Глава 22


В квартире было тихо и как-то постпразднично, хотя там он ничего не отмечал. Ни тебе конфетти на полу, не «дождика» на люстре, даже елка не стоит, а все равно ощущение тихого посленовогоднего дня окутало его, как старый плед. На улице тоже стояла тишина, лишь редко-редко скрипел снег под ногами прохожих. Солнце пряталось в глубине тусклого неба, приглушенно освещая город. Едва слышно работал телевизор у соседей.

Егор поставил чайник, включил плойку с телевизором, а потом отжался. Целых три подхода сделал, невзирая на похмельный синдром. Сердце заколотилось чуток сильнее, чем надо бы, поэтому он сходил в душ и минут десять простоял под умеренно теплой водой. Потом заварил крепкий чай с лимоном и для порядка еще отжался. Прямо возгордился собой после этого, хотя и чертыхнулся — вроде нет большой пользы в похмельных нагрузках, сердце тому радо не будет.

А затем отправился в ставшее привычным за последние дни путешествие, сменив знакомые выцветшие обои, гудящий холодильник, продавленный линолеум и скрипучий диван на яркие просторы фэнтези-вселенной…

Скоро он уже находился за столиком трактира «Золотой карась», хоть и видел его только на экране телевизора. Собеседников окружал «Полог тишины», предоставляемый как отдельная услуга. Недешево, зато никто не мешал и подслушать их не мог.

— Повтори еще раз, дарагой! — попросил Хас. — Что там тэбя за мысл посэтила?

Его чар, смуглый низкорослый стрелок в дешевом кожаном шмоте, развалился на лавке напротив Гора. Рядом пристроилась Мико.

— Так вот, — сказал Егор, собираясь с мыслями. — По-моему, с этим Торфу сценаристы всех перехитрили. Ну, как бы объяснить…

— Объясни как есть, — хмыкнула чернокнижница.

— Вот я и пытаюсь, ты не перебивай. Они прикинули, что каждый игрок, проходящий этот квест, в конце подумает: «Если я убью Торфу, то сделаю так, как поступают и все остальные… Значит, это банальная концовка. Поэтому давай-ка я его оставлю в живых — так никто другой не сделает, поэтому Торфу в благодарность даст мне что-то ценное, чего остальные игроки в этом квесте еще не получали». Понимаете?

— Пока нэт, дарагой! — качнул черными дредами Хас.

В игре старый школьный товарищ назвался так же, как в жизни, и это оказалось очень удобно. Акцент как-то на удивление подходил его чару, этакому коротышке-мулату, как будто помеси латиноамериканца и гнома. Егор подумал, что Хас с этим своим карикатурным исполнением акцента просто копирует Фрунзика Мкртчана из «Мимино», время от времени переходя на интонации товарища Саахова из «Кавказской пленницы». Прям перебор, но Хас, похоже, реально кайфовал от этой фишки.

— В результате никто из игроков Торфу не убивал, считая, что все остальные завершат квест убийством, а вон я, мол, буду таким оригиналом. И поэтому никто ничего неожиданного наоборот не получал, ведь выживание Торфу было как раз банальной развязкой. Так получалось, потому что сценаристы правильно просчитали нашу психологию: все игроки думают шаблонно и будут считать, что нестандартным завершением цепочки будет оставить его живым…

— А на самом деле это стандартно, — кивнула Мико. — Но цепочка ведь уникальная? Разве это не значит, что мы первые, кто ее проходит?

— Может, первые, а может, не первые… — задумался Егор. — Вдруг кто-то брал ее и не смог закончить? Не знаю. Или все как раз и запарывали концовку, не убив Торфу? Ладно, это уже неважно.

— Все равно, мне как культурологу это очень интересно! — воскликнула чернокнижница. — Хотя тут не столько культурология, сколько массовая психология…

— Ты, дэвушк, странны вэщ гаварыш, — перебил Хас. — Культуролог-мультуролог, что за ызвращэне?

Тут он точно перегнул со своим колоритом, и Мико поморщилась:

— Ладно, достал уже, подвязывай.

— Что тэбэ достать, дарагая, можэт арбуз спэлый с рынка?

— Ну хватит, Хас, — теперь уже и Егор покачал головой. — Давай нормально.

Смуглый коротышка ухмыльнулся, покатывая между ладоней толстый ствол «вечного» гномского ружья с неиссякаемыми патронами, стоящего у его коленей прикладом в пол.

— Ладно, в общем-то понятно, — заговорил он без всякого акцента. — Ты того призрака все-таки завалил, и поэтому его душа вселилась в твое оружие. Тут еще, кстати, вопрос, когда эту квестовую цепочку в игру ввели — далеко не факт, что на самом старте, может, наоборот, недавно. А еще вполне возможно, что и кирку твою разрабы вбросили в игру неподалеку именно для такого случая. Может, это какой-то… эксперимент.

— Насчет последнего сомневаюсь, — возразил Егор и обратился к Мико: — Ну что, как Новый год встретила? В игре, вижу, народу немного — все отсыпаются или уже снова гуляют.

— Нормально, хотя скучновато. Японцы такие… вроде безумные, но и церемонные очень. Традиции у них слишком большую роль играют. А ты как? Удалась ваша вечеринка?

— Ага, удалась! — хохотнул Хас. — Особенно у Гора!

— А он был один или с девушкой?

Егор замялся. Такой прямой вопрос Мико его несколько удивил, и он ответил, сымитировав акцент Хаса:

— Адын, савсэм адын!

— Точно говорит! — важно закивал бывший одноклассник, переводя взгляд с варвара на чернокнижницу. Как будто что-то сообразив про них, он заговорил про другое: — Ты покажи кирку свою, любопытно ведь.

Егор нехотя извлек из инвентаря кайло, покрутил в руках и воткнул в стол. Убрать с него руку варвар не мог — для этого предмет надо было выкинуть, прожав соответствующие кнопки, чего он делать, естественно, не собирался. Так и остался сидеть, сжимая рукоять вонзенной в столешницу кирки, в то время как Мико с Хасом знай себе потягивали пиво из больших кружек. Все-таки преимущества капсулы или даже VR-шлема с сенсорными перчатками налицо… вернее, в желудке. Егор-то пить ничего не мог даже на уровне имитации, Гор лишь бестолково подносил руку с емкостью ко рту и убирал обратно.

— Слушайте, а вкус вы ощущаете? — спросил он.

— Я нет, — сказал Хас. — Я ж в шлеме и…

Тут кирка сипло хихикнула, и Хас запнулся, ошарашенно на нее уставившись. А она сварливым скрипучим голосом заговорила:

— Не ощущает он! Язык у него, губы, глотка луженая — он не ощущает! А у меня ничего нет, но я ощущаю, во имя всех кикимор южной топи! На стол этот чего только не проливали: и пиво, и вино, и настойки, — и мясо на него роняли, и перцем обсыпали. А ну вытащи меня из стола, ловкач, не то я за себя не ручаюсь!

Егору показалось, что геймпад чуть дрогнул в руке, и он поспешно вырвал кайло из столешницы. Смуглый стрелок и золотоволосая чернокнижница сидели, разинув рты в полном обалдении, а кирка, вернее, засевшая в ней душа древнего болотного божка Торфу, а если быть еще точнее, какая-то вредная нейросеть, нахватавшаяся всякого от общения с игроками, продолжала болтать:

— Вот рты раззявили, как рыбы. Ты, смуглый, чего глаза таращишь? На колени становись и поклоны мне бей! Бог я!

— Да ыды ты! — наконец пришел в себя Хас, от удивления снова сбиваясь на свой акцент. — Сам сэбэ поклоны бей!

— О, чую речь потомственной профессуры! — обрадовался Торфу из недр кирки. — Давно с гор спустился? Отару успел в стойло загнать, академик?

Егор был абсолютно уверен, что в реале Хас покраснел бы как свекла и уже лез бы бить Торфу по божественной морде. Стрелок вскочил, схватившись ружье, и пришлось побыстрее отправлять кирку в инвентарь.

— Спокойно, спокойно! — Егор поднял руки. — Я понимаю, на свежего человека он производит неизгладимое впечатление.

Хас тяжело дышал, словно бык, перед тем как броситься на тореадора, разве что копытом пол не рыл, и тут Мико очень вовремя сказала:

— Это трикстер, такой типаж. Не иди у него на поводу, этим ты показываешь, что он сильнее.

Смуглый стрелок стукнул кулаком по столу, но потом вдруг ухмыльнулся и плюхнулся обратно на лавку.

— А ты права, малявка.

— Я тебе не малявка.

— Ладно, и че такое этот трикстер?

— Архетип такой. Ну, в мифах, фольклоре, а теперь и в играх, поскольку сценаристы тоже изучают классические типажи героев.

— Приколист, то бишь?

— Шутник, обманщик. Умный, но часто без чувства ответственности. Я только удивлена, что ИИ игры так искусно отыгрывает роль… Хотя… тем веселее, правда? В общем, относиться к нему надо соответственно. Итак, мальчики…

Мико встала, упершись ладонями в стол.

— Короче говоря, вашу тему про добычу руды я поняла. Про кирку эту тоже. Принимаю предложение по совместному бизнесу в игре. Кроме нас участвует еще человек в реале, и моя доля десять процентов, правильно?

— Ага, — кивнул Хас.

Егор предложил бы Мико больше, но доли они распределили еще вчера вечером, на этом настоял Сашка. Он пояснил: вы можете быть крепкими друзьями, а потом, когда дело доходит до дележа профита, начинаются взаимные недовольства и свары. Поэтому о распределении долей нужно четко договориться, что называется, на берегу. Чем прозрачней все будет оговорено — тем лучше для всех. А Мико, какой бы классной, со слов Егора, ни была, — все-таки просто случайно подвернувшаяся в нужный момент малознакомая девушка-игрок. Вместо нее для группы по добычи руды можно оперативно найти другого, более высокоуровневого и полезного человека, в конце концов, у Сашки достаточно много знакомых играет в Раку.

— Будем приступать, да? — продолжала Мико. — Но напоминаю, прежде нам надо закрыть наш квест с алхимиком. Прямо сейчас.

Егор с Хасом тоже встали, и последний сказал:

— Ну лады, стало быть, договорились. За квестом я с вами не пойду, все-таки это целиком ваша цепочка. Сейчас выхожу из игры, смогу вернуться через три часа. Годится?

Все согласились, и они распрощались.

Когда танцующий Гор с Мико приблизились к дому алхимика, уже вечерело.

— Гляди, — она указала на дальний конец улицы. — Что-то стражи много. Сюда идут вроде…

— Ивент какой-то, может, — пожал плечами Егор, пытаясь открыть дверь.

Впервые та оказалась заперта, пришлось воспользоваться молоточком и постучать, наведя на него перекрестье. Створка приоткрылась, и алхимик с озабоченным видом выглянул наружу.

— Мы добыли оставшиеся части доспеха Веспы! — торжественно объявил Егор.

— Заходите быстрее, варвар и чернокнижница. — Мортан осмотрел улицу за их спинами и впустил гостей внутрь, сразу же прикрыв дверь, причем еще и запер ее на несколько замков. Потом он прошептал заклинание и пояснил: — Защитные чары. Следуйте за мной, искатели приключений.

— А что случилось? — спросил Мико с любопытством, когда хозяин дома стал подниматься на второй этаж. — Почему ты заперся?

Алхимик на середине лестницы остановился, повернулся к ним и с важной миной ответил:

— Доспехи Веспы — великая ценность. Много найдется охотников заполучить их.

Он снова пошел вверх, и Егор, двинувшись следом, добавил:

— Но разве их существование не тайна? Я думал, никто не знает, что они у нас.

На это Мортан ничего не ответил. В лаборатории-оранжерее он остановился возле стола, на котором стояли всякие алхимические причиндалы, и провозгласил:

— А теперь желаю узреть добычу вашу!

Егор тапнул в инвентаре на «Непробиваемый нагрудник», «Смертоносный меч», а потом и на «Дивный шлем», и варвар с алхимиком разыграли знакомую сценку передачи предметов.

Получена награда: +500 очков опыта.

Уровень: 12. Очки опыта: 1394/3000.

Ожидайте окончания изысканий алхимика Мортана, который раскроет сущность древних доспехов.

Мортан разложил их на столе и приступил к каким-то своим алхимическим действам. При этом он шевелил бровями, покачивался, даже бормотал что-то вполголоса — в общем, вовсю отыгрывал напряженную интеллектуальную деятельность. Мико подступила к Гору и зашептала:

— А что теперь? Что должно случиться?

— Вот и я не знаю, — тоже шепотом ответил он. — Надеюсь на какой-то большой профит, все-таки мы долго пыхтели, а…

— Они пусты! — всплеснул руками Мортан, поворачиваясь к ним. — Варвар! Чернокнижница! Сии доспехи пусты, как брюхо обжоры поутру!

— В каком смысле «пусты»? — уточнила Мико.

Лицо алхимика посуровело, он сделал шаг навстречу и заговорил изменившимся голосом:

— Душа старого болотного мерзавца должна была скрываться в его доспехах. Но ее нет там!

— Конечно, — согласился Егор. — Мы же его убили. Ну, то есть он был в виде призрака в финальной… то есть в последнем нашем опасном испытании. Призрак Торфу, сжимая сей чудесный меч, напал на нас и оказал немалое сопротивление, прежде чем мы смогли его одолеть.

— Что я слышу?! — громовым голосом вскричал алхимик. — Обманщик с болот смог собрать свою душу воедино, однако не сумел воплотить ее в новом материальном теле? Но божественная сущность Торфу неубиенна! Где она сейчас?

— Да вот, — Егор достал кирку и продемонстрировал Мортану.

Кайло в его руках вдруг начало светиться болотно-зеленым, а потом одновременно с алхимиком произнесло:

— Торфу?

— Веспа?

— Ты совсем сбрендил, ловкач! — завопила кирка скрипучим голосом и слегка задергалась в его руке, что передалось через вибрацию геймпада. — Ты куда меня притащил?! Это ж она! Забери меня отсюда быстрее и сам ноги уноси!

— Что происходит? — ошарашенно осведомилась Мико,

— Отдай мне его! Отдай! — хрипнул алхимик.

Он вдруг начал преображаться. Голос его стал другим — выше, визгливее, будто ножовкой водили по ушам, а сквозь черты лица проступили темные разводы. Глаза потускнели, одежда начала менять цвет. Он выставил перед собой руки, похожие на сухие коряги с растопыренными пальцами-сучьями.

— Ай! — завопила Мико, отскакивая и одновременно кастуя заклинание.

Чернокнижница Мико использовала заклинание «Ледяная тень»!

Мико нанесла Мортану 250 единиц урона тайной магией.

Мортан, очки жизни: 9750/10000.

«Ого, многовато у него жизни для непися из песочницы!» — успел подумать Егор, прежде чем получил удар в лицо какой-то странной клубящейся субстанцией.

Мортан из гильдии алхимиков использовал заклинание «Ядовитая слизь»!

Мортан из гильдии алхимиков нанес вам 1500 единиц урона запретной магией!

Гор, очки жизни: 8328/9828.

— Бей ее мной! — завопил Торфу. — Мной бей! И ходу! Она нас всех сожрет к бесам болотным!

Изменившийся хозяин дома, которого система по-прежнему описывала как Мортана из гильдии алхимиков, вытянув тощие серые руки, шагал навстречу: Мико лихорадочно кастовала заклятья, Егор пятился, занеся кирку. Алхимик при ходьбе как-то странно похрустывал и пощелкивал, будто старый, повидавший жизнь Буратино. Одежда его прилипла к телу, словно стала частью плоти (что в случае рисованных 3D-персонажей вообще-то так и было). Он выпустил из рук еще один клубок «Ядовитой слизи», снеся варвару вторые полторы тыщи хэпэ, а Егор в ответ ударил кайлом и выбил из алхимика оставшиеся девять тысяч девятьсот пятьдесят единиц жизни.

Хотя игра выкинула сообщение про смерть хозяина дома, тот не упал — вместо этого отскочил на пару шагов и присел на корточки, накрыв голову руками.

— Рано радуешься! — прокричал Торфу, и только сейчас Егор заметил, что в такт каждому слову кирка слабо мигает зеленым. — Добивай!

Он шагнул вперед, но не успел: Мортан снова стал меняться, раздаваясь вширь, из одежды проклюнулись серые утолщения, какие-то морщинистые наросты и бугры. Мико тихо взвизгнула, а Егору захотелось перекреститься, когда, свалив на бок длинный стол и опрокинув стул, посреди лаборатории распрямилась высокая фигура, состоящая из сплетения ветвей и сучьев.

На выступе в верхней части проглядывало уродливое лицо древней старухи, вбок торчали шевелящиеся коряги-руки. Покачиваясь на кривых корнях, это страхолюдище шагнуло к ним и прохрипело:

— Отдайте мне Торфу, смертные!

Веспа, древнее божество болот 35-го уровня

Локальный босс

С перепугу Егор врубил «Зубодробительную ярость берсерка» и прямо залюбовался тем, как на экране сам собой начал двигаться его подопечный. В этот раз система выкинула неплохое начало комбо: связку «Смертоносной подсечки», опрокинувшей Веспу на пол, и «Двойного удара», сбившего сто процентов дополнительного урона. Хотя закончила более банальным «Гневом варвара», впрочем, тоже сыгравшим свою роль.

Вы нанесли 15700 единиц критического физического урона Веспе!

Веспа, очки жизни: 19300/35000.

Древесная старуха, хрустя и постукивая, попыталась встать с пола. Гор, шагнув к ней, занес кирку, чтобы врубить «Удар сверху», но тут бабка без всяких затей врезала рукой-корягой сбоку, с широкого замаха, и варвара сбило с ног, отбросив назад.

Веспа нанесла вам 6104 единиц физического урона!

Вы оглушены на 15 секунд!

Гор, очки жизни: 724/9828.

«Пятнадцать секунд дебафа?! Мне конец», — подумал он.

— Я ее задержу! — выкрикнула Мико. — Но у меня маны немного!

Чернокнижница Мико использовала заклинание «Ледяная тень»!

Мико нанесла Веспе 200 единиц урона тайной магией.

Веспа, очки жизни: 19100/35000.

— Чего разлегся, лентяй?! — завозмущался Торфу из кайла. — Нашел время отдыхать!

Чернокнижница Мико использовала заклинание «Блуждающий дух II»!

Мико нанесла Веспе 100 единиц урона тайной магией.

Веспа, очки жизни: 19000/35000.

Егор, ничего не способный сделать, ждал конца дебафа, а пока поднял камеру выше и повернул, чтобы видеть происходящее. Мико успела скастовать еще два «Блуждающих духа», и потом приподнявшаяся Веспа схватила ее.

— Подъем, солдат! — неистовствовал Торфу. — Руки в ноги и вперед воевать!

Девушка завопила, сыпля ругательствами, когда лапы старой коряги приподняли ее над полом. А потом завизжала, когда в сплетении гнилых веток, составляющих лицо карги, начала раскрываться черная пасть. Все шире, шире! Голова старухи почти разделилась напополам, верхняя часть откинулась, как крышка, а потом бабка поднесла к себе извивающуюся чернокнижницу и проглотила ее.

После этого, стуча и качаясь, она медленно зашагала к варвару, у которого оставалось девять секунд оглушения. Подвижные корни были повреждены его «Смертельной подсечкой», шла она медленно и сильно кренилась на бок (анимация была просто опупительной!), но это ничего не меняло: казалось, старуха схватит варвара буквально через три-четыре секунды. Схватит и сожрет.

Егор на диване замер, как кролик перед удавом, не в силах сдвинуть с места своего чара. Веспа приближалась, и тут он краем глаза заметил свечение кирки в своей руке. Она наливалась изумрудным блеском, по рукояти пробегали волны мерцания — все ярче, ярче… Вдруг кайло вспыхнуло, залив экран светом, в котором проступила едва различимая величественная фигура высокого человека с посохом в руке.

И тогда голос, немного напоминающий знакомый скрип, периодически доносящийся из кирки, но звучащий так низко, басовито, что динамики старого телевизора задребезжали, а у Егора завибрировало в груди, произнес:

— ВСТАНЬ!

Торфу, древнее божество, использовал великое заклинание «Божественное вмешательство»!

Свет погас, а счетчик дебафа мгновенно обнулился. Повинуясь движению пальцев на геймпаде, Гор вскочил и, пытаясь увернуться от руки-коряги, в развороте ударил нависшую над ним старуху.

Вы открыли новый прием «Коварный удар кайлом»!

«Коварный удар кайлом»: ваш персонаж уходит с линии атаки противника и наносит подсекающий удар с 200 % дополнительного урона.

Вы нанесли 5000 единиц физического урона Веспе!

Веспа, очки жизни: 14000/35000.

Даже с таким бонусом большая часть урона срезалась штрафами и защитой босса. Егор засуетился… И тут Веспа загорелась. Он так и не понял: просто ли сработал десятипроцентный шанс к воспламенению, или это Торфу еще как-то ему подсобил, — но между концом кирки и телом старухи проскочил язычок пламени и на удивление быстро разросся, охватывая все тело.

Вы нанесли 100 единиц огненного урона Веспе!

Веспа, очки жизни: 13900/35000.

— Да-а-а! — взревел Торфу победно.

Сто единиц — это, конечно, немного, но проблема Веспы была в том, что такие сотни отскакивали от нее несколько раз в секунду, о чем свидетельствовали пролетающие со скоростью пулеметной очереди строчки логов внизу экрана. Торфу из кирки сипло орал: «Вот это да! Вот это я понимаю! Поддай жару, милая!» Веспа шаталась, вся в дыму и огненных всполохах, пробивающихся сквозь сплетения древесины, хрустела и стучала, слепо шаря перед собой руками. Егор откатился, вскочил, занеся кирку. Старуха, заваливаясь на бок все сильнее, на подгибающихся корнях посеменила влево, ударилась о стену, потом о шкаф, дымя и полыхая.

— Ты всегда была горячей штучкой! — издевался Торфу. — Эй, ловкач, как тебе моя бывшая? Старушка с огоньком!

Егор на всякий случай заставил варвара отбежать в угол комнаты, наблюдая за превратившейся в чадящий факел старухой.

— Пламя твоей любви ко мне догорает! — доносилось до него.

Улучив момент, он бросился на старуху сбоку и провел «Мельницу богов», что показалось ему уместным в данной ситуации.

Веспа, древнее божество болот, убита: +1000 очков опыта.

Уровень: 12. Очки опыта: 2194/3000.

Вы получили легендарный комплект экипировки «Доспехи Веспы»: «Чудесные сапоги скорохода», «Таинственные наручи убийцы», «Непробиваемый нагрудник защитника», «Смертельный меч осквернителя», «Дивный шлем мудреца».

В инвентаре громыхнули, лязгнули доспехи. Под их весом у варвара подогнулись ноги. Секундочку, что? Легендарки? Неужели Мортан обманул? Или под тем, что «доспехи пусты», он имел в виду только отсутствие в них души Торфу? Однако сразу смотреть, так ли это, Егор не стал, завороженный происходящим.

Упав на пол, старуха вспыхнула в последний раз и погасла, превратившись в неопрятную кучу спекшихся угольев. Где-то внутри медленно угас последний красный огонек, будто отблеск в зрачке закрывающегося глаза.

Голос из кирки констатировал:

— Нет, так и не сумела ты еще раз зажечь искру страсти ко мне. Прощай, женушка!

Хотя кайло после этого не шелохнулось, но Егор мог бы поклясться, что оно повернулось в руке и глянуло на него. После чего Торфу заключил:

— Ну что, ловкач, тут мы закончили. Что у нас там дальше по программе?

Ответить Егор не успел, как и подобрать лут. Со смертью алхимика с дома пали защитные чары, на лестнице застучали шаги и в комнату вломились городские стражники. Вперед выдвинулся пузатый усатый капитан, указав на Гора пальцем, он заявил:

— Варвар Гор, ты обвиняешься в сношении с проклятыми богами и в многочисленных убийствах достопочтенных горожан Лунного приюта! Взять его под стражу, парни!

— Чтобы ты не планировал, ловкач, программу придется менять, — прошептал Торфу из динамика геймпада.

Капитан тем временем изучил угольки, оставшиеся от Мортана-Веспы, и поскреб бороду. Достав амулет связи, он возбужденно заорал:

— Ю Ха, у нас труп! Возможно, убийство! — Обернувшись к стражникам, скрутившим варвара, добавил: — По коням!


Загрузка...