Сантехник 4

Глава 19

Так я и уснул, сидя около прогоревшего костра в той же глубокой яме, мгновенно захрапев в ночи.

Откинулся на ствол дерева спиной, сжимая в руке нож и обструганную ветку, которая никак не хочет превращаться в точное подобие щупальца Твари.

Сны снились страшные всю ночь, все с той самой Тварью, которая сейчас ожила и скользит-ползет ко мне по склонам, чтобы забраться внутрь меня, а потом предать страшным и нескончаемым мукам. Пожирая меня изнутри и заставляя тоже жрать чужих людей живьем, зафиксировав их покрепче сначала.

Или она сама, или ее сохраненная инопланетным кораблем копия-двойник.

Но, я точно знаю, как перестать мучиться навсегда, ведь она живет с моего тела и поэтому внезапно прыгаю в большой костер. Умру в муках, но и она меня ненадолго переживет, гидра противная.

Просыпался за ночь раз шесть мокрый и весь дрожащий, один раз даже зажег снова костер, чтобы отогнать сплошную темень. Вот как работает ментальное знакомство с инопланетными чудовищами на мое подкорку сознания.

Козлы ночью тоже притихли, а я уже жду, что придут сюда какие-то местные хищники и решат мне одну проблему.

«Пусть я даже без лошади останусь», — такие вот малодушные мысли имеются после ночного потрясения.

Но утром оказался все такой же живой и здоровый. РЕГЕНЕРАЦИЯ не уменьшилась ни на одну единицу, и я с большим облегчения понял, что яд у разлагающейся Твари все же не дает отравления навсегда или не имеет слишком долгого срока службы.

— Ну и ладно! — обрадовался я, снова разжег костер и поставил вариться кашу в своем котелке.

Костер кормлю подстилками зверолюдов и вообще всем, что от них осталось, оставшиеся мешки и одеяла тоже туда летят, выдавая довольно густой клуб дыма в небо. Пора подчистить место лагеря, чтобы ничто не напоминало про степных жителей, так далеко зачем-то забравшихся от своих земель.

Вот поленница от них останется, но это уже вообще не проблема.

Вырезать сразу полную копию щупальца у меня не получилось, тем более оно в отверстии не прямо идет, а с некоторыми отклонениями, так что негнущейся деревяшке никак не повторить позу по-прежнему довольно гибкого щупальца.

Поэтому я только кончик деревяшки максимально повторил за формой конечности Твари, а все остальное срезал, чтобы не мешало правильно попадать и нажимать. Проверил ее на снятии с предохранителя оружия и все сработало.

И настоящее чудо у меня получилось!

Еще одно доказательство того, что оружие у Тварей не именное, а довольно стандартное само по себе. Как и должно оказаться во всех разумных мирах. Быстро вырезал вторую подобную палку и стал вдруг снова очень счастлив, когда агрегат ожидаемо заработал.

Бластер-лучемет так же исправно пускает прожигающие все лучи, как вчера вечером, а я теперь очень крутой и почти непобедимый на этом историческом отрезке времени товарищ!

Правда, во второй коробке оказались все уже использованные картриджи, все до единого выработанные, но Тварь их все равно не выбросила, наверно, может заряжать боекомплект на своем звездолете.

Только ей теперь до него точно уже не добраться. А вот я еще вполне могу озадачиться таким делом.

Так что у меня четырнадцать целых картриджей, из них один початый уже, но мне требуется посчитать, на сколько выстрелов хватает одного картриджа. Не то, чтобы я собрался первый полностью расстрелять прямо сейчас по камням склона, не настолько меня прижало, чтобы тратить попусту очень дорогой боеприпас. И так по дороге обязательно попадутся желающие испытать силу моего невероятного, но праведного гнева.

С утра я снова покормил и напоил оставшуюся на моей шее скотину и начал собираться идти наверх.

Лучемет и коробку с боекомплектом не могу оставить здесь на стоянке, понятное дело, а все остальное добро пока прячу в довольно густых кустах прямо в мешках.

— Пусть здесь меня подождут, — решаю так.

Ну, не таскать же мне все это добро туда-сюда, и так сверху придется что-то спускать, хотя бы те же инструменты и ножи зверолюдов, которые я тоже отложил.

Ножи лежат на месте, камень так же стоит над лазом, а под ним меня ждет чертова ядовитая и разлагающаяся туша Твари.

Все надел на себя из прежней защиты и добавил еще пару плащей на всякий случай.

Быстро пробрался в саму пещеру, пока решимость не ослабла, дошел до самого низа, где подобрал лопату, пару ломов и кувалд, в общем собрал все полезное такое для жизни. Только факелы оставил лежать на прежнем месте.

Подхватился от упокоища только в путь, вытащил весь инструмент наверх, оставив копья и луки зверолюдов валяться рядом с уже начавшими пованивать телами своих бывших хозяев. Употел тоже здорово в своей защите, теперь стою, сохну и отдыхаю, набираясь новых сил для последнего спуска уже в упокоище.

Но постепенно в голове все яснее проявляется мысль, что совсем не хочу этого делать!

Была ведь мысль спустится туда, проверить на еще какие-нибудь тайники само упокоище, а вот теперь стою, смотрю на сдвижной камень и понимаю про себя — не хочу я туда идти!

Ни за какие коврижки! И не пойду!

Один раз повезло выжить — радуйся и снова в упокоище не лезь! Второй раз может так не повезти или отравление перейдет в прогрессирующую хроническую форму! Не уверен, как говорят в нашем мире — не обгоняй на повороте!

Нашел себе шикарнейший подарок по жизни — переносной лучемет, в общем-то все получил, все, на что хватало фантазии — выполнил!

Там еще сорок разных вещей или предметов Твари осталось неопознанными, так что есть над чем теперь поразмышлять

— Вот и не хрен там больше бродить! — решаюсь окончательно я и с огромным облегчением непоколебимо задвигаю камень обратно на лаз.

Потом подметаю под него ногой побольше грязи, собираю в мешок ножи, скручиваю в тюк инструменты и встаю перед зевом пещеры, долго и торжественно прощаюсь с упокоищем и оставшимися там лежать зверолюдами одного из неизвестных мне степных племен.

— Теперь постоянный доступ воздуха и всяких мелких животных не даст вам так долго пролежать! Да это и не беда вообще никакая, вам уже все равно, а разумных гостей здесь пока не будет. Я об этом позабочусь.

Выношу все добро на склон, достаю лучемет из-за спины, уже, как опытный стрелок, легко вставляю деревянные колышки в нужные отверстия, а теперь выбираю, что и как нужно подрезать, чтобы козырек сверху обрушился и закрыл собой вход в пещеру.

Приходится долго рассчитывать и примеряться, чтобы вырезать правильно кусок каменного козырька. И где его подрезать немного, и в каких именно местах отрезать от остального козырька.

Лучемет режет камень на минимальной мощности. Не так, чтобы очень быстро, но полметра сплошного препятствия я прохожу за десяток секунд. Картриджа на такую затею мне вполне хватило и еще там что-то осталось, так что можно меня поздравить с солидным запасом боекомплекта для лучемета.

Армию им не убьешь и много крепостных ворот с решетками не разрежешь, только мне это и не требуется пока для счастливой жизни в Хуруме.

Но через какое-то немалое время козырек все же аккуратно обваливается со страшным грохотом, поднимая столбы пыли, зато накрывает вход, оставив только щели в десять сантиметров с обоих сторон.

Я заглядываю и там, и там, вроде все нормально выглядит, лаз полностью прикрыт сверху, возможно, что снизу, через раскатившиеся камни завала, если их оттуда старательно убрать, то можно его рассмотреть.

Теми же кувалдами его можно будет разбить за сколько-то времени напряженного труда, теперь нужно сделать так, чтобы никто ничего не заподозрил. Ну или хотя бы не так конкретно что-то про имеющееся внизу упокоище понял.

— Что смог — то и сделал! — говорю я себе, по старой привычке разговаривая с самим собой.

Подхватываю мешок с ножами и ножнами, взваливаю на плечи тяжелый тюк с инструментами и начинаю финальный спуск вниз.

Эта история уже закрыта, возможно я сюда когда-нибудь вернусь, но, вполне может, что уже нет. Я своего добился и даже больше, а вот моим конкурентам за милостивое внимание Падшего Бога сильно не повезло.

На стоянке осматриваюсь последний раз, закапываю поглубже отрезанные щупальца, собираю все добро, оставшееся у меня и в пару-тройку заходов сношу его вниз. Сначала свою лошадку нагружаю мешками с трофеями, потом занимаюсь козлами, одного из них тоже гружу тюками, самих животин медленно и тщательно свожу в одну длинную узду. Приходится снова брать скандальных животин под свой контроль, растягивая длинный повод между деревьями так, чтобы они не сбивались в кучу и не мешали мне насаживать на повод по очереди одного козла за другим.

Иначе бы черта с два я с ними тогда справился! Упрямые и тупые рогоносцы!

Время еще довольно раннее до встречи во время обеда, но мне уже здорово надоело сидеть под пещерой и хочется куда-нибудь поскорее уехать. Доберусь за полтора-два часа с таким серьезным обременением до проселочной дороги, а там Терека спокойно дождусь.

Добраться удалось только до половины запланированного пути, потому что рогатые черти постоянно забредают в кусты, обматываются поводами вокруг других деревьев, а я сильно разозлился и уже начал раздать хороших лещей по сознанию особо вздорной скотине.

Но тут как раз почувствовал, что навстречу ко мне кто-то едет по распадку и поднапрягшись, смог почувствовать Терека.

— Ну слава богу! — сказал вслух и остановился. — Кончилась моя одиночная эпопея!

Вскоре среди деревьев показался наемник и с ним вместе едут все четверо стражников.

Только наемник не стал сильно радоваться случившейся встрече и сразу с полусотни метров показал мне жестом, что пока лучше молчать, который выдал просто пальцем. Нет смысла его спрашивать про причину мыслесвязью, на таком расстоянии он меня не услышит.

Пришлось его дождаться, сидя на коне на месте и бросая внимательные взгляды по сторонам, еще кивнул Изавилу с парнями.

— В чем дело? — спросил я сразу, как только смог начать разговор.

— Следят за нами, ваша милость. Не знаю почему, но точно следят, — как всегда хмуро ответил Терек.

А остальные мои спутники, те же самые стражники с открытыми ртами пока рассматривают табун козлов за моей спиной. Не понимают вообще, откуда они тут взялись и почему я из тащу на длиннющем поводу за собой по лесу, а не брошу просто на хрен.

— С этими все? — усмехнулся наемник, кивнув на блеющих козлов.

— Все. Скотину нужно подевать куда-то, хоть в лесу бросить, только подальше от этого холма, — теперь уже я кивнул назад головой.

— Не так все просто. За нами минимум десяток дружинников баронских едет. Скорее двенадцать. В десяти минутах езды.

— С чего это вдруг? — не понимаю я. — Вы там много дрались? Не заплатили за трактир?

— Нет. Вчера в соседнюю комнату в трактире заехали пара парней, видно, что служивых, но одеты, как самые простые мужики. И стали за нами следить все время, ну и трактирщик им начал подыгрывать. Я все это дело быстро прочувствовал и понял, что скоро нам начнут задавать какие-то нехорошие вопросы. Видно у следящих за нами очень большой интерес, но не к нам, простым воякам из королевства, а к тому дворянину, который два дня назад в трактире ночевал с одной из самых сочных девок, — спокойно рассказывает наемник.

— Из-за чего так решил? — удивлен я, хотя уже начинаю что-то понимать.

— Трактирщик с хитрой рожей про тебя спрашивал, мол, когда можешь приехать, чтобы отдельную комнату тебе заранее оставить, — усмехается Терек.

— Ага, до чего у него услужливость дошла, — понимаю я. — Попросили его так спросить, это понятно.

— И девка эта из прислуги все уши прожужжала, как тебя ждет, до чего ты ей понравился.

— Ну, это-то понятно, моя милость тот еще жеребец! Топтал ее всю ночь!

— Да нет, врут они все, я же чувствую, — не ведется на мою похвальбу Терек. — Ищут вашу милость в Патриниле. Кто-то из местных баронов точно ищет.

— Понял. Да, старина, ищет меня один местный владетельный сеньор. Только он не барон, а норр здесь называется. Норр Вельтерил. Его спесивый сынок-молокосос бросил мне вызов на суд божьей воли и погиб в поединке. А трактирщик меня запомнил с тех пор, я у него останавливался тогда, хотя еще простым имперским отставником был. Ну и сообщил норру Вельтерилу, что убийца его сына снова здесь появился. Поэтому за вами и следят, ждут меня очень, когда снова на встречу заявлюсь.

— Я тоже такое что-то почувствовал. Поэтому собрал парней и спешно выехал к тебе навстречу. С его милостью нам попроще станет вопросы решать. Что делать станем? Попробуем удрать? Этих бросим? — показывает Терек на козлов.

Я недолго думаю:

— Говоришь, следом едут?

— Да, я на тот склон заехал, как к тебе повернуть, в трубу увидел десяток-двенадцать всадников. Быстро идут, догоняют, наши следы на повороте вряд ли пропустят. Вот-вот здесь будут.

— Тогда возвращаемся назад. Очень удобное место там есть, ручей дорогу пересекает и склоны оврага имеются. Там нас не объехать им никак! — решаю я. — Как раз и встретим погоню!

Я с помощью стражников разворачиваю козлов, мы быстро едем на подходящее нам место будущей схватки.