Глава 41. Путь в неизвестность. Часть 2.

Нет ничего более глупого, чем погибать за чужие идеалы.

Мудрость неизвестного философа;


Едва молнии прекратились, как из закрутившихся вихрей появились самые разные люди. Что примечательно, одни взрослые. Их было много. Наверное, несколько тысяч.

Большинство из них узнали спасённую девушку. Они уважали ее настолько, что бухнулись на колени. Не успел странник и познакомиться с незнакомкой, как в небесах раздался дикий рёв.

Громадная рептилия спустилась вниз. Почти десяти метровый размах перепончатых крыльев, длиннющий зубастый клюв-пасть и ядовито- зелёная аура без всяких намеков просто кричали о том, что монстр очень опасен.

— Нам конец! Это парракорн! — дико завизжал сверх трусливый хомяк.

Ящер немедленно подтвердил причитания лемминга. Гигант заложил крутой вираж и снес ратушу под основание. Гекка и грызун полетели к долу. Пришлось ловить их, так как спутники были слишком хрупкие. Падение с большой высоты, да ещё и в сопровождении груды обломков, несомненно, доконало бы бедолаг. А так Слай ухватил сначала одну, потом другого за шкирку и вынес из под завалов.

За прекрасную незнакомку странник не беспокоился. Она оклемалась на удивление быстро. Развернула такой же белоснежный, как и одеяния, щит и с достоинством вышла из под обвала.

— Парракорн! Их почти не берет магия! И это высоколикие существа! До взросления они отсиживаются в гнёздах! Нужно бежать! — завопил, как недорезанный, Флэтч.

— Монстр не слушается меня. Я просила его не нападать. Реакцию ты видел, — с горечью констатировала говорящая с природой.

Ходок также склонялся к бегству. Все же, учёный хома знал своё дело. Волшебство действительно не подействовало на рептилию. Око познания жизни бессильно растворилось в окружавшей монстра ауре.

Слай никогда не был рыцарем без страха и упрёка. На столпившихся вокруг площади людишек ему было наплевать. Ящер же явно прилетел за кристаллами, но и отобедать не отказался. Хищный клюв разрывал разбегавшийся народец на лоскуты.

Впрочем, спастись у большинства не вышло. Рептилия открыла хавало и издала противный вопль. Хомяк и гекка брякнулись в обморок, у Ходока носом пошла кровь, а у девы в белом балахоне снесло щит. Простые же люди в эпицентре акустического удара и вовсе превратились в кровоточащие куски мяса. В радиусе пятидесяти метров не осталось никого живого, а дальше штабелями лежали оглушённые и искалеченные. Их также пришибло звуковой волной.

Монстр разошёлся не на шутку. Тварь опустилась на землю. Брюхом давила инфокристаллы, а заодно и бессознательный народ. Последнее ей, бесспорно, понравилось. Парракорн специально выбирал места, где жертвы валялись погуще, и прыгал туда, как заправский кузнечик. Несмотря на громоздкое туловище с выпуклым пузом, рептилия передвигалась достаточно резво. Она ничего не боялась, словно была убеждена, что никто в ближайших пределах не рискнёт бросить ей вызов.

Однако с таким мнением не согласилась взбалмошная девица. Завидев кровавую баню, воительница вновь развернула щит и встала на пути разбушевавшегося монстра. Причём переместилась посредством какой-то техники, Слай даже отреагировать не успел.

— Во имя Закона! — пафосно провозгласила дуреха и впечатала в бок исполина созданное с помощью маны копье.

— Отлично! Пусть отвлекает тварь, а мы сбежим! — внёс предложение Флэтч и первым засеменил прочь.

Гекка не двинулась с места. Сис признала в страннике лидера и ожидала его решения. Ходок же не колебался. Он ринулся выручать доморощенную спасительницу. Обозлённый атакой парракорн одним махом снес защиту валькирии и уже занёс лапу, чтобы раздавить наглую букашку. Слай подоспел вовремя.

— Бам! — разнесся по площади грохот, а увесистые когти прочертили на камне глубокие борозды.

— Пусти! Я должна уберечь жителей Колеодоса или погибнуть. Они доверились мне! Телия Законница не отступает! — наконец, представилась разбушевавшаяся красотка, которую Слай закинул на плечо и быстро потащил куда подальше.

Возникшие разногласия зарубили не корню. Задрожала брусчатка, а до того безбоязненно пировавшая рептилия обеспокоено заклекотала и взлетела в высь. Слай ощутил исходившую из недр угрозу. Долго не размышляя, он напряг икры, оттолкнулся и сиганул почти на десять саженей. Одним махом парень приблизился к гекке с так и не сбежавшим хомячком. Флэтч был не глупый малый. Лемминг осознавал, что в одиночку не выжить.

— Тадахххх….! — разнеслась повсюду каменная шрапнель, а из громадной ямищи показалась исполинская башка. Во все стороны заструились трещины. Пришлось даже попрыгать, чтобы не провалиться в них.

Новоявленный монстр был ещё более уродлив. Головище, как у крота, а туловище, как у червя. К тому же обитателя глубин покрывали потоки вонючей слизи. Глаза у всех заслезились, а в носу защипало даже на расстоянии.

— Подземный двухголовый кроточервь! — вновь выдал полезную информацию грызун, — Также не наша лига. Давайте, наконец-то, уже улепётывать!

— А где ты увидел вторую голову? — поинтересовался Слай, рука которого от постоянных трепыханий сместилась ниже поясницы прелестницы. Невольно, Ходок облапал притягательно упругие ягодицы.

— Вторая — под землей! — пояснил Флэтч.

— Ах ты, извращенец! — ещё больше задергалась девица. Пришлось поставить ее на пол.

— Ты что себе позволяешь?! — попыталась залепить пощёчину зардевшаяся Законница.

— Извини, случайно вышло, — легко уклонился Ходок и примирительно поднял руки.

Телия вознамерилась что-то раздраженно буркнуть, но взглянула на противостояние двух великанских монстров и сменила гнев на милость. Кроточервь и парракорн схлестнулись. Оба явились сюда за кристаллами. Подземный обитатель тоже захотел полакомиться дармовщинкой. Житель неба был против и яростно атаковал сверху, не дозволяя оппоненту приступить к банкету. От их стычек десятками гибли люди. Некоторые до сих пор так и не пришли в себя.

— Помоги мне! Мы должны спасти их! — взмолилась красавица и применила мощнейшую артиллерию- в удивительно глубоких глазах заблестели слёзы.

Слай и рад бы произвести впечатление. Однако на Мегасвалке, он лишился своего основного оружия — священного тотема дану. Соответственно, ни дубина, ни меч не отзывались. Использование же собственного тотема доконало бы обелиск. Вот и вышло, что на данный момент странник оказался фактически безоружен. Изрядно возросшие физическая сила и ловкость в противостоянии с титанами не котировались.

— Прости. Нам лучше отступить. Эту битву не выиграть, — Ходок дал пришедшийся не по нраву Законнице ответ.

— Трус! — презрительно бросила Телия и развернулась, чтобы броситься на помощь в одиночку.

Ходок воспрепятствовал начинанию. Он сгрёб красотку в охапку и забросил прямо в широченную трещину. После чего, уже привычно, ухватил гекку и хомячка за шкабарки и спрыгнул сам. Странник летел во тьму спиной вниз и наблюдал, как ярко- алая сеть упала с небес, оставив на исполинских тварях глубокие раны.

* * *

— Поверить не могу, что мы облапошили охотников. Чудом уцелели, а ты моришь меня голодом, — разбудило горестное канючение.

— В том не твоя заслуга. Ты все время только причитал, а до того назвал меня дурой! — отбрила попрошайку злопамятная гекка.

— Ну, Сисеч….- начал было хомяк, но вовремя спохватился и вспомнил о прошлой негативной реакции зеленокожей, — У меня от страха смерти мозги помутились. Ты — самая умная. Только дай поесть, а то я умру от голода.

— Умрешь?! Да ты посмотри, на свои щёки и пузо! — последовала все ещё сердитая отповедь.

Ходок не стал слушать перебранку зверолюдей дальше. Он встал и направился к Телии. С ней нужно было что-то решать. Не таскать же ее связанную по подземельям.

Загрузка...