Новая география древности и «исход евреев» из Египта в Европу. Книга II

Немалое число греческих мифов говорит о существовании на территории Африки белой расы: атлантов и амазонок; с Ливией связаны, соответственно, и многие боги, герои, чудовища: Арес, Афина, Тритон, Геракл, Медуза Горгона и др.

Обратимся к создателям пирамид. Первым строителем пирамид был Имхотеп – великий зодчий и врачеватель, верховный жрец бога Ра времен фараона Джосера (примерно XXVII в. до н. э.). «Пришедший с миром» из некоего другого царства, он принес в Кемет мудрость, был основателем медицины, в связи с чем был впоследствии обожествлен и стал считаться сыном бога Птаха. Замечательно, но отметим, что Имхотеп был иностранцем. Но более всего вызывает вопросы внешний вид Имхотепа.

Традиционно его изображают сидящим с папирусом «юношей». Почему не взрослым мужчиной? Видимо, потому, что изображен вообще не мужчина. Судите сами: это, конечно, девушка, с ярко выраженными половыми признаками: выступающей грудью, девичьими плечами и талией. Девушка, «пришедшая с миром».

Как еще проверить – женщина или мужчина тот или иной персонаж? Например, по имени. Приведем пример: Яххотеп (Аххотеп) – кто это, женщина или мужчина? Женщина-фараон, возглавлявшая кеметское войско в освободительной войне против гиксосов около 1554–1530 гг. до н. э., ее имя очень похоже на имя Имхотеп. В то же время известно несколько фараонов с окончанием на «хотеп», например, Аменхотеп. То есть такая проверка еще больше запутывает. Также трудно доверять стилизованным кеметским изображениям. Хорошо, когда есть хотя бы нестилизованная статуя в полный рост.

Так, примерно через сто лет после Имхотепа в Кемете была построена великая пирамида Хеопса, учеником Имхотепа – зодчим Хеменуи. И в данном случае пол архитектора совсем не вызывает вопросов, если посмотреть на его статую, сделанную, отметим, собственными руками (те. нестилизованную):

По нашей просьбе фотохудожник «одел» эту статую, и получилась вот такая женщина средних лет: с явными молочными железами, несколько обвислой после кормления детей грудью и характерным для рожавшей женщины животом. На голове мы видим то ли короткую стрижку, то ли шапочку. Но в этом нет ничего удивительного – египтяне и египтянки действительно коротко стригли волосы и носили парики, в данном случае просто изображение выполнено очень натурально.

Египетские пирамиды созданы женщинами? Конечно, такая версия менее привлекательна, нежели, например, инопланетная. Но, как мы увидели, она обоснована не только статуями архитекторов, но и древнегреческой мифологией и религиозной преемственностью Кемета от Ливии и Старой Европы. Кроме того, амазонки, согласно мифологии, и были строителями – на захваченных территориях они отстраивали новые города. Матри– или равноправная цивилизация Крита оставила нам высокохудожественное наследие. И если вспомнить времена правления женщин-фараонов, то тоже будет налицо расцвет строительства: так, известное правление Хатшепсут (XV в. до н. э.) ознаменовалось не только небывалым расцветом Кемета, но и масштабным строительством.

Это нас отсылает к мистической цивилизации и соответствующим технологиям строительства. Но надо сказать, что отрицание такой возможности большинством исследователей сужает круг поиска возможных строителей. С другой же стороны, позиционирование преемственности между цивилизациями Старой Европы и северо-африканской ливийско-кеметской, во-первых, позволяет нам проследить развитие человеческой цивилизации, во-вторых, лишает историю очередного фактора случайности и неизвестности.

На фоне отрицания преемственности этот фактор появляется на протяжении истории довольно часто, а Кемет просто является очень ярким примером выдернутого историками фрагмента из динамичного процесса истории: вдруг, ниоткуда, на территории Африки появляется развитая культура, и происходит воздвижение колоссальных построек. Но это не так – со времен культуры Винча и других неолитических европейских культур к моменту создания Кемета прошло более двух тысяч лет. Наука, в частности, «мистическая», и культура не стояли на месте все это время. Сами народы, естественно, расширяли свои территории, и нет ничего удивительного в том, что они достигли Северной Африки – мифология сохранила истории о заселении Африки европейскими амазонками на фоне более раннего пребывания там атлантов. Кемет же, напомним, был «ребенком» той же Ливии.

И если в древности европейцы занимали как минимум северную часть Африки, то, разумеется, необходимо искать ответ на вопрос о том, куда же они мигрировали, и когда это произошло.

Имеющиеся в Африке названия, в частности, сакральные, как то: гора Меру, Ганг или Шамбала, совпадающие с названиями и мифами Индии и Тибета, требуют тщательного исследования на предмет причастности европейцев, проживавших в Африке, к т. н. расселению ариев.

На единство культур Европы и Африки указывает множество совпадений названий. На территории Ливии остались некоторые названия, как, например, горы Сафра (библ.), Фураййигх (корень «иигх»), горы Ra’s Al Mashriyah (Машриах – машиах), Mashbak as Saghir (названия, сохранившие корень «маш»), Urgub Faras (библ. пустыня Фаран), Qulaib al Ma (Ма), Ra’s Al Adam (Адам), Ra’s Al Rumiyah («йах» в окончании), Ra’s Salim (Салим), Ra’s Maryū (Мари), Гариан, Ra’s Yūdrār (корень «юд, иуд»), Jabal Ḩayyūnah («йах» в окончании).

Другие названия северо-запада Африки, аналогичные древнеевропейским вообще и библейским в частности: г. Амазон, там же Дом и Саве, и Савалоу, Дан, Деве, Ниаво (Нево европ.), Манала и Доуме, Аллада (Эллада – ?), Бори, Игбере, Горо, Сафо, Сегу и Сегуе (Сигон – Ветхий Завет), Бала, Багайя (корень «бага», возможно, и более поздний, распространенный, однако, и в Европе), Леба, Алайя (инд.), Моуссайя (Муса), Мороабоугоу (корень «бага, бог»), Кама, Дагари, Фарина, Горелл, Гала (корень «гал», известный нам по Галлии), Галака, Марена, Гори, Софа, Елеме, Ягуин (Yaguine), Даво.

В то же время в Европе есть абсолютные аналоги африканских сакральных названий: так, в Швейцарии находятся горы Мера, Мерра, Мерен, Меренхорн (в Библии звучит гора Мориа), связанные и с африканскими горами Меру и с ливийской Мириной; во Франции, например, Шамбалан и Шамбалон.

Расселение ариев не укладывается в короткий временной промежуток, а потому необходимо рассматривать возможность того, что миграции происходили волнами, в зависимости от вынуждающих факторов.

Мы уже говорили, что наиболее вероятными факторами миграции являются природные катаклизмы. Относительно XXIII–XX вв. до н. э. никаких сведений о природных катастрофах в Африке до нас не дошло, нет их и о периоде очередных «темных веков» Кемета – примерно с XVIII в. до н. э., сопровождающихся заселением гиксосов, а заселение ариев в Индию датируется, начиная с XX в. до н. э., правда, данные весьма ориентировочны.

Но есть информация о XVI в. до н. э. – примерно в его середине в Греции начались землетрясения, сильнейшее датируется 1520 г. до н. э., что, отметим, практически совпадает с датой Девкалионова потопа[1]с разницей в девять лет. Позднее произошло мощное извержение вулкана Санторини, следствием чего стало сильнейшее цунами, фактически смывшее цивилизацию Крита. Но дело в том, что часть африканского побережья Ливии находится непосредственно напротив Крита, и известно, что долгое время пепел вулкана закрывал небо и, конечно, накрывал землю. В течение примерно ста лет на островах Средиземного моря и в прибрежных районах наблюдались природные катаклизмы – землетрясения, извержение вулкана и его последствия, которые, по мнению ряда экспертов, привели к изменению климата в зоне, подвергшейся катаклизму, в частности, и в Северной Африке.

При том что это лишь один из подтвержденных эпизодов природных катастроф древности, он вполне мог стать причиной переселения народов из Ливии и близлежащих районов – частичного переселения жителей из Северной Африки.

В греческой истории амазонки появляются вновь уже в XIV в. до н. э. в связи с Троянской войной, где они выступили на стороне троянцев, и их локализацию определяют уже в связи с современной Турцией. И.Е. Кольцов включает в ареал амазонок Черноморское побережье, Кубань, Поволжье, частично территорию Ирана и участок между Аральским и Каспийским морем.

Реконструируя их путь, мы должны, если хотим быть объективными, допустить мысль о том, что они могли пройти не только через Кемет и Аравию, но и через Гибралтар в Европу просто потому, что этот путь намного ближе, чем выход через не очень дружелюбный Кемет, и, более того, путь в Аравию приближал их к вулкану и его воздействию, а путь через Гибралтар – отдалял.

Сразу же мы нашли подтверждение этой мысли: в списке городов, основанных амазонками, упоминается город Пирена. В мифологии сохранился персонаж Пирена – дочь царя Бебрика из пиренейского племени бебриков, эпоним[2] Пиренеев (Испания-Франция). Учитывая сложности с реальным расположением Малой Азии на картах, можно предположить и ошибку в определении современными историками местонахождения этого основанного амазонками города. Но если это даже и не так, то название это неслучайно, т. к. применялось амазонками, и уже возникает необходимость объяснять это совпадение, доказывая его случайность тем, кто думает, что это случайность.

Сохранились данные о существовании в древности амазонок на острове Сардиния, следы их культуры отмечены в Этрурии в довольно поздние времена V–IV вв. до н. э., однако, изображения амазонок связаны с временами Троянской войны. Повсеместно в Западной Европе существовали культы женских богинь, причем вплоть до начала нашей эры и позже. В Испании, как у басков, так и у иберов, вообще долгое время сохранялась и сохраняется матрилинейность, и древнейшие роды носили имена женщин.

«Исход евреев» в Европу

Следует оговориться, что современная история все, что связано с евреями до «исхода», помещает либо в сам Кемет, либо на восток от него, в Аравию. Но надежных доказательств этому так и не найдено.

Тогда предположим, только предположим на мгновение, что евреи жили к западу от Кемета, а не к востоку. И тут возникает множество плодотворных идей, объясняющих доселе необъяснимое.

Версия о том, что «исход евреев» из Египта произошел во времена египетского фараона Эхнатона, осуществившего монотеистическую реформу, как это считается современными историками, нас вполне устраивала – евреи могли получить знания кеметян и их священные предметы и бежать с этими сокровищами. На этом фоне можно было даже проигнорировать название колена жрецов израильских – левиты, – произошедшего от имени основателя, Левия, абсолютно созвучного Ливии, находящейся западнее Кемета, и даже имя одного из сыновей Левия – Мерара с небезызвестным корнем «мер». Можно было бы, но факты – вещь упрямая, и они продиктовали необходимость рассмотрения совершенно иного подхода к вопросу «миграции» евреев из Кемета.

Африка оказалась богатой на сюрпризы: изучая родословия египетских фараонов, мы столкнулись с упоминанием города и мыса Мигдол; название, знакомое и по Ветхому Завету в связи с «исходом евреев» из Кемета, и, возможно, по Новому, как родины Марии Магдалины.

В «Исходе», непосредственно перед выходом евреев из Египта, звучит[3]: «Скажи сынам Израилевым, чтобы они обратились и расположились станом пред Пи-Гахирофом, между Мигдолом и между морем, пред Ваал-Цефоном; напротив его поставьте стан у моря».

Вполне естественно, что библеисты располагают Мигдол восточнее Египта, поскольку предполагается, что впоследствии евреи перешли Красное море. Однако в Торе название моря звучит как «Ям Суф», а предлагаемый его перевод – «море камышей», т. е., строго говоря, ни одно из известных названий морей в «Исходе» не приводится.

При этом название Мигдол фигурирует и в египетской истории. Во времена фараона Мернептаха в 1219 г. до н. э. египтянами было отражено нападение ливийцев в союзе с «народами моря» у мыса Мигдол в Ливии, которое организовал вождь ливийцев Мраиуйа[4], сын Диды. Этот Мернептах, к слову, в попытке собственного возвеличивания присвоил множество древних памятников, уничтожая имена предшественников и рисуя вместо них свое имя, что затрудняет выяснение истинной истории тех времен. Месторасположение мыса не указано, однако, очевидно, что Мигдол в египетской версии расположен западнее Египта, в Ливии. Указано это на стеле Мернептаха, где, как считают историки, упомянута победа над «народами Израиля».

Совпадение? Допустим, но посмотрим далее.

Рамзес II, имея флот в 400 судов, у города Мигдол в Ливии смог разбить флот «народов моря».

Фараон Рамзес III также неоднократно воевал с ливийцами и «народами моря». На одиннадцатом году его правления ливийцы, в основном представители народа Мешауаш (Машашуах), возглавляемые вождем Машаром, напали на египетскую крепость Хачо и осадили ее. Первое, что бросается в глаза, это, конечно, название народа и имя его вождя, созвучное и «моше» и «машиаху», а «исход евреев» возглавлял именно Моисей, Моше. Упоминается, что Машар был захвачен Рамзесом III, но эту информацию проверить нельзя – в древности зачастую правители приписывали себе несуществующие победы, чтобы не терять авторитет среди народа.

Но главное, что нас заинтересовало, это место, где происходили события. Во-первых, в связи с этой войной снова упоминается мыс Мигдол, и снова западнее Кемета, в Ливии. В Военной энциклопедии 1911–1915 гг. указано, что Мигдол, в данном случае город, находился на побережье моря, что также связывает его с понятием мыса: «Кр-сти Дельты б. приведены въ оборонит. состояніе, возведено много укр-ній, а полев. армія заняла позицію у Мигдола, усиленную съ прав. фланга линіей укр-ній, а съ лѣв. – моремъ, на к-ромъ господствовала егип. Флотилія».

Интересна и упоминаемая крепость Хачо, которая расположена в Северной Африке на берегу Гибралтарского пролива, хотя имеются данные о ее переименовании. Гора Хачо, с названием которой связано и название крепости, по одной из версий, являлась южным Геркулесовым столбом.[5]

Соответственно, ни о каком совпадении говорить нельзя – египтяне вели войны с ливийцами и «народами моря» в Западной, а не Восточной Африке.

Вторым Геркулесовым столбом считалась находящаяся неподалеку гора Мусы (Моисея) в Марокко. Есть версия, связывающая эту гору с именем генерала, который руководил мусульманским вторжением в Европу, т. е. будто бы это очень современное название, но мы предположим наличие связи названия этой горы с именем и историей Моисея, поскольку арабская версия ничем не подтверждена, а наша объясняет название горы с высокой степенью достоверности.

Наличие египетской крепости Хачо в таком отдалении от Кемета, фактически на территории ливийских или соседних с ними племен, было для последних своего рода «красной тряпкой», чем и было обосновано нападение. Важно и то, что кеметяне имели крепость так далеко от своих границ, и что они направили туда свое войско.

Египтяне ранее здесь имели колонию. В «Анналах» Тутмоса III в XV в. до н. э. как подвластный египтянам упоминается город Кадеш на реке Оронт. Расположили этот город в Сирии, хотя достаточно очевидно, что речь идет об испанском Кадисе (Кадес, Кадеш, Гадес), одном из древнейших городов Европы. Упоминается Кадеш и позднее, в соглашениях с царем Хатти. Но древняя страна Хатти располагалась не только на территории современной Турции. В молитвах богине Аринны указаны страны Хатти во множественном числе, поэтому привязывать это название только к одной территории некорректно, ведь другие страны Хатти могли располагаться и в других местах. В книге Иисуса Навина упоминается город Кедес на юге Палестины и Кедес в Галилее. В Первой Маккавейской книге Кадис упоминается как находящийся в Галилее город. И это лишь подтверждает нахождение упоминаемого и в египетских документах, и в Библии города Кадиш в Западной Европе, поскольку области Галлия и Галисия располагались во Франции и Испании соответственно.

Очевидно, что кеметяне построили крепость на Гибралтаре с совершенно определенной стратегической целью – контроль над проходом из Африки в Европу, поскольку имеется достаточно доказательств тому, что здесь не было пролива в древности.

Достаточно посмотреть на узкий Гибралтар, чтобы понять: кто контролирует это место, тот контролирует поток людей и грузов. И если Кемет контролировал проход из Африки в Аравию с одной стороны, а с другой – проход из Африки в Европу, то тот, кто не владел кораблем, вообще не мог выйти из Африки или попасть в нее без согласия фараона. Это могло быть естественной причиной постоянных конфликтов, с одной стороны, а с другой – положение Кемета было монопольным, что обеспечивало доходы с путников, а вместе с тем развитие торговли и науки.

К сожалению, в северо-западной части Африки многие географические названия переименованы на арабский лад, но не все. Название Мигдол сохранилось в отношении небольшого населенного пункта Мегдол – Megdol Ouled Dahou в Марокко и небольшой крепости Мигдол в Ливии. В Ливии также есть топоним Мисрата, указывающий на связь с библейским названием Израиля – Мицраим, и, соответственно, на следы нахождения в Ливии библейского племени Моисея. В Либерии, расположенной на западе Африки, до сих пор проживает народ с названием «дан», как называлось одно из колен израилевых.

Сходные с Ваал-Цефоном остались: в Марокко это Сефроу, Ниф ес Сфер, Хад ес Сефиа, Сефон в Кот Дивуар, Эль Ассафия в Алжире. При этом буквы «Ц» и «С» часто были взаимозаменяемы. Сохранившиеся названия указывают как на применение в древности этого названия, так и на его локализацию – они все расположены на северо-западе неподалеку от мыса, на котором находится крепость и гора Хачо, и гора Моше вблизи Гибралтарского пролива.

Вскоре после выхода из Кемета евреи остановились станом в месте Пи-Гахироф. Пи-Гахироф, переводимое с еврейского как «устье пещеры», с египетского переводят как «место травы, тростника», что связывает его с морем тростника – Ям Суф. Понятие «устье пещеры» вполне соответствует по смыслу термину «пролив», и тогда оба перевода, с учетом взаимосвязи с морем, указывают на то, что Пи-Гахироф – это название непосредственно Гибралтарского пролива. Что касается египетского варианта, то достаточно посмотреть на спутниковые снимки морского пространства Гибралтарского пролива, чтобы понять, что «место травы» – это здешнее морское дно за счет, вероятно, специфичных водорослей, заполненное растительностью на протяжении всего пролива.

Применение определения «красное» в отношении моря, которое переходили евреи во время «исхода», по всей видимости, неслучайно. Традиционно считается, что Красное море так названо потому, что в нем есть красные водоросли, однако, они есть не только там – красные водоросли и красные кораллы распространены и в западной части Средиземного моря. Более того, понятие «красного моря» в древних источниках применяется именно к Западу, например, у Гомера:

«Чермное» в русском языке переводится как «красное», соответственно, читается: «винно-красному морю». Куда плыл этот Мент? Некоторые исследователи пытаются отождествить указанный город Темеса с кипрским Томассосом, другие же, и в этом случае больше оснований, с древнеиталийским городом Темеса (Темпса). В этом же городе погиб спутник Одиссея, Полит. Что ж, вполне возможно, что речь идет именно об Италии, хотя медные залежи все же сосредоточены севернее Темесы, в районе Тосканы.

Конечно, и Испания очень богата медными месторождениями, однако, данных о городе с таким названием у нас нет. Так или иначе, в обоих случаях, будь то Италия или Испания, в прибрежных зонах есть красные водоросли, а у берегов Италии – и красные кораллы. На самом юге Испании есть и красная река Тинто, одно из самых удивительных мест мира:

Что немаловажно, она расположена неподалеку от Гибралтара, а это дополнительно указывает на возможность обозначения библейского Красного моря непосредственно на Гибралтаре.

Иосиф Флавий опи…