© Н. Березина, 2016
© ООО «Написано пером», 2016
Вам душу я свою лишь приоткрою —
Родным, и самым близким, и друзьям
Посредством стихотворных строк, что на письмо легли канвою,
Конечно, – не в сравнение великим мастерам.
И эту важность сознавая,
Лишь отражают жизнь они мою:
Волненья и душевные порывы, чем я жила и чем живу.
Примите всё как есть, не обсуждая!
Я буду несказанно рада,
Когда найдёте вы в моих стихоплетениях себя.
Поверьте: то была и мука, и отрада.
И, слава Богу: ОН уберёг от равнодушия меня!
«Deus conservat omnia» (Бог хранит всё) – гласит родовой герб над входом в Фонтанный дом Анны Ахматовой
Не позволяй душе лениться!
Чтоб в ступе воду не толочь,
Душа обязана трудиться
И день и ночь, и день и ночь!
«Но нет такого испытания, нет запрета, которые поколебали бы людскую веру в воскресение…»
Слова без веры не имеют смысла
Светлой памяти моих родителей
Моим землякам уральским (яицким) казакам
Остыла степь. Казачья вольница
Ушла с закатным солнцем вдаль…
А время над рекою молится,
Не в силах разогнать печаль…
Печаль, как пасмурное облако
Спустилась до земли с небес
И память за собою волоком
Все тянет, тянет в перелеск.
Яик-Урал! Ты помнишь многое:
И бравый подвиг казака,
И выправку, обличье строгое,
И гордый профиль седока!
За Веру, за Царя, Отечество
Казак готов был жизнь отдать.
И отдавал! Во славу Вечности.
Забыла ты, – Россия – Мать?
«… Словно жаль кому-то и кого-то,
Словно кто-то к родине отвык,
И с того, поднявшись над болотом,
В душу плачут чибис и кулик»
Рассвет в моё окно едва забрезжил,
Конец бессонной ноченьке, конец.
На родине уже не свой, – приезжий
И сердце давит тяжесть, как свинец.
Чего сейчас ты хочешь, – гордый странник?
Ты родину оставил в двадцать лет,
Не думая тогда, что след в песчаник
Утопнет, и его в помине нет.
Что эти тополя, звеня листвою,
Так вырастут и юный карагач
Исчахнет и сомлеет под луною.
А ты поплачь теперь казак, поплачь!
Ведь слёзы очищают наши души.
Ты ради внуков и детей отжил.
Твои глаза пусть суховей осушит
И плесень не коснётся твоих жил!
Затомила тоска по всему уходящему,
Исковеркан язык так, что сердцу невмочь!
То, что создали наши и деды, и пращуры, —
Сокрушить всё иуда всегда был не прочь.
Где стояла церква, – ныне памятник с саблею,
Где заводом ковали Победу, – базар.
Стонет сердце о том, как отцовскою саклею
Собирается дань «неразумных хазар».
Мы – потомки, теперь по клочкам-фотографиям
Изучаем могущества бывший оплот.
С горьким привкусом пишем друзьям
эпитафии.
Ностальгия в прошедшее время зовёт.
Бескрайняя ты степь – казачья сторона…
Земля растрескалась от ветра-суховея
И зноем пышет. Звонкий воздух как струна —
Посланник Господа из рода Малафея.
Степные слышу звуки я сквозь времена, —
Вдали от родины я их воспринимаю.
В куге качает струги древняя волна…
Я горькую полынь в ладонях растираю…
На Яике я – реке
Рыбку лавливал
Всяку лавливал,
Приговаривал:
Разливайся по весне —
Яик-Батюшка,
Родный Батюшка,
Водой-Матушкой!
Я пройдусь по бережку,
В пояс кланяясь,
Низко кланяясь,
Волной балуясь.
Много было на веку:
Боли – кровушки,
Боли – кровушки —
Стонов вдовушки.
Напою водой коня —
Друга верного,
Друга верного
Да усердного.
Ты храни Яик меня —
Сына славного,
Да уставного,
Православного.
Жива Вера – жив казак
Божьей искрою —
Верой истинной
Да неистовой.
Ни один сюда чужак
Чтоб ни хаживал, —
Всех отважил я,
Всех отважу я!
А вы ночевали в открытой степи,
Когда лунный шар округу слепит?
И глаз не сомкнуть, и звенит тишина,
Нем звуков восторг, и в сердце слышна
Песнь долгая предков моих – казаков.
Свободная рать без рабских оков!
Та песня – о вере, походах, боях,
О крепости духа, тверди в ногах.
Ну как же уснуть этой ночью в степи?
Растет в душе радость, сердце щемит…
О, предки мои! Ваша слава жива:
На вечную память – Икан и Хива!