Мир начал рушиться постепенно. Не было ни видимого взрыва, яркой вспышкой озарившего небо, ни криков, оглушающих от звучащего в них ужаса, ни осколков, что необратимо разлетаются со скоростью света, не оставляя и надежды на восстановление былого.

Нет, все рушилось постепенно, кусок за кусочком, будто издеваясь надо мной, оставляя полную иллюзию обратимости. И как тяжело признаваться себе, что тот чудесный воодушевляющий мир я построила из песка, что легко рассыпался от настоящего дуновения ветра, ниспосланного жизнью.

Нет, и снова нет, не произошло ничего, что стоило бы столь долгих и глубоких размышлений. Я признаю, это всего лишь моя маленькая душевная трагедия, которую я переживала довольно тяжело, несомненно, раздувая из мухи слона. И стоит списать столь трагическое отношение к жизни на подростковую ранимость в отношении любых проблем, кое те, несомненно, преувеличивают.

Мой мир был волшебным, с яркими цветами, стразами, с всполохами той радуги, что в детстве обозначала радость. Мне было все равно на любые условности, на то, что думают другие, мне было все равно, на те оценки, что я получала в школе, мне было все равно, на то, как яростно меня ругает учитель. Пожалуй, единственное, что меня задевало, это четверг – единственный день, в который по телевизору не показывали мой любимый мультфильм, и, несомненно, разочарование моих родителей во мне( что происходило довольно редко, мои родители замечательные люди).

С друзьями мы выдумывали различные истории, становились ее героями и полностью, как это бывает у актеров, вживались в нее. Не было простого катания на санках, нет, я была снежной королевой, что мчалась на всех парах к своей любимейшей племяннице, дабы обучить ее тайным знаниям великого колдовства Снежного замка. И если бы вы увидели странноватых детишек, с излишним любопытством разглядывающих всех прохожих, то по отрывистым выкрикам и тихим шепоткам, вы бы поняли, это спецагенты, учиненные выполнить весьма важную для общества миссию – поймать беглого преступника, безусловно скрывающегося за маской прохожего. Любой предмет обихода мог стать началом для безудержной фантазии. Так, чересчур пушистый ковер, спокойно лежавший на полу достаточно долгое время, стал огромным кораллом, на котором обустроились две маленькие металлические русалки, созданные лучшими инженерами человечества, для спасения утопающих. А фарфоровая чашка с диковинным рисунком, купленная на ярмарке, путешествующей по городам, стала священным сосудом, охраняемым стражами света от всех желающих испит из нее, дабы тот, кто умудрится это сделать, станет самым могущественным на свете человеком.

Загрузка...