Порочное влечение

Пролог

— Ярослав Дмитриевич, — кашлянув, тактично начал мужчина. — Есть один нюанс, который нам следует обсудить и решить для дальнейшего успешного течения нашей избирательной кампании.

— Я вас внимательно слушаю, — претендент на должность следующего мэра города сложил руки в замок на столе, немного подавшись вперёд. У него и без этой избирательной программы было полно забот, но, к несчастью, обсуждаемые вопросы были очень важны для будущего. Непосредственно для него и его семьи. Ещё и сын, уже давно подросший, так не во время влип в большие неприятности, и это могло плохо отразиться на репутации мужчины. Он этого не желал. Тем более столько денег потрачено, столько связей налажено, и ему удалось добиться покровительства губернатора. Все, что ему хотелось — занять место того, кто сам сможет диктовать условия другим. Как прежде.

— Дело в том, что для исключительно прозрачной репутации необходимо, чтобы претендент был, как это помягче сказать… — замялся юрист, что представлял интересы мужчина.

— Говорите как есть, — Ярослав не любил оттягивать момент истины, поэтому фраза, прозвучавшая приказным тоном, вырвалась сама собой.

— Он должен быть семьянином, — кадык юриста дернулся. Мужчина был частично ознакомлен с прошлым этого влиятельного человека и не хотел закончить, как другие. Однако, умалчивание могло сыграть с ним злую шутку, поэтому он продолжил, — И желательно с несколькими уже взрослыми детьми. Все мы понимаем, что в сорок два года, мужчина должен быть примерным семьянином, а не занимать первое место в рейтинге самых завидных женихов. Такова политика выборов — народ больше доверяет тем, кто похож на них.

Казалось, даже воздух загустел от повисшего в нём напряжения.

— Вы издеваетесь? Как я найду жену и детей в такие короткие сроки? — Ярослав вперился своим тяжёлым взглядом в затравленного юриста.

— Я не говорю, что эти дети должны быть от вас, — извиняюще промямлил тот. — К тому же всем известно, что у вас уже есть сын от первого брака. Однако, я ничего поделать с этим не могу — рейтинг определяет правила, как и наоборот.

Ярослав задумался. Найти жену с детьми не проблема, только вот все было необходимо провернуть так, чтобы люди поверили в то, что это не фарс. Вот что по-настоящему было проблемой, сейчас мало кто доверял даже ближним, не то чтобы кому-либо из правительственной системы. Придется повозиться. Хотя… Был один вариант.

— Сколько у меня времени? — после секунды раздумий вопросил Ярослав.

— В лучшем случа три месяца. Я понимаю, что это будет трудно, но наши агенты могут предоставить нужные контакты, и лучший пиарщик займётся вашими вопросами…

— В этом нет необходимости. Уж прости, но жену я в силах выбрать себе сам, — нетерпящим возражений голосом сообщил основатель и собственник самой крупной строительной компании не только в регионе, но и по стране.

— Тогда, думаю, на этом все, — поспешил сложить все документы в папки юрист, в попытке побыстрее сбежать от этого опасного человека, помимо того, что внешне он выглядел, как голливудский киноактер из гангстерских фильмов, так ещё репутация и былая слава были такими, что волосы начинали шевелиться на голове. — Надеюсь, на нашу скорую встречу, Ярослав Дмитриевич.

— Она непременно случится, — холодно усмехнулся мужчина.

София

Было вполне ожидаемо, что отчим и сводный братец приедут на свою территорию, но все равно им удалось застать нас с сестрой врасплох. Особенно учитывая момент их появления. Весьма “подходящий”… Слава небесам, что нам не пришло в голову сигануть в бассейн голышом! Сколько бы визгу было…

Отец и сын расположились у мангала, пока мы натягивали вещи на втором этаже. При нашем появлении у беседки братец разливал вино по бокалам, а будущий мамин муж занимался приготовлением мяса. Сейчас многие подумают, что две сестрички — распутницы сгорают от тайного влечения за спиной мамы. Всё не совсем так. Брак у нашей родительницы фиктивный, а мужчины свалились на нас, словно снег на голову, вместе со странными чувствами в глубине души. И что делать? Мы стараемся держать нейтралитет, вести себя непринужденно… Вот только… Сводный брат явно испытывает симпатию к моей сестре, а меня непреодолимо тянет к новоиспеченному отчиму…

— Добрый вечер! Ещё раз, — бодро проговорила, подходя ближе и стараясь вести себя, как ни в чем не бывало. Да где там. Стоило только сестре скользнуть взглядом по парню в черной облегающей футболке, чье тело можно было фотографировать на рекламу мужского нижнего белья, как она подвисла. Что говорить о статном, подтянутом, зрелом “папочке”? Взгляд не могла отвести от широких ладоней, от мощной шеи, да вокруг него просто распространялась аура успеха, власти и всепоглощающей уверенности в себе.

На улице уже начинало смеркаться. Сейчас почти брат смотрелся очень по-домашнему и не такими отстраненными и чужими. Как и его отец. Футболки, джинсы, в привычной для них атмосфере мужчины словно открывались с другой стороны. Как же мне хотелось, чтобы это был не семейный ужин, а, скажем, романтический… Наивная!

— Добрый-добрый, — отозвался Кир, ставя бутылку на стол и вальяжно разваливаясь на плетеном диване с подушками. В глазах его затаились смешинки, а сам он прожигал взглядом мою сестру. Кажется, даже из космоса было видно, насколько сильно их тянет друг другу, хоть они и постоянно с удовольствием перекидывались колкими фразочками, но, видимо, так и проявлялась их симпатия…

Ярослав лишь безэмоционально кивнул, вновь отвлекаясь на костёр, окутывая меня волной разочарования и безразличия. Я с ума схожу рядом с ним от урагана страсти, что раскручивает внутри смерч из всех моих органов, а этот такой, весь из себя холодный и невозмутимый… Он был как-то слишком отстранен и собран. Будто что-то не отпускало его, не давало покоя, либо мешало расслабиться окончательно. Может ему что-то не понравилось, в нашем поведении? Я и не представляла, что думать об этом. Настроение упало. Я просто уныло наблюдала за тем, как перекидываются острыми фразочками Стася и Кир. Минут через пятнадцать мне это надоело и я, поднявшись, подошла к Ярославу, тихо спросив:

— Может нужна какая-то помощь?

— Нет, — повернулся ко мне мужчина, вежливо улыбнувшись. От этого на щеке у него появилась ямочка, а глаза зеленого, изумрудного цвета поблескивали от бликов костра, — Отдыхай. Я справлюсь.

— М-м-м, — замялась на месте, не желая уходить. Он действовал на меня и мое тело, как магнит, чем ближе, тем теплее и правильнее для меня, — Может вина? — тянула время и искала причины не отходить.

— С удовольствием, — с благодарностью согласился он.

Мне показалось, или он тоже не хотел отпускать меня? Радостная оттого, что мужчина пошел на контакт, налила ему напиток и протянула бокал. Только зависла, не отпустив его, в момент, когда Жаров коснулся холодного стекла.

Вакуум… Он образовался вокруг нас, выталкивая из реальности. Какое-то колдовство, не иначе как еще объяснить мои чувства к нему? Почему так сладко тянет внизу живота, почему так хочется узнать вкус его поцелуя, как он умеет ласкать своими большими сильными руками…Каково это — принадлежать ему?

— Ваше… Твоё вино, — неотрывно смотря в глаза Яра, сипло произнесла, сбившись вновь на официальный тон.

— Спасибо, — тихо отозвался мужчина, не разрывая зрительного контакта. Мы забыли, что не одни на улице, что нам нельзя так смотреть друг на друга…

— Скоро ужин-то будет? — голос сестры вернул в реальность, вырвав нас, словно из параллельной вселенной. Разрушая волшебство момента, приземляя бабочек в моем животе, выветривая романтическую дурь из головы.

— Да, почти готово, — спокойно ответил Яр, будто всё нормально и отвернулся к мангалу.

Я же отошла подальше, руки тряслись от волнения и эмоций, переполнявших меня. Что со мной? Я, как озабоченная таяла от одного его взгляда… Раньше и представить подобного не могла, ни один мужчина не вызывал и толику подобных чувств. Я ровесница его сына, дочь его будущей хоть и фиктивной, но все же супруги…

Тем временем, мясо поджарилось, и мы приступили к неторопливому ужину в компании весьма недурной бутыли вина. За столом царила… нормальная обстановка. А как иначе обозначить это необычное для нашего положения явление? Мы впервые не ссорились, не выслушивали восторги, а в моем случае и придирки мамы. И Стася с Киром даже не поругались! Наоборот, парень опускал очень остроумные шутки, которые разбавлялись нашим заливистым смехом. Я впервые увидела, как Ярослав искренне, широко улыбается, еле сдерживаясь от желания присоединиться к моему с сестрой хохоту. Этот вечер…казался волшебным.

— Люблю это место, — вдруг проговорил Кирилл, заставив меня и Стасю удивленно посмотреть на него. В его голосе отчетливо слышалась искренность, а взгляд, брошенный на лужайку, что освещалась садовыми фонарями, выражал какую-то тоску. — Именно тут чувствую себя, как дома… Ещё когда ты только строил этот коттедж, я как-то сразу понял, что это наше место.

— Мне тоже здесь нравится, — отозвался Ярослав, отчего мне на секунду даже показалось, что мы со Станиславой тут лишние. — Попадая сюда, словно сбегаешь от всего мира.

— Что верно, то верно. Дом что надо, — проговорила сестра, пытаясь напомнить о нашем присутствии.

— Мне приятно, что вы с Софией согласились тут погостить, — отозвался Жаров-старший, обращая на нее внимание.

— Это вам спасибо за такую возможность, — проговорила, стараясь вложить в слова как можно больше признательности. Ведь именно сейчас мне было так необходимо спрятаться ото всех, укрыться, и именно Жаровы подарили такой шанс. — Может чай? — спешно поднимаясь, предложила, желая сбежать в дом. От того, как Ярослав посмотрел на меня, в горле пересохло. И поскольку бутылка вина уже была облюблена мое дорогой сестрой, предложила то, что первым пришло в голову.

— О, классная идея, — неожиданно согласился со мной Кирилл. — Мне с мятой, — добавил он улыбаясь.

— Хорошо, ещё предпочтения будут? — решила узнать сразу все пожелания, смиряясь с тем, что чай все же придется делать.

— Может еще на Шри-Ланку ее отправишь, за настоящим, Цейлонским? — скептически уточнила Стася, показательно закатив глаза. — Неси всем обычный. Вы не против, Ярослав Дмитриевич? — обратилась она к отчиму.

— Нет, — усмехнулся мужчина, наблюдая за сыном и Станиславой с интересом, тоже подмечая флюиды, что летают между ними.

— Сейчас все будет, — отрапортовала, поднимаясь и устремляясь на кухню.

Только поставив поднос с грязной посудой на стол, смогла выдохнуть и перевести дыхание.

Они же не останутся ночевать, правда ведь? И что с того, что это их дом…

И вдруг меня такое зло взяло. Чего это я вообще? Сколько можно глупо моргать перед Ярославом и вздрагивать от его глубокого насыщенного баритона? Может пришла пора признать, что я женщина, которой нравится один единственный и неповторимый мужчина? Ярослав… Я скажу ему! Пусть сам думает, что с этим делать. Если он что-то испытывает к моей матери, если ему дороги отношения с ней, то просто поставит на место обнаглевшую падчерицу!

С этими мыслями кипятила чайник и складывала тарелки в посудомоечную машинку. Как-то всё нервно получалось. То ли перенапряжение сыграло злую шутку, то ли воздержание… Но когда почувствовала чужое присутствие рядом, безошибочно определив личность визитера, я не стала таиться или строить из себя дуру. Развернулась к Ярославу лицом и прошлась голодным взглядом по его телу. Мужчина замер, присматриваясь ко мне, до конца не веря в то, что правильно растолковал мой взор. Я же, уже не отдавая себе отчета, откровенно рассматривала его…губы, шею, часто вздымающуюся грудь, пресс… И ниже…

— Тебе нужна помощь? — ещё играя в непонимание, будто это могло остановить мои намерения, спросил Жаров. И как-то заторможено моргнул, словно не желал терять меня из виду даже на мгновение. Я очень хотела верить в то, что это было так.

— Да, — отозвалась уверенно. — Никак не пойму, как включить машинку.

Я врушка? Да. Но то ложь во благо. Мне нужно было, чтобы он подошёл ближе. Казалось, не сделай он первый шаг вперед, я бы сошла с ума. Вены скручивало, кровь бурлила, в висках набатом бился пульс.

— Смотри, — наивно полагая, что я честна с ним, начал свои объяснения Ярослав. — Вот…

Я не стала тянуть: просто перехватила его руку. Он остановился, поднял на меня глаза, а в них… Невозможно привлекательный черный водоворот страсти.

— София, — хрипло и тихо выдохнул он. — Остановись. Иначе это может далеко зайти…

Что?! Остановиться? Сейчас? Никогда…

— Ты так считаешь..? — провоцируя, выдала томно, специально разжигая его, выдергивая из привычного панциря.

— Пожалеешь…, — приближаясь и окутывая меня своей аурой, от воздействия которой подкашивались мои ноги, прошептал он предупреждающе.

Наивный, разве не догадывается, что эти слова — красная тряпка для влюбленной женщины?

— А что если… я хочу… пожалеть?.. — приблизилась к нему, вдыхая с шумом воздух возле его шеи, краем глаза отмечая реакцию его тела на свой поступок. Кожа мужчины покрылась маленькими, едва заметными мурашками.

— Соня-я-я, — протяжно, с трудом произнес он на выдохе, упираясь руками в столешницу по бокам от моей талии, сжимая ее до побеления костяшек пальцев.

— Знаешь, что сводит меня с ума? — прошептала ему на ухо, почти касаясь мочки губами. Ощущая жар его тела, пропитываясь его возбуждением, паря на грани дозволенного правилами приличия.

— И что же? — спрашивает мужчина. Воздух между нами стал густым и обжигающим, а то, как он нежно провел носом по моим волосам, вдыхая глубже, заставило меня прильнуть ближе.

Как я вообще ещё стою, если меня сносит от одного только невинного касания?

— Твой запах…, — произношу, кусая губы и разрываясь от желания коснуться ими кожи мужчины. — Как же от тебя пахнет, Ярослав…, — голос мой охрип.

Ни чего вам не плевать, Ярослав Дмитриевич. Вы хотите меня, и это только вопрос времени, когда вы станете моим, а я вашей. Вы уже мой! И теперь я знаю это точно. Вы так же, как и я, сгорали в своей страсти, разрывались между желаниями и доводами разума.

Станислава

Признаться, я не ожидала от этого очередного “семейного” ужина чего-то выдающегося. И исключительно поэтому для меня он стал неким откровением. Подумать только! Мы вчетвером — я, сестра, Ярослав Дмитриевич и Кирилл — внезапно ощутили это чувство единения. Здесь, в беседке на заднем дворе дачного домика четы Жаровых. Без ссор, склок и неоправданной лжи…Возможно, дело в том, что мы не пригласили маму?

Но всему когда-то приходит конец. Соня убежала на кухню с горой посуды наперевес, а чуть позже за ней последовал и наш будущий отчим. И вот настал момент, когда мы остались с Кириллом вдвоем. Наедине с тем, кого бы я меньше всего хотела назвать своим братом. В душе царила неразбериха, а вокруг меня стояла тишина. Только чертовы сверчки, словно в насмешку, насвистывали свою извечную мелодию.

— Неплохо посидели, не думаешь? — задумчиво вертя в руках полупустой бокал с соком, произнес Кир. Он отказался пить, поскольку был за рулем. Скорее всего, собирался вернуться в свою пустующую квартиру или, хуже того, в нагретую невестой постель.

От одной этой мысли внутри кольнуло. Он мне никто, так, лишь досадливое обстоятельство, в будущем грозящее стать братом. Но почему же так больно?

— Тут даже не поспоришь, — скрипя зубами, призналась и упала головой на сложённые на столе руки. Лишь бы не видеть его! Не отвечать на его буравящие голодные взгляды в мой адрес. Не представлять, как он касается меня своими руками, пальцами, ртом. Неужели, Кир думал, что я не замечала, каким становится его взгляд, стоит ему только посмотреть на меня? Хотя, думается мне, он знал… Знал и нагло пользовался этим!

— Надо же! — я даже приподняла голову, что посмотреть, чему удивлен так парень. Он все так же неотрывно смотрел на меня тем самым взглядом, тепло улыбаясь. — Сегодняшний день войдет в историю, как тот, когда мы ни разу не поссорились.

— Придурок, — не смогла не улыбнуться в ответ.

Мы так и замерли, наблюдая за тем, как причудливо пляшут блики фонарей в глазах друг друга. Или то были бесы?

— Уже поздно, — спохватилась я, понимая, что невольно тону. И пусть он хоть тысячу раз тем, кому мне захотелось доверить свой главный секрет, это ещё ничего не значило. Я не имела права поступать с Киром так же, как и с другими. Ему нужна хорошая, домашняя девочка. А я таковой, увы, никогда не являлась. — Соня, вероятно, забыла о чае и уже давно отправилась спать. Мне тоже пора на боковую. Завтра нужно съездить в общагу, привезти хотя бы минимум одежды. А то не успеешь оглянуться, как начну щеголять в твоей футболке и шортах, — попыталась свести в шутку свой побег.

— В доме ты навряд ли найдешь что-то из моих вещей. Но я был бы не против подобного исхода, — иронией в словах Кира даже и не пахло. Он говорил совершенно серьезно, отставив в сторону бокал, что так прекрасно служил для меня преградой от его взгляда.

— Очень смешно, — закатила глаза, поднимаясь, но парень удержал меня за руку.

— Я серьезно, Стась. Ты…

— Я уже написала Леше, он заберет меня утром, — давясь горечью, перебила его, специально упомянув своего парня.

Ни к чему мне были нужны сложности. Да и «братца» стоило остановить, пока не стало поздно. У нас не может быть ничего общего, кроме, сложившейся ситуацией со свадьбой родителей. Это было первостепенной задачей. И все.

А страсть? Она пройдёт. От неё ещё никто не умирал.

— Я не закончил, — внезапно пальцы Кира сильнее сжали мою кисть. Я было дернулась со стула, но куда там мне, хрупкой девушке, против этого танка.

И моргнуть не успела, как мужчина поднялся с места, оказавшись за моей спиной. Хватка его руки ослабла, словно в извинении, сменившись ласковым поглаживанием.

— Мы ведь могли быть счастливы, Стась. Ты это понимаешь? — его ладонь медленно прошлась по моей руке вверх, оставляя за собой миллиард мурашек, и легла на плечо. — Вместе.

Последнее слово было сказано так тихо и так… интимно. Тёплое дыхание Кирилла прошлось вдоль ушка, отчего волоски у основания шеи шевельнулись. Я тут же подобралась, сжимая бёдра. Этот парень никак не мог знать, где именно расположены мои эрогенные зоны, но удача была на его стороне. И мне бы сказать хоть слово против хотя бы просто качнуть головой в знак отрицания, но я не сделала ничего. Вопреки доводам разума, у меня не осталось больше сил противиться тому, что между нами происходило.

Каждая мышца в теле напряглась в ожидании… Нет! В предвкушении того, что собирается сделать Кирилл. Я прекрасно понимала, для чего он устроил это представление. Понимала. И мне, той самой темной Стасе, которую вечно тянуло на неприятности, тусовки и случайный секс с неверными мужчинами — до дрожи это нравилось.

— Посмотри на меня, — простая просьба, от которой перехватило мое дыхание. И поскольку я никогда не была хорошей девочкой, не сделала ни движения.

Кира это явно разозлило. Свободной рукой он собрал копну моих волос в кулак, мягко, но настойчиво натягивая на себя. Вынуждая подчиниться ему.

И вот мы снова: глаза в глаза, сверху вниз. Впрочем, взгляд “брата” быстро сместил фокус на мои раскрытые губы. Казалось, воздух обрёл особую плотность — так тяжело становилось дышать.

— Именно такой я и вижу тебя в своих снах. Несломленной, упрямой, но…

— Но?

— Моей, — склонившись, Кир впился в мои губы, выплескивая все своё негодование, ревность, желание…