Юрий Кузнецов Испытание

Глава 1. Диагноз

Приятные мысли о ближайших выходных подарили Егору несколько минут размышлений. Каждый год они своей группой сотрудников ехали за город на дачу к одному из них. В этот раз эстафету взяла Светлана, которая лишь недавно устроилась в отдел на работу. Светлане повезло, потому что освободившееся место в отделе было вакантным по причине ухода на пенсию одного из сотрудников, который проработал в данном отделе всю жизнь, начиная еще с брежневских времен.


А вообще, их отдел планирования в старом, еще совковых времен институте транспорта жил дружно. Подсиживать было некого, так как начальник отдела, средних лет мужчина Николай Петрович «плотно» сидел на своем месте уже десять лет и похоже до пенсии никуда уходить не собирался.


А так как зарплата в институте была маленькая, то миграции сотрудников не было, как и самой работы. Поэтому приходя в отдел утром каждый сотрудник немного работал на своем рабочем месте по плану отдела, а большую часть времени проводил в работе над «халтурой», которую исправно подбрасывали новоявленные коммерсанты.


Особенно такие заказы сыпались, как из рога изобилия перед началом летнего периода, когда начинался сезон кафе на улице.


И вот тогда коммерсанты хотели на законных основаниях получить кусок городского тротуара для своей летней кофейни, а для это был нужен план, над которым и трудились сотрудники отдела.


В общем, жизнь била ключом и Егор Мезенцев особо не задумывался, как и откуда он пойдет на пенсию, распределившись после института в отдел планирования. Разменяв третий десяток, Егор уверенно вступил в свой тридцать первый год жизни имея в активе двухкомнатную квартиру в Москве, машину «Соната» корейского производства, жену Елену, дочку Машу и любовницу Екатерину.


Казалось, что еще человеку нужно для счастья? Правильно, садовый участок за городом или дом в деревне, где есть асфальтированная дорога. Вот над этим Егор сейчас и работал, исправно откладывая деньги от халтурных заказов, надеясь в следующем году начать просматривать участки на предмет покупки.


Сегодня была среда, а за город они с отделом на шашлыки под водочку собирались в субботу. Но сначала нужно было пройти диспансеризацию в поликлинике, к которой относился их институт.

– Всем пройти диспансеризацию в четверг! – громко объявил Николай Петрович в селектор старого еще брежневских времен громкоговорителя.


– Классно, за то работать не нужно! – сказал Степан Звягинцев, сутулый мужчина за сорок лет с редкими, черными волосами на голове и старом вязаном свитере.

– А я бы лучше поработал, чем идти к эскулапам в поликлинику! – быстро проговорил другой сотрудник, Витя Мошкин, плотный мужчина с выпученными глазами, которые смешно вылезали у него из глазниц.


– Да и я бы не ходил, а то опять шланг глотать придется, а это такая противная процедура! – дополнил Степан Вяткин, который отличался спокойным и покладистым характером при свирепой внешности. Впервые взглянув на Степана, Егор ужаснулся, увидев перед собой этого человека громадного роста баскетболиста со свирепой физиономией неандертальца.


– Увидишь такого человека перед собой в темном переулке, поневоле сам отдашь все деньги и ценности, – подумал мужчина, приглядываясь к такому чуду природы. – Е-мое, точно опять придется глотать шланг, чтобы доктор посмотрел желудок! Но ничего не поделаешь, придется идти в поликлинику и проходить диспансеризацию, зато в субботу на шашлыки и водочку! – с грустью подумал Егор, вспоминая подобную экзекуцию пять лет назад.


Мысли о шашлыках и водочке подавили неприятные мысли о шланге в желудок.


Углубившись в свою «халтуру», Егор отстранился от этих мыслей и полностью подчинил себя работе. Сегодня вечером он встречался со своей любовницей – светленькой, миниатюрной женщиной с короткой прической. Катя работала продавщицей из соседнего универмага, с которой он познакомился случайно год назад. И с ней он встречался в последнее время раз в неделю.


Понимая, что это к добру не приведет, Егор все-же не мог никак расстаться с ней. Связь с Катей, которая была младше его на пять лет была запретным плодом в его жизни, и он ничего не мог с этим поделать. Такие любовные встречи, как обычно проходили на квартире продавщицы, которая жила отдельно от родителей в бабушкиной, двухкомнатной квартире. И только в объятиях Кати, Егор ощущал прилив сил и желание последующего секса уже с женой, с которой прожил совместно в браке десять лет. Почему он изменял жене, Егор и сам не мог ответить на этот вопрос, но одно он знал точно:

– Эти измены раздували их семейный костер любви, который постепенно с годами стал затухать.


Наступил четверг и изменив своим привычкам с утра съесть бутерброд с колбасой и выпить кофе, Егор неторопливо поплелся в поликлинику. Есть с утра было нельзя и это уже негативно сказалось на утреннее настроение.


– Пациент, лежите спокойно, сейчас я вам введу в пищевод зонд! —прозвучал уверенный мужской голос врача в белом халате, проводившего исследование.

– Я задыхаюсь, мне плохо и хочется выплюнуть этот мерзкий шланг, который вводят в мой пищевод! – билась судорожная мысль в голове Егора, когда он лежал боком на кушетке в кабинете врача.


– Нос, как назло, плохо дышит, а тут еще трубку вставляют! – подумал Егор, уставившись глазами в белую плитку на соседней стене.

– Пациент, не волнуйтесь, теперь минутку полежите не двигаясь, а я посмотрю, что там у вас в желудке происходит! – вкрадчиво сказал врач, всматриваясь в монитор.


Уже начиная привыкать к этому состоянию трубки в горле, Егор услышал два слова доктора, которые неожиданно вырвались у него:

– Ничего себе!

Что-то в этих словах врача было враждебное и тревожное.


Не имея возможности видеть изображение на мониторе, Егор пытался услышать продолжение, но врач замолчал и больше ничего не говорил. Через минуту он осторожно извлек шланг из горла Егора и посмотрев на него внимательными глазами произнес:

– Вам нужно сдать анализы, направление я выпишу.


– Какие анализы и зачем? – непроизвольно вспылил Егор.

Обернувшись к пациенту, врач еще раз посмотрел в его глаза и взяв короткую паузу наконец произнес:

– У вас в желудке выявлено новообразование.

Этот было для Егора, как удар электрическим током и теперь все его мысли закрутились с бешеной скоростью вокруг одной мысли:

– У меня рак и я умру?


Казалось, доктор понимал состояние больного и теперь настала его очередь прояснить ситуацию.

– Пока до результатов анализов переживать не нужно, хотя, как не переживать если есть новообразования в желудке! – как будто сам с собой разговаривал врач.


Теперь холодный пот пробил все тело Егора вызывая неприятную дрожь. —Значит так, объясняю ситуацию с осмотром. Новообразование – это еще не смертельный вердикт и поэтому не нужно себя накручивать, это может быть доброкачественная опухоль и она лечится эффективно. Хуже, если злокачественная опухоль, но и она лечится, поэтому накручивать себя не нужно! – произнес врач, глядя в глаза Егору.


Эти слова немного успокоили Мезенцева. Встав на ватных ногах с кушетки, Егор, взяв направление на анализы вышел из кабинета. Эта белая дверь кабинета врача гастроэнтеролога была границей между его вчерашней жизнью и сегодняшним вердиктом. По инерции и без особого желания, Егор прошел все оставшиеся кабинеты врачей по диспансеризации и вышел на улицу.


Яркое весеннее солнце дарило позитив, а распускающаяся зелень открывала буйные краски природы, но теперь в душе Егора наступила осень. С этим грустным настроением он пошел домой, специально выбрав самый длинный маршрут.


Все мысли мужчины были прикованы к данной теме, когда одним росчерком ручки врача, дававшего направление на анализы, перечеркивалась его прежняя жизнь.

– Зачем мне теперь садовый участок? Для чего теперь встречи с Катей? – грустно размышлял мужчина.


На первом плане для Егора была семья с дочкой и женой Еленой с которой он надеялся прожить до старости.

Загрузка...