Ольга Олие ЛЮБОВЬ НЕЧАЯННО НАГРЯНЕТ

Пролог

Утес сегодня выглядел необычно. Восходящее солнце окрашивало все вокруг в яркие краски, лучи пробегали по верхушкам редких деревьев, ласкали насыпь, опускались вниз, к бушующему второй день морю. Ветер поднялся такой, что едва удавалось стоять на ногах. Пришлось применить немного магии, иначе бы меня просто снесло. Здесь и в жаркую летнюю погоду всегда ветер, а уж сейчас, когда только-только сошел снег и природа начала просыпаться от зимней спячки, тем более находиться здесь бывало опасно. Только не мне. Я слишком привыкла к этому месту, оно помогало собрать мысли в кучу, в завывании ветра я чувствовала подсказки на свои вопросы, еще ни разу оно меня не подвело.

Сегодня особенное утро. Я пришла попрощаться. Столько всего произошло за последние несколько лет, что я окончила Академию магического права, осев здесь, в достаточно крупном городке на юге Фиорсии, чтобы набраться навыков. Вчера закончилось мое последнее дело, связанное с ловлей сумасшедшего маньяка, возомнившего себя богом, решившим уничтожить недостойных.

Я хмыкнула. И ведь богатый, умный, образованный. Чего ему не хватало? Захотелось власти над миром? Глупо. Когда мы его поймали, он такие речи толкал, заслушаешься. Но я не стала больше смотреть на то холеное лицо, с наслаждением смотрящего на стражей в тот момент, когда он делился своими «подвигами» о тех несчастных, которых лично отправил за грань только потому что они не соответствовали его идеалам красоты. Ну и гад.

Мотнула головой, отбрасывая мысли. Наставник всегда говорил, что нужно избавляться от наваждения, закончив дело, сразу же выкидывать его прочь и заталкивать в самые глубокие закрома памяти.

Вытащив кисет, скрутила сигарку и с наслаждением закурила. К этой пагубной привычке пристрастилась еще в Академии, когда мы пытались на себе многое проверить и испытать. Да, тогда, молодые да горячие, мы многое пытались проверить на себе. На моем лице появилась улыбка, я стала все глубже погружаться в воспоминания, видимо, сегодня утро такое, навевает ностальгию.

Моим наставником был архимаг Лоурций, гений, легенда нашего мира, дракон, скрывающий свою суть. После первой тысячи лет ему стало скучно, он решил подыскать себе учеников, в тот момент я ему и попалась. Наверное, если бы была еще жива та, кого он любил, скорее всего мы никогда бы и не встретились, но у многих магов век короткий, а драконы порой выбирают свои половины из людей, то и век у них не такой длинный, как у чешуйчатых. Вот в тот момент наставник и оказался один. Искал развлечение. Нашем меня, на свой хвост.

Мы всего лишь пересеклись во время моей практики. Лоурций нечаянно мне помог, а позже я его отблагодарила. Но вместо прекрасного Андарасского вина, с трудом добытого в закромах одного прижимистого купца, дракон тогда потребовал рассказать, есть ли интересные случаи в моей практике.

Мы проговорили всю ночь и половину утра. Правда, как пролетело время, я и не заметила. Расстались довольные друг другом, я ведь тоже для себя многое почерпнула. А через два дня Академию, где я как раз в тот момент заканчивала последний курс обучения, потрясла новость: сам Лоурций явился за учениками. И выбрал меня одну, что вызвало зависть у многих именитых аристократов, ведь все всегда считали, что деньги способны творить чудеса, а в этом случае их постигло разочарование.

Десять лет меня учили премудростям не только сыска, но и обращению с магией. Изначально я была удивлена: чего я не знаю в магии? Наши магистры вложили в головы очень много всего необычного. Вот только дракон тогда надо мной посмеялся, покачал головой и… уложил меня на лопатки, не произнеся ни единого заклинания, заложив руки за спину и вообще прикрыв глаза. Вот это был номер!

Нам вдалбливали с первого курса, что любой маг не может обходиться без рук, глаз и свободного рта, чтобы успеть прошептать заклинание. А тут…

Тогда я впервые узнала отличие и различие магов. Если сперва считала продемонстрированное драконьей магией, то меня в этом быстро разубедили. Более того начали объяснять многое из того, о чем я и понятия не имела, то есть заново учить.

Спустя десять лет я узнала столько, сколько не смогла бы понять в Академии и за все пятьдесят лет. Лоурций оказался отменным наставником. Но вчера он показал письмо из столицы, куда меня приглашали для знакомства.

— Мама, папа, могли ли вы когда-нибудь предположить, что ваша дочь окажется во дворце по приглашению самого короля? — вопросила, подняв голову к небу.

Ветер зашелестел, закружил вокруг меня. В этом завывании мне почудился шепот-одобрение родных, которых не стало, стоило мне исполниться пятнадцать. Война отняла множество жизней, многие семьи оставила без кормильцев, детей сиротами. Вот и я осталась одна, но мне повезло попасть в Академию магического права именно в тот момент, когда она открыла двери для всех желающих и бесплатно. По-другому я бы там никогда не оказалась. Мои родители, обычные трудяги-работяги, мать булочница, отец кузнец. С деньгами всегда была нехватка, но зато в семье царили любовь и радость. А потом этого не стало.

Лоурций заменил мне отца, более того, принял в свой род. Зачем он это сделал, до сих пор для меня загадка. Расспросы ни к чему не привели, у него всегда был один ответ:

— Век людей слишком короток, а я не хочу тебя быстро потерять.

Потому так и вышло, что в свои тридцать два я выглядела на восемнадцать, а по словам наставника, так я буду выглядеть еще как минимум три сотни лет. Естественно столько, сколько он сам, я не проживу, но… Я еще не определилась, радоваться или расстраиваться.

— Вот ты где, — позади меня оказался тот, о ком я размышляла. — Так и думал, что застану тебя здесь.

— Уже пора? — спросила, ощутив горечь от расставания. — Может, отправишься со мной? — предприняла еще одну попытку.

— Нет, Амина, я свой путь прошел, теперь это только твоя дорога, ты должна сама по ней пройти. Как со мной связаться, ты знаешь, в случае чего я всегда помогу. А сейчас, идем, карета прибыла. И прекращай дымить, три сигарки — это перебор, — ворчливо заметил наставник.

Я досадливо скривилась, так как терпеть не могла такое средство передвижения. На последнюю часть реплики внимания не обратила, Лоурций все время ворчал, когда я начинала курить. Но, спасибо ему большое, не требовал бросить или при нем не дымить, а иногда и сам со мной за компанию затягивался, особенно в те моменты, когда мы расследовали очередное преступление.

— Лоурций, а с чего вдруг я понадобилась в столице? И как они вообще обо мне узнали? — не смогла не задать такой вопрос, потому что уж больно хитрым было выражение лица наставника.

— Я написал, — просто ответил тот. На мое недоумение пояснил: — Не думаешь же ты всю свою жизнь прозябать здесь? С твоим умом и хваткой твое место только в столице. Я хочу, чтобы о моей ученице узнали не только в нашем королевстве, но и далеко за его пределами. Уверен, ты еще порадуешь меня своими подвигами.

— Главное, чтобы приятными и не посмертно, — буркнула я, отворачиваясь. Здесь я уже привыкла, все знаю, а в столице кто знает, как все случится. Да и сомневалась я, что смогу там прижиться со своим, как мне говорили, совсем не женственным поведением.

Но я так привыкла. Наставник никогда не пенял мне на характер, более того, всегда рекомендовал быть самой собой, не подстраиваться ни под кого, не ломать себя в угоду амбициям или тем, кому что-то не понравится. Но я и так не собиралась себя ломать. Такая уж уродилась. Может поэтому мне еще в Академии было сложно найти друзей, про парня я не говорю, я их подавляла, как выразился один из будущих сыскарей, по идее должный быть стойким, а на деле… Трепетные лани какие-то.

Тут снова вспомнила о карете, досадливо скривилась, посмотрела в сторону лошадей, все-таки с ветерком было бы для меня привычнее, да и время бы сэкономили. Да уж, вот в такие моменты и начинаешь жалеть, что не умеешь строить глазки. Но все же решила испытать судьбу, вдруг бы повезло.

— А нельзя мне верхом? — спросила на всякий случай, уже заранее зная ответ.

— И явишься к Его величеству пропахшей потом и лошадьми, — выдал с сарказмом наставник. — Весьма достойная встреча получится. Не находишь?

— Можно подумать, трясясь в карете двое суток я буду розами благоухать, — в тон мастеру ответила, хитро прищурившись.

— Всяк не лошадиным потом, — отрезал учитель. Спорить с ним оказалось бесполезно. Единственное, что мне удалось-таки отвоевать, так это наряд. Стоило услышать, что ехать мне предстояло, как девушке, то есть в платье с прической и в куче побрякушек, как я намертво встала, отказавшись вообще двигаться в столицу. Только платьев мне не хватало для полного счастья. Я за все годы так и не научилась их носить. Они вечно путались между ног, мешали двигаться, сковывали движения, особенно пыточные устройства, зовущиеся корсетами. Нет уж, увольте, даже ради Его величества я не могу пойти на такое. Правда мы с наставником пришли к консенсусу, договорившись, что поеду я в своем мужском наряде, а во дворце переоденусь.

Естественно я согласилась, к тому же у меня появилась весьма занимательная мысль. Раз уж мне дадут время на переодевание, значит…

Загрузка...