Российская нация. Этнонациональная и гражданская идентичность россиян в современных условиях

Вместо предисловия Целостность этнонациональной и политической системы в едином государстве: идентичность социума и индивида

Эпоха трансформаций воспроизводит новое звучание целого ряда острых проблем в жизни человека, народов, государства: в обществе возрастают неравенство, дискомфорт в самочувствии людей, различных общностей, происходит переход их жизнедеятельности в иное качественное состояние. С другой стороны, происходит обновление, достижение равновесия и стабильности различных составляющих целостной системы – общества, этнонации, государства. В этих условиях человек, люди, общности должны четко себе представлять состояние своего индивидуального и общностного «Я», то есть своей идентичности.

Для этого нужны не только экономические и политические реформы, но и целый набор исторических и современных ценностей и символов, которые способны объединять людей разных этнонациональных, социальных, политических, религиозных и иных групп как граждан единой страны, представителей единой российской нации, поощряющей их солидарность, достоинство и взаимоуважение друг к другу. Для многонациональной, поликонфессиональной России – это вопросы сложные, но жизненно важные.

Трансформация – это последствия и попытки преодоления, пользуясь теорией Л.Н. Гумилева, фазы обструкции, упадка и разложения. При этом свобода, стихия и демократия как механизмы поиска форм осуществления этой свободы вступают на некотором этапе трансформационного движения в конфронтацию со стремлением строительства государства как формы упорядочения всего и вся. И здесь возникает проблема: как сохранить свободу, самобытность индивидов, общности и в то же время последовательно осуществлять укрепление государственности, порядка. Это тяжелейшая задача переходного периода, в котором находится современная Россия.

Неминуемо возникает вопрос об идентичности общества, этнонаций, государства, человека и гражданина. От представлений и действий отдельного человека, отдельных общностей во многом зависят представления и действия самого общества, государства, этнонаций. Политическое и этическое содержание этих представлений и действий играют огромную роль в становлении идентичности. Поэтому любая наука об обществе и государстве – политология, правоведение, теория государства и права, этнология, этнополитология, антропология и другие – нуждается в философском осмыслении проблемы идентичности общества, государства, различных общностей внутри него, отдельных граждан. И обусловлено это прежде всего тем, что в основе именно философии заложена концепция человека как объекта и субъекта всех, в том числе и современных, трансформационных процессов. Отсюда и актуальность адекватного ответа на вызовы времени: «Кто мы?», «Каковы наши корни?», «Что нас объединяет?», «Каковы наши перспективы?». Это – все те вопросы, которые всенепременно возникают при определении человеком, общностью своей идентичности. По-моему, прав был Гегель, замечая, что каждый философ – «сын своего времени», а философия «есть также время, постигнутое в мысли». Поэтому столь же «нелепо предполагать, что какая-либо философия может выйти за пределы современного ей мира, сколько нелепо предполагать, что индивид способен перепрыгнуть свою эпоху… Если же его теория в самом деле выходит за ее пределы, если он строит мир, каким он должен быть, то этот мир, правда, существует, но только в его мнении, в этом податливом материале, позволяющем строить что угодно»[1]. Это все говорит об объективности и субъективности проблемы идентичности. Отсюда и ее противоречивость. И важен комплексный подход к изучению идентичности России, ее народов, граждан, чтобы иметь представление о моментах, «составляющих характер нации и эпохи» (Гегель). В идентичности совмещены глубоко индивидуальные и широкомасштабные, глобальные представления о характере людей и их общностей.

В каждом случае – в государственной политике, действиях политиков, руководителей – важно доходить до символов идентичности каждой группы граждан. Однако доминирование в символах одной из них создает почву для отчужденности, недоверия. Если символы общей идентичности оказываются слабее отдельных (индивидуальных) идентичностей, то происходит разрыхление, ослабление общего государства.

Этнос, этнонация – это живой организм, возникающий в результате длительного исторического действия и взаимодействия людей в сложной совокупности их отношений как природных и социальных явлений – материального и духовного производства. Человечество существует как совокупность социальных субъектов, среди которых одно из базовых мест занимает этническая, этнонациональная общность людей, объединенных в общность выработанных совместной жизнедеятельностью культуры, языка, традиций и характера. Эта общность формируется на определенных территориях и в ходе совместной хозяйственно-экономической и культурной деятельности. Этносы в их совокупной социально-культурной целостности в ходе социально-политического утверждения переходят в этнонации прежде всего как результат социально-культурного, социально-политического творчества и сотворчества индивидов, людей, объединенных в определенные коллективы, общности. В этом плане мы и применяем термин «этнонация». Этническая, этнонациональная идентичность – одна из базовых форм идентичности граждан многонациональной России.

Одновременно сегодня в современном мире невозможно представить себе человека и без гражданской идентичности. В подобном ракурсе (этнической, этнонациональной и гражданской-национальной) идентичности эта проблема широко освещается в российской литературе[2]. До этого проблема этнонациональной идентичности рассматривалась через призму исследования этнонационального самосознания и этнической психологии. Данная работа посвящена особенностям этнонациональной и гражданской-национальной идентичности россиян в современных условиях. И в этой сфере продолжаются глубокие трансформационные изменения и поиски, обусловленные новым этапом эволюции отношений этнонациональной и политической систем.

Мой старый друг и оппонент В.А. Тишков заметил, что «шимпанзе, гориллы и орангутанги в лабораторных условиях демонстрируют склонность к художественному творчеству»[3]. Но при этом почему-то отрицается социально-коллективное творчество людей, в результате которого они создают общности, этносы, этнонации, гражданские нации. Этничность есть категория как продукт этого коллективного сотворчества людей, составляющая «интегральную целостность человеческого поведения, материальных аспектов жизни, а также духовных параметров»[4]. Вот эта «интегральная целостность» со своеобразием (спецификой материального и духовного творчества) и есть этнос, а потом в ходе их эволюции, становления и интеграции формируются этнонации. Не абстрактно, а на базе этого сотворчества и проявляется этническая, этнонациональная идентичность социума и индивида.

Род, племя, союз племен, народ, этнос, союз этносов, этнонация, многонациональная общность, политическая нация, нация-государство – это все ступеньки социализации и расширения пространства интеграции общности, этнических признаков в их социально-политической эволюции. Этнос, этнонация – это социально-культурная система как «совокупность элементов, находящихся в отношениях и связях друг с другом, которые образуют определенное целостное единство»[5]. Это не просто перечень «нациообразующих признаков», на которых российская этнография и этнология были зациклены с 1913 г., после издания работы И.В. Сталина «Марксизм и национальный вопрос», а сложная система исторического действия и взаимодействия отношений людей конкретных общностей, совокупность их творческих связей и взаимосвязей, определенная целостность. Именно понятие «целостность» имеет самое принципиальное значение для возникновения и развития этнического, этнонационального, а впоследствии и целостного социально-политического организма. «Целостность – это принципиальная несводимость свойств системы к сумме свойств составляющих ее элементов (в нашем случае – нациообразующих элементов – Р.А.) и невыводимость из свойств последних целого; зависимость каждого элемента, свойства и отношения системы от его места, функции и т. д. внутри целого»[6]. Этническая, этнонациональная система обладает специфическими связями и отношениями, которые формируют согражданство как политическую интеграцию, целостность этнонациональной или многонациональной общности. Следовательно, есть общее определение этнической, этнонациональной системы, но нет двух одинаковых этнических, этнонациональных систем по уровню и особенностям функционирования подсистем, из которых возникает общность как политическая нация. Но в каждом случае, если мы имеем дело с базовой этнической, этнонациональной системой, а значит, и с определенной целостностью, такой как гражданская общность. Этнические, этнонациональные системы обладают способностью к самоорганизации и организации, накапливать и передавать от поколения к поколению социально-культурную информацию. Отсюда и жизнеспособность этнической, этнонациональной системы, способность восстанавливать равновесие самоорганизации после различного рода деструктивных вмешательств извне. Но и этническая, этнонациональная система имеет пределы сохранения и самовосстановления. Поэтому важно рассматривать этническую, этнонациональную систему, во-первых, как подсистему всей социальной системы данного сообщества, во-вторых, в генезисе развития (предыстории и истории), в-третьих, как выявление особенностей отношений внутри самой этнической, этнонациональной системы.

Это все есть подготовка социально-политической целостности политической нации, которая является общностью свободных граждан в своем этнонациональном и социально-политическом утверждении. Свобода, самобытность, равенство, ответственность – вот что объединяет людей различных наций в единую политическую нацию, в жизнеспособное государство. Гражданская нация – это преуспевающие граждане не по этническим, расовым и даже социальным признакам, а в своей свободе, равноправии, самобытности и ответственности. Объективистские подходы материалистической философии, где вся этническая, этнонациональная система рассматривалась только через призму общественно-экономических формаций, ныне сменились другой крайностью – чисто субъективистским и даже экзистенциалистским подходом, когда этнос, этнонация характеризуются как группа людей, члены которой «обладают субъективной верой в их общее происхождение по причинам схожести физического облика или обычаев, или того и другого вместе, или же по причине общей памяти о колонизации и миграции»[7]. Отсюда и для В.А. Тишкова и его единомышленников главное этническое, этнонациональное – это лишь «миф (версия) об общем происхождении»[8], при этом отбрасываются, не замечаются целые пласты материальной культуры от пирамид и до китайской стены. Этническая, этнонациональная система – это самоорганизующаяся система отношений творчества и сотворчества людей и их групп, в результате которого они создают смысловые и культурные системы (материальные и духовные) с присущей им (данной общности) спецификой взгляда на мир, осмысления мира и творчества.

Понятия «этнос» и «этнонация» Э.А. Пайн справедливо считает «пересекающимися явлениями»[9]. И это делается, во-первых, чтобы показать новый уровень этногенеза, достигнутый этносами в конце XX и начале XXI века; во-вторых, усилить связи между этнической и государственной общностью; в-третьих, обозначить и социально-политическую природу этносов, этнонации, хотя базисный характер носит социально-культурные признаки; в-четвертых, объективной закономерностью обретения этнической и межэтнической общностями природы гражданской нации; в-пятых, чтобы провести различие между этнонацией и гражданской, политической нацией. Без такой взаимосвязи и взаимозависимости этнонационального и национального в политическом смысле этническая, этнонациональная проблематика остается всегда в оппозиции к государству, как к чему-то такому, что довлеет над ним. А оно (государство) продукт их самоорганизации и интеграции.

В этом случае и нация-этнос – не миф, ибо «во внутренних и внешних определениях того, что составляет этническую группу (народ), присутствуют как объективные (не зависимые от мифотворчества – Р.А.), так и субъективные критерии» [10]. Следовательно – это реальность со всеми объективными и субъективными характеристиками. Если этнос, этнонация объективны, если это реальность, то к чему сочинять «реквием» по ним. Здесь лишь попытка принести этнос в жертву нации нового уровня, гражданской. В этом необходимости нет, ибо одно вытекает из другого. Если этнонация – это новый уровень продолжения, эволюции общности родовых корней, то нация политическая – это общность социально-политических интересов на перспективу.

Идентификация как миф – это вторично, а первичны историческая идея и исторический процесс формирования этнической, этнонациональной системы как целостности социокультурных отношений группы (общности) людей. Конечно, при этом чрезвычайно сложен процесс адаптации специфики этнических систем к общественным (иноэтническим) системам. «Процесс адаптации усложняется, как бы расходится кругами по всей социальной системе, вновь возвращающиеся импульсы от окружающих системы вызывают новые волны попыток наладить взаимодействие»[11]. Это очень сложное, исторически обусловленное социальное взаимодействие общностей людей «мы» и «они». Но как общности людей они взаимосвязаны и взаимообусловлены. Главным является не их противопоставление, не их отрицание, а сохранение равновесия, самоорганизации и организации российских этносов, этнонаций, их интеграция в единую гражданскую нацию.

В России и так бесконечный раз революционным путем прерывается этническое, этнонациональное развитие, традиционные формы действия и взаимодействия (внутри отдельной этнической системы и между ними в едином обществе, государстве). Если же это все сохраняется и самоутверждается веками – значит системы (этнические, этнонациональные и межнациональные) в высокой степени жизнеспособны. И их надо не свергать, а приложить необходимые усилия государства, общества, индивидов, обеспечивая равновесие внутри этнических, этнонациональных систем и их межэтнонационального взаимодействия в общности гражданской – российской нации. Отрицать, отбрасывать, свергать, хоронить этносы, этнонации – означает нарушать их равновесие и целостность. Именно в силу этого в России в этнонациональном и в гражданском смыслах имеют место «запоздалые» нации. Конечно, в этой целостной системе особое значение имеет мировоззрение действия и взаимодействия в сфере этнонациональных отношений, которые позволяют стабилизировать данную сферу общества. «Социально правильно мотивированный человек всегда «работает» в конечном счете на поддержание равновесия интерактивных процессов»[12]. Вот почему важна была в современных условиях Концепция государственной национальной политики «как система современных взглядов, принципов и приоритетов в деятельности федеральных органов власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере национальных отношений»[13]. Недооценка объективной историко-культурной, созидательной, прогрессивной роли этносов, этнонаций и приводит к недооценке роли этнополитики в обществе, государстве, этнополитики как механизма объединения усилий этносов, этнонаций и государства, а не их противопоставления или гипертрофии одной из сторон. Вся трагедия развития этого процесса заключается именно в этом, вместо поиска равновесия и гармонии.

Какая же может быть социально-политически мотивированная деятельность, если отрицать сами этносы, этнонации, объявлять их мифами? Обществу, государству, гражданам нужно иметь общие ориентации в своих социальных действиях. «Главная функциональная проблема касается отношения социальной системы к системе личности, включая обучение, развитие и сохранение на протяжении всего жизненного цикла адекватной мотивации участия в социально признанных и контролирующих моделях действия»[14], поскольку «тенденции процесса взаимодействия к самосохранению есть первый закон социальных процессов»[15]. Этим законом пренебрегают те, кто, казалось бы, должен ориентировать граждан, народы в системе этнонациональных отношений. Хорошо, социальный закон, если даже он первый, пусть не обязателен для выполнения, но давайте тогда ознакомимся с первой строкой Конституции Российской Федерации, где четко говорится: «Мы, многонациональный народ России, соединенные общей судьбой на своей земле, утверждая права и свободы человека, гражданский мир и согласие, сохраняя исторически сложившееся государственное единство, исходя из общепризнанных принципов равноправия и самоопределения народов, чтя память предков, передавших нам любовь и уважение к Отечеству, веру в добро и справедливость, возрождая суверенную государственность России и утверждая незыблемость и демократические основы, стремясь обеспечить благополучие и процветание России, исходя из ответственности за свою Родину перед нынешним и будущим поколениями, сознавая себя частью мирового сообщества…»[16]. Однако на деле каждая строка Конституции фактически опровергается людьми, которые называют себя учеными и политиками, государственными деятелями и даже представителями органов государственной власти. Их непродуманные действия или высказывания систематически дезориентируют граждан страны, разрушают их идентичность, способствуя тем самым насаждению вражды и недоверия между ними, разрушая всю систему самосохранения этнонаций и общности народов России как Отечества. Отрицая «этнос», «народ», «этнонацию», «многонациональный народ России», «равноправие и самоопределение народов», они сознательно или бессознательно превращают Российскую Федерацию в поле сплошного нарушения прав и свобод граждан всех национальностей, народов на равноправное развитие и представительство, их прав на гражданскую общность наконец. И тем самым всячески препятствуют укреплению общности многонационального народа Российской Федерации, формированию российской нации, не понимая при этом, что этнос, народ, этнонация, российская нация, гражданин России есть структуры государственного и общественного организма, которые и определяют в конечном итоге характер общности людей как «совокупности устойчивых связей». И каждая из них должна сохранять «целостность и тождественность самому себе, то есть сохранение основных свойств при различии внешних и внутренних изменений»[17]. Поэтому не отрицать надо эти категории, не превращать их в миф, в абстракции, а проводить структурно-функциональный анализ для поиска путей сохранения самоорганизации каждого элемента и достижения целостности всей системы этнонациональных и гражданских отношений в единой стране, получая таким образом знания об обществе как о целостном явлении.

Надо помогать людям в поисках их идентичности, как этнонациональной, так и гражданско-национальной, а не доказывать, какая из них является главенствующей. В различных ситуациях та или иная форма идентичности просто может быть б…