Владислав Алеф Работорговец, батрак и вор

– Ох, как я не люблю этого жирбрюха! – восклицал худощавый батрак, не зная, как бы тому навредить. – Нет, куда там не люблю, – ненавижу! И дом его ненавижу!

Много лет батрак исправно служил работорговцу, не смотрел, что сомнительно его ремесло. Знал, как хлеб убирать, как на зиму сено готовить, а злых языков не слушал, да и не лез в чужой дом и в чужой кошелек. Трудолюбив был батрак, никакого труда не чурался, а что мало платил хозяин – ведь мог и того не платить. Так думал батрак прежде, покуда не женился. Тогда и нужда возникла, и пришла нищета в его дом. Много ссорились они с женою. Обещался батрак лучше работать, больше травы косить, больше зерна собирать. Не жалел он спины, первым в поле появлялся и последним опускал косу. Только сколько ни работал батрак, как ни старался, денег в семье не прибавлялось, а с рождением ребенка так и на убыль сбережения пошли. Здесь уж вынуждена была батрачиха по соседям ходить побираться. Не выдержал тогда батрак, каким покорным ни был, а вмиг сломался, как пересохший прут. Однако ж когда он потребовал надбавку, работорговец лишь поглумился над ним, да и выгнал взашей. Затаил батрак обиду и свое законное решил хотя бы и силой взять.

Батрак с отвращением посмотрел на высившееся перед ним роскошное поместье, опасливо огляделся, подошел на носочках поближе и пролез через открытое окно.

Оказавшись внутри, он прислушался – ни звука, проверил наличие своего верного оружия – на месте. Конечно, кухонную утварь, известную как сковорода, нельзя назвать общепризнанным оружием, хотя и нельзя не отметить ее несомненного превосходства в подобном сопоставлении. В частности, в отличие от оружия, иметь сковороду крестьянам никто не запрещал, даже если это и была хорошо сбалансированная боевая двуручная сковорода. И пускай батрак был пока что единственным приверженцем школы боевой сковороды, он не сомневался, – вскорости в эту школу обратится каждая уважающая себя домохозяйка.

В прихожей стоял полумрак. Пробираясь наощупь, батрак добрался до первой комнаты, как определил по запаху – кухни.

– У-у-у мерзкий дом! – презрительно шептал он, с омерзением сгребая в мешок серебряные ножи, вилки и ложки.

Загрузка...