Путешествия вокруг света

A. Н. Чилингаров (председатель)

B. А. Садовничий (заместитель председателя)

Н. Н. Дроздов

Г. В. Карпюк

A. Ф. Киселев

B. В. Козлов

В. П. Максаковский

Н. Д. Никандров

В. М. Песков

М. В. Рыжаков

A. Н. Сахаров

B. И. Сивоглазов

Е. И. Харитонова (ответственный секретарь)

А. О. Чубарьян

Серия основана в 2006 году

Издание составили и подготовили

Г. В. Карпюк, Д. Д. Тумаркин, Е. И. Харитонова

Автор предисловия

Д. Д. Тумаркин

Комментарии

Г. Карпюка, Д Д. Тумаркина

Оформление Л. П. Копачевой

Жизнь и путешествия Отто Коцебу

Начало XIX столетия открывает славную эпоху в истории отечественного мореплавания: в 1803–1806 гг. состоялась первая кругосветная экспедиция под русским флагом, которую возглавил И. Ф. Крузенштерн ^[1] — выдающийся мореплаватель, исследователь и общественный деятель, организатор и, можно сказать, теоретик русских кругосветных экспедиций.

Необходимость кругосветных плаваний из портов Балтики на Тихий океан определялась прежде всего транспортными соображениями. Нужно было бесперебойно снабжать продовольствием и другими припасами русские поселения, выросшие на северо-западном побережье Америки и на крайнем северо-востоке Азии, и вывозить оттуда пушнину и иные товары, которые пользовались большим спросом во всем мире. Путь через Уральские горы и бескрайние просторы Сибири — на повозках и санях, запряженных лошадьми, а иногда на собачьих и оленьих упряжках — занимал много месяцев, был небезопасен, а главное, не позволял перевозить крупногабаритные предметы и удовлетворять быстро растущие потребности в муке, сахаре, соли, корабельных и рыболовных снастях и т. п. К тому же в Охотске и Петропавловске-Камчатском товары, привезенные с великими трудами посуху, приходилось перегружать на небольшие суда для переправки в Русскую Америку. Морской путь доставки грузов с Балтики в северную часть Тихого океана был сравнительно более скорым и гораздо более дешевым.

Но корабли, уходившие в дальний вояж, выполняли не только функции перевозчиков. Их командирам поручалось по мере возможности, а иногда и в качестве главной задачи открывать в Южном море (так часто называли тогда Тихий океан) новые «землицы», определять истинное положение островов, обнаруженных в XVIII–XIX вв. европейскими мореплавателями, составлять карты и лоции, производить опись берегов российских и сопредельных владений, заниматься океанографическими и иными исследованиями.

Кроме того, присутствие русских военных кораблей или хотя бы периодическое посещение ими Русской Америки было необходимо для защиты российских владений от происков иностранцев, «положивших глаз» на эти районы, богатые пушными промыслами. Наконец, перед начальниками некоторых кругосветных экспедиций ставилась сверхзадача: попытаться найти Северо-Западный (морской) проход из Тихого в Атлантический океан через полярный бассейн к северу от Американского континента.

За первым кругосветным плаванием россиян на шлюпах «Надежда» (которым командовал лично И. Ф. Крузенштерн) и «Нева» (под командой Ю. Ф. Лисянского) последовали новые экспедиции. Ими руководили В. М. Головнин, Ф. Ф. Беллинсгаузен, М. П. Лазарев, М. Н. Васильев, Ф. П. Литке и др. В этой блестящей плеяде мореплавателей-кругосветников почетное место принадлежит Отто Евстафьевичу (Августовичу) Коцебу.

Будущий мореплаватель родился 19 (30) декабря 1788 г. в Ревеле (ныне Таллин). Его отцом был известный писатель и консервативный политический деятель Август Коцебу. Уроженец Германии, он в 1781 г. приехал в Россию, поступил на русскую службу, получил дворянство и имение в Эстляндии. Август Коцебу писал на немецком языке стихи, романы, новеллы. Но широкую известность принесли ему многочисленные драмы и комедии, не лишенные занимательности, написанные живым, бойким языком, пропитанные сентиментальностью, воспевающие добродетель, но не слишком сильно бичующие порок. Такие пьесы полностью соответствовали вкусам немецкого мещанства. Поэт и естествоиспытатель А. Шамиссо, участник кругосветной экспедиции на «Рюрике», сообщает, что в конце XVIII — начале XIX в. пьесы Коцебу с огромным успехом шли в театрах Европы и США, имя драматурга было известно в английских и испанских колониях.

Даже на Алеутских островах Шамиссо видел у поселившихся здесь россиян том произведений Августа Коцебу в переводе на русский язык.

Мать Отто умерла, когда ему еще не исполнилось двух лет, а отец, занятый сочинительством и государственной службой, подолгу живший за границей, почти не занимался воспитанием сына. В 1796 г. он определил Отто в сухопутный кадетский корпус в Петербурге. Потянулись годы муштры и зубрежки, наводившие тоску на живого и любознательного мальчика. Казалось, участь Отто решена: ему предстояло сделаться армейским офицером. Но в 1803 г. И. Ф. Крузенштерн (брат мачехи Отто), отправляясь в кругосветный вояж, взял с собой пятнадцатилетнего юношу в качестве «волонтера».

Многоликий и изменчивый океан, то неукротимый в своем неистовстве, то величественно спокойный, знакомство с прежде неведомыми странами и народами, поиски новых земель, суровая романтика морской службы под парусами — все это увлекло и очаровало юного Коцебу, и он решил связать свою судьбу с российским флотом.

Первая русская кругосветная экспедиция, которой руководил Крузенштерн, стала для Отто своего рода плавучей академией. Не получив никакой предварительной подготовки, он в открытом море, на практике осваивал премудрости морской службы, а знакомство с натуралистами экспедиции пробудило в нем интерес к научным исследованиям.

«В весьма молодых, правда, летах сопутствовал он мне, будучи кадетом, на корабле «Надежда», — писал впоследствии Крузенштерн, — и в сем путешествии положил весьма хорошее основание к познаниям по той службе, которой решился себя посвятить. Особенно имел я случай заметить, что он с отличным рвением занимался описью берегов, астрономическими наблюдениями и черчением карт, что для него было весьма кстати, поскольку он, по окончании того путешествия, не мог бы иметь столь удобного случая получить познания по этой части морского служения».

Не пользуясь льготами, которые полагались офицерам, Коцебу на борту «Надежды» тесно соприкасался с матросами и дружески общался с ними. Из этого плавания он вынес твердую веру в русского матроса, знание его быта, привычек, нужд. И впоследствии, руководя кругосветными экспедициями, Коцебу всегда заботился не только о здоровье матросов, их питании и обмундировании, но и о поддержании у них бодрости духа, готовности преодолевать любые трудности.

Вернувшись в 1806 г. на «Надежде» в Россию, Отто Коцебу получил свой первый офицерский чин — мичмана, а в 1811 г. был произведен в лейтенанты; он командует небольшими судами в Балтийском и Белом морях, совершенствует свои познания в области навигации. И все эти годы мечтает о дальних походах, незабываемых тропических закатах, еще не открытых островах.

В 1813 г. Главное правление Российско-американской компании (находящееся под контролем правительства монопольного товарищества, созданного в 1799 г. для освоения и развития русских владений в Северной Америке) решило отправить из Петербурга на Тихий океан компанейский корабль «Суворов» с грузом продовольствия и других припасов. Коцебу предложил свои услуги в качестве командира судна, но директора компании не решились доверить корабль и груз столь молодому офицеру.

Между тем Крузенштерн разработал проект новой русской кругосветной экспедиции, которая должна была попытаться отыскать Северо-Западный проход. Ей поручалось также обследовать побережье Аляски, определить истинное положение многих островов в тропической зоне Тихого океана и провести там поиски новых земель, наблюдать за девиацией магнитной стрелки, предпринять океанографические исследования. Крузенштерн предложил, чтобы экспедиция носила научно-исследовательский характер и была освобождена от доставки грузов в русские поселения на северо-западном побережье Америки. Свое «предначертание» мореплаватель представил Н. П. Румянцеву, чьим доверенным советником и другом он был на протяжении целого десятилетия.

Государственный канцлер Николай Петрович Румянцев, сын выдающегося полководца генерал-фельдмаршала П. А. Ру-мянцева-Задунайского, — один из замечательнейших деятелей русской науки и культуры первой четверти XIX в. Широко образованный человек, он с молодых лет интересовался разными науками. Выйдя в 1814 г. по болезни в отставку, Николай Петрович посвятил свою жизнь меценатству — покровительству, финансовой поддержке отечественной науки. Один из богатейших людей России, имевший огромные поместья в нескольких губерниях, Румянцев тратил большую часть своих доходов на приобретение коллекций, на научные экспедиции, исследования и публикации. Он одобрил «предначертание», составленное Крузенштерном, и выделил средства на постройку и снаряжение экспедиционного корабля, который пожелал назвать «Рюриком».

Граф Румянцев одобрил и кандидатуру командира корабля, предложенную Крузенштерном, — Отто Коцебу, который произвел на старика огромное впечатление как своими познаниями, так страстным желанием отправиться в опасный вояж и беззаветной готовностью преодолеть все трудности.

Крузенштерн внес огромный вклад в подготовку экспедиции. Он составил для Коцебу подробные инструкции, лично наблюдая за проектированием и строительством маленького 8-пушечного брига, который, по его мнению, наиболее отвечал задачам плавания, снабдил своего питомца всеми необходимыми приборами и инструментами, а также полным набором существовавших тогда карт и атласов, многие из которых, правда, внушали большие сомнения.

30 июня 1815 г. (все даты, касающиеся этого плавания, даны нами, вслед за Коцебу, по новому стилю) «Рюрик» вышел из Кронштадта в дальний вояж. В экспедиции участвовал молодой художник Луис Хорис, чьи рисунки широко использованы в нашем издании. В Копенгагене экипаж брига пополнился естествоиспытателем Адельбертом Шамиссо, который был более известен публике как поэт и автор «Необычайной истории Петера Шлемиля» — фантастической повести о человеке, потерявшем свою тень. В экспедиции Шамиссо проявил себя как естествоиспытатель самого широкого профиля, усердно собиравший сведения о природе и населении всех посещенных судном областей. А через десять лет после завершения экспедиции на «Рюрике» Шамиссо опубликовал, как уже упоминалось, свои воспоминания об этом плавании: «Reise um die Welt» (Путешествие вокруг света/пер. с нем. А. М. Моделя; коммент. и послесл. Л. Р. Серебрянного. — М., 1986. Серия «Рассказы о странах Востока»). (Второй натуралист, присоединившийся к экспедиции в Копенгагене, датчанин Вормскьёль (Вормскиолд), проявил себя не лучшим образом и покинул «Рюрик» при его заходе на Камчатку.)

Получив в Портсмуте заказанные для него Крузенштерном научные приборы и инструменты, Коцебу 4 октября 1815 г. вышел из пролива Ла-Манш в открытый океан. Борясь с изматывающими штормами и штилями, «Рюрик» пересек Атлантику и, заправившись питьевой водой и свежими припасами в Бразилии, двинулся к пользующемуся у моряков дурной славой мысу Горн. Коцебу удалось обогнуть грозный мыс 23 января 1815 г. и выйти в Тихий океан. Но за две недели до этого экспедиция едва не лишилась начальника: внезапно налетевший шквал смыл капитана за борт и он чудом спасся, успев ухватиться за свисавший с палубы трос.

Дав отдых команде и запасшись всем необходимым в чилийском порту Талькауано, Отто Евстафьевич в марте 1815 г. приступил к выполнению одной из главных задач экспедиции, направив «Рюрик» к островам Восточной Полинезии. Посетив в апреле остров Пасхи, Коцебу взял курс к гряде низменных островов (архипелаг Туамоту), состоящей из нескольких десятков атоллов — групп коралловых островков, расположенных преимущественно кольцеобразно на общем основании и опоясывающих внутренний водоем — лагуну. Плавание между низменными, находящимися вблизи друг от друга атоллами даже в светлое время суток, особенно в условиях густого тумана, могло в любой момент привести к катастрофе. Не случайно французский мореплаватель Л. Бугенвиль, пройдя в 1768 г. через чреватый грозными неприятностями лабиринт, назвал этот архипелаг Опасным. Однако высокое навигационное искусство, проявленное Коцебу, бдительность впередсмотрящих, отличная выучка и самоотверженность всего экипажа помогли избежать кораблекрушения и в основном выполнить намеченные изыскания.

В XVI–XVIII вв. через архипелаг Туамоту пролегли маршруты многих испанских, голландских и английских экспедиций. Некоторые атоллы были открыты многократно и каждый раз получали новые названия, причем из-за несовершенства навигационных приборов того времени показывались на картах под разными координатами.

На картах этого района появилось также немало несуществующих в реальности земель, когда за сушу принималось, например, облако, нависшее над поверхностью океана. Коцебу в меру своих возможностей попытался разобраться в этой чехарде названий и координат. Несколько атоллов, обнаруженных «Рюриком», Отто Евстафьевич назвал в честь русских государственных деятелей и флотоводцев, но, как установили в дальнейшем исследователи, он едва ли был их первооткрывателем, хотя его предшественники слабо документировали свои обретения. Так, 23 апреля 1816 г. Коцебу назвал цепью Рюрика атолл Арутуа, до его плавания не нанесенный на географические карты; судя по расплывчатым описаниям, его, возможно, видела в 1774 г. вторая экспедиция Дж. Кука. Однако остров Крузенштерн (атолл Тикахау), обнаруженный рюриковцами два дня спустя, — несомненное открытие Коцебу.

Благополучно выйдя из Опасного архипелага, «Рюрик» пересек экватор и вступил в необъятные просторы Микронезии. В 1788 г. два британских моряка, капитаны Гилберт и Маршалл, заметили здесь две группы атоллов, которые назвали островами Кутузова и Суворова (местные названия — Утирик и Така). Как справедливо считает отечественный историк Я. М. Свет, хотя эти атоллы, вероятно, видел еще в 1527 г. испанский мореплаватель Альваро Сааведра (о чем Коцебу не мог знать, ибо записки участников экспедиции Сааведры опубликованы были только во второй половине XIX в.), «честь» открытия их по праву принадлежит рюриковцам: именно они первые положили на карту эти коралловые островки, лежащие на северо-западной окраине Маршаллова архипелага (Свет Я. М. История открытия и исследования Австралии и Океании. — М., 1956. — С. 217).

Не задерживаясь в этом почти неисследованном регионе, Коцебу повел «Рюрик» на север, к берегам Камчатки, чтобы подготовиться к плаванию в полярные широты в наиболее благоприятный для таких плаваний летний сезон. 19 июня 1816 г. бриг прибыл в Петропавловскую гавань (Петропавловск-Камчатский). Здесь его основательно починили и заново обшили днище медью. Поскольку экипаж, состоявший только из 20 матросов, был явно недостаточен для намеченных исследований, Коцебу получил у коменданта порта еще шесть матросов, а у представителя Российско-американской компании — одного алеута, которых обещал вернуть в следующем году. Но естествоиспытатель Вормскиолд и лейтенант Захарьин, часто болевший на протяжении плавания, выбыли из состава участников экспедиции. На «Рюрике» осталось лишь два офицера, включая самого Коцебу; ему пришлось отныне, наряду с исполнением своих прямых обязанностей, нести вахтенную службу за отсутствующего офицера.

Не дождавшись почты из Петербурга, которая обычно доставлялась посуху в это время года, и отправив с нарочным подробное донесение Н. П. Румянцеву, Коцебу 15 июля 1816 г. вывел бриг в открытое море и отправился к Берингову проливу, чтобы приступить к тщательному обследованию побережья Аляски. Крузенштерн предпочел, чтобы экспедиция состоялась на небольшом корабле, которому не страшны мелководья и который может держаться вблизи от берега, так как он надеялся, что на побережье Аляски отыщется устье реки или морской проход, идущий на северо-восток, — начало столь желанного Северо-Западного прохода, свободное от льда в летний период. Выполняя инструкцию, Отто Евстафьевич тщательно описал северо-западные берега Аляски на протяжении более 300 миль, причем открыл бухту Шишмарева, названную так в честь офицера «Рюрика» лейтенанта Г. С. Шишмарева.

1 августа перед Коцебу и его спутниками открылся большой залив, который не заметила в 1778 г. последняя экспедиция Дж. Кука ^[2], дальше других проникшая на север в этом районе. «Я не могу описать чувства, — вспоминает Коцебу, — охватившего меня при мысли, что я, может быть, нахожусь перед входом в Северо-Западный проход, бывший предметом столь долгих поисков, и что судьба избрала меня для открытия его». Несколько дней мореплаватель вел «Рюрик» по заливу на восток, затем на гребных судах по узким протокам среди скал дошел до его восточной оконечности. Убедившись в иллюзорности своей надежды, он, однако, не отказался от попыток продолжить здесь поиски вожделенного пути в следующем году. Обследуя южный берег залива, рюриковцы обнаружили ископаемый лед и завели знакомство с обитающими здесь эскимосами. «По общему желанию моих спутников, — сообщает начальник экспедиции, — новооткрытый зунд (залив. — Д. Т.) назван зундом Коцебу». Это название залив носит и поныне.

По инструкции Коцебу должен был пройти вдоль северного побережья Аляски на восток за мыс Ледяной (Айс-Кейп), до которого доходила последняя экспедиция Дж. Кука. На эти исследования отводилось два летних сезона. Потратив больше двух недель на обследование открытого им залива, Отто Евстафьевич решил отложить до следующего лета поход в полярные широты и, присмотрев в заливе Коцебу подходящую бухту, которая могла бы послужить базой для этих исследований, отправился к азиатскому берегу Беренгова пролива, чтобы познакомиться с живущими там чукчами и сравнить их с обитателями Аляски.

7 сентября 1816 г. «Рюрик» бросил якорь возле поселения Российско-американской компании на острове Уналашка. Согласно инструкции Коцебу должен был отправиться отсюда на Сандвичевы (Гавайские) острова, но, узнав от правителя местной конторы компании о сложной политической обстановке на Гавайях и дороговизне там жизненных припасов, Отто Евстафьевич после недельного пребывания на Уналашке повел бриг к берегам благодатной Калифорнии, чтобы дать там отдых экипажу, измотанному трудным плаванием, запастись свежим продовольствием и другими припасами, а затем на короткое время зайти на Гавайи.

Весь октябрь 1816 г. «Рюрик» простоял в гавани Св. Франциска (ныне город Сан-Франциско). Коцебу был хорошо принят местными испанскими властями, посетил расположенное поблизости русское поселение Форт Росс. Корабль был отремонтирован, снабжен запасами продовольствия и пресной воды.

С 21 сентября по 14 декабря 1816 г. Коцебу находился на Гавайских островах. Здесь он увиделся с королем Камеамеа I — объединителем этого архипелага, прозванным европейцами «Наполеоном Тихого океана». Вначале «Рюрик» был принят весьма настороженно. Виной тому был немецкий авантюрист Г. Шеффер, поступивший на службу в Российско-американскую компанию. Правитель русских поселений в Америке А. А. Баранов послал его осенью 1815 г. на Гавайи для организации там торговой фактории и получения груза с затонувшего русского корабля. Превысив данные ему по…