Глава 3

* * *

Последующие оставшиеся дни пролетели в подготовке к началу учебного года. Я читала книги по некромантии, выучила назубок, на пару с Далилой Устав МАТИ.

Кстати, там нашлось много интересных моментов, которые, однозначно, пригодятся в учёбе.

Познакомилась с адептами других факультетов, в том числе и с девушками.

Увидела воочию пятый и шестой курсы некромантов. Все угрюмые, с убийственным взглядом, ни с кем, кроме своей компании не общаются. Максимум, кивок, приветствуя знакомых.

Запомнился один парень, уж очень он выделяется. Перешёл на шестой курс. Зовут Вейлин де Гай, что означает с древнего северного языка – сын волка.

Хотя, какой там парень! Мужчина… Простите, мужчина моей мечты.

Высокий, сильный, красивый. Светлые, слегка вьющиеся волосы и бархатные тёмные глаза, в которых хочется утонуть.

Только вот взгляд… Таким как у него цепким и прожигающим взглядом убивают медленно и со вкусом.

Хищник.

Мое сердце обречено.

Похоже, я влюбилась.

А это уже диагноз.

«Негоже красивому, сильному и умному мужчине без хозяйки быть!» – как выразилась бы мамина подруга.

А что, неплохая идея.

Только на мне его взгляд остановился на мгновение, губы презрительно скривились, отчего он сразу попал в мой «чёрный список».

Меня разглядывали как какую-то диковинную зверушку, когда становилось известно, на каком именно факультете я учусь.

Брайд и Кистен рассказали «по секрету», что многие делают ставки, сколько я продержусь на факультете боевой некромантии.

Я от этой новости весь день негодовала. Пожаловалась Эльке, она посоветовала бросить психовать, а вернуть душевный покой тем, что тоже сделать на себя ставку и хорошо подзаработать, и обязательно утереть всем нос.

Так и поступила. Поставила на себя, что не вылечу за первое полугодие.

А все ставили против меня. Ну-ну!

Далила и её друзья тоже поставили на меня.

Держись академия, теперь я обязана стать самым лучшим некромантов в истории!

И вообще, буду придерживаться двух золотых правил в жизни. Первое: мелкие тревоги – пустяк. Второе: все тревоги – мелкие.

* * *

Наступил день приветствий. Сегодня будут поздравлять поступивших в МАТИ адептов, выдавать амулеты принадлежности к Академии, а на следующий день начнутся первые занятия.

Но до этого, мы договорились с ребятами и девчонками с первого и второго курсов, отметить наше поступление в одном из заведений города.

Далила сказала, что обязательно пойдёт со мной, ведь первый курс всегда так забавно гуляет. Говорит, что мы желторотые птенцы и нормально гулять не умеем. Ню-ню.

Как ни странно, встала с утра без проблем. Просто я – соня. И терпеть не могу утро. А, тут, даже спать не хочется, и энергии хоть отбавляй.

По-очереди посетив ванную, быстро собрались. Нужно ведь ещё в столовую успеть, а в девять часов всех адептов ждут на главной площади Академии.

Слава всем Богам и Высшим Силам, форму можно было сегодня не надевать. А вот, завтра, обязательно. Занятия как-никак.

Погода хорошая, солнышко светит, дождика нет. Красота!

Надела белые прямые брючки, добавила к ним белую футболку с наглой надписью чёрного цвета на груди «Я не белая, но жутко пуффыстая! Ррр!» И рисунок в виде чёрных крылышек на спине. Обула белые босоножки. На босоножках весело звенели маленькие колокольчики.

Волосы подвязала так же звенящей резинкой, нанесла на губы розовый блеск, накрасила ресницы и сочла, что готова.

Далила как всегда облачилась во все черное, нацепила ещё тонну цепей на шею, с подвесками в виде черепа, клыка, паука, скелета. Добавила браслеты и кольца.

– Мать! Ты что, злых духов идешь изгонять? – хохотнула, разглядывая облик соседки.

– Амулеты никогда не помешают, – многозначительно произнесла Лила, расчёсывая свои чёрные блестящие волосы.

Не дождавшись от неё дальнейших комментариев, пожала плечами, взяла сумочку, и мы отправились навстречу судьбе.

* * *

Остервенело, жуя творожную запеканку, не отрывала взгляд от одной «сладкой» и отвратительной парочки.

… Я… ее… убью….

Прямо сейчас. Придушу. Или вгоню кол в сердце. Или снесу голову с плеч. Только закончу с завтраком.

– Уайт, сделай выражение лица попроще, а то ты смотришь так жутко, будто прямо сейчас нашу провидицу Нэлли взглядом прожжешь, – хихикнул Кистен.

Нэлли, значит. Провидица. Я запомнила.

Далила только головой покачала и улыбнулась, глядя на меня.

– Лила, милая, тебе не кажется, что данная Нэлли перепутала студенческую столовую с борделем? – угрожающе и нарочито громко обронила я.

Нэлли сидела на коленях у мужчины моей мечты. На сильных коленках Вейлина и со страстью его обнимала, терлась об него, точно кошка. Только что не облизывала некроманта.

А эта белобрысая сволочь нагло лапала крашеную в синий цвет девку за задни… филейную часть.

После моей речи, разговоры, смех и шум в столовой тут же прекратились.

– Что?! – мгновенно вспыхнула «Синюшка», перестав обсасывать и заворачивать в свой бюст парня. Она гневно сверкнула в мою сторону своими огромными глазищами.

Ха! Какой противный у неё голос – высокий и воющий.

Будь я парнем, держалась от такой противной девчонки подальше, тем более, у меня нежный слух.

Вейлин, прекрасный как Бог любви и войны в одном флаконе, довольно резко смахнул с колен «Синюшку» и подозрительно спокойно пошёл к нашему столику.

Он двигался как дикий хищник, плавной скользящей походкой. Я посмотрела на парней, на Лилу. Все спали с лица и побледнели.

И что я такого жуткого натворила? Подумаешь, высказалась о поведении девушки.

Тем временем, в абсолютной тишине, под сотнями любопытных глаз, Вейлин подошёл к нам, облокотился руками о столик и приблизил своё лицо к моему.

Я даже забыла, как дышать.

А какие потрясающие у него глаза. Они были такого тёмного синего цвета, что казались почти чёрными, в обрамлении пушистых ресниц. А губы… Ммм… Настоящий грех. И милая ямочка на подбородке.

Вот же хард!

Я что, действительно, влюбилась?

Проклятье!

– Я спокойна, как покойник, – мрачно пробормотала вслух.

Услышав меня, блондин негромко рассмеялся. Приятным и волнующим смехом, от которого я вздрогнула.

Парень отодвинул свободный стул и сел напротив меня.

– Чего хотел? – «вежливо» спросила.

А он смелый. Смотрит мне в глаза и молчит.

Потом мельком мазнул взглядом на парней, Далилу, и коротко им сказал:

– Исчезните.

Нормально, да?

Парней как ветром сдуло. Лила скрестила руки на груди и злобно посмотрела на Вейлина.

– Я не понятно сказал? – грозно прорычал блондин.

Нет, он мне уже не нравится. Не нравится, я сказала!

Лила повернулась ко мне и шепнула:

– Ничего он тебе не сделает, но если что, я рядом. – И села за соседний столик.

Я благодарно ей улыбнулась. Не бросила меня.

Сидим, молчим.

Он смотри на меня… оценивающе.

А я стала злиться. Сильно злиться.

Да что он себе вообразил? Ведет себя на публике как озабоченный хард, ещё запугивать решил?

Не выйдет!

Вооружившись вилкой, поддела как можно больше еды и отправила пищу в рот.

Ела специально некрасиво, громко причмокивала, чавкала и смачно облизывала пальцы, но блондина это не слишком смутило.

Он продолжал сидеть и зло сверкать глазами, наблюдая за тем, как я уничтожаю остатки запеканки и перехожу к салату.

И когда завтрак в моей тарелке практически подошел к концу, его величество блондин соизволил заговорить.

– Не советую со мной ссориться, девочка. И высказывать своё мнение в отношении меня, моих друзей и моих подруг, – произнес он насмешливо.

– А, то что? – нагло спросила я.

Злость ударила в голову, и мое чувство самосохранения отправилось в долгосрочный отпуск.

– Дай угадаю, – не дав сказать ему первым, заговорила я, облизав при этом, вилку. – Ты попытаешься сделать меня такой же игрушкой как Нэлли.

Вейлин промолчал, но судя по тому, как дрогнуло его правое веко, я оказалась права.

– Ты не в моём вкусе, – хмыкнул он. – Возможно, я сделаю тебя своей игрушкой, только покойной. И знаешь что, лучше тебе уйти из этой Академии. Добровольно.

Он сейчас упал в моих глазах ниже некуда.

– Давай начистоту, – предложила я, внимательно следя за реакцией парня. – Похоже, я тебе не понравилась. Но и ты не затронул мою чувственную натуру.

Блондин усмехнулся.

– Хорошо, я сильно тебе не понравилась.

Он согласно кивнул. Гад.

– Хоть в этом разобрались, – фыркнула я. – Далее, я не уйду из Академии. И наши отношения могут сложиться следующим образом.

Начинаю загибать пальцы.

– Первое, мы можем не обращать друг на друга внимания и живем каждый своей жизнью. Это самый лучший вариант. Второе, мы можем портить друг другу жизнь и рано или поздно, кто-то проиграет. Сомневаюсь, что ты выдержишь мои пакости, я ведь слишком хороший враг. И третий вариант – мы можем стать друзьями…

Я такая дура…

Парень подался ко мне, как и прежде, недобро сверкая глазами, и повторил:

– Друзьями? Ты и я?

Я насупилась.

Блондин тряхнул светлыми волосами и одним движением легко придвинул мой стул вместе со мной ближе к своему.

– Не играй с огнём малышка, – прошептал он интимным тоном. – И лучше тебе всё-таки очень хорошо подумать об уходе. Иначе тебе здесь не выжить.

Затем он резко встал и покинул столовую. Его друзья, также встали гордо, и ушли вслед за Вейлином.

Настроение упало до отметки минус. Злость клокотала внутри, на глаза наворачивались слёзы, но я не дала им показаться на публике. И вообще, я тебе ещё покажу, где харды зимуют!

Подошла Лила и обняла меня за плечи, шепнув на ухо:

– Брось злиться, и забудь его. Он не стоит твоего внимания. Сделать тебе ничего не сделает, да и я не позволю.

– Спасибо, Лил, – выдавила из себя.

– Тварь! – крикнула синеволосая провидица.

Я закатила глаза. А я, действительно, непроходимая дура. Завела в Академии минимум двух врагов. Для этого нужно иметь талант.

– Отвали! – отмахнулась от синеволосой.

– Ты посмела тявкнуть своим языком про меня гадости на всю столовую! – не унималась девица. – Ты ответишь за это!

Я хмыкнула, подхватила сумку, взяла Лилу под руку и вместе с ней двинулась на выход.

Девица ещё что-то верещала, а я не обращала внимания. Только Лила, обернулась и смерила презрительным взглядом синеволосую, показала ей неприличный жест и сказала:

– Не заткнёшься – прокляну!

* * *

…Ну вот, снова пошёл дождь…

Я рассеянно наблюдала за струйками воды, сбегавшими по моей белоснежной одежде. Дождь, дождь, дождь…

Чьи слёзы на этот раз?

То, что сейчас кому-то крайне тяжело, не сомневалась. Не нужно быть ни эмпатом, чтобы почувствовать, что когда с неба стекает вода – где-то внутри становится невыносимо грустно.

Кажется, будто мир делится болью. Нет, не своей. У мира нет личных чувств….

Мир это мы, природа, солнце, воздух, земля, всё, что нас окружает и то, что нам дорого. Говорят, бывают и другие миры, другие реальности, измерения. Я не отрицаю, не спорю, но и не верю, потому что для меня мир – живое и родное существо. Потому что понять и принять другой мир – значит предать свой. Я на такое не способна. И совершенно на этот счёт не расстраиваюсь.

А дождь всё шёл.

Адепты собирались на площади.

Кто-то смеялся, радуясь этому важному дню. И мне хочется радоваться, но не получается. А ведь утром у меня было прекрасное настроение.

Подошла Лила и принесла из нашей комнаты два зонта, себе чёрный с рисунком в виде костей и мой – жёлтый.

Адепты раскрыли зонты тёмных цветов, иногда мелькали яркие пятна багрово-красных и зелёных оттенков. Мой зонтик, словно лучик солнышка, затерялся среди хмурых и недружелюбных туч.

На высокий постамент, собранный специально по случаю нового учебного года и приветствия первокурсников, вышли ректор Академии, магистр демонологии, все шестикурсники некроманты, а их целых одиннадцать человек!

Лила говорила, что до шестого курса мало кто дотягивают, только самые лучшие из лучших. Судьба остальных недоученных некромантов печальна. Им блокируют основной магический источник, оставляя маленький ручеёк силы. Этих сил хватает на поднятие мёртвых на пару минут, чтобы, например, получить показания и на этом всё.

Ещё могут варить зелья, вкладывая крохи силы, но зелья эти будут такими же, как и они слабыми.

Некромантом стать – задача не из лёгких, но я справлюсь!

В принципе, такой же жёсткий отбор проходит и у целителей. Так что я не удивлена.

Помимо шестикурсников, на сцену вышли ещё пять неизвестных мне мужчин и три женщины.

Далила комментировала, кто есть кто, но я слушала её через раз и, конечно же, не запомнила не имен, ни специализации. Мой взгляд был прикован только к одной фигуре в черном – Вейлину де Гаю. Прекрасен и ужасен, а еще холоден и опасен.

Ненавижу.

Сузила глаза и почувствовала внутри себя всплеск магических сил, но блок, поставленный в научном институте инициаций, не дал магии выплеснуть наружу.

Юным некромантам, абсолютно всем ставят блок на магию на один месяц. Потом глава учебного заведения снимает его, и адепт под присмотром преподавателей, начинает работать со своей силой, познает ее и укрощает.

К слову, пользоваться магией на территории Академии, не в специальных защитных аудиториях и полигонах – запрещено. Но это только для некромантии. Пользоваться бытовой магией, заниматься артефакторикой, составлять и варить зелья – всегда, пожалуйста.

Ректор тем временем, вещал следующее:

– В этом году мы решили провести эксперимент. К первому курсу некромантов, мы представим кураторов. Мы пришли к выводу, что недосмотр за юными некромантами, их фатальные ошибки, что приводят к отчислению и блоку магии – первоочередно наша вина. Поэтому, адепты шестых курсов, будут курировать первый курс.

ЧТО?!

– В этом году, набор вышел небольшим, всего сто тридцать два юных адепта на факультете некромантии, из них меньше половины – боевые некроманты. Поэтому, на двенадцать первокурсников – один куратор. Фамилии кураторов и адептов, которых он будет опекать, вы сможете увидеть завтра утром на стенде в главном холле академии. С любыми вопросами и проблемами, вы всегда сможете обратиться к своему куратору.

После этой новости на площади образовалась звенящая тишина.

– А теперь переходим к самому приятному – выдаче амулетов принадлежности к Магической Академии Тёмных Искусств!

Вперед вышел неизвестный мне дядечка, в знакомом сером и невзрачном балахоне. Некромант.

– Приветствую Вас, адепты МАТИ! Сегодня Вы переходите на новую ступень Вашей жизни. Вы будете изучать некромантию. Самую сложную и капризную магическую науку из всех!

Пф, – фыркнула про себя.

Целителям учиться тоже нелегко.

– Будьте терпеливы, внимательны и старательны. А мы поможем Вам и передадим те знания, которыми владеем. Будьте достойны звания некроманта!

К дядечке подошла миловидная женщина и протянула таблайд (магический планшет).

– Я зачитываю фамилию, а Вы дорогие адепты – выходите для получения амулетов МАТИ. Итак, начнем. Олаф Лебрейт.

Мне вручили амулет самой последней, одарив внимательным и цепким взглядом. Поблагодарив, сошла со сцены, лопатками чувствуя, как кто-то пытается прожечь во мне дыру.

Обломитесь все!

Дождавшись окончания приветствия, все начали расходиться.

К нам подошли мои новые знакомые однокурсники и друзья Лилы.

– Ну, что девчонки? Ай да в город, отмечать новый виток жизни? – обняв нас с Лилой, радостно напомнил о сегодняшних планах Брайд.

– Не рановато? – спросила хмуро, рассматривая амулет.

Амулет выглядел очень просто. Круглая и плоская бляха из серебра, на которой выбита аббревиатура МАТИ, а под названием красуется маленький, едва заметный паучок.

Амулет висит на чёрном кожаном шнурке.

Отрегулировала длину и надела его, сразу ощутив магию, которая прошлась по телу сотнями мурашек, привнеся с собой прохладу и запах мяты. Эти свойства означают, что амулет – защитный и охранный. Здорово!

– Какое рано? Пока всех соберём, пока дойдём, закажем всё, уже утро наступит! – хохотнул Кистен.

Ребята на его слова с улыбками закивали.

Что-то не хочу я никуда. Кисло посмотрела на Далилу.

Та рассмеялась и сказала:

– На один часок. И пить не будем. Завтра занятия.

Кивнула и мы пошли на свой чердак переодеваться.

Парни остались ждать нас во дворе Академии, радостно строя планы на учёбу и совсем не обращая внимания на дождь и довольно холодный ветер.

Переодевшись в теплую одежду, вышли к ожидающим нас парням и застали такую картину.

Парней облепили девушки с других курсов и факультетов, строили им глазки и ворковали, точно птички.

Среди них была и синеволосая. Девушка, увидев меня, сильнее прижалась к Брайду и широко улыбнулась. Я удивлённо вскинула брови. И что с того?

Каюсь, в столовой я повела себя отвратительно, следствием чего стал конфликт между мной и шестикурсником, и этой девушкой.

Извиниться что ли?

Не-е-е-ет. Перед «Синюшкой» ни за что! Она ведь правда ведёт себя вульгарно!

А вот, перед Вейлином… Эх, надо. Не хочу, но надо.

И вот, всей немаленькой толпой мы двинулись в город.

Шла позади остальных, придумывая и прокручивая в голове слова извинений, но приходила одна муть, скатывающаяся к одному: ты мне до жути нравишься.

Лила шла рядом и не мешала мне думать.

Вдруг кто-то сильно толкнул меня в спину, я споткнулась, но смогла не упасть.

Обернувшись, увидела Клина.

Вот же, противный тип!

– Ты больной? – спросила его злобно.

Лила схватила парня за шиворот и хорошенько тряхнула, на что он выдал похабную шутку.

– Ещё раз подойдёшь, зубов не досчитаешься, – пригрозила Клину подруга.

Сейчас некромантка была зла и похожа на настоящую опасную хищную кошку.

– Понял, понял… – нервно ответил парень, пытаясь отцепить своими хиленькими ручками цепкие пальцы Далилы.

Девушка стряхнула его еще раз и брезгливо откинула от себя.

Клин поправил свою куртку, пригладил растрёпанные и грязные волосы и, обогнув нас, догнал ушедшую довольно далеко, компанию адептов.

– Неприятный тип, – заметила Лила.

– И не говори.

Мы отправились следом, даже не пытаясь догнать остальных.

Чем дольше шли, тем я больше думала и вспоминала события в столовой. То, что произошло совсем на меня не похоже.

Что же произошло?

Почему я так безобразно себя повела?

А как общалась с парнем! Тем более, он мне понравился.

Будто, кто-то проклял…

Проклял.

Проклял!

– Лила! – резко обратилась к девушке и вцепилась ей в руку.

– Ты чего, – удивилась подруга.

– Тебе не показалось странным мое сегодняшнее поведение в столовой? – спросила ее.

– Ну-у-у-у… – протянула девушка.

– Так сразу сказать не могу, потому что мы с тобой знакомы всего ничего, но мне всё равно, кажется, что это немножко не твоём характере, – осторожно опроизнесла Лила.

– Вот именно! – горячо ответила ей и потрясла руками над головой от очевидной и шокирующей мысли. – Меня учили всегда вести себя достойно и никого не осуждать, тем более, на публике высказывать свои мысли о других людях! Да меня мама заставила бы рот с мылом промыть и вызубрить пару томов столового этикета!

Далила недоуменно на меня смотрела. Ну вот, на её лице отобразилась мысль.

– На тебя воздействовали, – сказала она яростно и нахмурилась. – Роза, ты что не носишь защитные амулеты?

– Да как-то не было надобности в них. А сейчас, вот, от Академии выдали.

– Роза, что за беспечность? Ты поступила в академию Тёмных Искусств. Здесь жесткая конкуренция, за улыбками и красивыми словами скрываются ненависть и зависть! – Лила отчитывала меня как нашкодившего котенка.

– Так! Отдадим дань уважения первокурсникам в кафе и домой! Будем снимать с тебя темное воздействие. А пока, на-ка, надень. Амулет МАТИ конечно хорош, но он защищает не от всего. А мой амулет не только защищает, но и отзеркалит весь магический негатив и вернет тому, кто навел.

Далила сняла с себя один из амулетов. Это была рука скелета небольшого размера, конечно же, из серебра и на серебряной тонкой цепочке.

– Спасибо, – прошептала благодарно, тронутая ее участием. – Чтобы я без тебя делала. А ты сама как без него?

– Не за что. У меня еще один есть, не переживай. Я сама через многое прошла за эти два года. И помогу тебе адаптироваться. Да и сама хороша, могла бы сразу тебя предупредить, но хотела разговор начать завтра после занятий, а видишь, как вышло.

– Лил, а ты можешь посмотреть магическим зрением, что именно сейчас на мне? Проклятие, порча или так, мелкая гадость, типа сглаза? – спросила уже настоящую подругу.

Теперь у меня две подруги: Элия и Далила.

– Не могу, магическое зрение у меня пока слабое, медитация мне плохо далась на втором курсе, поэтому дома посмотрю твою ауру через артефакт Алреоло[2].

– Хорошо.

Подошла к Лиле и обняла её, крепко-крепко.

– Спасибо тебе. Ты для меня стала настоящей подругой и я всегда помогу тебе в любой ситуации.

– Ох, Роза! – растрогалась девушка. И обняла меня в ответ. – Ты для меня в первый день стала подругой. Я тоже всегда помогу тебе во всём!

И на этой позитивной ноте мы пошли дальше.

* * *

Очень важно иметь подругу или подруг, которым можно рассказать все. И я благодарна Вселенной, что она подарила мне таких чудесных подруг.

С этими мыслями, вслед за Лилой, решительно вошла в кафе под названием «Пир Духа».

Дизайнер кафе и автор названия явно по жизни приколисты.

Мы сели за стол у окна, который облюбовала наша шумная компания, и я поняла, что не смогу спокойно тут просидеть, даже час. Нервничаю из-за того, что на меня кто-то посмел воздействовать.

Впрочем, я уже здесь и за один час, надеюсь, ничего не случится. Ведь на мне теперь амулеты защитные.

Попыталась успокоить себя, но что-то не вышло. Душевный покой потерян.

Ребята радостно что-то выкрикивают, девчонки смеются, официант принимает заказы… А я сижу с кислой миной. Одна Далила сочувственно на меня смотрит.

Она и шепнула мне на ухо:

– Сейчас уйдём. Скажем, что тебе нездоровится.

Я кивнула и вымученно ей улыбнулась.

Ко мне обратился Карл, мой однокурсник, только учиться будет на прикладной некромантии:

– Что заказывать будешь? – при этом, он обнял меня за плечи и подмигнул.

Показывать свои истинные эмоции не стала, просто сняла с себя его руку и сказала:

– Текай без добавок[3] и сливочное мороженное.

Парень оказался понятливым, больше не приставал и передал мой заказ официанту.

Лила тоже заказала текай.

Заведение было заполнено битком. Здесь находились ребята с других направлений и компания с пятого курса, среди них – Рейван. Тот, кто запал в сердце и душу моей подруги Далилы.

Я посмотрела на подругу и заметила, как она украдкой подсматривает за парнем. Ну, дела-а. А тот, ноль внимания.

– Заведение принадлежит бывшему адепту некроманту МАТИ, его отчислили за нарушения правил Академии с четвертого курса, и он назло всем, остался в городе при Академии и открыл это кафе, – рассказал нам Сет. – Это случилось два года назад, мы с ребятами только поступили в МАТИ.

Вот и ответ на вопрос, почему здесь так многолюдно. Хозяин – бывший адепт.

– Он поэтому сделал такой необычный интерьер? – спросила Лилу. – Потому что был отчислен.

Просидели с Лилой практически час.

Я не обращала внимания на подколки и довольно грубые шутки Клина и синеволосой Нэлли.

Лила и парни сначала пыталась меня защищать, но я попросила никого не лезть, и не обращать внимание на тех, кто для меня не имеет никакого значения.

Вдруг магическое воздействие все еще активно – сорвусь и наломаю дров. Потом, потом им всем все припомню. А идеальной местью станут мои успехи в учебе.

Домой вернулись быстро. Это я подгоняла Далилу, мне хотелось поскорее узнать результат диагностики, а интуиция мне подсказывала, что на мне что-то есть. И она меня не подвела.

– Порча, второй уровень, – вынесла приговор подруга.

Я скривилась.

Второй уровень – не самая страшная порча, но неприятная. Признаки: повышенная агрессия, эмоциональность, гиперподвижность, безрассудство… Именно все то, что случилось этим утром.

Хард!

Далила рассматривала мою ауру со всех сторон через артефакт и комментировала:

– Темный сгусток на ауре в области горловой чакры. Остальные энергетические каналы чистые. Пробоин и провалов в ауре, биополе и тонких тел нет. Сейчас мы быстро тебя избавим от этой неприятности.

– Я смогу убрать порчу довольно быстро и простым ритуалом, с помощью окуривания и очистительного заклинания. Порча растворится. Твоя аура снова станет чистой и здоровой. Если хочешь, чтобы порча улетела обраткой к тому, кто ее наложил – то нужно ждать полнолуния, а это только через три дня.

– Не стоит. Давай сделаем это сейчас. Хочу избавиться от этой гадости.

– Отлично! Сейчас все подготовлю.

Далила вытащила в центр нашей гостиной кожаный саквояж.

Вместе сдвинули к стене кресла и столик, свернули ковер.

Подруга открыла свой магический саквояж. Я с любопытством в него заглянула.

– У тебя тоже будет такой. На первом курсе, на второй месяц учебы всем выдают необходимую атрибутику для проведения ритуалов. Но ты сможешь докупать для себя необходимое. Здесь в городе или в других местах, нужные именно для тебя артефакты, амулеты, травы, металлы… Короче, ты меня поняла.

Далила достала нож – с костяной рукояткой и очень длинным, зловеще изогнутым лезвием, показавшимся мне слишком острым для того, чтобы резать им хлеб или фрукты.

Четыре восковые свечи синего, зеленого, желтого и красного цвета. К ним маленькие деревянные подсвечники. Ритуальные спички из эбенового дерева. Высушенные травы – лаванда и белый шалфей. Травы она перемешала и связала в пучок красной древесной нитью.

– Слушай. А это не повлечет за собой наказания? Всё-таки ритуал связан с порчей… – начала я беспокоиться. – Может лучше обратиться к преподавателям?

– Даже не вздумай. Такую мелочь ты и сама научишься с себя и с других убирать. И снятие порчи до седьмого уровня не относится к запрещенным ритуалам на территории академии. Ты не представляешь, сколько раз я себя очищала от сглазов и проклятий! Научилась делать для себя сильные защитные амулеты. Вам на уроке по артефактам расскажут и покажут, как защищать себя с их помощью, и как создавать, – пояснила Лила, расставляя по сторонам света свечи. – А жаловаться преподавателям – только показать себя не с лучшей стороны. Какой же ты боевой некромант, если не можешь снять с себя мелкий негатив? Это МАТИ, детка, здесь жесткие правила.

Далила указала на центр импровизированного круга.

Мне не потребовалась подсказка, чтобы понять ее и стать в центр. Далила зажгла желтую свечу, а потом подняла нож, начертила в воздухе пентаграмму, и нараспев произнесла:

– Ветры и бури, призываю вас! Благословите магию, которая свершится здесь!

Она зажгла высокую красную свечу, я ощутила жар огня и силу магического ритуала.

– Великий огонь, призываю тебя! Ты, носитель силы магии, дай силу моим заклинаниям!

Синяя свеча:

– Потоки дождя, бушующий океан, Великая стихия воды – призываю тебя! Пусть твоя всепоглощающая сила поможет мне совершить этот очищающий ритуал.

И зеленая свеча.

– Мудрая Мать Земля – призываю тебя! Пусть сама твердь земная всколыхнется под моими ногами, когда твоя могучая сила присоединится к моим заклинаниям!

Далила произнесла последние слова – все свечи одновременно ярко полыхнули, в воздухе я ощутила свежесть ветра, аромат морской воды, треск костра и пение птиц. Вау! Это было прекрасно!

Ритуал очищения при содействии стихий и окуривания травами известны всем магам, но я не догадывалась, что и некроманты пользуются им.

Неожиданно я почувствовала себя гораздо лучше. Моя интуиция никогда не ошибается. У нас все получится!

– Окуривание – это традиционный способ очистки человека, места или предмета, подвергшегося воздействию негативной энергии, злых духов или дурного влияния. Я сейчас подожгу особые травы, а затем окурю тебя этим дымом. Духи растений очистят все и изгонят скверну, – пояснила Далила.

Я улыбнулась ей.

– Я знаю про ритуал очищения.

– Отлично. Готова?

– Абсолютно, – кивнула, подтверждая. – Давай избавим меня от этой гадости.

Лила подожгла сухие травы, подождала, пока огонь как следует разгорится, потом задула пламя. От травяного пучка повалил густой дым. Затем, начав от ступней, она начала окутывать меня дымом.

После того, как Далила щедро задымила меня и весь наш чердак, она взяла артефакт Алреоло и снова осмотрела сквозь него мою ауру.

– Чисто! Ничего не осталось! Ни пятнышка, ни соринки, не пылинки! – радостно оповестила меня подруга.

Я облегченно выдохнула.

– А, теперь, давай-ка на первое время дам тебе еще один амулет защиты. Он будет твой личный.

Лила начала перебирать свои вещи в саквояже.

– Вот! Бери! Капни на него каплю своей крови, и амулет будет настроен только на тебя.

В руку мне опустилась серебряная цепочка с каменным кулоном, выполненным из тургуса[4] в форме треугольника.

– Спасибо, Лил. За все спасибо, – прошептала девушке.

Капнула на амулет свою кровь и застегнула цепочку на шее.

– Вот теперь, никто не сможет на тебя воздействовать, но… – Лила на мгновение замялась. – Проклятия от седьмого уровня и выше требуют более сильной защиты. Такие амулеты ты должна будешь сделать сама. Вот когда будешь работать с магией, то и плетения защитные на себя поставишь.

* * *

Привели мы в порядок гостиную, но спать не хотелось совсем. Я была взбудоражена и решила связаться с Элькой.

Подруга рада была нас слышать, и видеть.

Девушка рассказала, как поступила в Академию Стихий, как ей все нравится. Все очень приветливые и заботливые, как парни, так и девушки, и даже преподаватели.

Она переехала в общежитие при академии, показала комнату и познакомила с двумя своими соседками. Приятные молодые девушки-хохотушки.

И когда ее соседки покинули комнату, дав нам пообщаться наедине (какие они молодчины), рассказала ей все как на духу, поплакалась на несправедливость жизни.

Элия была впечатлена.

– Порождения тьмы и хаоса! Хардовские какашки! – как никогда громко орала Элька. – Как они посмели обижать тебя, Роза? Порчу наслали! Ну, ни фига себе!

– Ничего, я узнаю, обязательно узнаю, кто это сделал! И выскажу ему или ей все, что думаю! – так же пылко ответила подруге.

– Может затрупить того, кто это сделал, когда узнаете, кто это сотворил? – обратилась подруга к Лиле. – Я помогу спрятать будущий труп. Говорят, магический отбеливатель хорошо растворяет любые ткани и материи.

– Розочка, ты «за»? – решила уточнить Лила, оглядывая свои руки.

Я нервно хохотнула.

Рыжая подруга оценивающе глянула на Далилу, и задумчиво почесала затылок.

– А, какие есть варианты? – спросила она.

– Ну-у-у, – протянула некромантка и принялась перечислять: – Могу из трупа сделать покорного зомби, можно расправиться с врагом и заточить его или ее душу в склянку и мучительно издеваться…

– Вот! – воскликнула Элька. – Душа, склянка и вечные муки!

Одобрительно кивнув, Лила хищно оскалилась.

А я начала хохотать, до слез и икоты.

– Киллерши, елы-палы! Посмотрите на себя!

– Да ну тебя! – притворно обидевшись, сказала Элия и тоже засмеялась.

Лила смотрела на нас как на чокнутых и фыркнула:

– Хватит ржать, я действительно много что могу…

Само собой, смех перерос в еще больший хохот, только Далила не смогла долго держать оборону и спустя несколько минут, из комнаты на чердаке, под номером «666», можно было слышать громогласный женский гогот.

Загрузка...