стрелкой, сделанной из ее собственной шпильки, потерянной в герцогском кабинете, мягко улыбнулась и сказала:

- Я не поняла сразу, что ты играешь, но ты же знаешь, как я тебе доверяю. Так что все хорошо. А поехать мне нужно обязательно. Не беспокойся за меня, милый. Мы с мистером Корнуэллом справимся.

Как же меня бесят все эти сладкие: "милый", "милая"...

Мы наняли нового кучера и продолжили движение в Барнвиль с небольшой задержкой. Мистер Вайн проявил себя деятельным организатором и уверенно, хотя и немного театрально руководил всеми своими приятелями и приятельницами, отправляя их то с известием в полицию, то с распоряжениями в дорожную службу перевозок. Его несколько обескуражило, что пункт назначения я сообщу кучеру только при выезде из города. Но такое сокрытие информации молодой маг принял достойно, неудовольствие проявилось только в излишнем поправлении тщательно уложенного височного завитка.

Когда мы двинулись в путь, Филиппа некоторое время еще махала жениху из окна, потом закрыла глаза и некоторое время сидела тихо.

Бьюсь об заклад, она обдумывала, кто такая девица в зеленом и кем она является для Вайна.

- Лео волнуется обо мне, спрашивал, может ли подъехать для помощи, - неожиданно сказала она, открывая ярко-синие глаза.

- И что ты ответила?

- Что это полицейская операция, меня взяли на испытательный срок, и ввести его в дело у меня нет возможности.

- Ты на самом деле не хочешь его присутствия?

- Не хочу. Кое-что меня сейчас смущает, Джастин, но я не готова обсуждать с тобой личные отношения с женихом. Лучше расскажи мне о деле. Что тебя так заинтересовало в нем? Почему не проводится обычное полицейское расследование?

Я кивнул, продолжая ее рассматривать, и она не отвела взгляда. Проклятые Небеса! Если она будет и дальше так на меня смотреть, придется по приезде в город срочно поискать симпатичную самочку для разрядки. Стычка с людьми Розенкранца удивительно примиряюще подействовала на наше общение, начавшее налаживаться еще с обнюхивания. Но теперь я слишком часто ловил себя на пристальном разглядывании занозы, и мне это не нравилось. И для нее, и для меня это может стать дорогой в никуда, в черную топку моего Голода.

- Расследование уже проводилось и еще ведется, - признал я, снимая сюртук и вытягивая ноги. С другой стороны, лучше так, чем постоянные пикирования. Эфа, к моему удивлению, умела вела себя на редкость рассудительно, не выказывая никаких следов истерики после случившегося нападения. И с ней было интересно беседовать, словно рассуждаешь вслух сам с собой.

- Сначала погибает Красный вампир, затем, четыре дня назад, в Барнвиле, маленьком городке, куда мы с тобой направляемся - гибнет второй сир, глава Белого Гнезда. Все улики: вид ран, клочки шерсти, все говорит о нападении оборотней. Но все же я хочу увидеть ситуацию сам, своими глазами.

Я помолчал, собираясь с мыслями. На первый взгляд миссия выглядела простой, но мне не нравилось отношение к делу местной полиции. Они полностью находились под контролем Гнезда и вовсю замалчивали факты. Что-то не стыковалось в этом странном деле.

- Эфа, чем дальше я размышляю, тем больше кажется подозрительной эта история. Поэтому наша задача - осмотреться, использовать твой амулет, покрутиться среди местных жителей, узнавая слухи. Если нам начнет угрожать серьезная опасность, я посажу тебя в первую же карету из Барнвиля. Все понятно?

Она серьезно кивнула и постучала по колену унизанными в кольцах пальцами. Я вдохнул тонкий цветочный запах, льющийся по карете еле уловимой струйкой. И снова, глубоко внутри, сдерживаемый тщательным контролем, но не сдающийся, подал голос Голод. Темный, жадный, готовый распрямиться пружиной, разрывая внутренности и требуя свое. Так. Женщину придется найти срочно. Сегодня же ночью. Работа плохо исполняется, если от движения девичьих пальцев по колену становится тесно в штанах. И совсем станет плохо, если меня сорвет.

Глава 10. Очень странное место

Высокая женщина с угловатым костистым лицом и шикарной гривой разбросанных по плечам темных волос стояла за широкой деревянной стойкой. Ее ярко накрашенные губы ее сжимались в тонкую линию, глаза отстраненно смотрели куда-то поверх нас.

- Мы не принимаем приезжих, отель временно закрыт.

Городок оказался удивительно, просто безобразно неприветливым. Прохожие, у которых мы спрашивали дорогу до отеля, молча пробегали мимо. Распахнутые двери баров захлопывались сразу при виде подъезжающей дорожной кареты. В конце концов Корнуэлл поймал бородатого толстого дворника, не успевшего из-за своих габаритов убежать при нашем появлении, и буквально вытряс из него адрес ближайшего отеля.

- А какие гостиницы или таверны, принимающие на постой, сейчас открыты? - раздраженно поинтересовался мой компаньон. Поездка по каким-то причинам привела его далеко не в радужное расположение духа, он леденел лицом и все упрямее кривил и так надменно изогнутый жесткий рот.

- В городе всего одна гостиница - моя. Есть еще постоялый двор для проезжих деревенских трудяг, но он тоже сейчас закрыт.

Зеленые с золотом обои холла придавали заведению солидный вид. Новая или недавно отремонтированная мебель блестела навощенными боками. Все в этой гостинице выглядело наилучшим образом и вызвало бы симпатию, если бы не отказ нас принять и еще одна небольшая деталь - хозяйка по какой-то причине отчаянно потела. Запах оборотницы витал по всему холлу, провоцируя у меня желание почесаться.

- Предлагаю доехать до постоялого двора, - сказала я, бодро пятясь к двери.

- Я не буду жить в сарае, - рявкнул Корнуэлл, шагнул к стойке и навис мрачной тенью над хозяйкой. Синее платье женщины, плотно обтягивающее крепкую фигуру, за секунду обзавелось темными подмышечными кругами, легко различимыми на шелке.

- Дорогуша, мы с сестрой замерзли и проголодались. И в этот город не по своему желанию прибыли. Кто-то из ваших жителей разрушил склеп нашего дедушки Ипполло Уоллиса. Мы приличные маги на государственной службе, да ответьте, Небеса вас возьми, почему вы хотите выставить на улицу двух ни в чем не повинных людей?!

Глаза женщины отчаянно забегали, она даже пригнулась, спасаясь от давления моего чересчур темпераментного "брата", но тот вдруг изменил тактику, подчеркнуто нежно положив свою ладонь на подрагивающие женские пальцы.

- Красавица, я вижу, какое у вас доброе сердце.

- Даа, - пролепетала хозяйка, завороженно глядя в глаза Корнуэлла, - я просто не хочу проблем. Именно против вас, уважаемый, я ничего не имею. Вы люди?

- Конечно, мы люди. И будем очень благодарны за комнату, помощь в размещении и горячий ужин. Мы хорошо заплатим и будем очень-очень приятны и безопасны во всех отношениях. Особенно я. Отдельно я.

Его голос мягкой волной поглаживал даже мою кожу, хотя я стояла далеко, не так близко как слушающая его с открытым ртом женщина. Надо же, мистер Корнуэлл, когда ему это хотелось, мог говорить до дрожи чарующим тембром. Нам, конечно, нужно жилье для проживания, но так смотреть на незнакомую женщину, перебирать ее пальцы... Какой стыд! Да лучше в таверну к деревенским, чем лебезить перед странными горожанами.

- Есть небольшой номер на втором этаже, - сказала хозяйка. Она неровно и шумно вздохнула, поблескивающая материя туго натягивалась на высокой груди, - там можно организовать две спальни для вас с сестрой. Отдельные номера выделить не могу, все занято.

- Отлично. Распорядитесь, уважаемая мисс...

- Миссис Морица Чэнклиф, я вдова.

Ох, надо же какая важная информация! А никто не хочет меня спросить, как я буду с аллергией жить в этом отеле? С каждой минутой у меня все больше болела голова, но спорить повода не было. Корнуэлл прав, гостиница неплохая. А как нас встретят на постоялом дворе неизвестно. В конце концов в номере можно провести магическую очистку, решив вопрос с запахами.

- Распорядитесь, уважаемая миссис Морица, чтобы занесли наши вещи.

- Конечно, мистер...

- Ах, простите, столько волнений. Рады представиться: мистер Джастин Уоллис и мисс Филиппа Уолисс.

Брюнетка позвонила в колокольчик, распорядилась появившемся молодому худенькому парнишке с бегающими глазами в старенькой, но чисто выглядевшей темно-серой униформе, принести из кареты наши вещи.

- Вы уж извините, что сразу не приняла, - шагая по лестнице, чтобы показать нам номер, говорила миссис Морица. Она поминутно оглядывалась на Корнуэлла и даже начала немного улыбаться, - может слышали, погиб сир Барн, основатель этого города. У нас нынче неспокойно. Особенно по ночам.

Корнуэлл внимательно слушал, поддакивал. В общем, вел себя абсолютно непривычно. Когда мы остались одни в номере, и я принялась заглядывать в комнаты, находя их весьма подходящими, он подошел к окну и некоторое время молчал.

- Братец, - обратилась я, вытащив из чемодана очищающий артефакт и произведя быструю обработку каждой комнаты, - не пойму, почему ты так задумался после разговора с этой оборотницей.

- Волчица, - сказал Корнуэлл, снимая с окна какой-то самодельный оберег из веток, и поворачиваясь ко мне. - Миссис Морица - волчица. Но это не важно. А вот сведения, которые она нам сообщила, учитывая поведение остальных жителей, многое меняют. Возможно... я не утверждаю, а пока лишь предполагаю, но возможно - в этом маленьком провинциальном городе сейчас первые шаги делает настоящая вампирская чума. Смерть мистера Барна кому-то сорвала разум с цепи.

- Вампирская чума?

- Да, кровососы, знаешь ли легко теряют контроль над своей темной стороной, когда лишаются управляющего ими сира - того, кто их создал. «Чума» - потому что под настроение эти погруженные в кровавое марево ублюдки могут создать целую армию новых беумных вампиров. Это не нравится никому, включая сами Крылья, потому как ведет к сплочению людей и мстительному выжиганию под ноль целых гнезд в ответ. Что радует - и нам, и этому проклятому городку повезло, что местный замок принадлежит Белому Крылу. Белые не будут сразу убивать, им нравится сначала насиловать.

- Что?!

Надеюсь, он несерьезно про везение. Только мужчине могла прийти в голову мысль, что это отлично, когда не сразу убивают, а прежде немного развлекутся.

- Потерявшие разум белые предпочитают нападать по ночам, то-то Морица не хотела пускать неизвестных к себе на постой. Молодые вампиры не пахнут, от людей почти неотличимы в человеческой ипостаси. Нас выручили официальные бумаги о родственности с мистером Уоллисом, приезд в карете из другого города, ну, и еще немного моего личного обаяния.

Мне не понравилось, как поменялся его взгляд, стал оценивающим. Ах ты, хитрый негодяй, уже планируешь как завалить мой испытательный срок?

- Я никуда не поеду! Даже не проси!

Я не смогла заметить, как он это сделал. Только что был у окна, а уже рядом со мной и больно сжимает локоть.

- Ты уедешь сегодня же. И я не умею просить. Запомни это раз и навсегда.

Ненавижу вот такое отношение. Некоторые коллеги отца считали меня пустяшным украшением гостиной, они иронизировали над моими приходами в полицейский департамент, считая, что так я выискиваю себе перспективного жениха. И, когда узнавали о существовании Лео, удивлялись, что же мне, обрученной девице, еще надо?

- Я - оперативник Департамента по делам Двуликих, нахожусь на задании. И пока его не выполню, ты от меня не отделаешься, - зашипела я в лицо схватившему меня Корнуэллу.

- Ты злишь меня, - зарычал он, вспыхивая глазами, - и возбуждаешь моего зверя.

Что за глупость. Плевать мне на твоего зверя и тем более на твои эмоции, мистер Корнуэлл. Я упрямо закусила губу и сузила глаза. Любишь смотреть прямо? Я тоже так могу!

Он сблизился на недопустимо провокационное расстояние между нами, коснувшись прядью волос. Посмотрел внимательно на мою закушенную губу и вдруг - лизнул ее.

От изумления у меня упала челюсть. И тогда мистер Корнуэлл, этот отпетый, возмутительный негодяй, поцеловал меня. Оскорбительно не спрашивая моего согласия, грубо подтянув ближе и полностью захватывая рот.

Недолго думая, я рыча один в один, как и он, дернулась и его за верхнюю губу - сильно укусила. Почему-то в этот момент издавать устрашающие звуки мне показалось уместным и даже необходимым. Негодяй застонал от боли, ухватил меня за плечи и с трудом отодрал от себя.

Я была зла. Волосы падали на лицо из растрепавшейся прически, приходилось их убирать трясущимися руками.

- Я выполню свою задачу, несмотря ни на что. И ни ты, ни другие больные ублюдки меня не остановят. Понял, братец?

Несколько секунд он смотрел на меня неверящими глазами, затем потрогал кровоточащую губу. И рассмеялся. Громко, заливисто. Я впервые видела его смеющимся. Это оказалось... красиво.

Обычно жестко сжатые губы расслабились, лицо вдруг стало мечтательным и немного мальчишечьим.

- Ладно, уговорила, зано... сестренка, - сказал он, уже не смеясь, но продолжая скалиться. - Проверяем место гибели Барна амулетом и только после этого отправляем тебя домой с отчетом Дудлю. Ты умеешь быть убедительной.

Вот как поднимать скандал из-за поцелуя, если он пошел мне навстречу и хвалит? Что я вообще хочу от оборотня, не станет же он пай-мальчиком за пару дней под моим облагораживающим влиянием, об этом и мечтать глупо.

Корнуэлл потянулся всем телом, хищно, довольно, что смотрелось удивительно гармонично с растрепанными прядями на лбу и прокушенной губой, впрочем, заживающей на глазах. Казалось, его совершенно не смутило и, тем более, не возмутило мое сопротивление. Вот они, настоящие оборотни. Нет - и не надо. Попытался только для проформы, может быть, действительно я не в его вкусе.

- Пока не стемнело, нам стоит узнать дорогу до склепа Ипполло Уоллиса. Место последнего упокоения старого мага-отшельника и по совместительству - нашего мнимого дедушки - и есть место преступления. Заодно посмотрим город, нужно поговорить с местными, выяснить, что тут происходит.

Глаза напарника поблескивали. Работа явно была коньком Корнуэлла, вон как загорелись охотничьим азартом глаза.

Я слушала, старясь ровно дышать и успокоить сердцебиение. Раньше я иногда фантазировала, а какие они, поцелуи с другими мужчинами. Такие же нежные, бабочкими крыльями вспархивающие на губах как с Лео, или я не буду совсем ничего чувствовать. Касание кожей, не более. Сейчас я была испуганна и заворожена одновременно. Меня целовал еще один мужчина, и какой! Йи-хо, я опытная женщина! С другой стороны, это какой-то слишком нервирующий опыт. И не поцеловалась как следует, а руки все дрожат, не останавливаясь.

Я отвернулась от оборотня, делая вид, что внимательно изучаю жилье. Номер состоял из двух комнат. Желтовато-белая гамма, стеклянные с медными крепежами плафоны и картины пейзажей по стенам. На первый взгляд неброско, но, как и в холле, чувствовался вкус.

В большой комнате, исполняющей роль гостиной, находились два дивана рядом с камином, столовая группа и пара мелких столиков-подставок. Спальня, куда я раньше заглянула только мельком, когда очищала от запахов, при внимательном рассмотрении производила еще более благоприятное впечатление. Большая кровать и шкаф с комодом, резные, под темным маслом, все вышли из рук одного весьма талантливого мастера. Хорошую работу по дереву я определю с одного взгляда. К основным цветам, в которых была выдержана гостиная, здесь добавлялся темно-зеленый, что придавало интерьеру основательность и умиротворенность. У прикроватных тумбочек, сложенные горкой, лежали наши с Корнуэллом чемоданы. Два моих и один, саквояжного типа, его.

Спальня - твоя, я переночую на диване, - крикнул из комнаты оборотень.

- А других вариантов и не было, - отозвалась я, открывая замки, и с удовольствием переодеваясь в брючный костюм. Коричневая кожа, отлично облегающая, но тянущаяся. Множество кармашков и ремешков для артефактов, которые я тут же с удовольствием распределила. Настоящий костюм работающей магички.

Из комнаты мы выходили в отличном настроении, Корнуэлл благожелательно осмотрел мой современный наряд, и даже по-джентельменски поддержал под локоть при спуске по лестнице. Правда неловко скользнул рукой по бедру сверху вниз, но что с него взять, обхождению с дамами мгновенно не выучишь, не знает еще как правильно подходить при поддержке.

- Моя сестренка великолепно выглядит, - мягко сообщил он, открывая дверь на улицу.

Прохожих почти не было, несмотря на отличную ясную погоду. А те, что были, почти пробегали мимо, наклонив головы и придерживая шляпы. Корнуэлл отодвинул одного из них, почти налетевшего на нас, и крепко обнял меня за талию, прикрывая собой и настороженно оглядываясь.

Его пальцы не двигались, только удерживали, надежно и основательно. Потом он отпустил руку, оставляя теплое щекочущее ощущение. Немного беспокоящее, но приятное. И согнул локоть, чтобы я за него ухватилась.

Надо взять на заметку. Чтобы поставить оборотня на место, его нужно хорошенько укусить.

Глава 11. Неожиданная встреча. Аристократ, красавец и джентльмен

Мы шли по центральной улице городка, рассматривая аккуратные домики, разделенные дорожками и даже небольшими садиками. Полное отличие от привычной для меня тесной застройки между соседями, где листом бумаги не провести. Говорят, в столице еще хуже, там дома надстраивают даже сверху.

Чем дальше мы продвигались от чопорного центра, тем больше стало попадаться подвыпивших парочек. Они брели, обнимаясь, хихикая и тискаясь. Особенно смущал меня вид девушек - у некоторых лифы были почти полностью расстегнуты, и их кавалеры, не смущаясь, засовывали руки внутрь.

Пришлось напоминать себе, что я оперативник на задании, в городке, который находится под влиянием белых вампиров: питающихся не только кровью, но и чувственными эмоциями. Иначе бы шла всю дорогу с отвисшей челюстью и вытаращенными глазами. Нравы у Двуликих вольные, но не настолько же. Тем более, среди прохожих точно были и люди.

- Мы правильно идем к Пестрым Камням? Там должно быть старое кладбище, - Корнуэлл ловил веселые парочки и настойчиво расспрашивал дорогу.

Но нам постоянно показывали разное направление. На улице вечерело и с каждой минутой ранее приподнятое настроение таяло.

Прохожих становилось все меньше, по улице перестали проезжать легкие брички. Не говоря о мобилях, которых я вообще ни одного не заметила.

- Спрошу еще эту, если опять бред будет нести, завтра с утра отправимся в мэрию и потребуем карту, - оборотень двинулся к одинокой медленно идущей фигуре девушки в ярко-красном платье, - Девушка! У нас буквально один вопрос, подскажите, будьте любезны...

- У нас тоже один вопрос. Не хотят ли красотки провести горячую ночь?

Воздух тонко, на пределе слышимости зазвенел. Из прически вытащило локон, который тут же застучал мне по щеке. За моей спиной мелодично рассмеялись, и сердце благополучно скатилось в пятки. В итоге к Корнуэллу я практически летела, даже землю под ногами не чувствовала.

- Какая резвая. Люблю, чтобы девочка двигалась, а не лежала деревом, - голос был удивительно бархатен, - эта будет моя.

- Обе будут наши, и много раз, - возразили ему. Таким же шелестяще-ласковым голосом.

Из темноты растущих рядом с домами деревьев выходили молодые мужчины, одетые в плащи с глухо натянутыми капюшонами. Я спряталась за Корнуэлла, быстро активируя боевые кольца. После неприятностей у Розенкранца пришлось собрать все имеющиеся у меня артефакты, и теперь я ходила обвешанная ими, как арнейская женщина. Говорят, в любой момент времени их мог выгнать из дома муж, оставив в чем была, и поэтому они увешивали драгоценностями все, что можно, чуть ли на ресницы бусы нанизывали.

Плохо то, что не все из моего арсенала действовало на вампиров, а это были именно они. Полутрансформировавшиеся, с длинными руками, волочащимися почти до земли. Лица с треугольными скулами, еще человеческие, но уже слишком худые, белели в полутьме капюшонов.

- Да! - вдруг истошно завопила девица в красном, протягивая руки к приближающимся мужчинам. - Возьмите меня, быстрее.

- Сразу видно девочек, уже знакомых с нашими ласками, - засмеялся один из них.

И по воздуху потекла магия, смущающая, зовущая, томительная. Хотелось то ли упасть на колени, то снять вдруг давящую, мешающую одежду. Меня останавливало только одно - сопровождающий запах при этом был таким, что

отчетливо затошнило.

- Отлично, парни, - Корнуэлл оглянулся, мельком смерив меня взглядом, - у нас тоже есть вопросы. Во-первых, где находятся долбанные Пестрые Камни. И очень не рекомендую путаться в показаниях. А во-вторых, кто ваш мастер, почему он разрешает вам шастать на людях в таком виде? И быстро убрали влияние, оно незаконно.

- А то что? - заботливо спросил один из них, делая шаг вперед.

- Не хотелось бы вас сильно повредить, - искренне поделился Корнуэлл, - пока я не получил ответы на вопросы.

- Да пошел ты!

И они ударили магической волной все вместе. Волоски на моих руках поднялись дыбом, одновременно хотелось стонать от странного неудовлетворенного желания, но это было бы затруднительно, так как из-за вони меня больше тянуло расстаться с обедом.

- Возьмите меня! - закричала девица, бросаясь к ближайшему. И события сорвались на бег.

На месте Корнуэлла, под изумленные вскрики вампиров, появился огромный серый волк. Он бросился наперехват к бегущим в мою сторону вампирам, которые тут же облепили его черными мухами.

Я, упав на колено и зажав рот рукой, запустила с серебряного колечка разряд молнии в одного из двух уродов, продолживших двигаться на меня.

- Вот вы где! - раздался громкий недовольный голос.

И рядом на дороге появилась высокая стройная фигура в черном строгом костюме с серебристой вышивкой. Оценив ситуацию, он с поражающей скоростью кинулся наперерез второму из двух нападающих на меня вампиров. Я отступила на шаг, уступая ему противника, опустив кулак с уже приготовленным следующим разрядом.

Новоприбывший легким толчком в живот отправил преступника в полет в сторону кустов, а сам озабоченно повернулся ко мне. Изящное, слишком острых линий лицо с темными глазами и бровями вразлет, длинные белые волосы, струящие по плечам. И когтистые белые руки.

Оказавший нам помощь прохожий, тоже был вампиром. Только более высокостатусным, судя по дорогой одежде и мощи ударов.

- Р-р-р-р! - волк сбросил примерно пять тел одно на другое, он ухитрялся их придушивать точно за горло, а потом складировать, придавливая лапой.

Слабый туманный всполох и на месте волка уже стоял мощный обнаженный мужчина, с татуировкой по одной руке и рядами шрамов на другой.

- О, мне так жаль, что вам пришлось повредить одежду, - сказал стоящий рядом со мной блондин. Его руки уже трансформировались в человеческие, с аристократически точеной худобой. - Я Генрих Гальвани, старший в Гнезде на время отсутствия сира.

- Хреновый из тебя старший, если птенцов урезонить не можешь, - рявкнул Корнуэлл, широкими шагами двигаясь ко мне, - ты как, Филиппа? Тебя не задело?

- Мне что-то плохо, - пробормотала я, опадая листом на дорогу. - Мистер Гальвани, отойдите, умоляю...

Лицо горело, глазам было больно смотреть, белки просто выжигало. И тошнит, как же мне тошнит. Никогда я еще не попадала в эпицентр смены боевых ипостасей стольких Двуликих одновременно.

- Отравление эмоциональной волной, вашей супруге нужна помощь, - раздались шаги, вампир, слава небесам, все-таки отступал, унося с собой сладковатый смрад. А вот приближение Корнуэлла я чувствую свежей нотой, только лес и хвоя.

- Это моя сестра.

- О, тогда будет немного сложнее. Посмотрите, вон там лежит дрожащая девушка. Я отнесу ее по адресу, который она скажет, и там... скажем так, ее потребности удовлетворят и отравление вылечат. Если вашей сестре оказать такую же срочную помощь, завтра она проснется вполне бодрой и здоровой. Если нет, боюсь, ее состояние может серьезно ухудшиться, вплоть до повреждения разума. Эти идиоты совсем мозги растеряли, не молодые они, вы ошиблись насчет птенцов. Птенцы у нас сидят в Гнезде безвылазно и не могут ударить полноценным волновым влиянием, всей группой. Зато взрослых вампиров я могу официально судить.

Он помолчал. Были слышны подвывания девушки по соседству и скрип моих зубов. В этот момент мне было важно только одно - не опозорится и сдержать рвотные порывы.

Корнуэлл присел, положив мою голову на свое колено и поглаживая по волосам.

- Что за помощь? Генрих, говори прямо, мою сестру так колотит от... желания?

- Я понимаю ваше возмущение и готов компенсировать финансово, а также во всем помочь вашей сестре. Посмотрите, она не просто так просила меня отойти, ее трясет оттяги ко мне, зря она сопротивляется.

Драные Небеса! Что за придурок. Жаль, я ни слова сказать не могу, а то он услышал бы чему я сопротивляюсь.

Корнуэлл зарычал, поднимая меня на руки. Его прикосновения охлаждали мою кожу, но не успокаивали, а вызывали дрожь.

- Мы остановились в городской гостинице миссис Морицы Чэнклиф. Я, Джастин Уоллис и моя сестра Филиппа. То лечение, которые вы предложили, оно единственное? Моя сестра... скорее всего невинна.

- Серьезно? - Гальвани удивился будто у меня выросла вторая голова. - Тогда вам повезло, ей будет достаточно нежных успокаивающих ласк. Или, если ее организм особенно крепок, просто подержите за руку, скажите как ее любите. Но если вы ошибаетесь и ваша милая сестра взрослая во всех отношениях - я серьезно предлагаю себя в помощь, найти сейчас подходящую кандидатуру будет непросто. И поверьте, мистер Уоллис, когда ваша сестра придет в себя после нашего с ней общения, она будет вам необычайно благодарна.

Но невоспитанный «братец» даже не ответил на столь сердечное предложение, а уже бежал со мной наперевес в сторону гостиницы. Приду в себя, спасибо скажу. С каждым метром удаления от засады, где лишившиеся сира вампирские ублюдки поджидали жертв мне становилось легче.

Уже не нужно было прикрывать рукой рот. Я расслабилась и шумно глотала прохладный вечерний воздух. Слабость и тошнота проходили быстро, сменяясь беспокойным томлением и интересом к теплому сильному телу, удачно расположенному прямо под руками.

- Эфа, - споткнулся и прошипел Корнуэлл, - что ты делаешь?

Глава 12. Ой. Кто ж так лечит?

Я никогда в жизни еще не прикасалась к мужскому телу. Оно оказалось очень твердым и гладким, как камешки у большой воды. Можно давить пальцем и ничего не продавливается. Скрести ноготками - не реагирует. Вывод: у мужчин проблемы с чувствительностью. Второй вывод: я не в себе и нужно быстрее лечиться. Почти ничего не вижу, мысли носятся, сбивая друг друга, и только прикосновения к несущему меня Корнуэллу приносят облегчение.

Лицо у меня продолжало гореть, пекло нестерпимо, зато пальцы приятно охлаждались мужской кожей. Недолго думая, я потерлась щекой, прислушалась к ощущениям и просто вдавилась лицом ему между шеей и плечом, застонав от облегчения, прижавшись распухшими губами. Я всегда, когда болею - капризничаю и делаю что хочу. Матушка говорит, что капризы болеющих - они не просто так, если им потакать - вдвое быстрее выздоравливаешь.

- Что случилось, мистер Уоллис? Я могу помочь? - раздался голос хозяйки гостиницы.

- Вампиры шалят в городе, мы еле ушли. Спасибо за беспокойство, уже все хорошо.

Я услышала сдавленное женское аханье, когда Корнуэлл повернулся спиной и помчался по лестнице. Если спереди он прикрывался мной, удерживая вертикально как ребенка, то картинка сзади должна была впечатлять. Жаль, я ничего не вижу.

- Эфа, я сейчас положу тебя на кровать, - голос звучал хрипло.

Нееет. Отцепляться совсем не хотелось, изнутри колотила все сильнее нарастающая дрожь. Аллергия быстро уходила, замещаясь болезненным, изматывающим томлением. Что там говорил Генрих, если мне не помочь, я могу повредиться разумом?

Обе мои руки обхватили жесткие ладони, и я заохала, получая благословенное облегчение. Но было мало, очень мало.

- Корнуэлл?

- Да.

- Лечи быстрее. Вампир сказал, - я облизала высохшие губы, - ты должен говорить, какая я чудесная.

- Ты чудесная девочка, - пробормотал Корнуэлл. И замолчал.

Да он издевается!

- Еще говори.

- Я не умею говорить комплименты. Ты хорошая девочка. Я не знаю, что еще о тебе сказать.

О, забытые боги. Я с трудом разлепила словно песком засыпанные глаза и уставилась на сидевшего рядом с кроватью мужчину. Надеюсь, в моем красном взгляде можно было увидеть, как я зла. Возможность всей моей жизни, первая оперативная работа сейчас катилась в никуда из-за упрямого оборотня, в упор не замечающего массу моих неоспоримых достоинств.

- Или ты меня лечишь, или я ползу за вампиром. Пусть это будет на твоей совести. Спорим, он сейчас недалеко от гостиницы слоняется?

Корнуэлл скрипнул зубами и прошипел:

- Это я-то тебя вылечить не могу? Да я тебе так вылечу, что всю жизнь вспоминать будешь!

Меня подвинули на кровати так, что я чуть с другого края не упала, Тяжелое мужское тело рухнуло на перину и тут же подтянуло меня к себе.

Не буду лгать самой себе. В глубине души, под семью замками, в отрицании и умалчивании, но я подозревала дальнейшее развитие событий. Ждала чего-то необычного, может быть, даже провоцировала. И все равно происходящее ошеломило.

Его губы, такие жесткие на вид, касались нежно, вкрадчиво, легко прижимаясь, затем отступая и снова касаясь. Эта трепетность совершенно противоречила почти болезненной хватке, которой он держался за мои плечи.

Меня ласкали, самозабвенно, вместо слов, одними прикосновениями рассказывая, как я его влеку. Невесомыми поцелуями он прошелся по губам, щекам, заскользил мелкой дорожкой вдоль висков. И я словно погружалась в благодатную освежающую воду. В воздухе пахло хвоей. Вздохи, еще вздохи, словно пробуждение от долгого сна. Он ловил воздух моего дыхания, тихо порыкивая от нетерпения, и целовал опять, уже более жадно, углубляя поцелуй.

С каждым касанием мы прижимались все плотнее, вцепляясь друг в друга до сведенных пальцев. Иногда, на секунды, Корнуэлл отстранялся и напряженно смотрел огненными, гипнотическими глазами, щурился, когда я слишком резко дергала пряди темных волос, призывая вернуться к... лечению. И он снова целовал. Взгляд оборотня то ли пугал, то ли закручивал меня в опасный омут желания, столько в нем было мучительной тяги. Неясно кто кого лечил, мы пили один другого, испытывая временное облегчение, и тут же вжимаясь снова.

Кто-то тихо, нежно постанывал. Не знала, что я могу издавать такие звуки. Нестерпимо хотелось больше, глубже, неистовей. Обнаружила, что держу его за шею, ощупывая проступающие позвонки, и тяну на себя.

Между ног, раздвигая бедра, затянутые в брюки, продвигалось нечто крупное и твердое. О, я не была настолько наивна, чтобы не знать, что это такое и к чему в итоге приведет. Мой пиджачок издал отрезвляющее потрескивание, ткань не выдержала забирающейся внутрь руки Корнуэлла.

- П-подожди, - сказала я, ловя ртом воздух.

- Эфа...

- Я не хочу дальше. Подожди.

Корнуэлл упал головой мне в плечо и с силой выдохнул. Стало немного жаль оборотня, но мне тоже сейчас нелегко.

- Джастин, ты мне нравишься. Но дальше ничего не будет.

Он хмыкнул и начал приподниматься. Только тут стало понятно, что все это время он удерживал вес на локтях. А еще, у меня прояснилось зрение, и ново- открывающиеся мужские виды...э... начали смущать.

- Спасибо за помощь, я сейчас очень хорошо себя чувствую. И, не буду тебя обманывать, меня к тебе тянет. Но работа сейчас важнее. Да и с Лео я не поговорила.

- Ты еще в карете сняла обручальное кольцо.

Вот же зараза внимательный. Девушка в зеленом и то, как она обращалась с моим женихом, слишком многое мне сказали о друге детства. Я была решительно зла на него. И еще больше на себя. Я, со своим закрытым домашним образованием, оказалась непозволительно наивна в некотором отношении, и мне, как оперативнику и человеку, это оказалось неприятно, обидно и горько. Но даже возможные многолетние измены и разрыв помолвки - не причина бросаться во все тяжкие. Скорее - мотив для более вдумчивого познания мира, вот, например, я узнала, что существуют поцелуи, от которых чувствуешь счастье.

- Да, я пока не считаю себя в отношениях, но...

- Но оборотень тебе не подходит, да, девочка из магической семьи?

Я замялась, отводя глаза. Крыть было нечем. Не уверена, что я способна на серьезную интрижку с Корнуэллом. Вот так полюбопытствовать, прикрываясь необходимостью, да, могу. А вот встречаться... Оборотни непостоянны и ненадежны. Зачем мне такие проблемы?

- Слушай меня, - он поднялся, не скрываясь, демонстрируя рельефное, без единой жиринки, без мягкости каменное тело бойца. - Я запрещаю тебе со мной играть. Поцелуйчики и обжималки «ой, я не такая, меня заставляют» - это не ко мне. Захочешь взрослых отношений и надежного партнера в делах, скажешь.

Я прикусила губу и слушала молча. Каждый из нас был прав. И эта правда - случайная встреча на несхожих дорогах судьбы. Как познакомились, так и разбежимся. Только моя глупая душа подвывала, словно прямо сейчас мечтала стать оборотнем и попробовать... а вдруг. Я села, оправив пиджак, убирая эмоции с лица:

- Джастин, я поняла, все отношения только по работе. Еще раз спасибо за помощь. Ты отличный воин и удивительно быстро регенерируешь. Видела, как вампиры рвали тебя на части.

Мне хотелось хоть как-то сгладить неловкость. А еще - тяжело было отвести глаза от хищно двигающегося тела. Двигающегося от меня.

- Кровососы были совсем слабые, - в дверях оглянулся он, голос звучал отстраненно, - меня практически ничем невозможно ранить. Я сейчас распоряжусь насчет ужина в номер. Возьмешь сама из гостиной, если захочешь.

И вышел.

В соседней комнате что-то с шумом разбилось. Похоже хозяйка лишилась одного из стеклянных светильников. Меня тоже так и тянуло что-нибудь нечаянно уронить. В стену.

Я упала спиной на подушки и ударила кулаком ни в чем не повинную перину.

Стоп. Как это «Практически невозможно ранить?»

Глава 13. Путешествие к семейному склепу Уоллисов

Полночи я не могла уснуть. Сначала Ко... кобель флиртовал с хозяйкой, которая принесла ужин. Миссис Морица даже лампу простила без всякого скандала. Оборотни громко смеялись, потом заговорили тише - слов было не разобрать, как я ни прислушивалась. Внезапно женщина взвизгнула и истерично захихикала. Уже через минуту - хлопнула дверь. И все, ни шагов, ни звуков.

Я вцепилась в подушку, чуть не отрывая уголки, стараясь себя успокоить. А что я хотела от мистера большой виляющий хвост? Чтобы бегал за мной и преданно смотрел в глаза, умоляя о еще одном поцелуе? Нет, я не настолько наивна. Но я хотела уважения. Чтобы хотя бы не заводил при мне интрижек, и не прыгал так скороспело в другие объятия.

Взяв поднос с ужином, к которому почти не притронулась, я вышла в общую комнату. И там действительно никого не оказалось. Зато на столе стояли тарелки и поднос Корнуэлла, они с хозяйкой уходили настолько впопыхах, что забыли их забрать.

Мстительно разместив свой ужин рядом, пусть оборотень с его чувствительным носом мучается от запаха еды в помещении, я уже было шагнула в проем спальни, как входная дверь с треском распахнулась.

В гостиную ворвался Корнуэлл. Челюсть сжата до бела, глаз горят, рубашка расстегнута. Не знаю, чем они там занимались, но судя по стремительности, он вряд ли хоть что-то успел. А если судить по его внешнему виду, хозяйка гостиницы осталась этим сильно недовольна.

- Ты что здесь делаешь? - зарычал он.

Не отвечая на бестактный вопрос, я гордо вплыла в спальню и с не меньшим шумом, чем он, хлопнула дверью. Да! Так ему и надо, где-то провалил проверку мистер «Хорошо потрахаемся». Я потанцевала, отбивая веселый ритм по деревянному полу. Молодец миссис Морица, почему-то я думала о ней хуже - во время нашего вселения она буквально таяла, что ввело меня в заблуждение.

В гостиной некоторое время не раздавалось ни звука, затем там фыркнули и разбилась вторая лампа.

Сна не было ни в одном глазу, меня трясло от смеси злости и странного чувства потери, будто изнутри что-то вынули и забыли вставить обратно. Вроде еще ничего не приобрела, а уже заранее потеряла. Пришлось распаковать инструменты и немного поработать. Я чертила руны и по крупицам вливала в них магию, постепенно успокаиваясь. Потом села и написала письмо Лео.

Спала в итоге всего несколько часов, но встала бодрой и сосредоточенной. Когда утром с букетом белых афилонем в гостинице появился Генрих Гальвани, я встретила его с улыбкой и в прекрасном состоянии духа. Ибо никто и никогда не испортит мне настроение, если я сама этого не допущу.

- Мисс Уоллис, я счастлив видеть вас в полном здравии, - Генриха мы встретили на выходе из гостиницы. Вручив букет, который я оставила на стойке хозяйки с просьбой сохранить его до вечера, он сразу схватил мою руку и не отпуская ее, осторожно поглаживал пальцами ладонь.

Вампир очень приятно пах лавандовой водой. Надеюсь, в ближайшем времени, он не начнет превращаться, а значит, с ним будет одно удовольствие разговаривать. Сразу видно, мистер Гальвани - настоящий джентльмен.

- Спасибо, по вашему совету мне помог брат, - я лучезарно улыбнулась вампиру. Я оглянулась, ожидая увидеть раздраженное лицо Корнуэлла, но тот шел, демонстративно отвернувшись и спокойно рассматривая утренний городок.

На выходе из гостиницы он лишь холодно кивнул хозяйке, которая тут же потянулась к нему словно стосковавшийся по солнцу цветок. Может быть я не совсем точно поняла вчерашнюю ситуацию и это не она Корнуэлла отвергла, а он ее?

- Милая мисс Уоллис, позвольте мне пройтись с вами на утренней прогулке? - беловолосый красавец Генрих посмотрел лазоревыми глазищами. Но было вот совсем не до него.

- С удовольствием, Генрих. А вы отведете нас к Пестрым Камням? Нам так никто и не смог показать это старое кладбище, где покоится наш дедушка.

- Уолиссы... Как же я не понял сразу! Вас интересует склеп Уоллиса?

На мой вдохновенный рассказ о том, как юристы сообщили нам о повреждении усыпальницы дедушки Генрих кивнул и задумался так, что до самого кладбища только сжимал мою ладонь, заставляя беспокоиться не расплющит ли его недюжая сила мои артефактные кольца вместе с пальцами.

- Вот и склеп, - сообщил он, указывая на мраморную усыпальницу размером с аккуратный садовый домик. Серо-зеленый камень с белыми прожилками когда-то определенно выглядел красивым, но сейчас от былого великолепия не осталось и следа. Время, а самое главное - свежие выбоины и трещины на стенах производили удручающее впечатление. Отчасти пострадала даже крепкая дверь.