Глава 3

— Нет, не разбудил. Я давно уже на ногах.

— Какие планы на сегодня?

— Ближайших два часа буду занята, а потом совершенно свободна. — Заставила себя ответить. Встречаться с Сергеем не хотелось. Но надо. Переключиться на что-то или кого-то! Уйти, убежать!

Договорившись о встрече, вернула номер Вадима в черный список. Он не хранил ей верность, а потому пора было избавиться от чувства предательства. Вытравить его из себя, напалмом сжечь!

Это оказалось непросто. Пальцы дрожали, и тахикардия преследовала весь день. Сережа заметил ее напряжение, но списал на преддверие возможного секса. Они встречались уже месяц, а Илочка все ломалась. Затянуть ее к себе не удавалось ни под каким предлогом. Все завуалированные попытки словно нутром чуяла и выскальзывала из рук.

Вечер тянулся немыслимо долго. У нее даже спина затекла, пока сидели в летнем кафе. Да и продрогла немного — то ли от ветра, то ли от нервов стало знобить. Следила за телефоном — ни одного сообщения. Если бы Вадик позвонил — ей бы пришло уведомление. Что ж, значит так должно быть.

— Ты какая-то дерганая сегодня. Что-то случилось? — Сергей очередной раз отпил пиво из пол-литрового бокала и с ленцой откинулся назад. Он уже был весь в предвкушении. На мужской волне чувствовал, что дождался вожделенную добычу и сегодня затащит ее к себе в логово.

— Нет, ничего. Все нормально. — Откликнулась задумчиво. Когда-то одна знакомая сказала ей, что если мужчина после тридцати лет еще не был ни разу женат, то это нехороший знак. Ее ухажеру было тридцать три. Ну и как вы уже понимаете, он был до сих пор одинок без видимой на то причины. Внешне напоминал птицу: нос с горбинкой, глубоко посаженные глаза, острые скулы. Черты лица неправильные, но притягательные. На него откровенно оборачивались женщины. Широк в плечах, рост метр восемьдесят. Одевается красиво. Даже в какой-то мере вычурно.

Во всем этом существовало одно «но». Разумовский незримой прозрачной стеной оттеснял любого, с кем она пыталась начать отношения.

— Ну что? Будем сворачиваться?

— Пожалуй, да. Поздно уже. — Лона все еще сомневалась ехать к нему или нет. «Господи! Ну, позвони же! Останови меня!» — взмолилась, думая о любимом.

— Давай винца тебе возьмем и посидим еще. — Предложил, уже зная ответ.

— Давай. — Улыбнулась вымученно. Слово «винцо» постоянно коробило, словно кто-то рядом гвоздем по стеклу царапал, а он говорил всегда только так.

По дороге заехали в супермаркет, после чего Лона впервые оказалась у Сергея дома. Обычная двушка в старом панельном доме с давним ремонтом и мебелью допотопного года выпуска. Из нового — диван у стены с бордовым ковром производства времен СССР. Зато напротив искусственный камин длиной чуть ли не во всю стену. Квартира складывала странное впечатление.

Они посидели на кухне ради приличия, не идти же прямо с порога в постель. Телефон Илоны молчал. Потом начали целоваться, перемещаясь в спальню. Телефон продолжал безмолвствовать. И даже когда остались практически без одежды, чертов смартфон не подавал признаков жизни. А дальше все случилось одновременно. Ила буквально в последний момент сообразила, что ее спутник не собирается предохраняться.

— Сереж… резинку не забудь. — Прошептала, пытаясь даже не задумываться над тем, что сейчас делает и тем более над тем, что чувствует.

А она не ощущала ровным счетом ничего захватывающего. Полувялое возбуждение разве что. Все было неправильно, не так как надо: начиная с его запаха и заканчивая ласками, которые ниже пояса не распространялись. С Вадимом было иначе. Достаточно одного поцелуя, а внизу все замирало и тянуло в ожидании.

— Зай, я не люблю их. — Отвлекся на секунду и начал снова целовать, надеясь, что экстаз затмит у нее голос разума.

— Погоди. — Отклонилась, оторвавшись от него и выразительно глядя в глаза.

— Не переживай, я выйду вовремя.

И в этот момент ее телефон издал сигнал, оповестивший об смс-ке. Лона непроизвольно вздрогнула. Конечно же, она не знала, что это было на самом деле: реклама, сообщение от кого-то из знакомых или оповещение об отклоненном входящем звонке, но звук отрезвил.

— Разве дело только в этом? — задала резонный вопрос, отворачиваясь от его губ.

— Я ничем не болен. — Скривился, понимая, что момент утерян. — Илочка, ну давай так, а? — прошептал, не оставляя попыток присунуть.

— Извини, Сереж, но это детский сад какой-то. — Постаралась освободиться.

Он откинулся в сторону, издав недовольный звук.

— У меня ничего не получится с презиком. — Сказал вдруг. — Не могу я с ними.

Илона села, не зная, что делать. Взгляд непроизвольно упал на мужское достоинство. В душе само собой появилось недоумение. А как он вообще собирался ее… таво? Орган у него был… как бы так помягче… в полусонном состоянии. Какой должен быть стояк она видела не раз. Еще в начале их «встреч» с Вадимом, он как-то однажды утром, заметив смущенный взгляд, вдруг сказал:

— Рассмотри его. Не бойся. — Потом взял ее руку и вместе со своей стал водить вверх-вниз. На вид и на ощупь он очень отличался от того, что сейчас наблюдала Лона.

— Может… поцелуешь меня? — спросил Сергей, чуть дернув бедрами.

Апупеть! Вот это да! Чем не царское предложение?

— Я лучше домой поеду… — пробормотала она, потянувшись за кофтой.

— Брезгуешь? — прилетел вопрос-тычок в спину.

— Мы не настолько близки. — Отрезала, чувствуя тошноту.

Молча оделась.

— Дорогу найдешь? — спросил зло, явно пытаясь принизить.

— Завязывай с пивом, Сережа. — Выходя, бросила ему напоследок.

Спустившись вниз, вызвала такси и посмотрела входящие сообщения. Вадим. Три пропущенных.

Разумовский стоял у дверей ее квартиры и чувствовал, как начинает реально клокотать от злости и растерянности. Это как понимать бл@?! Малая сменила замок? Или что?!

Когда-то ключ от своего жилья она дала ему сама! Сама, бл@дь! Он ее не просил! Что мать твою за день такой?! Что происходит?! Второй раз вопрошая у вселенной, тяжелыми шагами направился вниз, ощущая, что земля под ногами качается.

Хочешь, не хочешь, а получалось так, что его в одночасье свергли с Олимпа. Поиграл, свыкнувшись с амплуа бога — и вдруг оказался в роли простого смертного, отвергнутого своей вчерашней рабыней. Сильные эмоции есть сильные эмоции. Илона задала мощную амплитуду от эйфории всемогущества до полного уничижения. Вот так просто, без какого-либо объяснения взяла и вычеркнула его из своей жизни.

По загривку пошел жар. Спускаясь по ступенькам, достал телефон, набрал ее номер. Послышался длинный гудок, после чего связь оборвалась. Повторил попытку еще раз. И еще. Результат тот же. Она что, номер сменила? Или… заблокировала?! Догадка жгучим комом ударила в солнечное сплетение.

Этого не может быть. Нет. Этого просто не может быть! Обиделась? На что?! Он только приехал! На дне рождения теть Маши даже толком не общались — обменялись парой фраз!

Вышел из подъезда, закурил и вызвал такси. С Марком они пили, а потому за руль садиться не стал, оставив машину у брата под домом. Как-то одновременно у них начался треш. Саша, девушка с которой тот жил и планировал даже жениться, сообщила такую новость, что любого мужика запросто свалила бы с ног. Они проговорили до позднего вечера, после чего Вадим оставил уснувшего пьяного в доску Вульфа и отправился к Малой, где его ждали вот такие новости.

Причиной подобного поведения могло быть только появление другого. Больше вариантов попросту не существовало. Скрипнув зубами от злости, сел в такси и постарался успокоиться, но мысли одна другой гаже лезли в голову с маниакальным упорством. Где она сейчас? С кем? Что бл@дь делает?! Неужели… изменила ему? Все эти годы был железобетонно уверен в ней, в том, что ждет и не скачет по х@ям!

Еще буквально вчера вечером поражался, слушая брата — как тот дымит на свою Александру и не может с этим ничего поделать. А сейчас сам, сидя в автомобиле, готов был крушить торпеду руками и реветь как раненный бизон. Порно-картинки с чужим мужиком и ее участием возникали сами собой и поднимали давление до треска в глазах.

А Илона тем временем, сидя в другом такси, что проехало мимо, пыталась не разреветься. Она чувствовала себя грязной. Запах слюны Сергея преследовал и вызывал позывы рвоты. Влажных салфеток с собой не оказалось и приходилось дышать ртом, чтобы не платить потом за химчистку салона авто.

Набрала Сашу, но та не ответила, а больше поговорить на больную тему ей было не с кем. Дома первым делом отправилась в душ, где терла себя мочалкой до боли, пытаясь смыть не только посторонний запах, но и воспоминания о нескольких последних часах своей жизни.

И только забравшись в постель, дала волю чувствам — горько расплакалась.

Понедельник ее удивил. Ей казалось, что чувство отчаяния будет преследовать не одну неделю. Так, по крайней мере, было каждый раз после отъезда Вадима. Но странным образом появилось опустошение, которое заняло все пространство лишь иногда давая сбои и пропуская болезненные прострелы.

Первый шаг сделан. За прошедшие сутки Разумовский не мог не понять, что между ними все кончено. В отличие от Саши она не надеялась на чудо. Не будет Вадик бегать как ужаленный. Он только обрадуется такому повороту событий. Наконец-то избавится от нее. Вот только как и главное зачем ей жить дальше?

Выходя вечером из офиса, машинально нажала на сигнализацию и остолбенела. Возле ее машины стояла машина Вадима, а он курил рядом, подпирая капот задницей. Сердце пропустило удар. Стоп. Надо быстро взять себя в руки!

— Привет. Какими судьбами? — подошла, изображая удивление с легкой улыбкой. Так она отреагировала бы, если бы встретилась случайно с любым из своих знакомых.

— Привет. — Уставился на нее немигающим взглядом. Видимо он не знал, что ей сказать, так как замолчал после короткого приветствия. А что удивительного? Они и не разговаривали толком никогда. Трахались и то куда больше, чем говорили.

— Что-то случилось? — побледнела. — С Марком?!

— Нет.

Лона облегченно выдохнула и пояснила:

— Не могу ему сегодня дозвониться никак. И Саша трубку не берет.

Выносить молчаливое давление с его стороны было неимоверно сложно. Колени предательски задрожали.

— Ты что-то хотел? — спросила, огибая машину, тем самым давая понять, что на долгие разговоры не нацелена и собирается уехать.

— Лона, что происходит? — с трудом расклеив челюсти, спросил, следя за ее передвижениями.

— Ты о чем? — набравшись смелости, посмотрела прямо. — О наших милых встречах? Спешу успокоить: больше я тебя не потревожу. Благотворительность в виде жалости мне более не нужна.

Вадим изменился в лице. А она, не давая себе опомниться, села за руль и уехала, поражаясь собственному мужеству.

Уважаемые читатели! Обращаюсь к тем, кто еще не знаком с моими книгами. Если Вы не читали "Красная помада для бибабо", настоятельно рекомендую сделать это, прежде, чем продолжить чтение. Произведения не связаны сюжетом, но так Вы не испортите для себя интригу предыдущей истории.

Загрузка...