Глава 2

Шли не спеша. Заодно была возможность оглядеться, рассмотреть местные улочки и понять: мы не в столице, скорее даже на границе. А значит, разыскать меня сложнее.

Решил все же уточнить, в каком мы городе.

– Скрим, – ответила девушка, пристально глядя на меня. – Страну назвать?

– Называй.

Со страной я не ошибся. Удивительно, как девушка не закатила глаза от моих вопросов – все-таки со стороны они звучали весьма странно.

Зашли в таверну. Помещение оказалось довольно просторным и светлым, а вот людей, к моему большому сожалению, было мало. Но ничего, может, услышу что-нибудь полезное.

Кати указала на один из столов:

– Сядем там.

Вместе. Интересно получается, Кати не против сидеть за одним столом с рабом, хотя на моей родине в большинстве случаев господа не обедают со слугами. Здесь, похоже, другие традиции.

К нам сразу подошла женщина и начала перечислять меню.

Я слушал вполуха. Мое внимание привлекла огромная пластина, висящая на стене. А точнее, изображение на ней.

– Переходим к новостям из зарубежья, – произнес диктор в костюме. Фон за его спиной из светлого сменился на темный, а в углу появилась небольшая картинка.

Вовремя мы с Кати зашли. И большая удача, что здесь есть крайтер: все-таки придумали их не так давно, да и стоят они прилично.

Надеюсь, сейчас расскажут, что на родине происходит.

Рассказали, точнее показали. Только я не ожидал увидеть в новостях собственное лицо. Оказывается, в данный момент я активно занимаюсь кадровой перестановкой.

Ну как я – Калеб под моей личиной. Все-таки на это благоразумия ему хватило. Хотя рано или поздно проколется же. Главное, чтобы дров не наломал.

Но Кати не смотрит, они с женщиной обсуждают, что бы такого выбрать на десерт. И остальные посетители тоже не замечают поразительного сходства меня и правителя Айгейзирии. Может, на мне какая-то иллюзия?

На всякий случай сходил в туалет, посмотреть на себя в зеркало. Нет, заклинаний, изменяющих внешность, на меня не накладывали. А значит, всем просто не до этого.

Вернулся к концу передачи, когда уже перешли к другой теме. Кати просвещать и указывать на сходство я не стал. Пусть лучше считает меня обычным человеком.

Тем временем нам принесли еду, на которую я с удовольствием набросился. Кати же, только попробовав пирог, который заказала, стала расспрашивать девушку и даже зачем-то упросила продать баночку джема, который использовали для начинки.

Еда была вкусной. Единственное, пока для меня было диким, что платит за меня девушка. Раньше я такого и представить не мог.

– Что ж, теперь домой.

Что ж, скоро узнаю, где теперь буду жить.

Пока шли, я решил попробовать ее разговорить.

– И что же я должен сделать, чтобы ты меня освободила? – поинтересовался я.

– Помочь открыть кондитерскую лавку и достичь хорошего дохода.

Боги, наверное, лучше бы меня купили для утех. Там, по крайней мере, все гораздо проще и понятнее. Я думал о разных вариантах, в том числе и связанных с преступностью, но кондитерская мне в голову не приходила. Как и вариант, что кто-то купил меня для работы в кондитерской.

– Э… – От удивления даже растерял былое красноречие, но через мгновение собрался. – А зачем тебе кондитерская лавка?

Попытался говорить более мягким тоном. Может, не все потеряно, и девушку удастся отговорить от этой безумной идеи. Предпринимательство, как мне кажется, вовсе не женское дело.

А причины, почему такая мысль закралась в голову девушки, узнать точно стоит.

Интересно, почему собственный голос мне сейчас напомнил одного из министров? Причем когда меня пытаются отговорить от решения, в котором я уверен.

– Чтобы заработать достаточно приличную сумму, – ответила девушка.

Жаль не сказала, на что именно ей нужны деньги. Явно не просто заработать, чтобы жить красиво и в достатке.

– Есть более простой способ, – сказал я, показывая на свою шею. – А гарантии ты можешь получить с помощью магии ошейника.

– И они испарятся сразу же, как я его с тебя сниму.

– До чего же ты недоверчивая, – недовольно заметил я.

– Были прецеденты.

Собственно, я нисколько не отчаиваюсь. Девушка вполне может передумать, особенно если ее дело прогорит. Я лишь могу помочь, чтобы оно прогорело чуть быстрее. Ненавязчиво. Ибо если навязчиво, то это заметят. Кстати, надо бы заранее вызнать, с кем она живет.

– А как твои родные к этому относятся? – осторожно спросил я. – Жених не против?

Может, кто-нибудь ее все-таки и отговорит.

– Жениха нет. А семья далеко, – ответила Кати. – Деньги мне нужны, чтобы воссоединиться с родными.

Посмотрел на нее снова. С такой красивой внешностью она могла бы выбрать занятие и попроще. Либо просто найти себе богатого покровителя, который сможет ей помочь. Но девушка решила действовать сама. Похвальное желание. Но, к сожалению, для меня времязатратное.

Хотя в целом я могу ее понять. Если бы я мог воссоединиться со своей семьей, я бы пошел на что угодно. Жаль, это невозможно.

– Как так получилось, что твоя семья далеко?

– Тебе не кажется, что ты слишком болтлив для раба? – заметила Кати. Рассказывать о себе явно в ее планы не входило.

– Нужно было уточнить это при покупке, – усмехнулся я. – Расспросить, как следует.

Дом Кати оказался на самой окраине. Ну как дом, небольшой домик, видавший виды и давно требующий ремонта. Зато с небольшим садом и огородом. И с какими-то хозяйственными постройками. Но привлек меня в первую очередь сад.

На моей родине зачастую принято в саду выращивать растения, необходимые для варки зелий. Это практично и красиво. Такие сады мы называем колдовскими. И, как правило, сад многое может рассказать о своем хозяине, о том, что он предпочитает делать, к чему склонен. Даже если садом занимаются слуги, решения насчет сада принимает все равно хозяин.

Только я никак не ожидал, что этот сад окажется колдовским. Не думал, что здесь есть подобная традиция. Хотя Кати не похожа на практикующего мага. Точнее, не похоже ее поведение, ауру я посмотреть, к большому сожалению, не могу.

Так что исхожу из того, что маг бы явно попробовал заработать другим способом.

– Садом любуешься? – спросила Кати, подойдя ко мне.

– Интересно же. Я не местный.

Здесь определенно есть чем полюбоваться. И я говорю не только об эстетике, с этим здесь все в порядке. Не так часто я видел огненный чарлист, цветок с ярко-красными, почти алыми лепестками, напоминающими языки пламени. Да и если видел, то только в теплицах. В охраняемых теплицах. Здесь же чарлист рос, как будто это нечто само собой разумеющееся. Никаких специальных условий, никакой защиты. Пусть и в единственном экземпляре, но для зельевара это настоящее сокровище, ибо чарлист многократно усиливает действие других зелий.

Впрочем, и другие цветы в саду весьма занятны, пусть и менее редки. Например, тартиция летняя, кустовое растение с мелкими нежно-сиреневыми цветами, обладающими удивительным запахом, одинаково приятным как для людей, так и для нелюдей. Используется в приворотных зельях. Собственно, если поискать внимательно среди обычных садовых и полевых растений, я смогу найти еще что-то интересное, но слишком акцентировать свое внимание на саде не стоит.

Но уверен в одном: такие растения не могли быть случайностью. В который раз задумался, какую «хозяйку» мне подсунул Калеб. Может, слова о кондитерской и родителях – это лишь плаксивая история? Упорно ищу в девчонке подвох.

– Что ж, тогда покажу участок.

Кати провела меня мимо садовых деревьев и отправилась к постройкам. По пути я постоянно осматривался, может, где-то имеются признаки магии или чего-то странного. Не могло же только садом ограничиваться? Но то ли ничего нет, то ли из-за влияния ошейника я не смог ничего заметить.

– Я собираюсь завести живность. Надеюсь, ты умеешь ухаживать за животными? – спросила Кати, когда мы подошли к пустующим вольерам. Похоже, здесь кто-то обитал, но довольно давно.

– Да, – ответил я.

Думаю, если бы ответил «нет», ее это не остановило бы. А так даже не солгал. А что, драконы тоже животные! Кати же не уточнила, за какими именно.

– Отлично, завтра же пойдем на рынок закупаться птицей. Надеюсь, справишься с уходом.

Усмехнулся. Не думаю, что это сложнее драконов.

Еще раз посмотрел на клетки. Интересно, кого здесь держали? Для обычных животных прутья слишком толстые. Или я просто стараюсь найти хоть какие-то странности? Но их нет.

– Что ж, пошли в дом, – сказала Кати слегка устало.

Уже начало вечереть, да я и сам не против отдохнуть. А заодно подумать, как выпутываться из всей этой ситуации.

Кати как хозяйка зашла первой, я – следом. Как только я перешагнул порог, освещение в прихожей замерцало и завыло как сирена, отчего захотелось закрыть уши.

Хорошо хоть, через пару мгновений это прекратилось.

Только Кати пораженно уставилась на меня. В ее глазах был заметен страх. Сейчас она смотрела на меня так, будто впервые видела; даже зачем-то схватила чугунную сковородку и заняла оборонительную позицию.

Застыл на месте. Кухонной утварью от меня защититься пытались впервые. Интересно, что вообще сковородка делает в прихожей? Или это средство самообороны?

– Кто ты? – крикнула Кати. В ее голосе был легкий испуг, она, похоже, забыла, что может контролировать ситуацию.

Я же все еще пялился на сковородку.

– Отвечай!

А нет, вспомнила. Но забыла лишь одно слово добавить: правду.

Я лишь улыбнулся, готовый к тому, что магическая установка Калеба не даст мне прояснить ситуацию. Похоже, мне, как и Кати, стоит к этому привыкнуть.

– Элиас. Темный маг, – представился я, и на этот раз слова действительно прозвучали.

Какого Шакара?! Я как-то уже привык, что не могу рассказать о себе.

Получается, Калеб не все ограничения предусмотрел? Или он хотел, чтобы девушка об этом узнала? Не знаю, а гадать на кофейной гуще уже надоело.

С интересом смотрю на пораженное лицо Кати. Жду криков ужаса и страха.

В некоторых странах темные маги не в чести. Нас боятся, презирают, ждут подвоха. Хотя цвет магии – это лишь направленность, данная при рождении, на характер это никак не влияет. Кровь девственниц мы не пьем, как-никак девственниц можно использовать более приятным для всех сторон способом.

Стою, проклятий и обвинений все еще нет, убегать в ужасе от меня тоже не собираются. Наоборот, Кати смотрит с возрастающим интересом. Что-то обдумывает. Надо же, какая выдержанная мне попалась госпожа.

– Что умеешь делать? – спросила она, чуть ли не потирая руки.

У нее аж глаза загорелись. Похоже, словосочетание «темный маг» ее ни капельки не напугало. Наоборот, довольна, будто ей сфера всевластия попалась. Может быть, она как раз в услугах темного мага и нуждалась. Эх, Калеб, кому ты меня подсунул?!

Дико любопытно, какие магические способности ее интересуют. Вдруг мне сейчас прикажут мир захватить или еще что-то подобное?! Кстати, корона бы ей пошла.

– Многое, – не стал вдаваться я в подробности. – Но, к сожалению, сейчас не могу колдовать из-за ошейника.

Даже немного жаль ее разочаровывать и смотреть, как тухнет взгляд.

– А что интересует?

Кати промолчала.

– Переместить тебя к твоим родным я смогу, – решил попробовать угадать, что же ей так нужно, затем добавил: – Разумеется, если снимешь ошейник.

Честно говоря, я ни на что не надеялся, мне просто интересно смотреть на ее реакцию. И да, признаюсь, мне просто нравится искушать девушку. У ее проблем есть простое решение, которому она почему-то сопротивляется.

– Не сниму, – покачала головой Кати. – Обойдемся как-нибудь без магии.

Не любит магию? Или все дело в недоверии ко мне?

– А почему ты так испугалась, когда сработала «сигналка»?

Собственно, меня насчет этой «сигналки» интересовало все: на что она реагирует и где тот, кто ее сделал. И какая у него была причина навешивать подобное на вход? Не верю, что причины не было.

– Да Аглая, бывшая хозяйка этого дома, говорила, что нужно быть осторожнее с тем, на кого это подействует, – пожала плечами Кати.

Многозначительно посмотрела на меня. Подавил улыбку – со мной-то точно нужно быть осторожнее. Даже с учетом ошейника. Магии нет, но мозги и опыт остались. Последний подсказывал: Кати явно что-то не договаривает.

– А где сейчас эта Аглая? – решил зайти с другого края.

Уверен, она маг, а маг бы сейчас мне не помешал. Женщина могла бы уговорить Кати меня освободить.

– Ее уже нет, – вздохнула она. – Умерла. Перед смертью мне дом оставила.

– Жаль.

Я действительно сожалел, что женщину не расспросить. Слишком интересный у нее дом и участок.

– Наверное, скучаешь по ней? – спросил я.

Хотелось выяснить, какие у Кати с этой Аглаей были отношения.

– Хорошая была женщина. Я ей за многое очень благодарна.

Больше ничего. Видно, эмоции не хотела показывать. Впрочем, мне и этой фразы хватило. Не родственница. А значит, меньше шансов, что унаследовала дар этой Аглаи. Хотя кто знает, может, Кати тоже маг, из-за ошейника я ауру не вижу.

– Между прочим, теперь сигналка каждый раз на меня так реагировать будет, – я кивнул в сторону двери.

Надо бы как-нибудь эту гадость снять, заодно смогу изучить, на что именно она реагирует.

– Потом что-нибудь придумаем, – улыбнулась Кати, снимая с себя накидку.

Как я и предполагал, фигура у нее есть: тонкая талия, манящие изгибы, округлости где нужно. Единственное, что портило картину, это платье. Невзрачное, из недорогой ткани, простого кроя. И крайне неподходящее.

Интересно, она специально так одевается? Чтобы меньше внимания привлекать?

И при этом я заметил на руке Кати браслет, так выбивающийся из всего облика. Сделанный из золота, литой и массивный, плотно прилегающий к запястью. Я не ювелирных дел мастер, но могу сказать, что браслет стоит недешево. Любопытно.

– Пошли, покажу дом. Тебе же теперь здесь жить.

Бросил взгляд на крохотную и довольно узкую прихожую. Сам дом с виду небольшой. М-да.

Да уж, интересные изменения в жизни за один день: из правителя – в раба, из дворца – в дом, принадлежащей умершей ведьме. Собственно, об этой умершей ведьме хотелось узнать поподробнее.

Поскольку Кати делиться подробностями не особо хотела, я надеялся, что обстановка дома что-то разъяснит. Ну, все здесь весьма скромно. Чисто, опрятно, но краска на стенах уже начала тускнеть, да и мебель старая, немного потертая.

Кухню Кати показала мельком, но, честно говоря, она почему-то больше напомнила лабораторию – слишком много всяких приспособлений на столах. Надо будет потом посмотреть внимательнее.

– Надеюсь, ты понимаешь, что в этом доме не получится открыть кондитерскую. Здесь мало места, – заметил я.

– Я это понимаю, у меня есть другое помещение на примете. Но еще я понимаю, что рабы обычно не дают советы господам.

– Увы, тебе попался именно такой раб, – пожал плечами я.

– А еще темный маг с весьма загадочным прошлым. Может быть, мне проще сдать тебя обратно и вернуть деньги?

– Можешь попробовать. Только не факт, что ты купишь за эти деньги кого-то другого. Да и торговец, скорее всего, уже уехал.

Мне не было страшно: я чувствовал, что Кати не серьезно.

– Могу завтра попробовать, раз сегодня уже поздно, – ухмыльнулась она.

– Почему решила купить раба? Разве не проще найти кого-нибудь более расположенного к такому труду? С навыками и способностями?

У меня, конечно, много талантов, но не думаю, что я расположен к кондитерскому искусству. Да и вряд ли выгляжу как тот, кто идеально подходит для такой работы.

– Здесь бешеные цены на труд свободных людей. Не переживай, научишься. – Кати на секунду задумалась и добавила: – В крайнем случае я знаю, где бойцовые ямы.

На последней фразе она улыбнулась. Шикарная мотивация. Либо кондитер, либо гладиатором на арену. Надо будет потом со своими чиновниками так попробовать, когда мне еще раз заявят, что не успевают с проектом к сроку.

Тем временем Кати продолжала показывать, где что. Собственно, показывать было не так много.

– Это моя спальня, – она махнула рукой на одну из крайних дверей, – туда не входить. А это твоя. – Кати указала на другую дверь.

Зашли. Комнатка небольшая, кровати нет, но есть тахта. Конечно, не королевское ложе, но сойдет. Также есть шкаф. Что мне еще, в принципе, надо?

Каким, оказывается, непритязательным я становлюсь. А это только первый день.

– Вещи можешь положить в шкаф, – подсказала Кати, стоя в дверях.

Совсем забыл о свертке, который держал в руках.

Открыв шкаф, замер. В шкафу висело платье. Белоснежное. Красивое, пышное, с кучей юбок, украшенное жемчугом, камнями и золотыми нитями. В таком не стыдно и на королевском балу показаться, не говоря уж о каком-нибудь другом торжестве.

На одной из полок заметил какой-то отрез полупрозрачной ткани, который крепился к гребню, неподалеку перчатки, украшенные изысканной вышивкой.

– Красивое, – заметил я, надеясь на какое-нибудь пояснение. Как-то недешевый наряд выбивается из общей картины. Подобное платье в небольшом городке ни к чему. Вряд ли здесь случаются мероприятия, подходящие для ношения таких нарядов.

– Да, – протянула Кати. – Совсем про него забыла. Завтра возьмем на рынок и продадим.

– Может быть, не нужно? Тебе не жаль?

Почему-то избавляться от наряда не хотелось. Все-таки девушка хороша собой, и ее должны окружать красивые вещи. Тем более интуиция настойчиво шепчет: платье для девушки что-то да значит, несмотря на показное равнодушие.

– Вряд ли оно мне пригодится, – пожала плечами Кати. – А вот деньги лишними не будут.

– А зачем вообще покупала?

– Было одно событие важное, но теперь в платье нет надобности.

– Какое событие?

– Тебе не кажется, что ты изрядно любопытен?!

– Нет, мне просто интересно, что здесь за мероприятия бывают. Как ты, наверное, догадалась, я не местный. Вот, расширяю свои познания.

– Эти познания тебе не пригодятся. Праздник исключительно девичий, и о нем мало кто знает.

– Перчатки и вуаль тоже будешь продавать?

– Вуаль оставлю. Примета такая, что ее нужно оставлять. Кстати, ты говоришь, что ты не местный. Откуда ты?

– Из Айгейзирии.

Ура. Получилось ответить. Быть может, удастся дать Кати какие-нибудь намеки, и она меня сама отпустит.

– А чем там занимался? Я вот не знаю, чем занимаются темные маги.

Задумался.

– Руководил семейным делом.

Надо же, получилось. И намек дал, и не солгал. Управление страной – дело семейное. Правда, Кати на это никак не отреагировала, просто пожала плечами. Кажется, на ее лице даже разочарование пробежало. Похоже, моя деятельность ее не впечатлила, и она явно надеялась на что-то другое.

– Что ж, я сейчас.

Кати ушла куда-то, но через минуту вернулась за стопкой постельного белья, одеялом и подушкой.

– Постели себе.

Бросил скептический взгляд на белье. Хотел начать спорить – готовить постель мне никогда не приходилось, слуги были рядом всегда, даже в походах, – но ноги сами понесли меня к Кати.

Взял у нее стопку и начал стелить. Вначале простынь, потом пришлось повозиться с заправлением одеяла в пододеяльник. Ну как повозиться: я больше чувствовал себя наблюдателям, руки сами как-то справлялись с этой работой. Однако чувство странное. Через пару минут, будучи уже в одиночестве, я смотрел на застеленную кровать с удивлением. Не из-за того, что победа над постельным бельем была для меня подвигом. Просто это заставило меня понять: Кати при желании может заставить меня сделать что угодно, и мне даже необязательно это уметь.

Еще раз посмотрел на кровать. Заправлено, мягко говоря, не идеально, но все же. Результат, естественно, будет основываться на моих способностях. Но все равно у девушки абсолютная власть надо мной. Она может приказать мне сделать что угодно, и это тяжело осознавать. Наверное, это должно пугать. Нормальных людей бы точно напугало. Я же решил поискать в этом возможности – например, вернуть себе магию. Заклятие подчинения может побороть антимагическую особенность ошейника.

Интересно только, готов я дать Кати такую власть над собой?

Загрузка...