Глава 22


По поводу нашего отдыха — так он был организован мастерски. Пять дней мы прожили в отеле на берегу Карибского моря, а еще пять — на берегу океана, трижды за это время съездив на экскурсии. Впечатлений осталось море, таких же волнующих и приятных как бирюзовая водяная гладь вокруг.

Кстати о бирюзе. В Доминикане добывают полудрагоценный камень ларимар. Внешне он напоминает пену океана — голубого цвета с белыми разводами. Изделия с ним продаются везде: начиная от уличных торгашей и заканчивая дорогими магазинами, в которые и зайти-то страшно обычному смертному.

Я купила три кольца в подарок Диане, Неле и Светке, рассудив, что кофе или ром будут выпиты и тут же забыты, а такой аксессуар еще долго порадует глаз. Когда сидя в номере, пересматривала и примеряла их, Марк спросил:

— Ты когда успела? Я же тебя буквально на пять минут одну оставил? — подошел ближе, рассматривая. — И зачем тебе эта ерунда? Давай съездим в нормальное место и купим хорошего качества.

— Это девочкам презенты. — Объяснила, усмехнувшись. — Я кольца не ношу.

— Почему?

— Не складывается у меня… с ними. — Прочистив горло, ответила и убрала бижутерию в косметичку.

За все время у меня было лишь два нормальных кольца: обручальное и еще одно с голубым сапфиром доставшееся в наследство от мамы. Первое, понятное дело, я уже много лет не носила, так как была разведена, а второе пропало. Думать о том, что Артем прихватил его, когда собирал вещи, мне не хотелось. Но факт оставался фактом: оно испарилось после того, как бывший муж исчез из моей жизни.


В тот день, вечером, Марк впервые поинтересовался моей прошлой семейной жизнью. Мы сидели на берегу и потягивали коктейли.

— Расскажи о себе.

— Что именно? Ты и так все знаешь…

— Почему развелась?

Глянув коротко на него, ответила:

— Не сошлись характерами. — И взяв «пина-коладу» в руки, выцедила половину через трубочку. Вульф все это время молчал, а я, охмелев после третьего по счету коктейля, неожиданно для самой себя заговорила: — Он изменял мне. С сотрудницей фирмы, где мы оба работали. Знаешь, что смешно? Я сама же помогла ему устроиться туда. — Усмехнулась. Помолчала немного, собираясь с мыслями и продолжила: — Полгода его штормило, а я не могла понять, в чем дело. И в один прекрасный день его любовница пришла ко мне в отдел и при всех положила на стол тест с двумя полосками.

— И ты все это время даже не догадывалась? — спросил как-то глухо.

— Подозревала, конечно, но не хотела верить. Артем стал раздражительным, замкнутым и ревнивым сверх меры. Вдруг появились неотложные дела на работе по выходным и частые поездки к свекрови на дачу, чего раньше за ним не водилось. А еще, как-то раз, уже в самом конце, перед тем как все раскрылось, я чмокнула его в губы. Мы случайно встретились в пустом коридоре, а мне надо было уехать из офиса по рабочим вопросам. Вот и поцеловала, на прощание.

— И?

— И почувствовала запах чужой женщины.

— Духи?

— Стала бы я рассказывать, если бы все было так банально. — Презрительно хмыкнула в ответ. — Пахло от него не парфюмерией, а кунилингусом. Такое ни с чем не спутаешь. — Проигнорировав его изумленное выражение лица, добавила: — Ну а на следующий день она ко мне пожаловала с новостью о.

Мы какое-то время помолчали, после чего Вульф спросил:

— Тебе до сих пор больно?

— Нет. — Ответила, сделав глоток из бокала. — Неприятно, да. Удар по самолюбию, самооценке и все такое, но давно уже не больно.

Тут я немного покривила душой, так как рану, оставленную мне бывшим мужем, зализывала до сих пор, но она касалась другой темы, о которой рассказывать своему директору я не хотела.

— Вот еще одна история в копилку об отношениях на работе. Теперь понимаешь, почему я от тебя бегала?

— Солнце, глупости это все. Такие ситуации случаются вне зависимости от того работают ли люди вместе или нет.

— Согласна. Только мне пришлось уволиться. Переваривать ежедневно такое унижение не каждый сможет.

Марк Янович потянулся ко мне и поцеловал:

— На моих губах будет только твой запах. — А увидев мою насмешливую улыбку, спросил: — Что? Слишком банально прозвучало?

— Ага. Но приятно.

Мы еще раз поцеловались.

— Идем?

— Не-а. Откровенность за откровенность. Твоя очередь.

— Тогда надо взять еще по коктейлю.

— Думаю, мне хватит на сегодня. Такое ощущение, что они туда двойную дозу рома наливают.

— Сколько ты там выпила? — хмыкнул в ответ и повернулся к морю.

— Не хочешь рассказывать? — спросила, прервав затянувшееся молчание.

— Не хочу вечер портить. Давай как-нибудь в другой раз.

— Он уже немного испорчен. Думаешь, мне было очень радостно сейчас все вспоминать?

Подумав несколько минут, Вульф, как ни странно, согласился со мной, так как хоть и сжато, но рассказал:

— Если вкратце, то первый брак распался из-за сына. У меня был сын. Погиб в шестнадцать лет в автомобильной аварии. Я работал в реанимации и по какой-то жуткой случайности его привезли к нам. Еще и в мою смену. После этого я уволился. Второй брак — глупость несусветная. Сейчас спроси — чего женился? Так и ответить не смогу. Прожили вместе аж полгода.

Сердце в груди больно сжалось. Не это я хотела услышать. Совершенно не это.

— А ты долго молчала. Не спрашивала ни о чем. Я даже удивляться стал. — Усмехнулся он вдруг.

— Я не люблю, когда лезут мне в душу. И сама стараюсь не лезть. — Ответила спокойно, пытаясь не показывать, насколько расстроена. — А знаешь что? Давай еще «пина-коладу». Завтра мне будет плохо, зато сегодня хорошо!

— Идем. В номер закажем. — Он встал и помог мне подняться.

— В номер? — протянула. — Мы еще ни разу не танцевали бачату между прочим.

— Вот сейчас и станцуем. — Пообещал он многозначительно. — И не только бачату. У меня есть идея. Идем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Что за идея?

— Тебе понравится, вот увидишь…

Мне понравилось настолько, что на следующее утро не могла заставить себя посмотреть ему в глаза.

Фантазии по части сексуального разнообразия жизни у Марка было хоть отбавляй. Господи. Он довел меня до чувственного экстаза. Уложил совершенно обнаженную на стол и ел с меня кусочки манго… лаская при этом губами языком и пальцами везде, где смог придумать. После чего вылизал. Всю. Начиная с пальцев ног. А начиналось все, в общем-то, банально — два «захода» в джакузи… М-да… с чувством стеснительности он не был знаком вообще.

Проснулась я в одиночестве. На подушке рядом лежала записка: «Скоро буду». Подумав, отправилась в душ, после чего с жадностью выпила бутылочку воды. После вчерашних коктейлей меня слегка покачивало. Вспоминая все, что произошло, ходила по номеру пунцовая от мучительного стыда и собирала вещи. Нам предстояло переехать в другой отель, на берег океана.

Вульф появился буквально за полчаса до того как нам нужно было освободить номер.

— Ты позавтракала? — спросил, обнимая и целуя.

— Нет. Ты где был?

— Пока секрет. Голодная? Надо было без меня сходить. Ладно, придумаем что-нибудь. Вещи собрала?

— Да. — Кивнула на чемоданы. Он поднял мою голову к себе, держа пальцами за подбородок.

— Что случилось, Саш?

— Ничего, все хорошо. — Попыталась выкрутиться.

— А ну в глаза мне посмотри. — Попросил ни разу не дружелюбным тоном.

— Ну что? — на миг встретившись взглядом, закрыла глаза. — Пить я больше вообще не буду. Совсем.

Марк Янович рассмеялся и провел языком по моим губам.

— Не зажимайся. Все отлично. — Прошептал на ухо, прижимаясь крепче. — Повторим сегодня?

От смущения мне стало еще хуже, чем от похмелья.

— Марк… ты… ты…

— И это я еще до твоей попки как следует не добрался. — Его слова вызвали у меня потрясение внутреннего масштаба от макушки до пяток.

— И не доберешься. — Отчеканила в ответ и заткнулась вплоть до приезда в новый отель, так как сил на подобные разговоры у меня не было.


Хочу немного отвлечься и расскажу про океан, так как он произвел незабываемое впечатление. Чтобы понять разницу с морем, надо побывать на его берегу. У меня крутится единственное слово, которое характеризует его как нельзя лучше: «Силища». Это нечто действительно невообразимой мощи и силы. Отличие чувствуешь на каком-то неведомом внутреннем уровне. И вместе с этим, глядя на него в душе появляется благоговение и уважение. Описать не могу, так как выразить одной фразой нет никакой возможности. Сплошная какофония чувств и эмоций.

Поселились мы в бунгало, которое, как я потом поняла, находилось в вип-зоне. О том, что отель разделен на зоны, для меня стало открытием, когда обратила внимание на то, что браслеты у отдыхающих разного цвета.

В первый же вечер мы познакомились там с русскоговорящей парой. Называть страну, откуда они прилетели не стану, скажу лишь, что из ближнего к нам зарубежья.

Алик и Марина полностью соответствовали представлению о взаимовыгодных отношениях между молоденькой девушкой, которая продает себя, и мужчиной, который прекрасно понимает, за что платит деньги. Да-да, именно вот эта картина, где он — эдакая волосатая гора в тридцать лет с одышкой, а она — тонкая и звонкая с фигурой тринадцатилетнего подростка.

Мы неспешно болтали на общие темы в ресторане, потягивая ром, и старались обходить политические вопросы. Я упорно пила сок, делая вид, что не замечаю усмешек Марка и переписывалась с Нелей и Светой одновременно. Когда же зашел разговор о том кто и как познакомился, мне пришлось отвлечься и выслушать интереснейшую историю о том, как Марина имела неосторожность подвернуть ногу и ловила попутку, чтобы добраться домой. Дальше рассказывать?

Вернувшись в номер, меня все еще не отпустило смущение; Вульф это чувствовал и открыто наслаждался. Сел на край кровати, расставив ноги.

— Иди ко мне. — А когда я подошла, положил руки на талию, и, поглаживая большими пальцами живот, сказал: — Знаешь, я тут подумал, что совершенно тебя не балую. И ты из скромности молчишь. — Полез рукой в карман и выудил коробочку. Открыл и достал кольцо. — Пусть у тебя останется что-то на память, об этом отпуске.

То, что этот отдых никогда никакими ластиками не вытрется из моих воспоминаний, говорить не стала. На душе вдруг сделалось печально. Это подарок на прощание? Или плата за..? Откуда появились такие мысли в тот момент — не спрашивайте. Так уж сложилось, что ничего хорошего от жизни я не жду.

— Спасибо. — Прошептала, пытаясь за удивлением скрыть истинные чувства. Подставила левую руку и почувствовала приятную тяжесть на безымянном пальце. Кольцо было очень красивым. Прямоугольный камень необычного голубого с желтыми вкраплениями цвета с одной стороны был прихвачен двумя лапками-наплывами, а с другой стороны — одной.

— Почти как твои глаза. — Марк Янович улыбнулся, делая комплимент. — Тебе нравится?

— Да. Очень. — Кивнула, продолжая рассматривать, а почувствовав его руки ниже талии, тут же добавила: — Только к моей заднице можешь даже не пристраиваться. И подарок тебе не поможет.

Его прищур и улыбка в ответ мне не понравились, а слова вообще вышибли воздух из груди одним махом.

— Я умею ждать, если ты еще не заметила.

Жаркая волна прильнула к щекам, а по плечам побежали мурашки. Сжав глаза так сильно, что их прострелило болью, ответила:

— Без комментариев.

Чтобы объяснить всю степень смятения и стыда, которые испытывала, скажу лишь, что кроме всего прочего, накануне ночью я сделала то, чего он наверняка ждал еще со времен «Омута». Вульф был умным и хитрым. Ни разу за прошедшие месяцы даже не намекнул об этом. Периодически пробовал развести меня на позу «шестьдесят девять», но я уворачивалась. А вчера излишек спиртного и потрясающе непристойная прелюдия подтолкнули меня к… ответным действиям, скажем так.

— Ты не против ночного купания? — продолжая улыбаться, кивнул в сторону маленького круглого бассейна во внутреннем дворике нашего номера.

— Погоди, дай угадаю. И, конечно же, голышом?

— Обожаю умных и сообразительных девушек. — Начиная расстегивать на мне блузку, проурчал низким голосом.


Загрузка...