Юлия Ефимова Потерянное наследство тамплиера

Тамплиер всё говорил и говорил. Он положил свой меч на песок и, вглядываясь в неспокойное море, быстро рассказывал мне эту историю, словно боясь что-то забыть. Он уже давно в одиночку охранял вечность, поэтому моё общество было ему приятно и неожиданно. Я не знаю, говорил он правду или немного приукрасил, это навсегда останется секретом. Рассказав эту историю, словно облегчив себе душу, он ушёл продолжать свой вечный поход. Поэтому всё, что написано в этой книге, это плод его фантазии и немного автора, а совпадения случайны

За неделю до описываемых событий
Маленький приморский город на Балтике

Тревожность не покидала Миру с самого утра. Навязчивое желание налить себе бокал красного сухого и достать из запасов нежный пломбир, чтобы сбежать от угнетающей реальности, было слишком заманчиво, однако неосуществимо. Возможно, именно сегодня ей удастся обрести решение проблемы. Самой серьёзной частью своей жизни Мира всегда считала работу, поэтому она привыкла уже ставить личную жизнь и отдых, включающий развлечения и вкусную еду, на второй план. Однако этот день предвещал совмещение приятного с полезным. Друг детства, который обещал помочь в решении вопроса, предложил встретиться в самом модном и концептуальном кафе их маленького города. Более того, Дэн намекнул на свои знакомства в этом пафосном месте и без стеснений гарантировал бронь стола, что сделать обычным людям было бы сложно, потому как этот ресторан был крайне популярен в их городе.

Весеннее солнце уже по-летнему припекало, а голубое небо создавало практически летнее настроение. Их город-курорт просыпался от зимней спячки, вновь становясь притяжением нетерпеливых туристов. Конечно, многие смеются над их холодным и неспокойным морем, говоря, что это просто холодная вода, но Мира точно знала, что это не так. По её искреннему убеждению, в Балтике есть сила, которая помогает всем, кто родился на её берегах. Она любила смотреть на волны, разбивающиеся о камни, это напоминало о том, о чём люди порой забывали – что мы всего лишь песчинки на этой планете. Мира считала свой родной островок России, сиротливо приютившийся среди Европы, лучшим на земле и никогда, ни за какие дары не уехала бы отсюда.

Ну, по крайней мере, так она думала раньше, сейчас же тучи над её головой начали сгущаться, и как бы не пришлось бежать, сверкая пятками и бросая всё, что нажито непосильным трудом. Но ничего, Дэн обещал помочь не делом, так советом. Сейчас Мира была согласна на любое участие.

Новый ресторан имел чудаковатый вид. Поговаривали, что сверху он выглядит как цветок с лепестками, но простому пешеходу, гуляющему мимо по набережной, он казался поломанным сооружением со множеством выступающих и утопающих стен с неподходящим названием «Цветик-семицветик». У входа стоял охранник, учтиво открывая дверь посетителям.

– У вас заказано? – спросила девушка-администратор, встретив Миру на входе.

– Меня ожидает Денис Кузнецов, – произнесла Мира неуверенно, хоть и была она девушкой взрослой и имела должность директора местного краеведческого музея, но пафос заведения как-то уж очень на неё надавил, и сейчас она почувствовала себя школьницей, по ошибке заглянувшей в ресторан для взрослых тётенек и дяденек.

– Да, конечно, – улыбнулась администратор приветливо, – пройдёмте.

Они вошли в абсолютно круглое пространство с семью плотно закрытыми дверями разного цвета.

– Вас ожидают в жёлтом зале, сегодня вы будете пробовать индийскую кухню, – радостно сказала работница заведения, словно Мире в этом несказанно повезло. Она, конечно, слышала, что в этом ресторане в каждом зале предлагают разные кухни мира, но то, что она будет сегодня пробовать индийскую, почему-то радости не прибавило.

«Тоже мне, – подумала она про себя, – а что, нормальную кухню выбрать было нельзя?»

Как только они вошли в зал, недовольство сменилось восторгом – шикарный интерьер погружал посетителей в атмосферу индийского кино, то, каким его Мира помнила по фильмам с Митхуном Чакраборти, и улыбка непроизвольно приклеилась к лицу. Да, Болливуд уже давно ушёл в забытьё, но даже несмотря на это она была его фанаткой. Самым лучшим времяпровождением Миры был просмотр старого индийского фильма в обнимку с какими-нибудь вкусностями. В зале очень тихо и ненавязчиво пел красавчик Митхун, как всегда, о большой любви, и внутреннее напряжение, которое было постоянным в последнее время, отпустило.

Дэн уже ждал её, рассматривая толстое меню ресторана.

– Как всегда пунктуальна, – улыбнулся ей друг детства. Сейчас его внешность не напоминала того толстого неуклюжего очкарика, которого обижали мальчишки и над которым издевались девочки. Мать воспитывала его одна, про отца Денис молчал, но ходили слухи, что он погиб много лет назад, когда тот был ещё совсем малыш. Единственная родительница Дениса тянулась на двух работах, стараясь обеспечить сына, а после трудного дня беспросветно пила. Оттого одежда у мальчика всегда была грязной и мятой, что ещё больше давало поводов для насмешек ровесников. Только смелая девочка Мира, жалея соседского толстяка, защищала его от нападок злых детей. Иногда ей казалось, что именно в память о её героическом поведении в детстве сейчас Дэн общается с ней. Ведь по статусу его было уже рукой не достать.

– Что будешь есть? – спросил друг детства, не отрываясь от меню.

– Ты специально заказал этот зал? – вопросом на вопрос ответила Мира.

– Да, – улыбнулся он ей, наконец оторвавшись от чтения блюд, и в этом взгляде всё же промелькнул толстый очкарик, – я помнил твою тягу к Болливуду и решил сделать тебе приятно.

– Спасибо. – Мира растерялась, на секунду ей показалось, что всё вернулось, детство, Дэн, влюблённый в неё, и их занимательные разговоры и мечты.

– Так что ты будешь? – выдернул он её из воспоминаний, вернув вновь в ресторан маленького приморского города.

– На твой вкус, – сказала она. К своему стыду, даже при огромной любви к индийскому кино Мира ни разу не пробовала эту кухню и не знала, что здесь съедобно.

– Ну хорошо, тогда мы будем… – обратился Дэн к подошедшей официантке, которая была, как и положено, в национальном костюме индийской девушки, – курицу карри с рисом, лепёшки качори с бобовыми и набором соусов. Для моей девушки принесите на пробу панирбаттер массала.

– Не надо, Дэн, звучит страшно, я обойдусь курицей с рисом, да и вообще я не голодна, – соврала Мира.

– Это всего лишь сыр панир в соусе, – снисходительно сказал Дэн. Ей иногда казалось, что, не имея такой возможности в детстве, сейчас ему очень нравилось вести себя несколько свысока, – но такой соус ты не ела ни разу, это я тебе гарантирую. Пить мы будем масала-чай.

– Я кофе, – решила настоять на своём Мира. Честно, она бы уже на сыре в странном соусе послала друга детства подальше, несмотря на его высокий пост, но сегодня он ей был очень нужен.

– Это всего лишь чай с молоком и кучей специй, – захохотал Дэн, – свой кофе ты выпьешь в обычной кофейне, а здесь надо наслаждаться, получать гастрономическое удовольствие.

Мира решила уступить, просто натянуто улыбнулась и, чтоб не психануть раньше времени, огляделась вокруг, рассматривая интерьер. Зал был небольшой, овальной формы, видимо, действительно имитируя вид лепестка. Столики абсолютно все были заняты любителями восточных пряностей и карри.

– Дэн, – решила начать разговор Мира и, вздохнув, сказала: – Я нашла.

– Что? – перебил он её. – Янтарную комнату?

Его издевательский тон заставил её заскрипеть зубами. Да, она всю свою жизнь, сколько себя помнила, была увлечена этой идеей. У маленькой девочки было заветное желание найти сокровища. Однажды в детстве Мира даже собрала свою экспедицию. Просидев в местной библиотеке около года, а также окончательно достав директора краеведческого музея, она составила карту, где могла бы находиться Янтарная комната, тщательно изучив схемы замка Кёнигсберг. Конечно, воображение дорисовало в голове все недостающие данные, но девочка была уверена в успехе. Скопив денег на завтраках и купив два билета на автобус до Калининграда для себя и Дениса, взяв в рюкзак только самое необходимое, они пошли навстречу приключениям. Но, к удивлению Миры, большой город встретил их недружелюбно, съестные запасы закончились очень быстро благодаря Дэну, да и на месте, где, была уверена маленькая Лара Крофт, они найдут Янтарную комнату, лежали бетонные плиты. Тогда Дэн начал ныть и жалобно проситься домой, но сейчас, сидя в кресле большого чиновника маленького города, он воспринимал детскую историю как желание поиздеваться над подругой.

– Нет, не Янтарную комнату, – вздохнула Мира, пропуская колкость в его голосе, – хотя я уверена, что она до сих пор хранится в бункере под развалами Кёнигсбергского замка, там же, кстати, и документы программы «Кёнигсберг 13».

– Стоп, стоп, стоп, – засмеялся Дэн, и Мира в очередной раз удивилась, как из толстого хомяка в очках смог вырасти такой красивый мужчина. Даже она, подруга детства, иногда смотрела на него и любовалась, забывая, что это всего лишь Дениска Кузнецов.

– Если ты в срочном порядке настаивала на нашей встрече для того, чтоб, как в детстве, искать сокровища, то я, пожалуй, пойду. Между прочим, по телефону ты сказала, что у тебя вопрос жизни и смерти.

– Но это действительно так, – уже шёпотом сказала Мира, аккуратно оглянувшись вокруг, – на меня вчера на улице чуть кирпич не упал.

– Чуть не считается, и вообще, город у нас старенький, фонд трухлявый, это я тебе как чиновник могу сказать со всей ответственностью, правда по секрету, никому больше не рассказывай, – продолжал шутить Денис.

– Да ты не понимаешь, мне позвонили и назначили встречу на конкретном месте. Я пришла, стою, подходит ко мне старушка, просит купить через дорогу в лавке батон. Я побежала, а когда вернулась, бабушка уже лежала на земле без чувств. Кирпич приземлился ей на макушку. – Когда Мира вспомнила этот ужас, то от пережитого страха свело горло.

– Повторять про фонд не буду, – уже серьёзно сказал Дэн, – но неужели ты думаешь, что киллер, скучающий с кирпичом на крыше, перепутал тебя, молодую и красивую, с бабулей? – скептически закончил свою версию он.

– За молодую спасибо, – немного успокоившись, сказала Мира, – за красивую тоже, но ответ – да, мог.

На этих словах Мира достала из сумки голубой берет и положила на стол.

– Красивая вещь, – как интеллигентный человек, он на всякий случай похвалил её. – Продаёшь? – зачем-то поинтересовался Денис, видимо, не зная, что говорить.

– Нет, – серьёзно ответила Мира, – это улика. У бабушки был такой же берет, один в один.

– Да, – вздохнул Дэн огорчённо.

– Вот именно, – воодушевилась Мира, на минуту решив, что убедила оппонента.

– Да, Берёзовая Мира Михайловна, дела действительно плохи, – опять вздохнул он.

– А я тебе что говорю, – поддакнула Мира и совсем сникла.

– Если ты, – продолжил Дэн, – в свои тридцать лет носишь берет как у бабули, то здесь пора уже бить набат, – закончил грустно он и тут же рассмеялся.

Мира не ожидала такой реакции и надулась, да что там, она уже решила, что скажет сейчас Дэну всё, что думает про него, и уйдёт, прикидывая мысленно самые обидные для него детские воспоминания. Но от скорой смерти друга детства спасла девушка-официантка. Она принесла огромный серебряный поднос, полный яств. На нём были лепёшки разных размеров, соусы и приправы. Выставляла она всё очень красиво, и Мира, словно под гипнозом, залюбовалась. Но магию прервало неловкое движение чудесницы – зацепив шифоновым шарфом, который был на самом деле частью костюма, вазочку с соусом, она опрокинула его на красивую голубую юбку Миры.

– Ой, извините, – защебетала официантка, – простите, я всё исправлю, – на её глазах появились слёзы, – я первый день работаю, всё, меня теперь уволят.

– Где у вас туалет? – спросила Мира, стараясь не расплакаться вместе с официанткой.

– Давайте я вас провожу, – быстро ответила она, – в нашем зале он занят, там сейчас засел какой-то человек и уже полчаса оттуда не выходит. Мы даже думали вызывать охрану, пусть разбирается. Вы сходите в соседний, китайский зал, там сегодня небольшое торжество, но гости выкупили его полностью. Думаю, в нём вы легко попадёте в туалет без всякой очереди.

Вздыхая, Мира вышла в круглый холл ярко-оранжевого цвета, обозначающий серединку цветка. От расстройства из головы совершенно вылетело, куда сказала заходить официантка. Вдруг из двери, за которой, видимо, была кухня, вышла кошка, ну как вышла, одарила своим появлением, как королева. Красивая, трёхцветная, так же торжественно эта высокомерная красавица подошла к Мире и потёрлась о её ногу.

– Что, почуяла еду на моей юбке? – упрекнула животное в корысти Мира. – Прости, облизать не дам.

Она не любила кошек, считая их слишком своенравными домашними животными, куда лучше собаки, преданные, весёлые, всегда рядом с хозяином, а не только тогда, когда питомцу хочется есть. Решив, что юбка не ждёт и её ещё можно спасти, Мира осторожно зашла в соседний зал. В нос ударил резкий запах смеси корицы, имбиря и чего-то ещё, возможно, аниса.

«Может, индийская кухня ещё и ничего, – промелькнуло в голове у девушки, – если китайская так резко пахнет, то есть её, скорее всего, вообще невозможно».

Но что-то ещё неестественное было там, что-то настораживающее. Оглядевшись, Мира увидела, что единственный столик в этом зале, который был занят, странно выглядит, через секунду до неё дошло: все люди, сидящие за столом, лежат головами в своих тарелках. Решив, что пора громко кричать и звать на помощь, она открыла рот, но стала без чувств опускаться на пол, не имея ни грамма силы, чтоб издать даже писк. И уже теряя сознание, девушка поняла, что неестественным в этом зале была тишина, звенящая тишина, не было слышно ничего, даже музыки.

Загрузка...