Виктор Пелевин Кормление крокодила Хуфу

Игорь замычал. Потом, еще во сне, забубнил какие-то непонятные многосложные слова, несколько раз дернул подбородком, словно вырывая свою челюсть у охамевшего зубного врача, – и только после этого проснулся. Некоторое время он молча глядел в туман за окном машины. Затем сказал:

– Ну ни фига себе!

– Что такое? – спросил сидевший за рулем Алексей Иванович.

– Мне сейчас такое приснилось! Что мы вылетели на встречку, врезались в грузовик и все трое погибли. Мгновенно. Но сразу про это забыли и поехали дальше. И этот туман вокруг – во сне он, кстати, тоже был – это на самом деле не туман, а типа облака… Или я даже не знаю. В общем, уже другой мир. И, главное, я под конец понимаю уже, что это сон, но никак проснуться не могу, как будто меня что-то там держит…

– Типун тебе на язык, – резюмировал Алексей Иванович.

Игорь вытер рукавом выступившие на лбу капельки пота.

– В самом деле, – сказал он, – непонятно, откуда туман. Это же юг Франции. Такого тут быть не должно.

– Сейчас все в мире поменялось местами, – ответил Алексей Иванович. – Здесь туман, в Америке заморозки. Зато в магаданской области солнце жжет, как поцелуй Тины Канделаки.

– Кстати, – не выдержала сидевшая сзади Танюша, – насчет поцелуя Тины Канделаки. Будете ехать с такой скоростью в тумане, действительно можно чмокнуться.

Алексей Иванович вздохнул и снизил скорость.

– Просто хочется и рыбку съесть, и, так сказать, принять участие в культурной программе, – сказал он. – Престидижитатора вам показать и к футболу успеть вернуться.

– А почему вы так говорите – не фокусник, а престидижитатор? – спросил Игорь.

– Потому, что выговорить такое слово уже фокус, – ответил Алексей Иванович. – Вообще, интересный термин. Так во Франции называли специалистов по карточным чудесам. Означает по-французски «ловкие пальцы». Да, Танюш?

– Примерно, – сказала Танюша. – Если перевести одним словом, будет «шустропальцовщик».

Алексей Иванович засмеялся.

– Шустропальцовщики остались на родине, – ответил он. – Пока мы в свободном, так сказать, мире, давайте из уважения к этому факту говорить «престидижитатор».

– Алексей Иванович, не гоните, – еще раз попросила Танюша. – Ведь туман. Вон, Игорю даже кошмар приснился. Вдруг корова на дорогу выйдет.

– Какая корова, – ответил Алексей Иванович. – Скорее, трансвестит из «Харе Кришна».

Но все-таки он поехал еще медленнее.

– А почему у вас такой интерес к фокусникам? – спросил Игорь.

– Судьба, – ответил Алексей Иванович. – Я ведь не всю жизнь олигархом работаю. В твоем возрасте трудился в одном экономическом институте. Слышали про невыносимую легкость бытия? Вот это она самая и была. Для того, чтобы ее пережить, советскому человеку необходимо было хобби. Кто-то решал кроссворды, кто-то собирал этикетки от спичечных коробков, а я вот изучал фокусы. И довольно неплохо в этом деле навострился. Если бы жизнь повернула иначе, мог бы сейчас стоять где-нибудь на Арбате и делать примерно то же, что этот престидижитатор.

– Про вас в газетах пишут, что вы то же самое и делаете, – пошутил Игорь.

Алексей Иванович улыбнулся и нажал на тормоза. Машина остановилась.

– Приехали, – сказал он. – Вот колокольня. От нее примерно двести метров, там он и стоит.

– Странно, – сказала Танюша, когда все вылезли из машины. – Фокусник в таком месте. Тут вроде и прохожих не видно. Может, позже появляются?

– Наверно, – сказал Алексей Иванович. – Приходят из городка. А он заранее место занимает. Пошли.

Через сотню метров Танюша сказала:

– А почему нельзя было на машине подъехать?

– У нас машина слишком вызывающая, – сказал Алексей Иванович. – А вопиющее классовое неравенство искажает отношения между людьми. Когда Гарун-аль-Рашид ходил по Багдаду, он переодевался нищим и был поэтому в курсе всех событий. А если бы он ездил по нему в золотом паланкине, он так бы ничего в жизни и не увидел, кроме толстой жопы идущего впереди евнуха. И потом, ребят, ну когда еще так пройдешься в тумане? Ведь клево. Полная пространственная дезориентация.

Загрузка...