Порочные

Ты покоришься мне

Ксения Громова

Цикл «Порочные»

«Ты покоришься мне»

Смотрю на него и никак не могу понять — почему судьба связала мою жизнь именно с этим человеком? Ведь он сделал так ничтожно мало хорошего для меня. Он разрушил мою жизнь. Разбил мою душу на сотни мелких осколков, которые сам же потом и собрал. Восстановил. Но это ничего не должно менять между нами. Но, мать вашу, это меняет. Сильно меняет. И я уже не могу без него. Разучилась существовать без него. Дышать не могу, когда рядом нет его. Задыхаюсь, если не чувствую его рядом. Что же это? Любовь? Если да, уж слишком больная она у нас. Хотя, кого смешить? С самого начала наши отношения были больными. Больными, в первую очередь, для меня. Скорее всего, я больна.

* * *

То лето, которое мы всей группой провели в спортивном лагере, наверное, буду помнить всегда. Мне тогда казалось, что я влюблена в своего преподавателя по истории современного языка. А он постоянно оказывал мне знаки внимания, говорил комплименты, дарил розы, конфеты… Мне казалось, что я была самой счастливой, самый желанной для него… Но спустя некоторое время, побегав к нему на пару свиданий так и не позволив даже поцеловать себя, я поняла, что это была лишь эйфория от того, что такой красивый и взрослый мужчина обратил внимание на меня. Я сама же придумала принца, красивую сказку и свои чувства. Но все оказалось в реальности совершенно по-другому. Принц оказался не таким уж и прекрасным, а чувства — просто пыль.

В тот вечер я в очередной раз шла на нашу полянку, где мы каждый вечер проводили вместе время. Но в тот раз у меня были совершенно другие намерения. Я шла туда, чтобы сказать ему, что больше не хочу видеться с ним. Но резкий шум позади нас заставил остановиться. Обернувшись, я увидела небольшую тень, в которой спустя некоторое время смогла разглядеть Олесю Яровую — мою одногруппницу. Девочка-сиротка, которая пыталась всегда и всем угодить. До этого лета я практически не общалась с этой девушкой. Но, когда я узнала, что Олеся довольно-таки хорошо общается с нашим преподавателем… Да, и девушка сама ко мне подошла, сказала, что поможет нам встречаться с Игорем Викторовичем, чтоб никто не узнал! Понимаю, что мы оба были взрослыми людьми, но, видимо иногда через чур строгое воспитание матери давало о себе знать. Я просто не хотела, чтобы говорили обо мне гадости за спиной, что я спала за оценки, за зачет и экзамен. Но и я не могла упустить возможность сблизиться с ним еще больше. Черт, до сих пор жалею об этом. Почему я была такой слепой и наивной?! Мне было двадцать, через несколько недель должно было исполниться двадцать один. Я хотела просто любви. Я верила, что нашла своего человека. Я верила Игорю, ведь он говорил такие слова… Мое глупое сердечко каждый раз замирало, стоило услышать его голос. Почему он так поступил со мной?!

Я внимательно смотрела на Олесю. Мы не успели даже толком ничего сказать друг другу.

— Я же говорил, что она придет, — неожиданно из-за спины раздался голоса Игоря. Я резко обернулась и увидела, как он вышел из-за дерева. Позади него стоял высокий, коротко стриженый мужчина лет тридцати, на его правой щеке был страшный шрам, идущий от глаза и попрек щеки и доходящий до верхней губы. Но он был красив. Чертовски. И все же он пугал меня. Его глаза. Серые холодные глаза просто заставляли мурашки бежать по телу. Особенно этот взгляд, направленный на меня. Сначала мне показалось, что он смотрел с ненавистью. Но за что ему меня ненавидеть?! Я никогда раньше не видела этого человека. Я никогда не делала и не желала никому зла!

Пока я смотрела на незнакомца, Игорь обратил свое внимание на Олесю.

— А ты что тут делаешь, милая? — его голос был ласковым, даже я бы сказала, нежным. Почему?! Почему он так разговаривал с ней?! Я вообще не понимала, что происходило тогда.

— Я… — начала что-то говорить девушка, но мне нужны были ответы, поэтому я перебила ее. Пока моя голова была ясная, пока мною не овладели страх и паника, я должна была узнать правду.

— Игорь, что здесь происходит? — дрожащим голосом спросила, обняв себя руками. Я лихорадочно переводила взгляд с этого мужчины на незнакомца, который все так же не сводил глаз с меня. И вот тогда мне стало страшно. По-настоящему. Меня пугала вся эта ситуация. Меня пугало то, что неизбежно. Пугал Игорь. Я никогда не видела его таким. Никогда. Пугал тот мужчина со шрамом. То, как он смотрел на меня, словно хищник перед тем, как напасть на долгожданную добычу, которую очень долго выслеживал, с которой очень долго играл.

На мой вопрос преподаватель не ответил. Он смотрел лишь на Олесю. Я заметила, как на глазах девушки навернулись слезы, и она сжала челюсти. Черт, я сама была готова расплакаться!

— Зря ты пришла, Олеся, — тихо проговорил Игорь и направился к моей одногруппнице. То, что стало происходить дальше… Это было похоже на какой-то кошмар… Я всю жизнь буду благодарна Олесе за то, что она просто попыталась спасти меня вначале. Девушка резко развернулась, успев схватить меня за локоть, и побежала в сторону лагеря. Я сжала ее ладонь и, почувствовав, как она схватила меня за руку еще крепче, стараясь бежать еще быстрее. Позади нас послышался мат, а затем шум, говорящий о погоне. Смешно… Мы не успели даже добежать до первого домика, хотя он был недалеко, и у нас была фора в несколько метров. Но куда нам до двух здоровых мужиков?

Неожиданная боль ослепила меня, и я не смогла сдержать крика. Мужчина со шрамом первым нас догнал и схватил меня за волосы, с силой дернув назад, на себя. От резкого рывка я потеряла равновесие и точно бы упала, если бы мужчина не поймал меня. Затем небо и земля поменялись местами — он ловко закинул меня на плечо. Я сразу же стала громко кричать, пыталась пнуть его — сделать все что угодно. Лишь бы отпустил. Лишь бы не прикасался. Лишь бы не заплакать от отчаяния и дикого животного страха. Я надеялась, что это привлечет внимание сотрудников лагеря.

— Заткнись, — низким голосом произнес незнакомец и с силой шлепнул меня по ягодицам. Я вскрикнула, но тут же затихла. Меня никогда не били. Никогда. Его шлепок и послужил точкой невозврата — я больше не могла сдерживать эмоции. Тихо заплакав, я укусила себя за пальцы, чтобы не разрыдаться в голос. Я не могла собрать свои мысли в кучу, а на душе камень был…

— Так-то лучше, — произнес мужчина и положил ладонь на мою попу, чуть сжал ее. А я была готова сорваться на визг. Мне были неприятны его прикосновения.

Что там происходило с Олесей, я не видела… Да и моя судьба меня волновала больше. Я лишь слышала, как она негромко переговаривалась с Игорем.

Мне казалось, что мы шли вечность. Иногда на меня накатывала тошнота, что становилась трудно дышать, а мужчина, словно чувствуя мои ощущения, поглаживал меня по заднице. Наверное, он думал, что это успокаивает! Чертов ублюдок.

Наконец, мужчина остановился, и через мгновение я оказалась в салоне большого джипа. Он, на удивление, аккуратно усадил меня на мягкое сидение и сам сел рядом со мной. И при этом постоянно смотрел. На меня. Его взгляд напоминал одержимого. Что с ним не так?! От этого слезы еще больше потекли из моих глаз. И больше сдерживать себя просто не было сил. Пусть он прекратит! Пусть оставит в покое!

— Андрей, — вдруг позвал своего соучастника Игорь. Тот, пристально глядя мне в глаза, твердо произнес:

— Я уже все сказал тебе по этому поводу. Свое решение я не намерен менять.

— План изначально был другой, если ты не забыл, бл*ть! — громко произнёс Игорь, сжав руль руками.

— Я не забыл, какие условия выдвигал. И я так же не забыл, что ты согласился со мной, что только так я буду помогать тебе.

— Только по старой дружбе… Только по старой дружбе… — зло проговорил Игорь.

Честно, я ничего толком из этого странного диалога не поняла. Да и не хотела ничего понимать! Я хотела просто выбраться из плена. А то, что это было похищение, я не сомневалась.

Сначала он просто чуть ближе пододвинулся ко мне. Это действие с его стороны заставило напрячься, но я приказала себе не шевелиться. Не стоило лишний раз его провоцировать. Он и так выглядел не совсем адекватным. Затем его рука оказалась на моем колене, медленно двинулась дальше, к тому месту, где ему запрещено было меня касаться. Я повернула к нему голову в надежде, что он одумается. Прошептала одними губами: «Не надо». Но хищник уже поймал свою добычу. Он намерен насладиться ею сполна. Резко толкнул меня и в то же время дернул за ногу, вынуждая лечь. Он лег на меня, затем схватил мои руки и закинул мне их за голову, крепко удерживая, а свободной рукой скользил по телу, сжимая грудь, скользя по животу, больно щипая бедра, да так, что потом остались синяки. При этом он смотрел на моё лицо. Иногда мне казалось, что он даже не моргал.

— Не надо! Пожалуйста, не надо! — не выдержала. Закричала. С хрипом. С надрывом. А потом он поцеловал меня. Нет, это был даже не поцелуй… Он кусал меня. Было невыносимо больно. Мерзко. Я закричала еще громче, но всем было плевать. Где-то на фоне я слышала тихий плач.

Олеся.

Хоть кому-то жалко меня. Но она никак не могла помочь мне. К сожалению.

Неожиданно машина остановилась, Андрей замер. А Игорь обратился к Олесе:

— Уходи. Я даю тебе шанс.

ЧТО?!

— Что? — переспросила девушка. А у меня сил больше кричать, и я просто хрипела под Андреем.

— Проваливай, идиотка. Считай, что я дарю тебе жизнь, — наклонился Игорь и открыл дверцу со стороны Яровой. — Иди!

Она обернулась и посмотрела в мои глаза.

— Не уходи, не оставляй меня с ними! — тихо прошептала я. Боже, пусть в этой девушке будет достаточно храбрости! Пусть она не бросает меня!

— Прости… — всхлипнула девушка и быстро вылезла из машины.

Она ушла. Оставила меня.

— Теперь ты всегда будешь моей… — прошептал мне на ухо Андрей, когда машина тронулась.

И он был прав.

* * *

Ехали мы очень долго. За окном мелькали различные пейзажи, маленькие деревеньки. И именно в одно из таких поселений привез нас Игорь. Уже давно было утро. Я жутко хотела спать, есть и пить. И просто освободиться. Это было мое самое главное желание.

После того, как ушла Олеся, Андрей больше не приставал ко мне. Лишь уложил мою голову к себе на колени и укрыл откуда-то взявшимся тонким пледом. Весь путь он перебирал мои волосы, чуть оттягивал их. Касался моей шеи, проводил кончиком пальца по щеке. Его движения были обманчиво нежными. Каждый раз я замирала, боясь, что его рука еще крепче сожмет мне горло. Но он не делал мне больно. Иногда даже становилось немного приятно, и я проваливалась в тревожную дремоту. Поэтому не удивительно, что, когда мы подъехали к двухэтажному небольшому, но довольно-таки аккуратному домику, моя голова просто жутко раскалывалась, а глаза болели. Я не заметила, как Игорь вышел из машины. Очнулась только тогда, когда Андрей меня на руках понес к дому. Сил вырываться просто не было, поэтому я устало склонила голову, неожиданно всхлипнув. Где-то там слышался женский, уже не молодой голос. Андрей и Игорь о чем-то говорили, но я ни слова не разобрала. Затем меня уложили на что-то очень мягкое. Настолько мягкое, что моё тело чуть-чуть провалилось. Ну, или мне так казалось. Кто-то снял мои балетки, затем штаны и футболку. Во время этого процесса я крепко зажмурилась, старалась не шевелиться. Я знала, что именно Андрей меня раздевал. Хотелось вцепиться ему ногтями в лицо. Оттолкнуть, заорать, чтобы проваливал. Только… Какой в том сейчас смысл? Я ослаблена. Морально. Физически. Я была просто истощена. Я провела с этим человеком более пяти часов, но уже не чувствовала себя живой. Словно он всю мою энергию забрал себе. Ведь когда он наклонился и поцеловал меня, я отчетливо ощутила улыбку на его губах. Больной ублюдок. Я была готова убить его, но… Для начала я должна была набраться сил и немного узнать своего врага, чтобы в один прекрасный момент спасти саму себя.

Проснулась я, когда за окном опять светило солнце. Проспала практически сутки. Неожиданно поняла, что прижата к горячему телу. Я лежала возле стены, на которой висел ковер, а позади меня кто-то прижимался. Чуть повернув голову, заметила Андрея. Увидев его, не смогла сдержать слез, отвернулась обратно к стенке и закусила губу, чтобы сдержать рыдания. Это не сон. Это не кошмар. Это просто моя реальность, в которой воплотились все мои страхи, все ужасы.

Андрей чуть пошевелился и сильнее обхватил меня рукой. Замерла, боясь, что он проснётся. И тогда может случиться все что угодно. И моим опасениям суждено было сбыться.

— Я знаю, что ты не спишь, — проговорил мне на ухо мужчина, вжимаясь в меня своими бедрами.

— Пожалуйста, не надо, — зарыдала я, почувствовав, как «что-то» твердое упирается в ягодицы.

— Т-с-с, тише, маленькая. — Андрей развернул меня к себе, нависая сверху. — Я же еще ничего не делаю.

Он пристально на меня смотрел своими ледяными серыми глазами. И я все никак не могла понять, о чем он думает. Взгляд его был равнодушным, но тело, движения… Все это выдавало его. Его возбуждение.

— Не надо… — прошептала вновь, не сдерживая ни слез, ни эмоций. Что я там говорила? Месть, свобода и все такое? Так вот, в тот момент я даже не думала об этом. Мне просто хотелось избавиться от этого кошмара, вырваться из него. Мужчина тем временем убрал с моего лица светлую прядь, а затем резким движением скинул с меня одеяло. Я зарыдала в голос, начала о чем-то просить, что-то говорить, умолять. Но когда он снял с меня футболку, которую он же и надел на меня, и, видимо, это вещь принадлежала ему, я четко осознала кое-что. Андрей был хищником по своей натуре, зверем. Он ни за что не отпускал свою жертву. Тогда жертвой была я.

Я осталась в одних черных хлопковых трусиках, и тут же прикрыла ладонями свою маленькую, но все-таки грудь. Мужчине это явно не понравилось, поэтому он аккуратно взял меня за запястья и завел мне руки за голову.

— Держи их так, поняла? — я быстро закивала головой, боясь ему возразить. — И не отпускай. Пока я не разрешу.

А потом… Он поцеловал меня. Сначала он лишь невесомо коснулся своими губами моих губ. Стал медленно, с нежностью целовать. Его язык проскользнул мне в рот, и мужчина углубил поцелуй. Но все это не напоминало то, что он делал со мной в машине. Этот поцелуй был чем-то похожим на тот, из моей прошлой жизни. Когда у меня был парень по имени Стас, когда я была влюблена, когда чуть не отдала ему свою девственность на заднем сидении машины его папы.

Я растерялась. Эта ласка не была характерна для Андрея, с которым я уже была знакома. Он целовал меня, целовал… А я не отвечала. Не могла. Страх затмил глаза. Душа рвалась в клочья с каждым движением. Иногда, когда я анализировала наши начальные отношения с Андреем, то думаю о том, что если бы я ответила, поддалась ему и в дальнейшем не сопротивлялась, то мы могли бы всего этого избежать. Между нами могли бы быть другие отношения. И история первой встречи, которую можно рассказать детям. Но я буду вынуждена солгать нашей дочери, когда она подрастет. А Андрей уже стережет ее, несмотря, что ей всего несколько месяцев, чтобы вокруг не было таких же подонков, как он сам… Это его слова, не мои.

Это сейчас, но тогда… Я была просто напуганной, маленькой девочкой. Наконец, мужчина оторвался от меня. И выглядел он разочарованным. Немного злым. Я даже боялась, что он меня может ударить. Но он никогда не позволял себе поднять на меня руку. Какая ирония…

Стал медленно целовать шею, оставлять слабые укусы. Соскользнул на ключицы, обхватил руками грудь. Размял затвердевшие соски. Наклонился и поцеловал каждый по очереди. Было немного приятно, когда он взял в рот сосок и стал посасывать его, чуть касаясь его зубами. В это время его рука скользнула мне в трусики. Пальцем прошелся вдоль половых губ. Нашел клитор и стал массировать его. Неожиданно это мне понравилось. Я дернулась под ним. Но мужчина наградил меня строгим взглядом, и я вынуждена была замереть. Он продолжал ласкать меня, все больше и больше распаляя тело. Тело, но не разум. Мне было тяжело расслабиться морально. Но тело меня предало. Я стонала. Но не от боли. А от желания… Непонятного мне, неизведанного. Умелые мужские руки знали, как возбудить. Я не должна была испытывать это. Но я испытала. Потом себя буду корить за это. За эту слабость. Но не сейчас. А Андрей еще больше заводился от того, что я становилась слабой в его руках. Я была игрушкой, пластилином. Но постепенно меня подводили к грани, и если я ее переступлю… И все же мне не дали то, что так требовалось мне.

В итоге меня перевернули, подложили под живот подушку, чуть приподняли бедра и сдернули трусики так, что послышался треск ткани.

Боже… Пока мужчина снимал с себя остатки одежды, я молилась. Молилась Богу. Впервые в жизни. Я знала, каким бы сейчас сильным желанием не было… Все равно будет больно. Я знала этого и боялась. И поэтому мое желание стало угасать, как потухший костер. Сжала в руках простынь, приказала себе расслабиться. Иногда получалось. Почувствовала его большие ладони на своих ягодицах. Он ласково провел ладонью по ним, коснулся позвоночника. Затем протянул руку к тумбочке, стоящей возле постели, и достал какой-то флакончик.

— Я догадывался, что так будет, — проговорил мужчина, и промежности коснулся его холодный палец. Он что-то размазал по половым губам, прямо возле входа. И вскоре пальцы заменил его член. Только я почувствовала, что он начинает входить, сразу же резко попыталась вскочить, но он надавил мне ладонью на спину.

И все-таки, нужно отдать Андрею должное — он сделал мой первый секс не таким болезненным, как я ожидала. Мужчина входил осторожно и останавливался каждый раз, когда я вскрикивала. А когда девственная плева была разорвана, Андрей наклонился и стал шептать какие-то нежные глупости мне на ушко. И это отвлекало. Он губами собрал слезинки с моего лица. Подождал, пока мое тело перестанет дрожать от боли. Только потом стал двигаться, быстро наращивая темп. Каждый толчок отдавался болезненными ощущениями внизу живота. Пришло укусить себя за руку, сдерживая крики. Но внутри еще где-то теплились отголоски желания…

Сколько это длилось… Казалось вечность. Но на самом деле, уже после признался мне мужчина, он рассчитывал на короткий односторонний секс. С удовольствием только с его стороны. И длилось это действительно недолго. Я словно впала в прострацию в тот момент, отстранилась от боли. Поэтому очнулась, когда почувствовала, как он кончает в меня.

После мы еще час лежали на постели. Андрей уложил меня на свою широкую грудь и принялся перебирать мои волосы. А я лежала на нем, прислушивалась к его сердцебиению, чувствуя, как его сперма вытекает из меня. Но мы не могли себе позволить целый день лежать в постели. В комнату заглянул Игорь, а Андрей сразу же укрыл меня одеялом, поэтому после его ухода пришлось встать и идти знакомиться с хозяйкой этого дома.

Знакомиться с новой жизнью.

Андрей вручил мне еще одну свою футболку, которая доходила мне до колен. Затем, заправив, постель оставил меня в комнате одну, сказав, что скоро придет. А я тем временем решила оглядеться, куда же все-таки поселил меня мужчина. Это была небольшая комната. Здесь было огромное окно со светлыми шторами. Кровать возле стены, на которой висел темно-красный ковер, его я заметила еще утром. На полу толстый, но довольно-таки старый палас болотного цвета. Опустила на него ногу и встала. Но сразу же поморщилась, почувствовав сильную боль внизу живота и между ног. От этого в глазах резко потемнело, а голова закружилась. Чертыхнувшись, я оперлась рукой о стол, для поддержки.

— Я же сказал тебе сидеть на месте, идиотка, — неожиданно раздавшийся голос заставил вздрогнуть. Андрей обхватил меня одной рукой за талию и, развернув к себе лицом, второй рукой схватил меня за подбородок. Я еще крепче зажмурилась, чтобы не видеть его лица. Мне и так стало лишь хуже, едва я вновь почувствовала его руки на своем теле. И тошно от самой себя, когда я вспомнила, как текла на его пальцы. По телу прошлась нервная дрожь, а в памяти возникли воспоминания, как он брал меня… Наверняка, на моем теле остались следы такой «любви»…

— Посмотри на меня, Васечка… — прошептал он мне на ухо, чуть касаясь его губами. Господи, почему он такой?! В одно мгновение он нежный и ласковый, но вдруг может превратиться в грубого и жестокого. И сейчас… что это было?! Зачем он назвал меня так ласково? Его слова не соответствуют его действиям. Но может… Стоит попытаться достучаться до него сейчас, пока он в адекватном состоянии? И вообще, почему он похитил меня? Как узнал мое имя? У меня действительно складывалось впечатление, что он знал меня задолго до нашей роковой встречи…

— Андрей, — прошептала я, поборов себя и открыв глаза. Я старалась не отводить взгляд. И это у меня получалось. Хотя, в душе я хотела завизжать, вырваться, ударить и бежать, бежать, бежать… А потом спрятаться, чтобы он никогда меня не нашел. — Отпусти меня.

Его рука медленно поползла с подбородка на шею. Неожиданно его пальцы сжали горло, заставляя хрипло вскрикнуть и еще шире раскрыть глаза. Я испуганно вцепилась в его запястье. Андрей выпрямился. И стал еще выше, еще шире. Я вынуждена была встать на цыпочки, чтобы хоть как-то дышать. Именно теперь мне стало страшно. Сейчас я, наконец-то, осознала, где я и кто рядом со мной находится. Сейчас поняла. Почему-то не тогда, когда он только похитил меня. А именно сейчас, в данный момент, когда он действительно проявил себя. Снял маску равнодушного. Его глаза, казалось, потемнели, он сжал челюсти, а его шрам стал выглядеть еще ужаснее. Он был зол, нет, он был в ярости. Всего одно мое предложение, одна моя просьба смогла его вывести из себя. Даже, когда я сопротивлялась, он не злился настолько сильно.

— Отпустить? — тихо спросил Андрей, приподняв одну бровь. Его голос звучал спокойно, но меня еще больше затрясло. Я начала плакать, пыталась что-то прошептать ему в ответ, но с губ так и не сорвалось ни слова. Так страшно мне еще не было ни разу в жизни. Я стала отрицательно качать головой. Если это цена моей свободы, то нет. Я не хочу испытывать еще большей боли.

Андрей молчал, никак не реагировал. Лишь смотрел неотрывно. Это пугало. Пугало даже сильнее, чем его физическая сила. Я слаба. Я не могла не бороться с ним, ни драться, ни постоять за себя, ни защититься от него. Он чувствовал свое превосходство. Но никогда он не проявлял это через хвастовство или, чтобы унизить меня намеренно, дабы потешить свое эго. Я сопротивлялась, плакала, но все равно делала, как он хотел. В основном это касалось еды, одежды, моей безопасности. Бывало, что он уезжал в город, оставляя меня одну с Ларисой, и вначале я пыталась сбежать. За что и наказывал меня Андрей. Он не лишал меня чего-то, нет, конечно. Я могу смело заявить, что у меня было все, что я хотела. Кроме свободы, разумеется. А наказывал он меня тем, что мог дать ладошкой пару раз по заднице — если проступок не слишком серьезный, а бывало и в угол ставил. Да-да. Как маленькую девочку. Заставлял повторять одну и ту же фразу: «Я больше не буду так делать». И со временем я и вправду перестала ослушиваться его. Ведь, иногда все его предостережения оказывались верными. Да даже не иногда, а в основном. Он взрослый мужик, который повидал не мало, он мог здраво оценивать окружающую обстановку. С ним я чувствовала маленькой, невинной и защищенной. Защищенной от мира, но не от него.

После некоторого времени, проведенного вместе, я стала понимать, что он хочет и когда. Стала хитрить. Говорить нужные слова, чтобы успокоить. Хотя, он прекрасно знал, что я делаю все это специально. Но ничего не имел против. Как-то он произнес то, что надолго врезалось в мою память: «Мне плевать, что ты будешь делать, что говорить. Просто я хочу, чтобы ты была рядом. Со мной».

В доме, в котором мы теперь жили, было два этажа. Несколько комнат и две ванны располагались именно на втором этаже. На первом же располагалась большая кухня, которая примыкала к довольно-таки уютной гостиной. В основном в дизайне дома преобладали теплые оттенки. Мне бы даже здесь понравилось, если бы не обстоятельства, при которых я оказалась здесь. Андрей, держа меня за руку, спустился вниз, при этом постоянно недовольно глядя на мои голые ноги. Футболка, которую выдал мне мужчина, достигала колен, но его это все равно не устраивало. Но мне было плевать. Мне просто хотелось, чтобы он прекратил касаться меня. Но руку даже не пыталась вырвать — боялась. Боялась до дрожи в коленях, до помутнения в глазах, до сбившегося дыхания. Боялась. Так сильно боялась, что не могла контролировать свои чувства, эмоции. Меня разрывало изнутри. Сердце каждый раз рвалось на части, стоило ему просто взглянуть на меня. А когда он касался меня, когда заставлял ложиться с ним в постель, я каждый раз все больше и больше теряла частички себя прежней. Но только он мог меня защитить в этом доме. Только он. И все. Да даже не только в этом доме, а во всем мире только этот мужчина стал моей защитой.

На кухне витал ароматный запах свежих оладий. Мой желудок громко оповестил всех присутствующих, что ела я в последний раз точно больше суток назад. Андрей улыбнулся мне, крепче сжал мою ладошку и усадил за дубовый стол. Стулья были довольно-таки высокими, поэтому мои ноги даже не доставали до пола, устеленного темно-зеленым мягким ковром. Напротив меня сидел Игорь, он смотрел мне прямо в глаза, иногда делая большие глотки из своей кружки. Под его пристальным взглядом я чувствовала себя некомфортно, поэтому не осознано нашла глазами Андрея. Мужчина стоял возле плиты, рядом с высокой стройной блондинкой. Они о чем-то негромко переговаривались, пока Андрей откладывал на отделенную тарелку оладьи. Он повернулся ко мне, словно почувствовав мой взгляд, затем перевел глаза на Игоря и произнес:

— Не смотри на нее так.

Мой преподаватель моргнул и отвел от меня взгляд, наполненный ненавистью.

— Держи свою с*чку при себе, а то я не сдержу свое обещание и сверну ей шею.

С этими словами мужчина резко встал и покинул комнату. От его слов мне стало еще страшнее. За что? За что он так со мной?! Я ничего ему не сделала! Не причинила никакого вреда! Я не заслужила этого. Не заслужила.

— Не бойся, — передо мной оказалась большая тарелка с оладушками, маленькая мисочка с вареньем и большая кружка зеленого чая. Со вкусом клубники. Мой любимый. Андрей сел рядом со мной, касаясь моего тела. Себе он налил кофе. Пододвинул ко мне тарелку и взглядом приказал, чтобы я приступила к еде. Посмотрев еще раз на женщину, до сих пор так и не повернувшейся ко мне лицом, я дрожащей рукой взяла одну оладушку и обмакнула ее в варенье. Было очень вкусно. Или просто я настолько проголодалась? Но на пару с Андреем мы съели все, а потом мужчина принес еще пару штук. И только тогда я действительно почувствовала себя сытой. Даже хотелось улыбнуться. Но нет. Сейчас точно не время улыбаться и расслабляться.

— Наелась? — спросил Андрей. Он откинулся на спинку стула и одну руку положил себе на живот. Выглядел он тоже довольным. Я кивнула ему в ответ и сделала еще один глоток чая, поражаясь, откуда он мог знать, что я люблю именно такой чай? Зеленый, без сахара, разбавленный холодной кипячённой водой. Непонятно.

— Лариса, спасибо, — сказал Андрей, и, наконец, женщина повернулась к нам лицом. Сначала, я подумала, что ей лет тридцать. Идеальная загорела кожа, без единой морщинки, аккуратный нос, пухлые губы. Ее длинные волосы были собраны в хвост. Но потом я поняла, что нас самом деле этой женщине давно за сорок. А вся ее красота — это помощь хороших пластических хирургов и солярия.

— Не за что, милый, — голос Ларисы был хриплым, словно она курила уже лет двадцать. На меня она посмотрела с открытой ненавистью, как будто я отняла у нее что-то важное.

— Твоей девке нужна нормальная одежда. Не может же она постоянно носить твои футболки! — скрестив руки на своей объемной груди, возмутилась женщина.

Андрей лишь покачал головой, а потом ухватился за мой стул и придвинул его к себе еще ближе. Затем обнял меня. Он не сжимал меня, не давил, просто нежно и аккуратно обхватил меня руками.

—Моя, — он выделил это слово, — девка, как ты выразилась, будет ходить в том, что выберу для нее я. И побольше уважения к своей невестке, мама.

На последнем предложении на лице у Андрея появилась злая ухмылка на лице.

— Не смей ее обижать. Поняла?

И, не дождавшись ответа, Андрей взял меня на руки и понес наверх. Стоило ему внести меня в комнату, я тут же запаниковала и начала плакать.

— Не надо, пожалуйста.

— Я еще ничего не делаю, — с удивлением проговорил Андрей, — Васечка.

Он уложил меня на постель, и сам же лег рядом, прижав к своей широкой груди. Неожиданно, я поняла, что хочу задать ему вопросы, которые волнуют меня. А он словно чувствовал меня.

— Задавай свои вопросы. Не бойся.

Самый главный вопрос.

— Почему вы меня похитили?

Спросила, а сама замерла в ожидании. Андрей какое-то время молчал, как будто думал, что именно мне можно сказать, а что нельзя.

— Я хочу быть честным с тобой с самого начала, — смотря мне в глаза произнес мужчина, — Не хочу начинать жизнь с тобой со лжи.

А с насилия, значит, можно?

— Понимаю, что началось все между нами не так, как я планировал, и постараюсь это исправить. Я хочу, чтобы мы были счастливы, но без тебя мне не справиться. Тебя похитили потому, что твой отец убил младшую сестру Игоря. Через тебя мы решили добраться до Царя и отомстить. Ты — наша месть.

Я испуганно замерла, боясь лишний раз пошевелиться. Его рука стала поглаживать меня по спине, заставляя напрячься. Пальцы коснулись волос, перебирали их, а я забыла, как дышать. На глаза опять навернулись слезы, стоило лишь подумать о том, что Андрей опять начнет приставать ко мне.

— Он не отец мне, — прошептала я, стараясь отвлечь его. Андрей приподнял мой подбородок и посмотрел пристально в глаза.

— Не отец? — его голос вызывал мурашки по коже. Но не от желания. А от страха. Дикого. Животного страха перед ним. До крика. До слез. Но я старалась сдерживать себя.

— Он стал жить с моей матерью, когда мне было пять… — зачем-то начала я рассказывать, но тут же замолчала. Раз он сказал про месть, то тогда под удар попадала моя младшая сестра. А я не знала, что еще можно ждать от этих людей. Они не должны узнать про сестру, если они еще не знают…

— Интересно… — Андрей задумчиво смотрел в потолок, продолжая перебирать мои волосы. Мне было неприятно касаться его, неприятны его ощущения, но я боялась открыто ему противостоять. Но спросить я не могла.

— Раз… раз я не дочь Цареву, то вы можете отпустить меня?

Андрей сразу перевел взгляд на меня, и в его глазах плескалась ярость. Я не успела сказать ни слова, как он резко перевернулся, и я оказалась под ним. Сразу же уперлась ладонями ему в грудь, пытаясь оттолкнуть. Но мужчина ловко перехватил мои запястья и прижал их над моей головой. Одна его рука раздвинула мои ноги.

— Не надо! — прохрипела я, вырываясь изо всех сил.

— Запомни, раз и навсегда — ты моя! — он впился мне в губы, яростно целуя. Его зубы укусили меня за нижнюю губу, и я глухо вскрикнула ему в рот. — Не сопротивляйся, Вася, не надо. Все равно будет так, как я захочу.

Он ослабил хватку и положил мои ладони к себе на плечи. Теперь он касался меня аккуратно, словно боясь сделать больно. Но я не верила ему. Не верила ему ни на секунду. Но был ли у меня выбор? Я боялась его. Действительно боялась. Он требовал просто от меня невозможного. Но также я не была мазохистской. Попыталась расслабиться. Приоткрыла рот, и Андрей сразу же этим воспользовался. Его язык соскользнул мне в рот, и я невольно дернулась.

— Тише, девочка, — прошептал на ухо Андрей и чуть приподнялся с меня. Я сразу же сделала глубокий вдох, почувствовала настоящее облегчение, когда он встал с кровати. А потом мужчина протянул мне руку.

— Пойдем, — я нехотя коснулась его ладони, и он помог мне подняться. — Сейчас мне надо уехать, а ты пока побудь внизу, посмотри телевизор.

Я кивнула, в душе ликуя. Мне нужна была дистанция. Мне нужно время. Подумать. Обдумать все. И решить, что делать.

Андрей привел меня в большую уютную гостиную, усадил перед огромным телевизором.

— Если захочешь перекусить, то не стесняйся, бери в холодильнике все, что захочешь. Лариса приготовит обед, обязательно поешь, Вася. Поняла? — он погладил меня по голове, и я быстро закивала. Поняла. Все поняла. Только не прикасайся ко мне. Андрей почувствовал, что мне неприятно его прикосновение, поэтому нахмурился, и в его глазах опять загорелся тот опасный огонек.

— Я все поняла, Анд-Андрей, — постаралась успокоить его, но запнулась на его имени. Боже, лишь бы не разозлился… Лишь бы не трогал…

Мужчина наклонился ко мне, обхватил за шею и звонко поцеловал меня.

— Кхм-кхм! — я даже не успела начать сопротивляться, как немного противное покашливание раздалось за спиной. Андрей погладил меня по щеке и оторвался от моих губ.

— Могли бы и не устраивать порнуху при посторонних, — Лариса стояла рядом с Игорем в дверном проеме. Мужчина с ненавистью взглянул на меня и быстро отвернулся. А я поразилась, как он терпел меня все это время?! Как мог так искусно притворяться?!

Я поежилась под его взглядом и опустила глаза в пол. Андрей же молча обнял меня, я быстро взглянула на него и поняла, что он смотрел на Игоря. И этот взгляд… Был предупреждающим. Словно он предостерегал своего друга от чего-то. Я не могла этого понять. Мужчины долго изучали друг друга, долго вели молчаливый поединок… Не знаю, чем бы это все кончилось, но Игорь первый не выдержал. Первый отвел взгляд. А потом вновь посмотрел на меня и кивнул.

Андрей сразу же расслабился, а после, поцеловав меня еще раз, направился к выходу. Проходя мимо Ларисы, он, не останавливаясь, произнес:

— Не смей обижать ее. Я больше предупреждать не стану.

Женщина лишь улыбнулась. Но я видела, что улыбка эта была наигранной, ненастоящей. Лариса игриво поправила блондинистый локон и весело произнесла:

— Не переживай, Андрюша, все будет хорошо.

Что-то я в этом сомневалась.

Я наблюдала, как мужчины уезжали. Наблюдала, стоя возле окна, как Андрей шел к машине. Не знаю, зачем. Наверное, чтобы точно убедиться, что он уехал.

Потом села на диван и включила телевизор, Лариса в это время была на кухне, поэтому я смогла немного расслабиться. Сразу же включила канал новостей, надеясь, что возможно, меня искали. Но по центральному телевидению не было ничего. Мне повезло, я нашла канал нашего региона. Но и там за целый час не было ни одной новости о студентке, которая пропала из лагеря. Ни-че-го.

— Думаешь, тебя ищут? — неожиданно насмешливый голос раздался над моей головой, и я невольно вздрогнула. Я не стала ничего отвечать этой женщине, понимая, что она специально меня провоцировала. А мне лишние проблемы точно были не нужны. Поэтому я просто молча переключила канал и стала смотреть какое-то шоу. — Думаешь, ты нужна кому-то? Нужна Андрею? Или своему папочке?

Я сделала глубокий вдох, приказывая себе успокоиться и не паниковать. Я не должна поддаваться на ее глупые провокации. Чего ей вообще надо от меня?! Разве не понимает, что я сама не рада находиться здесь?!

Резкая боль в затылке заставила вскрикнуть и ухватиться руками за голову. Лариса схватила меня за волосы и опрокинула мою голову на спинку дивана.

— Прекратите! — простонала я, когда женщина сжала пальцы.

— Ты думаешь, что можешь игнорировать меня, тупая шлюха?! — прошипела она мне прямо в лицо. — Я такого отношения к себе не потерплю, поняла?!

На глаза навернулись слезы. От боли, от унижения. Мне было стыдно, что я не могла постоять за себя. Никогда не могла. И сейчас тоже струсила.

— Поняла, поняла… Отпустите меня. Прошу…

Женщина еще пару секунд держала мои волосы, но потом все отпустила.

— Иди на кухню, поможешь приготовить мне обед.

Я помогла Ларисе приготовить обед и ужин. Нарезала овощи для борща, потом резала мясо для плова. Мне всегда нравилось готовить, этот процесс помогал расслабляться, не думать о плохом. Поэтому дома я готовила очень часто. И сейчас я тоже смогла успокоиться, подумать. Лариса больше не трогала меня, не говорила со мной. А когда еда была приготовлена, женщина мне прямо заявила, что есть ее еду мне не позволят. Я опять едва смогла сдержать слезы, но спросить, почему она так со мной обращалась, не смогла найти смелости.

Весь день я пила воду, но постоянно чувствовала голод. И где-то в глубине души ждала приезда Андрея. Стоило лишь подумать об этом, я тут же отгоняла прочь эту мысль. Нет. Он не нужен мне рядом. Не нужен!

Вечер. Вот и наступила ночь…

А я все сидела возле телевизора и жадно впитывала каждую новость. Я бы просидела так до утра, но послышалось рычание мотора, и автомобиль подъехал к дому, освещая темную комнату фарами. Я вздрогнула и обняла себя за плечи. Неожиданно к горлу подступила тошнота, а на лбу выступил пот. Я боялась нашей встречи. Боялась, что она принесет мне. Еще боли? Еще страданий? Я устала быть жертвой. Устала терпеть. Но как? Как стать сильной? Как побороть свои страхи?!

Я услышала, как хлопнула дверь, а затем раздались тяжелые шаги. Шел один человек. Андрей приехал один? Лучше так… Я бы не вынесла присутствия Игоря. Но я была готова терпеть даже его, лишь бы не трогали сестру. Только не ее.

— Не спишь? — раздался хриплый голос за спиной, и я снова вздрогнула. Я притянула ноги к груди и натянула футболку Андрея к себе на колени. Ничего ему не ответила. Даже не повернулась в его сторону. Голова немного кружилась, меня подташнивало, но я не хотела бы показать ему свою слабость. Я не заметила, как мужчина приблизился и сел рядом со мной. Он коснулся моей ноги, и моя кожа покрылась мурашками, такая холодная была рука Андрея. Я отвернулась и посмотрела на стену, изучая узор на обоях. Я все еще избегала его взгляда. Но тут мой желудок громко заурчал, и я услышала, как громко выдохнул Андрей.

— Василиса, — позвал меня он. И я услышала ярость в его голосе, — посмотри на меня. Посмотри на меня, я сказал!

Я все же повернула голову к нему, и увидела, каким он взглядом на меня смотрит. Голодным. Злым. Но в то же время и нежным… Я не понимала этого человека. Просто не понимала…

— Что приготовила Лариса? — спросил он, но мне показалось это было не то, о чем он хотел спросить.

— Борщ и плов. — тихо ответила, опустив глаза в пол, — Я помогала… ей.

Андрей улыбнулся уголками губ и провел ладонью по моей голове.

— Она не обижала тебя? Вы подружились?

Боже, к чему все эти вопросы?!

— Все хорошо.

Андрей кивнул, затем поднялся и протянул мне руку. Я пару мгновений рассматривала его ладонь. Широкая. С мозолями. И длинными пальцами.

— Вася…

Не приказ. Но сила в его голосе заставляет протянуть руку и ухватиться за его пальцы. Его ладонь теплая и сухая. Сильная. Держит так, что не вырвешься. Мужчина повел меня на кухню, и в это время спустилась Лариса, которая деланно зевала, поправляя шелковый халатик на своей груди. Уж что-что, а сонной она точно не выглядела. Ее светлые волосы были аккуратно уложены, на губах сиял прозрачный блеск, а ресницы точно были тронуты тушью.

— Ой, Андрюша, ты приехал! — радостно воскликнула Лариса и быстро спустилась по лестнице. Она подняла руку и хотела погладить Андрея по щеке, на которой был шрам, но мужчина раздраженно отбил ее руку.

— Иди спать, Лариса, — устало произнес мужчина и повел меня дальше. Все это время я старалась стоять позади него, дабы лишний раз не попадаться этой змее на глаза. Какая же она все-таки лицемерная! Я понимала, что она его мать, но все же… Отношения между ними были очень странными. Я бы даже сказала, дикими. Я ни разу не видела, чтобы сын называл мать по имени, чтобы был так груб с ней. Но мне точно не было для этого дела. Пусть живут, как хотят. Лишь бы мне от этого не было хуже.

— Андрюша, какой спать?! Нужно же тебя накормить. — Лариса заскочила на кухню вперед нас, включила свет и стала носиться от холодильника к столу, доставая кастрюли, хлеб и салат. — Так, мой руки и садись… Голодный, наверное! Василиса, а ты иди наверх, не мешай.

Лариса махнула рукой в мою сторону, словно отгоняя муху.

Андрей отпустил мою ладонь и подошел к Ларисе. Он схватил ее за локоть и дернул на себя. Женщина установилась на него широко раскрытыми глазами. Вероятно, она не ожидала от Андрея такого.

— Пошла! — Андрей вывел женщину из кухни и подтолкнул ее в спину, а после вообще захлопнул перед ней дверь. А я стояла — ни жива, ни мертва. Я не знала, как отреагировать на такой поступок.

Когда Андрей повернулся ко мне, я еле слышно прошептала:

— Зачем ты так? Она же твоя мама…

Андрей усмехнулся и покачал головой.

— Садись, — мужчина отодвинул стул и кивнул на него. Я послушно опустилась на мягкое сиденье. Андрей же вернулся к кастрюлям. Он достал две глубоких тарелки и налил суп. После того, как еда была разогрета, мужчина поставил передо мной полную тарелку борща. Живот сразу же заурчал, болезненно сжимаясь. Андрей на мгновение замер, а потом схватил меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

— Когда ты ела последний раз? — низкий голос был полон нескрываемой злости. Я опустила глаза, почувствовав, как слезы навернулись на глаза. — Ясно.

Затем передо мной положили большой кусок черного хлеба и кружку горячего чая.

— Ешь.

Одно слово. Один приказ. И я тут же схватила ложку и стала жадно есть. Божее! Как вкусно! Ложка за ложкой, а я все никак не могла насытиться!

— Тише-тише, — рука Андрея накрыла мои пальцы, держащие ложку. — Не торопись. Ешь аккуратно. Ты целый день голодала, а мы не хотим, чтобы бы тебе было потом плохо.

Я послушно стала есть медленно и постепенно понимала, что голод стал уходить. Хлеб был просто превосходным. Мне казалось, что никогда не ела такой вкусной еды.

Андрей доел быстрее меня, затем разогрел себе еще плов. А потом наложил и мне. И второе блюдо я тоже съела. Угостил он меня и конфетами. Но дал всего три штуки, сказав, что лучше не перебарщивать. Но я была и этому рада.

Андрей помыл посуду, а затем повел меня в комнату.

Я тут же напряглась. Слишком расслабилась рядом с ним. А он всего лишь накормил меня, и я тут же забыла, что он сделал со мной…

В комнате Андрей сразу же сбросил футболку. Я остановилась возле двери, но мужчина не позволил мне стоять в стороне.

— Пошли, — мужчина взял два полотенца и свою свежую белую майку.

— К-куда?!

Андрей усмехнулся и ответил:

— В душ.

Я ошеломленно уставилась на него. В душ? С ним? Я стала качать головой. Нет, нет. Я не хочу! На глаза опять навернулись слезы, но я быстро заморгала, пытаясь прогнать их.

— Ну что же ты, маленькая моя, испугалась? — Андрей остановился прямо передо мной, погладил по щеке. — Я не обижу тебя. Слышишь? Не бойся.

Я шла за ним, словно на казнь. В ванной было очень тепло, но мне казалось, что мое тело просто оледенело. Оно было не живо. Андрей быстро скинул штаны и свое нижнее белье. Я зажмурилась и отвернулась.

Мужчине явно это не понравилось.

— Вааасяя, — его голос раздался рядом с моей головой, — посмотри на меня. Пожалуйста.

Я медленно подняла голову и взглянул ему прямо в глаза. Андрей улыбнулся и указал сначала на ванну, а потом на душевую кабинку.

— Выбирай.

Я, не глядя, махнула куда-то в сторону.

— Отлично.

Андрей коснулся моего бедра кончиком пальца. Я отшатнулась от него, он удержал меня.

— Не шевелись. Не бойся, девочка.

Я послушно замерла, следя за его руками. Он медленно, едва касаясь, ухватился за край футболки и стал поднимать ее вверх. Я подняла руки и через пару секунд осталась в одних трусиках, которые вскоре полетели вслед за футболкой. Андрей подхватил меня на руки, и я невольно вскрикнула испугавшись.

В кабинке нам было тесно вдвоем. Андрей просто занимал все пространство. Сначала я чувствовала себя неловко, была смущена, но постепенно теплая вода расслабила мои мышцы, убирая напряжение. Мы просто стояли под водой несколько минут. И смотрели друг другу в глаза.

— Ты такая красивая, — тихо произнес Андрей, — я так ждал тебя, моя девочка…

Я нервно сглотнула, не совсем понимая, о чем шла речь.

— Ждал? — мой голос был сиплым, словно я болела ангиной. Но Андрей ничего не ответил. Он взял в руки бутылочку шампуня, выдавил себе на ладонь, а потом стал мыть мои волосы. Я растерялась. Его пальцы трогали мои волосы так нежно, так трогательно… Словно мужчина боялся причинить боль. Если бы он не изнасиловал меня, то я могла бы даже поддаться ему, на его чары… Но я знала, что он способен сделать больно. Но так было приятно… Словно в детстве, когда в нашей жизни не было Царева, когда мама еще была моей мамой… Когда мы были счастливы вдвоем. Но потом появился он и забрал мою маму. Она жила со мной, кормила, одевала, но я больше не чувствовала ее душевного тепла, ее ласки. А мне так не хватало ее. Я не понимала, почему она так была отстранённая. Почему отталкивала меня. Но бывали моменты, когда она снова становилась моей мамой. Мыла мне голову, расчесывала, играла со мной… Но только тогда, когда отчима не было дома…

Закусила губу, возвращаясь в реальность. Это все прошлое. Это все прошло. Я больше не маленькая девочка, которая нуждалась в опеке матери. Сейчас у меня были проблемы покрупнее… Проблема эта была где-то метр девяносто… И как с ней справиться, я просто не понимала…

Андрей тем временем смыл шампунь с волос и стал уже намыливать тело. Шею, грудь, руки и ниже, ниже… Когда его рука нырнула ко мне между ног, я сжала их, стараясь не пустить его. Но Андрей строго посмотрел на меня, и я чуть шире раздвинула ноги.

Мужчина, казалось, еще нежнее стал мыть меня. Его пальцы медленно скользили по моим складочкам, касаясь клитора, каждый раз вызывая мурашки по телу.

Дыхание сбилось, и я вцепилась в широкое запястье Андрея. Теперь я не могла спокойно смотреть ему в глаза. Дышать становилось все труднее и труднее… А щеки окрасились румянцем. Боже, я сумасшедшая.

— Не надо, — прошептала одними губами. Я просто испугалась реакции своих эмоций на его прикосновения. И уже не сдерживала слезы. Я громко зарыдала и попыталась вылезти из кабинки, но Андрей обхватил меня за талию, а затем вообще развернул и уткнул лицом в стеклянную стену. Я вскрикнула и стала яростно отбиваться от него. Боже, я еще никогда ни с кем не дралась. Но в одно мгновение, я даже не поняла, когда именно, что-то переключилось в голове. Почему? Почему он считал, что имел на меня права? Почему я не могла хоть раз в жизни постоять за себя?

Андрей схватил меня за шею и еще раз ткнул меня лицом в стенку. Я попыталась пнуть его, но он размахнулся и с силой хлопнул меня по ягодице. А после вообще просунул колено мне между ног, заставляя широко их расставить.

— Отстань от меня! Хватит!

— Ты все испортила, — прошипел мне на ухо Андрей, и я почувствовала, как он резко, одним толчком вошел в меня. Я вскрикнула и заскребла ногтями по стене.

Андрей замер, а потом яростно стал двигаться во мне, его бедра с силой ударялись об мои, причиняя еще больше боли. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу! Сбегу. Убью. Его. Себя. Но с ним не останусь.

— Бляять, — простонал он мне на ухо, — какая же ты узкая, сладкая, девочка моя… Черрт!

Он ускорился, обхватил меня за горло и стал еще сильнее вбиваться в меня. А я не могла ничего сделать. Просто стояла, терпела и лишь крики срывались с моих губ. Я думала, что больно только в первый раз… Нет, больнее было сейчас. Намного.

Андрей сжал мои бедра, отпустив мое горло, и я наконец смогла дышать нормально. Пара толчков, и я почувствовала, как он кончил в меня.

И не знала, слезы это или капли воды катятся по моим щекам.

Я просто потеряла себя.

Он обещал не делать мне больно, но сам же нарушил свое обещание.

— Прости, — Андрей, видимо, успокоился и стал опять нежно гладить меня по спине. Я отрицательно покачала головой.

— Мне больно! — истерично выкрикнула я. — Ты делаешь мне больно!

— Знаю. Поэтому прошу прощения.

Я не верила ему. Ни на секунду.

Через полчаса я сидела на краю кровати, а позади меня стоял Андрей. Он медленно расчесывал каждую прядь мои волос, иногда целуя их. Я же еле сдерживала слезы. Меня пугало неадекватное и непостоянное поведение этого мужчины.

— Я не хочу делать тебе больно, Вася. Правда не хочу, — хриплый голос Андрея.

— Так не делай, — прошептала я и тут же зажмурилась. Вдруг сделает больно за то, что посмела дерзить ему? Но мужчина удивил меня. Он тяжело вздохнул и проговорил:

— Ты должна выполнять несколько правил. И тогда все будет хорошо. Если я что-то сказал тебе сделать, то выполни мою просьбу. Не надо злить меня. Я не могу терпеть, когда мне не подчиняются. И привыкай ко мне. Говори со мной. Делись со мной всем, что у тебя на душе.

Мужчина отложил расческу и сел на кровать, пересадив меня к себе на колени. Я вцепилась в его плечи. Посмотрела ему в глаза. Что если, я должна послушать его сейчас, чтобы потом выжить? А он смотрел на меня, ожидая моего ответа.

Я кивнула.

— Поцелуй меня, — произнес Андрей. Я сглотнула, чувствуя себя неловко. Подняла руку и в нерешительности коснулась его лица, провела кончиком пальца по шраму, и Андрей прикрыл глаза. Стал тяжело дышать. И я испуганно отдернула руку. Он резко открыл глаза.

— Продолжай.

Я стала опять гладить его лицо, нежную кожу ладони щекотала щетина. Остановилась возле губ. На вид они были жесткими. И я неожиданно поймала себя на мысли, что хотела бы почувствовать, какие они на самом деле.

Они были мягкими. Я обвела контур губ. Красивые. Второй рукой я обхватила его за шею и прикрыла глаза. Медленно. Едва дыша. Я приблизилась к нему и легко, практически незаметно коснулась его губами. Я старалась целовать его нежно, но все равно я дрожала. Но мне не было страшно. Мне было странно. Непривычно.

Андрею, видимо, надоел мой медленный темп, поэтому он перехватил инициативу. Его язык соскользнул мне в рот. А руки обхватили мои бедра, прижимая к своему паху. Он был возбужден. Он опять хотел меня.

Поцелуй мне нравился. Не должен был. Но нравился. И я сейчас не хотела об этом думать. Я сама стала прижиматься к нему. Сама стала отвечать на поцелуй. Я гладила его шею, грудь. И чувствовала, как начинаю возбуждаться. Это напугало меня. Я резко оторвалась от него и испуганно посмотрела ему в глаза.

— Испугалась, девочка? — Андрей прошептал мне прямо в губы. Я кивнула и опустила взгляд. — Все в порядке…

Затем мы просто легли спать. Как обычная пара. Он обнял меня и прижал к себе. Сначала я чувствовала себя неловко и никак не могла расслабиться. Но постепенно сон захватил мое сознание, и я смогла уснуть, не зная, что ожидает меня дальше.

На следующее утро я проснулась одна. И испытала невероятное облегчение. Просто у нас с Андреем все так странно. Я не должна была вчера наслаждаться нашим поцелуем. Не должна. Но мне понравилось целовать его. Хотя он похитил меня и изнасиловал. Я прикрыла глаза и провела ладонью по лицу. На душе было тяжело. Я устала постоянно страдать. Постоянно кто-то обижал меня и причинял мне боль. Но я ни разу не смогла постоять за себя. Ни разу. И это злило меня. В первую очередь я злилась на саму себя. Я не хотела быть слабачкой, тряпкой и девочкой для битья. Но сил противостоять я никогда не могла найти. Я ненавидела то, что была трусихой. Слабой. Физически и морально. Устала…

— Проснулась, — голос Андрея напугал меня, и я вздрогнула. Я настолько погрузилась в размышления, что не заметила, как мужчина вошел в комнату и сел на постель рядом со мной. И он сразу же понял, как я напряглась. Ему явно это не понравилось. Андрей нахмурился, его лицо стало жестким, а серые глаза заволокла ярость, но он ничего мне не сказал, просто сжал кулаки. Я решила сгладить ситуацию. Злой Андрей — непредсказуемый Андрей.

— Прости, я задумалась, — приподнялась на локтях, прикрывая грудь одеялом, — не заметила, как ты зашел.

Попыталась улыбнуться, но улыбка явно вышла фальшивой. Воздух между нами был напряжен. Я боялась лишний раз вздохнуть, ожидая ответ Андрея. Но мужчина громко выдохнул и разжал кулаки. Видимо, он пытался успокоиться.

— Все в порядке, — ответил все же Андрей. Я облегченно выдохнула, но тут же возникла другая проблема. Я не знала, куда себя деть. Что делать? Вставать? Да пора бы уже. Но меня смущало внимание Андрея. Он пристально смотрел на меня, но я опять ничего не смогла прочесть в его глазах. Я уже поняла, что единственная эмоция, которую показывает Андрей, это злость. А в остальном… Он — закрытая книга.

Опустила взгляд и стала пальцем ковырять постельное белье. Я была готова проковырять уже дырку, но рука Андрея накрыла мою ладонь и едва ощутимо сжала.

— Васечка, — позвал Андрей, — посмотри на меня.

Я упрямо продолжала рассматривать покрывало, не желая, просто боясь посмотреть ему в глаза. Он сжал мою руку сильнее, заставив заскрипеть зубами, сдерживая вскрик.

— Василиса.

Тон мужчины изменился. Стал строгим. Пришлось подчиниться.

Подняла голову и встретилась с ним взглядом. Мы долго смотрели друг на друга, просто изучая. Его глаза скользили по моим светлым волосам, которые за ночь превратились в осиное гнездо, скользили по чертам лица, особенно уделил внимание глазам и губам, которые внезапно пересохли, я быстро облизнула их, и серые омуты Андрея блеснули. Потом его взгляд перешел на ключицу, а затем на прикрытую грудь.

— Отпусти одеяло. Раскройся. Покажи мне себя.

— Андрей, — прошептала я, не решаясь выполнить его приказ. Почувствовала, как румянец окрасил щеки.

— Не бойся. Я пока просто посмотрю.

Вот именно, что пока!

Медленно убрала руку и одеяло упало, оголяя грудь. От холода кожа покрылась мурашками, а соски превратились в бусинки.

— Красавица моя! — Андрей пододвинулся ближе и коснулся большими пальцами моих сосков. Обвел ореолы. А затем полушария грудей. Я вздрогнула от приятных ощущений.

— Тссс… Тише!

Он взял в свои большие ладони мои груди и сжал их. Я негромко застонала и вцепилась ногтями в его запястья. Мужчина продолжал массировать меня, когда дверь в комнату резко распахнулась, разрушая атмосферу, которая воцарилась между нами. Андрей сразу же закрыл мое обнаженное тело собой, повернувшись лицом к двери. В проеме стояла Лариса. На ее лице был страх, но спустя пару мгновений она выдохнула, словно испытала облегчение. Женщина засеменила через всю комнату, не обращая на нас внимания, раздвинула шторы, открыла окно. Потом схватила футболку Андрея со стула, которую носила я. Затем вообще взяла кончиками пальцев мой лифчик, держа его за лямку. И на ее лице отразилось такое отвращение…. Было заметно, что женщина вот-вот блеванет… Мне казалось, что я была готова провалиться сквозь землю! Я натянула одеяло себе до самой шеи, чувствуя себя неловко.

Андрей поднялся с постели и сразу же оказался возле матери.

— Ты в своем уме, твою мать?! — он не кричал. Не повышал голос. Он говорил тихо. Яростно. Уничтожающе.

— Я просто навожу порядок в своем доме, — женщина повернулась лицом к нему, выставляя вырез груди в розовой блестящей маечке. Ее загорелые ноги вообще, можно сказать, были голыми. Джинсовые шортики едва прикрывали ягодицы. Мне было неприятно на нее смотреть. Слишком вульгарно. Не по возрасту была одета и вела себя эта женщина.

— В своем? — усмехнулся Андрей и схватил маму за локоть. Лариса вскрикнула и попыталась вырвать руку. Я испугано сжалась на кровати, не зная, что делать. Но что я могла? Только молча наблюдать.

— Андрей! — взвизгнула явно от боли она. Я зажмурилась. Я ненавидела, когда кому-то делали больно. Даже заслужено. Давай же! Ты же хотела быть сильной, Василиса? Так, давай, дерзай!

Я неловко подобрала одеяло, прижала к груди и встала с постели. Не помню, как оказалась рядом с ними. Но вот моя ладонь коснулась напряженной спины Андрея. Я стала медленно гладить его, стараясь успокоить. Привстала на цыпочки, дотянулась до его сильной шеи и помассировала ее. Андрей замер на одну секунду. А потом стал поворачиваться ко мне. Я не знала, как он отреагирует. Не знала. Было ли мне страшно? Безумно! Эти мгновения, пока он поворачивался, казалось, длились вечно.

И Андрей опять удивил меня. Изумление. Вот что читалось в его глазах. Он все еще держал Ларису, которая скривилась от боли, за локоть. Я покачала головой.

— Не надо, Андрей, — спокойно произнесла я, что было крайне удивительно, — Она же твоя мама. Отпусти ее. Прошу тебя, Андрей.

Мужчина ничего мне не ответил, просто взял и вытолкал мать из комнаты, не забыв забрать мои вещи.

Он швырнул мне футболку и сказал строго:

— Одевайся.

Ну вот! Замечательно. Зачем Лариса пришла и испортила ему настроение? Ведь он может сорваться на мне! Я подошла к кровати и замерла в нерешительности. Хоть этот мужчина уже видел меня голой… Мне все равно было стыдно оголяться при нем. Да еще и днем! Когда все видно прекрасно… Но я же хотела быть сильной?

Значит, должна бороться со своими комплексами, чтобы выжить. Скинула одеяло, и кожа тут же сразу покрылась мурашками из-за легкого дуновения ветерка, что проникал в комнату. Или просто так действовал на меня взгляд Андрея.

Я не услышала, как он подошел ко мне, только его руки на моем теле. Широкие ладони с мозолями соскользнули по талии, а затем обхватили грудь. Мужчина дернул меня на себя, и я почувствовала, как в спину мне упирался его возбужденный член сквозь джинсовую ткань.

— Если она будет обижать тебя… Говорить то, что тебе не нравится. Всегда рассказывай об этом мне. Слышишь?

Я кивнула.

После мы спустились вниз, позавтракали. И затем Андрей сказал, что ему нужно уехать. Я испытала странное чувство. Мне не хотелось, чтобы он опять уезжал. Мне не хотелось оставаться наедине с Ларисой. Я была уверена, что она обязательно отомстит за то, что Андрей выгнал ее сегодня из нашей комнаты.

Я усмехнулась. Нашей. Я уже называю это комнату нашей. Как глупо.

— Я приеду вечером.

Мужчина поцеловал меня, сжав в своих объятьях.

Он оторвался от меня, посмотрел в глаза. Словно предупреждал меня. А после заправил прядку мне за ухо и ушел. Я опять смотрела в окно, наблюдая, как он уезжал. А в голове тем временем зрел план.

Я поднялась в комнату, в шкафу нашла свои чистые джинсы и футболку, в которой была в день похищения. Быстро переодевшись, я, осторожно ступая, вышла. Прислушивалась к звукам. Кажется, Лариса была на кухне. Она гремела посудой, что-то скворчало, женщина явно готовила обед. И я поняла, что это мой шанс. Я спустилась на первый этаж и увидела, что мать Андрея действительно была на кухне.

Шаг за шагом.

Я молила Бога. Молила о единственном шансе спастись. Чтобы спас меня от этой семейки. Мне нужно бежать и сразу же пойти в полицию. Я даже была бы рада вернуться в наш город. Вернуться в семью. Терпеть отчима, терпеть маму и сестру. Но зато там меня никто физически не трогал. А морально у меня уже блок стоит. Я там смогу выжить. А здесь? Навряд ли.

Открыла дверь и тут же испугано обернулась. Но Лариса не заметила меня. Или не хотела замечать. Да мне было плевать. Ей явно на руку, чтобы я исчезла из их жизни. Дверь я оставила приоткрытой. Как только оказалась на улице, то чуть не расплакалась. Я не выходила на улицу практически два дня, а казалось, что вечность. Но не стоило терять время. Чуть пригнувшись, я быстрым шагом направилась к высокому забору. И как только моя рука коснулась калитки, она распахнулась. Я вздрогнула и испуганно отшатнулась.

Передо мной стоял Андрей. И он явно не был рад меня сейчас видеть.

— Что ты здесь делаешь? — его голос был ровным, но глаза опять заволокла ярость.

Я растеряно стала смотреть по сторонам, словно могла найти ответ.

— Я жду.

— Я… Я…

Не успела я придумать и сформулировать мысль, как на улицу выскочила Лариса. Скажу сразу, что эта женщина гениальная актриса. Играла она, по крайней мере, убедительно. Но мы все прекрасно понимали, что она лгала Андрею.

— Андрей, слава Богу-у, что ты вернулся! Девка выскочила так быстро, что я даже среагировать не успела! Она так сильно и грубо меня оттолкнула! Так неслась к двери, я хотела ей помешать…

Андрей строго взглянул на мать, и та сразу же заткнулась, неловко сжимая руками полотенце. Затем посмотрел на меня. Я невольно сделала шаг назад, уже понимая, что раздразнила зверя.

— Пошла, — он развернул меня и подтолкнул в спину. Я почувствовала, как на душу легла тень страха. Мне было страшно. Ладони задрожали, а горло неожиданно пересохло. Я обхватила себя руками, стараясь успокоится. Что же он сделает? Накажет? Изнасилует? Изобьет? Или все сразу? Я запнулась об камень и непременно бы упала, но Андрей успел обхватить меня за талию. И, когда мы проходили мимо Ларисы, я заметила на ее лице триумфальную улыбку. Злая сука. Оставшийся путь Андрея так и держал меня за талию.

Как только мы оказались в комнате, Андрей закрыл дверь на ключ и медленно повернулся ко мне.

— Зачем ты это сделала? — мужчина скрестил руки на груди. Вроде его голос и был спокойным, но, как я уже говорила, глаза — отражение его эмоций. Я стала отступать, пока не уткнулась попой в стол. На глаза от страха навернулись слезы, и я опустила голову, стала рассматривать свои босые ноги. От одной мысли, что нужно будет на него смотреть, ужас пронзал мое сердце. Разрывал душу на мелкие кусочки, а в голове мысли покрывал туман. Я не могла ни пошевелиться, ни слова произнести. Его взгляд. Ледяной взгляд просто сводил меня с ума. Мне просто хотелось спрятаться от его глаз. Ужасающих. Будоражащих. И от них не спрятаться.

— Василиса, я задал тебе вопрос.

Нет, нет, нет! Пусть уйдет, пусть оставит меня…

Послышался злой вздох. И тяжелые шаги в мою сторону. Я сразу же дернулась в сторону, но Андрей успел меня перехватить и прижать к своему твердому телу.

— Отпусти меня! — заверещала я и стала отбиваться. Мои кулаки, скорее всего, не причиняли ему боль. Но я старалась попасть ему по лицу. Думала, так точно будет больнее. Я била его. Кричала. Просила отпустить и проклинала его. А потом заплакала. Отчаянно и громко. Хватаясь за него. За своего мучителя. Андрей обхватил меня за талию и уложил на кровать. Обнял меня и молча прижал мою голову к своей груди. Я все так же продолжала плакать. Все, что я копила в себе все эти дни, вырвалось наружу. А он просто гладил меня по плечам, спине. Перебирал волосы. И это успокаивало. Простые объятья успокоили мою истерику. Я так давно уже не ощущала такой поддержки. И, какая ирония, поддержал меня Андрей, которого я должна ненавидеть. Но что делать, если я не могла ненавидеть его? Если он делал мне физически больно, но в то же время мог упокоить душу? Наверное, я больна.

— Успокоилась? — тихо спросил мужчина, вытирая большими пальцами слезы с моего лица. Я кивнула и отпустила его рубашку, которая была насквозь мокрая. Я виновато посмотрела на него.

— Прости, твоя рубашка…

— Вася, — Андрей обхватил меня за подбородок, заставляя смотреть в его глаза. Спокойные глаза. — Скажи, почему ты хотела убежать?

Я закусила губу и стала икать. Так всегда было после долгой истерики. Андрей улыбнулся.

— Я хочу домой. Хочу к маме… — на глаза опять навернулись слезы.

Андрей прислонился лбом к моему лбу и прошептал в самые губы:

— Не могу. Уже не могу отпустить тебя. Не смогу без тебя.

Его слова напугали меня. Действительно напугали. Он напоминал мне одержимого. Мы знали друг друга несколько дней… И его чувства пугали меня. И Андрей это заметил.

— Не бойся, прошу. Не убегай. Я все равно догоню.

— Всегда? — мой голос дрожал от страха перед этим человеком.

— Всегда. А когда догоню, то не отпущу.

— Никогда?

— Никогда.

Несколько минут мы сидели в тишине. Мои ноги затекли, и я пошевелилась. Андрей помог мне сменить позу.

— Значит, хочешь увидеть маму?

Я закивала головой. Неужели он пойдет мне на уступки?

— Я подумаю, как можно организовать вашу встречу.

Я неверующе на него смотрела. Что он только что сказал?

— Правда?

Мужчина кивнул. А я не знала, что еще ответить. Просто тупо смотрела на него.

Андрей поднял меня и опустил на пол. А затем достал из стола сантиметр и стал замерять мое тело.

— Я вернулся, потому что забыл узнать твои размеры. Нужно купить тебе вещи. Напиши еще, какие личные принадлежности тебе нужны. Какие шампуни, мыла и… другая ерунда. Поняла?

Я кивнула.

Через полчаса он, записав мои данные, все-таки уехал. Но сначала о чем-то разговаривал с Ларисой. Я осталась в комнате, не решаясь подслушивать. Когда же мужчина уехал, я все ждала, что Лариса ворвется ко мне в комнату… И даже было страшно представить, что в этот раз она смогла бы натворить…

Но она не пришла.

Ни через десять минут.

Ни через полчаса.

И даже ничего не сказала мне, когда я спустилась поесть. Женщина просто вышла из кухни и все. А я и рада была. Лучше так, чем любое ее внимание.

И вечером она меня не трогала, когда я принимала душ. А ночью, ложась спать в одиночестве, я все ждала, когда же… Когда она сорвется. Но она не пришла. Я смогла все-таки уснуть, но сон мой был беспокойным.

Я задремала после очередного пробуждения. И сначала услышала скрип открывающейся двери. Я тут же проснулась, сжав в онемевших пальцах одеяло. А потом шаги… Тяжелые. Мужские. Не знаю, почему я сразу же подскочила и выдохнула:

— Андрей?

— Ты почему не спишь? — голос мужчины был уставшим и строгим. Через окно в комнату проникал лунный свет и отблеск фонаря, поэтому я разглядела, что Андрей притащил много пакетов и бросил их на пол. — Вася?

— Не спалось… — неловко ответила, прислонив колени к груди. Мужчина ничего не ответил, молча скинул одежду и в одном нижнем белье, захватив полотенце, он пошел в ванную, бросив мне напоследок наигранно строгим тоном:

— Быстро спать!

Я опустилась на подушки и прикрыла глаза. Послышался шум воды. А мне вдруг стало спокойно. Ведь теперь Лариса точно ничего мне не сделает. Пока Андрей рядом. Но защиты от него… У меня не было. Никто меня не защитил бы от самого Андрея. Но тело помнило… Помнило не нашу близость. Жестокую, болезненную и ужасную. А разум помнил. И сердце не желало забыть. Но тело помнило другое… Как руки его были нежны. Они могли трогать без боли. И делать приятно. Но как принять его? Нет ответа…

За этими мыслями я уснула, однако заметила, когда Андрей вернулся. Его практически голое тело было холодным, чуть влажным и сильным. Он обнял меня и прижал к себе. Губы мужчины коснулись моего виска и волос… А потом я полностью погрузилась в сон.

…день за днем. Час за часом.

Время шло. Нет, оно бежало.

И я не заметила, как прошло практически две недели.

Каждый день был похож друг на друга.

Просыпалась одна, завтракала, обедала и ужинала — одна. Засыпала тоже одна. Но каждую ночь Андрей приходил ко мне. Обнимал. И целовал. Ласкал грудь и между ног. И доводил до такого состояния, что казалось, будто я вот-вот… Но мужчина всегда останавливался. Всегда. И не принуждал меня к сексу. Ни разу за это время. Сначала я относилась к этому насторожено, но постепенно стала расслабляться рядом с ним. А как я обрадовалась, когда у меня начались месячные. Ведь я могла уже быть беременна. Но все обошлось. Мне повезло, что все необходимое Андрей мне купил заранее. Я больше не ходила в его вещах. Но мужчина настоял, чтобы я спала в его футболках или майках. Я же была не против.

Что касается Ларисы…

Она не разговаривала со мной. И не цепляла меня. Меня устраивало такое отношение.

Но одно прочно засело в мои мысли.

Обещание Андрея. Я не напоминала ему об этом, не надоедала ему с этим вопросом, боясь, что это разозлит его. Но он молчал. И я терпеливо ждала.

Это утро началось не так, как все. Я практически проснулась и поняла, что кто-то сидел на постели рядом со мной. Я неосознанно напряглась, но мою ладонь накрыла мужская рука. И лица коснулись его пальцы. Он убрал прядку волос, упавшую на глаза, погладил меня по щеке.

— Просыпайся, Васечка.

Я открыла глаза и увидела, что Андрей сидел рядом со мной. На его лице была легкая улыбка, а в руках он держал маленькие белые розочки. Я растеряно переводила взгляд с цветов на него. Приподнялась на локтях.

— Это мне? — не выдержала я. Розы были просто невероятны красивы. Просто великолепны. А их легкий аромат доносился до моего носа, кружа голову. Андрей тихо засмеялся и аккуратно щелкнул меня по кончику носу.

— Конечно, тебе. Кому же еще?

Мамаше твоей сумасшедшей, например.

Он протянул мне букет, и я с радостью приняла его. Зарылась лицом в него, вдыхая аромат. Мне никогда не дарили цветы. Никогда-никогда. Так странно, что все «впервые» у меня с Андреем…

— Спасибо! — радостно воскликнула я. Лепестки были нежными. Очень тонкими. Просто невероятно! Мне казалось, что это самые прекрасные цветы на свете. — А по какому поводу?

Ведь такого я от Андрея действительно не ожидала. Мужчина приподнял брови и с удивлением посмотрел на меня.

— Сегодня шестое июля. С днем рождения, маленькая.

Я непонимающе на него посмотрела и провела ладонью по волосам, пытаясь их распутать. Ничего не понимала.

— Шестое июля? — голос был еще немного хриплый после сна. Андрей улыбнулся, а потом достал свой телефон, что-то нажав на экране, он протянул мне его. Мужчина показывал мне календарь. Черт возьми.

— Не может быть! — вскрикнула я и посмотрела на Андрея, — это шутка?

Андрей засмеялся и притянул меня к себе. Он нежно поцеловал меня в висок и прижал к своей груди. Я же просто замерла. Сегодня у меня день рождения. Мне двадцать один. А я забыла про это. Вспомнил только Андрей, который вообще не должен был знать об этом.

— Откуда ты узнал?

Я не могла не задать этот вопрос. Не могла.

Андрей стал гладить меня по спине.

— Я все расскажу тебе. Но сначала…

Неожиданно он повалил меня на кровать и стал щекотать. Я завизжала и стала отбиваться от него. Я смеялась и умоляла его прекратить, но мужчина грозно говорил, что ни за что не остановится.

— Все… Все, хватит… Не могу-у, Андре-е-й… — сил уже смеяться не было, и я устало откинулась на подушки.

— Хорошо, в этот раз пощажу тебя, — мужчина обнял меня и положил голову мне на грудь. Мы пару минут лежали в тишине. А я была в шоке. Я не понимала, что с ним происходило.

— Почему ты… такой?

Вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я успела заткнуть саму себя. Все это время Андрей вел себя идеально. Не обижал меня. Наоборот. Оберегал. Защищал. Заботился. А мне так этого не хватало всю жизнь. И я не понимала ни себя, ни его. Это пугало. Действительно пугало. Он же насильник. Он похитил меня. Но сейчас он вел себя так, словно между нами не было всей той грязи. Я просто хотела узнать, что все-таки происходит.

Андрей поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза.

— Ты хочешь узнать правду? — выделил он последнее слово. Медленно кивнула. Да, я очень хотела узнать правду!

— Хорошо. Я все расскажу тебе. Но не сейчас. Сейчас ты быстро умоешься, позавтракаешь, и мы поедем кое-куда.

Я нахмурилась. Куда он собрался везти меня?

— Не бойся. Тебе понравится.

Что ж. Выбора все равно у меня не было.

Через час я, уже одетая в легкое летнее платье, стояла в коридоре и ждала Андрея. Его зачем-то позвала Лариса, которую я сегодня еще, к счастью, не видела.

— Я все сказал, — злой голос Андрея раздался совсем близко, и затем я увидела, как он быстро спускается с лестницы. За ним семенила Лариса.

— Андрюш, ты же обещал мне! — женщина догнала мужчину и схватила его за локоть, — Андрюш!

Но Андрюше, видимо, такой поворот не понравился, поэтому он вырвал руку, а затем и вовсе толкнул свою мать к стене и сжал ее горло.

— Я больше не стану тебя предупреждать.

Его голос был холодным, ледяным, я бы сказала. Мне сразу же стало неприятно, и я поежилась.

Лариса стала хрипеть и пытаться оттолкнуть сына. Но он словно стена замер перед ней. Боже-е! Что же он делал?!

Я не помню, как оказалась рядом с ними, но мне не было страшно за себя. Ни капельки. Мне было страшно за Ларису. Я накрыла руки Андрея своими ладонями и тихо позвала его.

— Андрей… Ты слышишь меня? — я старалась говорить с ним ласково, нежно, чтобы погасить его злость. Я была уверена, что во второй раз у меня тоже получится.

Мужчина перевел стеклянный взгляд на меня.

— Отпусти ее. Прошу. — казалось, что мои слова вообще не доходили до него. Я чувствовала, как трясло его от ярости. От злости на мать. Что же она сделала с ним? Почему он стал таким, какой есть? Явно в этом есть ее вина. И мне было очень жаль его. Ужас. Я жалела своего насильника и похитителя. Я больна. — Отпусти ее. Ради меня. Прошу. Не порть мой праздник. Я… — облизала неожиданно пересохшие губы, — я хочу увидеть твой сюрприз. Пожалуйста. Давай поедем. Пожалуйста.

И я увидела это.

Осмысление.

Осмысление в его глазах. Андрей пару раз моргнул и перевел взгляд на мать. А потом отпустил ее. Лариса широко распахнула глаза, и я заметила, что теперь цвет их был голубым. Линзы? Хм. Теперь она блондинка с голубыми глазами. Мне показалось это почему-то странным… Но сейчас меня больше всего волновало другое.

— Пойдем.

Я взяла Андрея за руку и повела за собой. Я думала, что он не пойдет за мной, но мужчина лишь чуть сжал мою ладонь и уже сам тащил меня на выход из дома. Мы быстро оказались за оградой, и через пару секунд Андрей усадил меня на переднее сиденье и пристегнул ремнем. И, когда он собрался закрыть дверцу, я схватила его за руку.

— Все в порядке? Ты в порядке?

Не знаю, зачем я вообще стала об этом спрашивать…

Мужчина пару секунд смотрел мне в глаза, а после наклонился и поцеловал меня.

Сначала я растерялась, потому что не думала, что он поцелует меня сейчас. Но потом ответила. Обняла его за плечи, притягивая его себе ближе. Я яростно целовала его. Кусала за губы, вонзала ногти в плечи. Словно мстила за ту боль, что он успел мне причинить. Но ему это нравилось. Ведь я впервые проявила эмоции по отношению к нему. Положительные. А я сгорала изнутри. Меня разрывало на две части. Я наслаждалась им и ненавидела его. Я просто сумасшедшая…

— Теперь в порядке, — мужчина отстранился от меня, когда стала задыхаться. Я чувствовала, что раскраснелась, и все никак не могла восстановить дыхание. — Моя красавица…

Он заправил светлую прядь мне за ухо и нежно поцеловал в лоб.

Через несколько минут мы ехали по улицам поселка. Все дома были частными, дорогими. Дороги были пустыми, но один раз нам все-таки кое-кто встретился. Черный джип мчал на всех порах, но рядом с нашей машиной притормозил. Андрей улыбнулся уголками губ и покачал головой.

— Вот Миха черт!

Андрей вышел из машины, когда дверца другого автомобиля открылась и из нее вышел огромный медведь. Только так его можно было назвать. Темные его волосы были растрепаны, а на самой макушке была черная кепка. Андрей не закрыл за собой дверь, поэтому весь их разговор я прекрасно слышала. Мужчины обменялись рукопожатиями.

— Все в порядке? — Андрей кивнул на машину своего приятеля. Миха, как назвал его Андрей, кивнул, а после открыл заднюю дверь своей машины. Я увидела, что там сидела молодая девушка, моя ровесница. Она была напугана, ее глаза были красными, словно она сдерживала слезы. Тонкие руки обхватили тело. И стоило ей увидеть Миху, ее карие глаза широко распахнулись, и она дернулась в сторону.

— Отпустите меня, прошу! Я никому не скажу, что вы украли машину! Пожалуйста!

Девушка сжала кулаки, но не заплакала. Я же была шокирована. Напугана. Что же, черт возьми, происходит в этом частном поселке?! Почему здесь, кажется, нормальным — похищать девушек? Андрей обернулся и посмотрел на меня. На мгновение в его глазах проскользнуло сожаление. Но некие выводы я уже сделала. Андрей не просто преступник. Здесь есть что-то большее. Но не знаю, хотела ли я разбираться в этом.

Я вздрогнула, когда Михаил громко захлопнул дверцу. Я больше не обращала на них внимание, пока друг Андрея не привлек мое внимание.

— Это она? — Михаил посмотрел на меня. Андрей нахмурился, ему явно не понравилось внимание со стороны Миши в мою сторону. Я отвернулась и стала смотреть в сторону. Нет уж. Мне Андрея хватает. С ним бы ужиться.

А потом вдруг раздался низкий смех.

— Да расслабься, Андрюха! Ты же знаешь. Чужая женщина — табу.

Они разговаривали еще пару минут, но потом все-таки мужчины смогли расстаться и расселись по машинам. А еще говорят, что у женщин язык без костей!

А через двадцать минут мы выехали на трассу. Я все это время рассматривала Андрея. Его шрам, его профиль. Его красивые руки на руле. Красивый и ужасный.

— Что? — Андрей не отрывался от дороги.

— Ничего, — ответила, но продолжила рассматривать его, — вот пытаюсь понять, какой же ты?

Плечи Андрея напряглись, а пальцы сжали руль еще сильнее.

— И что? Поняла?

Пару минут я молчала, закусив губу.

— Еще нет. Ты всегда разный. И не постоянный.

Андрей хмыкнул и заметно расслабился.

— Расскажи мне. Расскажи, каким ты видишь меня.

— Нет.

Мужчина нахмурился.

— Почему?

— Сначала ты расскажешь мне правду.

— Это шантаж? — он перестал хмуриться, когда понял, что настроена доброжелательно.

— Это сделка.

Андрей кивнул и улыбнулся. Протянул мне ладонь.

— Тогда давай закрепим ее.

Я пожала его руку и не заметила, как сама улыбнулась.

Но через несколько часов я стала еще счастливее.

Сначала я практически не обращала внимание на меняющийся пейзаж. Сосредоточилась на своих мыслях и ощущениях. Думала, думала, думала… И ничего толкового не придумала. А когда, наконец-то, обратила, то обомлела…

— Андрей… — прошептала я, видя, как мы проезжаем мимо огромного знака с названием моего родного небольшого городка, мэром которого и являлся мой отчим. И сейчас я была как никогда рада. Сердце мое пускалось вскачь только от одной мысли, что Андрей собирался выполнить свое обещание. — Ты… Мы … Мы едем ко мне домой?

Слов не было.

Были одни эмоции. Я едва не завизжала, когда Андрей улыбнулся и кивнул. Боже, боже, боже! Как же стало легко! Как же сразу жить захотелось. В свой день рождения я увижу маму, сестру… Возможно, они помогут мне остаться. Не позволят Андрею увезти меня обратно?! Покосилась на него. М-да. Мама с таким бугаем точно не справится… Но может… Мне поможет отчим? Хотя, Андрей упоминал, что Николай, мой отчим, был замешан в похищении сестры Игоря, если я не ошибалась… Вообще вся эта история была запутанной и туманной. Не понятно. Где правда? Где ложь? Кому можно доверять, а кому нет… Даже самой себе нельзя больше доверять.

Я наблюдала. Впитывала каждую улочку, каждый дом, словно не была здесь ни разу. Но я помнила каждый квартал, каждый переулок. Все это было знакомым и родным. Я тосковала по тем временам, когда мы с мамой были одни. Без Николая и Ани. Было замечательное время. Моя мама была моей мамой. А не той холодной женщиной, которой она являлась сейчас.

Возле нашего небольшого нового дома на восемь семей уже стояла машина Николая, и я немного расстроилась. Надеялась, что он еще на работе. Но ничего. Сегодня он не испортит мой день. Но еще возле подъезда стояла черная иномарка, на капот которой облокотился высокий мужчина в костюме. Мы с Андреем вышли из машины, и он тут же взял меня за руку. Как только мы оказались возле незнакомца, он сразу выпрямился и на его лице появилась широкая улыбка, а возле карих глаз образовались морщинки-лучики, делая этого мужчину просто обаятельным. Но при этом в его темном взгляде считалась опасность.

Не подходи.

Не приближайся.

Не провоцируй.

Вот что читалось в омуте его глаз.

Мужчины обменялись рукопожатиями.

— Вася, это Иван — мой брат, — Андрей обнял меня за талию и представил мужчине, — сегодня он приехал сюда, чтобы подстраховать нас.

Та-а-а-к….

— Здравствуйте… Андрей, подстраховать? Зачем?

— От Царя можно ждать чего угодно, Василис. Поэтому лишняя помощь не помешает. — ответил мне Ваня вместо своего брата. — И да, обращайся ко мне на «ты».

— Хорошо… — я была в растерянности. Начать с того, что я не знала, что у Андрея есть брат… И они были так непохожи. Словно неродные.

— Я потом все тебе объясню, — шепнул мне на ухо Андрей, когда мы вошли в подъезд.

Остановились напротив знакомой двери. Я в нерешительности подняла руку, но так и не постучала. Почему-то испугалась. В последний момент испугалась. Но Андрей сделал это за меня. Громко постучал кулаком по железной двери. Ваня же замер позади нас.

Послышались легкие шаги, щелчок замка, и через пару мгновений перед нами показалась моя мама.

Мама.

Мамочка моя.

Как же мы с тобой похожи.

Смотрю на тебя, и вижу себя.

Тот же небольшой рост, светлые волосы, голубые глаза…

Такие похожие, но такие чужие.

Моя мама, Лидия Артуровна, как обычно была в легком цветочном платье, а волосы убраны наверх. И от нее доносился легкий запах цитрусов. Как в детстве.

Честно, я ждала ее слез. Вот честно. Я думала, что она искала меня, ждала, плакала и переживала за меня. Ведь я все равно ее дочь, хоть мы и отделились друг от друга.

Но она опять вырвала мое сердце и растоптала его.

На ее лице не было и тени грусти. Наоборот, казалось, что она только очень громко и долго смеялась. Чуть раскраснелась, а на губах играла счастливая улыбка. Но все ее хорошее настроение вмиг улетучилось, стоило увидеть меня.

Моя мама перестала улыбаться, когда увидела свою пропавшую дочь.

— Василиса?

— Здравствуй, мама.

Мама растеряно на меня смотрела. И я никак не могла понять. Была ли она рада меня видеть? Я просто не знала, что делать. Такой реакции я не ожидала. Просто не ожидала.

— Мама? — голос дрожал от непролитых слез. Только рука Андрея, сжимающая мою ладонь, поддерживала меня.

— Василиса, ты…. — мама не договорила, потому что позади нее появился мой отчим — Николай. И было странно наблюдать, как он неожиданно побледнел, увидев Андрея и Ваню. Мужчина отступил назад, но тут же взял свои эмоции под контроль.

Я посмотрела на Андрея. Он же пристально смотрел на Николая, ухмыляясь.

— Ну что ж, — проговорил он и вошел в квартиру, ведя меня за собой, — рады увидеть дочь?

Я чувствовала себя неловко. И тысячу раз уже пожалела, что мы приехали. Мы втроем разулись, но я сделала это нехотя. Мне хотелось схватить Андрея за руку и просто сбежать оттуда. Сбежать и забыть об этом. И не позориться. Не рвать себе сердце и душу. Разве я не знала? Не знала, что ждет меня дома?

— Не смей сейчас отступать, — прошептал мне Ваня. Он серьезно смотрел мне прямо в глаза, — Раз пришла сюда, то держи удар до конца.

Я ничего не ответила. Да и нечего было отвечать. Но я запомнила его слова. И рука Андрея была моим якорем. Он был рядом. Мне этого хватало.

Моя семья молча наблюдала за нами, явно они не были рады гостям.

Из гостиной выбежала моя десятилетняя сестра, Анна, и застыла, уставившись на меня.

— Васька? А ты чего приперлась? — задала вопрос сестра и подбежала ко мне, обняв меня за талию. Почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Боже-е-е… Я же знала. Знала, что меня здесь не ждали. Деревянными руками обняла сестру и посмотрела на Андрея. Я надеялась, что в моих глазах он увидит то, что заставит его забрать меня отсюда.

— Пойдем! — Аня схватила меня за руку и потащила на кухню. Я последовала за ней, едва передвигая ногами. А на кухне был накрыт стол… Салаты, мясо, картофель… Рыба, бутерброды… Алкоголь. Торт. Неужели они праздновали мой день рождение? Небольшой. Маленький огонек зародился в моей груди.

— А мы празднуем! — радостно сообщила сестренка. — Папа купил новую машину!

Я просто обомлела. Сестра усадила меня за стол и стала накладывать мне еду на тарелку, которую достала для меня. В это время подтянулись остальные члены семьи. Мама и Николай сели напротив меня. Оба они выглядели напуганными. Не знаю, что успел ему сказать Андрей, который сел рядом со мной, а Иван присел по другую сторону от меня. Мама вспомнила, что она хозяйка и стала ухаживать за братьями. Мы молча ели, хотя у меня точно аппетита не было.

— Что празднуете? — Андрей откинулся на спинку стула и смотрел то на мою маму, то на моего отчима.

Родители переглянулись, но ничего не ответили.

— Чего ж, Царь, сейчас заробел? — продолжал допрос Андрей. Он внешне выглядел спокойным, но я знала этот тон. Андрей был в ярости.

Николай усмехнулся, но было видно, что губы его дрожали.

— Я не заробел. Чего ж мне бояться в своем доме? Я здесь хозяин.

Андрей приподнял бровь. А Ваня тихо рассмеялся, и братья переглянулись.

— Ну, что? Что празднуете? — опять задал вопрос Андрей.

— Папа машину купил… — тихий, робкий голос Ани раздался, когда пауза затянулась.

— То есть покупку машины? — обратился к моей сестре Андрей. Она улыбнулась ему и кивнула. — А я думал, что вы празднуете день рождение Василисы…

Глаза сестры расширились, и она уставилась на меня.

— Я забыла… — прошептала сестренка, а потом резко повернулась к маме и яростно спросила, — Мама, ты почему мне не напомнила?!

Мама растерянно посмотрела на Аню, а после поднялась и стала подталкивать к выходу из кухни.

— Милая, иди в свою комнату. Взрослым надо поговорить.

Я проводила сестру взглядом, и, когда мама закрывала дверь за Аней, она посмотрела на меня. В ее голубых глазах читался страх и сожаление. Я попыталась улыбнуться, как-то подбодрить ее. Но она просто отвернулась. Еще один удар в мое окровавленное сердце. Один кусок отпал от моей души. Зачем она так поступала со мной? Разве она не знала, что делает мне больно? Причиняет мне адские мучения. Почему? Она же мама… Она самый родной человек для меня. И сейчас она просто предавала меня. Бессовестно и жестоко. Я не могла этого вынести. Я незаметно вытерла слезу, скатившуюся по щеке. Нет. Слез моих никто не увидит. Останусь наедине с собой, со своими мыслями, тогда и дам волю чувствам. Одна. Мне не нужны свидетели.

После того, как Аня ушла, а мама села обратно за стол, Андрей снял маску. Он резко вскинул руку, но лишь для того, чтобы придвинуть мой стул поближе к своему. А Николай вздрогнул. Он был напуган. По-настоящему. И я никогда его таким не видела. Стало приятно. Теперь он поймет, что такое страх.

— Испугался? — спросил Андрей, — а тебе не было страшно, когда ты насиловал и убивал пятнадцатилетнюю девочку?

Комната погрузилась в пугающую тишину. Я не могла поверить в то, что услышала. Николай связан с криминалом? Он убивал? Боже-е-е…

Мама же моя… Я думала, что для нее это тоже будет шоком. Но не-е-т. Она лишь опустила голову, а щеки ее окрасил яркий румянец. Боже, боже, боже…

— Мама, — позвала я ее, — мама, ты знала?

Она ничего не ответила. Но ее испуганный взгляд, брошенный на меня, ответил на все мои вопросы.

— Какая девочка?! — нервно засмеялся Николай. — Я не больной ублюдок, в отличие от некоторых. И не насильник.

Николай кивнул на меня.

Я замерла и испуганно перевела взгляд на Андрея.

Ведь Николай прав.

Я это знала.

Андрей это знал.

Но откуда мог знать отчим?

— Так что можешь не угрожать мне! — распетушился отчим, — У меня есть доказательства, я могу засудить тебя. А ты знаешь, что делают с такими, как ты, на зоне…

Иван резко поднялся, так что его стул рухнул с грохотом на пол, а потом перегнулся через стол и схватил Николая за рубашку.

— Не смей угрожать моей семье. Ты больше не, — тут Ваня усмехнулся. — хозяин. Ни в этом доме, ни в этом городе. Ты обосрался. По-крупному обосрался. Обещаю, ты ответишь перед Игорем. Ты ведь помнишь его сестренку? Ее глаза помнишь?!

Он встряхнул моего отчима, и мама выскочила из-за стола, вскрикнув.

— Сука, я спросил тебя, ты помнишь ее глаза?! — заорал Ваня и ударил по лицу Николая.

Андрей быстро среагировал и вытащил меня из-за стола. Он обхватил меня за лицо обеими ладонями и прошептал мне прямо в губы:

— Бери маму и идите к сестре. Закройтесь в комнате. Откроешь только мне. Поняла?

Когда я не ответила. Он слабо, без боли, ударил меня по щеке, отрезвляя и приводя меня в чувство.

— Поняла?!

Я кивнула и, схватив маму за руку, потащила ее за собой. Мы нашли Аню в ее комнате. Сестренка сидела на кровати и испуганно прижимала к себе подушку.

— Мамочка, что происходит? — в ее глазах дрожали непролитые слезы.

Мама кинулась к Ане и стала ее обнимать, целовать. Успокаивать. Я почувствовала себя лишней. И медленно стала отступать. Тут в голову пришла мне сумасшедшая мысль…

Я тихо вернулась в кухню… Замерла возле двери… Я должна узнать, о чем они разговаривают.

Прислонилась к двери и замерла. Мне было страшно, что меня обнаружат, поэтому казалось, что я слишком громко дышала. Слишком громко билось мое сердце.

— Я не трогал ту девчонку! — тихо, с яростью произнес Николай.

— А какую трогал? — насмешливо поинтересовался Иван. Послышался удар, а затем глухой стон.

— Потише, — раздался голос Андрея, — не надо пугать Василису. И так все пошло не по плану.

— Извини, брат, не смог сдержаться… Как увидел его рожу…

Неожиданно Николай рассмеялся и сплюнул. Его смех был глухим и надтреснутым.

— Меня судишь, Костылев, а брат-то твой не лучше! Я все знаю! Знаю, что похитил эту сучку и трахал ее! Все знаю!

Первое время на кухне было тихо.

— Заткнись, сука, — тихо произнес Андрей, — не смей так называть ее. Ты ничего не знаешь, поэтому молчи.

— Кто тебе рассказал про Андрея? — спросил Ваня.

Николай ничего не ответил. А после послышалось пара ударов.

— Одногруппница… Олеся или как там ее… Пару тыщ и она все рассказала…

Олеся? Какое она отношение вообще имела к моему отчиму?!

— Так что не вам меня судить… У самих грешок имеется, да, Иван? Девка-то твоя по своей воле живет с тобой? А?

Господи, зачем он провоцирует их?!

Но мне не суждено было узнать, что было дальше, потому что дверь внезапно открылась, и я столкнулась с Андреем.

Я прижала ладони к груди и посмотрела ему в глаза.

— Я хочу, чтобы ты наказал его, — я не поняла, как эта просьба сорвалась с моих губ, но я тут же поняла, что ни капли не жалею об этом. Я хочу, чтобы Андрей заступился за меня. Николай обижал меня, ведь он всегда был уверен, что никто и никогда за меня не заступится.

— Что? — Андрей вышел в коридор и закрыл за собой дверь.

— Сделай мне подарок. Я хочу, чтобы ему тоже было больно, — на глаза опять навернулись слезы, стоило лишь вспомнить свое детство. Андрей продолжал хмуриться, поэтому я схватила его за руку. Встала на цыпочки и тихо прошептала:

— Он обижал меня. Всегда. С первого дня. Обзывал. Не считал за человека. Я хочу, чтобы ему тоже было страшно и больно.

Серые глаза Андрея заволокла ярость. Он шумно выдохнул и сжал мою ладонь.

— Что ты хочешь, чтобы я с ним сделал?

Я облизала внезапно пересохшие губы и прошептала:

— Сделай ему больно.

Пару мгновений мы смотрели друг другу глаза.

— Почему ты меня просишь об этом? — внезапно спросил мужчина.

— Потому что я больше никому не нужна.

Андрей прикрыл глаза и прислонился лбом к моему лбу. Нежное прикосновение к губам, и он отступил от меня.

— Иди к матери. А мы немного прогуляемся…

Что было дальше? Не знаю. Я ушла в комнату к матери, которая все так же успокаивала сестру. Они толком не обращали на меня внимание, были полностью поглощены друг другом. Один раз мама заговорила со мной — когда хлопнула входная дверь.

— Василиса, — голос ее был полон тревоги, — что происходит?

А мне было так легко. Так спокойно. Мне было совершенно плевать, что с ним сделает Андрей. Вот совершенно. Я чувствовала триумф. Наконец-то, наконец-то Николай больше не будет обижать меня.

Я ничего не ответила матери. Я быстро осмотрела квартиру, выглянула в окно, убедилась, что и Иван, и Андрей уехали. А потом достала свой большой рюкзак, собрала все самое необходимое, достала свою заначку, документы. И со спокойной совестью вышла из квартиры.

Я больше не буду никому принадлежать.

Теперь я сама буду решать свою судьбу.

Я понимала, что Андрей будет искать меня. Но мне было плевать. Я понимала, что жестоко использовала его. Но и он долгое время имел меня. И физически, и морально. Я имела право на это. По сути, я убила двух зайцев одним выстрелом. Отомстила чужими руками Николаю и сбежала от Андрея.

Захлопнула дверь и словно закрыла еще одну страницу в своей жизни.

Я не знала, куда мне идти, куда бежать, где прятаться. Да и прятаться не хотелось. Хотелось просто жить. Дышать свободно хотелось. Без страха. Без боли. Как обычный человек. Радоваться дню. Просто тому, что он наступил. А не проклинать каждую минуту своего существования.

Я накинула кофту с капюшоном, хоть и было жарко. Я села на автобус и за сорок минут доехала до междугороднего автовокзала, взяла билет в сторону самого дальнего поселка.

Приехать я должна была только утром следующего дня. А рейс был только через несколько часов. За это время я переоделась и выбросила вещи, которые купил мне Андрей. Умылась в туалете, убрала волосы в высокий хвост и впервые подумала о том, чтобы поменять цвет. На темный. Или ярко-рыжий.

Перекусила в кафешке. Почему-то мне не было страшно, что Андрей меня найдет. Я даже мысли такой не допускала. Я была уверена в себе и своих силах.

И меня никто не искал.

Или искал, но не нашел.

Я молча заняла свое место возле окна и устало откинулась на спинку сидения. Я устала. Морально. Физически. Но скоро станет легче. Я знала это. Я была в этом уверена.

Рядом со мной сидела доброжелательная старушка, которая сразу же расположила меня к себе. Она рассказывала про своих внуков и детей, которые не навещают ее, поэтому она была вынуждена сама тащится в город. Оказалось, что она едет в тот же поселок, что и я. Я — молодец. Еще не приехала в поселок, а уже завела знакомых. Конечно, не обошлось и без вопросов с ее стороны. Я рассказала, что рассталась с парнем и решила некоторое время пожить одна. А вот про родителей… Сказала, что я сирота. Отца своего я на самом деле и не знала. А мать… Матерью она была мне до пяти лет, потом появился Николай. И все. Сказка кончилась. Детство кончилось. Рассказала ей, что еду я в совсем незнакомое место и жить мне негде.

— Да ты что, девочка! — взмахнула руками Антонина Андреевна, — Нет, милая, я тебя не брошу! Будешь жить у меня! У меня комната одна свободная стоит, для внуков… А они не приезжают совсем… Одна я живу, одиноко мне, старой… А ты, я вижу, девочка, хорошая, светлая… Будешь помогать мне по дому, а я тебя крышей над головой обеспечу, да работу помогу найти… ну что?

Конечно, я согласилась. Может, глупо. Но я верила ей. Она поможет мне.

Ночь, на удивление, прошла спокойно. Хоть и неудобно было спать в кресле, но спала я отлично, даже выспалась. Проснулась словно от толчка. И сначала, признаюсь, испугалась, что Андрей нашел меня. Но потом поняла, что мы просто с асфальта съехали на грунтовую дорогу.

— Не пугайся, девочка, — старушка уже тоже не спала, она нежно погладила меня по руке, успокаивая. Бабушка угостила меня яблоком и бананом, за что я была очень благодарна. Ехали мы по грунтовке около двух часов. И за эти два часа, мне казалось, что будто из меня всю душу вытрясли.

Но это того стоило.

Этот небольшой поселок был окружен тайгой и горами, а воздух… Он здесь был просто невероятно чистым. И сделав первый вздох, я поняла, что жизнь новая началась. Вот прям с этого мгновения.

Мы взяли свои вещи, я взяла пару пакетов Антонины Андреевны, и она повела меня к себе домой. Привела меня старушка к пятиэтажному дому из красного кирпича. Женщина попросила пару минут, чтобы отдохнуть. На улице еще никого не было, только пару мужчин в спецодежде шли в противоположную сторону горы.

— Это горнодобывающий рудник, — начала рассказывать Антонина Андреевна, усевшись на лавочку, — там добывают полезные ископаемые. Там мужички наши трудятся. Видишь? — бабушка прищурилась и указала пальцем в сторону горы, — это белаз!

Я покивала головой, практически не вникая, что она мне рассказывала. Мы пробыли на улице еще пару минут, а после поднялись на второй этаж Квартира Антонины Андреевны была небольшой, но очень уютной и чистой. Она сразу же мне рассказала, где и что у нее находится, показала свою комнату, гостиную и комнату, где буду спать я.

— Спасибо вам огромное, Антонина Андреевна! Если бы не вы…

— Что ты, девочка, зови меня просто баба Тоня. Да и как я могла такую красавицу в беде оставить?! Может, хочешь принять ванную? Иди, не стесняйся! И воду можешь лить сколько хочешь! А я пока супчик приготовлю… Ты щи любишь, Васечка? — прокричала уже баба Тоня из кухни.

— Люблю! — крикнула в ответ, почувствовав, что на душе становится так тепло. Приятно все-таки, когда о тебе заботятся.

В ванной я провела минут двадцать. Быстро помылась. Но долго стояла под теплыми каплями воды, что расслабляли напряженные мышцы. Стояла и думала. А не совершила ли я ошибку, сбежав? Вдруг я раздразнила зверя, от которого я точно не смогу спрятаться? Да уже поздно об этом думать… Я уже сбежала. Уже нарушила его запрет.

После все-таки вышла из душа. Хватит. Раз решила начать жить с чистого листа, то никакого Андрея в моей жизни. Ни в моей жизни, ни в моих мыслях. Но было легко сказать об этом. И трудно сделать. Трудно обманываться. Я убеждала себя, что мне плевать на него. Но, видимо, это было не так. Я упрямо думала о нем. Что он почувствовал, когда понял, что я сбежала? И что стал сразу делать? А вдруг он вообще решил меня не искать? Вдруг он устал от меня? Вдруг ему надоела его игрушка?

Покачала головой, доставая вещи из своей сумки. Не думай, не думай о нем…

Чтобы отвлечься пошла помогать бабе Тоне. Старушка постоянно болтала, рассказывала про своих детей и внуков. Рассказала, что ее муж умер десять лет назад. Так за разговорами мы приготовили и обед, и ужин. И это отличалось от того, как готовили мы с той змеюкой, ой, то есть с Ларисой. Явно она не в своем уме. Но меня эта сумасшедшая семейка больше не касается. Пообедав, баба Тоня занялась своими цветами, а я решила прилечь, чувствуя сильную усталость. Проспала я весь день. Проснулась уже поздно вечером, чувствуя себя разбитой.

— Вася, чай будешь с булочками? — позвала меня бабушка Тоня, услышав, что я проснулась. Я согласилась. Пока пили чай, я решила кое-что спросить у хозяйки.

— Подскажите, а здесь легко найти работу? — прожевывая нежную булочку, которая таяла во рту, поинтересовалась я.

— А кто ты по профессии?

— Ну-у… Я студентка. Учила иностранные языки…

Старушка цокнула языком.

— Могу поговорить с соседкой… У нее свой магазинчик… Может, возьмет тебя продавщицей.

— Спасибо! Это было бы замечательно!

— Да еще не за что благодарить… Ох, что-то я устала… Пойду спать. Оставь кружки в раковине. Я завтра помою.

— Спокойной ночи.

Баба Тоня проковыляла к себе в комнату, а я быстро помыла посуду и вернулась в свою спальню. Очевидно, что я всю жизнь не смогу жить с этой невероятно доброй женщиной. Мне нужна работа. Мне нужны деньги. Подкоплю деньжат, буду снимать комнату. Улыбнулась. Да. Мне нравились мои планы.

Сон все никак не шел. Я ворочалась, пыталась найти удобную позу, но тщетно. Психанув, я залезла на подоконник и посмотрела на чистое звездное небо… Красиво. Приоткрыла окно, впуская прохладный ночной воздух…

— Вася…

Сначала я подумала, что мне показалось. Или просто захотела так думать. Я просто не могла в это поверить. Слишком быстро. Я не успела надышаться свободой.

— Васечка, — голос Андрея прозвучал громче. И я больше не смогла сопротивляться. Посмотрела вниз и увидела его.

Он стоял там. Под моим окном. Такой красивый… Лунный свет делал его лицо еще бледнее, а шрам стал выделяться еще сильнее. Его широкие плечи облегала черная кожа, а из-за темно-синих джинс он сливался с темнотой. Я приложила ладонь к стеклу и чуть наклонилась, высовываясь из окна. Андрея сразу же дернулся, и в его глазах мелькнуло беспокойство.

— Что ты здесь делаешь? — тихо спросила я, но он услышал меня.

— Я приехал за тобой, — так просто.

Покачала головой, обхватив себя руками. Замерзла. Андрей нахмурился. Заметил, сукин сын.

— Я не поеду с тобой, — голос мой звучал твердо, — ты не сможешь заставить меня.

Андрей сделал еще один шаг.

— Я не хочу заставлять тебя. Вася, я хочу, чтобы ты поехала со мной добровольно.

— Не поеду!

— Тогда мне придется похитить тебя.

Сказал и направился в подъезд.

— Вот черт!

Я соскочила с подоконника и побежала к входной двери. Прижалась ухом. Стала слушать. Я слышала его шаги. Тяжелые. Уверенные. Он медленно приближался к своей жертве. Ко мне. Поднялась на цыпочки и посмотрела в глазок, но тут же дернулась в сторону, ведь Андрей уже стоял на лестничной площадке, оперившись руками по обе стороны от двери.

— Вася, открой. Я знаю, ты там.

— Что происходит? — неожиданно раздался голос бабы Тони за моей спиной. Я тихо вскрикнула и тут же прижала ладонь ко рту.

— Вася, все в порядке? — раздался встревоженный голос Андрея.

Баба Тоня нахмурилась и включила свет. Она подошла к двери и открыла все замки.

Дверь распахнул уже сам Андрей. Мужчина быстро вошел в квартиру, чуть оттолкнув бабушку.

— Андрей! — пискнула я, когда он сжал меня в объятьях. Его рука вонзилась мне в волосы, а вторая сжала талию.

— Маленькая сучка… — прошептал мне на ухо, и я неожиданно расплакалась. Мама родная меня не искала, а он искал. И нашел. Вцепилась в его куртку дрожащими пальцами. Боже мой… Андрей подхватил меня на руки, я тут же обняла его за шею и прижалась к ней носом, продолжая всхлипывать.

— Где ее комната? — он обратился к Антонине Андреевне. Старушка быстро ему показала, куда идти, а сама скрылась в своей комнате, оставив нас наедине. Наверняка, она так ничего и не поняла… Андрей сел на кровать и прижал к своей груди, чуть покачиваясь. Я медленно стала успокаиваться. Чуть ослабила хватку на его шее и посмотрела на него. Прикусила нижнюю губу.

— Зачем ты приехал? — опять задала этот вопрос.

Андрей прислонился лбом к моему.

— Ты моя жизнь. Ты единственная, ради чего я живу. Я чуть не подох, когда понял, что ты сбежала. Зачем, девочка моя, зачем?

— Не знаю. Свободы хочу. Жить, как нормальный человек. А не в четырех стенах. И жить с тем человеком, которого выберу я сама…

Андрей молчал пару минут.

— Значит, я не тот человек, с которым ты хочешь жить?

Я боялась сказать ему правду. Боялась. Ведь знала, что ответ ни ему, ни мне не понравится. Потому что по сути не знала, что ответить. Он манил меня. Его аура. Темная и опасная. Она манила меня. Завлекала. Я знала, что он опасен. Что может быть жесток. На своей шкуре проверила. Но не могла я его ненавидеть. Не. Могла. И все тут.

— Скажи мне. Ответь.

— Я не знаю, что тебе сказать…

Вот. Призналась.

Андрей улыбнулся. Погладил меня по щеке. Наклонился еще ниже и его губы коснулись моих. Едва заметно. Едва ощутимо. Не поцелуй, но все равно что-то большее.

— Тогда я буду добиваться тебя, и я услышу твое «да», моя маленькая принцесса.

А потом поцеловал. Яростно, кусая губы. Наказывал. Это точно. Но сегодня я не хотела быть жертвой. Я не ответила ему «да». Но отказать ни себе, ни ему сейчас не могла. Черт. Мне понравился его вкус. Я стянула с его плеч куртку, отчаянно целуя его. Андрей кинул ее куда-то в сторону, за ней полетела его футболка, а потом и моя ночная рубашка. Я толкнула Андрея в грудь, повалив его на подушку. Я перекинула ногу через его бедра и оседлала его. Мне было плевать, что где-то в этой квартире еще находился человек. Мне было плевать. Я хотела его. Для меня был только он. И все. Его губы, что терзали мой рот. Его руки, что сжимали мое тело. Его пальцы, что сводили с ума. Касались чувствительных сосков, срывая с губ тихие стоны. Касались меня между ног через уже влажную ткань трусиков. А мне было мало. Мало-о-о. Хотела большего. Хотела его всего. Почувствовать его в себе. Ощутить его силу. Просто принадлежать ему. Не помню, как стянула с него джинсы, носки и трусы. Помню лишь ощущение его возбужденного члена, который касался моего живота.

— Коснись его, — приказал Андрей, удерживая меня за подбородок. Он смотрел мне прямо в глаза. Его серые глаза потемнели, от страсти. От желания. Я сглотнула и обхватила его плоть. Стала медленно скользить по длине. Сильнее. Быстрее. Хочу сделать ему приятно. Хорошо.

— Хватит, — Андрей резко сдернул с меня трусики, а через мгновение насадил на свой член, заставляя меня громко кричать.

— Тише, малышка, а то бабульку напугаем, — усмехнулся Андрей. Я улыбнулась ему в ответ и стала двигаться ему навстречу. Мы двигались в унисон. Мы были единым целым. Он. И я. Существовали только мы. Я вонзалась в его спину ногтями, кусала его плечи. Шею. Мне было все равно мало. Мне хотелось ощутить его еще ближе, сильнее. Его руки, губы были везде. Он не обделил ни один участок моего тела… Оргазм наступил неожиданно. Он был ярким, что аж закружилась голова. Я рухнула на грудь Андрею, который через несколько толчков кончил в меня.

А после… мы просто лежали в объятьях друг друга. Смотрели друг другу в глаза. И просто молчали. Да и любые слова были бы излишни. И вдруг мне пришла в голову мысль, от которой я похолодела…

— Что? Что случилось? — нахмурился Андрей, поняв, что меня посетила очередная светлая мысль.

— Стыдно… — прошептала ему в грудь, — перед бабой Тоней…

Андрей тихо рассмеялся и прошептал:

— Я все решу.

Точно. Андрей со всем разберется.

— Устала? — мужчина перебирал мои волосы.

— Мне было хорошо, — невпопад ответила я, рисуя круги на его груди.

Мужчина довольно улыбнулся и прижал меня к себе еще сильнее.

— Теперь так будет всегда.

И мне хотелось в это верить.

Очень.

5

Утром я проснулась одна. Даже сначала подумала, что Андрей был всего лишь сном. Но боль между ног, едва проступающие синяки на запястьях и его запах на подушке – все это доказало мне, что он был реальностью. И я не знала, рада ли я этому. Но от одной мысли об Андрее в груди появлялось теплое чувство и хотелось улыбаться. И все же… Я не могла забыть наш первый раз. Никогда не забуду. Не прощу никогда. И он это знал. И я это знала. Тупик. Что делать дальше? Как поступить? Остаться с ним? Или все же поставить точку? Я не знала, как поступить. Не понимала, как оценивать его. Ведь поступки Андрея были противоречивыми. Словно в нем жили две сущности. И самое страшное, что обе эти сущности влекли меня. Чем больше я думала об этом, тем сильнее осознавала, что я пропала, что все уже давно решено. Не мною. А Андреем. Он не отпустил меня, нашел. И в будущем не отпустит и подавно.

Я встряхнула головой и приподнялась, придерживая одеяло на груди. Желудок громко заурчал, и я поняла, что пора вставать. Быстро надела длинную футболку и джинсовые шортики. Волосы собрала в хвост. Настроение же было просто отличным, и я надеялась, что ничто его не испортит. Умывшись, я поняла, что дома была одна. Я нахмурилась и прошлась по всей квартире. Но ни Андрея, ни бабы Тони не было. И это мне не нравилось. Но на кухне меня ждал сюрприз. На столе стояла кружка уже давно остывшего чая, а рядом была тарелочка с пышными сырниками, завершала завтрак небольшая пиалочка с малиновым вареньем. Улыбнулась. Такой простой, по сути обыденный жест, но… Так приятно. Давно никто не оставлял для меня завтрак. С приходом Андрея все стало меняться. Я села за стол и с удовольствием приступила к еде. И только минут через пять заметила записку.

ВСЕ

съела. Приду — проверю».