Малая

Глава 8

Ила подошла к Саше чуть позже, когда устала бегать от Вадима и не в меру назойливого Сергея. Престарелый ловелас начал раздражать. Да и не за тем она приехала, как бы кощунственно это не звучало по отношению к свадьбе родного человека.

— Привет. — Улыбнулась новоиспеченной невестке. — Поздравляю. И извини за сцену в больнице, пожалуйста. Накрыло меня… сама не знаю. Все сразу как-то…

— Ничего страшного. Я понимаю. Да и Марк не прав. Пусть теперь расхлебывает. Ты только долго его не мучай, хорошо? — хитро улыбнулась та в ответ.

— А мы уже помирились.

— Супер. Это самый лучший подарок за сегодняшний день. Ты как вообще? — спросила Александра, внимательно вглядываясь.

— Нормально. Держусь.

— Вадима реально колбасит. Посмотри.

Илона повернулась в сторону и увидела троих сразу: брата, Разумовского и Кирилла. Они стояли чуть в стороне от остальных.

— Ого!

— Как у вас с ним?

— Сама не знаю. Думала, что все наладилось, а теперь оказывается, что он в понедельник уезжает.

— Лон, учти — ты только вышла на тропу войны. Быстро ничего не исправить. Универсального рецепта, который ты от меня подсознательно ждешь — нет. Учись ходить по краю. И никогда не выпрашивай любовь.

— Мне тяжело, Саш. Силы на исходе…

— Э! Э! Э! Какое «на исходе»?! Все только начинается. Иди на йогу, чисти дзэн или ауру — не знаю. Черпай из космоса или вымаливай у вселенной. И запомни: как только ты вернешься в старую колею — можешь тут же ставить на всем крест. Вадим по ходу не из тех мужчин, которые мечтают о покое. Видишь, как забегал. А значит не все потеряно.

— Я не смогу вести борьбу всю жизнь.

— А этого и не понадобится. Достаточно лишь поддерживать в мужчине понимание того, что на нем одном не сошелся клином белый свет. Реши для себя: нужен он тебе или нет?

— Уже не знаю…

— Так. Мужчины расходятся, а потому времени в обрез. Не знаешь? А это очень легко проверить. Хочешь фокус? Дай мне минут десять-пятнадцать. — И с этими словами Саша отошла куда-то в сторону, оставив Лону в полном недоумении.

О чем она говорила, стало ясно очень быстро. Илона сполна ощутила дикие уколы ревности, как только увидела Вадика танцующего со свидетельницей. Подружка у невестки была… как бы так сказать… очень привлекательной. На ее волнующее декольте засматривались все присутствующие особи мужского пола. Куда там Илке со своим вторым размером тягаться! Какая же предсказуемость — зубы сводит!

Если бы не понимание того, что Неля, а именно так звали красотку, пригласила Разумовского по просьбе Саши, дорого бы обошлись ей все эти масляные улыбочки!

Рядом нарисовался Кирилл.

— Брат, значит, да?

— Ну, он так утверждал все годы, что я его знаю.

Мужчина сощурился, а потом выдал, перейдя вдруг на «ты»:

— Хочешь избавиться от гиперопеки своих… братьев? — не дождавшись ответа, продолжил: — Я могу тебе помочь в обмен на небольшую услугу. — Кирилл достал из внутреннего кармана металлическую плоскую коробочку и вынул визитку. — Позвони мне, если надумаешь. Сейчас у тебя очень благоприятный момент. Марк будет занят молодой беременной женой, а Вадима… при большом желании можно подвинуть.

Лона взяла холодными пальцами маленький картонный прямоугольник и в тот же момент осознала, почему ей было дискомфортно рядом с этим человеком. Есть люди, в обществе которых вы чувствуете себя весело и легко, есть те, с кем вас пробивает пофилософствовать о жизни в целом, есть такие, которые вызывают уныние, а есть Кирилл Дубов со взглядом убийцы. С таким идти на сделки — это подписать себе приговор сразу же, без промедления.

— Спасибо, но я стараюсь не делать долгов. — Голос у Илы стал чужим.

— Мы можем просто встретиться и приятно провести время. — Улыбнулся в ответ ее новый знакомый.

— Где-нибудь в сауне, например? — о, господи! Она это сейчас вслух сказала?!

Дубов, судя по всему, подавился собственным вдохом, потому как кашлянул в кулак и тут же развеселился:

— Ну, это по желанию. — Опять откашлялся. В глазах появилось изумление. — Дальше банального ужина в ресторане я в своих мыслях пока не продвигался. Наверное, зря?

Ила стояла ни живая, ни мертвая после собственных слов. И как ее угораздило?!

— Знаешь, мне даже жаль, что вынужден уже идти. Улетаю на три дня. Ты очень… интересная девушка, Илона.

Не успел за ним и след простыть, как рядом появился Марк.

— Лон, не мое дело, но предупреждаю — держись подальше от этого человека. — Заявил сразу же, без каких либо прелюдий и вынул визитку из руки.

— Ух ты, как интересно. — Она тут же забрала ее, но спрятать не успела. Вадим подошел сзади и выдернул злосчастную визитку, сминая ладонью. Ила вздрогнула, разворачиваясь. Ой. Это у него сосудик в глазу лопнул, или освещение так падает?

— Интересно не это, Малая. Интересно то, что ты вздумала играть с огнем…

— А кто такой этот Кирилл? — не обращая внимания на Разумовского, спросила Лона у брата.

Марк почему-то замер внимательно глядя, потом закусил губы, сдерживая изумленную усмешку и сделав шаг вперед, оказался между ней и Вадиком.

— Тихо, тихо. Вадь, успокойся. Люди кругом. — Чуть повернувшись назад, посоветовал сестре: — Лон иди… нос припудри. Быстро.

— Малая, я тебя еще пару часов назад предупредил. Плохо расслышала? Ты допрыгалась, понимаешь? — шипел Вадим, пытаясь обойти брата.

— Может тебе корвалолу накапать? — не смогла удержаться Ила, тем не менее, отступая назад.

— Я тебе сейчас так накапаю, неделю сесть не сможешь!

— Лона! А ну, брысь я сказал!

Второго предупреждения хватило, чтобы смыться подальше оттуда и спрятаться за огромным фикусом в углу. Вечер перестал быть томным. Интересно, Сашка действительно беременна? Эта мысль в связи с разного рода переживаниями почему-то даже в голову не пришла! Ну да, она и спиртного не пьет практически. А какой нормальный человек его не пьет? Вариантов целых два: по здоровью или когда барышня в положении. То-то Марк так светится!

Разумовский пытался отдышаться и с яростью мял в ладони визитку Дубова. Что и где он упускает?! В Илку словно что-то потустороннее вселяется! Ведь еще с утра все было просто зашибись! Целовал ее на прощание так, что казалось, до гланд доберется! И она отвечала так же! Возле церкви стояла нормальная, спокойная. Все же было хорошо! Так что произошло, бл@дь, скажите на милость?! Он недостаточно доходчиво объяснил, что никаких расставаний не будет? Или это игра какая-то чисто бабская? Но Лонка никогда подобной хренью не страдала!

У него клокотало в груди с такой силой, что без малого дым из ноздрей не повалил. Брат спрашивал что-то, а Вадим не слышал. Кровь шумела в ушах как Ниагарский водопад. Ну, Малая, держись. Картинки одна красочнее другой замелькали перед глазами.

— Вадь. Вадя! Очнись. — Марк стукнул его кулаком в плечо, заставив отвлечься от мстительно-сладких мыслей.

— Что?

— Я говорю, успокойся и дыши глубже. Что с ней случилось сам не пойму. Надо как-нибудь у матери спросить, может она в курсе?

— Спроси. — Ответил Вадим задумчиво.

— Дуб, конечно не вариант, но и ты так не кипи. Чего взбеленился вообще? Или я чего-то не знаю?

Разумовский посмотрел брату в глаза, выдержал небольшую паузу и спросил:

— Отдашь ее за меня?

Марк застыл моргнув пару раз для порядка. Потом поинтересовался:

— Ты ж вроде как сам пообещал не трогать ее… ты, что же… все это время…

— Нет. Не спал я с ней всю неделю. Послала она меня и замки поменяла. Вчера только… пересеклись. Так отдашь?

— Послала..?! Погоди. А о чем ты с Дубом курил, когда я ушел?

— Не важно. Ты не ответил.

— Важно Вадя, важно. Ну!

— Я объяснил ему, что ниф@га ей не брат. Это сейчас как-то повлияет на твой ответ?

— Нет. Просто интересно стало. — Марк заулыбался своей фирменной кривой улыбкой. — Отдам, конечно. Вот это новости… — И еще раз стукнув по плечу, отправился к своей молодой жене.

Вадим провел его взглядом и вдруг задумался над тем, а пойдет ли Лонка за него? Что интересно, раньше даже вопроса такого бы не возникло. Но тогда и ему этого не надо было. Теперь же уверенность улетучилась вместе с задорным цоканьем каблучков ее туфель в тон платью. И как так все смогло перевернуться вверх тормашками?! Вот недаром говорят: «Что имеем — не храним, потерявши — плачем»!

Единственное, что его успокаивало, это понимание того, что за всей чушью, которая копошилась и потрескивала сейчас в голове у Малой, основная подложка оставалась незыблемой: она по-прежнему его хотела. А значит любила. У женщин это тесно взаимосвязано, в отличие от мужчин.

Разумовский осмотрелся, но нигде ее не увидел.

Тем лучше. Надо остыть, а то наломает дров. Вот, коза! Выбрасывая бумажный шарик в урну, опять испытал электрошок ревности. От одной мысли, что кто-то другой может к ней прикоснуться, или не дай боже узнать, что она натуральная блондинка — начинало реально колотить изнутри. Бл@! По ходу все рабочие встряски и рядом не стояли с тем, что может устроить одна маленькая строптивая мелкота!

До конца вечера Вадим старался даже не приближаться к ней. Пас глазами и ради развлечения представлял, как будет вправлять Лонке мозги, возвращая единоличный мандат не только на любые интимные пируэты, но и на нее в целом.

Когда праздник подошел к концу, он увидел, как Малая села в машину вместе со своей мамой. Значит, останется на ночь у теть Маши. Наивная. Думает, спряталась? Ну-ну.

Где-то через час вызвал драйвера и отчалил следом. По дороге пообщался с Йонасом, своим компаньоном, обсудив насущные рабочие вопросы; потом ответил на входящий звонок от матери.

— Вадь, ну как там дела?

— Все хорошо, ма. Я домой еду. Может что надо? Могу в магазин заскочить.

— Нет, все есть. Ты меня к Машке завезешь? Зовет в гости, проставиться хочет.

Отлично! Прямо крапленые карты в руки.

— Конечно. Буду минут через пятнадцать.

Приехав домой, в темпе принял душ, стараясь не сдохнуть от предвкушения и отгоняя мысли о Малой, вызывающие неконтролируемый стояк. Переоделся, и вместе с матерью окольной дорогой порулил к Вульфам. Несмотря на то, что коньяк уже давным-давно был истреблен диким количеством сожженных нервных клеток, сталкиваться с полицейскими очень не хотелось.

В столовой у родственников к тому времени собралось человек пять соседей. Все радостно галдели. А как же. Нашему брату только повод дай.

— Теть Маш, а Лона где? — спросил негромко Вадим, после обязательного поцелуя в щеку, несмотря на то, что виделись недавно.

— Наверху. Говорит, что устала. Никакими силами ее оттуда не достать. Вадь, сходи, поговори с ней. Она тебя послушает. Да к нам спускайтесь.

— Угу. Сейчас… поговорю. — Пообещал Разумовский, поворачивая к лестнице.

Практически бесшумно поднялся; открыл дверь в комнату без стука.