Глава 22


Демон


— Кто это был, черт побери?

Марат чуть прихрамывая, подходит ближе. Я бы усмехнулся, видя его состояние, но, кажется, у меня онемела левая щека. За сегодня она уже дважды пострадала от рук Принцессы. И стоило бы ее догнать и наказать, но делать этого я точно не буду. Сейчас я чувствую себя, как никогда, счастливым.

Она меня все еще любит. Иначе как назвать это взрыв ревности?

— Моя жена.

Отвечаю Шахову, и увидев его удивленные глаза, все же не удержался от улыбки.

— Теперь понятно, почему ты с ней развелся. — ржет этот идиот. — Она чертов терминатор в юбке.

— Не преувеличивай.

— Но согласись, удар у нее тяжелый.

— Просто ты ее разозлил.

— И чем же?

— Не вовремя нас прервал.

— Вижу, тебе тоже не хило досталось. — указывает на мое лицо, растягивая улыбку.

— Так, семейные разборки. — тоже улыбаюсь, потирая щеку.

— Не поделишься?

На мгновение задумавшись, я вдруг понимаю, что произошедшее никак не укладывается в моей голове. Такой свою жену я видел впервые. Она словно озверела, набросившись на мою секретаршу.

Но почему я до сих пор не догоняю.

Пытаюсь отмотать пленку в моей голове, чтобы найти тот самый момент, с чего все началось. И когда до меня наконец-то находит, почему Ольга так взбеленилась, я чуть не заржал в голос.

О боги…

Она ненормальная.

Перед тем как моя жена появилась на пороге моего кабинета, за минуту до ее прихода, ко мне зашла Алиса. Моя секретарша. Она принесла мне кофе. А потом, когда забирала другую чашку, с уже остывшим напитком, каким-то необъяснимым способом случайно переворачивает ее на меня, заливая брюки.

Я тогда подскочил, как ошпаренный, испугавшись, что она чуть меня не обожгла.

Слава богу, пронесло.

По крайней мере, все, что находилось ниже пояса, осталось невредимым.

Но вот тут и появилась моя женушка и увидела, как Алиса, решив исправить ситуацию, упала на колени и попыталась оттереть пятно.

Усмехаюсь про себя.

Кому расскажи об этом, не поверят. Да я бы сам не поверил, не случись этот абсурд именно со мной.

Приплыли, блин.

И хотя это довольно смешно, стоит только вспомнить о том, как на это отреагировала моя жена, становится немного не по себе. Но не оттого, что она готова выцарапать сопернице глаза, это как раз-то меня радует. А оттого, что она подумала, что я…

Что я и моя секретарша…

Это просто пипец…

Интересно, а потом она поняла, как ошибалась? Или мне придется ей объяснять?

В любом случае поговорить нам все равно придется. Хотя сейчас я не уверен, что она захочет меня слушать. Скорее уж разобьет об мою голову что-нибудь тяжелое.

— Судя по тому, как ты лыбишься, я почти на сто процентов уверен, что история будет занятная.

Голос Шохова отвлекает меня от мыслей, напоминая, что я сейчас не один. И мой новый друг пришел сюда явно не для того, чтобы получить по яйцам от моей жены. Тем более, наплевав на то, что за мной тщательно следят. И о его приходе сюда уже, скорее всего, доложили моему папаше.

Возможно, он уже на пути сюда.

— Как-нибудь в другой раз. — падаю в своё кресло. — Лучше расскажи, что тебя привело?

— Я тут кое-что узнал.

— И это что-то стоило того, чтобы мой папашка узнал о том, что мы заодно?

— О, да-а-а! — на его лице расплывается довольная улыбка. — Вот смотри.

И в следующую секунду на мой стол падает пачка документов.

Взяв в руки, быстро пробегаюсь по ним взглядом. И с каждым прочитанным словом, я просто не могу поверить своим глазам.

— Где ты их достал?

Не отрываясь, быстро спрашиваю и продолжаю изучать бумаги. Конечно, это только копии, но если это правда, то моему папашке пришел конец.

— Хорошие люди дали почитать.

Усмехается Марат, развалившись в кресле напротив. Он явно рад тем эффектом, что произвел на меня этими документами. И имеет на это право. Сейчас в моих руках то самое оружие, с помощью которого я могу противостоять отцу. Главное, правильно им воспользоваться.

— Я знаю этих людей?

— О, не-е-ет, на твое счастье.

Последняя реплика заставляет меня оторваться от бумаг и поднять голову, чтобы посмотреть на друга.

— Объясни?

— С такими, как они, лучше дел не иметь. Опасно для жизни.

— Но ты ведь сейчас здесь. И как я вижу, жив и здоров.

— Мне просто повезло… — как-то очень серьезно отвечает Марат. — Родиться Шаховым.

Улыбаюсь, понимая, что самолюбия у этого человека не отнять. Да и сразу понятно, что ничего более он рассказывать не планирует. Но это и неважно, по крайней мере, сейчас.

Продолжаю читать, отмечая про себя некоторые моменты, которые стоит учесть. Я понятия не имею, как долго мне позволено копаться в этих бумагах, и следует успеть многое изучить.

— Ну так, что, есть идеи, как нам следует поступить?

Спрашивает Марат, поднимаясь с места. Обходит стол и подходит ко мне, вставая позади.

— Но ты должен знать одну вещь. Нам дали неделю, а потом, если мы так ничего и не предприним, люди, давшие мне это, возьмут ситуацию в свои руки. Только боюсь, что в этом случае, мы тоже можем пострадать.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Вот, смотри. — Марат указывает на сумму, указанную на бумаге. — Это всего лишь малая часть того, что задолжал твой отец. И это уже намного больше, чем стоят все акции твоей компании. И человек, что дал мне эти бумаги, хочет вернуть свои деньги. Но еще больше он жаждет крови. Надеюсь, ты догадываешься чьей?

— Тогда ему придется встать в очередь.

— Думаю, в этом случае придется посторониться тебе.

Шахов отходит и направляется к шкафу, где у меня встроен бар. Если меня и удивляет то, что он так хорошо знает, что и где у меня стоит, то не подаю вида. Сейчас есть вещи поважнее того, чем выяснять, когда он успел так все хорошо изучить. Насколько я знаю, в прошлом он был довольно хорошо знаком с моим отцом. И у них даже планировался общий бизнес, пока один не предал другого.

И кто это сделал, мы уже знаем.

— Я хочу встретиться с этим человеком.

— Плохая идея.

— Идея, может, и плохая, а вот результат может нас удивить.

— У тебя уже появился план?

Марат даже забыл о том, что хотел наполнить свой стакан янтарной жидкостью из бутылки с отличным шотландским напитком. Его глаза загорелись интересом, и он явно жаждал узнать все подробности.

Честно говоря, я сам еще не до конца довел свою мысль, но, кажется, я знаю, как воспользоваться всеми этими бумагами. И думаю, попытаться стоит. Ведь если все выгорит, то совсем скоро я буду свободен. И смогу вернутся к своей жене и детям.

Правда, там мне тоже придется постараться, чтобы заслужить прощение.

— Есть парочка мыслей. — отвечаю Шахову. — Так что плесни и мне немного. На трезвую голову это не так легко переварить.

— Будет сделано.

Но стоило мне только взять стакан в руки, как в дверь постучали. А затем она открылась и в кабинет зашла моя секретарша.

— Я занят.

— Простите, Дмитрий Станиславович, но на второй линии какой-то мужчина требует, чтобы вы ответили на звонок. Он сказал, что если вы не поднимете трубку, то уже завтра состоятся похороны.

Сжимаю стакан в руке и понимаю, что если не успокоюсь, то сейчас он разлетится вдребезги. Со стуком ставлю его на стол, расплескивая напиток по столу. Кивком головы дал понять Алисе, что она свободна, и только потом поднимаю трубку.

Я знаю, кто звонит. Уже раз пятнадцать папаша пытался дозвониться мне на сотовый. После третьего звонка я тупо отключил звук. Но эта сволочь нашла выход, и даже перешел к угрозам. Ведь я прекрасно понимаю, на чьи похороны он намекал.

— Чего тебе?

Рассюсюкивать я с ним не собирался. Как и разговаривать. У меня нет ни желания, но времени на это.

— Ты, кажется, забыл, щенок, что с огнем играешь? — орет отец в трубку. — Какого черта, делает в моем офисе Шахов? Что вы задумали?

— Во-первых, смени тон. — стараюсь говорить максимально спокойно. — А во-вторых, поговорим, когда я приеду. А сейчас, увы, продолжать беседу я не могу. Занят.

Кладу трубку и смотрю на Марата. Тот ухмыляется и поднимает свой стакан вверх, как бы салютуя мне. Поднимаю свой, а через пару секунд полностью его опустошаю.

— Наверное, тебе все же не стоило с ним так разговаривать. Этим ты только его разозлишь.

— Ничего, успокоиться.

— Думаешь?

— Аха, надо только придумать убедительную причину твоего пребывания здесь.

— Уверен, ты что-нибудь придумаешь.

Мне и правда пришлось немного напрячь мозги, чтобы найти достойное объяснение тому, что забыл Шахов в моем офисе. Но я справился. И, кажется, даже немного успокоил папашку. Но как позже выяснилось, мне это только показалось.

Теперь за мной следить стали более тщательно. И пришлось обратиться за помощью к бывшему родственнику, чтобы избавиться от следа. Но, а тот, в свою очередь, прежде чем помочь, за каким-то чертом прошелся кулаком по моей скуле.

И свою вспышку гнева Соколовский объяснять не стал.

— И как, твою мать, я должен теперь явиться на встречу в таком виде?

Ору на него, смотря в зеркало и рассматривая огромный синяк, украшающий мою челюсть.

— Это не мои проблемы.

— Да у тебя с башкой проблемы. Придурок.

— Ты получил за дело. — пожимает плечами Сокол, ничуть не раскаиваясь в содеянном.

— Объясниться не хочешь?

Оборачиваюсь и испепеляю его взглядом.

— Подрастешь — поймешь.

Если бы он не был моим родственником, и я не нуждался в его помощи, то просто стер эту чертову ухмылку с его лица. Например, ударом об стол. И хотя, с одной стороны, я могу его понять. Оля наверняка рассказала ему о том, что произошло вчера в моем офисе. Но это могло подождать. Сейчас есть более существенные проблемы, чем семейные разборки.

— Ладно, забыли.

Успокаиваюсь и плюхаюсь на кресло напротив. Все это подождет, и мы еще обязательно вернемся к этому вопросу.

— Говори, зачем звал?

Закатываю глаза. Об этом он должен был спросить в первую очередь, прежде чем бить мне морду.

— Сегодня вечером у меня важная встреча. Но прежде надо избавиться от хвоста. Вот этим ты и займешься.

— Сколько у меня времени.

— Максимум пару часов. Мне нельзя опаздывать.

— С кем встреча?

— Это тебе знать необязательно.

Данила приподнимает одну бровь, а в его глазах читается ирония. А еще я вижу там любопытство. Но сегодня ему придется уйти ни с чем.

— Меньше знаешь, крепче спишь.

Через полтора часа все уже было сделано. Соколовский отзвонился и сообщил, что все чисто. Хвоста больше нет, но у меня не так много времени, прежде чем они догадаются, что их обвели вокруг пальца.

Поэтому я, не теряя драгоценные минуты, сразу же позвонил Шахову. Тот успел договориться, и меня уже ждали. Взяв нужные мне документы с собой, я покинул свою квартиру.

А еще через полчаса был уже на месте. Но прежде чем меня провели внутрь, сначала обыскали. И только убедившись, что я безоружен, пропустили дальше. Зайдя в кабинет, первым я увидел Шахова, а уже потом господина Самарского.

Насколько я знаю, ему уже далеко за шестьдесят, но по нему и не скажешь. Максимум полтинник. Да и лицо у него довольно-таки доброе. Так и не скажешь, что этого человека боится весь город.

— Что же ты там стоишь, мальчик мой? — увидев меня, он улыбнулся. — Проходи располагайся.

Киваю и делаю то, что он просит.

— Спасибо, что согласились встретиться.

— Честно говоря, я очень удивился, когда Марат сказал мне, что сын Беркутова хочет встречи. Хотя больше меня удивил ваш союз, мальчики.

Он посмотрел на меня, потом на Шахова и продолжил

— Любопытно узнать, что из этого получится. Но сейчас все же давайте перейдем к делу. Зачем ты сегодня пришел сюда и что за папка в твоих руках?

— Пару месяцев назад Марат помог мне вернуть компанию отца. До этого времени она мне не принадлежала. И тут в папке бумаги, что подтверждают, что теперь владельцем собственности являетесь вы.

— Интересно. Но позволь узнать, с чего такая щедрость?

— Возвращаю долг.

— Но насколько я знаю, мальчик мой, ты мне ничего не должен. Конечно, после смерти твоего отца я мог бы потребовать возврата долга с тебя, но дети не должны платить за своих родителей. Так, может, объяснишь?

— Все очень просто. Я отдаю вам компанию отца. И если потребуется, то могу и остальную собственность переписать на ваше имя. Единственное, что я хочу, чтобы после того, как все закончится, меня и мою семью оставили в покое.

— Я все еще ничего не понимаю.

— Мой отец жив. И я готов вам сообщить его месторасположение, но только после того, как мы окончательно договоримся.

— Считай, мальчик мой, мы уже договорились.

Загрузка...