Кофе, пончики и труп

Tonya Kappes

Scene Of The Grind

© Tonya Kappes, 2024

© Горин С., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Дверь в книжный магазин «Драный кот» была приоткрыта. Я постучала по ней локтем, стараясь не пролить кофе.

– Алексис? – позвала я, входя в магазин. – Это я, Роксана Блум из «Кофейных шотов».

В «Драном коте» все было по-старому, только кресла-мешки заменили на новые. Кирпичный камин все еще был центром интерьера, рядом с ним стояли удобные кресла и лежали большие ковры.

Темные полки, казалось, тянулись далеко-далеко, на них были расставлены красивые книги. В детском зале стояла маленькая мебель и кукольная сцена с большой вывеской, на которой было написано, когда состоится следующее кукольное представление.

В задней части магазина находился мой любимый зал – с запрещенными книгами. Тетя Макси всегда говорила, что Алексис любила устраивать неприятности, когда дело касалось запрещенных книг, и что она твердила всем, чтобы в первую очередь покупали именно такие книги. Я помню, что у Алексис была большая печать с надписью «ЗАПРЕЩЕНО» и она ставила оттиск на каждой из них с внутренней стороны и смайлик.

Я поставила кофе на полку с запрещенкой и посмотрела на валявшиеся на полу книги. Книги – это те еще пылесборники, и я клянусь, что они лежали на полу потому, что Алексис протирала с полок пыль. Хотя она могла бы аккуратно их сложить. Я подняла одну из книг. Память меня не подвела: на первой же странице стояла печать «ЗАПРЕЩЕНО». Я провела по ней пальцами и улыбнулась.

– Алексис? – окликнула я. – Пеппер, сюда, – отругала я пса, когда он вбежал в открытую дверь, на которой висела табличка: «Всем, кроме Алексис, вход запрещен». – Ты что, читать не умеешь? – проворчала я, зная, что Алексис, скорее всего, сейчас занимается инвентаризацией и готовится к большому торжественному открытию.

А возможно, даже готова вернуться в зал и сделать более симпатичную витрину с запрещенными книгами.

– Алексис? – позвала я, входя в комнату. – Алексис? – Мой голос сорвался, когда я увидела ноги, торчащих из-за стола. – Алексис! – закричала я, увидев ее безжизненное тело на полу, в руке она держала знакомый пончик, на ее лбу ярко выделялся оттиск «ЗАПРЕЩЕНО», а сама печать лежала рядом.