Поговорим лет через пять!

— Ну что же мне теперь делать? — театрально воскликнула Анечка. — Ты ведь умница, Лика, вот и подскажи. Как бы ты на моём месте поступила?

Подруги находились в кафе, занимая угловой столик. Одна из них, спросившая, сидела лицом к залу и была яркой блондинкой, на которую с интересом, тайком или в открытую, посматривали присутствующие здесь мужчины. Её визави в задумчивости водила указательным пальцем по ножке пустого фужера.

— Пожалуй, Анюта, я не стала бы сейчас ничего предпринимать, — наконец ответила она. — Я ещё вина закажу, если ты домой не торопишься.

— Конечно, Лик, — блондинка кивнула. — За нас, — предложила она, когда им принесли по бокалу красного вина.

— Согласна, — Лика отпила глоток. — Послушай Анюта, сколько лет твоему «новоиспечённому жениху»? Эту деталь я что-то совершенно упустила.

— Двадцать восемь, — неохотно ответила та. — Но он не «новоиспечённый», мы с Гариком друг друга уже пять месяцев знаем.

— И что он квартиру собственную имеет? Куда ты уходить собралась-то?

— Да нет, он снимает однушку, с другом, — Анечка начала торопливо оправдываться. — Но друг уже ищет другое жилье…Вот!

— Ты это серьёзно, о квартире? — Лика смотрела на неё с недоверием.

— Абсолютно серьёзно. Гарик ведь студент ещё, откуда ему деньги на жильё взять, — Анечка развела руками и глубоко вздохнула. — Чего нет, того нет.

— Неужели и ребёнка потянешь с собой на съёмную квартиру?

— Конечно, с собой. Я без Антохи никуда не уйду, ты же знаешь.

Лика отставила вино в сторону. Сдвинув брови, она перешла на менторский тон: «Ну предположим, уйдёшь ты от мужа к этому Гарику…Что дальше? Что ты выиграешь?»

— А я не думаю о выгоде, Ликочка. Я вообще ни о чём не думаю! Просто хочу с любимым человеком вместе жить, — Анечккины глаза увлажнились, и она быстро заморгала.

— Думать, моя милая, всегда надо, а в твоей ситуации — особенно, — Лика была непререкаема.

— Да что особенного в моей ситуации? — подруга вскинула брови. — Столько людей сходятся — расходятся…

— Они пускай делают что хотят. Разговор сейчас не о них, а о тебе! И уходить ты не одна собралась, а с сыном. О нём и подумай прежде всего, хорошо ли ему там будет, с новым папой. Ты хоть задавалась этим вопросом?

— Только в общих чертах, если честно…

— Вот и порассуждай об этом на досуге, ладно? — уже вполне миролюбиво закончила Лика. — И не торопись принимать решение, по крайней мере, сейчас.

— А когда же?

— Не знаю…Точной даты ты от меня не услышишь…Пожалуй, когда сама будешь уверена в том, что хочешь уйти. Если это случится, тебе ничьи советы не понадобятся, поверь мне. А пока это всё как-то неубедительно выглядит. И потом, у вас разница в возрасте — семь лет. Ну, это много, Ань.

— Совсем немного, Ликочка! И внешне незаметно. Ты ведь знаешь, что мне никто мои года не даёт, — скороговоркой выпалила Анечка, защищаясь.

Небольшого роста, голубоглазая и белокурая, носившая отчаянное мини и ходившая всегда на высоченных каблуках, она действительно не создавала впечатление женщины, обременённой семьёй, и казалась эдакой девушкой без возраста.

— Это пока незаметно, — рассудительно ответила Лика. — А будет тебе, как мне сейчас, сорок… — Она замолчала, закусив губу.

Лика была полной противоположностью подруге. Высокая, ухоженная, с прямыми до плеч волосами, цвет которых регулярно менялся и варьировал от тёмно-каштанового до медно-золотого, с прозрачно-зелёными, как незрелый крыжовник, глазами; к такой не каждый отважится подойти.

— Ликочка, да никто не поверит, что тебе сорок, — излишне бодрым тоном откликнулась Анечка.

— Зря я что-ли с ботоксом дружу, — Лика отбросила волосы назад и сложила руки под подбородком. — Извини, но что кроме секса вас с Гариком, связывает? Есть о чём поговорить? Ты ведь врач-стоматолог, он — студент-музыкант. Это как-то не стыкуется друг с другом, Анюта.

— Да что ты, Лик, — обрадовалась та, — мы болтаем с ним без умолку. У нас столько общего, одни и те же фильмы любим, детей и животных он обожает, детективами зачитываемся…В общем…

— В общем много общих интересов, — несколько иронично закончила за неё Лика и озабоченно посмотрела на часы: «Слушай, засиделись мы. Не пора ли по домам?»

Не дожидаясь ответа, она взмахнула рукой, делая знак проходящей мимо официантке, зацепив при этом бокал с недопитым вином.

— Упс! — краска бросилась ей в лицо.

— Это ничего, не волнуйтесь, — официантка ловко навела порядок на столе, промокнув разлившееся вино. — Вам счёт?

— Пожалуйста.

— С алкоголем мы, Ань, похоже, перебрали. Придётся «скорую помощь» вызывать, — Лика достала из сумки мобильный.

— Зачем, Ликочка? Тебе плохо? — растерялась Анечка.

— Отнюдь. Просто не хочу машину сама вести.

— А при чём тут «скорая помощь»?

— Это сленг такой, Анюта. Товарищу одному позвоню, чтобы он нас по домам развёз, — сухо объясняла Лика, набирая номер и не принимая возражений подруги, собравшейся ехать домой на автобусе.

— Вечер добрый, это Анжелика. Я тебя от дел не отрываю? — напряжённо проговорила она кому-то в трубку, низко наклоняясь над столом так, что волосы почти полностью скрыли её лицо. — Ситуация такая: сидим с подругой в кафе, выпили вина и не рассчитали.

Она замолчала, слушая ответ своего собеседника, и вдруг легко рассмеялась, расслабилась и приняла непринуждённую позу.

— Точно, хорошо пошло. Машина со мной, но не поведу же я её после…

— Адрес кафе? — переспросила она. — Кафе «Север», адреса я не знаю…Отлично, ждём, — она выключила мобильный и громко выдохнула, словно этот разговор стоил ей много усилий.

— Приедет? — Анечка сгорала от любопытства.

— Ань, ну, конечно, приедет. Это даже не обсуждается.

— Лик, а кто он?

— Да просто хороший парень.

— Ликочка, это нечестно! Я тебе всё рассказываю, а ты общими фразами отделываешься, — голосом обиженного ребёнка протянула подруга.

— Анюта, это мой бывший пациент.

— Он что, ку-ку? — выпалила та.

— Да нет, он вполне нормальный товарищ. Когда-то были проблемы, не мог с ними самостоятельно справиться…Ну ты же знаешь, я не рассказываю о своих больных.

— А потом? — не унималась белокурая красавица.

— Да ничего особенного, прошёл курс лечения. Я как раз в новый центр ушла психотерапевтом, и он туда же. Года два на терапии у меня был, всякие тренинги посещал, восстанавливался, — как могла более равнодушно сказала Лика.

— То есть, это лет восемь назад было?

— Точно. Ты тогда беременная ходила, мучилась токсикозом, тебе не до рассказов моих было.

— Да, — согласилась Анечка. — Антошка мне не так просто дался. Я и в декрете с ним все три года просидела, потому что то одно было, то другое. Выпала из обоймы, ха-ха.

— Вот видишь, потому ты эту историю и не знаешь.

— Интересный товарищ?

— Увидишь.

Они рассчитались и вышли из кафе.

— Сентябрь, а как прохладно. — Анечка накинула сверху пиджачок и съёжилась. — И деревья уже наполовину жёлтые стоят. Одним словом, осень.

— Мой любимый месяц, — Лика откинула голову назад и зажмурилась. — Прозрачный. — Она потянула носом воздух. — И запах особый стоит, неповторимый.

— А я лето больше всего люблю! — Подруга заразительно засмеялась. — Каждый день лежала бы на пляже с утра до вечера.

Сзади них кто-то коротко посигналил. Оглянувшись, они увидели подъезжающую машину.

— Он? — спросила Анечка.

— Он, наш герой.

Между тем, подъехавший вышел из машины и быстрым шагом направился к ним.

— Добрый вечер, барышни, — улыбнулся он, подойдя. — Не сильно задержал?

— Да нет, что вы, — выступила вперёд Анечка. — Мы и глазом не успели моргнуть, а вы уже здесь. Оперативненько. Здравствуйте! — она не могла скрыть своего явного интересаа. Загорелый, поджарый, с короткой стрижкой — симпатяга, оценила она его.

— Это Анечка, моя подруга, — подсказала Лика.

— Очень рад, Кирилл, — представился тот, пожимая протянутую ему руку. — Я тут недалеко был, когда Анжелика позвонила. Поэтому получилось «оперативненько». — Он широко улыбнулся и повернулся к Лике. — Привет, Анжелика. Сто лет не виделись.

— Привет, Кирилл. Всего-то года полтора, — делано безразличным тоном произнесла та, подставляя ему щёку для поцелуя. — Ну что, друзья, все в сборе. Поехали?

— Поедем, как я понимаю, на твоей машине? — больше для проформы спросил Кирилл.

— Правильно понимаешь, Кира. Вон она стоит, — Лика махнула рукой в сторону своего авто.

Тот только присвистнул:

— А неплохо живут врачи в нашем городе!

— Ага. — Лика неопределённо фыркнула.

— Сначала подругу отвезём, так? — Кирилл занял место за рулём и завёл мотор. — Вы не против, Аня? — Он быстро взглянул в зеркало на разместившуюся на заднем сиденье Анечку.

— Конечно, нет! — та просто светилась от мужского внимания.

— Тогда говорите свои координаты.

— Это совсем недалеко, — Анечка кокетливо повела плечиками и назвала адрес.

— Кстати, — сказала Лика, когда машина тронулась, — Анечка тоже врач.

— Вот как…Везёт мне сегодня на врачей. А вы какой доктор, Аня? — Кирилл снова коротко глянул в зеркало.

— Стоматолог, — бойко ответила та. — Будут проблемы — обращайтесь!

— Анюта у нас не просто стоматолог, — добавила Лика. — У неё ручки золотые, такие пломбы ставит, никакой кариес их не берёт. А зубы как рвёт! Залюбуешься. Только вот работает в обыкновенной муниципальной больничке. Нет, чтобы в частную клинику уйти. Уже давно бы и с деньгами, и со связями была.

— Лик, да не уйду я от своих, ты же знаешь какой у нас коллектив.

— И какой же? — полюбопытствовал Кирилл. — Расскажите, пожалуйста, нам.

— Дружный, вот какой! Дни рождения, Новый Год, всё вместе отмечаем. У нас в больнице даже традиции свои сложились, вот!

— Традиции? — Лика прыснула. — Это ты о кофе-тайм в кабинете хирурга по утрам и перекурах у уролога?

— А что здесь плохого? — Анечкин голосок зазвенел. — С утра поговоришь душевно с хирургами, кофейку с сигареткой выпьешь, и все проблемы отступают. Работаешь потом, как заведённый. Если уролог зайдёт, опять же праздник. Нет, Ликочка, мужское внимание стимулирует, что ни говори! Пробовала я в частную клинику уйти, через месяц назад прибежала. Не те люди там совсем, отработали и по домам. Ни праздников тебе, ни общения. Скукота!

— Смешная ты, Анюта, — снисходительно отметила Лика.

— Почему же смешная? — не согласился Кирилл. — А по-моему Анечка права — на работу нужно лететь, и глаз при этом должен гореть.

— Вот именно, — подхватила та, обрадовавшись поддержке. — Я на полторы ставки работаю, устаю ужасно. А в воскресенье уже жду не дождусь понедельника!

— Ой, — спохватилась она, — а вот и мой дом, приехали. Спасибо вам, Кирилл. Ликочка, мы остаёмся с тобой на связи! — Завлекающе поправляя кудряшки, Анечка вышла из машины.

— Созвонимся, Анюта.

— Забавный человечек, — рассмеялся Кирилл, отъезжая от Анечкиного дома.

— Анюта хорошая. — Лика нажала на кнопку радио, и салон машины заполнился негромкой музыкой.

— Как ты сама поживаешь, Анжелика? — спросил Кирилл. — Какая- то ты другая стала. — Он сосредоточенно смотрел сквозь ветровое стекло на дорогу.

— Постарела? — невесело ухмыльнулась она.

— Нет, ну что ты! Ты классно выглядишь.

— Стараюсь. А поживаю всё так-же: работа, дом, работа.

— Как твои, мама и дочка?

— Да тоже ничего, слава богу. Юльке уже четырнадцать, похоже такая же каланча будет, как я. — Лика довольно улыбнулась.

Она бросила свою сумку на заднее сиденье и так и осталась сидеть в пол-оборота к Кириллу:

— Ты сам-то как поживаешь, Кира? Говорят, женился…

— Правду говорят! — весело отозвался он. — Женился и ребёнка родил — дочку.

— Мои поздравления, — в голосе Лики будто послышалась досада.

Кирилл оторвал взгляд от дороги и внимательно посмотрел на неё.

— Ты никак ревнуешь, Анжелика?

— Нет, — ответила та легко и, наклонившись, поцеловала его в щёку. — Я рада за тебя, Кира.

— Ну, слава Богу.

— И кто же она, твоя жена? Где вы с ней познакомились, рассказывай.

Кирилл пожал плечами:

— Да, собственно, рассказывать почти нечего. Катя — студентка, изучает право. Она к нам в контору на практику пришла, на два месяца. Весёлая, общительная девчонка. А после практики через несколько дней позвонила мне и назначила свидание, в кино пригласила.

— И ты пошёл?

— А почему нет? — вопросом на вопрос ответил Кирилл. — У меня ведь тогда никого не было. Потом, нравилась она мне.

Машина подъехала к светофору и остановилась на красный свет.

— А хорошее время было, — вдруг произнёс он. — Ну, когда я к тебе на терапию приходил. Всегда ждал эти дни.

— Что же там хорошего, к доктору ходить? — не поверила Лика.

— Это смотря к какому доктору…Однажды помню пришёл, а тебя нет. Какой-то другой врач меня принял. Я тогда испугался, что он теперь постоянно вместо тебя будет. Оказалось, ты на больничном была с ребёнком… Тогда, наверное, я в первый раз понял, что люблю тебя.

— Это уже в прошлом, Кира. — перебила его Лика. — Стоит-ли об этом вспоминать?

— А я и не забывал об этом никогда. — Кирилл побарабанил пальцами по рулю. — Жалко, что…

Светофор переключился на зелёный, и машина мягко тронулась с места.

— Что?

— Что мы вместе не остались.

— Так бывает. Зато мы остались друзьями.

— Что нам ещё оставалось?

***********************************************************************************

Это был пятница, как раз накануне дня медицинского работника. По заведённой традиции главный врач собирал весь коллектив на праздничную планёрку, чтобы вручить цветы и грамоты. Анжелика задержалась тогда со сложным пациентом. Наконец, закончив приём, она торопливо провела расчёской по волосам, мимоходом взглянула в зеркало, и стремительно вышла в коридор. Прямо напротив её кабинета, подперев стенку, с букетом цветов, ярко-оранжевых роз, стоял Кирилл.

— Кирилл Андреевич? — Она остановилась, как вкопанная.

Анжелика не видела его уже год, но сразу узнала.

Оттолкнувшись от стены, тот сделал ей шаг навстречу и протянул розы: «Это вам, Анжелика Васильевна, с праздником!»

— С вами всё в порядке, Кирилл? — вырвалось у неё.

Он легко засмеялся.

— В полном порядке, не волнуйтесь. Вот мимо ехал, купил цветов с днём медика вас поздравить…

— Обалденные розы, спасибо! — покраснев от смущения, наконец догадалась поблагодарить Анжелика.

— Рад, что они вам понравились. — Кирилл смотрел на неё с мягкой улыбкой. — Там открытка ещё, — добавил он, кивнув на цветы. — Вчера подписал.

— Я обязательно прочитаю.

— Анжелика Васильевна! — По коридору быстро шла её медсестра. — Ну где же вы? Идёмте-идёмте! Уже все собрались, только вас ждут.

На собрании Анжелика сидела сама не своя.

— Что это со мной? — Недоумевала она. — Ну, приехал бывший пациент с праздником поздравить, что тут такого? Отчего я так разволновалась?

Она попыталась сосредоточиться на торжественной части, с трудом отгоняя мысли о неожиданном визите Кирилла.

Еле дождавшись конца собрания, Анжелика сразу пошла в свой кабинет, отказавшись от приглашения коллег отметить «это событие». Зачем-то закрыв дверь изнутри на ключ, она достала из букета прикреплённый конверт, заглянув в который, обнаружила открытку и сложенный вчетверо лист бумаги. Открытка содержала стандартное поздравление со словами благодарности и пожеланиями. Анжелика отложила её в сторону и развернула листок. Там были стихи Пастернака.

«Засыпет снег дороги,

Завалит скаты крыш,

Пойду размять я ноги:

За дверью ты стоишь.

Одна, в пальто осеннем,

Без шляпы, без калош,

Ты борешься с волненьем

И мокрый снег жуёшь».

— Мои любимые стихи, — подумала Анжелика, останавливаясь и переводя дух. — Откуда он знает? Мы никогда не говорили с ним о поэзии. И что всё это значит: письмо, стихи, цветы?

Она закрыла глаза и произнесла по памяти:

«Как будто бы железом,

Обмокнутым в сурьму,

Тебя вели нарезом

По сердцу мему».

Кто-то постучал в дверь кабинета и, надавив на ручку, попробовал её открыть. Анжелика торопливо спрятала письмо в конверт и открыла дверь.

— Анжелика, ты на машине? Не подбросишь, нам ведь по дороге?

Это была её коллега Алла.

— Я сегодня с подарками, цветов надарили, не хочется с ними в автобусе ехать.

— Ну, конечно, подброшу! — Анжелика приветливо улыбнулась. — Подходи через пару минут к моей машине, ладно?

Она ещё раз быстро пробежала глазами письмо, засунула его в ящик стола и повернула ключ в замке. Розы она взяла с собой. Отвезя коллегу домой, Анжелика поехала к детскому саду, чтобы забрать дочку. Она остановилась невдалеке и, взяв букет с сиденья, поднесла его близко к лицу, вдыхая аромат цветов. Запах был слабый, едва уловимый в отличии от чайных роз, всегда ароматных и буйно цветущих. Забрав дочку и вернувшись домой, Анжелика поставила цветы в зале. Они долго, почти две недели стояли в высокой стеклянной вазе, полу распущенные оранжевые бутоны на упругих высоких стеблях. Подходя время от времени к ним, она задумывалась, вспоминая Кирилла.

— Конечно, приятно получать знаки внимания, но не более того…Семья и близкие — вот всё, что мне нужно, и я бы не хотела никаких перемен в своей жизни! — пришла она в конце концов к выводу.

***********************************************************************************

— Наивная, — сказала Лика, словно очнувшись.

— Извини, это ты о чём? — Кирилл коротко взглянул на неё.

— Так, задумалась. Унеслась мыслями на много лет назад. — она выключила радио. — Мы уже на месте?

— Уже, — подтвердил Кирилл. Машина стояла напротив её подъезда.

— Что нам ещё оставалось? — ещё раз произнёс он. — Ты всё решила за нас двоих. А я до сих пор пытаюсь понять, что было не так.

— Это так важно?

Кирилл ничего не ответил.

— Прости, — спохватилась Лика. — Я говорю ерунду. Это важно. Но, честно говоря, я ещё сама не разобралась, не знаю ответа. Когда-нибудь я смогу его тебе сформулировать, обещаю.

***********************************************************************************

Анжелика действительно в тот момент не хотела никаких перемен в своей жизни. Письмо со стихами и розы помимо своей прелести несли ещё какую-то скрытую информацию. Это тревожило её. Она не знала, как ей реагировать, если бы Кирилл вдруг появился опять. Но проходила неделя за неделей, он не давал о себе никак знать, и Анжелика, внутренне успокоившись, целиком ушла в семейные заботы.

Дочка пошла тогда в первый класс и спортивную секцию, и Анжелика с удовольствием сконцентрировалась на этом.

По весне в клинике прошёл слух, что главный врач ищет замену своей «незаменимой» заместительнице Карелии Викторовне, собравшейся на пенсию. Это моментально стало новостью номер один в коллективе. Обсуждая вероятные кандидатуры, все сошлись во мнении, что главный пригласит на эту должность кого-нибудь со стороны.

— Вот поверьте мне, — авторитетно говорила Алла в перерыве за чаепитием, — придёт к нам какой-нибудь «кот в мешке», и придётся нам к нему приспосабливаться. А новая метла, сами знаете, по-новому метёт.

Все вздыхали и соглашались. Однако, оказалось всё по-другому. Секретарша главного врача, длинноволосая, томная Леночка, зайдя как-то в понедельник с утра в кабинет Анжелики, сказала ей:

— Вас, Анжелика Васильевна, Сергей Игоревич хочет видеть. Прямо сейчас.

— Это по медсовету, Лена? Бумаги с собой брать? — деловито спросила Анжелика.

— Не думаю, — длинно вздохнула та. — Досье ваше запросил ещё на той неделе, изучает… — Она повернулась и, высоко запрокинув голову, вышла.

— Неужели? — подумала тогда Анжелика по пути к главному.

Леночка уже сидела на своём месте в приёмной и, едва увидев её, кивнула на дверь:

— Заходите, Сергей Игоревич вас ждёт.

— Анжелика Васильевна, добрейшее утро! Проходите, присаживайтесь. Как настроение? — главный был, как всегда, галантен и приветлив.

— Отличное, — ответила она.

— Ну что, — вопрошал тот, хитро прищурившись, — слухи до вас уже докатились?

— Какие слухи? — невозмутимо переспросила его Анжелика. — Лично я ничего не слышала.

— Молодец, — похвалил главный.…