Глава 11


Демон


Разговор с тестем прошел на ура. Сначала он пытался вдолбить в мою голову мысль о том, что я мудак, совершенно не знающий жизни. А потом говорил о том, что хоть он и не рад, но я теперь член его семьи и должен был сразу же прийти к нему за помощью.

Ведь мы семья, а Соколовские друг друга не бросают. Тем более, когда дело касается Принцессы. И плевать он хотел на то, что я и сам в силах разобраться со всеми проблемами.

Впрочем, как и всем его сыновьям. Высказались все, за исключением Сокола-младшего. Он единственный, кто встал на мою сторону. И хотя после пригрозил, что сам лично оторвет мне башку, если что случится с его сестрой, но перед старшими этого высказывать не стал.

И я точно знаю, что на это он способен. И ему даже не нужно будет пользоваться подручными средствами, все сделает голыми руками.

— Ты должен уяснить одно. — говорил мой тесть. — Мою семью никто не смеет трогать. А если такие найдутся, то очень об этом пожалеют.

— Но вы понятия не имеете, с каким людьми вам придется иметь дело.

— Вот ты нам и расскажи.

— Хотя я не думаю, что они страшнее моего тестя. — хмыкает Леха, вставляя свои пять копеек.

Нет, я наслышан о том, что его жена — дочь одного из самых опасных людей этого города. Ее отец известен своими делишками. И все прекрасно знают, как он расправляется со своими врагами. Но насколько я знаю, то это уже в прошлом. Аккиев отошел от дел, как только его дочь вышла замуж за Соколовского. хотя никто не сомневается, что он все еще держит руку на пульсе.

Но мои враги страшнее него.

Шахов был одним из приближенных Аккиева. И репутация у него еще в те времена была далеко известна всем в наших кругах. Он зверь! А как только Лехин тесть отошел от дел, то Шахов прогнул под себя чуть ли не половину города. И даже мой отец, как бы он ни старался не показывать этого, всегда знал, что рано или поздно ему придется сдаться.

За Шаховым стояла крупная шишка, имени которого до сих пор никто не знает. Но точно всем известно, что этот человек крутится в высших кругах.

— Не сомневаюсь, что каждый из вас готов прикрыть от пули меня или Олю, если на то пойдет, но вы должны понимать, что этим дело не закончится. И свои проблемы я должен решить сам. Как и о своей жене я в силах позаботиться. Но я не говорю, что вы должны стоять в сторонке. Потому что пока я буду разбиться со своими врагами, я должен знать, что Принцесса в безопасности. Но защищая ее, не пытайтесь вмешиваться туда, где вам не рады. Иначе пострадать можете не только вы, но и вся семья. Вплоть до детей. И я не угрожаю, я просто даю совет, потому что знаю, с кем мне придется иметь дело, а вы нет.

Я благодарен им за то, что они готовы принять меня в свою семью и дать защиту. Но кем я буду, если соглашусь прятаться за их спинами, подвергая опасности? Моя жена мне никогда не простит, если из-за моих разборок пострадает кто-то из ее близких.

Это моя война.

И я готов принять помощь, но только если она будет заключаться в защите моей любимой женщины и ребенка, что она носит под сердцем. Большего я от них принять не могу.

— Ты, кажется, не понял, сынок.

Соколовский — старший встает со своего места и подходит ко мне. Его рука ложится на мое плечо и несильно сжимает.

— Я уверен, что ты веришь в то, что справишься сам, но мы семья и в беде тебя бросать не собираемся. К тому же твоя жена просто не позволит нам этого сделать. Но я думаю, что ты и сам это прекрасно знаешь. Оля молода и импульсивна, но она тебя любит.

— Я знаю.

Это все, что я смог произнести. И хотя мужчинам не положено плакать, но в этот момент болезненный ком сжал горло. Я рос без отца, и каждый день, как бы мне ни хотелось этого признавать, мечтал о том, что он вернется за мной. Но когда это произошло, я так и не сумел ему простить предательство. И пускай, незадолго до его смерти, мы вроде бы нашли общий язык, я не чувствовал себя любимым сыном. И не чувствовал себя дома.

Сейчас же, даже зная, что мой тесть готов в любую минуту меня пристрелить. Его ружье как раз под рукой. В его обществе я в полной мере ощущаю себя нужным. И точно знаю, что теперь у меня появилась семья.

И сделаю все, чтобы ее защитить, даже если им это не понравится.

После того как мне позволили наконец-то покинуть общество мужчин, не успеваю я войти на кухню, как моя женушка тут же хватает меня за руку и тянет наверх. В нашу комнату. И я точно знаю, что явно не затем, чтобы заняться со мной любовью.

Вижу, как ее глаза горят от нетерпения и любопытства. А так же успел заменить, каким недовольным взглядом она наградила своего отца, а затем и братьев. И могу точно сказать, что своим характером Принцесса пошла точно не мать.

— Рассказывай.

Как только за нами закрывается дверь, Оля тут же разворачивается ко мне и начинает свой допрос.

— Что именно?

Делаю вид, что не понимаю ее. Улыбаюсь, когда она недовольно поджимает губы.

— Багров, ты прекрасно знаешь, о чем я.

— Ты, наверное, хочешь знать, о чем мы разговаривали в кабинете твоего отца?

Дразню ее, хотя опасаюсь того, что она меня сейчас стукнет.

— Естественно, хочу. — складывает руки на груди. — Ну?

— Иди сюда.

Сажусь на кровать и маню ее пальцем. Принцесса начинает злиться, это я вижу по ее глазам, но все-таки подходит. Обхватываю ее бедра руками и притягиваю ближе, заставляя встать между моих, расставленных в разные стороны, ног.

Обнимаю и прижимаясь головой к ее животу.

— Я тебя люблю.

— Не заговаривай мне зубы.

Летит в ответ, но затем она запускает свои руки в мои волосы и начинает нежно теребить. Улыбаюсь, наслаждаясь ее ласками. Правда, недолгими. Цепляет волосы посильнее и заставляя меня поднять голову, оттягивая их назад.

Морщусь. Ощущения немного неприятные.

— Будет больнее, если ты сейчас же не расскажешь мне все.

Усмехаюсь, реагируя на ее воинственный вид. Честно говоря, мне сейчас совсем не хочется разговаривать. Я бы занялся чем-то более приятным. И вместо ее ворчания, с удовольствием послушал бы, как она кричит.

От наслаждения.

— Сначала поцелуй, потом расскажу.

— И не мечтай. — фыркает в ответ, но затем улыбается. — Сначала все расскажешь, а потом я тебя поцелую.

— Так неинтересно.

Машу головой в разные стороны, показывая, что меня-то не устраивает.

— Тогда есть другой вариант. — хитро играет глазами. — Если ты прямо сейчас не расскажешь мне все, то отправишься спать на диван. И ни поцелуев, ни чего-либо другого ты не получишь от меня целую неделю.

Эта маленькая ведьма знает, на что давить. Но ведь и я так просто сдаваться не хочу.

— Неделю? — усмехаюсь. — Всего семь дней. Нормально. Не так уж и много.

— Месяц! — тут же меняет условия.

И улыбка исчезает с его губ. А мне вот, наоборот, весело. Я-то знаю, что она не может так долго злиться. И спать без меня ей тоже не очень нравится. Максимум два дня. Но и до такого я доводить ее не собираюсь.

— Хорошо!

— Что хорошо? Согласен месяц спать на диване?

— Согласен все рассказать.

— Вот так бы сразу. — снова улыбается. — Я слушаю.

— Твой отец сказал, что принимает меня в семью. А также, если я тебя обижу, то он воспользуется своим ружьем. В общем, все как всегда. Ничего нового.

Смотрит на меня внимательно. Хмуриться. Решает, сказал ли я правду, или…

Но ведь это и есть правда. Все так и было. А об остальном ей знать не обязательно. Тем более волноваться ей сейчас нельзя.

— И все? — подозрительно щуриться, пытаясь прочесть что-то в моих глазах.

— И все.

— И чтобы это сказать, у него заняло целый час?

— Он просто очень медленно говорил.

— Багров…

Ржу и притягиваю ее к себе, а потом поддаюсь назад, падая на кровать и утягивая ее за собой. А затем резко переворачиваюсь, и Оля тут же оказывается подо мной. И пока она не начала сопротивляться, начинаю целовать ее в губы.

Сладкая…

Я бы мог рассказать ей, но то, что я задумал, ей совершенно не понравится. Да и не хочу оставшийся вечер проводить за спорами с женой. У меня есть идея куда лучше, как провести это время.

— Я тебя люблю.

Шепчу на ухо Принцессе, нежно целуя ее в шею. Она улыбается, но глаз не открывает. Просто поворачивается на другой бок и продолжает спать. Тоже улыбаюсь, любуясь ею. Мне совсем не хочется уходить, и будь моя воля, сейчас завалился бы рядом с ней. Но времени на это совершенно нет.

Сегодня мне надо снова съездить в офис. Подготовить кое-какие бумаги. А затем я собираюсь встретиться с Тимачом.

У меня к нему очень много вопросов.

Я был довольно терпеливым к своим врагам. Но они перешли все границы, когда решили похитить мою жену, а когда этого не удалось, им пришла в голову идея сжечь нас заживо.

Пора поставить всех на место.

Еще раз целую любимую и поднимаюсь. Покидаю комнату, тихо прикрыв за собой дверь. Но не успеваю ступить и шагу дальше, как передо мной возникает Сокол — младший.

— Далеко собрался?

— И тебе доброе утро. — усмехаюсь, понимая, что, видимо, Данил давно меня тут поджидает.

И хотя это раздражает, но я знаю, что он просто переживает за свою сестру. И очень рад тому, что пока я решаю свои дела, Принцесса находится в надежных руках.

— Ага. — летит мне в ответ.

— В офис собираюсь.

— Оля об этом знает?

— О чем? Что мне надо на работу?

— О том, что ты сбегаешь с утра пораньше, пока все еще спят. В том числе и она.

С ним спорить бесполезно. Если Соколу что-то надо, он добьется своего. Это я уже давно усвоил.

— Чего тебе надо?

— Они тебя не касаются. Как я сказал вчера, все, что от вас требуется, присмотреть за моей женой, пока я решаю свои проблемы.

Да, я немного вышел из себя. Просто мне надоело, как попугай, повторять одно и то же из раза в раз.

— За твоей женой есть кому присмотреть. — усмехается и отвечает вполне спокойно. — А я пока присмотрю за тобой.

— Приказ Соколовского — старшего?

— Моя инициатива.

Кто бы сомневался. Сейчас в голову пришла мысль, что мой тесть даже не в курсе того, что задумал его сын. Как и не в курсе того, что задумал я. Конечно, вчера я вполне понял его слова, когда он говорил о том, что мы теперь семья. И что в беде меня не бросят.

Я благодарен за это.

Но раз мы теперь семья, то я просто обязан защитить их от того дерьма, что меня окружает. К тому же, если мои враги не побрезговали поджогом, зная, что мы с Принцессой внутри, то им ничто не стоит прийти и сюда.

А этого я допустить не могу.

— Не уверен, что готов принять твою помощь. Если с тобой что случится, то Оля мне этого никогда не простит.

— Как и мне не простит, если я отпущу тебя одного, зная, можешь не вернуться.

— Ты вполне можешь сделать вид, что этого разговора не было, и ты меня не видел.

— Нет, не могу. Поэтому кончай делать мне мозги и выкладывай свой план.

Другого я от него и не ожидал. Поэтому киваю, соглашаясь с ним. Да и потом, его помощь мне точно не помешает. И мне нужен хотя бы один человек, которому я смогу доверять. А Сокол как раз из таких.

— Только давай сначала пожрем. — предлагаю ему и иду к лестнице, намереваясь спуститься вниз.

— Отличная идея. Но ты угощаешь.

— Я бомж. — усмехаюсь. — Если ты помнишь, то мою хату спалили, а вместе с ней и все, что у меня было.

— Ага, рассказывай сказки кому-нибудь другому. Зная тебя, уверен, что у тебя есть заначка на такой случай. И тебе вполне хватит угостить меня завтраком.

И он прав. У меня есть деньги. Когда меня посадили, а отца убили, я понял наверняка, что этим все не закончится. И оказался прав. Денег, конечно, у меня не так много, но хватит, чтобы подпортить жизнь Шахову и его приспешникам.

— Ок, но место выбираю я.

— Да без проблем, но, надеюсь, что это какая-нибудь дешевая шаурмячная с собачьим фаршем.

— Ты отстал от жизни, бро, — ржу, заходя в гараж и подходя к его тачке. — Собак давно уже не трогают. Для этого есть крысы.

Сокол кривится от отвращения, а его взгляд мог бы меня убить, будь у него такая способность. Ржу еще сильнее, вдруг понимая, что родись он в Китае, то помер бы там от голода, учитывая, чем те питаются.

Но говорить ему об этом я не стал.

Загрузка...