Марина и Сергей Дяченко ОБЕЩАНИЕ

Да, я наперед знаю, что вы мне скажете. Историй этих - про оживших покойников - сейчас не рассказывает только ленивый. Потому что, если вдуматься, что может развлечь и напугать больше, нежели оживший покойник?

А я вот не стану развлекать вас или пугать… Я просто расскажу то, что видел своими глазами.


*

Я вырос в Новоденске, городке маленьком, но большом - с высокими домами, с широкими улицами, это был настоящий город, только в миниатюре. По ночам окрестные жители выпускали лошадей пастись, и они бродили по газонам, по асфальту, позвякивая подковами. И мы засыпали под это звяканье.

Я жил в новом доме на третьем этаже. А рядом тянулась целая улица “частного сектора”, и в одноэтажном домике на углу жила моя одноклассница по имени Лиза.

Мы дружили. Она ходила ко мне делать уроки, я ходил к ней копать червей для рыбалки, строить шалаш и лазать на яблоню.

Лизина мама звала меня “сынок”. И никогда не отпускала, не угостив булочкой какой-нибудь или печеньем.

Нас дразнили женихом и невестой. В детстве это бесило меня, но со временем я стал все чаще примерять на себя это слово - “жених”…

И от каждой примерки мне становилось все веселее и тревожнее.

А с Лизой все было наоборот. В детстве ей нравилось говорить - с вызовом - в лицо обидчику: “Да, невеста!” Зато когда мы перешли в десятый класс, я уже был для нее вроде как братом.

Она влюбилась в Артура, который приехал из столицы с родителями. Артур был новенький в нашем классе. Артур был новенький, а ко мне она давно привыкла, так или примерно так я утешал себя…

Вся их любовь была у меня на глазах. И я не смел возражать - потому что это была Лиза, мне казалось, что все, что она делает, правильно.

Мне хотелось, чтобы она была веселая…

Да. Через несколько лет нас забрали в армию. Я попал в обыкновенную пехоту, Артур - в какие-то элитные войска. Я отслужил полтора года и вернулся. Артур - нет.

Оказалось, часть, в которую он попал, отправили на войну. Родителей известили, что сын погиб героически.

Я ходил за Лизой, утешал ее, вытирал ее слезы, и - видит бог! - ни секунды не думал, что, мол, теперь место рядом с ней свободно и, значит, я могу снова занять его…

Прошло несколько месяцев. Вдруг погибла мать Лизы - говорили, упала на пороге и ударилась головой о дверной косяк.

Люди говорили вполголоса. Все знали Лизину мать - она работала в заводской столовой. Никто не мог понять, как это здоровый человек может умереть внезапно, ударившись головой о дверной косяк…

Помню, я очень горевал. А Лиза - Лиза перестала плакать. Она была как отражение в зеркале - будто бы рядом и будто нигде. Тихая, сосредоточенная, без единой слезинки.

Мать похоронили. Лиза стала жить одна; ни разу она не позвала меня к себе в гости. Хотя ко мне ходила часто. Сидела на кухне, пила чай. Моя мама очень ее жалела.

А однажды Лиза вызвала меня во двор и сказала:

- Саня, я больше не могу.

Я взялся было ее утешать, но она прервала:

- Ты не понимаешь. Артур вернулся.

- Как?! - сказал я. - Он жив?

- Нет, - сказала Лиза. - Он не жив.

Я решил, что она сошла с ума, но она сказала:

- Я не сумасшедшая. Просто, когда Артура провожали в армию, мы поклялись друг другу… Короче говоря… Он пообещал мне и поклялся, что вернется во что бы то ни стало.

- И?.. - спросил я, уже все понимая.

- И он выполнил обещание, - сказала Лиза. - Он вернулся.

Несколько минут мы сидели молча на скамейке. Рядом противно скрипели несмазанные детские качели. На всю жизнь запомнил этот скрип.

- А он… понимает? - спросил я наконец. - Он вообще… говорит?

- Говорит, - сказала Лиза. - Он думает, что он сбежал. Что он дезертир. Что он дезертировал из части как раз накануне того боя… Чтобы вернуться. Он так говорит.

- А может, это правда? - спросил я с надеждой.

- Он прямо из могилы, - сказала Лиза. - Мама, когда его увидела, почти сошла с ума… Побежала, упала, ударилась…

Мы снова замолчали.

- Он очень жалел о маме, - сказала Лиза. - Утешал меня…

Я плотнее обхватил плечи руками.

- И он так переживает из-за того, что сбежал, - сказала Лиза, будто удивляясь. - Он говорит - я не трус, но я же тебе обещал… Он прячется от людей не потому, что он мертвый. А потому, что он - как он думает - дезертир…

- Что же теперь делать? - спросил я.

- Он ждет, когда мы поженимся, - сказала Лиза.

Очень просто сказала. У нее даже голос не дрогнул.

- Что же теперь делать? - спросил я снова. И ответил сам себе: - Надо попа позвать. Надо в церкви отслужить, как-то прогнать его, чтобы он ушел обратно.

- Но это ведь я сама его, Артура, ждала, - сказала Лиза. - Я сама приняла его клятву: во что бы то ни стало… Он честно пришел, а теперь его - прогонять?

- Так, может быть, ты за него замуж выйдешь?! - закричал я так, что даже дети на качелях обернулись.

- Я боюсь домой идти, - сказала Лиза.

- Пойдем к попу. - Я встал.

- Я не могу, - сказала Лиза, - Послушай, Саня… Может быть, ты с ним поговоришь?

- С Артуром?!

- Ну да… Кто-то ведь должен ему объяснить… Я не могу.

*

В душе я все-таки надеялся, что Лиза просто рехнулась от своих потерь.

Мог ли я не пойти с ней сейчас? Это означало оставить ее один на один с тем, что ждало ее дома - в лучшем случае с безумием.

Я звал ее переночевать у меня, но она не соглашалась. И по тому, как она безнадежно качала головой, я понял, что не могу оставить ее.

Я пошел.

Пока она отпирала двери такого знакомого, до последнего сучка почти родного дома, я все еще наделся, что там никого нет.

И вот она отперла дверь и позвала:

- Артур! Это я… Тут Саня пришел!

- Саня? - донеслось из дома.

И вместе с голосом донесся запах. И от этого звука - и особенно запаха - моя кровь сделалась как солярка на морозе.

- Входи, - сказала мне Лиза.

Я не смог увильнуть, задержал дыхание и вошел.

Артур поднялся мне навстречу из-за стола. Если бы я не знал, что это Артур - может, и не узнал бы сразу. Ведь я никогда прежде не видел лежалого покойника.

- Привет, Саня, - сказал Артур. - Ты прости, что так получилось. Лизонька тебе рассказала?

- Да, - сказал я.

Лиза бегала по комнате, как хозяйка, к которой неожиданно набежало полсотни гостей. Ставила чайник, что-то расставляла на столе; я сидел и молчал. И то, что раньше было Артуром, молчало тоже.

- Ешьте, ребята, - говорила Лиза, и голос у нее дрожал. А мое мужество все никак ко мне не возвращалось.

- Что ты обо мне думаешь? - спросило то, что было Артуром. - Я понимаю, я жизнь свою поломал… Но я ведь должен был вернуться к Лизе. Я ведь обещал. Скажи, ты думаешь, я - предатель?

- Я думаю - нет, - сказал я, разглядывая скатерть. - Ты не предатель. Нет.

- Тогда почему ты на меня не смотришь? - тихо спросило то, что было Артуром.

Я промолчал.

Тот, кто сидел напротив, вздохнул:

- А помнишь… как мы на шашлыки ездили?

Я вздрогнул, потому что мы действительно ездили всем классом на шашлыки. И это было важно для меня и очень важно для Артура, потому что, пока мы собирали хворост, я сказал ему, что если Лиза выбрала его, то я признаю этот выбор, я не в обиде…

А так вообще-то мы не были приятелями. Я его сторонился.

- Ешьте, ребята, - снова сказала Лиза, останавливаясь за спиной того, что было Артуром, и тогда я решился.

- Лиза, - сказал я как мог твердо. - Пожалуйста… Выйди во двор. У нас тут мужской разговор намечается…

Я увидел, что Лиза благодарна. И еще увидел - то, что было Артуром, испугалось.

Лиза прикрыла за собой дверь.

- Ты все-таки думаешь, что я трус, - грустно сказало то, что было Артуром. - Ты думаешь, я и Лиза…

- Помолчи, - сказал я. - Помолчи и послушай.

И я стал говорить. А оно - он - сидело и слушало.

- Ерунда, - сказало оно наконец. - Ты, наверное, с ума сошел. Я же прекрасно помню, как… все было. Как я выбрался из палатки… мимо патруля…

Я заговорил снова.

Я нашел на полке газету, где была заметка о геройской гибели Артура. Я рассказал все, что, как мне казалось, он должен был знать.

- Ты посмотри на себя, - сказал я наконец. - Посмотри, какой ты!

Он медленно поднялся из-за стола и подошел к зеркалу. И долго себя разглядывал.

- Я думал, - сказал он, переводя взгляд на свои руки, - я думал, что так и надо. Я думал, что это просто, ну… что я так выгляжу, потому что…

И замолчал.

И посмотрел на меня.

- Артур, - сказал я, потому что молчать в ответ на этот взгляд было невыносимо. - В этом есть и свои хорошие стороны… Например, ты не трус. Ты геройски погиб. Ты не дезертир. Твои родители тобой гордятся.

Он молчал и смотрел.

- Ты просто очень сильно пообещал, - пробормотал я, отводя взгляд. - Говорят… так иногда бывает. Никогда не следует давать слишком крепкие клятвы.

- Что же мне теперь делать? - спросил он тихо.

- Я думаю, тебе надо уйти, - сказал я.

- Куда? - спросил он еще тише.

- Тебе виднее, - сказал я. - Куда все уходят после смерти… Куда-то туда!

- Я не знаю, куда, - беспомощно сказал Артур. - Я только знаю, что должен был вернуться.

- Вернулся. Думаешь, Лиза от этого счастлива?

- Лиза, - сказал Артур и закрыл лицо руками. - Лиза… Но я же не хотел, Саня. Я думал, что она ждет меня…

- Не после смерти же, - сказал я. - Это слишком. Тебе надо уйти.

- Пусть она скажет, - пробормотал он. - Пусть она сама скажет мне, чтобы я уходил. Тогда я уйду.

- А если она не скажет? Ты так и сгниешь рядом с ней?

В этот момент дверь открылась, и Лиза - она наверняка все слышала - остановилась на пороге.

- Так я мертвый? - тихо спросил у нее Артур.

Она кивнула.

- Так мне уйти?

Она помолчала. Посмотрела на меня, посмотрела на Артура; подошла к нему. Положила ему руку на плечо. Я содрогнулся.

- Можешь остаться, - сказала Лиза тихо. - В конце концов, я уже привыкла… Я переживу.

Я смотрел на них обоих. Лиза была белая, как речной песок. От этого Артур казался еще чернее.

- Оставайся, - сказала Лиза тверже. - Ты ведь обещал, и я приняла твое обещание. Ну не могу я выгнать тебя… Оставайся.


*

Ночью я сидел на скамейке напротив Лизиного дома. Смотрел, как гаснет в окнах свет.

Надо было уходить, но я все сидел. Не мог прийти в себя.

Потом калитка без скрипа открылась, я сперва подумал, что это Лиза вышла ко мне - но потом увидел, кто это вышел.

Он пересек улицу. Хорошо, что рядом не было никого, кто мог бы его разглядеть.

- Лиза спит, - сказал Артур.

Я молчал.

- Я ухожу, - сказал Артур.

Я поднялся:

- Что?

- Надо уходить, - обреченно сказал Артур. - Надо… куда-нибудь. Я прошу тебя… Принеси ей какие-нибудь мои фотографии, пусть она помнит меня живым человеком, а не…

- Принесу, - сказал я.

- И не оставляй ее одну, - сказал Артур.

- Не оставлю, - сказал я. Он переступил с ноги на ногу.

- Тебе страшно? - спросил я.

- Страшно, - тихо отозвался он. - Я ведь не знаю… Ничего. Куда? Зачем? Я ведь к ней пришел… А теперь надо идти. Спасибо тебе, Саня, ты настоящий друг…

- Я провожу тебя до Кольцевой, - сказал я.

И проводил.


*

- Я прекрасно знаю, что таких историй до хрена расскажут на любой вечеринке. Про то, какие эти мертвецы страшные и противные. Про то, как их загонять обратно.

Но я своими глазами видел, как мой друг шел через поле - его фигурка делалась все меньше и меньше, сгорбленная, усталая - в никуда.

Может быть, на том конце поля его все-таки встретили?

Загрузка...