Елена Лев Найденное счастье


ПРОЛОГ


В детстве я занималась художественной гимнастикой в одном из Дворцов Спорта Москвы. Это было время, которое сейчас принято называть застойным, 70-е годы прошлого века.

Именно для этого вида спорта я обладала очень хорошими внешними и физическими данными, поэтому после просмотра была зачислена в группу девочек, которую тренировала сама старший тренер. В те годы она была одним из лучших тренеров не только Москвы, но и всего Советского Союза и тренироваться под её руководством было большой честью.

В моей группе было 10 девочек, и что забавно, 5 из них были Лены, в том числе и я.

Мы все были разные, с разными способностями и возможностями, но несмотря на конкуренцию были очень дружны, ведь нас связывала и объединяла любовь к гимнастике, любовь к красоте и грации. Окунувшись в мир этого великолепного вида спорта, мы стали его фанатками, заложницами, влюблёнными в него до самозабвения. Мечтая о победах и медалях, мы знали, что одного таланта, который даётся человеку от природы, недостаточно. Надо приложить к этому огромное трудолюбие, максимум упорства и терпения, поэтому всё свободное время было отдано нами тренировкам и соревнованиям.

С годами получая разряд за разрядом, из маленьких корявых девочек, мы превращались в красивых стройных девушек. Да-да, как в сказке, из «гадких утят» мы превращались в прекрасных лебедей. В спортивном мире нас красиво называли «художницами». Мы всегда отличались от девочек, занимающихся другими видами спорта, так как внешне, более похожи на балерин, чем на спортсменок.

Многие из наших сверстниц, не имеющих серьёзных увлечений, уже во всю встречались с мальчиками и заводили романы. У нас же была гимнастика и реальные планы, поэтому мальчики нас тогда просто не интересовали и даже раздражали своим вниманием. Помимо художественной гимнастики в нашем Дворце Спорта были и другие виды спорта, большинство из которых были мужскими. Наблюдая за нашими тренировками, эти мальчишки влюблялись в нас, присылали записки и ждали у выхода после тренировок. Но, гордо задрав головы, мы проходили мимо них, не оставляя никаких шансов на взаимность.

Благодаря нашему тренеру, которая имела огромную фантазию и славилась талантливым постановщиком, мы принимали участие в большом количестве концертов, выступая на одной сцене со знаменитыми артистами, актёрами и певцами того времени. Также, мы выступали на грандиозных спортивных праздниках, на спартакиадах, универсиадах и даже снимались в кино. Всё это делало наше детство интересным, увлекательным и не забываемым, о чём можно много и долго рассказывать.

Но сейчас, я хочу вам рассказать не совсем обычную историю, о которой я узнала, благодаря моей лучшей подруге того времени.


ПОДРУГА


Как я уже говорила, пять из десяти девочек в моей группе были Лены, в том числе и я. И моей самой близкой подругой стала тоже Лена, я называла её просто – моя Лена. Она была старше меня на год, чуть крупнее и выше ростом, а в общем мы были очень похожи, обе симпатичные голубоглазые блондинки с длинными волосами и стройными фигурами. Нас часто спрашивали, не сёстры ли мы? И люди очень удивлялись, когда в ответ слышали – нет.

Даже редкие свободные дни мы проводили вместе. Гуляли по городу, ходили в кино, в театры и конечно к друг другу в гости. У нас была любимая традиция, которая осуществлялась, если, отстояв двухчасовую очередь в кулинарию, нам всё же удавалось купить любимый торт «Птичье молоко». И вот тогда, мы счастливыми шли домой к моей подруге, где её мама угощала нас чёрным кофе, тогдашним большим дефицитом, и за длинными приятными разговорами, мы наслаждались поеданием торта.

Я и моя подруга были не только похожи внешне, но и взгляды, и вкусы у нас совпадали. Разными были только мечты и планы на будущее.

Я мечтала после окончания школы поступить в Институт Физкультуры, что позволит мне стать профессиональным тренером и посвятить всю свою жизнь художественной гимнастике, а моя Лена мечтала поступить в медицинский институт и стать врачом в области спортивной медицины. Для того, чтобы мечта осуществилась, она решила посещать подготовительные курсы. Ей катастрофически не хватало времени, приходилось буквально разрываться между школой, тренировками и учёбой на курсах. Пришлось делать выбор, и накануне перехода в девятый класс, со слезами на глазах, Лена сообщила нашему тренеру, что вынуждена оставить занятия гимнастикой, чтобы уделять больше времени подготовке поступления в институт. Это был очень грустный момент, когда с большим сожалением, но с пониманием, тренер отпустила мою подругу в новую жизнь – жизнь без гимнастики.

Не скоро моей Лене удалось свыкнуться с мыслью, что в её жизни больше нет любимой художественной гимнастики. Она звонила мне говоря сквозь слёзы, что скучает, что очень тяжело бывает именно в те часы, в которые на протяжении многих лет она привыкла тренироваться, что усидеть в это время за учебниками, ей доставляет больших усилий, и что из-за огромного количества энергии, скопившейся в теле, хочется бросить всё, и взяв спортивную сумку бежать в зал. Я понимала подругу и старалась поддержать её.

– Леночка, не плачь, – говорила я ей, сама, еле сдерживая слёзы. – Ты всё правильно сделала, ведь ты хочешь поступить в институт. Просто научись направлять свою энергию в другое русло.


-–


Шло время, я получила звание Мастера Спорта СССР по художественной гимнастике и перешла в десятый выпускной класс. А у моей Лены после окончания средней школы и получения аттестата зрелости, настал ответственный момент поступления в мединститут. Усердно занимаясь, она шла к этому дню два года. Ни у кого даже сомнения не было в том, что она поступит, так как подготовительные курсы были окончены ею с отличными оценками. И действительно, Лена успешно сдавала экзамен за экзаменом.

Перед последним вступительным экзаменом оставшимся абитуриентам было объявлено, на какую оценку им необходимо сдать этот экзамен, чтобы стать студентом. Моей подруге было достаточно четвёрки.

Наконец настал тот день, когда отлично подготовленная и абсолютно уверенная в своих знаниях, моя Лена поехала в институт на заключительный экзамен. Я же, как и полагается, держала на удачу фиги, ругала мою подругу и с огромным нетерпением ждала от неё звонка.

Наступил вечер, но она почему-то не звонила. В конец измучившись ожиданием, я решила позвонить сама. К телефону подошла тётя Лариса, мама Лены. В ответ на шквал моих вопросов, очень грустным голосом она сказала, что Лена перезвонит мне, но позже. Звонок от подруги раздался, когда я уже собиралась ложиться спать. Сначала она извинилась за поздний звонок, а затем, дрожащим голосом, попыталась рассказать, что сегодня с ней произошло.

Войдя утром в экзаменационную аудиторию института, Лена, как и полагается, взяла со стола билет. Прочитав содержащиеся в нём вопросы, она с облегчением вздохнула и с довольной улыбкой на лице села готовиться.

Преподаватель принимавший этот экзамен, мужчина лет сорока – сорока пяти, обладающий неказистой фигурой, и не привлекательной внешностью, ходил по аудитории наблюдая за абитуриентами, лишая их возможности воспользоваться шпаргалками. Несколько раз моя Лена ловила на себе его взгляд, показавшийся ей неприятным, но значения этому не придала, не до того было.

Через короткое время, она уверенно отвечала преподавателю на вопросы, поставленные в билете. Однако закончив, она увидела на его лице полное безразличие, с каким обычно смотрят на ученика, ответом которого не довольны. Это выглядело странно, поскольку Лена знала, что ответила великолепно, и даже не на четвёрку, а на чистую пять.

Заглянув в ведомость, преподаватель сделал паузу, а затем слегка улыбнувшись, тихо сказал.

– А ты молодец. Отличный ответ! Ведь тебе для поступления достаточно четвёрки, ну а ты ответила несомненно на пять. Но поставлю я тебе три.

Моей Лене показалось, что она ослышалась.

– Три? Почему? Почему три?

– Давай договоримся, – шёпотом продолжил говорить преподаватель, – Если сегодня вечером ты приедешь ко мне на дачу, то у тебя в экзаменационном листе будет стоять пять, если же откажешься, то три.

Не помня себя от возмущения и обиды, с криком – НЕТ!!!, Лена выбежала из аудитории, громко хлопнув дверью.

Как она доехала до дома, не помнит. Очнулась, когда за окнами стемнело. Лежащую на диване её трясла мама, умоляя объяснить, что произошло. Услышанный рассказ поверг тётю Ларису в шок.

– Как же так!? Мою девочку, скромницу, послушницу, которая и с мальчиком то ещё не целовалась, какой-то взрослый мужик, годящийся ей в отцы, вздумал шантажировать, предлагая такое, что и произнести противно! Какой ужас!

Честно говоря, из всего услышанного мной я ничего не поняла. Вернее, в моей голове просто не укладывалось, что такое могло произойти вообще, и в частности с моей подругой. Чтобы вот так легко и просто, кто-то вдруг решил исполнить свою подлую прихоть, воспользовавшись служебным положением. Бред!

На следующий день, сразу после тренировки я конечно же поехала навестить Лену. Войдя в квартиру, я поняла, что здесь сейчас не до меня. Оказалось, незадолго до моего приезда, от нервного перенапряжения у Лены поднялась температура. Она наотрез отказывалась принимать любые соболезнования, а тем более слова – не расстраивайся, всё будет хорошо. И она была права. По какому праву её хотят лишить того, чего она заслужила? Не в силах остановить слёзы она без конца повторяла.

– Почему? Почему? За что?

Но никто не мог ей дать вразумительного ответа. Это сейчас такие ситуации не редкость, они обсуждаются на телевиденье и во всеуслышанье осуждаются общественностью, а в те советские времена, в стране строителей коммунизма, где не было ни Бога, ни секса, было нонсенсом.

Тётя Лариса, то успокаивала плачущую Лену, то судорожно обзванивала своих знакомых в надежде получить правильный совет на вопрос – что делать и как помочь дочери?

Большинство давали один и тот же совет. Мол надо немного подождать. Доказать случившееся практически невозможно. Может этот урод передумает и через несколько дней Лена увидит себя в списке поступивших.

Но был и другой совет. Поднять бучу, вывести этого подонка на чистую воду и заставить руководство института дать Лене возможность пересдать экзамен.

Посоветовавшись, мама и дочь решили следовать первому совету – подождать до времени, когда вывесят списки поступивших.

Это были мучительные дни, дни ожидания и надежды. Но к огромному огорчению, в списках поступивших, моей подруги не оказалось. Время было упущено, что-либо доказать теперь было действительно невозможно.

Так, моя Лена решила навсегда расстаться с мечтой стать врачом. На уговоры своей мамы попытаться поступить на следующий год, она категорически отказалась. У неё был свой аргумент. Она боялась, что в приёмной комиссии не окажется того же урода или какого другого «доктора» с теми же намерениями…

Мне хотелось помочь моей подруге хоть немного успокоиться и отвлечься, но в голову не приходило никаких идей, тем более что она не желала выходить из дома. И тут я вспомнила о нашей любимой традиции. Поэтому, в ближайший выходной, отстояв, как всегда, пару часов в очереди и заполучив наш любимый торт «птичье молоко», я опять приехала к Лене. Увидев меня с тортом в руках, она рассмеялась. Такая реакция для меня дорогого стоила.

– Проходи, – сказала она. – Мама дома, будем вместе пить чай.

Сидя за большим столом наслаждаясь процессом чаепития, меня расспрашивали о гимнастике, о девчонках, о нашем тренере, о всём том, чего уже давно не было в жизни моей подруги. Через какое-то время моя Лена снова загрустила. Не дожидаясь, когда дочь расплачется, тётя Лариса вдруг обняла нас обоих и прижав к груди, словно желая от чего-то защитить, сказала.

– Девочки мои! Вы не заметили, как выросли и похорошели. Мужчины стали обращать на вас внимание. Но пожалуйста, будьте осторожны. Даже за словом любовь, может скрываться подлость и злой умысел.

Эти слова я запомнила на всю жизнь.

До следующих вступительных экзаменов был целый год, поэтому оправившись от переживаний и немного отдохнув, моя подруга решила устроиться на работу. По её словам, настала пора помогать маме. Дело в том, что у Лены не было отца. Она жила с мамой и очень старенькой больной бабушкой. Отец бросил их, когда ей было всего три года. С тех пор его не видели и семью из трёх человек содержала мама.

В те Советские годы ученики старших классов были обязаны раз в неделю посещать УПК – учебно-производственный комбинат, где на выбор обучали азам разным профессий, что в случае непоступления в институт сразу после окончания школы, помогало легко найти себе работу. Именно наличие документа от УПК, помогло моей подруге найти работу в одном из научно–исследовательских институтов (НИИ), которых на тот момент в Москве было великое множество. Компьютеров ещё и в помине не было, поэтому профессия машинистки (печатание на машинописной машинке) была очень популярной и востребованной.


В.В.


В назначенный день и час, на проходной института мою подругу приветливо встретил сам начальник отдела кадров. Поздравив с первым рабочим днём, он повёл её по длинным коридорам здания, объясняя по дороге в чём будет заключаться её работа. Работа, как он выразился – не пыльная, не требующая вникания в смысл существования этого учреждения. Просто надо будет перепечатывать поданные ей рукописи, что-то отнести, что-то принести и что-то, куда-то отправить. И так пять дней в неделю, с девяти утра до пяти вечера. Внимательно слушая, Лена не заметила, как они подошли к одной из многочисленных дверей. Остановившись перед ней, начальник отдела кадров вдруг вздохнул и почесав затылок сказал.

– Да, вот ещё что. Коллектив, в котором тебе предстоит работать чисто женский, но бабы, пардон, женщины все очень хорошие. Я думаю, ты легко с ними сработаешься. Вперёд!

И они вошли. Взору моей подруги открылся очень большой кабинет с огромными окнами и множеством столов, за которыми сидели исключительно женщины. На звук открывшейся двери женщины обернулись и одна за другой, вставая здоровались и знакомились с новой сотрудницей. Они все были разные, молодые и не очень, блондинки и брюнетки, худенькие и полненькие, но все очень симпатичные, а главное от них веяло дружелюбностью. Здороваясь и знакомясь со всеми подряд Лена продвигалась в глубь кабинета, где за последним столом, почему-то спиной к двери сидела ещё одна женщина, с которой ей предстояло познакомиться. Сразу бросилась в глаза её огромная копна тёмно-каштановых вьющихся волос и длинные ноги, скрещенные под стулом.

– Какая должно быть высокая, стройная и красивая эта женщина, – подумала моя Лена.

Подходя к этому столу, начальник отдела кадров успел шепнуть.

– Это твоя непосредственная начальница, её за глаза зовут – В.В.

Женщина медленно встала и опустив глаза в пол повернулась к вошедшим.

В этот момент, шокированная увиденным Лена, чуть не ахнула в слух. Перед ней стояла действительно молодая, очень высокая и стройная женщина, но её лицо… Оно было не то, что не симпатичным, оно было страшным. Складывалось впечатление, что его нарисовал закрытыми глазами какой-то пьяный художник. Маленькие глазки, казалось, вот-вот залезут на огромный нос похожий на уродливую гору, а широкие скулы и массивный подбородок, напоминали чисто мужские черты. Единственное, что было нормальным, так это рот, с припухшими губами правильной формы.

К моменту, когда женщина подняла глаза, моя Лена успела совладать с собой и со словами, – А-а-а я Лена, здравствуйте! – первой протянула ей руку. Грустно улыбаясь, женщина пожала руку и очень приятным голосом произнесла.

– Здравствуй. Добро пожаловать в наш коллектив. Меня зовут Вера Владимировна.

– Ну вот и хорошо, – потирая руки сказал начальник отдела кадров, – Теперь Верочка тебе всё расскажет и покажет, а мне пора, да и обед скоро, так что я удаляюсь. И он ушёл.

Сразу после его ухода, уже на правах начальницы, В.В. указала Лене на свободный стол, стоящий у самой двери и подойдя к нему сказала.

– Это твоё рабочее место. До тебя здесь два года работала Галя. Она была аккуратной, старательной и ей все были очень довольны. Надеюсь, что и ты будешь такой же. Осваивайся.

После чего В.В. вернулась к своему столу, села и стала что-то писать.

На столе под чехлом стояла пишущая машинка, лежало множество канцелярских принадлежностей и несколько пачек чистой бумаги. На Лену уже никто не обращал внимания, каждая была занята своим делом. Оглянувшись по сторонам и поняв, что её услуги пока никому не нужны, она сняла с машинки чехол, вставила в неё чистый лист бумаги и только хотела нажать на клавишу, как раздался громкий пронзительный звонок. В этот момент она вспомнила школу. Ещё совсем недавно такой звонок оповещал учеников и учителей о начале перемены. А что это значит теперь? И тут все женщины повскакивали с мест и пробегая мимо неё с улыбкой говорили.

– Обед, обед, пойдём с нами, пойдём.

Лена немного замешкалась, засуетилась и даже не заметила, как к ней подошла В.В.

– Не суетись, возьми только кошелёк и пойдём, я покажу тебе столовую, – сказала она, открывая дверь.

Очень большая, но при этом довольно уютная столовая находилась на первом этаже. Взяв по комплексному обеду, моя Лена и В.В. сели за один стол. Мимо них проходило множество людей и все здороваясь спрашивали.

– Вер, у вас что, новенькая? А Галка значит поступила-таки в институт?

И услышав положительный ответ желали моей подруге успехов в работе.

За оставшееся от обеда время В.В. показала Лене достопримечательности института. Актовый зал, научную библиотеку и даже маленький музей, где висели фотографии знаменитых учёных, сотрудничающих с этим институтом. Вернувшись на рабочее место В.В. вдруг неожиданно сказала.

– Знаешь, а пожалуй, что на сегодня ты свободна. Но завтра пожалуйста не опаздывай.

Приятно удивлённая такому предложению, попрощавшись со всеми, моя подруга хотела поехать домой, но посмотрев на часы решила изменить свой план. Так, в разгар тренировки, где я, как всегда, находилась в это время, дверь в зал распахнулась и все увидели мою Лену. Наша тренер и девочки, ну а я так больше всех, очень обрадовались её неожиданному появлению. Быстренько обменявшись новостями, она села около тренера и глядя на нас стала ожидать окончания тренировки. Обняв Лену и поцеловав её в щёку, тренер сказала: «Леночка, как ты выросла, какой красавицей стала! У тебя всё будет хорошо! Очень, очень хорошо!»

После окончания тренировки мы не могли наговориться. Подруга рассказала о своём решении кардинальным образом изменить планы на будущее. На следующий год она будет поступать в институт нефти и газа имени Губкина, который в своё время закончила её мама. Как говориться решила пойти по семейным стопам. Конечно, она рассказала, как приветливо и дружелюбно её встретили в НИИ, и что на данный момент эта работа её вполне устраивает.

Меня очень заинтересовал рассказ Лены о её начальнице. Представив себе эту молодую женщину, высокую, стройную и красивую со спины, но очень некрасивую на лицо, было интересным узнать есть ли у неё семья, муж, дети? Лена сказала, что таких подробностей она не знает, но за сегодняшний короткий день успела заметить, что в институте все относятся к В.В. с большим уважением. При расставании мы договорились звонить друг другу и по возможности встречаться.

На следующий день, придя на работу, Лена увидела на своём рабочем столе несколько папок, на каждой из которых было написано, что надлежит делать с бумагами, лежащими внутри. Всё оказалось довольно просто, сиди печатай и подавай на подпись В.В., затем директору или его заместителю.

Незадолго до окончания рабочего дня к ним в отдел вбежала молоденькая девушка.

– Дамочки, я вам билетики принесла!

Радостно и громогласно сообщив эту новость, она клала каждой на стол по конверту. Все женщины вдруг оживились, повеселели и побросав работу стали хвастаться друг перед другом содержимым из конвертов.

–У меня – Малый!

– У меня – Сатиры!

– А у меня – цирк!

Так моя Лена поняла, что в конвертах были билеты на разные культурные мероприятия.

Собираясь уходить, за столом у самой двери девушка заметила Лену.

– Ой, ты что, новенькая? Возьмёшь?

И она протянула ей жёлтенький билет.

– Извини, но остался только этот. Пойдёшь так пойдёшь, а не пойдешь, да и ладно, всё равно пропадёт.

Лена молча взяла билет, на котором было написано – Зал Московской Консерватории. Концерт классической музыки в одном отделении. Суббота 19:00. – Спасибо, пойду – ответила моя Лена.

– Пожалуйста, – с удивлением ответила девушка и ушла.

– И почему он должен пропасть? – рассуждала Лена. – Кстати, в консерватории я ещё никогда не была, а классическую музыку просто обожаю. Я же «художница», хоть и бывшая, а без классической музыки у нас никуда. Жаль, что билет только один, одной скучновато будет.

Первая рабочая неделя пролетела быстро, и вот уже настал вечер субботы, время посещения Консерватории.

Не торопясь войдя в зал, Лена стала искать своё место. Каково же было её удивление, когда она увидела, что её соседкой с права оказалась В.В.

– Лена? Так вот кому достался второй билет. А я думала, что он пропадёт. Ты что, любишь классическую музыку?

– Здравствуйте Вера Владимировна. Да, я очень люблю классическую музыку. Но в этом зале я впервые.

– Ну что ж, я рада нашей встрече. Будем наслаждаться, садись.

Музыканты заняли свои места, под аплодисменты вошёл дирижёр, погас свет и со взмахом дирижёрской палочки в зал полилась бессмертная музыка величайших композиторов.

Лене было непривычно просто сидеть и слушать. Она закрыла глаза и представила себя танцующей в огромном пустом зале. Только она, музыка и шелест её платья, необычайно красивого и очень пышного. Она танцевала то быстро, то медленно, летала, кружилась и прыгала, чуть касаясь своими стопами полупрозрачного пола. Она была восхитительна! Вдруг, музыка замолчала и Лена открыла глаза. Публика аплодировала стоя, а на неё единственно сидящую вопросительно смотрела В.В.

– Лена, вставай, пойдём, концерт окончен.

Медленно продвигаясь к выходу, она сожалела, что концерт был в одном отделении. Вскоре они вышли на улицу.

– Тебе на метро? – спросила В.В.

– Да, – ответила Лена.

– Не хочешь немного пройтись, погода уж больно хороша?

– С удовольствием! Давайте пройдёмся.

Лене действительно не хотелось спускаться в метро, в эту толчею. В её голове продолжала звучать музыка, ей хотелось идти и идти, и пешком дойти до дома, что было конечно не реально.

– А скажи, – начала разговор В.В. – Почему ты слушала музыку с закрытыми глазами? Ты фантазировала? Наверное, ты танцевала? Ты раньше случайно не занималась балетом? У тебя и фигура и походка как у балерины. Я не права?

– Нет, я не балерина. Я восемь лет занималась художественной гимнастикой. Просто у нас, и у балерин, одинаковая основа подготовки – классическая хореография. Поэтому и фигуры, и походка схожи. Но вы угадали, я действительно танцевала, я была на балу.

– Вот это да! Здорово! Я первый раз вижу человека, который таким интересным образом воспринимает музыку. Я тоже когда-то хотела заниматься бальными танцами. Но для меня не нашлось партнёра, сама понимаешь, – и она обвела рукой своё лицо.

Этот её жест очень смутил мою Лену. К тому моменту она совсем забыла, что рядом с ней идёт не подруга, а начальница, та самая, у которой очень некрасивое лицо. Лене было приятно её общество, этот разговор, их прогулка. Они всё шли и шли и витрины магазинов освещали в темноте их фигуры. Увлечённые разговором, они даже не заметили, как были настигнуты компанией мужчин. Пристроившись за девушками, они стали отпускать в их адрес слащавые шутки. Поняв, что мужчины пьяны. В.В. тихо сказала.

– Не обращай внимания. Возьми меня под руку и идём быстрее.

Девушки прибавили шаг, но мужчины не отставая продолжали идти за ними в вульгарной форме обсуждая их фигуры. Не ожидая ничего хорошего от назойливых попутчиков, В.В. вдруг остановилась и резко повернулась к мужчинам лицом. Реакция последовала незамедлительно.

– Вот это рожа, – сказал один.

– Да уж, крокодил и тот посимпатичнее будет, – сказал другой.

Воспользовавшись моментом, девушки быстро ушли, а мужчины остались стоять как вкопанные.

Пройдя несколько десятков метров у моей Лены закружилась голова и подкосились ноги. В.В. еле успела её поддержать.

– Боже, Лена! Что с тобой? На тебе лица нет! – испуганно сказала она. – Тебе надо сесть. Сядь, сядь хоты бы сюда.

И оглядевшись по сторонам она посадила Лену прямо на траву.

– Бедная, ты что, испугалась? – спросила В.В., поглаживая Лену по голове.

– Да, очень. Я никогда ещё не сталкивалась с таким хамством. Вера Владимировна, мне очень хочется пить, – сказала Лена потирая горло.

– Послушай, я живу от сюда совсем не далеко, пойдём ко мне.

– Нет, я не могу, мне пора домой, мама будет волноваться. Я ни разу ещё не приходила домой позже десяти.

– А сейчас ещё нет десяти. Не волнуйся, мы позвоним твоей маме. Пойдём?

И Лена согласилась.

Совсем скоро они подошли к современной многоэтажке, стены которой были облицованы салатовой глянцевой плиткой. Такие дома тогда называли «чешская башня». Поднявшись на пятый этаж и открыв дверь в квартиру, В.В. провела Лену в комнату, посадила на диван, сняла с неё обувь и накрыла большим мягким пледом. Затем, сбегав на кухню, принесла стакан воды и мензурку с коричневой полупрозрачной жидкостью.

– Пей, это тебе поможет. Сначала лекарство, а потом воду.

– А можно наоборот? Я очень пить хочу.

– Можно, можно, пей.

Лена залпом выпила стакан воды, а затем и лекарство. В.В. пристально смотрела на свою гостью в надежде, что ей вот-вот станет лучше. Выпив лекарство, Лена почувствовала приятное тепло, пробежавшее по телу. Её глаза широко открылись, в голове настало прояснение и ей захотелось поговорить. Оглядевшись по сторонам, она вдруг спросила.

– А ты здесь ж-ж-живёшь одна? Из-з-з-вините, вы, здесь живёте одна? – запинаясь спросила Лена.

– Ничего, ничего, – смеясь ответила В.В, – Перейдём на ты, мы же не на работе. Сейчас я для тебя просто Вера. Согласна?

– Да, с удовольствием! – ответила Лена.

– Ну хорошо, тогда отвечаю. Живу я здесь одна. Я не замужем и никогда замужем не была. И детей у меня тоже нет.

– Извини пожалуйста, я не хотела… – смутившись сказала Лена.

– Не смущайся, спрашивай если хочешь. Это нормальное, здоровое женское любопытство. Но сначала, давай позвоним твоей маме, а потом я расскажу о себе. Хорошо?

– Ой, я совсем забыла! Спасибо что напомнила. А где у тебя телефон?

Телефон оказался совсем рядом, на столике около дивана. Вера взяла трубку и перед тем, как передать её, сказала.

Загрузка...