Николай Леонов, Алексей Макеев Пиар во время чумы

Глава 1

– Я разговариваю со старшим оперуполномоченным Гуровым?

Голос в телефонной трубке был мужской, даже, если можно так выразиться, преувеличенно мужской – с жесткими требовательными интонациями. Гурову этот голос был не знаком. Поэтому к неожиданному звонку он отнесся достаточно осторожно. К тому же звонили на дежурный телефон главка – судя по всему, тот, кто звонил, Гурова тоже не знал.

– Да, это полковник Гуров. Чем могу служить? – сдержанно поинтересовался он.

– Служить будете Отчизне! – буркнул человек на другом конце провода. – Мне служить не надо. А звоню я вот по какому поводу. Вы ищете деятелей, крутанувших всех с финансовой пирамидой? Ну, этих… которые «Дорога будущего» называются…

– Допустим, я действительно занимаюсь этим делом, – сказал Гуров. – Так чего же вы хотели?

– Хотел дать вам наводку. Они теперь разбежались как тараканы, но я знаю один адресок…

– Может быть, для начала вы все-таки назоветесь сами? – перебил Гуров.

– Это ни к чему. Запоминайте адрес – я заканчиваю. Улица Светлая, дом 24, квартира 30. Там живет человек, который очень сведущ в делах «Дороги будущего». На этом все. Можете не благодарить.

– Как фамилия этого человека? – спросил Гуров, но в трубке уже раздавались равнодушные короткие гудки.

Он в упор посмотрел на дежурного офицера и кивнул на телефон:

– Откуда звонили?

После секундной заминки дежурный ответил:

– Телефон-автомат на Тверской…

– Звонивший как-нибудь представился?

– Назвал фамилию, товарищ полковник, – виновато сказал дежурный. – Смирнов, предприниматель. Сказал, что у него для вас важная информация. Что-нибудь не так?

– Ладно, не бери в голову, – сумрачно произнес Гуров. – Жизнь покажет.

Он вернулся в кабинет, где его старый друг и напарник полковник Крячко вдумчиво набирал одним пальцем на компьютере какой-то документ, и сообщил ему содержание только что состоявшегося разговора.

Крячко развернулся на стуле и озадаченно хмыкнул.

– Доброжелатель, значит? – сказал он, качая головой. – Ну и что ты собираешься делать? Где эта улица Светлая? Ни разу не слышал.

– Где-то в районе Черемушек, – ответил Гуров. – Кажется, придется прислушаться к доброму совету. Все равно по «Дороге будущего» у нас ни черта не имеется. На безрыбье, как говорится, и рак рыба. Может быть, этот доброжелатель сам пострадал, а реальной возможности расквитаться не имеет. Другой вопрос, откуда он про нас знает? Такие познания всегда выдают излишне пристальный интерес и вызывают законные подозрения.

Крячко хохотнул и объяснил:

– Если, допустим, этого парня нагрели штук на десять, у него поневоле откроется бессонница и пристальный интерес. Он, может, от офиса этой «Дороги будущего» теперь ни на шаг не отходит. Там нас и видел. Выводы сделать было несложно.

– Почему же тогда для контакта он выбрал такой заочный способ? – возразил Гуров. – Да к тому же свое имя не назвал.

– Ничего удивительного, – махнул рукой Крячко. – Если бы меня кинули, я бы тоже не афишировал свои паспортные данные. Такая застенчивость очень свойственна русскому человеку.

– Ну, ты меня совсем успокоил, – улыбнулся Гуров. – А я уже подозревал, не подвох ли какой? Но раз мы имеем дело с застенчивым обиженным человеком, значит, просто обязаны последовать его совету. Поедем прямо сейчас?

– Поедем, – согласился Крячко. – Меня, признаться, раздражает, что мы до сих пор нисколько не продвинулись с этой бодягой.

Он был прав на все сто процентов. Ровно неделю назад начальник главка генерал Орлов вызвал к себе Гурова и, сердито взглядывая на него из-под седых бровей, сообщил:

– Ставлю тебя в известность, что с сегодняшнего дня ты подключаешься к делу общественной организации «Дорога будущего». Организация, само собой, никакая не общественная, а самая что ни на есть преступная. Этих гавриков надо найти как можно быстрее. Пока они не пропили деньги, изъятые у граждан обманным путем. Насчет пропили, само собой, шутка! – строго предупредил генерал. – Но ты должен отчетливо понимать – в таких случаях промедление смерти подобно. Если мы будем долго разворачиваться, мошенники успеют разместить капиталы в таких местах, куда без шенгенской визы не доберешься…

Несмотря на внешне раздраженный тон начальства, Гуров отлично уловил настроение генерала. Орлов сердился, конечно, не на него, а на ту неодолимую силу, которая навязала ему это не слишком благодарное и не слишком перспективное дело. Организация «Дорога будущего» в течение нескольких месяцев благополучно и безбоязненно обчищала карманы доверчивых москвичей и гостей столицы, в техническом плане используя схему обычной финансовой пирамиды, а в психологическом – вечную идею о светлом будущем, в котором деньги и булки растут прямо на деревьях – только не ленись рвать их. Потом, как водится, в один прекрасный день жизнерадостные основатели «Дороги будущего» разом исчезли, не оставив ни адреса, ни телефона, а в правоохранительные органы повалили толпы граждан, в одночасье прозревших и требовавших возмездия.

– Вот этот момент я как раз вижу очень отчетливо, – заметил Гуров. – Увод капиталов в безопасные места – это первое, что в таких случаях делается, и ты отлично знаешь, что тут мы всегда проигрываем в темпе. Поэтому не стоит обольщаться, Петр, – мошенников мы, конечно, рано или поздно найдем, но вот вернем ли мы деньги всем потерпевшим – это большой вопрос.

– А я потому тебя и рекомендовал, – проворчал генерал. – Потому что не всякому под силу этот вопрос разрешить.

– Это не моя грядка, – покачал головой Гуров. – Здесь нужно четко представлять себе банковские штучки, финансовые схемы и все такое прочее. На это есть специалисты.

– А тебя и не просят заниматься финансами, – возразил Орлов. – Твоя задача – гавриков найти. По возможности быстро. Взять тепленькими. Пока не остыли. А вот потом с ними сведущие люди займутся. Закавыка-то в том, что этих мерзавцев, похоже, и след простыл. Так что отложи пока все остальное…

– А все-таки, почему такая спешка? – поинтересовался Гуров. – Насколько мне помнится, у нас никогда аферистов такого уровня не преследовали слишком рьяно. Не буду сейчас говорить о мотивах…

– Ну и не говори! – перебил его генерал. – А ларчик в нашем случае открывается до обидного просто. Это заказ сверху, Лева! По моим сведениям, в эту «Дорогу будущего» вложила крупную сумму денег некая родственница самого премьер-министра. Говорят, дама самоуверенная и экзальтированная, но, как бы это выразиться, не слишком великого ума… Переубедить ее ни в чем, разумеется, никто не может, да и не пытается. Отсюда все ее беды.

– Кто такая?

Генерал махнул рукой.

– Это не имеет никакого значения! – твердо сказал он. – Тебе с ней в контакт вступать все равно не придется. Она ровным счетом ничего не знает. В офисе «Дороги будущего» она, естественно, была, мозги ей запудрили, как и всем прочим, только она скорее умрет, чем кому-то в этом признается. Деньгами же занимался ее распорядитель Кузяев, юрист по образованию. Если понадобится, тебе устроят с ним встречу. Но мне кажется, тебе на это особенно отвлекаться не стоит. Лучше зайти с другого конца – ведь эта организация где-то регистрировалась, представляла какие-то документы, площадь арендовала… Должны остаться какие-то данные. Возможно, кто-то из этой компании до сих пор в Москве. Одним словом, не мне тебя учить… А про даму я для того тебе сказал, чтобы ты уяснил, чей заказ мы с тобой выполняем.

– Мы не портные, чтобы заказы выполнять, – проворчал Гуров, но генерал так посмотрел на него, что развивать эту тему Гуров дальше не стал. Тем более что суть дела от этого не менялась. Аферистов нужно было найти в любом случае. Правда, работа эта была, по мнению Гурова, излишне сидячей и не вызывала у него особого энтузиазма. Копаться в документах и вести беседы с уклончивыми чиновниками из муниципалитета ему никогда не нравилось.

Впрочем, кое в чем они разобрались довольно быстро. «Дорога будущего» была создана около года назад тремя энергичными и не слишком щепетильными людьми – бывшим шахматистом, мастером международного класса Валеевым Петром Ивановичем, его супругой Алиной Крестовской, психологом по образованию, и отставным подполковником войск связи Сидоровым, который до этого преподавал в одной из московских школ военное дело. В деле участвовало еще не менее десятка человек, занимавшихся пропагандой, рекламой и поиском потенциальных клиентов. Фамилии большинства были Гурову известны. Загвоздка состояла в том, что практически все они под разными предлогами из Москвы уже выехали. Соответственно исчезли выкачанные из доверчивых граждан деньги. «Дорога будущего», образно говоря, была пуста, и указателей на ней никаких не было. Сомнений у Гурова на этот счет не имелось – теперь им предстояли долгие и нудные месяцы поиска. Быстро такие дела не делаются. А значит, с самого начала им следовало настраиваться на регулярные выволочки со стороны руководства.

Поэтому при всей его сомнительности анонимный звонок явился для Гурова как бы лучом света в темном царстве. Возможно, на улице Светлой – луч света не случайно пришел ему на память – и в самом деле живет кто-то из жизнерадостной братии мастера Валеева. Может быть, его не взяли с собой в будущее за какую-нибудь провинность, а может, и самого кинули – такое часто случается в среде мошенников. Проверить адрес стоило в любом случае.

Крячко уже позвякивал автомобильными ключами. Ему не терпелось переместиться из душного кабинета на вольный воздух. Он в еще большей степени, чем Гуров, не терпел сидячей работы. Вряд ли он сам ожидал многого от наводки неизвестного доброжелателя, однако на месте ему уже не сиделось.

По указанному адресу поехали на основательно потрепанном «Мерседесе» Крячко, которым он, несмотря ни на что, очень гордился и даже в мыслях не держал поменять на машину попроще и поновее. Впрочем, верный «Мерс» еще ни разу не подводил своего хозяина – жаловаться не было причин.

Когда подъехали на место, солнце как раз достигло самой высокой точки на небосводе и воздух над городом был раскален, точно в пустыне. Дом номер 24 выходил фасадом на небольшой сквер. В окнах дома не было доброй половины стекол, и уже на подступах становилось ясно, что дом этот жилищем давно не является.

– Приехали! – саркастически констатировал Крячко, нажимая на педаль тормоза. – Дом-то, оказывается, выселен. Неприятно об этом говорить, но, кажется, нас кинули, Лева?

Гуров не отвечая всматривался в черные провалы окон – ни движения, ни звука. Облупившаяся штукатурка, рассохшиеся рамы, осыпающаяся краска. Дом выглядел по-сиротски усталым и равнодушным. Двери ближайшего подъезда были сорваны, да и остальные, похоже, не являлись серьезным препятствием.

– Впрочем, какой-то шанс у нас остается, – почесав нос, добродушно сказал Крячко. – Вполне допускаю, что после сотрудничества с делягами из «Дороги будущего» дела у кого-то настолько расстроились, что теперь ему только и остается обживать трущобы и развалины. Как думаешь, Лева?

– Я о другом думаю, – ответил Гуров. – Для чего-то ведь нас сюда направили… или заманили – выбирай, что больше нравится. Не для того же мне звонили, чтобы заставить лишний раз прокатиться по жаре! Согласен, даже такой невинный розыгрыш может доставить удовольствие, но, судя по голосу, тот человек совсем не похож на шутника. Я бы сказал, что намерения у него были серьезные.

Крячко с любопытством посмотрел на него.

– Ты веришь, что здесь и в самом деле кто-то может быть? – спросил он. – Парочка неумытых бомжей – вот и все, на что мы можем рассчитывать. А насчет розыгрышей я с тобой не согласен – разыгрывают всегда серьезным голосом. Иначе эффекта не будет.

– Тебе, конечно, лучше знать, – заметил Гуров. – Но тридцатую квартиру мы с тобой все же проверим.

– Как скажете, босс! – ухмыльнулся Крячко.

Они вышли из машины. От асфальта пахнуло жаром, как от раскаленной сковородки. Крячко вытер красное лицо носовым платком и укоризненно посмотрел на Гурова, который и сегодня был одет так, точно на прием собрался – пиджак, галстук, белоснежный воротничок.

– Ты, кажется, рассчитывал, что нас будут принимать в пентхаузе с кондиционером? – сказал Крячко. – Уж без галстука-то сегодня точно можно было обойтись… Жарища невиданная!

– Сыщика не должны пугать ни жара, ни холод, – наставительно пояснил Гуров. – И не всем приятно смотреть на полковника в ковбойке, расстегнутой до пупа. Трудно наладить взаимопонимание.

– Ну, обитателей этого дома галстуком не возьмешь! – убежденно заявил Крячко. – Тут наверняка иные приоритеты.

Они вошли в тот подъезд, где, по расчетам Гурова, должна была находиться тридцатая квартира. Дверь с печальным скрипом отворилась, и оперативники оказались на грязной лестничной клетке с ободранными перилами и обшарпанными стенами. Где-то наверху, то затихая, то нарастая, шелестело эхо – должно быть, гуляли сквозняки. Пахло мышами и еще кое-чем похуже.

– Самый подходящий момент вернуться, – задирая голову, подозрительно сказал Крячко. – Признать, что нас все-таки разыграли, посмеяться и пойти куда-нибудь поприличнее. Как думаешь, Лева?

– Я думаю иначе, – упрямо сказал Гуров. – Вот посмотрим на тридцатую квартиру и тогда уже посмеемся.

– Тогда пошли, – вздохнул Крячко. – Пятый этаж!

Они не спеша поднялись по ступеням, рассматривая по дороге наскальные надписи, оставленные на стенах многими поколениями жильцов. То, что поколения были разными, подтверждала датировка некоторых автографов. Содержание надписей от времени менялось мало – в основном, это была или констатация влюбленности, выраженная арифметическим языком, или лаконичные заключения типа «Серый – дурак». Все эти Серые, Саши и Маши давно выросли, переженились и уехали бог знает куда – возможно, кого-то из них уже и не было на этом свете, но юношеские откровения, высеченные на старых стенах, все еще держались как самые незыблемые на земле истины.

Впрочем, Гуров больше присматривался не к ним, а к дверям квартир, за каждой из которых мог оказаться сюрприз – он по-прежнему был уверен, что анонимный звонок не был дурацкой шуткой и звонивший преследовал какую-то четкую цель. Некоторые квартиры казались запертыми, в некоторых все двери были настежь, но присутствия человека нигде не ощущалось. Лишь ветер гулял по этажам, создавая кратковременную иллюзию прохлады.

– Кажется, добрались, – удовлетворенно пробормотал Крячко, снова доставая из кармана платок и вытирая вспотевшее лицо. – Только не похоже, что нам здесь предложат что-нибудь прохладительное. А я бы с удовольствием промочил сейчас горло…

Гуров ничего ему не ответил. Он с сомнением окинул взглядом деревянную дверь тридцатой квартиры, на которой не было даже таблички с номером, а вместо глазка зияла аккуратная круглая дырка. Дверь была прикрыта, но не слишком плотно – достаточно было ткнуть пальцем, чтобы она открылась. Однако Гуров не торопился.

Дверной звонок был вырван с корнем, поэтому Гуров сперва постучал. Крячко с юмором посмотрел на его серьезное лицо и сказал:

– Надеюсь, за ордером на обыск мы не станем возвращаться?

– Порядок – прежде всего, – невозмутимо сказал на это Гуров и толкнул дверь.

В прихожей было довольно темно, и он практически ничего не успел рассмотреть. К счастью, его не подвел слух. Гуров вдруг услышал легкий скрип, а потом характерный щелчок и шипение запала. Не говоря ни слова, он метнулся назад и, рванув на себя оторопевшего Крячко, вместе с ним повалился на грязный каменный пол.

В квартире грохнуло так, что заложило уши. Дверь раскололась пополам, и в образовавшуюся дыру повалил вонючий дым пополам с пылью. Когда стало ясно, что продолжения катастрофы не последует, оперативники подняли головы, и Гуров с выражением произнес:

– Вот попали. На ровном месте, да мордой об асфальт! – В голосе его отчетливо слышалось смущение.

– Да уж, попали как кур в ощип, – кашляя от дыма, подтвердил Крячко.

Они поднялись и принялись отряхивать пыль с одежд. Крячко с опаской покосился на вывороченную дверь и осведомился:

– Будем продолжать или вызовем взрывников?

– А что продолжать? – пожал плечами Гуров. – Цели доброжелателя мне теперь более-менее ясны. А подробности, как ты правильно выразился, пусть уточняют специалисты. Еще предложения будут?

Крячко подумал и сказал:

– Предлагаю до приезда специалистов выпить пива – а то что-то чересчур жарковато стало, по-моему…

Загрузка...