Михаил Ланцов Десантник на престоле. Из будущего – в бой. Никто, кроме нас!

Пролог

Чистое, яркое, голубое небо. Тонкие ветви деревьев выглядят, как трещинки на небосводе. Асфальт, покрытый чуть притоптанным слоем снега. Сухой и чистый, чуть морозный воздух. Берег замерзшего пруда. Мужчина, одетый в темно-серое драповое приталенное полупальто, напоминавшее военную форму, сидел, откинувшись на спинку деревянной лавочки. Его глаза были закрыты, а слегка беспокойное дыхание вырывалось слабыми струйками пара. Он был невысокого роста, худощав, но очень жилист. Его ноги, обутые в летние армейские бутсы, казалось, совершенно не чувствовали холода, а возле правой руки, на лавке, покоилась черная полированная трость с никелированной рукояткой в виде шара. Александр был полностью погружен в свои мысли и лишь где-то на краю сознания улавливал шаги редких прохожих, которые шаркали по обледенелому асфальту где-то вдалеке. Эта идиллия продолжалась бы целую вечность, но близкий звук притормозившего автомобиля вынудил его открыть глаза и обратить внимание на источник шума. Метрах в сорока, за небольшой декоративной оградой парка, притормозил вызывающего вида кроваво-красный BMW X5. Практически сразу с переднего сиденья выскочил крепкий мужичок в опрятной, но несколько старомодной одежде и прислужливо открыл заднюю дверь. Чуть склонившись в легком поклоне. Из двери вышел пышущий жизнью человек совершенно лоснящегося вида, в черном приталенном расстегнутом полупальто из драпа, брюках в тон верху, но в еле заметную вертикальную полоску и изящных замшевых ботинках. На его шею был накинут белый шарф, а на руках матерчатые перчатки в тон шарфу. Головной убор отсутствовал, а потому была видна густая копна черных как смоль волос, чуть волнуемая легким ветерком. Черты лица этого человека были настолько неуловимы, что не получилось бы при всем желании не только их описать, но даже и просто сфокусировать на них свое внимание. Медленной и расслабленной походкой этот мужчина подошел к Александру, встал напротив и, чуть кивнув, обратился:

– Доброго дня. Не позволите присесть с вами?

– Пожалуйста, – Александр слегка поежился и поправил воротник пальто, а незнакомец сел рядом, откинувшись на спинку лавки, и продолжил:

– Знаете, Саша, а ведь я к вам по делу. Не удивляйтесь. Да, я знаю, как вас зовут. Мало того, знаю о вас все, включая ваши сокровенные мечты и желания.

– Кто вы?

– Мое имя вам ничего не скажет, если вы о нем. – Александр повернулся и спокойным, холодным и внимательным взглядом посмотрел на незнакомца в упор, пытаясь встретиться с ним глазами. Первая мысль после таких слов завертелась вокруг того маленького бизнеса, что давал ему относительно безбедно жить.

– Что вам от меня нужно?

– Люблю такой подход. – Незнакомец улыбнулся. Нет, Александр этого не видел, он почувствовал. – Сразу к делу. Я хочу вам предложить поучаствовать в одной небольшой авантюре.

– Я ни в чем не хочу участвовать, тем более в авантюрах, – сказал как можно более жестким и безапелляционным тоном Саша.

– Не делайте поспешных выводов. Мое предложение из тех, от которых не отказываются. Ой, ну не делайте вы такое лицо. Оно интересно прежде всего вам самому.

– Да неужели? – Саша скривился.

– Безусловно. Я же говорю, что знаю о вас все, а значит, понимаю, что вам нужно.

– Все? Что-то сомнительно.

– Александр Петрович, вы родились 1 апреля 1974 года. Ваши родители Петр Алексеевич и Мария Ивановна погибли в 1977 году в автокатастрофе, после чего вас определили в детский дом для детей, потерявших родителей. Вы были драчуном и непоседой от природы, а потому постоянно оказывались зачинщиком в разнообразных потасовках и проделках сверстников. В возрасте 14 лет стали практически неформальным лидером детского дома.

– Продолжайте, я вас внимательно слушаю. – Александр слегка улыбнулся, мысленно прокручивая способы получения личного дела из архива детского дома и то, каким из них воспользовался незнакомец.

– В школьной учебе вы не имели особенного прилежания, так как вам было откровенно скучно изучать совершенно бесполезные, на ваш взгляд, предметы. Но очень любили читать популярные журналы о науке и технике вроде «Юного техника» и «Техника – молодежи», где предпочитали обзорные статьи о науке и технике, а также экскурсы в историю развития техники, такие как, например, «Морская коллекция». Все подобные журналы, что имелись в вашем детском доме, вы затерли буквально до дыр. В возрасте тринадцати лет увлеклись было радиотехникой, но, не имея системных и глубоких знаний, а также способа их получения, быстро остыли, ограничившись несколькими примитивными поделками. Ну и прочим баловством вроде импровизированного шокера из обычного конденсатора. Увы, возможностей для самореализации в этой сфере детский дом вам не давал, то есть не было ни измерительных приборов, ни инструментов, ни элементарной базы. В итоге: к концу десятого класса у вас получилось в полной мере «общее образование» – вы знали много обо всем, но только по вершкам, то есть основные тенденции и ключевые детали. Помимо прочего, с десяти лет вы активно занимались спортом – бег, лыжи и тяжелая атлетика, в простонародье называемая «качалкой», которые позволили вам укрепить свое тело и здоровье, а также развить недюжинную физическую силу и выносливость. Из-за чего после окончания школы вас призвали в воздушно-десантные войска весенним призывом 1992 года. – Незнакомец вновь сделал паузу и вопросительно посмотрел на Александра.

– Я вас слушаю с большим увлечением, обожаю, когда кто-то вещает обо мне.

– В армии вас через полгода определили на шестимесячные сержантские курсы, после окончания которых вы вернулись в часть уже в звании младшего сержанта на должность командира отделения. Спустя полгода вас повысили до сержанта и назначили заместителем командира взвода. В сентябре 1993 года, будучи уже старшим сержантом, вы остались на сверхсрочную службу и были направлены на десятимесячные курсы прапорщиков, которые вы блестяще завершили в июле 1994-го, вернувшись в часть в качестве уже командира взвода. В апреле 1995-го, по личному рапорту, вас переводят в Чечню. – Незнакомец запнулся, смотря куда-то вдаль и чуть кивая головой, но вскоре продолжил: – На войне вы буквально с первых дней оказываетесь в жарких местах, где получаете свой первый орден Мужества. В августе того же года, во время контрудара на захваченный Аргун выносите раненого бойца под огнем противника, чем спасаете ему жизнь, получаете медаль «За отвагу». Потом был тяжелый бой за Гудермес, где ваша рота из-за неудачного стечения обстоятельств оказывается один на один со значительно превосходящими силами противника. И когда на пятой минуте боя выбивают всех старших по званию, вы берете командование ротой на себя и быстро организуете эффективную оборону, которая смогла продержаться несколько часов до подхода бронетехники и подкрепления. За тот бой вас наградили вторым орденом Мужества и повысили до старшего прапорщика. Ваша военная удача кончилась в марте 1996 года, когда в ходе одной из контратак, ведя свой взвод, подорвались на мине и потеряли обе ступни, в связи с чем вас демобилизовали с протезами и инвалидностью 2-й группы. – Лицо Александра стало серым и грустным, он смотрел прямо перед собой, ибо нахлынувшие воспоминания делали ему больно. – В Москве вас ждала небольшая однокомнатная квартира у станции метро «Проспект Вернадского», доставшаяся вам по наследству от родителей, и весьма скромная пенсия инвалида. Именно там, за бутылкой водки, вы решили не сдаваться и возвращаться в строй, заодно и бросили пить. Своего рода протест против всего мира из класса «Не дождетесь!». Уже в сентябре 1996 года вы смогли устроиться в Государственную публичную историческую библиотеку на должность библиотекаря. Само собой, у вас не было никакого профильного образования, но там из-за крохотных зарплат остро не хватало сотрудников и на эту мелочь закрыли глаза. Но вам этого было мало, а потому с декабря того же года активно готовитесь к поступлению в вуз.

– ФСБ сейчас ведет такие подробные архивы на всех более-менее активных людей?

– Ну что вы, я не из ФСБ, моя организация куда солиднее.

– В самом деле? – Александр поднял бровь. – Хотя, впрочем, это не имеет никакого значения, продолжайте.

– Хм. А вы уперты.

– Безусловно. Вы же рассказываете мою биографию, и мне она интересна. Когда еще такие увлекательные байки послушаешь? – Незнакомец улыбнулся, потянулся и продолжил.

– В качестве вуза вы себе выбрали Институт международных экономических отношений, точнее, его заочное отделение и специальность финансового менеджмента. Причем вас совершенно не смутила ни платность обучения, ни сложность поступления. Будучи от природы человеком не только деятельным, но и упрямым, вы смогли совершенно довести их до белого каления и уступить вашему напору, а потому 1 сентября начали обучение, с огромным трудом оплатив первый семестр. Ради чего вам пришлось перейти буквально на хлеб и воду. В ходе учебы, понимая свое бедственное положение, вы стали искать способы приработка и быстро их нашли. Люди на вашем потоке были ленивые и по большей степени состоятельные, поэтому за определенное вознаграждение вы начали писать для них рефераты. Скучная и довольно неинтересная работа. Однако вы обратили ее не только в неплохой заработок, но и в средство самообразования, расширения кругозора. Уже к концу 1997/98 учебного года вы стали своеобразным «ангелом-спасителем» для всего факультета менеджмента и смогли получить прибытка в двадцать раз больше, чем пенсия по инвалидности и зарплата в библиотеке за то же время. В июне девяносто восьмого года покупаете себе свой первый компьютер и начинаете его интенсивно осваивать. Он очень сильно помогает вам в вашем импровизированном нелегальном бизнесе. В декабре докупаете сканер и принтер, а также начинаете потихоньку менять мебель в квартире, ибо у вас «в кубышке» были накоплены все необходимые средства для завершения обучения. Тогда же знакомитесь в библиотеке с Леной – небольшой, изящной девушкой с выразительными черными глазами и живым, подвижным лицом. Она вам напоминала маленькую мышку. Буквально через пару свиданий ваш роман с этой студенткой истфака МГУ переходит в, так сказать, горизонтальную плоскость. – При упоминании Елены Александр вздохнул и погрустнел еще больше. – Весной 1999 года вы переходите с рефератов на курсовые, что еще больше увеличивает доходность мероприятия. Летом 2000 года – делаете евроремонт в своей однокомнатной квартире. А в январе 2001-го начинается очередная серьезная веха вашей жизни – бизнес.

– Вы, как я понимаю, по его душу пришли?

– Нет, меня не волнуют ваши деньги.

– Вот как?

– Меня вообще деньги не волнуют.

– Вы их так не любите? Вы считаете, что деньги это зло? – Александр сардонически усмехнулся.

– Почему же? Я уважаю любую религию, какой бы рабской она ни была. Не будем лукавить, единственная современная универсальная религия – это деньги, а совсем не христианство или ислам, у нее есть апостолы-миллионеры, а большая часть людей ежемесячно причащается кусочком божественной плоти – зарплатой. При этом разные валюты – это конфессии, которые никак не поделят один-единственный, но большой и вкусный пирог.

– Да уж… пожалуй, вы правы. – Саша задумчиво покачал головой, ему не хотелось даже смеяться. – Но давайте вернемся к моей биографии.

– Конечно. В январе 2001 года вы увольняетесь из библиотеки и организуете свой первый нормальный бизнес – небольшой интернет-магазин, который занимался продажей книг с доставкой почтой или курьером по Москве. У вас получилось что-то вроде небольшого скромного семейного бизнеса, так как поначалу вы работали на пару с Еленой. Именно в этот период вы стали воспринимать ее не только как объект, удовлетворяющий ваши сексуальные потребности, своего рода самку человека, а как нечто большее. Много общения вне постели вас сближало все больше, дошло до того, что она смогла увлечь вас историей и ее любимой эпохой. Летом следующего года вы блестяще защищаете диплом финансового менеджера, что влечет за собой переход от курсовых к дипломам, которые, требуя не намного больших усилий, давали куда более значительные барыши, примерно по 80 – 100 тысяч рублей за каждый. А ваш характер не терпел пустоты и безделья, поэтому вы занимали все свое свободное время полезным трудом. Пользуясь тем, что вы нигде не учитесь, ваша подруга начинает тянуть вас к себе, на истфак МГУ, но поначалу безуспешно, так как, ссылаясь на плохое знание истории, договариваетесь с ней о том, что, пока она вас не подтянет, вы никуда не будете поступать. В феврале 2003 года вы делаете Елене предложение, та соглашается, и вы играете свадьбу, хотя и весьма скромно, так как ваша подруга тоже сирота и родственников у вас очень немного. Весной того же года производственная необходимость вынуждает вас начать серьезно изучать английский язык – из-за особенностей ведения вами финансов вам требуется совершенно свободное владение языком, а потому вы записываетесь на курсы МИДа. В январе следующего, 2004 года вы расширяете свой бизнес и открываете официальный офис. Теперь на вас работает уже десяток человек, а ваш ежемесячный доход превышает 300 тысяч рублей. А дальше случается чудо – несмотря на ваше сопротивление, Лена умудряется вас уломать, и вы поступаете на заочное отделение факультета мировой истории МГУ. В ноябре 2005 года у вас начинаются серьезные проблемы с органами внутренних дел – ряд кадров пытается подмять ваш бизнес под себя. В марте 2006-го, когда вас окончательно обложили и деваться вам было просто некуда, вы решаетесь на отчаянный шаг: взяв огромный производственный кредит, тратите его на закупку товара с откатом, после чего объявляете о банкротстве фирмы и, «отбашляв», умудряетесь продвинуть сюжет о злобных «оборотнях в погонах» в одной из телепередач. Имущество компании уходит с молотка, а банкиры сталкиваются с сотрудниками правоохранительных органов. Вам, конечно, угрожают, обещают порвать, как Тузик грелку, но в итоге к осени все успокаивается, а ваше состояние, хранящееся на левых счетах, по итогам составляет 12,5 млн. рублей. Не много, но вполне терпимо для нормальной жизни либо нового «стартапа».

– А откуда вы узнали про точную сумму на счетах? Они же хранились анонимно. – Незнакомец лишь улыбнулся и продолжил:

– В начале 2007 года вы начинаете свой новый бизнес – в новом районе Москвы, одном из так называемых «замкадий», организуете сеть маленьких магазинчиков шаговой доступности. Там продавались и наиболее ходовые товары самого разного профиля – от хлеба до презервативов и клея. В будущем вы хотели развернуть на базе своих магазинов целую инфраструктуру по обеспечению бытовых потребностей жителей этих совершенно не обустроенных районов. Например, поставить в каждом из них точку доступа WiFi, объединив их в единую сеть с дешевым Интернетом. Ну и прочее. Все шло просто замечательно, однако в декабре 2008 года появляются ваши старые знакомые из внутренних дел. Снова начались разборки. Вас стали запугивать. В конце концов при попытке запугать исполнитель-наркоман заигрывается и в угаре убивает вашу беременную жену, вспоров ей живот ножом и бросив истекать кровью в подворотне. Прокуратура мило улыбалась и разводила руками, так как исполнитель был «нечаянно» застрелен при задержании. У вас началась сильнейшая депрессия и усилилось и без того не слабое состояние перманентной мизантропии. В итоге спустя месяц вы спешно продаете бизнес и затихаете, начиная готовиться к мести, а летом приступаете к делу. Закупленное предварительно вооружение было вывезено через подставных лиц с Кавказа, причем все было сделано очень тихо и аккуратно. Так что в итоге, 19 сентября прибив последнего – семнадцатого человека, причастного к гибели вашей жены и ребенка, вы успокаиваетесь. Вся милиция на ушах, но на вас даже не падают подозрения, так как вы, внешне не проявляя никакой активности, делаете вид убитого горем вдовца. Получилось практически как в фильме «Законопослушный гражданин», исключая концовку. Летом прошлого года вы блестяще заканчиваете истфак, и вас приглашают в аспирантуру. Вы соглашаетесь и теперь состоите на кафедре отечественной истории, где занимаетесь разработкой вопросов научно-технического прогресса и общего экономического развития Российской империи второй половины XIX века. – Незнакомец улыбнулся. – Ваше текущее состояние составляет 21 миллион рублей. Ваши любимые исторические фигуры Петр Великий, Отто Бисмарк и Иосиф Джугашвили. Ваши любимые киногерои капитан Джек Воробей из «Пиратов Карибского моря», Шерлок Холмс в исполнении Василия Ливанова и лейтенант-коммандер Том Додж из «Убрать перископ»…

– Хватит! – рявкнул Александр. – Замечательная работа разведки, но не более того, – по побагровевшему лицу, прищуренным глазам и колючему, холодному взгляду было видно – Александр на грани взрыва.

– Вам рассказать, как в возрасте шестнадцати лет вы страстно желали свою воспитательницу – двадцатилетнюю студентку-практикантку педагогического института Аню? И вы бы выли на луну, если бы не подвернулась удачная возможность… – незнакомец улыбнулся. – Задержавшись после урока, вы закрыли дверь в кабинет, заклинив ее отверткой, после подошли к ней, зажали и овладели прямо на учительском столе… хм… выплеснув в нее всю накопившуюся страсть. Вы в тот день были так нетерпеливы, что порвали ей трусики… беленькие, в черный горошек.

– Что?! – Александр вскочил. – Откуда вы это знаете? – Незнакомец улыбнулся и продолжил:

– Фактически вы взяли ее силой; правда, она не особо и сопротивлялась, так как вы ей тоже нравились, но разница в возрасте и воспитание не позволяли ей открыться. А так все складывалось, как в известном анекдоте про монашку: «и вдоволь, и без греха». У вас закрутился роман, в ходе которого вы демонстрировали весьма солидное либидо. А спустя полгода Анна внезапно пропала. И вы до сих пор ломаете себе голову над тем, что же с ней случилось. Так вот: она забеременела от вас и, как узнала об этом, рассказала родителям, желая посоветоваться. Но те ее буквально заклевали и застыдили из-за внебрачной беременности. Обзывали похотливой шлюхой и грозили отречься. Она не вынесла позора и повесилась. Когда мать нашла еще теплое тело дочери, висящее в петле, закрепленной на отцовском турнике в коридоре, ее хватил инфаркт, и спустя несколько минут она скончалась рядом с дочерью. А отец – кадровый военный, не вынеся горя, что на него свалилось, застрелился из именного пистолета. – Александр шлепнулся обратно на лавку и рассеянно уставился в пустоту перед собой.

– Повторяю – я знаю о вас все. Абсолютно все. Если желаете, я могу рассказать любые, даже сокровенные тайны, которые вы когда-либо имели. Но нужно ли?

– Кто вы?

– Я же говорил, мое имя…

– Мне плевать на ваше имя. Кто вы?

– На этот вопрос я также не могу вам ответить. Вы просто не поймете меня. Это за пределами понимания вашего сознания.

– Что вы этим хотите сказать? – Александр еще больше набычился и, прищурив глаза, пристально посмотрел на собеседника, буквально прожигая того ледяным взглядом.

– Я хочу сказать, что вы – человек. – Гость в черном пальто повернулся, впервые за всю беседу встретился с Александром взглядом и мило улыбнулся. Его глаза были лишены зрачков и казались совершенно бездонными. – Ну что, продолжим беседу? Или вы желаете подраться?

– Продолжим. Что вы хотите мне предложить?

– Начну издалека. Весь мир, который вас окружает, – это всего лишь один из бесконечных вариантов многомерного бесконечного пространства, в котором мы все играем свои роли. И я хочу предложить вам новую роль.

– Роль? Я похож на актера? – Александр был удивлен необычностью предложения, так как ожидал всего, чего угодно, кроме подобного. – Хотя… Что за роль? – Интерес начал захватывать мужчину в сером пальто, и его раздражение стремительно испарялось.

– Вы же страдали от душевной боли, видя сгнивающее заживо Отечество. Я дам возможность это поправить. Само собой, не волшебной палочкой или каким-то другим клиническим способом, а вашими собственными руками. То есть определив вас на роль одного из вершителей судеб – правителя социокультурного образования «Россия». Абсолютно любого на ваш выбор. Хотите оказаться на месте Владимира Мономаха? Отлично. Желаете помахать кепкой с броневика в 1917 году? Нет проблем.

– А вам это зачем? – насторожился Александр.

– Какая вам разница? Разве вас не прельщает эта возможность сама по себе?

– И все же ответьте.

– Не все ответы приятны.

– Я как-нибудь сам разберусь с этим. Вы не получите моего согласия, пока я не пойму подноготной этой авантюры.

– Хм. Все достаточно просто. Считайте, что это маневры. Учения. Эксперимент. Очень солидные силы поспорили на тему роли личности в истории. Ведь вы же понимаете, что один человек, каким бы он ни был, изменить эпоху не в силах. Ну так вот, после долгих споров мы решили это проверить.

– А почему я?

– Совершенно случайный выбор. Считайте, что вам просто повезло. Или не повезло. Это как посмотреть. Не напрягайтесь вы так. Нет тут никакого подвоха. Если вы согласитесь, то будете вынуждены следующую массу лет работать как проклятый. Не всем людям это по душе. Почти все население этой сборки вариантов, как, впрочем, и других, вне зависимости от эпохи, хочет получать по потребностям, а отдавать взамен по возможностям. Правда, потребности у них всегда несоизмеримо больше возможностей.

– То есть меня выбрали не случайно?

– Эм…

– Не ломайтесь, говорите как есть. Вы же пытаетесь меня заинтриговать, противопоставляя остальным.

– Верно. – Незнакомец улыбнулся. – Мы вас выбрали не случайно. Вы нам подходите по характеру и знаниям.

– А если я откажусь?

– Вы просто забудете наш разговор, немного продремлете на этой лавочке, размышляя о бренности бытия, после чего проснетесь и пойдете домой. А мы выберем другого участника.

– Какими будут правила игры?

– Никакими. Вы просто продолжите жить в новом мире и в новом теле с выбранного вами временного отрезка. Как умрете, так игра и закончится.

– Я смогу взять с собой что-нибудь из этого мира и времени?

– Только свое сознание и свою память. Все, что вы знаете и помните на данный момент, останется с вами.

– Вы садист.

– В самом деле?

– Вы ведь понимаете, что неподготовленный человек, попадая в иной пространственно-временной континуум, погибает с вероятностью 99 %. Причем одна из самых важных причин этой неприятности – отсутствие социальной и культурной интегрированности в общество. То есть человек вдруг становится чужим. Это нечестный эксперимент, я тупо сдохну, причем быстро. А при самом лучшем раскладе буду изолирован в какой-нибудь психбольнице.

– А что вы хотите? – незнакомец лукаво улыбался. – Почувствовать себя земным воплощением бога?

– Было бы неплохо. – Александр улыбнулся. – Но, как я понимаю, вы мне предлагаете не это.

– Совершенно верно.

– Но вы, как разумный че… эм… просто разумный, а потому понимаете, что в варианте «как есть» мне это не интересно. Меня, конечно, тут ничего не держит, кроме горестных воспоминаний, но я же не сумасшедший и голову в петлю совать не намерен.

– Хорошо. Ваше замечание резонно. Давайте поторгуемся. Что бы вы хотели получить?

– Мое желание зависит от ваших возможностей.

– О! У вас отменный аппетит.

– Я могу подумать и все взвесить?

– Конечно. Взвешивайте. Вам хватит пяти минут?

– Вы серьезно?

– Абсолютно. – Незнакомец посмотрел прямо в глаза Александру, и у того по телу пошла волна легких покалываний. – Или вы сомневаетесь?

– Хорошо. – Александр выдержал паузу. Потянул немного подбородок вперед, как штабс-капитан Овечкин из кинофильма «Корона Российской империи». – Мне нужны две вещи. Первое – память реципиента. Причем так, будто это мой личный опыт, но без замещения того, что есть на данный момент. Это возможно?

– Вполне.

– Второе. Не знаю, по каким критериям вы меня выбирали, но, делая вывод из своих прошедших авантюр, я считаю, что мне остро не хватало интуиции и харизмы.

– Харизмы? Интуиции? – незнакомец улыбнулся.

– Да. Но, как и в первом случае, она не должна повредить моему образу, характеру, мыслям и памяти.

– Это все?

– Да.

– Ну что же. Память реципиента я вам сохраню в полном объеме, ваше замечание полностью резонно. Она станет будто бы продолжением вашей. Причем всю, то есть и факты, и эмоции, и движения, и привычки. А вот со второй просьбой, не обессудьте, ничего не выйдет. Это нарушение условий эксперимента, так как вы были выбраны не из-за того, что обладаете или будете обладать божественной интуицией и харизмой. С тем же успехом мы смогли бы провести эксперимент на каком-нибудь герое в духе древнегреческой традиции. Вы же должны остаться человеком. Пусть уникальным, но человеком. Так что по второй просьбе ответ – нет. Вы, как я понимаю, согласны. Хотите еще что-нибудь попросить?

Александр задумался, но спустя минуту повернулся к незнакомцу, встретился взглядом с его жутковатыми глазами и твердо ответил:

– Нет. Меня устраивают условия.

– Хорошо. Назовите человека и время.

– Александр Александрович Романов, второй сын императора Александра Николаевича, 2 марта 1855 года.

– Отлично. Прощайте. – С этими словами незнакомец встал и не спеша пошел в сторону машины. С каждым его шагом Александра смаривало все сильнее, а картинка становилась все более размытой, пока он, спустя всего несколько секунд потеряв из вида собеседника, не провалился в теплую и уютную теплоту забытья.

Загрузка...