Станислав Минин Камень. Книга Девятая

Глава 1

— Ренье, — успокаивал хмурого наследника Альбер, — никуда от нас русские не денутся, можешь не переживать.

— А почему тогда Николай тебе только один раз позвонил? — буркнул Ренье. — Еву-то с Кристиной тоже хорошенько приложило!

— Некогда Николаю, они там всеми старшими Романовыми совещаются и пытаются выработать самую выгодную с их точки зрения стратегию поведения. Зато Николай находится в постоянном контакте с Людовиком, и, если честно, сын, я очень рад, что нападение произошло на территории Франции, а не в Монако.

— Рад? — Ренье вскочил. — Еву с Кристиной чуть из-за этого Алексея не убили, а ты просто рад?

— Сядь, — спокойно попросил сына князь, — и прекрати уже истерить, нельзя позволять эмоциям брать верх над разумом. Лучше еще раз пересмотри ту запись с видеорегистратора, которая попала в прессу, и те записи с дорожных камер, которые нам любезно предоставил Людовик.

— И что нового я там увижу?

— А то, что род Гримальди после достигнутых договоренностей теперь находится практически в полной зависимости от рода Романовых, и даже род Бурбон нас защитить не способен — французы просто побоятся связываться с русскими.

— Ты имеешь в виду… этого монстра?

— Пять колдунов, Ренье! — воскликнул князь. — Пять! И он не стал их убивать на расстоянии, а решил физически уничтожить… Там вся квартира в кровище… Одному — предположительно, старшему группы — Алексей так и вообще голову разворотил напополам голыми руками, вырвав челюсть и выдавив глаза. А когда этот подрастающий монстр немного отдохнул от учиненных зверств, он в ультимативной форме потребовал от Дюбуа черепа всех пятерых колдунов. Людовик и его ближайшее окружение в шоке! Как и все причастные к расследованию инцидента.

— И что с черепами, отдали? — осторожно поинтересовался Ренье.

— Тебя сейчас только это волнует? — рявкнул князь. — Нам надо сделать так, чтобы Романовы как можно скорее объявили о помолвке великого принца с Евой — будет хоть какая-то гарантия того, что родство остановит Алексея от обращения с родственными Гримальди, как с этими пятерыми.

Альбер налил себе из графина в стакан воды, отпил и выдохнул:

— Ладно, хватит о плохом, есть и положительные моменты. Ты с докладами наших отельеров ознакомился?

— Когда бы я успел? На телефоне с супругой сидели, дочерей успокаивали… А потом пришлось и супругу… отпаивать…

— Так вот, Ренье, вся эта ситуация с переносом бизнеса Романовых в княжество, фотографии молодежи на фоне казино, инцидент на Ибице и дуэль с Филиппом сделали нам такую бешеную рекламу, что отели забронированы под завязку даже с учетом повышенных цен! Это же касается Ниццы, Канн и Сен-Тропе. Что самое характерное, к нам ломятся даже немцы с англичанами! — Альбер хмыкнул. — А слухи, знаешь, какие ходят?

— Ну, мне докладывали, мол, великий принц Алексей женится то ли на Стефании, то ли на Еве…

— Из самого свежего, сын, что дуэль Алексея и Филиппа пройдет именно в Монако, — князь довольно улыбался.

Ренье же недоверчиво протянул:

— Что за глупости? У нас площади всего княжества и на треть полигона нужного размера этим двоим не наберется!

— Моя идея, — ухмыльнулся старший Гримальди. — За спецслужбами Людовика было только распространение этой «глупости», учитывая полное понимание французов, что в Ниццу, Канны и Сен-Тропе любителей хлеба и зрелищ победнее примчится еще больше.

— А мне почему ничего не сказал? — нахмурился Ренье.

— Ну, ты же у нас за дочек все переживаешь, — посерьезнел князь, — тебе креативно думать некогда.

— Виноват… — опустил глаза тот. — Исправлюсь…

***

— Уверен, все думают, что это мы организовали нападение… — Король Испании Филипп оглядел ближайших родичей. — И Романовы в этом списке первые. Пока Николай мне не звонил, и это меня беспокоит… А вот Вилли с Георгом пытались аккуратно выяснить, имеют ли Савойские к произошедшему хоть какое-то отношение…

— И что ты им ответил? — принц Филипп, старший сын короля и наследник, нервно сжимал и разжимал кулаки.

— Заверил, что мы здесь абсолютно ни при чем, — поморщился глава рода. — Что я мог еще сказать в этой ситуации?

— Может, первым Николаю позвонить, отец? — не очень уверенно спросил наследник.

— И как ты это себе представляешь? — Филипп вперил в сына немигающий взгляд. — Оправдывается виновный! А мы действительно не имеем к произошедшему никакого отношения! Или имеем?.. — И глава рода Савойских тем же тяжелым взглядом обвел присутствующих.

Родичи короля опустили глаза, а за всех ответил наследник:

— Отец, мы бы не посмели… Но лучше бы этот Романов сдох… Ты запись видел? Мне специалисты сказали, что монтаж исключен, а Алексей действительно двигался на таких запредельных скоростях, двоился и троился, что…

Король, усмехнувшись, прервал сына:

— Очень хочется верить в то, что Романовы сами все подстроили, решив продемонстрировать перед всем миром возможности своего будущего главы рода.

— Будущего наследника и императора Российской империи, — кивнул тот. — Отец, неужели ты вот так спокойно хочешь пойти на смерть на этой проклятой дуэли, которой нам теперь точно не избежать?

— А у нас есть другие варианты? — Филипп грустно улыбался. — Готовься принимать род и королевство. Об одном только прошу тебя перед родичами, сын: используй уже полученные и только обещанные от британцев и немцев бонусы за провокацию на Ибице во благо страны и рода.

Филипп-младший вскочил и поклонился…

***

— Георг, моя разведка разводит руками и даже тридцатипроцентную вероятность каждой из озвученных версий не подтверждает.

Вильгельм, император Германской империи, нервно сжимал трубку телефона, одновременно перебирая листки многостраничного доклада, который ему оперативно подготовили сотрудники Императорской Разведывательной службы.

— Кроме того, — продолжил он, — аналитики указывают, что у Филиппа при всем желании не было времени подготовить подобную акцию на территории Франции даже своими силами, а уж если обращаться к наемникам… И этот факт практически полностью исключает Савойского из списка подозреваемых. Остается неизвестная сила, желающая физического устранения великого принца…

— Мои аналитики из Ми-5 и Ми-6 пришли к аналогичным выводам, Вилли, — голос короля Англии был ровным. — И указали на то, что мы имеем дело с третьей стороной, преследующей цель физически устранить именно Алексея.

— Георг, а если Николай не станет разбираться и посчитает, что это мы решили свести с ним счеты, оперативно подготовили группу колдунов и отправили ее для устранения его единственного наследного внука? И можешь себя не успокаивать тем, что вы на острове сидите, русские до вас и там доберутся! А мы тут рядом, один двух-трехдневный марш-бросок — и все…

— Вилли, прекращай истерику, — король Англии хмыкнул. — Нам с тобой еще последствия эмоциональных решений на Ибице разгребать. Тебе Николай с Людовиком, Альбером и Умберто какую сумму предъявили?

— Три ярда марок.

— И мне три ярда фунтов-стерлингов. Согласись, неплохая цена для того, чтобы наши с тобой подданные несколько дней в правильном русле повозмущались? — король Англии ухмыльнулся.

— Терпимо, бюджет стерпит.

— Вот и здесь аналогичная ситуация: случайная запись с видеорегистратора одного из репортеров с передвигающимся на запредельной скорости двоящимся и троящимся принцем Алексеем, намекающая на что-то непонятное и чудесное, которая свободно ходит по паутине. Конкретики никакой, одни прозрачные намеки Людовика, что произошло нападение колдунов… — король Англии вздохнул. — И живой и невредимый принц Алексей… В постановочный информационный вброс со стороны Романовых перед дуэлью Алексея с Филиппом я не верю, уж слишком натурально все выглядело и действительно очень походило на атаку колдунов, вероятность и силу которой мои аналитики оценивают на очень высоком уровне… Короче, Вилли, ждем подробностей, и уже на их основании делаем дальнейшие выводы.

— Договорились…

***

— Вы понимаете, в какое положение меня поставили? — орал в своем кабинете король Франции на руководителей своих спецслужб. — Мало того что на нашей территории напали на Романова, так еще и под угрозой оказалась жизнь моей внучки Стефании! Медичи с Гримальди пострадали тоже! Вы войны хотите с Италией и Россией? Так я вас на передовую пошлю! Рядовыми! Несмотря на былые заслуги!

— Отец, нам предстоит еще разобраться в сложившейся ситуации, — «попытался» успокоить главу рода Людовик-младший по заранее обговоренному сценарию. — Связи этого Западловского, опознанного Алексеем, мы пробиваем, остальных колдунов устанавливаем. Может, не стоит пока так горячиться?

— Да я еще и не начинал горячиться! — продолжил орать король, что тоже входило в сценарий встречи. — Если бы я начал горячиться, все присутствующие уже находились бы в подвалах Бастилии!

Службисты спали с лица и начали с надеждой коситься на наследника престола.

— Отец, — вздохнул тот, — мы тебя понимаем, но…

— Молчать! — вокруг монарха заплясали воздушные и огненные смерчи, что являлось признаком крайне дурного настроения. — Как эти колдуны оказались на территории Франции без особого присмотра? Как оказалось, что оперативное управление ими осуществлял офицер польской разведки? Почему я должен ежегодно выделять огромные суммы на нашу разведку и контрразведку, а отдачи не вижу?

Воздушные смерчи уплотнились и загудели, спецслужбисты же с надеждой продолжали коситься на спокойного с виду наследника.

— Выясним, отец, — кивнул тот. — Обязательно выясним и доложим.

— Пошли вон! — заорал король. — И без внятного результата, который я смогу предъявить Романовым, Медичи и Гримальди, можете не возвращаться!..

***

— Как клятый Западловский умудрился ввязаться в эту авантюру? — орал король Польши Сигизмунд на своих министров иностранных дел и государственной безопасности. — Вы что, хотите, чтобы русские послезавтра в Варшаве были? Они вам это обеспечат! А этот бешеный Алексей еще и с западных наших границ, раз уж он там находится, со своими двумя братьями такой прорыв устроит, мало не покажется! И крови эти молодые Романовы совсем не боятся, господа, если судить по недавним событиям в Испании и в Афганистане!

— Государь, — полуназидательным тоном начал дипломат, — мировой общественностью это будет расценено как грубое попрание норм международного права…

— Романовы вертели твое международное право на причинном месте! — рявкнул Сигизмунд. — Международное право писалось для защиты прав терпил, а русские, к сожалению, к терпилам не относятся. — Король ухмыльнулся: — Если что, я тебя в первых рядах на переговоры с Алексеем отправлю. Он, если верить прессе, тоже юрист. Вот и пояснишь ему за право!

— Злой вы, государь! — обозначил улыбку дипломат и поклонился. — Но я тем не менее готов выполнить любой ваш приказ!

— Кто бы сомневался… — буркнул тот. — А ты чего там жмешься, родной? — Сигизмунд смотрел на «скромничающего» за коллегой министра государственной безопасности. — Тебя я против русских прямо на границе выставлю наподобие огородного пугала! Вдруг испугаются? — и вздохнул. — Хотя какое из тебя пугало? Если тебя даже собственные подчиненные не боятся и в самоволку уходят, то русские точно не испугаются… Родичей этого Западловского взяли?

— Всех до единого, государь! — вскочил «безопасник». — Они точно ничего не знают о похождениях Яна, мы проверили, но мы готовы их хоть сейчас…

— Не надо их «прямо сейчас», оставим до запроса со стороны Романовых — деваться нам все равно некуда. И проверь на причастность всех коллег Западловского, вдруг они нам еще сюрпризы выдадут. И всех остальных тоже проверь, лишним не будет.

— Сделаю, государь…

***

— И как мы должны к этому относиться? — орал император Николай. — Средь бела дня нападают на Романовых на территории Франции, король которой, по идее, должен с наших родичей пылинки сдувать! И испанскому Филиппу ничего толком не предъявишь! Не было у него возможности в столь короткие сроки организовать подобную отлично подготовленную акцию! И Вилли с Георгом предъявить тоже нечего по тем же самым основаниям! Сука! Как оказалось, формула римлян «ищи, кому выгодно» в этом случае не работает!

Великий князь Александр Александрович равнодушным тоном заметил:

— А Сигизмунд, подданного которого, Западловского этого, опознал Алексей?

— У поляков кишка тонка! — продолжал все сильнее заводиться император.

— Согласен. Тогда кто? — нахмурился Сан Саныч. — Если учитывать, что единственной целью диверсионной группы был именно Алексей, а остальных пригасили так, лишь бы они под ногами не путались?

Цесаревич шумно выдохнул, глянул на кивнувшего отца и заявил:

— Имеет место быть логическое продолжение атак на Алексея со стороны Тагильцева и Бирюкова, — он оглядел присутствующих. — Звенья одной цепочки с нарастающим уровнем давления на объект. Это я вам цитирую выводы Канцелярии, с которыми полностью согласен. И еще я согласен с предположением аналитиков, что Бирюков, когда его Алексей совсем прижал, перед самой своей смертью мог оплатить услуги наемников, которые и напали на моего сына. Перестраховался, если можно так выразиться.

— У наемников честь не в почете, — возразил Петр Александрович, — они бы вряд ли стали выполнять договор, если заказчик умер.

— А откуда они знали, что Бирюков погиб? — изогнул бровь цесаревич. — Мы об этом не кричали на всех углах, да и времени с момента смерти батюшки прошло мало. Кроме того, аналитики практически уверены — то покушение на Алексея в Афганистане группой во главе с колдуном организовал именно Бирюков. Возможности и соответствующие связи, если судить по косвенным данным, у него были.

— Но Бирюков никак не мог предположить, что наша молодежь поедет в Монако!

— Старший группы — польский офицер разведки, не думаю, что у них бы возникли проблемы с проникновением на территорию России, а тут Алексей сам к ним в руки явился.

— Красивая версия, Саша, — поморщился Петр Александрович, — но она мне не нравится. — Присутствующие согласно закивали. — Такое ощущение, что факты подогнаны под результат. Еще варианты будут?

— Римская католическая церковь, — с каменным лицом выдал цесаревич.

В кабинете на несколько секунд повисла гробовая тишина, которую нарушил скрип кожи в зоне отдыха — это князь Пожарский поднялся с дивана, прошел к столу и уселся на свободный стул.

— Основания? — озвучил общий вопрос Сан Саныч.

Цесаревич переглянулся с императором и ответил:

— Повторюсь: косвенные данные об обширных связях Бирюкова на Западе. Плюс размах и дерзость проведенной акции, решиться на которую может даже не каждый монарх. А вот католическим орденам, и так доставляющим нам огромное количество проблем на западных границах, на подобное вполне хватит и ресурсов, и наглости.

— Вот в эту версию я готов поверить, — кивнул Петр Александрович. — Мне с подлянками папистов постоянно приходится сталкиваться, особенно со стороны Польши и Румынии. Неужели они и прошлые покушения на Алексея организовали?

— Вполне вероятно, — протянул цесаревич. — Аналитики даже не исключают, что и Гагарины могли быть слепым орудием в руках Тагильцева.

— Вот даже как?.. — среди присутствующих пронесся ропот.

— Цель понятна, — продолжил Александр, — дестабилизация ситуации в роду Романовых и, как следствие, дестабилизация ситуации в империи в целом.

Ропот продолжался еще несколько минут, а император с наследником терпеливо ждали. Наконец решился высказаться Сан Саныч:

— Алексея эвакуировать на родину мы сейчас не можем, иначе потеряем лицо, да еще и дуэль эта проклятая… А когда он вернется, надо перестраховаться и в срочном порядке Алексея оженить, чтоб он нам наследника родил. Коля, прошу поставить это предложение на голосование.

Император кивнул и первый поднял руку.

— Единогласно, — удовлетворенно протянул Сан Саныч. — Выбор у нас среди достойных невест небольшой, как я понял? Шереметьева или Демидова? — И опять кивок императора. — Пусть выбирает, но род будет рекомендовать Алексею княжну Евгению Демидову, если я опять не ошибаюсь?

— Опять не ошибаешься, — Николай обозначил улыбку. — Этот союз был бы идеальным во многих отношениях. Очень надеюсь, что Алексей все-таки прислушается к мнению рода…

— Если Алексей вообще о свадьбе говорить захочет, — фыркнул Владимир, как и многие за столом, — а не пошлет нас далеко и надолго.

— Существенный довод, — хмыкнул Сан Саныч. — Коля, а внук вообще в адеквате после этих событий? — И тут же, заметив нахмуренный взгляд государя, пояснил: — Рапорт Кузьмина мы все внимательно прочитали, как и рапорты Белобородова с Михеевым, но вот фотографии, где Алексей полностью седой… внушают некоторые опасения…

— А очередное требование черепов вас уже не пугает? — оскалился тот. — Только седина?

— Больше напрягает требование Алексея в срочном порядке направить к нему батюшек Владимира и Василия.

— И этому требованию в рапорте Кузьмина есть обоснование, которое нам в личной беседе подтвердил и Влад Лебедев. А так… — Николай повернулся к супруге. — Дорогая, будь добра, озвучь мнение внучек о состоянии брата.

— Больше всего Алексей стесняется того, что после запредельных нагрузок не может пока передвигаться самостоятельно, а так… — императрица неопределенно помахала рукой. — Шутит по поводу своего беспомощного состояния и гонит от себя многочисленных «сиделок». Кстати, внук и с сестрами поделился тем, что его фактически спас Кузьмин, и Маша с Варей буквально требуют для Ивана Олеговича достойной награды. Дорогой?

— Родичи? Какие будут предложения? Уверен, очередного «Георгия» для Кузьмина будет маловато, требуется подарить что-то более существенное.

— Разберемся, — выразил общее положительное мнение Сан Саныч. — Как и продолжим отслеживать на постоянной основе психоэмоциональное состояние Алексея после всех этих запредельных нагрузок. Коля, и давай уже подводить промежуточные итоги — у нас счет под пристальным взглядом мировой общественности идет даже не на часы, а на минуты.

— Хорошо, — кивнул император. — За основные версии нападения принимаем заказ со стороны покойного Бирюкова и происки Римской католической церкви — именно на эти версии ориентируем внешнюю разведку и дипломатические представительства. Все согласны? Принимается. Что касается нашей официальной реакции на произошедшее, то она сведется лишь к тому, что наши послы в Испании, Германии и Англии аккуратно намекнут заинтересованным лицам на наши подозрения и станут отслеживать реакцию, особенно в свете затянувшихся переговоров по условиям дуэли. Согласны? Идем дальше. Предлагаю вывести весь малый свет на родину в кратчайшие сроки, а во Франции, а потом и Монако оставить только Алексея, Колю и Сашу. Принимается. И последнее. Сегодня же отправить к внукам цесаревича, Владимира Николаевича и Михаила Николаевича, и поручить именно уважаемому князю Пожарскому контроль за психоэмоциональным состоянием внука. Принимается.

Пожарский поднялся и поклонился:

— Спасибо за доверие, родственники!

Император кивнул и продолжил:

— А сейчас обсудим отдельные поручения, которые предстоит выполнить нашим посланникам…

Загрузка...