Полное собрание сочинений. Том 5. Племянница лунатика. Дело о фальшивом глазе. Дело о подмененном лице. Дело о наживе

Глава 1

Перри Мейсон подставил спину горячим лучам утреннего солнца, которое освещало его кабинет в служебном здании.

— Как я ненавижу эту рутину! — сказал он.

Делла Стрит, его секретарь, немного удивленно посмотрела на него и улыбнулась.

— Мне кажется, — сказала она, — что вам больше нравятся дела об убийствах.

— Не. обязательно, — ответил он. — Но хорошая драка в суде мне нравится. Я люблю драматические дела, когда прокурор старается победить меня… Что там за парень со стеклянным глазом?

— Мистер Питер Бруноль’д, — ответила Делла. — Он ждет вас. Я говорила ему, что вы, возможно, передадите его дело помощнику. Но он сказал, что расскажет либо все лично вам, либо никому.

— Что он собой представляет?

— Ему лет сорок, черные курчавые волосы, немного оригинален, похож на поэта. В нем есть что-то странное. Мне кажется, что он похож на потенциального убийцу, человека, который при определенных обстоятельствах может совершить преступление.

— Ты сразу заметила, что у него стеклянный глаз? — спросил Мейсон.

— Я вообще этого не заметила, — ответила она, покачав головой. — Мне всегда казалось, что смогу обнаружить, что у человека искусственный глаз, но я ошиблась. Мистер Брунольд первый обладатель единственного глаза, которого я встречаю-

— Что он тебе успел рассказать?

— Он сказал, что у него полный набор глаз: один для утра, один для вечера, один, налитый кровью…

Перри Мейсон хлопнул ладонью по столу, выдавая свой интерес к клиенту.

— Отправь почту, — распорядился он, — и пришли ко мне этого человека. Видимо, здесь речь пойдет о клевете или о сплетнях. Но все равно интересно поговорить с человеком, у которого стеклянный глаз.

Делла Стрит улыбнулась и вышла из кабинета. Минуту спустя дверь отворилась.

— Мистер Питер Брунольд!

Брунольд пересек кабинет и протянул руку Перри Мейсону.

— Благодарю вас за то, что вы лично принимаете меня, — сказал он.

Юрист поднялся, пожал протянутую руку и с любопытством посмотрел посетителю в глаза.

— Который из них? — спросил Брунольд. — Вы угадали?

Мейсон отрицательно покачал головой. Брунольд улыбнулся и,

усевшись в кресло, наклонился к Мейсону.

— Я знаю, что вы заняты, и сразу перейду к делу. Вашему секретарю я сообщил свое имя, адрес, профессию и все прочее, поэтому не буду повторяться. Начну сразу о деле, чтобы не отнимать у вас время. Знаете ли вы что-либо о стеклянных глазах?

Перри Мейсон покачал головой.

— Хорошо. Кое-что я вам расскажу. Изготовление стеклянных глаз — искусство. На все Соединенные Штаты наберется едва ли тридцать — сорок человек, которые занимаются этим делом. Хороший стеклянный глаз трудно отличить от настоящего, если глазная впадина не повреждена.

Мейсон, наблюдавший за ним, сказал:

— У вас движутся оба глаза.

— Конечно. Потому что у меня не повреждена глазная впадина и сохранено девяносто процентов естественного движения. В различное время, — продолжал он, — человеческие глаза различны. Днем зрачки меньше, чем ночью. Иногда глаза налиты кровью. Это случается по многим причинам. Например, от долгой езды на автомобиле или от выпивки. У меня лично так бывает от выпивки. Я вдаюсь в такие подробности потому, что вы мой юрист. Говорю вам правду, об этом никто не знает, даже мои лучшие друзья. У меня полдюжины искусственных глаз — дубликаты. И на все случаи жизни. Есть у меня и глаз, налитый кровью. Я ношу его вечером, когда иду куда-нибудь выпить. Понимаете?

Юрист кивнул.

— Продолжайте.

— Кто-то украл мой глаз и подложил другой.

— Как вы сказали? Откуда вы знаете?

Брунольд фыркнул.

— Откуда я знаю? А как вы узнаете, что украли вашего дога или мерина, а оставили дворняжку или кобылу?

Он достал из кармана небольшой футляр, открыл его и показал Мейсону четыре глаза.

— Вы всегда носите их с собой? — с любопытством спросил Мейсон.

— Нет. Иногда я ношу глаз в замше, в жилетном кармане. Если куда-нибудь еду, то держу глаза в саквояже; когда я дома, они лежат в 11жафу.

Он вытащил один глаз и протянул его юристу. Мейсон осторожно взял- глаз и осмотрел его.

— Чистая работа, — заметил он.

— Отвратительная работа, — резко возразил Брунольд. — Зрачок неправильной формы. Цвет радужной оболочки очень бледен, а вены и кровь слишком красны. От хорошего вина глаз должен быть чуть желтее. А теперь возьмите вот этот, и вы увидите, что он качественнее, это хороший глаз. Конечно,^это не глаз, налитый кровью, но сразу можно заметить разницу в изготовлении. Здесь зрачок естественный.

Мейсон внимательно осмотрел оба глаза и задумчиво кивнул.

— Значит, это не ваш глаз? — спросил он, указывая на глаз, который посетитель протянул ему первым.

— Нет.

— Где вы нашли его?

— В своем ящике.

— Вы хотите сказать, — проговорил Перри Мейсон, — что человек, укравший ваш глаз из ящика, подложил вместо него вот этот?

— Совершенно верно.

— А зачем, по-вашему, это было сделано?

— Вот это я и хочу узнать.

— Вы хотите найти причину, придя ко мне в кабинет?

Брови юриста поползли вверх.

— Мне кажется, — понизил голос Брунольд, — что кто-то заинтересован в том, чтобы навлечь на меня беду.

— Что вы имеете в виду?

— Глаз — это Индивидуальный признак. Искусственный глаз тем более. Цвет глаз редко бывает одинаков у большого количества людей. Кроме того, каждый искусственный глаз — это шедевр мастерства. Вы понимаете, что я имею в виду?

— Продолжайте, — сказал юрист.

— Зачем некто украл мой глаз и подсунул другой? Не может ли этот некто совершить преступление — кражу или убийство — и оставить мой глаз на месте преступления? Как доказать полиции, что я не виновен?

— Вы думаете, что полиция сможет опознать ваш глаз?

— Уверен. Любой эксперт может определить мастера. Полиция найдет этого человека и спросит у него, кому он его сделал. И тот, конечно, ответит: «Я сделал его Питеру Брунольду, тридцать девять ноль два, Вашингтон-стрит».

Юрист внимательно посмотрел на него.

— И вы думаете, — медленно спросил он, — что ваш глаз будет оставлен на месте убийства?

Питер Брунольд с минуту колебался, потом кивнул головой.

— И вы хотите воспользоваться моей помощью?

Брунольд снова кивнул.

— Убийство, в котором вы не замешаны, или… замешаны?

— Я невиновен.

— Откуда мне знать?

— Вы должны верить мне.

— И что я, по-вашему, должен делать?

— Я жду от вас рекомендаций, как надо вести себя. Вы опытный юрист, а также вам известны действия полиции и работа судей.

Перри Мейсон откинулся на спинку кресла.

— Убийство уже совершено? — спросил он. — Или его собираются совершить?

— Я не знаю.

— Хорошо, — сказал Мейсон. — Заплатите тысячу четыреста долларов за то, что все прояснится.

— Это будет зависеть от того, что вы намерены предпринять и чем все закончится, — медленно сказал Брунольд.

— Я думаю, что все кончится хорошо, — ответил Мейсон. — Я дам вам совет, а вы мне — тысячу четыреста долларов.

— Если он будет стоить этого.

— Совет будет хорошим.

— Пожалуй, этого мало, надо, чтобы он был совершенным, — сказал Брунольд.

— Полагаю, он будет именно таким.

— Я не думаю, что может существовать совершенный совет, — покачал головой Брунольд. — Я все время думаю об этом, сегодня я не спал всю ночь, пытаясь найти выход из положения. Но увы… Глаз будет идентифицирован, если полиция пойдет тем путем, как я сказал. Понимаете, вопрос не в том, чтобы доказать мою невиновность, когда полиция опознает глаз, а в том, чтобы исключить возможность обнаружения моего глаза.

— Я понимаю, — сказал Мейсон.

Брунольд достал из кармана четырнадцать сотенных билетов и бросил на стол.

— Вот баксы. Теперь скажите, что я должен делать.

Мейсон вернул Брунольду глаз, подложный положил себе в карман. Сложил деньги.

— Если полиция найдет ваш глаз первым, — медленно сказал он, — его опознают так, как вы сказали. Если найдут первым другой глаз, его тоже попытаются опознать. Если другой глаз найдут вторым, также попытаются опознать его. Если ваш глаз найдут третьим, его будут опознавать, как и два первых.

Брунольд нахмурился.

— Верните мне деньги, — сказал он.

— Если вы немного подумаете, то поймете, что я прав. Инцидент с вашим глазом потребует очень большой и сложной работы. Это такое же искусство, как его изготовление. Вы сами знаете это. А полиция ничего об этом не знает, пока то, что произойдет, не привлечет ее внимания.

Выражение лица Брунольда неожиданно изменилось.

— Вы имеете в виду, — спросил он, — то, что?..

Его голос стих.

Мейсон кивнул.

— Да, именно это я имел в виду. Поэтому и попросил тысячу четыреста долларов. Из-за этого дела у меня будут издержки.

— Возможно, я могу спасти… — начал было Брунольд, но Мейсон перебил его:

— Вы не знаете одной важной вещи в этом деле.

Брунольд в восторге схватил Мейсона за руку.

— Брат, — воскликнул он, — ты умный! Ты умен, как сам дьявол! Эта мысль так и не пришла мне в голову, хотя я не спал всю ночь.

— Мой секретарь знает ваш адрес? — спросил Мейсон.

— Да. Тридцать девять ноль два, Вашингтон-стрит. В этом же доме и моя работа. Кое-что насчет машин.

— Вы* сами владелец или работаете с кем-нибудь?

— Сам. Мне надоело работать на других. Я долго работал продавцом, болтался по поездам и потихоньку скопил деньги.

Он прищурил стеклянный глаз.

— В тысяча девятьсот одиннадцатом году я попал в катастрофу, — продолжал он. — Видите, до сих пор остался шрам. Больше двух недель я валялся в госпитале и еще целый месяц не знал, кто я, — потерял память. В общем, это дорого обошлось мне. Именно тогда я потерял глаз.

Мейсон с сочувствием кивнул.

— Хорошо, Брунольд. Если что-нибудь случится, сообщите мне. В случае моего отсутствия передайте все, что хотели сказать мне, Делле Стрит, моему секретарю. Она в курсе моих дел.

— И может держать язык за зубами?

Мейсон улыбнулся.

— Даже пытка на нее не подействует.

— А деньги?

— Не выйдет.

— А лесть? А любовники? Она же женщина.

Мейсон хмуро покачал головой.

— Беспокойтесь о своих делах, а я уж буду заботиться о моих.

Брунольд кивнул и направился к двери, через которую вошел.

— Прошу вас выйти через другой вход, — сказал Мейсон. — Эта дверь ведет в коридор…

Позвонил внутренний телефон. Мейсон взял трубку. Звонила Делла Стрит.

— Здесь Берта Мак-Лайн, шеф. Она вместе с братом. Они немного возбуждены и отказываются рассказывать мне о своем деле. Выглядят обещающе'. Вы примете их?

— Хорошо, через минуту проведи их в мой кабинет, — ответил он и положил трубку.

Брунольд стоял возле двери.

— Я забыл там свою шляпу.

Открыв дверь комнаты для клиентов, он удивленно воскликнул:

— Хэлло, Гарри, какого дьявола ты здесь делаешь?

Двумя прыжками Мейсон подскочил к нему и за плечи отстранил от двери.

— Подождите здесь, — резко сказал он. — Это вам не клуб, а кабинет юриста. И я не хочу, чтобы вы видели моих других клиентов, а они видели вас.

Он выглянул за дверь и обратился к Делле:

— Делла, принеси шляпу этого человека.

Когда Делла пришла со шляпой, Мейсон сделал ей знак закрыть дверь.

— Кто это был? — спросил он Брунольда.

— Молодой Мак-Лайн.

— Вы с ним знакомы?

— Немного.

— Знаете, зачем он пришел сюда?

— Нет.

— А знали, что он собирается сюда?

— Нет.

— А почему вы побледнели, когда увидели его?

— Я побледнел?

— Да.

— Вероятно, это вам просто показалось. У меня нет никаких дел с молодым Мак-Лайном.

Мейсон положил руки на его плечи.

— Хорошо, — сказал он. — Можете идти, но смотрите, если еще попытаетесь повторить подобное.

— Это случайно, — пробормотал Брунольд, направляясь к двери. — У меня, правда, нет общих дел с этим парнем, но его взгляд натолкнул меня на некоторые идеи…

С этими словами он покинул кабинет.

Перри Мейсон повернулся к Делле.

— Позови Пола Дрейка. Пусть эти двое подождут, пока я поговорю с Полом. Ему скажи, чтобы он пришел тем ходом.

Дверь за Деллой закрылась, и Мейсон услышал, как она сказала:

— Мистер Мейсон занят. Он просит вас подождать несколько минут.

Мейсон закурид сигарету и задумчиво прошелся по кабинету. В дверь постучали, Мейсон открыл ее и впустил высокого мужчину.

— Входи, Пол, — сказал он, — и полюбуйся на эту штуку.

Юрист достал из кармана стеклянный глаз, оставленный ему

Брунольдом, и протянул его Дрейку. Детектив с любопытством стал разглядывать необычный предмет.

— Пол, ты что-нибудь знаешь о стеклянных глазах?

— Не очень много.

— Ну, так скоро узнаешь больше.

— Хорошо.

— Поезжай в отель «Балтимор», сними комнату и найди по адресной книге какого-нибудь торговца стеклянными глазами. Позвони ему, скажи, что приехал издалека и хочешь купить полдюжины глаз, налитых кровью. Придумай себе имя, скажи, что только начинаешь заниматься этим делом. Торговец покажет тебе кучу глаз. Не все будут похожи на настоящие, но он сможет подобрать дубликат этого кровавого глаза.

— Что ты называешь кровавым? — спросил Пол.

— Видишь на белке вены? Так вот, их подкрашивают, и глаз становится красным, как будто налит кровью.

— И сколько стоит такая штука?

— Не знаю, вероятно, десять — двенадцать долларов.

— И ты не хочешь, чтобы я прямо пошел к торговцу и узнал, что надо?

— Нет. Я не хочу, чтобы он знал, кто ты на самом деле. Зарегистрируйся в отеле под другим именем и это же имя можешь сообщить торговцу. Следи за своим поведением, не давай много на чай и одевайся не слишком шикарно.

— Ты считаешь, что за мной будут следить?

— Вероятно.

— Ия должен хорошо себя вести?

— Да, к тому же необходимо, чтобы я знал, где тебя можно найти.

— Хорошо. Когда я должен идти?

— Сейчас же.

Дрейк сунул глаз в карман, кивнул и вышел из кабинета.

Взяв трубку внутреннего телефона, Мейсон сказал:

— Все в порядке, Делла. Пусть зайдут Мак-Лайны.

Глава 2

Берта Мак-Лайн что-то тихо сказала молодому человеку, который зашел с ней, но тот покачал головой и неразборчиво пробормотал в ответ.

Мейсон указал им на кресла.

Она кивнула и представила молодого человека:

— Это мой брат Гарри.

Мейсон подождал, пока клиенты сядут, а потом ласково обратился к ним:

— Что привело вас ко мне?

Девушка некоторое время смотрела на него, потом спросила:

— Кто этот молодой человек, который только что вышел отсюда?

Мейсон поднял брови.

— А я думал, что вы знаете его, — ответил он. — Я слышал, как он что-то вам* сказал.

— Он говорил не со мной, а с Гарри.

— Тогда Гарри может сказать вам, кто он.

— Гарри не хочет отвечать на мой вопрос. Он ответил, что это не мое дело. Поэтому я спрашиваю у вас.

Юрист покачал головой и улыбнулся.

— И из-за этого вы хотели видеть меня?

— Мне нужно знать, кто этот человек.

Юрист снова улыбнулся.

— У меня юридическая контора, а не информационное бюро.

На мгновение у нее в глазах вспыхнула злость, но она сдержалась.

— Возможно, вы правы. Если бы кто-нибудь пришел ко мне в контору и стал задавать такие вопросы, я бы…

— Вы что? — спросил Мейсон.

Она засмеялась.

— Возможно, я солгала бы и сказала, что не знаю.

Мейсон открыл коробку с сигаретами и протянул ей. Мгновение она колебалась, но все же взяла сигарету. По тому, как она неуверенно держала ее, Мейсон понял, что девушка редко курит. Он протянул сигареты Гарри, но тот молчаливо отказался. Закурив сам, Мейсон выжидающе посмотрел на девушку.

— Гарри попал в беду, — сказала она.

Помрачневший Гарри заерзал в кресле.

Она повернулась к брату:

— Рассказывай же!

— Расскажи ты! — пробормотал он.

— Вы слышали что-либо о Хартли Бассете? — обратилась она к юристу.

— Кажется, что-то слышал по радио. Насчет проката автомобилей? ^ф

— Да. Он занимается прокатом автомобилей и дает об этом объявления на радио, а кроме того, занимается делами, о которых по радио не объявляют. Он скупает краденые драгоценности и занимается контрабандой.

Юрист удивленно посмотрел на нее, но ничего не сказал.

— У тебя нет доказательств, — заметил Гарри.

— Ты сам мне сказал.

— Ну, я только предполагаю.

— Нет, Гарри. Это правда. Ты у него работал и знаешь обо всех его делах.

— А что за беда у Гарри? — спросил Мейсон.

— Он растратил около четырех тысяч долларов этого Хартли Бассета.

Юрист посмотрел на Гарри. Тот сидел, опустив голову, но потом посмотрел в глаза Мейсону и тихо сказал:

— Я верну ему деньги.

— Мистер Бассет знает об этом?

— Теперь знает.

— Когда он узнал об этом?

— Вчера.

— Когда была совершена растрата? — Мейсон повернулся к Гарри. — Как давно это произошло? Вы взяли всю сумму сразу или брали частями? На что вы потратили деньги?

Гарри посмотрел на сестру, — она продолжала отвечать на вопросы.

— Он брал деньги четыре раза — по тысяче долларов каждый раз.

— Каким образом это ему удавалось?

— Он подделывал подписи на чеках.

Юрист нахмурился.

— Не понимаю, как это можно было сделать, если были совершены сделки.

Гарри чуть повысил голос, впервые с тех пор, как появился в кабинете Мейсона. Однако ответил он не юристу, а сестре.

— Эти детали не нужны, мисс. Говори то, что хотела сказать, не больше.

Мейсон окинул их внимательным взглядом и спросил, обращаясь к девушке:

— Что вы хотите от меня?

— Я хочу, чтобы вы вернули деньги Бассету. Вернее, устройте так, чтобы я смогла вернуть деньги.

— Все?

— Конечно. Пока я могу дать тысячу долларов, а остальные выплачу в рассрочку.

— Вы работаете? — спросил Мейсбн.

— Да.

— Где?

Она покраснела.

— Я думаю, нет надобности говорить это.

— Воз…